Дождь
21 июня 2024 г., 23:27
Китти устало вздыхает, подперев голову рукой, бросает взор на внутренний двор школы. Дождь льёт уже как несколько часов, периодически слышится гром, перекрывающий чтение старшеклассника, преподавательница невольно ёжится, плотнее закутываясь в шаль. Отвлекаясь от прослушивания книги, женщина окидывает взглядом кабинет: прямо перед ней на первой парте сидит Изя — парень, прямо сейчас читающий вслух произведение, немного дальше рисует в тетрадке, чуть ли не лёжа на парте, Гаечка, а в самом конце класса, привалившись спиной к стене, стоит Миля — сын Китти, проходящий практику в их школе и по личной инициативе заглядывающий на встречи литклуба, чтобы быстрее набраться опыта, да и просто для общего развития.
— Глава седьмая… — доносится до её слуха фраза, вырывая из размышлений, после чего Китти, встрепенувшись, быстро прерывает его:
— Стой, стой, — она кидает быстрый взгляд на настенные часы, — у нас через пять минут уже конец занятия, предлагаю закончить на этом, а в следующий раз обсудить все ваши мысли и как раз начать главу, — женщина встаёт из-за учительского стола, расправляя юбку, и берёт из рук ученика книгу.
— Хорошо, спасибо за занятие, — Гаечка поднимается с места, потягиваясь и неспешно складывая свои вещи в рюкзак, — до свидания!
— Китти, — обращается Изя без отчества, потому что преподавательница несильно любит формальности за пределами уроков, — скажите, а можно я завтра тоже почитаю? — с энтузиазмом спрашивает старшеклассник, подбегая к ней.
Она утвердительно кивает головой, улыбается, внутренне радуясь такой инициативности от нового ученика, в такой упадочный период их небольшого кружка это было особенно важно. Парень только недавно перевёлся в их школу, но уже успел неплохо влиться в коллектив.
Ребята прощаются и выходят из кабинета, параллельно обсуждая произошедшие в книге события, до слуха доносится только отдалённый смех и странная фраза «диван ФИИИИИИИ диван», которой Китти решает не придавать слишком много смысла. В комнате остаются только двое, учительница подходит к сыну.
— Ну что, как твой день сегодня? Устал, наверное? — она мягко улыбается, ласково проводя рукой по его плечу.
— Да… не то слово, у меня сегодня были девятиклассники, просто невозможно, — он протяжно вздыхает. Под конец дня практикант выглядел уставшим, волосы совсем растрепались, а выражение лица было очень утомлённым. — Кстати, по поводу них, мам, помоги, пожалуйста, разобраться в документации, — парень, достав классный журнал из-под мышки, открыл перед ней нужную страницу, указав пальцем на место, где он не понял, что писать.
Китти берёт из его рук журнал, задумчиво трёт переносицу, смотря на указанное место, быстро пробегается глазами по странице, пытаясь сообразить про что конкретно идёт речь.
— Ох, а за что ты Желейке двойку влепил? И тут ещё одна… — учительница непроизвольно хмурится, рассматривая остальные проставленные оценки за сегодня.
— Они не смогли назвать мне даже два изолятора Японии! — Миля искренне негодует, вспоминая сегодняшний урок. — Хотя я им буквально пять минут назад перечислил их все, указав на карте точное месторасположение, — Китти издаёт невольный смешок, вспоминая, как Сэзил старательно пыталась вспомнить у доски хоть что-то про согласование деепричастных оборотов, которые они проходили уже пару дней. Он ещё не привык к тому, что дети часто отвлекаются и быстро всё забывают.
— Будь к ним терпимее, это всё-таки даже не в их программе ещё, — стараясь объяснить как можно мягче, преподавательница возвращает свой взгляд в журнал, пытаясь найти то место, в котором у её сына возникли вопросы.
— Да, но иногда это бывает так сложно… — парень ещё раз вздыхает и обращает своё внимание полностью на журнал, стараясь вникнуть уставшей головой в объяснения.
