The Language of Childhood Friends

Люди думают, что спортивный фестиваль Катсуки был результатом его дерзкой личности. Но это еще не вся история. Да, отчасти из-за этого пепельный блондин поднялся на трибуну, чтобы заявить, что "он победит", и на этом все закончилось, но главная причина заключалась в том, что он терпеть не мог выступать перед толпой – толпой, которую он мог видеть в особенности. Он был бы великолепен в роли героя – он видел трансляцию "hero charts", и со всеми этими огнями на нем было бы маловероятно, что он был бы виден толпе, а интервью не давалось бы перед массами. Но спортивный фестиваль был. Он видел, что все смотрят на него – в каком–то смысле это ему помогло; всего за те 10 секунд, что он был там, наверху, он покрылся сумасшедшим количеством пота - и, откровенно говоря, это было тошнотворно. Но все было в порядке, никто не знал, и это было самым важным прямо сейчас – или, по крайней мере, никто, кроме Дек Изуку, чего и следовало ожидать, поскольку они выросли вместе (о чем им так часто приходилось напоминать своему классу). Правка. Это было прекрасно. Вплоть до того момента, когда Айдзава сказал, что они должны провести сольную презентацию перед всем классом – он мог бы справиться, это было бы неинтересно, но он знал их класс – и класс 1b – блять. Он мог попросить о помощи, взрывной блондин знал, что мог – черт возьми, сколько раз он напоминал Денки, что помощь с дислексией или СДВГ - это не так уж и плохо (они с Кодой часто выступали в паре на презентациях и составили на удивление хорошую команду, Кода проводил исследования и практиковался в выступлениях на телевидении). Денки, который заучил прочитанную ему информацию и провел презентацию по памяти.) Так что он знал, что рассказать Айзаве – это вариант, и у его друзей не возникнет проблем с тем, чтобы составить ему пару – на самом деле, они были бы рады этому, - но он не хочет этого делать. Он хотел пройти через это, хотел доказать самому себе, что он может. Так и будет. ---- Он выбирает тему работы за границей приводя в пример про героев, уделяя особое внимание Всемогущему и его связями в Америке. Две недели перед презентацией он проводит, снова и снова отрабатывая свою презентацию, зная, что если она будет заучена наизусть, то эти 10 минут пролетят намного быстрее. Он вовлекает Бакусквад в тренировки, ссылаясь на то, что ему нужно, чтобы его друзья были лучшими, хотя на самом деле чтобы он мог говорить перед реальными людьми, чтобы подготовиться – он знает, что Денки и Мина, по крайней мере, понимают, что он был не совсем честен, но, к счастью, они доверяют ему, что он сам расскажет об этом, если возникнет проблема, и она возникнет, просто не сегодня. Мидория застал его за тренировкой и бросает на него понимающий взгляд. (Оглядываясь назад, ботаник определенно знал, что он будет делать, и, вероятно, специально вломился в его комнату, чтобы предложить помощь, не заставляя Кацуки просить об этом – обычно это выводило его из себя, но, учитывая план, который они придумали, он был искренне благодарен на этот раз. Он никогда не признается в этом. Глядя на своего друга, он понимает, что в этом нет необходимости.) У него уже есть идея, и, по крайней мере, Кацуки не может дождаться, когда увидит лицо Айзавы, как и Зуку, если блеск в его глазах о чем-то говорит. --- Входя в зал, Кацуки засовывает руки в карманы. Таким образом он может скрыть дрожь, к тому же у него в каждом кармане по шарику для снятия стресса, впитывающему пот, так что он может выбросить токсичный химикат, без сжигания чего либо потом. Он сел на свое место, незаметно оглядываясь по сторонам. Его друзья сидят в его ряду и в ряду позади него, в то время как большая часть класса 1B и несколько случайных учеников 1A отделяют их от Декусквада, который сидел сзади, а Изуку - посередине, между двумя очень скучающими учениками 1B. Мысленно повторяя свой план за сорок минут до своей очереди, он заставил время пролететь незаметно – он отвлекся от своих мыслей, чтобы послушать выступления Денки, Коды и Половинчетого, но проигнорировал выступление