Миф о Медузе

      Книжный магазин Азирафаэля, несомненно, был для них непередаваемо особенным местом. Это был дом. И оба они с теплотой признавали это. Но порой так хотелось привнести в устоявшуюся, чудесную, спокойную жизнь щепотку волшебной новизны, жажда которой частенько отправляла их куда-то в небольшое путешествие: прохладные, укрытые зеленью горы и холмы, жаркое, танцующее море с соленым на вкус ветром, уютные разноцветные города Европы, тихие и созерцательные деревни Японии… Мир открывал им свои двери, с гордостью показывая тот или иной край.       В этот раз они выбрали Грецию. Было что-то интригующее в том, чтобы вернуться сюда спустя долгие годы отсутствия, с какими-то новыми ощущениями и впечатлениями вспоминая дела минувших дней.       « – Это как книги, дорогой, - размышлял Азирафаэль. – Люди говорят, что любимые шедевры непременно стоит перечитывать в разном возрасте, поскольку опыт прожитых лет привносит в уже известную историю новые, ранее не обнаруженные смыслы. Полагаю, со многими местами может произойти похожее явление».       Они бродили по осовременившимся городам, посещая выставки, не нуждаясь, впрочем, в сопровождающих их экспертах, малоизвестные туристам места, где некогда стояло какое-то древнее сооружение, а сейчас шумело новенькое кафе. Особое внимание, конечно же, они уделили Афинам – городу, что для них выделялся среди прочих. Проходя мимо сохранившихся руин Парфенона, Эрехтейона, мраморных Пропилей афинского Акрополя, театра Диониса, Башни Ветров , они освежали собственные воспоминания. Казалось, еще не так давно здесь мимо, осторожной походкой проплывали женщины, что несли на плече, придерживая украшенными браслетами руками, наполненные кувшины – шли от фонтана, где было принято запасаться пресной водой. А вот здесь стояли разноцветные корабли из заморских далей, привезя местным на обозрение ранее не виденное и только слышимое. Вот здесь стоял шатер с бархатнобокими персиками, сладкими и сочными, именно здесь Кроули впервые позаимствовал угощение для встреченного ангела. Если пройти дальше, то можно встать на погребенную под тысячными слоями песка землю, где собирались жаждущие знаний ученики, внимая мудростям великого философа и оратора. Это уже была другая Греция, не та, что некогда связала их еще сильнее, но даже так, находиться в ней оказалось приятно. Ничто не мешало открыть ее прелести заново, привнося в уже сложившееся впечатление от нее что-то неузнанное, неизведанное.       Много багажа они с собой, конечно, не брали – для чего им, сверхъестественным существам, способным перемещать вещи за сотни миль, столько мелочей. Однако им предстояло наслаждаться местным убранством на протяжении двух недель, потому особенно дорогие и ценные вещицы они все-таки с собой прихватили. Две кружки – черная и белая – с ангельским крылом вместо ручки, пара книг, которые так приятно будет читать всю ночь, заставая удивительно яркий рассвет, небольшое растение в красочном горшке, которое привнесет в это жилище их особенный уют, тонкий платок, что укроет от зябкой свежести по утрам и ночам, и неожиданно телескоп. Обычный, человеческий телескоп. – Ты сам хотел тратить в наш отпуск поменьше чудес, а у меня на этот вечер планы, – загадочно пояснил Кроули в первый день их путешествия, распаляя ангельское любопытство и предвкушение.       Глубоким вечером демон до странного умело установил у окна это хитрое оборудование, проведя какие-то непонятные Азирафаэлю манипуляции. Кроули редко дарил какому-то человеческому занятию столь сосредоточенную кропотливость и терпеливость, потому херувим украдкой с восхищением наблюдал за чужими уверенными движениями, впрочем, не теша себя надеждами – наверняка его выжидающее любование не осталось незамеченным. По крайней мере, довольный вид возлюбленного, чьи взгляды с каким-то будоражащим намеком пронзали его за последний час, не позволяли херувиму обмануться.       Когда же горячая темная ночь Эллады вступила в свои права, он сполна смог насладиться результатами чужого мастерства. Пока Азирафаэль с интересом смотрел в трубу, змей шепотом, будто бы боясь спугнуть сверкающие на небе звезды, рассказывал ему о них, о том, что они видят сейчас, что увидят, если сдвинуться чуть повыше и правее, а что покажется, если переместится левее. Конечно, вся эта звездная красота не была для них новой – за столько веков они успели полюбоваться небесными светилами вдоволь, к тому же, не используя такие сложные инструменты, какими пользовалось человечество. Однако же такой опыт был по-своему удивителен и необычен.       Смотря на ночной небосклон, Азирафаэль вспоминал далекое прошлое, когда один чудесный ангел-звездочет с глубокой любовью показывал ему великолепие необъятного Космоса. Переведя взгляд на расслабленного демона, ангел с тихим счастьем и огромным облегчением заметил знакомый блеск в янтарных глазах.       «Как хорошо, что некоторые вещи не меняются…».

