Часть 4. Не возносись, чтобы не упасть
9 июня 2025 г., 10:30
Я смотрела на Софи, будто впервые видела её. Словно передо мной стоял кто-то другой — не та девочка, которую я знала, не та, в которую попала стрела. Моё сердце бешено колотилось, стуча в груди гулко и неровно, как барабан в тревожном ритме. В ушах звенело, а в животе скручивалось что-то ледяное, тяжёлое, как свинец. Она была здесь. Настоящая. Целая. Живая. Стояла прямо передо мной, и ни следа раны, ни капли крови. Даже её дыхание было спокойным, как будто всё, что мы видели — всего лишь глупый сон. Иллюзия. Бред.
— Софи, — выдохнула я, с трудом удерживая себя на ногах. Колени подкашивались, в пальцах не было сил. Голос сорвался почти шёпотом. — В тебя же... попала стрела... — Софи в ответ слегка наклонила голову, как будто я сказала нечто очень забавное. Её губы растянулись в лёгкой усмешке.
— Какая стрела? — произнесла она с таким спокойствием, с такой легкостью, будто я придумала всё это. — Я была в лесу, у большого дерева. Вы просто исчезли. Все. Так странно. Я пошла за вами... и нашла тебя здесь, у мальчишек. Почему ты лежишь, Аляска?
Она протянула руку — ладонь открыта, жест доброжелательный. Но я не могла пошевелиться. Я только смотрела, как её пальцы замирают в воздухе, а потом опускаются, словно она почувствовала, что прикосновение будет отвергнуто. И в этот момент... в её взгляде что-то мелькнуло. Что-то слишком хищное. Улыбка стала другой — мимолётной, жёсткой, неестественной, как трещина в стекле. Она была похожа на ту Софи, которую я знала… и одновременно — на кого-то совсем другого. Не сказав ни слова больше, она развернулась и ушла. Просто ушла, будто ничего и не было. Словно стрела, кровь, падение — были частью какого-то спектакля, в котором я случайно оказалась. Я сидела на полу, чувствуя, как холод впитывается в спину через тонкую ткань футболки.
— Аляска… — это был Дейл. Я поднялась с пола, опираясь на край кровати, как будто поднималась из глубокой воды. Мои губы еле шевелились, но слова всё же сорвались:
— Здесь что-то не так…
Мы вышли из домика. Воздух был прохладным, но каким-то плотным, будто наполненным не просто влагой, а предчувствием. Лагерь, обычно шумный и живой, был погружён в странную тишину. Она звенела в ушах, как натянутая струна. На поляне впереди я увидела силуэты — почти все девочки стояли в кругу, плотным кольцом. Они были неподвижны, будто заколдованы. Эммы среди них не было. В центре стояла лишь Софи. Она говорила — тихо, спокойно. Но её голос, казалось, разносился в воздухе, проникая прямо под кожу. Он был мягким, тёплым… и липким, как мёд, в который погружаешься, теряя волю. Я почувствовала, как холодок прошёл по спине. К нам подошла и Элизабет. Я заметила, что её плечи напряжены, кулаки сжаты, а глаза не перестают метаться. Она выглядела так, будто боролась с собой, с какой-то внутренней тревогой.
— Видела? Она… она не может быть живой. Мы же видели. Видели своими глазами.
— Я помню, — прошептала я в ответ, — мы обе видели. Это была не галлюцинация. Не может быть.
— Значит, всё только начинается. Что-то странное, — прошептала она, глядя мне в глаза. — Почему она живая?
— Ты тоже это помнишь. Стрела. Крик. Падение. Это не было сном…
— Что вы обсуждаете? — послышался позади уверенный голос. Эмма. Подошла быстро, как всегда, уверенная в каждом шаге. Её глаза смотрели строго, но внимательно.
— Софи... — начала я, — в неё прилетела стрела. Я видела. Мы все видели.
— Я тоже видела, — кивнула Эмма. — И убежала. Мы все это помним, значит… значит, это правда. Или было правдой.
— Всё ли хорошо? — вдруг раздалось у нас за спинами. Софи. Она стояла рядом, её рука лежала на плече Эммы, а голос — безмятежный, сладкий, почти убаюкивающий.
