Перекрёстки судеб

"Несколько недель спустя" – Я не собираюсь прятаться! – мой голос дрожал от гнева, а ярость, что разрасталась внутри, казалась почти осязаемой, словно бушующее пламя, раздуваемое ветром. Каждое новое слово, словно налитое свинцом, становилось тяжелее и острее, превращаясь в оружие, готовое разрезать любое возражение. Сириус стоял напротив, внешне спокойный, но его глаза выдавали усталость и беспокойство, едва заметные под его хмуро сведёнными бровями. Он явно боролся с собой, пытаясь найти тот единственный правильный тон, который смог бы погасить вспыхнувшую между нами бурю. – Белла, это ради твоей же безопасности, – наконец произнёс он, и его голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалась скрытая сила, как будто каждый миг он сдерживал себя, стараясь не поддаться собственному раздражению. – Ты не понимаешь до конца, насколько всё серьёзно. Мои руки взметнулись вверх в бессильном и яростном жесте, который словно вырвался из самой глубины моего отчаяния. Я вздохнула громко и резко, как будто это могло хоть немного облегчить напряжение, накатившее изнутри. – Безопасности? – я почти выплюнула это слово, и на губах мелькнула горькая усмешка. – От чего? От кого? Ты правда думаешь, что я не справлюсь? Что я слабая? – в моих словах слышался металл, острый и режущий, как кинжал, обрушивающийся на Сириуса. Я чувствовала, как моя злость разливается по комнате, наполняя воздух тяжестью. Сириус глубоко вдохнул, его плечи чуть опустились, как будто он, наконец, принял неизбежность этой бесполезной битвы. В его глазах мелькнуло понимание того, что каждый наш аргумент уводил нас всё дальше в тупик. Ему явно не хотелось продолжать этот разговор, но отступать он тоже не собирался. Мы оба застыли в напряжённом молчании, не способные найти путь к примирению. Тишина, повисшая между нами, казалась почти осязаемой, как бы давящей на грудь. Внутри меня клокотало, я пыталась справиться с этим вихрем эмоций, который вот-вот мог вырваться наружу и разрушить всё на своём пути. Но прежде чем я успела вновь что-то сказать, дверь кухни распахнулась, и внутрь вбежали Драко и Ева. Они, видимо, обсуждали что-то весёлое, потому что смеялись и о чём-то весело болтали, даже не догадываясь, что происходит за этими стенами. Они остановились у порога, как только заметили нас. Сначала на их лицах застыло удивление, но затем они переглянулись и усмехнулись, как будто почувствовали, что попали в эпицентр какого-то спектакля, разворачивающегося перед их глазами. – Ого, что за шум, а драки нет? – Драко усмехнулся, его голос звучал лёгким, почти насмешливым, как будто происходящее не имело для него никакого значения. Внутри меня вспыхнула новая волна ярости, словно масло, подлитое в огонь его небрежными словами. Я сжала кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони, но это не помогло сдержать напряжение, которое вновь закипело во мне. – Драка тоже есть, смотри, – с весёлым смешком вставила Ева, наклонившись к Драко и указывая на меня. – Видишь, она готова его убить. Малфой, тащи попкорн. – Уже несу, – с улыбкой ответил Драко, направляясь к шкафчику так, словно это была обычная сцена, которую он видел не раз, и не было в этом ничего необычного. Моя злость закипела. Они шутили. Они не понимали, как это может меня ранить, не чувствовали того, что творилось внутри. Они не видели всей той борьбы, что развернулась у меня в душе – яростной, жестокой и беспощадной. Для них это была просто очередная сцена, за которой они могли наблюдать, не вовлекаясь. – Я не шучу! – выкрикнула я, бросив на них сердитый взгляд. Мой голос звенел, словно струна, готовая в любой момент лопнуть. Но они лишь продолжали шутить, спокойно игнорируя всю ту бурю, что захлестнула меня. Им было всё равно. Для них это была игра, и они не осознавали, насколько серьёзно всё происходящее для меня. Сириус, напротив, всё это время стоял молча, наблюдая за разворачивающейся сценой. Я видела, как его терпение подходило к концу, как он, пытаясь сохранить хладнокровие, всё же чувствовал себя на грани. – Беллатриса, успокойся. Ты ведёшь себя как ребёнок, – его слова прозвучали ровно и спокойно, как будто это была последняя попытка утихомирить меня. Я взорвалась. Всё внутри меня вспыхнуло огнём, и этот огонь вырвался наружу, обжигая