***

– Чудесная ночь, – с удовлетворенным вздохом поделился херувим, когда они решили полюбоваться звездной ночью, прижавшись друг к другу под легким покрывалом. Телескоп был предусмотрительно убран подальше – для сегодняшнего времяпрепровождения в его услугах более не нуждались. – Напоминает времена, когда леса Греции еще пышно цвели и великолепные храмы и дворцы дарили уставшим путникам немного прохлады. – Мм? – демон заинтересованно поднял голову с чужого плеча, желая вовсю разглядеть любимые черты ангельского лица, что наверняка приняло мечтательное выражение. – Разве ты не помнишь, дорогой? Небольшой храм, непрекращающийся шум волн, потрескивание огня внутри, сладкий запах цветов, вина и фруктов, и далекое, мерцающее бело-голубыми искрами небо… Замечательное было время. – Да, пожалуй, ты прав, – лениво отозвался змей. – Ох, кстати, мне всегда было интересно – правда ли, что некоторые созвездия – это… своего рода предметы или живые существа, помещенные на небо?       Кроули глухо рассмеялся. – Что за глупости, ангел? Откуда в твоей умной голове появилась такая чушь? – Я изучил много древней литературы, в которой есть упоминания об этом, – попытался как-то защититься ангел. – И хотя мои познания в астрономии не настолько хороши, как твои, мне известно, что созвездия возникают иным путем. Согласно человеческим исследованиям и науке. Но, как мы с тобой знаем, дорогой мой, очень многие вещи, которые люди смогли как-то для себя объяснить, происходят далеко не по тем причинам, за которые они порой так рьяно борются.       Демон улыбнулся, слушая эту серьезную тираду, и, как бы ему не хотелось, эти мифы все-таки предстояло развеять: – Нет, ангел, в данном случае астрономия и физика попали в самое яблочко.       Азирафаэль некоторое время разглядывал его со слабой надеждой, а затем разочарованно вздохнул. – Как жаль… Люди придумали столько выдающихся мифов о созвездиях, поэтому я предположил, что, возможно, хоть какая-то часть из них могла в самом деле иметь под собой реальную основу. Хотя, признаю, меня всегда озадачивала эта часть перемещения живой жизни на небо.       Демон хмыкнул, полностью поворачиваясь к ангелу. – Вот именно, ангел. Не думал же ты, что вот это скопление звезд, – он ткнул пальцем на яркий рисунок на темном небе, – к примеру, парочка влюбленных смертных, которых закинули наверх, и они живут там припеваючи? Много ли таких счастливчиков ты встречал на Небесах? – херувим покачал головой. – Людям нравится все приукрашать, идеализировать, придумывать какие-то красивые сказки, ты же сам знаешь, – змей закинул голову вверх, рассматривая сверкающий пейзаж вдали. – Однако же у них получаются поистине чарующие истории, даже если это вымысел. – Давай же, впечатли меня одной из них, – поддел его змей, укладываясь щекой на согнутую руку.       Азирафаэль ненадолго задумался, а потом неспешно начал: – К примеру, миф о созвездии Андромеды. Это была прекрасная дочь эфиопского царя, которую решили принести в жертву одному из морских чудовищ, дабы утолить гнев Посейдона, когда Кассиопея – мать девушки – не преминула заметить, что она или же ее дочь наделены превосходящей божественную красотой или красоту нереид – дочерей Посейдона, – ангел легко рассмеялся, не замечая тяжело застывшего демона. – Как ты знаешь, древнегреческие боги обладали довольно-таки горячим нравом, потому такой выпад в свою сторону властитель морей стерпеть не смог. Но страшная участь обошла девушку стороной – Андромеда была спасена Персеем и