Человеческий детеныш

Несколько дней спустя Фенрир проснулся от странного звука, как будто кто-то тихо скулил и всхлипывал. Он подскочил на своей кушетки и посмотрел туда откуда, шел этот звук. Детёныш. Через мгновение оборотень оказался рядом с ним, Гарри беспокойно метался по кровати и что-то неразборчиво бормотал себе под нос, Фенрир смог разобрать только, что он будет хорошим и пожалуйста. — Гарри, — мягко позвал мужчина и аккуратно потряс за всё ещё слишком худенькое плечо, но ребёнок продолжал оставаться в кошмаре. — Гарри, — настойчивее произнёс он и посильнее затряс. Детёныш всё сильнее и сильнее метался по большой кровати, его грудь быстро опускалась и поднималась, а слова, слетавшие с искусанных губ, окончательно превратились в невнятное бормотание. — Дитё! — громче, чем в прошлые разы воскликнул Фенрир. И в этот раз Гарри подскочил, судорожно хватая ртом воздух. Пот струился по его лицу, когда он крепко сжал то самое одеяло ещё с первых гостей руками. Он протер глаза маленькими кулачками, пытаясь прояснить затуманенное слезами зрение, все еще продолжая дышать короткими, прерывистыми вздохами. Он испуганно дернулся, когда оборотень коснулся его плеча. Тот сразу же отдернул руку. — Эй, детёныш, успокойся, — попытался успокоить Фенрир, произнеся самый мягким голосом, на который был способен. В ответ Гарри несколько раз почти беззвучного всхлипнул. — Все в порядке, малыш, это всего лишь сон, — прошептал он, в надежде, что ребёнок прекратить плакать. — Хочешь я тебя обниму? — предложил оборотень, вспомнив, как Сондра успокаивала детёнышей после кошмаров. Но особенно не на что не рассчитывая А дальше произошло, то чего точно не ожидал оборотень. Ребёнок кинулся ему в открытые объятия, похоже ища защиту и чувство безопасности. Фенрир прижал Гарри к себе и посадил его к себе на колени, начиная качаться взад-вперед и убаюкивая детёныша, как грудного ребенка. Он шептал какие успокаивающие слова и был на сто процентов, что через некоторое время начал повторяться. Гарри цеплялся за оборотня, так как будто иначе снова окажется в доме дяди и тёти. Он до жути боялся, что его вернут им и снова начнётся побои и голодовки, но до сих пор этого не произошло. Он прижимался к мужчине и слушал грубый, но в данный момент такой успокаивающий. Через некоторое Гарри начал затихать и где-то через час снова забылся во сне, но перед этим тихо прошептал: — Не бросай меня. — Не брошу, — выдохнул куда-то в лохматую макушку Фенрир. В его глазах читалось то, что он определенно сделает все, чтобы выполнить данное обещание. И пообещал уже самому себе, что защитить его от любых ужасов и остальных. ††††† Розье. Французский род, пришедший в Англию в середине 18 века. В большинстве в своем случае — менталисты, но бывают и редкие исключения. Такие как Эван Розье. Чистый боевик со взрывным характерном и не очень подходящей внешностью, светлые волосы, светло-голубые глаза и в целом был похож на ангелочка. По крайней мере, пока не открывал рот. Эван полнейшее разочарование родителей с самого рождения. Он должен был родиться менталистом, но получился боевиком. Но после произошедшего зимой 1980 его родители опомнились, что он вообще-то является единственным наследником и сыном. А дальше жёнушка, детишки, нападение, но сейчас его мысли были заполнены двумя разговорами: с Люцом и Севом и Фенриром. Каждый из них был связан с Гарри Поттером, мальчиком — который — выжил, Героя Света. Сначала он пропал, затем нашелся. ††† После пар на следующий день после разговора с Дамблдором, Северус отправился в Малфой-мэнор. Он хотел поговорить с Люциусом и насладиться превосходным вином, если говоря простым языком, то напиться. Но в малой гостиной кроме самого Малфоя оказался ещё и Эван Розье. — Эван, доброго вечера, — поздоровался Северус, не ожидая его увидеть здесь. — О, привет, Сев, — хохотнул Розье. По нему было замечательно, что он немного навеселе. — Вечера, Северус, — кивнул Люциус, поднося бокал с алым содержимым к своим бледным губам. — Ты как пить или говорить пришёл? — Всё и вместе, — Северус плюхнулся на соседнее кресло. Последние сутки вымотали его и скорее даже морально, чем физически. — Тогда говори, — махнул рукой Эван и одним гладком осушил бокал, который через секунду снова стал полным. Малфоевские домовики старались на славу Мерлину. Люциус щёлкнул пальцами и на столике рядом с Северусом появился бокал с вином. — Дамблдор, — выдохнул