— Всё хорошо, — ответила Эмма.
— Дейл... прости, что не позвали тебя на вечеринку в лесу. Она была... только для девочек, — теперь и Элиза пришла к нам. Она замялась, а потом вдруг добавила, — но если хочешь, мы можем пойти вместе прогуляться. Я знаю красивые места. Хочешь?
Он колебался. Я знала этот взгляд — как он смотрит, будто ища у меня подсказку. Как будто всё ещё надеется на одобрение, или запрет. Но Элиза успела заметить это.
— Не смотри на свою сестру, — сказала она с неожиданной прямотой, взяв его за руку. — Ты должен сам принимать решения, Дейл. Будь самостоятельнее.
— Она права, — подметила и Софи взглянув на него, — будь самостоятельным. Не нужно зависеть от глупой девчонки.
— Аляска не влияет на мои решения, — сказал Дейл, отводя взгляд, будто неуверенно.
— «Зависеть от глупой девчонки»... не глупой.
— Может, тогда отведёшь нас на маяк? — её голос звучал спокойно, но что-то в интонации будто бы шевелило страх. — Ты же вроде уже бывал там.
— Ладно, — выдохнул он. — На маяк, так на маяк. Я покажу вам дорогу.
Медленно опустив взгляд к земле, я таки пошла за ними, но молча. Меня назвали глупой, но Дейл промолчал?
***
До маяка мы добрались минут за десять. Его тёмная, величественная фигура возвышалась над деревьями, словно древний молчаливый страж, сторожащий тайны острова. Он казался старым, покосившимся, но в нём была своя сила — грубая, каменная, непоколебимая. В небе собирались облака, ветер теребил мои волосы, подол моей футболки хлопал по бёдрам. Где-то внизу волны глухо разбивались о скалы, словно напоминая: «Ты не одна, мы здесь». — Давайте поднимемся, — предложила я, оборачиваясь через плечо, — но... можно мы с Дейлом поднимемся одни? Нам нужно поговорить. Наедине. — Нет, — голос Элизы прозвучал неожиданно твёрдо. Даже резко. — Вас нужно охранять. Вдруг сюда придёт Эмма. Её нужно опасаться. Я защищу вас от неё. — Разве ты не говорила, что тебе нравится она? — Дейл нахмурился, глядя на неё с растерянностью. — Ты всегда старалась быть рядом с ней… Почему теперь хочешь нас от неё охранять. — Я передумала. Я поняла, что Софи... она больше подходит. Она... как новая королева. У неё есть смысл. Эмма — слишком поверхностная. Софи — глубже. — Уже запуталась... — пробормотала я, чуть прищурив глаза. — Почему у вас имена такие похожие? Эмма, Элиза... А ты ведь вообще Элиза, но называешь себя Элли? — на мой вопрос последняя только махнула рукой, как будто он был неважен, как будто слова теряли значение. Никто ничего больше не сказал. Мы просто начали подниматься по узкой винтовой лестнице маяка. Старое железо скрипело под нашими шагами, воздух становился прохладнее с каждым витком. Где-то сверху свистел ветер, застревая между металлических прутьев, как песня, которую кто-то оставил недопетой. Я шла чуть позади. Передо мной Элиза, идущая рука об руку с моим братом. Её пальцы вцепились в его ладонь так крепко, словно боялась отпустить. И мне, это не нравилось. Не то чтобы я хотела держать его за руку. Просто... Он моя семья. Словно почувствовав мою тревогу, Дейл на секунду обернулся через плечо и посмотрел на меня. Короткий взгляд. Но в нём было столько тепла, столько понимания, что мне сразу стало легче. Я кивнула ему едва заметно. Улыбнулась. Всё хорошо, Дейл. Я здесь. На вершине маяка нас уже ждала Софи. Она стояла у самого края, будто специально выбрала это место, чтобы её фигура вырисовывалась на фоне ускользающего закатного света. Её белые волосы слегка развевались на ветру, создавая иллюзию какой-то почти потусторонней грации. На лице была улыбка — ровная, выверенная, как у актрисы на сцене. — А я вас заждалась, — сказала она, не отводя взгляда. — Добро пожаловать на этот остров, на этот маяк... в этот