впоследствии стала его женой. Однако же, признаться, я не уверен насколько тот самый мальчик смог бы совладать с такого рода испытаниями…       Херувим задумчиво вглядывался в яркое звездное небо, пытаясь отыскать упомянутое скопление звезд, но, потерпев в этом поражение, решил обратиться за помощью к настоящему эксперту в их обнаружении. Однако Кроули вмиг растерял свой расслабленный, игривый вид, погрузившись в явно нерадостные мысли. – Дорогой? – ангел осторожно коснулся чужой ладони, вырывая демона из неприятных воспоминаний. Поймав его взгляд, херувим покаянно вздохнул: – Мне жаль, если я невольно заставил тебя вспомнить нечто… болезненное. Честное слово, дорогой, у меня и в мыслях не было…       Змей сжал его руку с мягкой улыбкой. Молча он привлек ангела к себе, пристально всматриваясь в налитую густой темнотой высь, а после небрежно указал: – Вон она.       Ангел восхищенно вздохнул, следя за чужой рукой, что прослеживала сверкающий рисунок на небе. Созвездия – довольно забавная вещь: в их чертежах вряд ли можно увидеть тех, в честь кого они названы, и каждый раз это сродни вызову твоему воображению. В отличие от Кроули, у Азирафаэля оно было не столь широко развито, но он упорно старался разглядеть в близко расположенных звездах девичью фигуру. – Только история ее такой сказочной не была, – хрипло прошептал демон, заставляя ангела удивленно обернуться. Он не успел задать вопрос, как змей начал сам: – Андромеда не была какой-то там царевной с болтливыми родственниками, вернее эта Андромеда, – он кивнул головой на созвездие, – точно ею не была. – Кем же… была эта девушка? – Ты знаешь, кто такие таврополы , ангел? Встречал их?       Ангел нахмурился, припоминая, а затем резко вскинул голову, слегка бледнея. – Ей только исполнилось четырнадцать, ангел, и она была чертовски смышленной, – Кроули горько улыбнулся. – Она не была богатой принцессой, но вот погибнуть ей действительно предстояло. И… она была далека от существа, готового умереть. – Ох, дорогой мой... – Азирафаэль с сочувствием крепко сжал его руку. – Ты как-то спросил меня, почему мне так не нравилось бывать в их храмах. Греки строили их на возвышенностях, мне там было не по себе – слишком уж близко к Небесам. Еще и это открытое пространство, сквозь которое с легкостью проникало солнце – словно остаешься без защиты перед кем-то… взирающим на тебя откуда-то сверху. Она тоже не любила их. Мы сошлись на том, что храмы у моря или забытые в лесных трущобах намного лучше дают ощущение уединенности и безопасности. В таких местах удобно прятаться.       Ангел сидел, едва дыша. Последняя фраза отозвалась в нем глухой болью: что ребенок, который был вынужден сбегать, ища для себя убежища в местах, где он не мог остаться, из раза в раз пытаясь вырваться, что… сам Кроули, который был охвачен таким же желанием, такой же нуждой.       Кроули ненадолго замолчал, а потом едва слышно продолжил: – Я опоздал всего на несколько секунд, но… Что-то делать с оставленным душой телом было бессмысленно, – змей прочистил горло. – Я знал, что парочке созвездий не успели придумать названия, так что… В нем находится целая галактика. Ей очень подходило. Знаешь, вообще-то ей очень нравились… – Кроули перевел взгляд на притихшего херувима и с тревогой позвал: – Ангел? Ну же, ангел, посмотри на меня.       