Ты станешь сюжетом моей истории.

До сих пор не покидает странное чувство, которое проследует его уже на протяжении двух недель. Визит к психологу решил не откладывать и записался на следующую неделю. Всё таки разговор с опытным человеком ему несомненно нужен. За эти дни он даже не притронулся к тетради. В голове крутилась та фраза, и он не понимал зачем и почему тот так сказал. – "Ты самый очаровательный, – всё не выходило из головы. Казалось бы обычная фраза, но она не давала покоя. За всё время провождения с Антоном, было какое-то чувство которого он никогда не испытывал. Каждый день они проводили вместе, смотрели фильмы, Арсений рассказывал ему о своих картинах и написанных историях, рассказал что в тот день просто сел писать историю о невидимке, а тут невидимка сам явился в его комнату. Антон начал учить Арсения готовить, учил как правильно жарить яичницу и как варить макароны, гречку или овсянку, – в конце концов нужно же с чего-то начинать. Это единственные крупы которые они ели, Антон ел гречку, а Арсений овсянку. Рис они не варили, – у Антона на него невыносимая аллергия, поэтому они напрочь перестали его покупать. Ну а сам Арсений не истинный фанат риса, поэтому прекрасно обходился и без него. Готовить у него не плохо получалось, не считая что в первый раз он переварил макароны, они стали как каша и пришлось всё выкидывать. Но зато на вторую попытку, на этот раз за чутким руководством Антона у него всё получилось. Всё таки они оба до этого сидели одиночестве, а Антон похоже вовсе не надеялся на будущее. А Арсений будто расцвёл на глазах, его было не узнать. Если раньше он целый день ходил с кислой миной, то сейчас такого не было. В присутствии Антона он улыбался и смеялся как маленький мальчик которому подарили машинку, о которой тот так долго мечтал. Вдвоём они чувствовали себя как минимум не одиноко, а как максимум очень комфортно. Но что Арсений что Антон вели себя не как обычно. Было такое чувство что при каждом, например обычном касании они оба могли смутится, а Антон вовсе уходил в другую комнату. Ну а вчерашняя история заставляет краснеть даже Арсения, а бабочкам в животе порхать и создавать при этом приятное чувство. Вечером они смотрели фильм на ноутбуке. И похоже фильм был скучноватым и Антон сидевший рядом с Арсением заснул уткнувшись лицом в его плечо. Арсений так не хотел его будить, что примерно час сидел как мышка, без единого движение чтобы тот не проснулся и слушал тихое, милое сопение под ухом. Но потом в фильме кто-то крикнул, да так что сам Арсений который был увлечён совсем не фильмом и даже не слушал его, вдрознул так что Антон резко поднял голову, встряхнул ею и проборматав что-то вроде, " ой прости, я пойду к себе", встал и побрёл в гостиную. Часы на стене показывают семь утра, – слишком рано, но и лежать на месте начинает недоедать. Он встаёт и тихо начинает идти в ванную, чтобы не разбудить Антона. На удивление когда вышел из спальни, он увидел булую футболку и серые шорты которые левитировали над столом, а чуть выше над шортами так же в воздухе висела кружка, судя по запаху с кофе. – Доброе утро, я думал что ты спишь. – Арсений свернул с дороги в ванную и зашёл на кухню, где стоял сильный аромат кофе. – Доброе, не спится, тебе походу тоже? – А ты догадливый, – он подходит к ближе и опирается на стол рядом с Антоном. – Слушай, я хотел поговорить о, – не успеет Арсений договорить, как его перебивают. – О вчерашнем? Извени не хотел, просто заснул, сам не понял как. – Да нет же, просто поговорить. Ну там, и рассказать о себе может. Просто живём вместе уже недели две, а друг о друге практически ничего не знаем. И насчёт вчерашнего даже не зацикливайся, ничего такого в этом нет. – Ладно, а насчёт поговорить пожалуйста, всегда