лагерь. — В эту клетку... Как она здесь оказалась? Мы ведь только что были впереди. Как могла прийти раньше? Она же не... Софи перевела взгляд с меня на Элизу, потом — на Дейла. Я почувствовала, как её глаза будто раздевают каждого из нас до самой сути. Потом, сделав полшага вперёд, она спокойно, почти с мягкостью продолжила мир. — Может, хватит быть врагами? Лучше быть подругами. На острове нет места для двух королев. Я сразу выпрямилась, стараясь не показать, как по спине пробежал холодок. — Мне не нужны подруги. Лишь хотели подняться на маяк. Посмотреть на остров. И мы сейчас уходим. Я беру Дейла и уходим, пока не… — Я не хочу уходить, — перебил Дейл. Его голос звучал спокойно, но в нём не было ни капли прежней теплоты. — Мне здесь нравится. Я хочу здесь остаться, — он крепче сжал руку Элизы, и это зрелище было... болезненным. Я будто физически почувствовала, как что-то хрупкое внутри меня дало трещину. — Дейл… что ты делаешь? — мой голос дрогнул. — Почему ты… Он посмотрел прямо на меня, как будто я была кем-то чужим. В его глазах мелькнула решимость — но и что-то чуждое, словно он и правда был не собой. — Элиза вполне приятная и красивая, — ответил он, улыбаясь. — Правда, Элли? — Правда, — тихо сказала Элиза, не отпуская его руку. — Правда, — повторила Софи, уже совсем близко. Она скрестила руки на груди, словно поставила точку. — Твой брат уже выбрал свой путь, — проговорила Софи, — выбери и ты. Будь на моей стороне. На стороне королевы. Она медленно протянула руку, ладонью вниз — жест, одновременно властный и завораживающий. Но я отшатнулась, не дотрагиваясь до неё. Сделала шаг вбок и подошла к Дейлу. Он стоял у самого края, спиной к перилам, и не смотрел мне в глаза. — Дейл, пойдём, — сказала я, и только тогда заметила, как дрожат мои собственные руки. — Пожалуйста, — но Софи подошла ближе, и я почувствовала её дыхание у себя над ухом: — Ты здесь — лишняя. Рудимент. Ты мешаешь. Нам не нужно твоё присутствие. Они начали двигаться в мою сторону, медленно, будто хищники, играющие с добычей. Я попятилась, пока не ощутила холодное прикосновение перил к спине. Сердце стучало как бешеное. Воздух на вершине маяка вдруг стал тяжелым, влажным, как перед бурей. И я поняла: сейчас решается что-то важное. Что-то, от чего зависит всё. — Дейл, остановись… пожалуйста… — прошептала я, голосом что дрожал. Он продолжал идти, шаг за шагом, всё ближе, вместе с Элизой. Их фигуры сливались в одно угрожающее пятно на фоне темного неба, и я не могла поверить, что это действительно происходит. Что он — мой Дейл — приближается ко мне не как брат, а как чужой. Я вжималась спиной в перила в них так, будто могла раствориться в металле, стать частью конструкции, чтобы только не чувствовать, как близко они подходят. — Хватит! — закричала я, голос срывался, — Дейл, не надо! Не делай этого! Мои глаза метнулись к Софи. Она стояла чуть поодаль, её руки были скрещены, голова высоко поднята, а на лице застыла ухмылка, будто она наблюдала спектакль, финал которого ей давно известен. Она ничего не делала — просто смотрела. Наслаждалась. И тогда… произошло невозможное. Я почувствовала, как руки — две пары, маленькие, крепкие — одновременно коснулись меня. Одно мгновение, один выдох, и я сорвалась с края маяка. В последний момент, вытянула руку вперёд, и из последних капель энергии, активировала телекинез. Вокруг меня образовалась подушка воздуха, чуть замедлившая падение. Этого хватило, чтобы не разбиться. Но недостаточно, чтобы не почувствовать боли. С грохотом врезалась в воду. Она словно вонзилась в меня изнутри. Волны взметнулись в стороны, обрушились обратно, накрыли меня с головой. Я замерла под водой на секунду — тяжёлую, тянущую, вечную. А