***
— …так на этом вроде всё, здесь ничего сложного, просто надо приноровиться, — Китти откладывает журнал в сторону, бросая беглый взгляд на часы. — Время уже позднее, пора возвращаться домой, пока не начало темнеть. Ты не задерживайся, занеси журнал и сразу домой. — Сегодня опять без тебя? — спрашивает Миля с нескрываемым разочарованием. Он уже относительно привык, что мама постоянно задерживается вечером то разбираться с документацией, то обсудить что-нибудь с каким-то ребёнком или администрацией школы, иногда просто поговорить с оставшимися вечером коллегами не по делу. — Не опять, а снова, — на выдохе произносит женщина, складывая в стопку тетради с сочинениями, откладывает в сторонку одну из них. — Да, дорогой, прости, — извиняюще улыбается, — сегодня надо занести некоторые документы и поговорить насчёт Сэзил… Не забудь захватить зонт! Миля поджимает губы, понимающе кивает. Учительница поднимает глаза на сына, не выдерживает сложившейся атмосферы и крепко прижимает к себе, поглаживая по спине. Они стоят так совсем немного, а потом парень, кинув фразу «буду ждать тебя дома», поспешно скрывается за дверью. Китти вздыхает, делает себе пометочку в голове о том, что завтрашний вечер надо будет провести вместе с сыном, но, уткнувшись взглядом на надпись на тетради «Сэзил», откладывает эту мысль на потом, решив заняться этим чуть позже. Сегодня её девятый класс писал сочинение на тему «Учителя нашей школы», преподавательница уже успела проверить несколько работ, в том числе и вышеупомянутую, в основном попадалось что-то довольно обычное, написанное про «очень большую важность работы педагогов» или просто краткое описание каждого предмета и конкретно работающего по нему учителя. Были какие-то приятные слова, где-то просто обычное повествование, но когда женщина открыла тетрадь Сэзил… Первые пару секунд она не замечала подвох, но сразу подметила необычное для типичного сочинения начало с диалога, прочла буквально первую фразу «— П-пигман! Ч-что Вы-Ах! — Кричала Юрка…» и сразу же закрыла тетрадь. Учительница уверенно берёт её в руки, не имея никакого желания продолжать читать непотребства про её коллег ещё с прошлого раза, и встаёт из-за стола, уверенно решив передать это сразу в руки заму по воспитательной программе — Луне. Закрыв кабинет на ключ, Китти выходит в практически полностью пустой коридор. Большинство уроков уже закончилось, так что только изредка попадались ученики или учителя, спешащие скорее закончить все свои дела и отправиться домой. Когда она проходит мимо кабинета музыки, до неё доносится вымученное пение одной из любимых песен Линера — учителя музыки — «No boobs», преподавательница легко догадывается, что это Гизви, который очень хотел исправить себе оценки к концу учебного года, потому что он на днях заходил и к ней, чтобы попросить балл повыше, и она вытянула ему оценку по литературе на тройку. Дойдя наконец до кабинета директора, преподавательница без стука входит внутрь, зная, что её ждут, так как под конец рабочего дня она была частым гостем здесь, мгновенно слышит приветствия. Её сразу же встречают как обычно висевшие на стене два автомата и стоявшие вдоль стены, не пойми кем подаренные и ненужные четыре бутылки вина. — Китти, привет, как дела? А можно… — пародируя своего коллегу, про которого женщина уже не раз высказывалась, в шутливой манере здоровается Пигман. Рядом с ним стоял Беся, перебирая какие-то бумажки, а также сидела Луня. — Приве-ет, можно, — она усмехается, — а вы как? Ещё не умерл… — преподавательница осекается на полуслове, увидев на руках у зама по воспитательной программе ученика младших классов. — Антоша, а ты чего опять здесь? — Маму Норку жду-у, — протягивает мальчишка, оборачиваясь на преподавательницу, ставит подбородок на Лунино надплечье. — Значит сейчас я покажу кое-что учителям, и пойдём вместе искать маму, — Китти ловит заинтересованный взгляд коллег, проходит чуть дальше, открывает прямо перед лицом девушки тетрадь на нужной странице. Луня сначала недоумённо выцепляет строчки, но уже на второй теряет весь свой серьёзный вид, начинает смеяться и, сразу поняв, что Антоше это слушать не стоит, спускает его с колен, передавая Китти. — Что там такое? — заинтересованно