Тренер

К мальку мать пришла, едва часы показали одиннадцать. У нее на руке тоже была повязка и лицо замученное, но они оба были просто счастливы. Забежал доктор, бодро доложил, что перелом у малька не сложный, и в понедельник, скорее всего, его выпишут. Уходя, захватил у Мрака доску, пошутил в очередной раз про чемпионство, подмигнул и вышел. И потом, время от времени проносясь по коридору, не упускал случая сделать пациенту какой-нибудь забавный знак. Позвонил отец, и сказал, что обязательно придет завтра, все равно посетителей пускают по одному, пусть сегодня будет мамин день. А воскресенье – папин, тем более он свободен. Мама появилась, когда уже закончился обед. Принесла учебники, журнал кроссвордов, распечатку с задачами, какой-то еды, наушники и планшет. Доктор был тут как тут, сказал что-то там про ногу. Потом поманил маму пальцем, и они вышли из палаты. Сейчас все ей выложит… А она ему… Ну и пусть.   Мамы не было довольно долго, но она вернулась, кажется, еще более безмятежной, чем была. - Какой милый доктор, - проговорила она. – Ты ему про реверси рассказал? И про папу? «Кажется, про папу ему рассказала ты», - подумал Мрак, а вслух буркнул привычное: - А чё такого? «Милый доктор» в этот момент стоял в коридоре, заложив руки за спину, и смотрел на Мрака с нарочитой печалью и укоризной. Мама сидела спиной к двери и его не видела. А вскоре засобиралась домой – там Данька скучал один, детей в больницу не пускали даже по выходным. День потянулся дальше. Это казалось бредом, но, кажется, доктор объявил Мраку бойкот. Время от времени он также пробегал по коридору, но больше ни разу не заглянул в палату даже мельком. Вот бы встать, допрыгать до него на одной ноге и … что? И ничего. Ну и пофиг! Спать не хотелось, есть не хотелось, кроссворды бесили, решать задачки не было сил. Мать соседского малька ушла только вечером, когда у Мрака глаза уже болели и в ушах чесалось от наушников – никогда он столько не тупил в интернете, наверное, да еще через планшет Док пришел только перед сном, принес шприц, как и накануне. Мрак безропотно повернулся и дал ему сделать свое дело. Ни тот, ни другой при этом не проронили ни слова. Мрак уже подумал, что доктор так и уйдет, но тот все-таки заговорил. - Зря ты так про «тренера», - он смешно сделал пальцами в воздухе кавычки. – Взрослый ведь парень. Должен уже вроде понимать, что всякое случается в жизни, и развод – уж точно не конец света. Ну вот, начались морали… - Вы не понимаете... Я с ним хотел уйти. К бабушке, жить. А он сказал, что мне в школу тогда час придется добираться. А в наш лицей люди и дольше ездят, и ничего... - Давно это? - Уже месяц. И четыре дня. Он сказал, все равно будем три раза в неделю видеться, а то и больше, если турнир. Типа, хватит и этого. Ну раз хватит, значит теперь он просто тренер, так ведь? Доктор слушал Мрака с непроницаемым лицом. И Мрак разозлился:  - Он сам это выбрал!.. Ему на нас наплевать! Его только шашки интересуют!  Он брату моему только раз позвонил за это время, мелкий же в реверси не играет. Зачем звонить? А я теперь вон сколько пропущу - три недели, только поэтому завтра он сюда придет! Даже на индивидуалку, типа, готов. Может, ему денег заплатить? – он криво усмехнулся. - А мой отец уехал в Хабаровск, - неожиданно сказал док. – Мне десять лет было. И я его больше никогда не видел. И по жопе мне дать было некому с тех пор – это факт. Как-то самому приходилось… с коньяками разбираться... Зато теперь где-то там, «на краю географии», у меня есть сестра и племянники. Черт-те знает…  Если б у меня был нормальный отец, не родились бы на свет эти люди? …Жизнь на самом деле хорошо отлаженная штука, парень. Она сама меняет статусы всем нам, когда приходит время, зря не напрягайся. Сегодня чужой, завтра друг. Или враг. Вчера-одноклассница, сегодня – невеста, завтра - жена. И послезавтра - тоже жена. Чужой-то вряд ли уже станет. Сегодня – прохожий, завтра - доктор в твоей палате – а послезавтра опять никто. Чуешь разницу? Сегодня – шашки, завтра – велосипед. Или футбол. Тренер – это хороший статус, но проходной. Тренеров ты еще найдешь себе, сколько захочешь, а вот отцов у тебя больше не будет точно. Может, не стоит разбрасываться? Даже на словах...  Вдруг… услышат?.. – Он многозначительно показал глазами на потолок. Тут у него в кармане пиликнуло. Он достал телефон. – Меня в приемное вызывают. Спокойной ночи, Марк. Я сменюсь утром, папе от меня привет. - И вам спокойной ночи, Александр Николаевич… - Это что бы до утра никого не привезли? – улыбнулся док. - Типа того. Доктор, как и вчера, уходя, выключил свет. Малек уже вовсю посапывал во сне. Марк накрылся с головой и представил. Вот ему десять лет, а Даньку, значит, шесть. Отец уезжает в Хабаровск. Навсегда. Вообще, он может, он такой. Авантюрист. И где-то там у них с Даньком рождается сестра, которую они увидят, разве что, по скайпу. Гудит тайга. Там же тайга? Тайга и сопки. Идет время. Пятый класс, шестой, седьмой… Осень. Зима. Весна. По зеленым доскам скачут черно-белые фишки. Марк в больнице, и завтра к нему придет тренер. …Нет, не придет. Тренер - не придет, он просто тренер. А завтра к нему придет отец. Он никуда не уехал. Бульвар Рокоссовского – не Хабаровск, подумаешь, 40 минут на метро, одна пересадка. Ни при чем шашки, брат не любит разговаривать по телефону, даже с родными. Шарахается и затыкает уши, как псих. Какой смысл ему звонить? Вот отец и не звонит. А выходных у него толком еще и не было, чтоб приехать. И завтра не к Даньку поедет, а сюда, в больницу. Ну и кто виноват? И глупую историю с кражей он Марку простил, и даже мама ничего не узнала. А вдруг они еще помирятся? Они ведь даже не развелись пока, просто решили «отдохнуть друг от друга». Как будто тесно стало… в теремке… папе ёжику-Серёжику… Или  маме – мышке-Иришке? Скучает Даньчик-зайчик…  Марик – комарик, спи…