потом всплыла, кашляя, с дрожащими руками, с болью, будто всё внутри выворачивалось наружу. Кое-как выползла на берег, и пыталась отдышаться. В глаза тут же бросилась кепка с ушками Микки Мауса лежала рядом. Как она сюда попала? Подняла глаза к вершине маяка, там уже не были никого видно из-за темноты и дымки. Значит они вернулись в лагерь... Наконец, добравшись до лагеря, я остановилась у самой кромки деревьев. Одежда прилипала к телу после холодного купания, волосы тяжело спадали на плечи. Шагнула ещё ближе, и взгляд сам собой остановился на знакомой фигуре. Дейл. Он стоял у костровой площадки, рядом с ним — сияющая Элиза. Они держались за руки. Смеялись. Говорили о чём-то, наклоняясь друг к другу так близко, что воздух между ними казался электрическим. На ступенях главного домика уже стояла Софи. Она взобралась выше всех, как и всегда — с короной из невидимой власти. Лицо её сияло уверенностью, голос был чётким и звонким: — Завтра у нас будут выборы короля и королевы лагеря! — произнесла она, вытягивая руки вверх. — По традиции этого лагеря, каждый год мы выбираем наших лидеров. Они сядут на трон, и получат эти короны! Тут заметила, как в её руках две плетёные реликвии: одна — грубая, с острыми шипами, словно сделанная из дикого куста, с вкраплениями белых цветов и алых ягод. Другая — проще, скромнее, украшена редкими жёлтыми цветами. — Я бы тоже хотела поучаствовать. Стать королевой. А ты... — Элиза посмотрела на Дейла, — ты будешь моим королём, — её голос прозвучал легко, как будто она предлагала что-то невинное. Но у меня внутри всё сжалось. Софи скользнула по ней взглядом, коротко, с лёгкой, почти невидимой улыбкой. В ней не было злобы — только уверенность. Та, что появляется у человека, который уже считает победу своей. — Элиза, — мягко произнесла Софи, — ты ведь не хочешь участвовать, верно? Я должна быть королевой, — наступила пауза, короткая, но звонкая. Элиза опустила взгляд. Затем кивнула, и её голос прозвучал тише, почти извиняясь: — Хорошо. Я откажусь от участия. Если ты хочешь быть королевой — пожалуйста. Мой голос за тебя. Пусть я была промокшей до нитки, пусть мокрая одежда липла к коже, оставляя липкий холод на спине и животе — я всё равно пошла к ним. Глупо, может быть. Наверное, стоило сначала переодеться, спрятаться, отдышаться. Но я не могла. Мне нужно было смотреть им в глаза. Им — тем, кто толкнул меня вниз. Софи первой заметила меня. Она прищурилась, и в её взгляде не было ни капли удивления. Только холодное любопытство — как будто я была каким-то интересным экспонатом в музее странностей. Она скользнула ко мне, мягко, как хищник, играющий с добычей. — О, Аляска… — с притворным восхищением протянула она, останавливаясь передо мной. — Кто же купается ночью? Особенно в одежде. Почему молчишь, русалочка? Голос продала? Она сделала шаг, ещё один, — и вот уже кружит вокруг меня, будто ветер, у которого слишком много мыслей. Я стояла, замерев, чувствуя, как капли воды стекали по лицу, по подбородку. Софи остановилась передо мной, и, резко разворачиваясь, так крутнула головой, что её белое каре взметнулось, словно холодный удар лезвием. Её взгляд впился в мой. — Какое твоё хобби, Аляска? Или Микки? — Воскресать, — бросила я сквозь зубы. — Дейл… — голос дрогнул. — Почему? Почему ты вытолкнул меня? — но он молчал. Смотрел на меня, но будто сквозь. Не узнавал. Или не хотел узнавать. — Дейл?! — Прости, — наконец проговорил он, и его голос был слишком... спокойным. Будничным. — Я хочу быть королём. Завтра на испытаниях. А тебе лучше не купаться ночью. Ты можешь заболеть. — Ты скинул меня. Ты и Элиза! Вы скинули меня с маяка! — выкрикнула я, сжав кулаки. Рядом стояла Элли. Её лицо светилось довольством. Она