Запретная любовь

Такси остановилось возле большого особняка, вокруг которого стоял высокий забор. Расплатившись с таксистом, и вытащив наш багаж, Егор открыл калитку, и пропуская меня вперед, зашел следом. Дом был двухэтажный, с большими окнами на первом этаже, вокруг все ухожено, подстрижены кустики, которые уже слегка зеленели, аккуратный газон. Видно, что за благоустройством вокруг дома хорошо следят. Солнце слепило в глаза, и надев темные очки, я шла по каменной дорожке, за Егором, который тащил наш большой чемодан. Поднявшись по ступенькам, парень открыл дверь, не стуча, и вошел внутрь, придерживая для меня дверь. – Родители, мы дома! – крикнул парень, и закрыл за мной дверь, поставив чемодан в углу. – Ну наконец-то, а то я думал вы уже самолет пропустили. – в арке между коридором и комнатой показался высокий мужчина, в джинсах и темно-синей рубашке, с такой же улыбкой, как и у Егора. – Нет, просто таксист тупой попался, объезжал черт знает какой дорогой. – блондин подал отцу руку, и обнял его, а потом вернулся ко мне. – Пап, знакомьтесь. Это Юлианна, а это мой папа, Николай Борисович. – Очень приятно. – улыбнулась я мужчине, и подала ему руку. – А мне как, Юленька. Добро пожаловать. – он галантно наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони, от чего я немного засмущалась. – А где мама? – Егор прошел в комнату, снимая с себя куртку. – Марина, ну где ты там? – из другой комнаты, как я поняла, кухни, вышла светловолосая женщина, одергивая свою кофту, и подойдя к нам, сразу же посмотрела на меня. – Привет, мамуль, ты где прячешься? – парень обнял маму, целуя её в щеку. – Ну а где мне прятаться, сынок? Только на кухне. – она улыбнулась сыну, и опять перевела на меня взгляд. – Мамочка, это Юлианна. – блондин все так же обнимал маму, з гордостью представляя меня своим родителям, а мне было настолько неловко, что я боялась упасть. – Марина Петровна. Мама. – женщина слегка улыбнулась, посмотрев на своего мужа. – Я так и поняла. Очень приятно. – ответила я, опять смущаясь. – Что-то вы долго добирались? – она обратилась к Егору, и тот начал воодушевленно рассказывать, как таксист возил нас по всему городу, думая, что мы туристы. Отец Егора жестом пригласил нас в гостиную, где усадил меня в мягкое кресло. Марина Петровна начала рассказывать Егору о каких-то их родственниках, жестикулируя так же, как и парень, но время от времени поглядывала на меня, как будто изучая. – Твоя комната готова, сынок. Так что можете отдохнуть с дороги, а потом все поужинаем. – Николай Борисович улыбнулся мне. – Да, отлично. Пойдем, малыш, покажу тебе, где я жил все эти годы, пока не стал …- Самым знаменитым артистом страны. Да-да, я знаю. – перебила его я, и мы все засмеялись. Парень вытянул ручку чемодана, и направился по лестнице на второй этаж, а я за ним, придерживаясь за перила. Когда мы вышли на площадку, Егор открыл одну из нескольких дверей, и пропустил меня вперед. – Проходи, и располагайся. – улыбнулся он. – Ты выпила свои витаминки? – поставив чемодан возле шкафа, парень вытащил телефон, который вибрировал в его кармане. – Блин, сумку внизу забыла. Сейчас принесу. – спохватилась я, как только Егор напомнил про таблетки. Спустившись вниз, я подняла с пола у двери свою сумку, и поднялась на пару ступенек, как услышала голос Николая Борисовича в гостиной, и почему -то остановилась. – Дай ей шанс, Марин… не будь так категорична. – но на его слова, женщина только громко вздохнула, а я тут же побежала вверх, и зайдя в комнату, плотно закрыла за собой дверь. Егор был в душе, а я села на край кровати, и вытащив пузырек с витаминами, вытрясла одну таблетку, положила в рот, разжевывая. Что значили эти слова «Дай ей шанс»? Неужели мама Егора изначально настроена против меня? Я понимаю, что слишком внезапно все на нее навалилось. Егор говорил родителям что состоит в отношениях с девушкой и влюблен, но, когда вышли все эти статьи, о нас, о Марке… могу себе представить, в каком шоке они прибывали, когда поняли, что девушка, которую любит их сын – замужем, да еще и роман продолжался не один месяц. Я бы сама была против такой невесты своему сыну. А тут опять новость, беременность. Им сложно, наверное, свыкнутся с мыслью, что они станут бабушкой и дедушкой, учитывая, что познакомились с мамой их будущего внука, буквально пол часа назад. Но я буду стараться. Хотя, Николай Борисович, вроде, настроен дружелюбно. Теперь нужно приложить все усилия, чтоб понравится маме Егора, потому что я знаю, какая между ними всеми сильная связь. Егор очень любит своих родителей, они для него пример семейной пары, взаимоотношений между мужем и женой, так что я не могу быть в стороне, и наши отношения просто обязаны быть хорошими. – Малыш, ты чего задумалась? – блондин вышел из ванной в одном полотенце вокруг бедер, с мокрыми волосами, а на его татуировках поблескивали капельки воды. – Ты съела витаминку? – он подошел ближе, протянув ко мне руку, за которую я ухватилась, поднимаясь с кровати. – Угу. – я высунула оранжевый язык, как доказательство съеденной витаминки, от чего он засмеялся, притягивая меня к себе. – Устала? – Не очень. А ты? – обняв его торс руками, я подняла голову, и посмотрела в его глаза, которые улыбались. – Немного. Но