Человеческий детеныш

      Фенрир двое суток думал, что ему делать с детёнышем. Его состояние не ухудшалось, раны заживали, переломы срастались, а аппетит был отменный.       Единственное, температура неохотно спадала и продолжала держаться около 38 градусов.       Уложив ребенка спать после обеда, он всё же решился встретиться с одним человеком.       И теперь Фенрир шагал по извилистой дорожке, ведущей к уединенному поместье Розье. Всего лишь несколько лет оно было вечно полным людьми и процветало. Но теперь всё поменялось, сад оказался заброшенным, гости перестали быть желанными, звенящая тишина нарушалась только редким детским смехом.       Всё началось зимой 1980 года. Обычный рейд пожирателей превратился в настоящий бойню с аврорами. Силы оказались немного не равны. Штук десять юнцов, самому старшему которому месяц назад исполнилось двадцать пять, против чуть меньше тридцати лучших бойцов министерства.       Но эта стычка напомнила всем, что Тёмный Лорд просто так не берет детишек в свои ряды. Четыре пожирателя и семь авроров выжило тогда и то, некоторых пришлось собирать по кусочкам.       Фенрир тогда лично вытащил совсем ещё молодого Эвана Розье, ему только-только исполнилось двадцать из-под Авада Аластора Грюма.       Вытащил и притащил паршивца в его поместье к мамане и папане в полуживом виде. Честно, оборотень себе объяснял это, он поступил так, только из-за Джона Розье, отца Эвана. Фенрир знал того с ещё времён войны с Гриндевальдом.       Какие бы разногласия в семье не было, но единственного наследника бросать на верную смерть, никто в здравом уме не станет.       Правда, Блэки… Но именно, что в здравом, а те таким не отличались.       Эвана выходили, остались жуткие шрамы, но не на видных местах, на спине. Как оказалось его жёнушка, восемнадцатилетняя девчонка, была беременная и спустя пару месяцев родила мальчика, а через два года девочку. К сожалению, родители Эвана не дожили до внуков.       А сам Фенрир стал желанным гостем в доме Розье, с самим Эваном у него сложились дружественные отношения. Розье при необходимости мог достать зелья или помочь чем-то, но не отказывал себе прийти в деревню оборотней со своими сорванцами, и отдохнуть от дел.       Вскоре после рождения второго ребенка, на поместье Розье было совершено нападение. Эван в тот день отлучился на несколько часов по делам, перед этим закинув детей в деревню, чтобы молодая мама отдохнула немного.       Но придя домой, обнаружил мертвую жену и полуразрушенную гостиную. И так, в течение одной ночи превратился из счастливого мужа в безутешного вдовца.       Фенрир в тот период старался помогать Эвану. Поиграть с Адрианом или попросить Сондру посидеть с Роуз, но Розье был благодарен.       Ещё летом 1981 года Эван заперся со семьёй в родовом поместье и старался оттуда не показываться, без особенной необходимости. Как оказалось правильно, после Самайна большинство пожирателей оказались в Азкабане или умерли.       И Эван наблюдая, как бросают в камеры его приятелей, думал, что мог оказаться в соседней, если бы не тот случай.       Фенрир только успел выйти на центральную дороге, как кто-то кинулся ему на шею с радостным криком:       — Дядя Фенрир! дядя Фенрир! — Андриан повис на шее своего любимого дядюшки. — А папа опять заперся в кабинете, — обиженно надул губу он.       Фенрир несколько раз подкинул в воздух Адриана и ловко поймал его каждый раз, а затем поставил на землю:        — Не обижайся, я сейчас вытащу твоего папочку из кабинета и пойдем мы к нам в деревню, — проговорил оборотень, затыкая уши руками, предвещая детские вопли по поводу последней фразы, и не ошибся.       — Ура! Ура! Ура! — Андриан радостно хлопал в ладоши и прыгал.       Фенрир на это только улыбнулся. Как детишкам мало нужно для счастья.       