спрашивает Беся, откладывая в сторону бумаги. — Это надо слышать, — Луня косит взгляд на выходящего из кабинета за руку с преподавательницей мальчишку, — сейчас зачитаю. — Меня не ждите, — добавляет напоследок Китти, — я это прочитала только наполовину, но желанием узнать, чем закончилась история, не горю, — и выходит из комнаты. — Идём искать маму, — обращается она уже к Антоше, осматриваясь по сторонам, на что мальчик произносит только «угу». Из-за двери доносится приглушённое чтение сочинения, но слова всё ещё можно было разобрать из-за громкого произношения, поэтому она спешит скорее удалиться подальше. Они с мальчиком идут по опустевшим коридорам, почти не разговаривая. — А чего Луня Христобесовна так смеялась? — всё-таки прерывает тишину вопросом Антоша. — Наверное, смешное что-то прочитала — уклончиво отвечает Китти, — так, скоро уже будешь дома, рабочий день у мамы как раз закончился, — переводит тему она, чтобы Антоше не пришло в голову поинтересоваться, что же такого смешного можно было найти в школьной тетрадке. Услышав приглушённо громкий голос, предупреждающий о том, что по коридорам бегать нельзя, даже под конец дня, Китти понимает, что мама Антоши уже близко. Они заворачивают за угол и видят медсестру, уже практически нажимающую на ручку двери с надписью «Психолог». Не давая ей зайти внутрь, Китти её окликивает: — Норка! Мы как раз тебя ищем, ты же уже закончила работу? — А-а… Да-а?.. — она останавливается, так и не успев нажать на ручку, не сразу понимает, чего от неё хотят, переводит взгляд на мальчика, — Антоша, привет, а где ты был? — младшеклассник расцепляет руки и бежит к маме, начиная что-то быстро рассказывать. — Да, мы сейчас ещё зайдём к тёте Куди и сразу домой, — медсестра оборачивается. — Спасибо, Китти, до завтра! Попрощавшись с Норкой, преподавательница неспешно направляется обратно, искренне надеясь, что Луня успеет дочитать до того момента, как она вернётся. Практически прямо перед дверью в кабинет женщина обнаруживает небольшую кучку старшеклассников, греющих уши. Это была очень знакомая компашка её девятиклассников: Доминик, Касп и Сэзил, работу которой сейчас читали. Они стояли возле двери и хихикали, а парень, услышав, что там описывается, закрыл уши руками, ожидая пока девчонки наслушаются. — Интересно? — спокойным тоном интересуется преподавательница, тихо подойдя сзади — этому она научилась у Пигмана. Старшеклассники вздрагивают от неожиданности, оборачиваются. — Э-э… Здра-авствуйте, а мы тут домой собирались уже идти, — Доминик отходит от двери, беря за руку Сэзил, которая добавляет: — Мы рядом проходили, я что-то знакомое услышала, но мы уже идём, до свидания! — девушка переплетает пальцы с Доми, и они быстрым шагом устремляются куда-то вглубь коридора, их, немного помедлив сначала, начинает догонять Касп. — Зонтики хотя бы с собой есть? — на последок интересуется Китти и, получая утвердительные кивки головой, закрывает глаза на их подслушивание, неспешно заходя обратно в кабинет. Они там, слава богу, уже заканчивали. — А можно поинтересоваться, это на какую тему такое написано? — спрашивает всё ещё раззадоренная Луня, листая тетрадку. — «Учителя нашей школы», — на выдохе отвечает Китти, присаживаясь рядом и тоже заражаясь смехом от коллеги. — Не знаю, что с этим дальше делать, в общем, Луня, я ответственно перекладываю ответственность на тебя. Теперь это полностью твои проблемы, — произносит женщина, но всё-таки делает себе пометочку в голове поговорить с Сэзил. — Я предполагал, что такое когда-нибудь может случиться, но не был готов, что это будет так скоро, — вздыхает Пигман, отсмеявшись. Он убирает в сторонку бумаги с планами мероприятий на месяц, ни одно из которых не было расписано. За самое ближайшее они взялись как раз сегодня, накидав примерный план и поручив старшеклассникам готовить спортивный зал к выступлению. — Кстати, раз мы все тут собрались, хотел поднять вопрос о том, что одиннадцатиклассники стали больше прогуливать. А у них же ЕГЭ на носу, они нам весь рейтинг школы испортят, будет меньше учеников! — Поддерживающие постеры уже не помогают? — подшучивает над другом Беся. — Так, Луня, Китти, можете мне предоставить посещаемость девятого