душ привел меня в чувства. – подняв руку, парень потянулся к моим волосам и стянул с них резинку, распуская светлые локоны, а я провела пальцами по его влажной спине, слегка цепляя ногтями кожу, чувствуя, как напряглись его мышцы под моими руками. – Детка… - выдохнул он, припадая к моим губам, и надавив на них своим языком, властно скользнул в мой рот, требовательно целуя. – М? – отстранившись, промурлыкала я, прикусив губу, зная, какая у него на это реакция. – А тебе уже можно… ну…? - его руки опускались по моим бедрам, останавливаясь на ягодицах. – Я не знаю…- улыбнувшись, я обхватила его руками за шею, вставая на носочки, чтоб дотянуться до манящих губ. – Нужно узнать… - выдохнул он. – Потому что я уже не могу, мне крышу рвет, когда я касаюсь тебя… - его хриплый голос сводил с ума, и признаться, я уже сама была готова набросится на него, не обращая внимания, что мы сейчас в доме его родителей. Но рисковать не стоит. - Я узнаю. – чмокнув парня в губы, я прижалась к его телу, вдыхая свежий аромат геля для душа. Спустившись к ужину, я была удивлена, как много закусок стояло на столе. Марина Петровна постаралась на славу, подготовившись к приезду своего сына. Егор болтал с отцом о каких-то делах, а я молча слушала их, умиляясь, как меняется парень в обществе самых близких и родных ему людей. Более раскованный, спокойный, все время улыбается… Мне кажется, сейчас, он забыл о всех наших проблемах, и просто наслаждался ужином и общением с родителями. – Юлианна, позволь спросить… Егор говорил, что ты ждешь ребенка… А какой срок? – Марина Петровна, которая до этого момента молча изучала меня, наблюдая за каждым движением, чем вводила меня в смятение, решила поднять практически самую важную тему. – Да. Почти 14 недель. – ответила я, почувствовав теплую руку парня на своей. – А ты… Я даже не знаю, как спросить, но ты должна понять меня, я мать и хочу самого лучшего для моего сына. – она отложила столовые приборы, и скрестив руки на столе, внимательно посмотрела на меня. – Да, конечно. Вы можете спрашивать все, что вас интересует. – я выпрямила спину, понимая, что вопросы будут не из приятных, но что поделать, она и правда имеет на это право. – Ты ведь все еще замужем? – Мама! Мы обсуждали все это, зачем ты начинаешь? – Егор напрягся, посмотрев на отца, ожидая от него поддержки, но Николай Борисович тактично промолчал. – Все нормально, Егор. – я улыбнулась парню, и повернулась к его маме. – Да, официально я все еще замужем. – спокойно ответила я. – Но ты собираешься развестись до рождения ребенка? Потому что, если ты все еще будешь замужем, то ты не сможешь записать отцом Егора в свидетельстве о рождении. – выпалила она, чего я никак не ожидала. – Мама! Остановись. – чуть жестче сказал блондин, сильнее сжимая мою руку. – Что, Егор? Я хочу знать, каким вы видите свое будущее? Ваши отношения не назовешь простыми, а учитывая то, что я прочитала в газетах, я имею право спросить то, что меня интересует. – женщина строго посмотрела на сына, а потом опять перевела взгляд на меня. – Я просто не понимаю, как вы собираетесь дальше жить? Юлианна замужем, и судя по всему, ее муж не последний человек в Москве, и просто так развод ей не даст. Если ребенок родится в браке, она будет обязана записать его отцом своего законного мужа. А что дальше? Если ты разведешься, вы поженитесь? Опять-таки, до рождения ребенка, или уже после? – она облокотилась на стол, смотря на меня. – Мы не обсуждали таких деталей, а что касается всего остального… Документы на развод уже готовы, и я собираюсь в ближайшее время развестись, поэтому в свидетельстве о рождении будет указан настоящий отец ребенка. – я очень старалась говорить спокойно, ведь вспылить сейчас, означает испортить отношениями с родителями любимого человека на всю оставшуюся жизнь. – То есть, Егор? – Мама, что ты делаешь? – парень наклонился вперед над столом, смотря на свою мать, но не отпуская моей руки. Наверное, если бы он не держал меня за руку, я бы расплакалась прямо за столом. – Послушайте, Марина Петровна… - набрав побольше воздуха в легкие, начала я. – Я понимаю, что… возможно вы не довольны выбором своего сына, и уж точно не ожидали, что его жизнь так усложнится, с появлением меня, но уверяю вас, я хочу ему самого лучшего, как и вы. Я люблю Егора, и жду от него ребенка. Может это для вас не аргумент, но случилось так как случилось, и мне жаль, если вы видите во мне какую-то угрозу, потому что это не так. – выдохнула я, не прерывая с ней зрительный контакт. – Марин, ну в самом деле… Зачем еще больше что-то усложнять? Юленька хорошая девушка, видно же, что сын души в ней не чает. Какая разница, что там было раньше? Главное, чтоб все решилось как можно скорее, и они были счастливы. – вмешался Николай Борисович, а я сглотнула, все еще смотря на маму Егора. – Я согласен с папой, мама. Давайте поговорим о чем-то другом. – выдохнул парень, и откинулся на спинку кресла, с благодарностью посмотрев на отца. – Ладно… хорошо, вы правы. – ответила Марина Петровна, и взяв бокал с вином, сделала несколько глотков. Весь оставшийся вечер я чувствовала на себе ее пристальный взгляд, и понятия не имела, почему мне так неспокойно и не комфортно в этом доме, рядом с этими людьми.