Неудачники

      Чимин выглянул из окна машины на пустую темную улицу.       — Мы точно туда приехали? — протянул он с сомнением.       — Точно, — Юнги заглушил мотор и начал крутить ручку, чтобы поднять стекло со своей стороны — тачка у него была та еще колымага. — Мы недалеко от нашего района, просто заехали со стороны порта.       — Серьезно? — искреннее удивление отразилось на нежном личике.       — Цыпа, не тупи, — Чимин надул губы, но Юнги не обратил на это внимания и ткнул пальцем в лобовое стекло, — вон пятый причал, а за ним наш, ну. Пошли. Не знаю, какого хуя Джин нас сюда притащил, но раз уж приехали…       Они вышли из машины и перешли дорогу под тусклым светом раскачивающихся фонарей. Чимин поежился и плотнее запахнул куртку, когда на них налетел порыв ветра с залива.       — Сюда, — Юнги взял его за руку и потянул к узкой лестнице ведущей вниз, хотя неподалеку, в глухой каменной стене, угадывалась широкая дверь.       — Что? Почему? — Чимин начал упираться. — Вот же вход.       — Цыпа, не тупи, — Юнги обхватил парня за пояс и поволок по ступенькам, — там дверь приоткрыта и свет горит.       — Что за притон! Мне это не нравится! Еще и воняет чем-то!..       — Блевотиной, ссаниной, мусором и травой.       — Фу, блядь, Юнги! Я не хотел этого знать! Мерзость!       — Смотри под ноги, харе орать!       Они спустились. Контрольная лампочка тускло освещала железную дверь, которая противно заскрипела, когда Юнги потянул ее на себя. Чимин опасливо выглянул из-за его плеча в потертой куртке и увидел большое помещение с высоким потолком, галереей балконов по стенам и большой лестницей, которая, вероятно, вела к «парадному» входу.       — Эй! Сюда! — раздался голос Джина из дальнего угла.       Стук каблуков Чимина эхом отскакивал от каменных стен пустого зала без окон. На потрепанном кожаном диване с видом потомственного лорда, закинув ногу на ногу и сцепив на колене кривоватые пальцы, восседал Джин. Спортивный олимпос выглядел на нем как сшитый на заказ дорогой костюм.       Напротив него, оседлав стул, сидел Хосок и нервно дергал ногами. Джинсы на нем были широченные, держались на заднице на честном слове, замызганная куртка имела миллион карманов с миллионом заначек, зато кроссы выглядели будто с полки магазина — то была его любовь и страсть. Чувства сильнее он испытывал только к одному правильному мальчику, который на такого обрыгана, как он, и не взглянет. Так Хосок рассуждал и сох по этому мальчику издалека.       — Ну че хотел, Джин? Давай уже, харе томить! — Хосок подскочил со стула и начал расхаживать перед диваном, нервы у него были ни к черту.       Чимин опасливо оценил стоящее рядом кресло, собираясь сесть, но Юнги опередил его и потянул себе на колени:       — Ну же, цыпа, не тупи, — сказал он тихо, едва касаясь губами уха Чимина.       — Блядь, да вы заебали! — скривился Хосок и быстро отвернулся. — Сколько можно обжиматься! Да еще на людях! Вы же как кроли сношаетесь! Я в квартиру с закрытыми глазами захожу!       — А ты не заходи, когда тебя не ждут, — хмыкнул Чимин и поерзал у Юнги на бедрах.       — У нас квартира общая! — Хосок выпучил глаза и ткнул пальцем в ухмыляющуюся парочку. — Ебитесь в своей комнате!       — Скучно все время на кровати, — Чимин выпятил нижнюю губу и невинно похлопал ресницами. Юнги же все это время сидел молча и не мешал своей цыпе бесить их вспыльчивого друга.       — Блядь, я щас уйду! И вообще съеду на хуй оттуда! Будете аренду вдвоем платить! — Хосок окончательно вскипел и направился к выходу.       — Эй, прекрати истерить, — сказал Джин миролюбиво, — они же шутят над тобой.       — На хуй ему не помешало бы сходить, — промурлыкал Чимин, разглядывая свой идеальный маникюр, — и я даже знаю на чей.       — Скоро Намджун придет и начнем, — Джин сделал вид, что не услышал последнюю фразу, хотя Чимин заметил, как дернулся в ухмылке уголок его губ.       — Вечно он опаздывает! — проворчал Хосок и плюхнулся рядом с Джином, демонстративно не глядя на обжимающуюся парочку. — Знал бы, что ждать долго, выпить бы взял. Эй, мелкий, — он заглянул за спинку дивана, — метнись за пивом, а?       