Дом там, где ты

— Джил? Джил, чёрт возьми, это не смешно! Открой дверь сейчас же! Данте барабанит в дверь уже минут пятнадцать с небольшими перерывами. И тишина по ту сторону пугала куда больше, чем разносящий всё вокруг разгневанный брат. Вдруг случилось что, а вдруг сбежал. Похоже, снова придётся выносить дверь. Снова. Мужчина отходит на пару шагов назад, настраивается, становится немного боком, готовя плечо, с разбега точно откроется, пусть даже замок с мясом выдерет. Данте с силой наваливается на дверь, выламывая не только замок, но и в принципе снося и без того хлипкое дерево с петель. Плечо саднит, пустяк, это ещё цветочки по сравнению с другими травмами, что он получал за все свои сорок лет жизни. Все самые страшные догадки рассеиваются сами собой, когда перед собой охотник на демонов видит старшего близнеца, сидящего на подоконнике у окна, да ещё с таким жалобным видом. Данте искренне было жалко его, зная, что с ним происходило. Напряженный взгляд младшего Спарды смягчился, только он хотел что-то сказать, как его попытку сразу пресекли. — Не смей жалеть меня. — Холодно отрезал Вергилий, — И не нужно оправдываться. Ты слишком громко думаешь, догадаться не сложно. Лицо твоё тоже говорит само за себя. — Нет-нет, что ты, я просто… Ах, да, я просто принёс тебе одежду и еду, не спать же тебе голодным и мокрым. — Твои подачки ни к чему, я не нуждаюсь в еде и сне. — Блять, да сделай ты хоть раз то, что я тебя прошу! Переступи через свою долбаную гордость! Ты себя не видел, чтоб говорить о том, что тебе это всё не нужно! — Младший близнец с громким стуком ставит поднос на тумбу и кидает сухую одежду на кровать, — Я в магазин. Делай, что хочешь. Данте наспех ставит дверь на место и уходит, прикрывая её за собой. Вергилий остаётся наедине с собой и своими мыслями, которые набирают мрачные обороты, смотрит уставше в одну точку. Может стоит послушать брата? Пф, да что за бред, он сам прекрасно знает, что делать, и тем более он старший. Точно наберётся сил и уйдёт. Наверное… Нет, прямо сейчас. Или… Нехотя мечник всё же берет сменную одежду, которую принёс Данте. С облегчением он снимает с себя кучу одежды, которая сама по себе была увесистой и не совсем практичной, а мокрая она словно тонну весила, и надевает домашние спортивки и лёгкий свитер. Красного цвета… Осторожно спускаясь вниз по лестнице (так и не притронувшись к еде), мужчина обращает внимание на то, что Данте правда нет дома. А иначе не объяснить такую давящую, гробовую тишину. Вот так, вспылил и ушёл. От запоздало пришедшего осознания стало некомфортно. Неужто Верг почувствовал себя на месте брошенного? — Данте, если это снова твои глупые шутки и попытка проучить меня, то сразу предупреждаю, это ужасная идея, к тому же совсем не смешная. — В ответ последовала всё такая же тишина, — Данте?... И снова ничего. — Так значит, да? Хорошо. Значит я ухожу, сейчас. На провокации никто не повёлся, брат не прибежал его останавливать, просить прощения, от чего желание уходит улетучилось. Вергилий отошёл от входной двери и сел на диван, подтягивая к себе колени. Злоба сменилась беспокойством, а беспокойство тревогой. Затаившаяся с детства обида вылезала наружу с эмоциями, которые Вергилию были чужды, ведь проявление эмоций – удел слабых людей. Он и дальше бы так думал, если бы прямо сейчас в агентство не вернулся Данте. — Я дома. Взял нам на ужин… Еды… — Охотник даже и не знал, что сказать, застав старшего близнеца вот так, — Джил? Всё нормально? Эта фраза стала пусковым крючком. Нет, всё было не нормально, и об этом хотелось кричать, однако вместо этого мечник ещё больше притих, казалось даже перестал дышать. Он поднял взгляд на Данте и… Что это? Глаза защипало, они намокли. — Господи, Вергилий! Это всё из-за того, что я накричал на тебя? Прости пожалуйста, ну погорячился, прости меня, я дурак. Данте за три шага оказывается у дивана и, полностью наплевав на нетактильность старшего, обнял его. — Нет, то, что ты дурак, я знаю. И отпусти меня. — Ох, да ладно, ты даже сейчас мне язвишь. Я не отпущу тебя, пока ты не успокоишься. — Я спокоен. — Не спокоен. — Данте! Только охотник успевает отпустить Вергилия, а его уже и не было в поле зрения, он ускользнул наверх, в комнату. Что-то Данте поспешил выходить на контакт. Зато теперь выяснилось, что не так уж сильно близнец хочет уходить, раз не сделал этого, пока была прекрасная возможность.