Вороны и еще кого-то (девушки на побегушках? Может быть?). Слишком быстро настала его очередь. Блядь. Хорошо. Он мог бы это сделать. Он мог бы. Он бы сделал. Расправив плечи, подросток поднялся на трибуну, перед ним были разложены карточки с информацией, чтобы свести к минимуму контакт с нитроглицерином, и он посмотрел прямо сквозь толпу собравшихся студентов, немного ниже, чем обычно, и начал говорить. Всякий раз, когда он, казалось, вот-вот споткнется или пару раз посмотрит вниз, Изуку подписывал следующую часть. За исключением Айзавы, который знал, что у них есть язык жестов, было бы невозможно понять, что делает зеленоволосый студент, и поэтому никто бы не заметил, как он практикуется в своей речи. И это сработало. Когда он углубился в содержание, ему стало легче сосредоточиться на руках Изуку, а не на глазах, смотрящих на него. По ухмылке Зуку в середине его выступления он понял, что Айзава понял, что что–то происходит, и уловил точный момент, когда ворон заметил быстрые движения рук своего помощника, слегка нахмурившись - то ли из-за того, что эти двое снова "нарушили" правила, то ли из-за того, что они, похоже, работали вместе (честно говоря, он думал, что люди хотят, чтобы они ладили) или же дело было в том, что у него не было возможности расшифровать их способы общения, Катсуки не знал, или ему было все равно. Красноглазый ребенок самодовольно ухмыльнулся и почувствовал, что погружается в работу, быстро просматривая материалы, и был застигнут врасплох, когда оставшиеся пять минут, казалось, пролетели незаметно, но он был счастлив снова занять свое место под вежливые аплодисменты всех присутствующих и довольно шумные аплодисменты своих друзей. ---- Конечно, через двадцать минут Кацуки отплатил за услугу. Он не был ни у кого в долгу, но также обнаружил, что хочет помочь (он сказал себе, что это из–за того, что Айзава злится на то, что они так нагло ломают нарушают правила ). Изуку, как все знали, имел склонность мямлить. Каччан был рядом, чтобы не дать ему сбиться с пути. Блондин не мог расписываться так близко к столу, но, поскольку он сидел в первом ряду, он очень, очень осторожно постучал ручкой по столу – Изуку больше следил за движением, чем за звуком, – чтобы передать другим свои реплики и не дать ему отклониться от темы. Красные глаза скользнули по сторонам, наблюдая, как их классный руководитель становится все более раздраженным и, на удивление, внушает благоговейный трепет, что сразу же придает уверенности. ---- ”Серьезно, вы двое,” - когда все остальные вышли, Айзава остановил Бакуго и Мидорию многозначительной фразой и закатил сухие глаза. - ”Я хочу сказать, что не могу поверить, что вы двое могли использовать то, что так очевидно, но поскольку это делаете вы двое, я, к сожалению, нет. ”Айзава скрестил руки на груди, как бы впечатлен он ни был, эти двое на самом деле не должны были помогать (?) друг другу в такого рода заданиях без разрешения. “Тем не менее, вы нарушаете правила, когда...” “Докажите это”. ”Мидория..." “Давай, докажи это, докажи, что мы – два подростка – используем тайный, придуманный язык”. На ухмылку Бакуго и смех Мидории Шота уставился на них, досадно, что это не произвело никакого эффекта, что было... тревожно, только слегка…ах, нет, это было очень тревожно. Он тяжело вздохнул, потер переносицу, как будто мог справиться с головной болью, которую вызывали у него эти двое, одним усилием воли, а когда это не сработало, решил, что это не его проблема и что ему нужно больше кофеина, пакетиков с желе и приласкать либо а) кошку, либо б) своего мужа – не в таком порядке и все в течение следующих пятнадцати минут, если он хотел быть хотя бы наполовину вменяемым к концу дня. “Просто оставлю вас вдвоем. Ничего не сломайте, включая кости Мидории, твои собственные или чьи–то еще”. Бакуго вышел из себя, смеясь над зеленоглазым подростком, взъерошив его кудри, несмотря на то, что Мидория бил его по рукам и ныл, прежде чем они разошлись, покидая зал.   “Спасибо, Зуку”. “Нет проблем, каччан, давай еще немного подоёбываем его, ладно?” “О, черт возьми, да”.