готов выслушать, ну или сам рассказать. Слушай, с самого начала хотел тебя спросить, ты в отношениях был? – Ну прямо в серьёзных только один раз. До этого может в школе или в универе с какими-то девочками мутил, но это просто забавы ради. У меня был парень, Егор, он был красивым, добрым. Даже слишком добрым. Сначала я был без ума от него, но от черезмерной заботы я начинал уставать и решил разойтись. – Ты гей? – вопрос прозвучал безразлично, хотя и удивлённо, что Арсений подумал, а стоит ли вообще рассказывать? – До Егора я был уверен что нет, но как увидел его в баре за стойкой, всего токого прекрасно, мило мне улыбающийся, аж глаза слепило от его красоты. – Понятно, – как-то странно произносит он. – А как насчёт тебя? Был в отношениях? – Не-а, в четырнадцать лет, мне понравилась одна девочка. Ну я и начал как-то подкатывать к ней, а потом сказал что она мне нравится, так она меня отшила на глазах у всех и ушла. После этого ни с кем не встречался, невидимым это невозможно, учитывая то что тебе никто не верит, кроме бабушки. А сейчас кроме тебя. – Подожди ка, получается ты девственник? – Ну получается так, кроме дрочки ничем не занимался. Впрочем дрочка была единственным занятием за все эти годы. – Боже, это же ужасно, что же это ты всю оставшуюся жизнь проведёшь девственником. – Такова судьба, или ты щас предлагал потрахаться? – он смеётся над своими же словами, но заметив что Арсений стоит вполне с серьёзным лицом, вдруг убрал улыбку с лица, изменив её шокирующим удивлением. – Что? Нет! Да как ты только мог такое подумать. Это невозможно, я же невидимый, а вдруг ты от меня этой невидимостью заразишься. – Не переживай, не заражусь, всё будет хорошо. Ты не представляешь какие ощущения ты испытываешь при сексе. Или тебе противно трахаться с мужиком? Или ты боишься? – Да не боюсь я, и не противно. – Тем более, что тебе мешает. И в конце концов ты всегда можешь попросить остановиться. Давай же, быть тебе девственником я не позволю. – Ещё пару дней назад ты смущался от одного прикосновения, а сейчас предлагаешь поебаться. Антон уже не касался настолько смущённым, как несколько минут назад. – Получается ты, который пару дней назад кранел от прикосновения сейчас запросто соглашается поебаться. – Я такого не говорил, я вообще на счёт этого ничего не говорил. И я об это ничего не знаю, как это надо делать, как вставать, как вообще вести себя при этом. Откуда ты вообще знаешь что я краснел, ты меня не видишь? – Тыже сам сейчас это подтвердил. Если спрашиваешь значит согласен. И я всё обьясню, тебе не надо будет ничего делать, всё сделаю я. А ты просто лежи и расслабься, ну и главное не о чём не переживай, то что это первый секс с мужиком ничего не говорит, всё в этой жизни надо попробовать. Антон смотрит на него с каким-то сомнением будто думает что всё сказанное было просто шуткой. – Я пойду схожу в душ, а ты готовь завтрак. После завтрака ты тоже сходи в душ, всё таки всё должно быть стерильно. Арсений уходит в ванную, а Антон остаётся стоять таким же выражений лица в раздумье. Он даже не спросил что приготовить на завтрак. Поразмыслив об этом он решил приготовить сэндвичи с ветчиной, сыром и яйцом, а ещё салат. Он выкладывает из холодильника на стол всё нужное и принимается готовить. Готовка может на какое-то время отвлечь от тревожных мыслей и помочь расслабиться. На плите стоит сковородка в которою Антон льёт масло и разбивает яйца. Пока яйца скворчат в масле, в ход идут сыр и ветчина, а также огурцы и помидоры. Это всё Антон нарезает, овощи скидывает в салатницу, солит, перчит, заправляет маслом и перемешивает. Тем временем яйца уже готовы, и на их место кладётся хлеб. Когда хлеб поджарился Антон кладёт сверху плавленный сыр, кусочки нарезанной ветчины, сверху