шагнула вперёд, наклонила голову и произнесла почти шепотом, с игривой усмешкой: — Ты не падала с маяка. Ты просто… решила искупаться. Вот так вот. В одежде. Вечером. Очень странно, конечно. — Ей пора идти. Возвращайся в свой домик, Аляска. Пока не простудилась. Береги себя, ты ведь… особенная. Я развернулась, не сказав ни слова. Пнул камень, потом ещё один, пока шла по тропинке, сжав зубы, чтобы не закричать от боли, предательства и бессилия. Но тут кто-то резко схватил меня. Чья-то рука легла на мой рот, и я с глухим вскриком упала на траву. Под ногами захрустели ветки. Я дёрнулась — и вдруг увидела: это была Элизабет. Она прижала палец к губам, прося тишины. Её глаза были тревожными, взгляд острым. — Тихо, — прошептала она. — Что с тобой случилось? Почему ты вся мокрая и… в кепке Софи? — Купалась, — зло прошипела я, поднимаясь. — В одежде. Софи… она всех держит в кулаке. Они не могли сделать это по своей воле. Дейл не мог. Он не такой. Она что-то с ним сделала. Со всеми. — Здесь действительно что-то не так. Всё крутится вокруг неё. Все смотрят только на неё. Если хочешь вырваться — иди против неё. Но не одна. Мы должны поддержать Эмму. У неё есть свои сторонники. — Я не играю в их игры. Короли, королевы, лагерь, титулы — это всё бред. Мне важно только одно — вернуть брата. Настоящего. — Мы его вернём. Всех вернём. Просто... чуть позже. И в этот момент, как гром среди ясного неба, в лагерь вбежал Максим. Лицо его было в ужасе, дыхание сбивчивое, а голос сорвался: — Эй! Я… я нашёл тело! В лесу! Девочка… светловолосая! Лили, по-моему! Она… она со стрелой в груди! ПОМОГИТЕ! Все замерли на мгновение прежде, чем Эмма бросилась вперёд. А мы побежали за ней. Лес, тёмный и зловещий, тихий… Лишь наши шаги разгоняли пугающую тишину. Ещё и мокрая одежда липла ко мне, сковывая движения. Максим вёл нас по извилистым тропинкам, его дыхание было сбитым. Мы то и дело перепрыгивали через небольшие упавшие бревна и камни. Вскоре-таки достигли места, где лежала, как оказалось, Лили. Стрела торчала из её груди, кровь пропитала землю вокруг. Я сразу отвернулась чтобы не видеть окровавленного тела. Эмма тем временем что-то там изучала. — Нам нужно выяснить, кто это сделал, ведь некто стреляет очень метко, прямо в сердце. Это не может остаться безнаказанным. — На острове нет сети, нет корабля, лодки и до города рукой подать, его даже видно с пирса. Но рукой подать — это на лодке, а вплавь мы не сможем доплыть, — ответила Элизабет. — Без моего брата я никуда не пойду. — Я тоже, — ответил Максим, — малого нужно забрать. — Мы сделаем всё возможное, — Эмма поднялась на ноги. — Но нам нужно действовать осторожно и планировать каждый шаг. И на всякий случай не попадайтесь на глаза Софи. — Почему? — знакомый высокий голос звучал позади. — Здесь же нет никакого тела, правда? Я его не вижу. Из-за дерева вышла Софи, а её глаза сверкали в полумраке. Элиза и Ника появились рядом с ней, они двигались синхронно, словно два слона на охране королевы. Они подходили ко мне, тесня меня к дереву. — Хватит, — ледяным тоном произнесла Софи, как её поборники отступили. Она стала практически в упор ко мне, улыбаясь. — Ты уже наигралась в детектива. Тебя счастливый конец уже не ждёт, Аляска. — Я согласна уже на любой конец. На конец этого разговора, — ответила я собрав всю свою смелость. Элиза и Ника подошли ещё ближе. Если бы дерево было мягким, я уже вросла бы в него. — Не возносись, чтобы не упасть, — усмехалась Софи, смотря на меня свысока, её глаза сверкали победной радостью. Но после этих слов троица повернулась и пошла обратно в лагерь, и Софи, добавив напоследок, произнесла, — здесь никого не было. Всё спокойно, разойдитесь. Элизабет ушла