Там, где никогда не было

      Кою Яри никак не мог уснуть. Его одолевали страшные думы.       Он встал с футона и взглянул на луну из окна.       Его тут же посетила мысль, что возможно…       — Нет. Я не должен об этом думать! Пускай делает, что хочет. На него я никак не повлияю. Мне будет лучше «сдружиться» с мамой и выяснить, как ей помочь стать небожительницей?       Кою Яри все же поднялся, оставил послание старосте, собрал вещи, призвал своего духовного зверя и улетел за море.

🌇🌇🌇

      — Исчез?! — раздалось над Ики.       — Оставил записку с благодарностью за теплый прием, забрал вещи и ушел.       — Спасибо, что предупредили, староста. Дальше я сам.       Староста поклонился и ушел.       Цукиëми сжал в руке записку. Он вернулся в свою комнату.       Амэ-но-Удзумэ подала завтрак. Она заметила, что ками луны был в ужасном настроении. А если Бог луны злился, то ничем хорошим это не оканчивалось.       — Амэ-чан, возвращайся в Тагахамару, — холодно сказал Цукиëми, начиная собираться.       — Что? Но я только…       — Возвращайся!       Фея луны только покорно склонила голову и вернулась в пантеон.       У Цукиëми было несколько наложниц. Но место «супруги» пустело 4 год подряд. Он сам так решил, но это решение отзывалось камнем на сердце.       Ни к одной из наложниц он не приходил. Те просто составляли мало мальскую компанию, пока он был в своем храме.       Когда его стало мутить от этого, он решил лучше отправиться в путешествие по миру смертных, чем мучиться от этого камня.       Отдушиной становились поездки в Китай, снова и снова к той, что не дает спать по ночам, заставляя мучиться от чувств, изъедающих все внутри.       — Это для еë же блага! Я хотел защитить еë! — думал он.       — А просила ли она о такой помощи? — спросил Цукуëми.       — Ой, только ты не начинай?!       — Буду начинать, потому что я это ты.       — Ты что моя совесть?       — Я твои истинные чувства. Все, что ты пытаешься скрыть — становится частью меня. Будь более искренен с собой, и ты меня не будешь слышать.       Цукиëми хотелось удариться головой о что-нибудь твердое, чтобы успокоиться.       Взяв все нужное, он запечатал жилую часть и отправился в Вандоу.

🌇🌇🌇

      Как и предполагалось: пантеон со временем узнал, что Кою Яри исчез.       Владыка послала за ответами к Богу луны слуг. Цукиëми решил пустить этих слуг, чем всех удивил.       Слуги Владыки поклонились.       — Простите, за беспокойство. Госпожа просила узнать.       — Насчет Тсюки, верно? — спросил Цукиëми лениво.       — Почти. Бог луны, госпожа хочет переговорить с Хозяйкой Ян. Не могли бы вы еë пригласить?       Цукиëми ничего не ответил.       Слуги его храма спрятались в храме. Уж они то знали характер их господина.       — Зачем Владыке Хозяйка Ян?       — Расспросить о Северном лорде, — честно признался главный слуга.       Нависло молчание.       Затем Цукиëми раскатисто рассмеялся. Солнечные слуги недоуменно на него посмотрели.       От внезапного хлопка по мраморному стола слуги Владыки застыли и ещë сильнее побледнели.       Цукиëми встал изо стола и остановился перед «гостями».       — Ни за что. Хотя моего сына сейчас нет, но я сдержу слово за него. Мияко-тян и Владыка не встретятся! Я не стану подвергать невестку опасности, только из прихоти вашей хозяйки. Мияко-тян принадлежит клану пантеры, который поклоняется мне! Возвращайтесь обратно и скажите: расследование произошедшего идет. Но я сам прослежу за процессом. За 2 отряд пока что отвечает Западный Бог войны. А он также помогает Мияко-тян с расследованием. Потому советую не мешать процессу, иначе Тсюки никогда не вернется, — грозно сказал он.       Его аура клокотала.       Солнечные слуги прочувствовали давление высшего божества, извинились и покинули храм луны.       Цукиëми вздохнул и сложил веер. Он взглянул на небо.       — Надеюсь, Тсюки скоро вернется. И надеюсь, он не разочаруется во мне по возвращении.

