Я разрушил ещё одну городскую легенду кампуса/I Upended Yet Another Campus Urban Legend

Глава четвёртая

Первая арка – Монстр 7-7

Линь И присоединился ко всем клубам под горящими глазами президентов. На самом деле президенты никогда не задумывались о наборе новых членов, поэтому, даже если они наберут клуб Нептуна, останутся довольны. – Идите и выберете свою специальность, затем заселитесь в общежитие. Президенты не оставили никакой своей контактной информации, а также не взяли его контакты, но сказали: «Мы свяжемся с вами, когда в клубе начнутся мероприятия». Линь И больше не задавал вопросов, развернулся и пошёл в направлении студенческого союза. Он немного задержался, разбираясь с делами клуба, и когда он пришёл в студенческий союз, первокурсников осталось немного. Он передал квитанцию ответственному лицу и, сделав над собой огромное усилие, спросил: – Старшая сестра, учитель сказал, что большая часть платы за обучение уходит на оплату страховки. Могу ли я не покупать страховку? Услышав это, ответственный человек поднял голову: – В чём заключается причина? Линь И смутился: – Бедность. Старшекурсница улыбнулась: – Школьные стипендии очень щедры, тем более каждый месяц предоставляются различные субсидии. Не стоит об этом беспокоиться. Поскольку вы осведомлены о страховании, вы должны также знать, почему мы покупаем для вас страховку. Если вам это действительно не нужно, я могу только обратиться к председателю, потому что это правило, установленное председателем. Линь И, услышав, насколько это хлопотно, немного подумал и сказал: – Ну, тогда я заплачу за это. Старшая сестра попросила Линь И выбрать специальность. Предлагаемые специальности были такими же, как и в других инженерных университетах. Поэтому Линь И, плывя по течению, записался на биоинженерию. После этого ответственное лицо заселило его в общежитие. Поскольку людей в университете было мало, только в некоторой части общежития располагалась двухместные комнаты, а в большинстве — одноместные. Однако двухместные комнаты были уже заняты старшекурсниками, поэтому все первокурсники этого года могли жить только в одноместных комнатах. Это не очень хорошая новость для первокурсников. Люди — стадные животные, которые собираются вместе, чтобы согреться. Этот абсурдный университет полон странностей. Ответ старшей на вопрос «Как я могу получить место в двухместной комнате?» был таков: «Когда человек, который изначально жил в двухместной комнате, исчезнет, вы можете обратиться к нам» После этого лица первокурсников мгновенно побледнели. Что означало, человек исчезнет? Некоторые из них уже видели своими глазами вчера вечером, каким образом эти люди исчезают. Но для Линь И это удачное стечение обстоятельств. Он – социофоб, и мог олицетворять собой одиночество. От учебного корпуса до общежития есть только одна дорога. Линь И, шагая по этой дороге, думал о том, что он уже успел нарушить одно правило. Он не читал правила кампуса всё лето, потому что, всякий раз, когда он хотел изучить правила, его родители кашляли со страшными звуками, чтобы остановить его. Даже если Линь И запирался в своей комнате, его родители использовали свои ногти, чтобы вынудить его выйти из комнаты. Твёрдая деревянная дверь после этого была полна следов глубоких царапин. Теперь, когда его родителей нет рядом, они не могут остановить его. Линь И хотел узнать, сколько здесь неполных правил, например, таких как 7-7. Пролистав две страницы, он вдруг почувствовал, что что-то не так. Посмотрев вниз, он увидел, что изначально твёрдая цементная дорога превратилась в трясину серого цвета. Подошвы его ботинок постепенно начинали погрязать в этом болоте. Он попытался сдвинуться с места, но вырваться так и не получилось. До его ушей донеслись крики, и идущие вместе с ним по этой дороге новые студенты теперь бежали вперёд как сумасшедшие. Линь И присмотрелся и увидел, что не вся цементная дорога превратилась в трясину – в десятках метров она была в изначальном твёрдом состоянии. Бегущим и кричащим первокурсникам было уже плевать даже на свои чемоданы. Некоторые из