кладёт яйцо и накрывает вторым кусочком хрустящего хлеба. То же самое он делает и со вторым сэндвичем. Тарелки уже стоят на столе, а чайник закипает в тот момент когда Арсений выходит из ванной. – Пахнет просто божественно, – он заходит вытирая голову в полотенцем, на нём надет белый халат и белые тапочки. – Как ты всё это научился готовить? – Я же жил здесь с другими людьми, они постоянно что-то готовили, я наблюдал и запоминал, так и научился. Они садятся за стол и принимаются за еду. Едят молча, каждый думает об одном, об предстоящим сексом, который ожидается буквально через какой-то может час. Только Арсений судя по его настроению в предвкушении этого, а вот Антон слабо начинает нервничать. При этом его безусловно возбуждает одно лишь представление о том как как Арсений берёт того за талию, прижимает к изголовью кровати и начинает на угад оставлять засосы на его невидимой шее. Член под столом начинает пульсировать, из-за этого Антон чуть морщиться. "Хорошо что Арс не может этого заметить", – он успел лишь мысленно подумать. Но похоже он всё равно что-то заметил. – Что с тобой? Уже пять минут сидишь и держишь вилку на салатницей. Думаешь помидорка сама на вилочку насадится? И правда, он сидит, как лох держит вилку над нарезаным салатом и пялится на свою кружку с чаем. – Да нет, не думаю, просто задумался, – До него только сейчас доходит смысл сказанной шутки. Но он решает делать вид что её не заметил. – Волнуешься? – Немного. У меня всё таки такое впервые. – Всё бывает впервые. И это здорово. Жизнь одна и если ты не попробуешь что-то сейчас, то потом возможно будешь об этом жалеть. – Ты прав, я пойду в душ, уберёшь со стола? – Конечно, как закончишь приходи в спальню. Антон встаёт максимально осторожно, что бы Арсений не увидел его стояк и идёт в ванную. Там скидывает с себя одежду и залезает в душевую кабинку. Как только горячая вода начинает чуть обжигать кожу, он берётся рукой за член и начинает поглаживать его вдоль, потом большим пальцем он массирует головку. Но кончать нельзя, если кончит то потом у него не встанет, будет неловко перед Арсением. Он убирает руку и берёт гель для душа, выдавливает немного на руку и намыливает тело где только можно и невозможно. До этого, один он мог и пяти минут под душем не стоять, просто намочится и выйти. Но сейчас особый случай. Арсений тем временем не тратит время в пустую, быстренько засунул тарелки и кружки в посудомойку, чтобы не тратить драгоценное время на мойку в ручную, достал из ящика тумбы всё необходимое что им сегодня понадобится. Опыт быть сверху у Арсения не очень уж и большой, он был активом только один раз в жизни, и да, при этом он был не совсем трезвом состоянии и трахал не девственника. Это был какой-то стриптизёр из клуба в котором Арсений раньше частенько бывал и даже подрабатывал там официантом. Это были времена когда ему не хватало денег, приходилось выживать как есть. Всё приготовлено и Арсений лежит в ожидании Антона который не заставляет себя долго ждать. В проходе появляется точно такой же белый халат и тапочки как у Арсения, этот халат направляется к кровати и останавливается рядом. – Почему ты стоишь, думаю на кровати будет намного удобнее. И Антон послушно залезает на кровать и усаживается перед Арсением. – Ну чтож, как я уже говорил, успокойся и расслабься, первый раз будет не из самых приятных, но со временем привыкаешь, – рука Арсения тянется к поясу халата и дёргает его, распахивая перед Антоном невыносимо возбуждающие тело. Всё в родинках, которые смотрелись очень красиво. Антон по привычке кивнул, но вспомнил что его не видят произнёс смущённое "угу" и начал стаскивать с себя халат. Довольно быстро он снял его, учитывая что его не видно и стесняться нечего, – пока