и одиннадцатого классов? До Арсика я уже стараюсь достучаться через Каспа, хотя это и нерезультативно, но сама она, как знаете, ничего не воспринимает, — он переводит свой взгляд на Пигмана. — Я бы поговорил с ней дома, но у неё сейчас сложный период, вы же слышали, как она отрицает, что я её отец, — заместитель директора неопределённо пожимает плечами. Он уже свыкся с этой мыслью, надеясь, что это пройдёт с возрастом. Работа пожирала довольно большую часть времени, поэтому он несильно сейчас занимался данной трудностью в их отношениях. — Всё, пойду-ка я домой, уже давно пора, может, поговорю с ней, — Пигман направляется в сторону двери и, обернувшись, добавляет, — до завтра! — Китти делает себе пометочку в голове, поговорить с Арсиком, если она, конечно, придёт на урок русского. Луня, вспомнив, что так-то её уже ждут девочки-близняшки, которым стоит уделять больше времени, чтобы это не вылилось в аналогичную ситуацию, тоже быстро убегает, как обычно, не прощаясь. Зато, забрав тетрадку с собой, обещает, что проанализирует её содержимое и обязательно распишет план воспитательной программы. Китти и Беся остаются одни в кабинете. Мужчина подходит к окну, снимает очки, потирая уставшие глаза: за сегодняшний день было очень много бумажной работы. — Когда-нибудь я брошу это всё и уйду в лес… — на выдохе произносит он, облокачивается на подоконник, направляя свой взгляд куда-то вглубь непрекращающегося ливня. — И я с тобой хочу тогда, — преподавательница встаёт из-за стола, закидывая на плечо сумку с школьными принадлежностями, подходит чуть ближе, всматриваясь в серую даль. Они стояли так уже несколько минут. Дождь усилился за прошедший час, застилая собой всё и сильно ограничивая дальность видения. Солнце уже начало клониться к горизонту, на город нападали вечерние сумерки, означающие лишь то, что Китти сегодня опять вернётся домой поздно и до ночи будет проверять тетрадки. Дома, наверняка, уже ждёт уставший Миля, надо бы поторопиться, чтобы успеть побыть с ним вместе немного. Погода на улице разыгралась не на шутку, так что нужно будет идти быстрее, вроде бы несильно ветрено, так что её бедный складной зонтик должен спасти от этой напасти. Зонтик… Сейчас уже идти, а она не помнит, куда его положила. Так, в классе точно быть не может, женщина всё внимательно осмотрела по привычке перед выходом, в коридоре где-то вряд ли, также точно не в гардеробной, так как утром была только морось и она его даже не открывала, здесь оставить не могла, так как приходила точно без него… Учительница отвлекается от своих мыслей, роется в сумке, надеясь обнаружить зонт там, но, к своему сожалению, не находит там ничего. Она растерянно оглядывает кабинет, всё-таки лелея надежду отыскать заветный предмет здесь. Беся переводит свой вопросительный взгляд на неё, когда Китти вдруг понимает, что зонт у них был всего лишь один, а Миле она сказала её не дожидаться. Она задерживает воздух в груди, прикладывает руку к подбородку, стараясь придумать выход из ситуации, так как мокнуть не особо хотелось — Что-то потеряла? — из раздумий её вырывает вопрос директора. — А, да… Я поняла, что Миля ушёл с единственным зонтом, — она неловко потирает шею, скованно улыбаясь, — я сама что-нибудь придумаю, ты можешь идти, — поспешно добавляет женщина, поймав на себе сосредоточенный взгляд, — а то тебе неудобно очень будет, мы же в противоположных сторонах живём. — Да-а… — он глубоко вздыхает, окончательно отходя от окна, — не решай за меня. Ты закончила уже? — неуверенный кивок. — Тогда идём. Китти хватается за лямку рюкзака, нерешительно делает несколько шагов за Бесей, который уже забрал свою сумку и сейчас придерживал дверь. В школьном коридоре совсем тихо, свет везде потушен, так что пространство овевает полумрак, все задержавшиеся уже давно разошлись по домам. Они довольно быстро доходят до школьной гардеробной, где надевают верхнюю одежду. Сегодня утром дождь был совсем небольшим, так что женщина, не удосужившись посмотреть на прогноз погоды, взяла с собой только плащ. — Пошли? — обернувшись, спрашивает Беся, стоя возле двери с большим зонтом в руках. Китти кивает, торопливыми движениями застёгивая на ходу пуговицы. Через приоткрытую дверь сразу