упавших чемоданов быстро погрязли в серой трясине, и в скором времени были полностью поглощены. Были ещё чемоданы, которые бросили стоящими на колёсиках, они погружались в болото гораздо медленнее. Видимо, это было связано с величиной занимаемой площади. Линь И не бежал, а смотрел на свои ноги, внимательно наблюдая за серым цементом, медленно затягивающим его. В подошвах туфлей появилось ощущение давления, он ощутил холод, просачивающийся сквозь его обувь, отчего почувствовал себя некомфортно. Но у него не было намерения вырваться на свободу. Он думал о том, что сказал президент: если он нарушит правила, то попадёт в Мир Правил. Поэтому он терпеливо ждал, пока цемент полностью его поглотит. Внезапно. – Эй! Ты там! Сзади внезапно раздался крик, и прежде чем Линь И успел подтвердить, зовут его или кого-то другого, как зовущий уже оказался перед ним. Это Старший – социальная корова. – Конечно же, это ты, – Цинь Чжоу нахмурился и посмотрел на него. Линь И не знал, почему у этого парня был такой уверенный тон, и осторожно спросил: – Старший? Он всё ещё держал в руке правила кампуса, а внутри листовок был зажат банковский чек. Вдруг рука Линь И опустела – Цинь Чжоу выхватил правила кампуса; пролистав две страницы, сунул листовку обратно в его руку. Банковский чек, легко выпорхнув из свода правил, упал на землю и был мгновенно поглощён цементом. Цинь Чжоу быстро сказал: – Пункт семь на третьей странице. Линь И нашёл нужное правило, иногда бросая взгляды на ноги Цинь Чжоу. Дорога явно была зыбкой, но поверхность, по которой шёл Цинь Чжоу, была ровной – без жидкого цемента, который мог бы затянуть его. Голос сверху: «Читай!» Затем Линь И прищурился и посмотрел на правила кампуса. Статья семь на третьей странице представляла собой правило кампуса, которое кто-то прочитал вчера вечером: «если, гуляя по дорожке на территории кампуса, вы случайно начнёте погружаться в цемент, немедленно снимайте обувь и уходите оттуда. Если цемент достиг ваших бёдер, сразу же звоните на горячую линию директора и в медпункт». Казалось, старший хотел ему помочь, но Линь И не нужна была его помощь. Не каждый день встречалась возможность столкнуться с обычным монстром и быть затянутым в Мир Правил. Линь И немного подумал и произнёс: – Но эти туфли были выпущены ограниченным тиражом. Цинь Чжоу: «...» Цинь Чжоу странно взглянул на Линь И: – Так ты ищешь смерти? – Обувь подобна жизни, – Линь И наблюдал, как цемент медленно затягивал его обувь, почему-то ему показалось, что цемент похож на виноградную лозу, пытающуюся подняться вверх по его икре. Он прошептал: – Старший, я безнадёжен, оставьте меня здесь умирать. – Медики уже на подходе. Если ты не хочешь, чтобы врачи ампутировали тебе ноги, сними обувь, – Цинь Чжоу потряс телефоном перед его лицом. «…» Линь И: – А. Оказалось, что именно по этой причине в своде правил был пункт обращения в медпункт. Линь И не хотел, чтобы ему ампутировали ноги, поэтому ему пришлось снять обувь. После этого двое парней, поддерживая его, вынесли из этого болота. Как только его ноги коснулись обычной дороги, голос Цинь Чжоу, по которому нельзя было сказать, рад он или зол, раздался над его головой: – Давай поговорим? Линь И интуитивно почувствовал, что разговор со старшим будет не из приятных. Его голос был тонким, словно лапка комара: – Я могу отказаться? – А ты как думаешь? – спросил Цинь Чжоу в ответ. Линь И на мгновение задумался: – Если я скажу, что я на самом деле немой, старший поверит в это? «...» Цинь Чжоу взглянул на Линь И сверху вниз и махнул рукой: – Схватите этого немого. Затем двое парней, которые вытащили Линь И из трясины, снова подобрали его. Цинь Чжоу взглянул, подняв брови, и сказал: – Я не думаю, что немой может позвать на помощь. Тогда нет необходимости заклеивать тебе рот. Линь И: «...» Линь И заставили войти в какой-то класс, а Цинь Чжоу, шедший сзади, включил свет. Как гласит правило 7-7, все окна в классе плотно закрыты, и опечатаны полоской бумаги. Сразу после того как зажёгся свет, послышался скрежет ножек стула по полу. Цинь Чжоу пододвинул стул и