Войдя в кабинет Эвана, он увидел такую картину: мужчина сидел за столом с пустым бокалом и сверлил взглядом неоткрытую бутылку шампанского.       — Привет, — поздоровался Фенрир, подходя к стулу напротив.       Эван только отрешённо кивнул, продолжая смотреть на бутылку.       — Пить рано, трёх ещё даже нет, — проговорил оборотень, взяв шампанское, и положил его на полку.       — Эй! — воскликнул Розье. — Грабеж среди белого дня!       — Ну, извини, я вообще-то по делу, — развёл руками Фенрир.       — Что случилось? — спросил Эван, грустно смотря на бутылку.       — Слушай…       И Фенрир принялся рассказывать про то, как почувствовал, что кто-то пересёк границу защитных чар, про то, как нашёл искалеченного ребёнка, про то, как Сондра лечила его, про то, что детёныш оказался магом и…       — И я после того, как дитё заснуло, откинул чёлку со лба и увидел шрам в виде молнии. Ребёнок, которого я нашёл зовут Гарри Поттер, — закончил Фенрир.       Голубые глаза стали, как два блюдца и в шоке смотрели на оборотня. Эван сделал несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, а затем немного истерически хохотнул:       — Только с Люцом обсуждали, что Поттер пропал, а уже нашелся.       — Что? — такого Фенрир не ожидал.       — Дамблдор попросил Севу поспрашивать у наших, не похитил никто национального героя. Он прибежал к Люцу на следующий день, а мы болтали с ним и Северус нам и рассказал, — объяснил Эван. — Ты героя этого вернуть хочешь или что?       — Нет, — твердо сказал Фенрир. — Зелья я хотел от тебя.       — Настолько плохо? — обеспокоено спросил Розье. Всё же этот ребёнок был наследником, как минимум одного значимого Рода, а скорее все же двух. Один из которых был союзническим с его.       — В целом всё не очень плохо, но мы уже больше ничем не может помочь ему, — проговорил оборотень, вспоминая в каком состоянии был детёныш, когда он его только нашёл. — У него температура не спадает толком, да и иммунитет отвратительный, если верить Сондре       Эван приказал домовому эльфу принести сундучок с зельями. Он открыл его и начал перебирать зелья, выбирая наиболее подходящие для ребенка.       Это зелье уменьшит температуру, а это — укрепит иммунитет, — проговорил Розье, вытаскивая несколько флаконов. — Мы, я так понимаю, всей компанией идём?       — Вы у нас давно не были, — сказал Фенрир, а затем добавил. — Детишкам твоим скучно тут всё же.       — Знаю, — вздохнул Эван. Он понимал, что не может дать своим детям, то детство, которое хотел бы. Розье сейчас никому из магов не доверяет настолько, чтобы его дети могли поиграть с другими маленькими волшебниками. Даже Малфоям. Только, определённой стае оборотней. †††††       Андриан и Роуз весело смеялись и игрались с волчатами, кто-то из подростков присматривал за ними, чтобы ничего не случилось.       Фенрир и Эван сидели в доме первого около постели Гарри. Детёныш всё ещё спал. Честно говоря, все те дни, что тот провёл у оборотня дома, он либо спал, либо ел.       — Вот ты какой, Гарри Поттер, — проговорил Розье, чуть сдвигая мокрую чёлку, чтобы увидеть шрам. — На ритуальный похож…       — Что? — не понял Фенрир.       — Авада не оставляет следов, — сказал Эван, кончиками пальцев проводя по шраму.       — Вдруг оставила, — пожал плечами Фенрир.       — Несколько веков убивало себе всех и следов не оставляла, а тут вдруг решила, — - закатил глаза Розье.        — Мало ли, что произошло тогда, — махнул рукой оборотень.       — Все знают то, что произошло тогда только со слов Дамблдора, а он… — осекся Эван, но затем продолжил. — Он может вывернуть события, как ему надо.       — К чему ты клонишь? — уточнил Фенрир, понимая к чему ведёт его друг.       