Снейп, отпивая из бокала. Как его достал этот старик. — Что старик на этот раз удумал? — Эван стал серьезнее, когда в таких беседах всплывало имя директора, ничего хорошего ждать не надо. — Гарри Поттер пропал. — Чего? — воскликнул Эван. — Интересно, и где твой дорожащий директор потерял его? — Дамблдор отправил его к магловской родне, — не очень спокойно ответил Северус. — Что? — сильно удивились Эван и Люциус. — Это как? Маленького мага к обычным людям? — Да, — подтвердил Снейп. Это было преступление против магии. Нельзя отдавать ребенка волшебников людям без магии. Те всего лишь навсего не смогут защититься или помочь как-то при выбросах магии. — А дальше? — спросил Люциус. — А дальше мальчик пропал, — продолжил Северус свою речь и кратко пересказал свою беседу с директором. — Мда, — изрёк Люциус. — Но если, что я его не похищал. — Люц, пожалуйста, подергай свои связи, вдруг кто-то что-то знает, — неожиданно умоляющим тоном произнес Северус. Люциус наградил Северуса грустным взглядом, но все же произнёс: — Хорошо, — тяжко выдохнул тот. Эван только смотрел на эти разборки двух старых любовников и закатывал глаза. Годы идут, но что-то не меняется. ††††† И в добавок ко всему этот ритуал. Эван был уверен, что над ребенком кто-то провёл кровный ритуал. Другой вопрос с добрыми пожеланиями или злыми. Если бы у Розье были доказательства, что ритуал проводил Сириус, то с вероятностью в девяносто девять процентов, с хорошими. Скорее всего защитный. Второй вариант из ребенка попытались сделать чистого Поттера или кого-то ещё. Есть ещё третий, всё и в месте, а уж если ритуалы проводили разные люди… Хотя, поговаривали, что Юфимия Поттер была довольно талантливым магом крови и неплохим ритуалистом. Нет, надо перестать гадать. В таких вещах так нельзя. Так как можно гадать до Третьего Пришествия и всё равно не попасть в точку. Надо будет попросить Люца оказать ему маленькую услугу за помощь. ††††† Заключённый, больше напоминающий скелет, чем человек, сжался в комок на тоненьком грязном матрасе в уголке камеры. Рядом валялась простенка, которая выполняла роль одеяла. Сириус Блэк уже привык к ледяному ветру, к обжигающему ветру, к различным, но всем неприятных запахам, к звукам, от стонов и шёпота до оглушающих криков и воплях. Он притянул к себе «одеяло» и накинул его на плечи, в попытке согреться. Хотя, с таким же успехом он мог продолжать сидеть и без него. Дементоры недавно совершили обход на этаже и узники ещё не до конца привели пришли в себя. Сириус как и остальные пытался привести остатки сознания в порядок. Из камеры напротив на него смотрела безумным взглядом его кузина — Беллатриса. Та только недавно закончила истошно кричать. Её муж — Рудольфус, человек которым Сириус когда-то давно в раннем детстве восхищался, лежал в соседней камере и бездумно царапал холодный камень. Из его светло-зеленых глаз текли слезы, а бледно-фиолетовые губы двигались, беззвучно что-то говоря, не весть кому. Его брата — Рабастана, Сириус из своей камеры не видел и думал, что это даже хорошо. Жизнерадостный Басти, как он позволял себя называть маленькому Сириусу, превратился в тюрьме в оболочку прежнего себя. Ужасно, на самом деле, видеть это. Вскоре после заключения в Азкабан Сириус понял одну вещь, здесь каждый сходит с ума по своему, кто тихо, кто громко. Кап. Кап. Кап. Похоже, на улице начался дождь, — подумал Сириус, наблюдая как Рудольфус выламывает себе пальца. Кап. Кап. Интересно, как его маленький крестник поживает? Всё ли у него хорошо? Его любят? Он живёт в безопасном месте? Кто его воспитывает? Не обижают его? Но все эти вопросы, которые терзают Сириуса изнутри, уже четыре года остаются без ответа. А всё из-за этого предателя — Петтигрю. Крыса и у магов крыса. Он всё эти годы корит себе, что поддался эмоциям и погнался за крысой, перед этим бросив крестника на попечение Хагрида. Сириус чувствовал себя виноватым в смерти Сохатого и Цветочка, их сын остался сиротой. Если бы он только согласился на роль Хранителя… То все бы было по другому, но сейчас рассуждать об этом не имеет смысла. Неожиданно из его не очень весёлых мыслей его выдернул охранник. Сириус, честно говоря, очень сильно ему удивился. Те появлялись на этом уровне только, если что-то случилось. Но охранник решил полностью его добить и произнёс одну фразу, которую Сириус ни разу, за проведенное время в тюрьме, не слышал: —Блэк, к тебе посетитель.