Adele's syndrome.

Любовь — это наркотик. Поначалу возникает эйфория, легкость, чувство полного растворения.

На следующий день тебе хочется еще. Ты пока не успел втянуться, но, хоть ощущения тебя нравятся,

ты уверен, что сможешь в любой момент обойтись без них.

Ты думаешь о любимом существе две минуты и на три часа забываешь о нем.

Но постепенно ты привыкаешь к нему и попадаешь в полную от него зависимость.

И тогда ты думаешь о нем три часа и забываешь на две минуты. Если его нет рядом,

ты испытываешь то же, что наркоман, лишенный очередной порции зелья.

И в такие минуты, как наркоман, который ради дозы способен пойти на грабёж,

на убийство и на любое унижение, ты готов на все ради любви.

***

      Pov Adele Parker.       После свадьбы я чувствовала, что со мной что-то не так. Заклинание Кая, которые оставило меня в живых и отвязало от ковена, оставило след, невидимый, но ощутимый на каком-то глубинном уровне. Иногда меня охватывало странное головокружение, иногда — всплески необъяснимой силы, из-за отсутствия магии, чаще всего это были вспышки агрессии, неконтролируемой агрессии. Я не знала, что это значило, но знала, что не хочу разбираться с этим сейчас. Однако, как оказалось, выбора у меня не было.       Он позвонил мне среди ночи. Его голос был напряжённым, и я сразу поняла — что-то случилось. Если бы все было хорошо, то великий и ужасный Никлаус Майклсон не позвонил бы мне. Он требовал от меня поехать в Форкс, чтобы помочь, с чем-то что под силу только мне.       Я закусила губу. Часть меня хотела отказаться, но я знала, что не смогу этого сделать. Я не могла оставить их умирать. В глубине души я всегда чувствовала особую привязанность к одному из семейства Майклсонов, даже если порой хотелось его убить. Хотя однажды я и сделала это.       Форкс встретил меня дождём и гнетущей атмосферой. В особняке было неспокойно. Хейли заботилась о Хоуп, Клаус метался по комнате, а Фрея с Ребеккой пытались найти способ борьбы с ядом. Элайджа и Кол лежали на кровати, их кожа уже покрылась бледными прожилками. Я сглотнула и шагнула к ним.       — Ты уверена, что справишься? — спросил Клаус.       — От укуса оборотня я смогла избавиться. — Я закрыла глаза и положила руки на укус на теле у Элайджи. Ощущение было неприятным — как будто меня затягивала трясина. Я потянула магию, ощущая, как яд сопротивляется, но поддаётся, вырываясь из их тел. Кол простонал, приходя в сознание. Его тёмные глаза встретились с моими. Что-то промелькнуло в них, но я отвела взгляд.       — Ты сделала это, — тихо сказал Элайджа.       — На этот раз, — холодно сказал гибрид стоявший за моей спиной.       Мысли Клауса были ясны: я не смогу быть их спасением вечно. Да и я не собиралась. Они должны найти другое решение. Но прямо сейчас об этом никто не хотел говорить. Они всё ещё приходили в себя.       Позже в особняке стало тихо. Хейли осталась с Хоуп, Фрея, Ребекка и Элайджа обсуждали, что делать дальше, а я осталась наедине с Колом. Мы были в той же комнате, молчание между нами было напряжённым.       — Ты странная, — вдруг произнёс он.       — Спасибо, — усмехнулась я. — Отличный комплимент.       — Ты ведёшь себя иначе, чем раньше. — Кол склонил голову набок, изучая меня.       — Когда тебя волновало, как я себя веду? — огрызнулась я. Он ухмыльнулся.       — Никогда, — говорит он.       Что-то вспыхнуло между нами. Что-то, о чём я не хотела думать. Я развернулась, чтобы уйти, но Кол вдруг оказался рядом. Его рука сомкнулась на моей. Я хотела что-то сказать, но он прервал меня, накрывая мои губы своими.       Поцелуй был жёстким, отчаянным, наполненным эмоциями, которые я не могла назвать. Я не оттолкнула его. Наоборот, потянулась ближе.

