Цвета любви

Ночь беззвездная и пасмурная, ветер воет между рядов могил, поднимая вихри желтых кленовых листьев, тяжёлых от капель дождя. Старые могильные камни скрипят от негодования, стараясь выдержать натиск ветра. По дорожкам из гравия слышатся шаги, из-под деревьев появляется фигура в светлом пальто с букетом жёлтых астр. Он подходит к одной из могил, надпись на поверхности камня написана с изяществом, на букве «Н» виднеется красивый завиток. На могиле лежит одинокий букет: в ворохе рыжих бархатцев с тонкими лепестками два синих василька. Здесь последнее пристанище ведьмы, еретички, грешницы. Последнее пристанище женщины, которую он любит. Больше он здесь никогда не появится. Перед глазами Ренато проносится воспоминание, как он впервые встретил Нову, и как вуаль скрадывала золото её волос и янтарь её глаз. Было в ней что-то, что притягивало Ренато. Ему следовало бежать от Новы, а не привязываться к ней все сильнее, к её чуть хрипловатому меццо-сопрано, когда она напевала себе под нос французские народные песни и фальшивила на верхних нотах, заливаясь смехом, и к её терпковатым духам. Ренато поворачивается, ещё раз окидывает взглядом кладбище, достаёт из кармана небольшой прибор — сканер Присутствия. Прибор загорается, обрабатывает данные и показывает, что местность чиста. Ему следовало делать так и раньше. Его оплошность стоила очень многого. Как в тот день. Тогда они встретились возле входа в очередную захудалую гостиницу, и Нова дрожала от порывов холодного ветра, несмотря на жёлтое шерстяное платье. Он не заметил черную кошку, сидящую не ступеньках соседнего дома. Как и не заметил небольшого метательного ножа, направленного в его бок. А Нова заметила. И закрыла его собой. Потом он долго сидел возле постели, вливал в неё жёлтые эликсиры, пахнущие розмарином, происхождение которых он не хотел знать, наблюдал за Его Высокопреосвященством, наматывающим круги по комнате и отдающим кому-то отрывистые приказы по телефону. Промывал рану, накладывал бинты, несмело гладил её по голове, когда она вздрагивала в беспамятстве. И после служб старался найти любую отговорку, чтобы уйти из церкви пораньше. К ней. Кардинал Бароне в целях обезопасить Нову от дальнейших покушений приказал сделать ей подставные похороны в закрытом гробу Они оба видели членов Союза, затерянных в толпе. И она оба радовались, что никто из них больше никогда не тронет Нову. Она почти умерла за него, а он отвоевал её у смерти — разве может быть проявление любви выше? Завтра он проведет своё последнее богослужение, в последний раз выйдет перед своей паствой. А затем он сядет на поезд и затеряется в Неаполе, а потом дальше, дальше, дальше в богом забытый городок на юге Италии. Где его уже дожидается Нова. И между ними больше ничто не будет стоять.