первой. Её лицо выражало смятение и беспокойство. Я сползла вниз, соскользнув спиной по стволу дерева. Словно в тумане я побежала обратно в лагерь. — Дейл! Дейл, где ты? — Софи снова вышла мне навстречу, а её улыбка начинала меня раздражать. — Всё нормально. Дейл в порядке. Сейчас он у нас в комнате, — эти её внезапные появления, мне уже надоели. Пришлось слегка оттолкнуть её. Софи упала на спину, и начала кричать. — Помогите! Помогите! Она на меня напала! В тот же миг все повыходили из своих домиков и начали наблюдать, как Софи лежала на траве, плакала, кричала. Я шокировано смотрела на эту постанову. Но, вот, вышедшие начали тыкать пальцами в меня, все начали обвинять именно меня. Здесь что, вообще все сошли с ума? Не слушая эти обвинения, я побежала в дом, где увидела Дейла и Элизу, весело болтающих на кровати. — Дейл, это же я! Что здесь случилось? Там в лесу я видела Лили, её кто-то убил, застрелили из лука! — отчаянно кричала я. А Дейл спокойно посмотрел на свою подругу. — Аляска, зачем ты напала на Софи? Она же тебе ничего не сделала. Почему ты её толкнула? Почему ты такая такая злая? — А кто такая Лили? — спросила Элиза. — Здесь была девочка, — я пыталась рассказать, уже путаясь в происходящем, — такая светловолосая, в джинсовом всём, — в этот момент в дом вернулась заплаканная Софи, её лицо было в слезах, но и выражало еле сдерживаемую улыбку. — Никакой Лили здесь не было. Никогда никакой Лили. — Эмма, — спросила я у нового пришедших в дом, — там в лесу Макс нашёл мёртвую Лили. Ты её видела? — Там же не было никого. Мне просто показалось, — спокойно отвечал Макс. — Что?! — я закричала, совершенно ничего не понимая. — Я с ума схожу?! Что происходит? — Софи, идём, не веришь, я покажу! — вступилась Эмма. — Давай, — вытерев слёзы, радостно сказал этот загадочный подросток. Из интереса в лес пошли в все: Эмма, Софи, я, Макс, Джош, Элли, Лукас, Мишель, Томас, Элизабет, Дейл, Ника — все дети, которые остались, все шли на поляну. Было немного неприятно идти; Элли всё ещё держала брата за руку, а Софи вела нас, словно наш поводырь. Дойдя до дерева, Эмма показала на траву рукой. — Вот здесь! Здесь было тело Лили, девочки, которая приехала с нами, — но тела не было. Лишь примятая трава на месте, где когда-то лежала она. Я уже совершенно запуталась. — Аляска, ты просто простудилась, — насмешливо добавила Софи, вслед обращаясь к Эмме, — а тебе нужно меньше верить детям. — Идём, Аляска, тебе нужно поспать, пойдём. К тому же, ещё и нужно готовиться к конкурсу. Если хочешь, можешь быть в моей команде. — Я не хочу быть в твоей команде! Просто верни мне Дейла. Что ты с ним сделала? — Ничего с ним не делала, — весело приговаривала она, — твой брат просто нашёл ту, кого полюбил. Он нашёл Элизу. Я замерла на месте. Единственный человек, на которого могла положиться, казалось, отдалился от меня. Внутренние переживания смешались с болью и гневом. Дейл был единственной поддержкой, якорем в этом бушующем море. И теперь он был на стороне Элизы, я уверена, что под влиянием Софи. Теперь внутри меня нарастала тьма, и я чувствовала, как земля уходит из-под ног. Главное, контролировать эмоции, особенно гнев. По дороге в лагерь меня бросало то в жар, то в холод, мысли путались, словно в клубок змей. Я не могла поверить, что всё это происходило на самом деле. Казалось, что весь мир повернулся против меня, что никто не понимает меня. Нужно найти способ вернуть Дейла, разоблачить Софи и её тёмные игры.***