нечего. – Нам лучше поменяться местами, – Арс ползёт в сторону освобождая Антону своё место. Тот перебирается и тоже упирается о спинку. – Лучше ляг на спину, так будет не удобно, – и Антон ложится, он готов сделать всё что прикажет ему Арс, член стоял колом и он еле сдерживался что-бы не схватиться на него. – Ты никогда не растягивался? – он берёт с тумбы небольшой тюбик смазки со вкусом персика. – Я пробовал, но не сейчас, давненько уже. Хотел поэкспериментировать, засунул один палец, чувство было такое что на ветку сел. Конечно ещё пробовал потом, но это было ни к чему, простой дрочки вполне хватало. Арсений выдавливает довольно много смазки на руку. – Ну как видишь это оказалось совсем кстати. Раздвинь ноги, – тот раздвигает и Арсений сначала чистой рукой но ощупь ищет его бедро, а когда находит другой рукой двигается в сторону члена задевая его. Антон издаёт тихий стон удовольствия от этого малейшего прикосновения. Рука со смазкой достигает своей цели и начинает медленно размазывать её. Антон скулит от таких ощущений как щенок. Арсений же не медлит и так же медленно вставляет один палец сразу до конца. Тот выгибается крепко сжимая застеленный плед на кровати. Арс вставляет второй палец и раздвигает их как бы в форме ножниц, то раздвигая их в разные стороны, то вставляя поглубже. Он чувствует горячую кожу Антона, настолько горячую что при одном касание можно обжечься. Свободной рукой он надрачивает себе, размазывая появившуюся смазку. Потом резко вытаскивает пальцы с громким всхлипом, заставляя сменить хриплые стоны на разочарованные. На место пальцев подставляется головка, и размазывает смазку. Арсений входит почти наполовину, и Антон издаёт как показалось больной крик, он уже подумал что он сделал ему больно, как тот сам начинает насаживаться, двигаясь вперёд. Не ожидая такого о аккуратно толкается навстречу, подстраиваясь под его ритм. Смазка стекает на плед, – её оказалось слишком много, но это и неплохо, как раз наоборот. Не жилая сдерживаться от сильного желания, Арс двигается прибавляя темп с каждым толчком. Он не уверен хорошо ли Антону сейчас или нет, хотелось надеяться что да. Учитывая довольные стоны, – по крайней мере ему казалось что они довольные, довольные и такие возбуждающие. Лишь от его сладких стонов можно кончить. Ему однозначно нравилось, Арсу безумно хотелось сделать одну вещь, но он не мог собраться и попросить об этом. – Можно я тебе подрочу? – он всё таки решается спросить, надеясь что ответ получит положительный. – Ты можешь сделать всё что захочешь, – он произносит это тихим голосом тяжело дыша. Он обхватывает своей рукой запястье руки Арсения и ведёт её по направлению к пульсирующиму органу. Его рука обхватывает чужой член. Такой горячий, явно не такой длинный как у Арсения. Он двигает кулаком по всей длине большим пальцем лаская головку с выходящей из неё смазкой, – её видно. Это радует, хоть какая-то частичка Антона показываеся Арсению. Ему хотелось бы сейчас видеть его лицо, даже если оно было бы некрасивое, он знал, – что у человека помимо внешности есть другие качества, которые были у Антона идеальны. – Арс я сейчас, – он берёт руку Арсения которая до сих пор ему дрочит и начинает двигаться в такт с ней. Спустя момент с протяжным стоном он кончает на свой живот, капли попадают так же на их с Арсением руки. Сам же Арсений не отстаёт и делая ещё несколько завершающих толчков, изливается прямо в Антона. – Блять, прости, – он тянется за салфетками, – которые так же были приготовлены на тумбочке. – Не надо салфеток, ничего страшного, – он хватает того за плечи, притягивает к себе прижимая в плотную к своему испачканому животу и целует. Так аккуратно, легко, как в первый раз. До Арса не сразу доходит суть происходящего, сначала он