🌇🌇🌇

      Кою Яри прибыл в столицу Вандоу.       Он вздохнул и выдохнул. Походив и оглядевшись по сторонам, снова почувствовал, как кровь оживилась.       Когда впереди показалась Императорская цитадель, он спрятал происхождение и подошел ближе.       — Мама правда была из Императорской семьи… то есть и я отчасти им принадлежал. Странное ощущение… но я могу лишь надеяться, что смогу получить еë доверие.       — Эй, что ты тут делаешь?       Кою Яри обернулся.       К ниму подошла девушка, до боли знакомая. И все же… сейчас выглядевшая моложе.       Наверное, потому что ей не пришлось пережить несколько сотен лет в скитаниях.       — Но даже если так, мама всë равно была одной из самых красивых девушек. Неудивительно, что ей удалось привлечь внимание высшего божества, — подумал Кою Яри, затем повернулся и поклонился. — Простите, я искал кое-кого. И дошел до сюда.       — Искал кого-то? — спросила Доулинг.       — Да. Ничего особенного. Поищу в другом месте. Простите за беспокойство.       Кою Яри решил уйти. Он почему-то не мог смотреть «матери» в глаза. Потому решил уйти, но его схватили за локоть и остановили.       — Мой мастер учил помогать всем, кто в этом нуждался. Позвольте и вам помочь? Я выросла тут, может это тот, кого я знаю?       — Хм? Точно? Хорошо. Пошлите.       Доулинг мягко улыбнулась.       Кою Яри стало слегка не по себе. Он сразу вспомнил свою мать, и в какой та была ситуации.       — Может и хорошо, что я не появился тут? Может родители не вместе, но мама в лучших условиях?       Доулинг выделила гостю комнату и угостила чаем. К ним ещë присоединился юноша — Вэньхуа.       Кою Яри рассказал, что из другой страны, но так как один из его предков жил раньше в Вандоу, у него есть черты этого народа.       — Вы Бог войны? — восхитился Вэньхуа.       — Да. Добиться признания было сложно, но благодаря поддержке тех, кто мне дорог, я добился своего. Но я часто был в разъездах и в пантеоне бывал редко.       — А почему ты приехал в Вандоу?       — До меня дошли слухи о группе беженцев, что исчезли в соседней стране. Поэтому я искал того, кто в курсе? И не объяснит, что произошло?       Доулинг побледнела и промолчала.       — Эти беженцы… сколько их было? — спросил Вэньхуа.       — Я не знаю. До меня дошел слух, но я деталей не знаю.       — В любом случае, это были мои старшие братья и сестры. Их изгнали из пантеона, запечатав силы и лишив бессмертия. Видимо они решили затаиться на родине мастера. И исчезли? Странно.       Кою Яри весь напрягся. Его отец упоминал, что старшие братья и сестры Вэньхуа натворили дел и пленили Бога луны. Но все 6 были сурово наказаны и казнены. Именно эта 6 была виновата в том, что случилось с ним и его родителями.       — Понял. Тогда, раз они уже исчезли — туда им и дорога.       — Вы даже не знаете, что они сделали, — сказала Доулинг.       — И что? Раз их изгнали, значит случилось нечто серьёзное, — сказал Кою Яри равнодушно и выпил из чашки.       — Кою Яри, тогда ты вернешься на пост? — спросила Доулинг.       — Пока что нет. Я хочу осмотреть Вандоу, родину моих предков. За меня не волнуйтесь, я сам все осмотрю.       — Хорошо. Пока ты пробудешь тут, это будет твоя комната.       — Понял, спасибо за радушный прием. А, и пожалуйста не говорите, что я тут.       — Почему?       — Вряд ли в пантеоне обрадуются, что я отлыниваю от обязанностей.       — Хорошо, но потом сам отчитайся Главе.       Кою Яри только кивнул.       Они ещë немного попили чаю, и Доулинг с Вэньхуа ушли.       Лицо Бога войны стало серьёзнее.       — Так, меч Инь находится у неë. Тогда понятно, почему у меня остался только меч Кровавой луны. Два похожих меча в одной реальности быть не может. А это значит, что меч и коса Кровавой луны ещë не были созданы. Или же мечи Инь и Ян сильнее, потому их влияние важнее, чем меча Кровавой луны?       Вытащив ножны меча наружу, Кою Яри покинул покои и отправился, куда глаза глядят.