Утро нового дня началось со звуков свистка и шума, доносящегося из лагеря. Я встала с постели, чувствуя усталость и беспокойство после ночи, полной тревожных мыслей. В доме уже никого не было. Все готовились к полосе испытаний, и я знала, что это будет трудный день. Ребята выстроились в ряд, готовые к началу, а вожатый начал объяснять задание: пробежать по пенькам, перепрыгнуть небольшую песчаную яму и пройти, удерживая равновесие, по верёвке над небольшим ручейком. Вожатый добавил: — Задача проста: финишировать с наименьшим количеством штрафных баллов. Помните, это не «Большая гонка», вы можете быть быстрыми, но совершить много ошибок. — А что будет победителю? — спросила Эмма. — Он не будет готовить еду, мыть посуду, и получит другие бонусы. Ну что, готовы? Мы все ринулись вперёд. Ноги слегка дрожали, но я старалась держаться уверенно. Пеньки были скользкими от утренней росы, и я просто бежала, стараясь держаться наплаву. В воздухе ощущался свежий запах сосен и влажной земли. Дейл бежал после меня, а его волосы так причудливо дергались при каждом прыжке. Но внезапно он оступился, нога поехала вперёд, и он упал. Моё сердце сжалось от тревоги, и я бросилась к нему, но Элиза уже была там. Дейл, не раздумывая, схватил её руку, полностью меня игнорируя. Это укололо меня глубже, чем я ожидала, словно острый нож, вонзившийся в моё сердце. Следующим этапом была песчаная яма. Я перепрыгнула её легко, как и многие другие, чувствуя, как ветер ласково обдувает моё лицо в полёте. Но Джошу не так повезло — он упал на спину, неправильно сгруппировавшись. Ника и Мишель сразу бросились ему на помощь, их лица были полны заботы и тревоги. Я смотрела на них, чувствуя, как в груди разрастается чувство одиночества и отчуждённости. Когда мы подошли к ручью, я снова почувствовала неуверенность. Канаты были натянуты не очень и высоко, но всё же падать в ручей не хочется. Пройти по ним было сложнее, чем казалось, так как они шатались. Эмма и Софи шли первыми, их движения были уверенными и решительными. Но внезапно нога Софи соскользнула, и одной ногой она упала в ручей, крича о помощи. Эмма, хоть и недовольная, пошла помогать, протягивая ей руку. Софи схватилась за неё, но почти сразу же снова упала, закричав: — Эмма, зачем ты отпустила меня?! Ты так сильно меня не любишь? — противница взволнованно возразила: — Я не отпускала руку! Ты сама отпустила! — Софи сама отпустила руку, верно? — спросила я у стоящей рядом Элизабет. Девочка кивнула, но когда Софи выбралась из воды, подошла к ней и тихо прошептала что-то на ухо, и она, кажется, изменила своё мнение. — Ничего не было, — повторила Элизабет, теперь уже увереннее, — Эмма толкнула её, — сразу Софи подошла ко мне, её лицо светилось странным искажением самодовольства и злорадства, но оно перешло в улыбку. — Ты разве не видела, Аляска? — Нет, не видела, — мне стало так неприятно от её взгляда. Софи ухмыльнулась и ушла к своей группе. Эмма в это же время громко заявила: — Ну, вот же, не одна я это видела! — Тогда почему никто кроме вас не видел? — Софи, скрестив руки на груди, парировала. Я бросилась к Дейлу, отчаянно надеясь на его поддержку. — Дейл, что ты видел? — Я видел, как Эмма отпустила руку, и Софи упала, — брат ответил совершенно не то, чего я ожидала. — Дейл, ты узнаёшь меня? Это я, твоя сестра! — спросила я, почти плача. — Конечно, узнаю. Но мне не нравится, как ты себя ведёшь. Такая сестра мне не нужна, — ответил он холодно, — ты тоже не любишь Софи, а она ничего плохого не делала! Слова Дейла ударили меня словно молот. Я пошатнулась, отступила назад, почувствовала, как контроль над моей силой начинает ускользать. Ветер поднялся, раздувая мои светлые волосы во все стороны. Деревья начали шевелиться и скрипеть, как будто были живыми и выражали мою боль и смятение. — Что такое, Аляска? — ехидно спросила Софи. Ветер не утихал, а кажется усиливался, не в силах сдерживать слёзы, я побежала к маяку. Боль и одиночество