Безнадежный официант

Ходили слухи, байки, сплетни. Был еще один основатель среди «Тосвы», да никто не знал его, словно сквозь землю провалился, когда-то был и судя по всему, теперь уже нет, но он не умер, никак, все предложения о смерти были отклонены, и где же он тогда. Никто из верхушки ничего не упоминал, наверное, вспоминать не хотели, да и про сидящего в тюрьме другого участника не говорили, неужели им настолько плевать.     Слухи ходили неспроста, человек важный был в своей роли, был советником и последнее слово на собраниях всегда доставалось ему. Возможно, как раз по этому поводу появились разногласия, и он ушел из банды, стерев после себя следы, либо же его выгнали, никаких догадок, история умалчивает.     Такемичи, вернувшемуся из будущего, просто требуется узнать, найти этого человека, имя узнать - узнал. Наган Шуньята, имя запомнил не сразу, попросил несколько раз повторить у Дракена, тот уже завелся по причине, что Ханагаки тупой, и парень даже огорчился, что нельзя перемещаться в прошлое с листочком в руках.     Поиски начались незамедлительно, парень, без помощи и связей, после спасения Кена первым делом понесся искать названного человека, а искать понятия не имел где, узнал о человеке совсем крупицу, и понесся искать, позор ему, да и только.    В это время, человек, которого вовсю пытались найти, шатался совсем неподалеку, и расспросить о нем можно было всех из верхушек, но не факт, что каждый подумает о нем рассказать. По какой-то причине некоторые умалчивали о нем и уходили от разговора, переходя на другую тему, что, конечно, волновало других. По ясной причине они это делали - чем меньше знаешь, тем крепче спишь и меньше вопросов задаешь.    «Я никогда не найду его...» — крутилось в голове у Ханагаки, шагающего в жару по улицам, испепеляя свой мозг до маленьких частичек. Зайти было некуда, все кафе забиты парочками, либо учащимися студентами, или учениками школы, которые после уроков захотели зайти в кафе.       — Наган Шуньята... — лепетал себе под нос Такемичи, стараясь это имя не забывать, хотя, каким образом он забудет, если он ищет этого человека и постоянно крутится в голове, даже Хината уже злится. — Наган... странное имя.       — Шуньята? — проходящий мимо парень остановился, выпрямился, задумался и обернулся на идущего вперед Ханагаки, который засунув руки в карманы и сгорбившись, бубнил под нос. — Эу, пацан!       — Наган... Шуньята... — продолжал бубнить блондин, перед глазами уже мутнело, затылок напекло солнцем и мозг начинал кипятить будто на плите.       — Эй-эй, парень! — идет за ним прохожий, ускоряя шаг, собрав руки в кулаки, вежливо пытаясь его позвать, вежливо, как он только может. Все бестолку. — Что-ж ты такой глухой-то?!    Хотел уже за плечо схватить, да повернуть на себя, но Ханагаки внезапно валиться башкой об тротуар, напугав остальных прохожих, подставив бедного парня, который хотел дотронуться его плеча. Парень с коричневыми волосами, ростом под метр восемьдесят, черными глазами и ресницами, уставился в испуге на свалившегося Такемичи, а страшнее стало от того, что прохожие увидели только его направленную руку и лежачего блондина.       — Он мальчишку вырубил! — доносится из толпы, и парень, подхватив блондина на руки, понесся вперед, куда Такемичи до этого шел. Разъяренная толпа неслась за брюнетом, но и он сдаваться не намерен, пока первую помощь не окажет, и не выбьет откуда блондин знает Шуньяту - не успокоится.       — Заработал я проблем!! — верещит парень, сворачивая за угол, бежав мимо круглосуточных магазинов, кое как оторвавшись от толпы. — Ты тяжелый! Кабан, вашу мать.    Добежав до места, из которого только недавно вышел, он открывает дверь спиной и колокольчик над входом звенит, давая знать об посетителе и девушка, схватив с собой меню, ручку и блокнот, понеслась ко входу встречать посетителя.    Встав перед парнем, девушка с черными волосами, неряшливой челкой, заколотыми волосами сзади на крабик, в черном платье и голубом фартуке, встретила пришедшего, нахмурив бирюзовые глаза:       — Добро по-, — оборвалась на полу-слове, встретив своего никудышного брата, к тому же, держащего непонятного парня со странной прической на башке. —  Семи, какого хрена? Это что еще за гандон.       — Он спекся! Я хотел ему помочь, а на меня толпа набросилась, мол я его вырубил, пришлось спасаться, — ноет парень, подходя к пустому столику, положив отрубившегося Такемичи на диван.       — Вот незадача, — подумала сестра, и достав из кармана перманентный маркер, потянулась к лицу. — Давай прикольнемся!       — Не в этот раз, — цокнул парень, перегородив руку девушки своей ладонью, схватив ее за запястье, другой рукой забрал маркер. — Принеси мокрую тряпку, его спасать надо. Хватит дурью маяться.        — Семи, мне и так на работе скучно, никого нет и я тухну! — возмущается она, пока шагала на кухню за какой-нибудь тряпкой, дабы намочить ее. — А сейчас я бы могла тусить каждый день после школы!       — Не жалуйся. Ты хоть понимаешь, как это было опасно? — нахмурился брат, складывая руки на груди, обернувшись на уже танцующую сестру, которая врубила музыку громче прежнего.    «Ага. Меня слушать не хочет.» — подумал парень, играя бровями, раскатав губу, удивляясь капризности младшей, всего лишь на пять лет младше него.       — Ты несешь уже? Он без тебя сейчас с высшими познакомиться! — приставив ладонь ко рту, орет парень и за секунду рядом оказывается девушка, которая приложила мокрую ткань ко лбу Ханагаки.    Он неприятно морщится, двигает носом и переворачивается на бок, валясь на пол, ударившись лбом от ножку стола, из-за чего упала тряпка и мерзким звуком шлепнулась об пол. Девушка с удивлением и опущенными уголками губ глянула на парня, который пальцами сжал переносицу, нахмурив брови и закрыв глаза от греха подальше.       — Поднимай сама, — подняв руку, он уходит в подсобку, оставив сестру наедине с отключенным незнакомцем. Сделает ли он ей больно, он не подумал, потому что он выглядит хлюпиком и она сама кому захочет больно сделает.       — Да чтоб у тебя второй горб вылез, старпер хренов! — разозлившись, она кричит оскорбления вслед, но все равно пытается поднять тухляка обратно, ей не получается с первого раза, он во первых весит, как кабан, так еще под столом. — Господи, он еще и храпит!!    Еле-еле опрокинув того спиной на диван, девушка сама садится на его край, стирая со лба пот тыльной стороной ладони.     «Когда уже кондиционер сделают.» — машет руками себе в лицо сестра, изображая отвращение и недовольство от всего происходящего.    Сначала брат притащил незнакомца в их кафе, затем чуть не устроил очередную беседу про группировки и нанесенный ими ущерб. Слышать каждый день эту «надоедливую старушку», как называла брата девушка - невыносимо, хотелось засунуть ему в рот тряпку и работать дальше. Вот только в ее голове еще хранится уважение к нему, ведь он все таки тащит проживание, работу, младшую на своих плечах, и имеет право жаловаться.     Как бы ей не надоедал брат, как бы не хотелось ему крикнуть: «заткнись наконец!», сестра лишь включала музыку в кафе погромче и занималась дальше своими делами, когда брат успокаивался, они продолжали разговаривать, не поднимая тему, которая могла привести к ссоре. Девушка аккуратно обходила ссоры этим способом, и парень немного рад этому. Ссориться с единственным близким человеком ему не хватало.    «Я его не жалею!» — вспыхнуло в голове девушки, и она, услышав за спиной шорох, поспешила обернуться.    Такемичи наконец проснулся, и все еще сонный и с больной головой старался понять где он находится. Оборачиваясь по сторонам, замечает удивленную официантку, машущей рукой себе в лицо, которая быстро моргала глазками и приоткрыла рот. Ханагаки вспыхнул красным румянцем, отполз к самой стене и поджал колени, дабы не касаться девушки.       — Где я?! — прикрикнул блондин, положив ладонь на грудь, напуганным взглядом осматриваясь, замечая другие столы, стулья, диваны, красивые картины на стенах, и чуть дальше барную стойку со стоящим там парнем, который его «спас».       — Семи, все плохо! — крикнула официантка, повернувшись на брата, протирающего тряпочкой мокрый стакан. Он, подняв взгляд, вопросительно кивает ей в ответ. — Память отшибло!    Семи совершенно спокойно отреагировал, подошел к перепуганному Ханагаки, наклонился к нему, согнувшись в три погибели со своим высоким ростом, поставив руку на макушку сестры, пользуясь ей, будто подлокотником.       — Я помог тебе, ты отключился посреди улицы и я принес тебя в свое кафе! — приветливо улыбнулся парень, чуть наклоняя голову.       — Наше кафе, — поправила того девушка, убрав руку брата с головы.       — Ладно, наше, — буркнул Семи, брезгливо отвернувшись. — Так вот, тебе может чего поесть принести, пить хочешь, все за счет заведения.        — Семи, вообще обалдел?! Нас же босс премии лишит! — запаниковала сестра, но получила в ответ прижатую руку брата ко рту, и нахальную ухмыляющуюся морду.       — Вас как зовут? — недоверчиво спросил Такемичи, переглядываясь между этими двумя.       — Семи Шуньята, а это... — он договорить не успел, как Ханагаки вскочил на ноги и воскликнул:       — Шуньята? Вы не брат Наган?! — закричал блондин, обрадовавшись до краев штанов. Неужели он так удачливо упал, что ему удалось заинтересовать брата Наган, и тот даже угостить его хочет, удача сегодня на стороне Такемичи.       — Не называй мое имя, — в стену прилетает столовый нож, втыкается совсем рядом с ухом Ханагаки. Это было произнесено очень медленно, холодным тоном и явным раздражением.    Перед ним встала разъяренная Наган, та, которую он искал, та, которую Дракен просил найти всеми силами, только потому, что она сможет предотвратить убийство Баджи и Казуторы, каким образом, этой информации он не предоставил. Но, судя по всему, именно она - спасение «Тосвы». Вот только Ханагаки не мог поверить, что Наган Шуньята - девушка.    Возможно, сегодня не день Такемичи, удача истрачена.