Тот говорил в странной несвойственной себе манере, отстраненно и безэмоционально, а глаза стали стеклянными:       — Над ребенком провели ритуал, причем похоже кровный, — Эван положил одну руку Гарри на грудь, а другую на лоб и пробормотал на латыни несколько фраз, но Фенрир их не понял.       Затем Эван вздрогнул и всё стало как обычно.       — Ладно, забей, — он как будто хотел сказать что-то другое, но передумал.       — Не, выкладывай, — твердо произнёс Фенрир, ему было интересно, что за ритуал могли провести над ребенком.       — Наверное, защитный какой-то, — пробормотал волшебник, как-то уж больно неуверенно.       — Тебя что-то смущает? — почувствовал оборотень. Всё же иногда хорошо было обладать обострёнными чувствами.       — Не знаю. Нет. Наверное. Да, — Эван рассматривал ребёнка. — Похоже Сириус постарался ради крестника.       — Думаешь? Он всё же вроде бы против темной магии, кровной… — но оборотня прервал смех Эвана.       Тот смеялся так долго, что начал задыхаться, а бледное лицо покрылось красными пятнами:       — Ты его ещё светлым назови, — пытаясь отдышаться произнёс он. — Я так давно не смеялся, спасибо, дружище.       — Ну, а что? — не совсем понял Фенрир такого веселья друга.       — Он кровный маг, самый настоящий. Сильный причем. Сильнее даже, чем его дед Регулус.       — Регулус? А это разве не его брат? — Сивый, как и большинство оборотней не интересовался жизнью волшебников без особенной необходимости. Например, войны. Поэтому он знал не очень много магов по имени, только с кем имел дело лично.       — Рега назвали в честь деда, — пояснил Эван и, что-то припомнив, добавил. — Правда того, если мне не изменяет память только Беллатриса застала. Он умер вроде бы где-то в начале пятидесятых.       — Да, какая теперь разница, старший Блэк всё равно сгнивает заживо в Азкабане.       — Ага, гнёт… Фенрир, милый мой, ты недооцениваешь Блэка. Он там сидит живее всех живых и умирать не собирается, — неожиданно весело сказал Эван.       — Он на пожизненном.       — И? Надо будет быстренько выберется.       — А сейчас почему не выберется?       — Он кровный маг. Что нужно кровным магом, чтобы не сойти с ума от своего проклятия?       Вот ответа на этот вопрос Фенрир не знал. Слишком редки стали кровные маги то с теми, то не общался. Так пару раз на службе у Лорда сталкивался и всё. — Ему нужен некромант, — поняв, что его друг таких подробностей не знает, Эван сам ответил на свой вопрос,              — Что? Их в Англии лет сто не было, — ошарашенно произнёс Фенрир. Последний некромант был где-то в начале прошлого века и то умер рано.       — Поэтому и кровных мало. Те только за счёт специальных ритуалов выживают и ограничителей, — продолжил говорить Розье.       — а Блэк?       — А он больно сильный. Ограничители срывает на раз два, ритуалы не помогают толком. Вот старшие Блэки где-то и откопали некроманта за морем и потом его кровушкой поили старшего сына, чтобы тот окончательно с ума.       — Он с ними общался? — удивился Фенрир. Даже, он знал эту историю, про то как наследник Блэков разругался с родителями и сбежал в дом друга.       — Конечно, не Сириус то из дома сначала ушел. Что-то они с матушкой не поделили. Так его отец недельку дал подумать обоим и притащил его домой. Тот даже особенно не сопротивлялся. А всё что было дальше это театр для Дамблдора, ну и чтобы Сириус всё же учился интриги плести.       — Хренова, я смотря у него получилось.       — Да, не это он кому-то и не Дамблдору чем-то помешал, — грустно проговорил Эвана, а затем переключился на первоначальную тему. — Боюсь этот ребёнок не так прост       — Это ещё почему?       — Фенрир, запомни одну вещь, Блэки никогда ничего не делают просто так. У них цель, план или ещё что-то. Так вот этот ребёнок заинтересовал не только их. Но Блэков особенно. Значит, его надо пасти и понять в каком смысле. В плохом или хорошем.