выпучеными глазами смотрел на подушку перед своим лицом, – и сказать честно, у этой подушки очень мягкие и нежные губы. Спустя пару секунд он всё же прикрывает глаза отвечая на этот поцелуй, чуть приоткрывая рот. Тот тоже прикрывает рот как бы разрешая проникнуть в него чужому языку, и в ту же секунду чувствует его. Скользкий из-за накопившейся слюны и такой вкусный из-за утреннего кофе, – так и хочется съесть. Казалось этот поцелуй длится вечно, но через мгновение Арсений отстраняется облизывая покрасневшие губы. – Извини, не с мог сдержаться. – Антон говорит тихо, будто сорвал голос пока кричал. – Я просто, неожидал, – он всё таки тянется за салфетками и вытирает свой живот и заодно живот Антона. – А что это значит? – неожиданно спрашивает он. – Ни знаю, может это значит что ты мне нравишься, – непонятно, он то ли спрашивает, то ли утверждает, но очевидно он не шутит. – Нравишься? Но... – Я знаю, можешь не говорить, мы знакомы всего две недели, я невидимка и с таким как я не пожелает жить никто, я единственный такой и тебе разумеется не нужны такие странные отношения. Он берёт салфетку, вытирая ей смазку которая до сих пор вытекает на плед, в надежде его спасти он трёт по нему, только больше втирая его туда. – Забудь что я сказал, просто забудь. – Я совсем не это хотел сказать, – пытается оправдаться Арсений, – я наоборот хотел бы попробовать, ну... – он запинается, – отношения с невидимкой. Мне кажется это было бы очень классно, мы наоборот будем отличаться от других обычных пар. – Ты правда думаешь что у нас может что-то получиться? – Ты же сам предложил, я сказал что не против. – Я сказал что ты мне нравишься, я не ждал что ты ответишь тем же, то что ты мне нравишься это не более чем факт. Ты красивый, талантливый, у тебя хороший вкус в одежде, а я обычный лох, который просидел в заперти все эти года и теперь пытается склеить парня которому к чёрту не нужен такой как я. – Ты не лох, это раз, ты в этом не виноват,так сложились обстоятельства, и ещё раз тебе повторяю я не против отношений, – за всё время разговора Арс сидел на коленях и они жутко затекли, поэтому он перебрался на место рядом с Антоном вытягивая ноги во всю кровать. – И кто тебе сказал что такой как ты мне не нужен, да я же буду самым счастливым, у всех обычные парни, а у меня такой вот необычный, – он мягко улыбается смотря в сторону лица Антона, – так что ты мне ещё как нужён. – Ты пялишься мне в губы. – Правда? – он улыбается шире и прикусывает губу смотря в ту же точку которая оказалась губами. – Тогда в таком случае, – он двигается прямо по направлению и соприкасает свои губы с губами Антона. Грудь заполняет приятное чувство, живот приятно сводит от ощущений. А губы, они такие же мягкие как кожа младенеца, и кожа, кожа такая же гладкая. Похоже он побрился сегодня, ещё вчера при просмотре фильма, а точнее при прослушивании милого сопения, у него была щетина, а сейчас гладенькая без единого волоска. Боже, он так заморочился что умудрился не видя себя побриться, – это мило. Поцелуй короткий и Арсений отрывается первым, смотря уже в глаза. Он всё так же улыбается и надеется что Антон тоже. – Только пообещай мне одну вещь, – их лица до сих пор близко к друг другу, они чувствуют горячее дыхание которое обжигает их лица, – пообещай что не будешь таким как мой парень, – он быстро поправляется, – мой бывший парень, не будь таким же заботливым, не трать всё своё время на меня, не будь для меня нянькой. Будь собой, таким каким есть и поверь ты мне понравилсяя не за внешность, а за то что ты есть, такой как есть, – он делает короткую паузу, – обещаешь? – Обещаю, – и целует, на этот раз первым, мягко обхватывая своими губами губы Арсения, и он лишь думает о том что-бы этот поцелуй длился вечно.