Если она потрясающая, она не будет доступной.

Если она доступна, она не будет потрясающей.

Если она того стоит, ты от неё не откажешься.

А если ты отказался, ты не достоин.

На самом деле любой человек причинит тебе боль;

тебе просто нужно найти тех, за кого стоит страдать.

      Его руки скользнули по моей спине, притягивая меня к себе. Я чувствовала жар его кожи сквозь тонкую ткань одежды, его пальцы впивались в меня с нетерпением. Он жадно изучал мои губы, глубже, настойчивее, заставляя меня терять контроль. Горячее дыхание сливалось в одно, а между нами не осталось ни капли расстояния.       Кол развернул меня, прижимая к стене, его руки скользнули вниз по моим бокам, вызывая дрожь. Я застонала в его губы, когда он резко притянул меня ближе, ощущая, как его тело откликается на каждое моё движение. В комнате стало невыносимо жарко, воздух пропитался электричеством, которое вибрировало между нами.       Его губы спустились к моей шее, оставляя огненные следы, пока его руки изучали каждый изгиб моего тела. Моё сердце бешено колотилось, а в голове шумело. Я не думала, не сомневалась — просто поддалась этому наваждению, этому голоду, который сжигал нас обоих. Клыки Майклсона вонзили мою шею, потягивая кровь, от этого я слегка вскрикнула, откидывая голову назад и открывая ему доступ. Давно забытые чувства, которые я чувствовала только рядом с ним, нахлынули на меня одурманивая разум.       Кол оторвался от моей шеи облизывая губы и закусив свою губу до крови целуя меня вновь, от вкуса его крови мне сносит башку, раньше я любила эти моменты нашего общения. Его кровь попадает в мой организм и я чувствую, как затягивается рана от его клыков на шее.       — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он, его голос был хриплым, низким, полным желания.       Его пальцы скользнули под ткань моей кофты, оставляя огненные прикосновения на коже. Он знал, что делал, знал, как заставить меня задыхаться от нахлынувших эмоций. Горячее тело прижималось ко мне, не оставляя места для сомнений или колебаний.       Кол поднял меня, усадив на ближайшую поверхность, его губы не отрывались от моих, голодные, требовательные. Я цеплялась за него, ощущая, как он становится всё настойчивее. Его руки крепко удерживали меня, как будто он боялся, что я исчезну. Я чувствовала его дыхание на своей коже, его желание, его безумие, которое сливалось с моим.       Мои руки потянули его рубашку открывая его торс, звук пуговичек отскакивающих от пола настиг моего слуха.       — Все такая же нетрепливая, — усмехается первородный снимая мою кофту и присасываясь губами к моим ключицам и спускаясь к груди, его руки кажется блуждают по всему моему телу.       — Как будто тебе не нравилось это, — сквозь стон шепчу я.       — Мне все в тебе нравилось, малышка Паркер, — говорит он снимая рубашку и откидывая ее в сторону, Кол наклоняется ко мне, пока я упираюсь локтями на стол, на котором находилась, он разводит мои ноги оказываясь между ними, моя узкая юбка из-за этого поднимается выше оголяя белье, хотя и возникал вопрос куда еще выше. — Если бы не нравилось, я бы нашел нормальную ведьму, которую не нужно обучать и давать свои силы. — Он изучает меня, хотя когда-то знал наизусть.       — Раньше, ты столько не говорил, — говорю я. Поерзав на месте, устремив многозначительный взгляд на его брюки. Кол усмехается, начав расстегивать ремень и наклоняясь ближе. — А любил действовать. — Я развожу ноги сильнее, чувствуя его твердость между своих ног, двигаясь ближе к нему и плотнее прижимаясь.       Время потеряло значение. Был только он и этот момент, наполненный страстью, жаром и непреодолимой тягой друг к другу.