сел. Казалось, эти двое парней часто проворачивали подобные вещи, и им даже не нужны были инструкции Цинь Чжоу. Два человека развернулись и ушли, после того как приволокли в класс Линь И, предусмотрительно закрыв за собой дверь. Цинь Чжоу закинул ногу на ногу и подпёр рукой подбородок. Сначала он взглянул на Линь И, затем опустил глаза на носки Линь И с затвердевшим цементом: – Ты пришёл сюда специально, чтобы умереть? Линь И понимал, что старший имел в виду, что он мог намеренно нарушать правила, но на чужой взгляд он всё ещё был в замешательстве: – Что? – Младший брат, у тебя очень плохие актёрские способности, – сказал Цинь Чжоу, непосредственно прорвав слой бумаги. – Ты знаешь правила, верно? Ты знаешь правила, но всё равно спешишь их нарушить. Давай поговорим об этом. Каковы твои цели? Линь И поджал губы и обнаружил, что Цинь Чжоу наблюдает за ним. Он опустил голову, чтобы избежать прямого взгляда собеседника, и прошептал: – Я ничего не знаю. Я всего лишь мальчик, которому грустно из-за провала на вступительном экзамене в университет. – Те вещи, которые ты привёз с собой – кухонные и фруктовые ножи, кинжалы и пилы – для борьбы с монстрами. Конечно, ты можешь этого не признавать. Но ты должен дать мне объяснение наличия ножей, иначе… – Цинь Чжоу улыбнулся, но его улыбка не коснулась глаз. – Просто подожди, пока тебя не отчислят из университета, грустный маленький мальчик. Линь И посмотрел на него, явно не веря, что его могут исключить. На самом деле он мало знал об Университете Неестественной Инженерии, но единственное, что он мог сказать точно, так это то, что студенты, на которых нацелен этот университет, не могут так легко сбежать. – Не веришь? – Цинь Чжоу пожал плечами. – Тогда можешь попробовать. Линь И молча выразил свою решимость попробовать. После некоторого молчания он услышал, как Цинь Чжоу неторопливо произнес: – Позвольте мне представиться, Цинь Чжоу, президент студенческого союза. Линь И: «...» «Блин, почему ты не сказал раньше». Хотя сегодня был день приёма первокурсников. И учителя, которые отвечали за приём первокурсников, и президенты, которые рассказывали ему о Мире Правил, все они говорили, что студенческий союз обладает огромной властью. Что, если студенческий союз настолько силён, что действительно может исключить его из университета? И он уже видел, что трясина из цемента была бессильна против президента студенческого союза. Линь И попытался ухватиться за одежду Цинь Чжоу: – Старший... нет ни одного студента, который был отчислен из университета в первый же день приёма. – Ты будешь первым, – Цинь Чжоу отбросил руку Линь И. – Ой, – Линь И тупо уставился на него. – Старший, не делайте этого. – Если ты молишь о пощаде, можешь прекратить, я не поведусь на этот трюк! – разозлился Цинь Чжоу. – Давай рассказывай! Линь И некоторое время смотрел на Цинь Чжоу и понял, что тот, похоже, действительно непреклонен в своём решении. После ещё нескольких брошенных взглядов, Линь И был уверен, что президент студенческого союза, вероятно, был легендарным человеком с тихим голосом, который отказывался принимать жёсткие советы, поэтому он мог лишь сказать полуправду: – Я ищу кое-кого… Когда он собирался закончить предложение, увидел, как Цинь Чжоу поднял брови и посмотрел на него с выражением «продолжай придумывать», поэтому Линь И тут же изменил свои слова: – Я обещаю, что не сделаю ничего плохого и не причиню никому вреда. Вероятно, это было искреннее заявление. Цинь Чжоу достал пачку сигарет и закурил одну: – После поступления в этот людоедский университет невозможно бросить учёбу, и студенческий союз здесь не имеет никаких прав. Младший брат, ты ведь даже не знал? Он особо подчеркнул слово «даже». Линь И: «...» – Ты ещё не знаешь, но этот твой металлолом ничто для монстров. Это объясняло смену тона на слове «даже». Цинь Чжоу продолжил: – Хотя ты ничего не знаешь, но всё равно осмелился прийти сюда, чтобы найти здесь смерть. Линь И на мгновение был ошеломлён. Он действительно не знал то, о чём говорил Цинь Чжоу. – Лгать легко, но нечестно, – Цинь Чжоу прямо в лицо