Азирафаэль постарался уложить свои дрожащие губы в обнадеживающею улыбку, но понимая, что эта затея с треском проваливается, лишь накрыл любимые руки своими, и покачал головой, а после крепко обнял демона, сердце к сердцу: – Не нужно, дорогой, я не.. я не плачу. Это я должен извиниться за то, что навеял на тебя столь печальные воспоминания и… – Глупости, – змей прижался виском к мягким светлым кудрям. – Все это уже в прошлом. Я уверен, что она уже тысячу раз успела переродиться, и утерла нос всем, кто был причастен к ее прошлой судьбе. Ну, знаешь, карма и все такое прочее. – Это ты придумал ей такую чудесную историю?       Демон нехотя кивнул. – Мне… захотелось, чтобы хоть где-то она смогла прожить долгую жизнь. Чтобы она… была свободна. Но никакого Персея там не было, – раздраженно добавил он, вызывая смешок у ангела. – Откуда он вообще здесь взялся?! – Наверное, принцесса все-таки была, – миролюбиво ответил он, поглаживая короткие рыжие пряди. – А Персей к тому моменту уже успел завоевать себе славу. – Тц, – недовольно отозвались ему.       Далекие звуки пылающих звезд робко оседали в повисшей, не отяжеленной тишине. Откуда-то доносились смех и музыка еще не спящего мира, но ни ангел, ни демон не могли откликнуться на них, погруженные в раздумья.       «Сколько еще таких трагичных историй он носит в своем сердце», – печально подумал херувим, стараясь ласковыми прикосновениями утешить своего скрытного змея, который ни разу не делился с ним этой историей до сегодняшнего вечера. – Что насчет других мифов о созвездиях? – раздался хриплый голос.       Азирафаэль замялся, не решаясь больше делиться какими-либо известными легендами. Он пытался вспомнить что-либо безобидное, но почти каждый из мифов был связан с чьей-то печальной кончиной. Заметив его замешательство, демон хохотнул: – Что ж, раз ты обделил меня своими рассказами, я ненадолго отберу у тебя лавры сказочника. Тебе известно, как поместили на небо рака? – торжественно начал он.       Растерянный ангел кивнул. – Я придумал, – самодовольно прошептал змей. – Прости? – Только смертные могли всерьез поверить в эту байку с каким-то очередным полубогом, – Кроули фыркнул. – Они даже в знаки Зодиака его включили. – Какой же ты выдумщик, дорогой! – ангел еле сдерживал смех, слишком ясно представив, как этот Искуситель с самым честным выражением лица на ходу придумывает легенду о далеких звездах. При этом искренне заверяя сомневающихся слушателей, что именно так все и было. Признаться, в свое время он и сам попался на такие шутки, однако теперь почти научился распознавать их. – Я даже знаю какой – дьявольски гениальный. – Даже не подумаю спорить.       Белые домики Греции с зажженными фонарями перекликались с мерцающими огнями в вышине. Теплый воздух небрежно шевелил ветви редких деревьев и кустарников, и сладкий аромат цветов, кружащий в округе, дополнял гармонию южной ночи.       Наверное, завтра они отправятся к морю, и там же встретят яркий, красочный закат, быть может устроив спонтанный пикник прямо на берегу. Быть может, они и вовсе заночуют прямо там, воспользовавшись парочкой чудес, дабы создать себе немного удобств. Полюбоваться рассыпанными звездами можно будет и лежа на песке.       Повернув голову, Азирафаэль с теплой улыбкой заметил, что его демон задремал. Поправив тонкое одеяло, ангел мягко прижался щекой к чужим волосам, прикрывая глаза – когда звездочеты спят, крошечные жители небесной темноты стерегут их сон и посылают им приятные сновидения. Он тоже своего рода житель неба, поэтому с радостью побудет стражем для своего личного астронома.       Возможно, ему показалось, но созвездие смелой девушки Андромеды радостно перелилось ему в ответ.