же врывается оглушающий звук бьющихся о всевозможные поверхности капель. Ветер залетает внутрь, колыша полы плаща. Они выходят на крыльцо, учительница невольно ёжится, встаёт под зонт, хватаясь за его ручку одной рукой, второй придерживает рюкзак. Шаг, два в практически кромешную темноту и вот они уже под этим ливнем спешно идут в сторону дома Китти, стараясь сильно не промочить обувь. Дождь, как бы она не старалась, попадает то неё, то на спутника, а холодный ветер забирается под одежду, морозит, продувая насквозь, до костей. Женщина подходит чуть ближе, уже хватаясь не за ручку зонта, а за локоть мужчины обеими руками. Сейчас вообще не до формальностей, главное — не промочить ни себя, ни выручившего её Бесю. Сейчас это место под зонтом ощущается очень уютно, такой небольшой островок спокойствия среди бушующего океана разыгравшейся непогоды. Ливень усиливается, молния на секунду освещает территорию, а потом где-то рядом слышится раскат грома. Они уже не думают о том, как бы не наступать в лужи, когда начинает виднеться небольшая многоэтажка — дом Китти. Козырёк подъезда не спасает от дождя, женщина быстро достаёт из сумки ключи, трясущимися руками открывает ими дверь, и они заваливаются внутрь, прячась в здании от непогоды. Учителя, наконец остановившись, переводят дух, начиная смеяться. Отчего-то на душе становится очень легко, несмотря на всё, что сегодня произошло. Сбросив напряжение, они понемногу утихают. — До дома довёл, вроде даже несильно промокли, — он улыбается, окидывая беглым взглядом себя и спутницу, — сейчас ещё один рывок, и уже я буду дома, — Беся облокачивается о стену, запрокидывая голову. Его волосы немного влажные, так как всё-таки успели намочиться из-за косого дождя и бега. Преподавательница опирается на перила, буквально секунду думает, решается, смотря прямо в лицо собеседнику. — Зайдёшь на чай? — звучит вопрос, а сразу после него пояснение. — Там такой ливень, может, переждёшь его у нас? — Китти отходит в сторону от лестницы, ждёт его ответа. Очень хотелось отблагодарить, а ещё сильнее не хотелось заставлять Бесю идти сейчас расстояние в два раза большее, чем от школы, по такому-то ливню. — Зайду, — практически моментально отвечает он, мягко улыбаясь, — как не зайти. Тепло разливается где-то внутри, женщина улыбается ему в ответ и начинает подниматься по лестнице на свой этаж, слыша неспешные шаги сзади себя. Ключ с характерным звуком проворачивается в замочной скважине, учительница, открывая дверь в квартиру, поставленным голосом громко произносит: «Миля, мы дома», — проходит внутрь, пропуская Бесю. Они снимают промокшую до нитки обувь, оставляя сохнуть рядом с батареей, Китти вешает верхнюю одежду директора на крючок рядом со своим плащом, проходит дальше в квартиру, слыша торопливые шаги. — «Мы» — это кто? — слышит она вопрос выглядывающего из-за двери на кухню Мили, — ой, здравствуйте, Беся… — Ну ты чего, сейчас можно и на «ты» спокойно, — женщина ласково треплет сына по зелёной макушке, — пойдёмте на кухню, — она легко подталкивает его вперёд, чтобы освободить проход. Квартира сама по себе была маленькой, однако уютной. На кухне тёплым светом лампочка освещала скромный интерьер комнаты: стол, стоящий по центру, несколько стульев, приставленных к нему, аккуратная кухонная гарнитура в углу, напротив окно, в которое сейчас громко барабанил дождь. Китти ставит чайник на плиту, поджигает газ, начинает доставать из ящичков всё нужное, ставит кружки на стол, на который Миля уже успел положить печенье. Сейчас он сидел за столом, рассказывая маме о том, как добирался до дома, и что если бы он пошёл чуть позже, то зонтик бы его точно не спас, потому что сразу, как он пришёл домой, ливень многократно усилился. Женщина присаживается на стул, внимательно слушает сына, рассказывая уже в свою очередь о том, как они с Бесей попали под тот самый ливень, под который чуть не попал парень. Мужчина кивает головой, облокотившись на спинку стула, начинает уже рассказывать своё. На кухне воцаряется уютная атмосфера, мягко переливаются друг в друга темы разговора под звук медленно закипающего чайника. — Мам, тебе какой чай? — спрашивает Миля, наливая в кружки кипяток. — Неважно, главное, что с вами.
