Бандит

      Чимин просыпается со связанными руками и ногами, сидящим на стуле в какой-то вонючей комнате. Он не сразу понимает, что происходит, но вместе с жуткой головной болью прорезаются воспоминания.       Через неделю после вечеринки у Сохи Чимина в коридоре подозвали к себе старшеклассники.       - Вам что-то нужно? – дружелюбно поинтересовался Пак.       - Да не, просто поговорить хотели, - почесывая затылок ответил главный из компашки, дылда, - тут вот какая история. У меня есть друзья с одного села неподалеку, которые знают давно Юнги и… у них там какие-то свои мутки, я не очень в этом шарю, на самом деле, - чем дальше парень говорил, тем неуверенней он звучал. – Так вот, они когда узнали, что Юнги с кем-то подружился, очень заинтересовались. Сказали, что хотят с тобой переговорить. Вот.       - Эм… Мне кажется, что тут произошло огромное недопонимание. Я с Юнги не дружу, а вынуждено помогаю с учебой по просьбе директора.       - Да бля… Они не верят, что Юнги может кого-то слушать.       - А мне немножечко так посрать с высокой башни, чему они верят, а чему нет.       - Спокойно. Если что, я просто передал тебе их слова. У меня так-то и номер твой есть, но я им не сказал. Подумал, ты сам разберешься, если что.       - За это спасибо. Но передай своим друзьям, что с Юнги я никак не общаюсь, кроме учебы, так что ничего нового им сказать не смогу.       - Окей.       - Я тогда пойду?       - Да, конечно. Только это. Будь осторожней.       Чимин улыбнулся и пошел дальше. Стоило прислушаться к совету. На следующий день, когда Чимин ехал в автобусе домой, к нему подсел какой-то мелкий веснушчатый пацан.       - Ты Чимин?       - А ты кто?       - Друг Юнги, - веснушчатый ухмыльнулся.       - У Юнги нет друзей, - отрезал Чимин.       - Но ты же есть, - ухмылка стала еще противней.       - Я ему не друг, а что-то типо репетитора, - Чимин начинал раздражаться всё больше.       - Апхахпап. Очень смешно. Вас пару раз видели как-то давно вместе обедающих в парке. Так что не надо.       - А я что, за бесплатно должен работать? Я его учу, а он иногда приносит обед, - нагло соврать было единственной надеждой Чимина. Веснушчатый недоверчиво сверлил глазами лицо Чимина, но не обнаружив на нем ни тени сомнения пришел к выводу, что старший не врет.       - Пф, тогда это еще бредовей! Мины живут нищенской жизнью, откуда у него деньги на еду!?       - Хм, может ты и правда друг Юнги? – Чимин как мог постарался изобразить удивление. – Я и не знал, что он прям нищий.       - А по нему не понятно, блять?       - Неа, - совершенно уверенно качнул головой Пак, - я с ним пересекаюсь только на наших занятиях, и говорим мы только про экзамены. Однажды я спросил, откуда у него синяки, он меня избил. Больше вопросов не задавал.       За актерскую игру Чимину можно было смело вручить Оскар. Веснушки поразмыслили, пришли к умозаключению, что бить людей в духе Юнги.       - Ладно. Это похоже на правду. Я к тебе с предложением. Разузнай о нем побольше и…       - Мне выходить на следующей! Чуть не проехал из-за тебя, придурок! – Чимин с легкостью и изяществом птички вскочил, быстро оплатил проезд и выбежал из автобуса, пока пацан не успел сообразить, что случилось. – Блин, до дома еще прилично так…             Придется переться пешком. Еще и холодно.       После случая в автобусе Чимин начал ощущать на себе пристальные взгляды, но подумал, что это всё его домыслы.       А теперь он тут. В вонючей комнате, в которую его затащили, когда выловили по дороге домой. Всё было быстро: шорох за спиной, удар по затылку и Чимин уже в отключке. Из соседней комнаты слышались голоса. Но слов разобрать не удавалось. Чимин попытался дернуться, со злостью брыкаясь на стуле, но в итоге добился только того, что с грохотом упал на пол. Тишина. Голоса затихли. Через пару секунд послышались шаги, скрипнула дверь.       - Ха, проснулся! Отлично! Поднимите его! – громко раздался грубый голос.       Чимина вернули в исходное положение. Теперь он мог видеть своих обидчиков. Кучка каких-то пацанов с неприятными физиономиями, среди которых был и веснушчатый. В центре крепкий парень снова громко заговорил:       - Слушай, мы тут пытались с тобой по-хорошему поговорить, но решили, что быстрее будет объяснить так. Меня зовут Сынги, и у меня давно есть пару вопросов к Юнги.       - Я же уже говорил, мы с ним не общаемся. Только учимся.       - Да, да, слышали эту песню. Так, если не дружите, начните! Сложно что ли? – ядовито ухмыльнулся Сынги, разводя руками и оглядывая присутствующих в комнате. Пацаны вразнобой стали усмехаться и повторять последнюю фразу.       - Я вашему веснушчатому уже объяснял. Юнги меня побил, когда я стал лезть не в своё дело, - Чимин решил придерживаться той версии истории, которую придумал в прошлый раз.       - И ты так просто сдашься? – Сынги подошел ближе, взял Чимина за подбородок и хищно оскалил зубы в улыбке.       - Да, - Чимин смотрел ему прямо в глаза. Страшно.       Сынги прищурился, как бы проверяя Чимина на достоверность сказанного.                   Последний не отводил своих стеклянных глаз.       - Да, блять! – за возгласом последовала пощечина, - от тебя никакой пользы, кусок дерьма! – Сынги взбесился и его настроение передалось остальным.       - Что ты от меня хочешь? – жалобно в ответ выкрикнул Чимин.       - Я хочу добраться до Юнги и поставить его на место!       - Так сложно это сделать без меня? – в ответ на слова Чимина последовала еще одна пощечина.       - Да, блять! Этот пидор ни с кем не водится, не понятно, где ошивается, и постоянно вылавливает наших и бьет по одиночке. Из-за него мой брат чуть не покончил с собой! Он его изнасиловал, - поумерив пыл, Сынги пытливо смотрел на реакцию Чимина, глаза которого расширились до максимума.       «Что это значит? Он врет? Или это правда… Но, разве Юнги мог так…».       - У меня идея, - крикнул веснушчатый. Получив утвердительный кивок от Сынги, продолжил, - давайте сделаем с этим то же, что и Юнги с твоим братом. И видео запишем.       Все оглянулись на мелкого пацана. Его слова прозвучали дико, но чем дольше длилась тишина, тем больше высказанная идея всем нравилась.       - П-подождите, - запинаясь, Чимин прервал молчание, - у вас терки с Юнги. Не отрицаю, мудак он конченный. Но я-то тут п-при чем?       - Похуй. Хочу выебать тебя так, чтобы Мин убился бы нахуй. Ты знал, что ты единственный, с кем он общается в этой школе?       - В-всмысле? – голос Чимина дрожал, а сам он был на грани истерики, когда Сынги присел возле него на корточки.       - Ты же знаешь, что он из города сюда перевелся два года назад?       Чимин кивнул.       - А ты знаешь, почему?       Чимин отрицательно повертел головой.       - Вот и хорошо. Чтобы спасти брата от позора, я лично въебал всем, кто хоть что-то знали об этой истории.       - Твоего брата изнасиловал Юнги… два года назад?       Сынги злобно зыркнул.       - Заткните ему рот, - единственное, что сказал Сынги, выходя из комнаты и давая отмашку к действия левой рукой.       - Нет! Остановитесь! Нет! Нет! Н… Гкхм…       Чимина обступили со всех сторон, затыкая ему рот какой-то тряпкой. Все поняли, что хотел Сынги. Веснушчатый достал камеру, начал запись и навел прямо на плачущее лицо Чимина. В это время кто-то снимал с него рубашку, а кто-то расстегивал ширинку на штанах, пока третий схватил за волосы и тянул голову Чимина назад.       - С одеждой осторожно, не порвите, - командовал один из парней.       Так как Чимин был связан по рукам и ногам веревкой, полностью раздеть его была задача не из легких, но оголить грудь, член и задницу получилось.       - Отойдите, я кадр сделаю.       - Давай, снимай, - весело указывал парень с татуировкой в виде орла на руке, когда сжал со всей силой член и яйца Чимина.       «Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно…»       Парень, стоящий за спиной Чимина, чуть придвинулся вперед и стал дергать соски. Каждому хотелось причинить боль. Им было плевать на Чимина, также, как и на брата Сынги, но жажда насилия заставила их присоединиться к Сынги, чтобы оправдывать свои поступки местью главаря.       - А может ему рот открыть? Пусть отсосет?       - Ага, смотри, чтобы не откусил.       - Ахпаза, и то верно. Просто спущу ему на лицо.       Пару человек, достав свои члены, стали тыкать ими в лицо Чимина, но как бы тот не пытался уворачиваться, его крепко держали за волосы.       - Слышь, Гора, давай развяжем его и трахнем?       Но не успел крупный парень по имени Гора ответить, как дверь кто-то выломал.       - Сынги, что-то случилось?       На удивление всех в дверном проеме показался Юнги с ножом в руке и в крови.       - Блять! – разъяренно крикнул Юнги и набросился на не ожидавших ничего подобного пацанов. Началась суматоха, Чимина отбросили, и он упал набок, ударившись головой об пол. Кто-то в испуге бросился бежать прочь из комнаты, пару смельчаков пытались напасть в ответ, а веснушчатый забился в угол комнаты и стал истошно орать сквозь слезы. Страх перед Юнги заставлял биться сердце каждого в бешеном ритме.             Даже то, что парней было явно больше, никак не помогало им справиться с животной яростью и агрессивностью Юнги. Его удары были точны и тяжелы, а худое гибкое тело легко уворачивалось от нападающих. Чимин закрыл глаза, чтобы не видеть происходящего, а слезы сами собой стекали по лицо и капали на грязный пол.       Несколько минут и в комнате всё утихло. До слуха Чимина доносились только болезненные стоны и рыдание веснушчатого.       - Не бей! Не бей! Не бей!       За криком послышался удар. Рыданий больше не было слышно. За ударом послышался хруст. Когда Чимин ошарашенно открыл глаза, то увидел, как Юнги ломает камеру веснушчатого.       - Юнги… - тихо хриплым голосом позвал младший.       Юнги сразу же перевел глаза на него. Спохватившись, бросился развязывать веревки и застегивать ширинку на измученном парне. Ничего не говоря, Юнги взял на руки Чимина и понес через комнаты. В соседней лежал Сынги со сломанным носом без сознания. На выходе из дома Юнги набросил на Чимина свою куртку, а сам как был в спортивном костюме, так и вышел на улицу, где стоял его велик.       - Садись и держись, - всё, что сказал Юнги.       После они молча ехали. Чимин сначала держался за сидушку, а потом обхватил Юнги, уткнулся лицом в спину и прорыдал всю дорогу. Откуда и куда они ехали его совершенно не волновало. Время и пространство перестало иметь значение. Хотелось уснуть и никогда не вспоминать сегодняшний день.