всё вокруг. – Успокоиться?! – мой голос эхом отразился от стен. – Ты говоришь мне успокоиться?! Как будто это я хочу закрыть тебя в каком-то непонятном доме, словно пленника! Ты думаешь, что можешь контролировать мою жизнь, решать, что для меня лучше? Да кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать?! Сириус сжал губы, его взгляд стал жёстче, но он продолжал молчать, давая мне выговориться. А я не могла остановиться, словно этот поток слов и эмоций был неизбежным. – Ты хочешь, чтобы я пряталась, как трусиха, в то время как ты будешь разбираться со всем этим? Ты правда считаешь, что я настолько беспомощна? Думаешь, мне нужно твоё разрешение, чтобы сражаться за свою жизнь? – мои слова были острыми, как лезвия, но Сириус продолжал молчать, его взгляд становился всё тяжелее. Я почувствовала, как дыхание сбилось, внутри всё дрожало, словно натянутая до предела струна. Но Сириус не позволял себе ответить на мои обвинения. – Беллатриса, ты не будешь пленницей, – спокойно, но с явной усталостью в голосе произнёс Сириус. Он сделал шаг вперёд, посмотрев мне прямо в глаза, словно пытаясь найти там хоть проблеск понимания. – Ты сможешь выходить куда захочешь и когда захочешь, но это должно быть безопасно. Его слова звучали разумно, но внутри меня продолжала клокотать ярость. Это не было вопросом свободы передвижения. Суть заключалась в том, что он хотел меня ограничить, даже если это выглядело не так, словно я не могла справиться с тем, что ждёт снаружи. – Безопасно? – повторила я, моя усмешка казалась почти безумной. – Ты думаешь, что можешь контролировать это? Что в этом мире вообще есть что-то безопасное? – я сделала шаг вперёд, ощущая, как моё сердце бешено колотится в груди, руки дрожали от напряжения. – Мне не нужна клетка, какой бы «золотой» ты её ни сделал, Сириус. Я не ребёнок, чтобы меня закрывали в домике и говорили: «Сиди тихо, пока взрослые разберутся». Он сжал челюсти, и в его глазах вспыхнула искра раздражения, но он сдержался. Я видела, что он изо всех сил пытается не взорваться, как это делала я. – Я не хочу, чтобы ты оказалась в опасности, – продолжил он, голос его был всё ещё ровным, хотя за ним скрывались эмоции, которые он тщательно подавлял. – Я потерял слишком много людей, и я не собираюсь терять тебя. Эти слова пробили брешь в моём броневом панцире гнева. Я видела, что он говорил это не ради контроля, а из страха. Он боялся потерять меня, так же, как когда-то потерял других близких людей. Но это не снимало с него ответственности за то, что он хотел лишить меня выбора. – Я понимаю твой страх, – произнесла я, стараясь сохранить твёрдость в голосе, хотя внутри всё дрожало от нарастающего урагана эмоций. – Но я не могу жить, постоянно оглядываясь через плечо. Это не жизнь, Сириус. Я не стану скрываться, пока ты решаешь, что для меня лучше. Повисла тяжёлая тишина. Мы оба стояли, не в силах найти компромисс, не в силах сделать шаг навстречу друг другу. – А можно ли узнать, о чём тут вообще идёт речь? – раздался ленивый голос Драко, который, видимо, наконец устал просто наблюдать за происходящим. Он облокотился о дверной косяк и смотрел на нас с лёгкой усмешкой, словно вся эта драма его только развлекала. Я бросила на него сердитый взгляд, но не ответила. Внутри меня всё ещё кипели эмоции, и его небрежное отношение только добавляло масла в огонь. Сириус глубоко вздохнул, явно стараясь сохранить самообладание. Ему было сложно скрыть раздражение, но он ответил довольно спокойно: – Драко, это не твоё дело. Мы говорим о безопасности Беллатрисы, а не о том, что может стать темой для твоих шуток. Драко закатил глаза и поджал губы, демонстрируя полное равнодушие. – Ах, ну да, безопасность, – он сделал паузу, затем усмехнулся. – Столько шума, а мне казалось, речь идёт о чём-то более… серьёзном. Хотя вы оба так напряглись, что, возможно, стоит принести не только попкорн, но и оружие. Ева, стоявшая рядом с ним, тихо хихикнула, но старалась не слишком привлекать к себе внимание, понимая, что накал страстей достиг пика. Я с трудом сдержала новый всплеск раздражения, понимая, что разговор с Драко только уведёт нас от главной темы. – Драко, я не шучу, – сказала я, пытаясь вернуть себе хотя бы немного контроля над ситуацией. – Если ты не собира ешься помочь, лучше просто уйди.