Чонгук поднялся на ноги, виновато посмотрев на закатившего глаза Джина.       — А шмакодявина тут че делает? — лениво протянул Юнги, любовно поглаживая парня у себя на коленях. — Я думал, у нас взрослый разговор намечается.       — Чонгук, иди домой, — строго сказал Джин мальчишке.       — Хён, ну можно…       — Иди, — Джин был непоколебим, он единственный не велся на жалостливый взгляд этого вездесущего ребенка.       — Да-да, иди! — Хосок тоже напустил на себя серьезный вид. — За пивом только сгоняй и сразу домой! — и сунул мальчишке купюру.       — Сдурел! Ему шестнадцать! Несовершеннолетним алкоголь не продают!       — Серьезно? — Хосок так искренне удивился, что у Джина отвисла челюсть. — А старик Ли продает. Мелкий, к нему сбегай, тут недалеко! И мороженое себе купи! — последнее он крикнул уже вслед парню, спешно унесшему ноги от строго хёна.       — Ты в своем уме, Чон Хосок?       — Да что я сделал-то?! Я же его пить не заставляю!       Дверь опять скрипнула, и в проеме показалась долговязая фигура Намджуна.       — Извините, на работе задержался, — он провел рукой по ежику осветленных волос, развернул стул и сел, откинувшись на спинку.       — Зато костюмчик переодеть времени хватило! — язвительно бросил Хосок.       — А куда Чонгук побежал? Он меня чуть не сшиб на лестнице, — Намджун разгладил спортивки на коленях.       — Да пока тебя ждали, у меня в горле пересохло!       — Я работал, — у Намджуна заходили желваки, — потому что у меня есть работа, в отличие от некоторых. И я извинился! Потому что, в отличие от некоторых, умею признавать свои ошибки.       — Ты щас допиздишься, дылда!       — Прекрати! — Джин дернул Хосока за рукав куртки, от чего звякнуло содержимое миллиона карманов. — Я вас позвал поговорить.       — Ну так говори, какого тянем кота за яйца!       Джин медленно вдохнул и выдохнул, в уме представляя разные способы умерщвления одного бесячего приятеля.       — Я хотел показать вам это! — он обвел рукой пустой темный зал с такой победоносной улыбкой, словно показывал им дворец.       Чимин без особого интереса еще раз окинул помещение взглядом:       — Я посмотрел. Можно домой?       — Домой, конечно, можно, лапочка, — Джин лукаво улыбнулся, а Юнги прижал свое к себе покрепче, — но я собирался предложить тебе работу.       — У меня есть работа, красавчик, — Чимин подхватил игру мгновенно.       — Но не в таком блистательном заведении, как это!       Повисла неловкая пауза, которую Джин сам же поспешил заполнить:       — Я купил это чудесное помещение, чтобы создать в нем обитель самовыражения и развлечений! Чимини — тебе бар, Намджун — ты наконец-то получишь сцену, — Джин кивнул в центр зала, где возвышалась небольшая площадка.       — А это мы уберем? — Намджун заинтересовался вдохновляющими сладкими речами, но с сомнением указал на любопытный металлический шест посередине сцены.       — Не вижу веских причин для демонтажа, — уклончиво сказал Джин. — Тем более столько девочек без работы остались после того, как Джимми закрылся.       — Ты стрипуху собрался открыть? — рассмеялся Юнги, а Чимин встал и неторопливо направился к сцене.       — Я хочу открыть достойное развлекательное заведение с разнообразной культурной программой, — холодно ответил Джин. — Здесь могут быть реализованы разные направления — выступления групп и соло-артистов, рэп-батлы, — он кивнул на Намджуна, — вечеринки.       — И стриптиз, — ухмыльнулся Юнги.       — И танцевальные номера, — перефразировал Джин       — Хорошо! — Юнги хлопнул себя по коленям. — А какое направление ты хочешь предложить нам с Хосоком? Музыку мы не сочиняем, рэп не читаем, картины не пишем, и на наши голые задницы вряд ли будет спрос.       — А вы, мои дорогие друзья, прекрасно можете себя реализовать в роли защитников нашего храма искусства, — подмигнул Джин.       — Вышибалами, что ли? — подал голос Хосок, оторвавшись от расковыривания дыры в обивке, все эти умные разговоры вгоняли его в смертельную скуку, особенно без банки пива.       — А где деньги на ремонт взять? На аппаратуру, свет, мебель? Разрешения всякие на ведение бизнеса? — вмешался Намджун и Хосок продолжил ковырять обивку. — Джин, у тебя же есть бар, ты прекрасно знаешь, что одного помещения мало.       — Что ж, — скривился Джин, — я надеялся, что мы вместе найдем решение этой досадной проблемы. В доле будет каждый, — он поднял руки в доверительном жесте, — но и вложиться надо всем.       — А хозяин ты? — уточнил Юнги.       — Владелец. Да. Но мы утрясем все бумажные формальности, Юнги, ты же знаешь!       — Да мне вообще похую эти ваши бумажки! — встрял Хосок. — Где бабки взять? Идеи есть? Мои вам не понравятся.       — Умоляю, свои всратые предложения оставь при себе! — проворчал Юнги, вспоминив несколько случаев, когда он повелся на уверения этого отбитого, что все на мази. Хосок только пожал плечами, с надеждой поглядывая на дверь.       — А сколько вообще надо? — уточнил Намджун.       — Джуни, детка, ты считать хорошо умеешь, в школе отличником был, — улыбнулся Джин, заставив сурового механика покраснеть.       — Много, — пробормотал он.       Все замолчали в глубоких раздумьях, где взять круглую сумму.       — Джин? — звонкий голос Чимина отвлек их. — А ты только девочек собираешься нанять?       — Я человек открытых взглядов, лапочка, — улыбнулся Джин, вытаскивая телефон и быстро набирая кому-то сообщение.       — Это хорошо, — послышалось со сцены.       — Цыпа, ты чего удумал? — Юнги встал и медленно, мягкими шагами хищника пошел на голос.       — Так, ничего особенного, — фигура Чимина показалась из полумрака, он стоял спиной к шесту, обхватив его руками, закинутыми над головой.       — Выброси эти глупые мысли.       — А то что? — Чимин с хитрой улыбкой начал медленно скользить по шесту вниз, широко разводя колени.       — Лапочка, да ты гений! — голос Джина из-за плеча заставил Юнги вздрогнуть. — Так мы привлечем больше клиентов!       — Мы не будем привлекать их задницей моего парня! — зашипел Юнги, заслонив Чимина собой.       — Сможешь забирать все купюры из его трусиков, процент высчитывать не буду! — Джин откровенно веселился.       — Юнги? — позвал Чимин ласковым голосом, от которого его парень всегда становился покладистым, или, наоборот, очень жестким, что в любом случае было только на руку.       Юнги обернулся и увидел плавные, сладострастные движения, от которых приятно стало не только глазам. Но восхищенный присвист с дивана быстро вернул его из грез:       — Свалили отсюда, — процедил он сквозь зубы.       — Юнги, смею напомнить, что это я владелец клуба, — хитрая улыбка не покидала лицо Джина.       — Сочтемся, — кинул он сухо.       — Мне нравится твой подход к делам!       — А мне не нравится, что вы все еще тут.       — Меня два раза просить не надо! — крикнул Хосок в дверях на лестницу. — Достали ебаться во всех углах! Тошнит уже!       Намджун кинулся следом, бормоча какие-то извинения и прикрывая глаза рукой.       — Джин? — Юнги сверлил взглядом своего будущего начальника, пока тот бессовестно разглядывал бессовестного Пак Чимина, строя на него большие планы.       — Сочтемся, — кивнул тот с улыбкой и ушел, снова набирая сообщение.       — Цыпа, — Юнги повернулся лицом к сцене, где Чимин с невинным видом расстегивал пуговицы на своей рубашке. — Ты что наделал?       — Еще ничего, — рубашка скользнула вниз по плечам.       — Ты доиграешься, — Юнги поднялся на сцену.       — У меня есть идея.       — Ты не будешь крутить голой задницей перед толпой пускающих на тебя слюни мужиков.       — Только перед тобой? — Чимин начал ластиться к Юнги, заглядывая в глаза.       — Если хочешь.       — Ты сломал мне всю игру! Надо было сказать что-то поинтереснее! — Чимин надулся, отпихнул Юнги от себя и наклонился за рубашкой.       — Да я постоянно играю в твои игры, цыпа! — Юнги прижал парня к себе спиной и начал гладить голый живот.       — Еще скажи, что тебе не нравится, — Чимин продолжил стоить из себя оскорбленную невинность.       — Нравится, — Юнги понизил голос и заговорил на ушко, — так нравится, что я прогнал всех и теперь мы тут только вдвоем…       — Всех зрителей распугал, — вздохнул Чимин, но улыбнулся. — Присаживайся поудобнее! Я покажу представление, которое тебе очень понравится! — он заставил Юнги сойти со сцены и включил музыку на телефоне.