Ода ненависти

      Дело обстояло... какое это имеет значение?       Все эти города, посёлки, деревни – это жалкая ничтожная серая масса, среди которой обычно плавают, будто бы в первичном бульоне, жалкие людишки, по описанию схожие с сегодняшним нашим персонажем.       Но, так уж и быть, мы затронем королевство отчаяния и печали, в котором засел наш герой.       Из себя оно представляло наитипичнейший провинциальный городок любого государства – домов от того, что ночное небо затянуло унылыми облаками, так же было не видно, из-за чего вы могли наблюдать своими очами лишь их горевшие "глаза", в коих сидели обитатели данных сооружений.       И вот, в одном из сотен, тысячи, миллиона окон сидел наш герой. Комната его – грязная, унылая, пыльная.       В углу стоит кровать, в противоположном уголке – шкаф, и к боку шкафа приткнут компьютерный стол нашего героя, на котором, вот уж блять сюрприз, лежал... ооох, вы не поверите, но КОМПЬЮТЕР.       И за столом сидел он – маленький, ничтожный, худенький паренёк с коричневым бумажным пакетом на голове, в коем имелись в наличии прорези для глаз.       Одет был он незамысловато – серый халат, сиреневая футболка, чёрные шорты, в то время как ножки его были вдеты в мягкие белые тапочки.       Парнишка сидел в компьютерном мире огромных анархичных просторов интернета, и переписывался со своим другом, испытывая счастье и радость от факта того, что он наконец-то сможет получить столь желанный им плод, который иллюзорно мелькал в абстрактном "Где-то там, когда-нибудь"... и что же, делал он это ровно до того момента, пока не: "Прости, но нет"       Что перевернуло всё с ног на голову. Ярость, гнев, отрицание. Всё смешалось в единый коктейль, сотканный из всевозможных отрицательных эмоций, которые питали его подобно электрическому току, что шёл непрерывным потоком в розетку. И вся эта энергия хотела выплеснуться, хотела вылиться словесным потоком прямо на его "дорогого друга", что посмел отказать ему в его жалкой просьбе. Но он не мог....       Он банально не мог, пусть и очень хотел. Тоненькие пальчики нервно перебирали по клавишам клавиатуры, но лишь для того, чтобы тут же стереть свеженаписанную терраду о боли и ненависти, о том, как его друг посмел отказать в такой лёгкой просьбе.       Парень хотел говорить, хотел кричать на него, но он не мог, из-за чего вся энергия выплеснулась в кулак, что со всей его мощью соприкоснулся с пыльной поверхностью экрана. Разумеется, осколки разбитого стекла впились в кожу, подпитывая и без того безутешную боль, но он продолжал бить со всей силы, параллельно чуть ли не взахлёб рыдая.       И когда правая била, левая чуть ли не впивалась в бедный монитор, дабы он банально не улетел от ударов под стол.       Остановился наш жалкий герой лишь тогда, когда его рука начала напоминать кровавое месиво, а от чёртового экрана не осталось и мокрого места. Прижав ладони к лицу, он сжался на своём кресле чуть ли не до утешимой боли, разнося по периметру всей квартиры свою песнь. Он хотел сказать очень много... но не сказал ничего.