переполняли меня. Мне осталось бежать по лесу, не замечая ни веток, ни корней… но неожиданно я зацепилась ногой за корень. Потеряв равновесие, я полетела вниз. — Ва-а-а-а! — кубарем полетела вниз с небольшого обрыва. Собирала на себе всю грязь, все ветки, траву, в конце ударившись о дерево животом. Открыв глаза, я увидела, что лежу правой стороной лица в грязи. Выкашляв немного земли изо рта, я поднялась на правый локоть. Светлые волосы уже пропитались жидкой грязью, как вдруг правый локоть, предательски соскользнул. Всего секунда, и я падаю сначала лицом в грязь, а затем и животом. Неприятно… отвратительно. Я захныкала от эмоциональной боли. Рыдала в грязной, вязкой жиже. Мне было больно, но я собрала все силы, чтобы подняться. Перевернувшись на спину, я принялась вытирать лицо, грязные руки об одежду. Опираясь спиной на дерево, я пыталась прийти в себя, хныкая и оттираясь от грязи… Уже было все равно на чёрные волосы с комками грязи. Я встала на колени, а они повязли в зыбучей массе. Держась за дерево, я смогла подняться. Пробираясь сквозь заросли, я на четвереньках поднялась на пагорб, чтобы подняться к маяку. На вершине монумента я села, отряхивая грязь и плача. Внезапно появилась Софи, её лицо светилось всё той же странной улыбкой. — Играешь в водяную? — Я с детства в неё играла. Что ты сделала с Дейлом?! — Он избрал новую сторону, братик тебя бросил, — отвечала Софи продолжая подстрекать меня, — Дейл больше к тебе не прийдёт. — Молчи! — закричала я, не в силах вынести её слова. — А я то думала, куда ты пошла. А, вон, решила поиграть в грязи. Как маленький, глупый ребёнок. Я попыталась замахнуться кулаком, но Софи быстро отошла в сторону, и я промахнулась, ударившись животом о металлические перила. Софи усмехнулась. — Больно? Я не могу освободить тебя. Но не бойся, я сделаю твоего брата королём, — я нахмурилась и попыталась ещё раз ударить её, но снова промахнулась. — Ещё такая выходка, и Дейл упадёт со скалы. Она ушла, оставив меня в полном отчаянии. Я спустилась с маяка на трясущихся ногах, спотыкаясь и падая. Подойдя к воде, я начала умываться, смывая грязь и слёзы. На волосах она уже свалялась комками. В отражении воды я увидела девушку лет шестнадцати с тёмными волосами. Я испугалась и отскочила назад. Потом снова заглянула в воду, но девушка не исчезла, а продолжала смотреть на меня. — Кто ты? — спросила я, но отражение не отвечало. Внезапно поднялся небольшой ветерок, словно показывая мне путь. Я побежала за ним, не зная, чего ожидать. Через несколько минут я оказалась на краю скалы, откуда открылся вид на озеро с пышным деревом посреди него. Я озадачилась: как дерево может расти посреди озера? Но позже разглядела, что под ним всё же есть земля. Ветер утих, и я задумалась. — Ты не хочешь меня отпускать? — спросила я у ветра. Он утих. — Что-то там, в воде? Мне туда спуститься? — вздохнув, я решила одно, закрыв глаза и прыгнув в воду «солдатиком». Тяжело дыша, я выбралась на остров под дерево, которое оказалось пышной ивой. Наконец-то грязь смылась, мне стало уже лучше. На коре дерева мои глаза зацепили надпись «Я жива», словно нацарапанную когтями. Позади меня вода начала хлюпать, и я обернулась, увидев, как неведомая сила скользит по водной глади прямо ко мне. Я испугалась и мигом телепортировалась на вершину маяка, убегая от страха. Пробежав через лес, я не заметила низкорослую ветку и ударилась головой, упав на землю. Вокруг меня кружилась земля, листья и кроны деревьев, и я почувствовала, как кровь пульсирует в моих висках. Сложив ладони на холодной земле, я попыталась встать, но ноги безысходно подкашивались от усталости и страха. Я была одна, потерянная и отчаянная, а мысли о Дейле терзали моё сердце.