осудил его. Но Линь И это не волновало: – Каждого в нашей старинной семье Линь легко обмануть. Мало того, что ему было всё равно, он продолжал: – У меня есть дальний родственник, который выглядит очень отчуждённым, как-то ему написали: «Я потерял кошелёк и не ел три дня, поэтому прошу добросердечного человека перевести мне 50 юаней, чтобы я пообедал. Я верну эти деньги, как только найду свой кошелёк» Он поверил этому сообщению и перевел деньги по Alipay «135XXXXXX», – Линь И обратил внимание на выражение лица Цинь Чжоу, когда он говорил. – Люди, которых легко обмануть, – добросердечные люди. Старший, может ли этот добросердечный младший вступить в студенческий союз? – Хочешь вступить в студенческий союз? – спросил Цинь Чжоу. – Давай послушаем твоё заявление о вступлении. Линь И честно ответил: – Я хочу попасть в Мир Правил, но на самом деле я не собираюсь там умирать. Поэтому надеюсь помогать своим братьям в студенческом союзе. – Ах, как жаль, – сказал Цинь Чжоу. – Добросердечные люди обычно являются бременем в Мире Правил. Студенческому союзу такие люди не нужны. – На самом деле я лично написал это сообщение и отправил его на телефон моего кузена. Цинь Чжоу: «...» – Я потратил эти 50 юаней, чтобы съесть небольшой бургер, – Линь И застенчиво улыбнулся. – Могу ли я теперь вступить в студенческий союз? Такие дела, когда ради выгоды обманывают даже братьев, явно не совершаются добросердечными людьми. Но Цинь Чжоу, затушив сигарету, встал со стула и пошёл в конец класса. Этот класс был отремонтирован и выглядел очень ново. Это явно не аудитория, используемая студентами для занятий, а конференц-зал, освобождённый для собраний студенческого союза. Линь И увидел, как Цинь Чжоу подошёл к столу, и, немного покопавшись, вернулся к нему с бланком. Лицо Линь И внезапно застыло. С хлопком Цинь Чжоу швырнул бланк на стол перед ним. – В последнее время часто появляются монстры 7-7, каждую ночь пропадают люди. Патрульная группа студенческого союза, а точнее отряд самоубийц, сражаются против 7-7, – произнёс Цинь Чжоу. – Если ты так настаиваешь на самоубийстве, подойди и подпиши это». Линь И посмотрел на бланк и увидел строку между пальцами Цинь Чжоу: «29 августа Студенческий союз***» Поскольку содержание бланка было перекрыто рукой Цинь Чжоу, он мог видеть только дату и слова «Студенческий союз». Цинь Чжоу убрал ладонь и постучал пальцем по листу: – После подписания здесь, сегодня вечером ты будешь патрулировать с отрядом самоубийц. Если тебе повезёт, ты сможешь столкнуться с этим правилом. Линь И не проронил ни слова. – Ты боишься? – заметив, что Линь И не предпринял никаких действий, чтобы подписать лист, Цинь Чжоу поднял голову и посмотрел на него. – Даже так, ты всё ещё имеешь намерение вступить в студенческий союз? Всё ещё смеешь создавать проблемы и стремиться в Мир Правил? Ты не знаешь, насколько высоко небо и глубока земля. Линь И хотел что-то сказать, но сдержался. Он посмотрел за спину Цинь Чжоу, затем покачал головой. – Не боишься? Хорошо, ты не будешь лить слёзы, пока не увидишь гроб, верно? – Цинь Чжоу снова подтолкнул лист перед Линь И, на этот раз его рука больше не закрывала бланк, и название формы было полностью открыто для его глаз – «Список патрулей студенческого союза на 29 августа». Список пока никто не подписал. Похоже, список патрульных на двадцать девятое число ещё не обсуждался. Линь И не стал сразу подписывать, он взял правила кампуса и просмотрел правила 7-7. – Если ты напуган, просто скажи об этом, – нетерпеливо произнёс Цинь Чжоу. – В будущем не ищи своей смерти и не мельтеши перед моими глазами, поднимая шум о том, что желаешь вступить в студенческий союз. – Нет, нет... старший… – Линь И внезапно заговорил. – Старший, вы всё ещё помните правило 7-7? Цинь Чжоу стал ещё более нетерпеливым: – Не неси хрень, поторопись. – Тогда я не буду вежлив, — Линь И указал на что-то позади Цинь Чжоу. Как только Цинь Чжоу обернулся, изначально запечатанное окно открылось. Правило 7-7: Все окна в кампусе запечатаны. Если есть открытые окна (будет добавлено). Цинь Чжоу: «...»