Запретная любовь

Вернувшись домой после обеда, мы расслабленные, уставшие, но довольные, завалились в комнату. Юлианна упала на постель, даже не раздеваясь, и помог снять ей балетки и стянуть куртку, укрыл одеялом, целуя девушку в лоб. – Я разбужу тебя к ужину, ладно? – прошептав, я услышал только какое-то урчание, и улыбнувшись, опять поцеловал блондинку. Спустившись вниз, я почувствовал вибрацию в кармане, и вытащив телефон взглянул на дисплей. Тимур. Или что-то опять случилось, и я еще просто не в курсе, или они нашли применение тем документам Беляева. – Да, Тим. – зайдя на кухню, я налил себе воды, залпом выпивая её. – Как дела, Булаткин? Все тихо? – голос мужчины был спокойным, и я выдохнул. – Да, вроде. Есть какие-то новости? – спросил я, садясь на край стола. – Пока нет, но у меня есть к тебе предложение. – Внимательно слушаю. – В общем, мы тут с Пашей покумекали, и устроили тебе небольшой тур по Германии. – услышав слова продюсера, я поднялся, подойдя к окну. – А конкретней? – Ну куда уж конкретней, Крик? Поедешь к немцам, дашь парочку концертов, заработаешь деньги, за одно отсидишься там, пока в Москве все не успокоится, и пока народ не забудет про эти статейки. А там гляди и документики в ход пойдут. – я вздохнул. – Понимаю, не по пацански прятаться. Но Егор, если бы это был не Беляев, я бы даже не напрягался. В данном случае, лучше прикрыть свою задницу, так что ты подумай, и дай мне ответ в ближайшие дни, какого числа делать первый концерт. – я понимал, что они уже все решили, и, наверное, были правы. Мне лучше не высовываться какое-то время, и не светить своим фейсом в Москве. Да и Юле будет спокойней в другой стране. Не на полюс же Полярный летим. – Я понял, Тим. – ответил я, опять вздыхая. – Как там Юлианна? Сможет лететь? – мне было приятно, что он воспринимает нас как одно целое, понимая, что без нее я не уеду. – Да, все нормально. Мы еще проконсультируемся с врачом, но думаю проблем не будет, она сможет лететь. – опять налив себе воды, я провел рукой по волосам, слыша шаги позади себя. – Ну вот и отлично. Так что решайте, и набери меня. До связи. – сбросив звонок, я повернулся, увидев в дверях маму. – Что-то случилось, сынок? – она прошла на кухню, внимательно смотря на меня. – Нет, мам, все нормально, не переживай. – я сделал несколько глотков, и поставил стакан на стол. – Это Тимур звонил? Ты что-то скрываешь от меня, Егор? – мама была встревожена, и я поспешил ее успокоить. – Ничего я не скрываю, мам. Тим предложил поехать в Германию с небольшим туром. Таким образом убить сразу двух зайцев – и концерты возобновить, и из Москвы уехать ненадолго, чтоб все утихло. – я улыбнулся ей, открывая холодильник. – Ну замечательно. Конечно тебе нужно поехать, пока вся эта грязь не уляжется. – мама опять подошла ближе. – Да, так и сделаю. Поговорим с врачом Юли, и решим, когда можно лететь. Так что, я уеду на пару дней в Москву, чтоб все организовать, и мне было бы спокойней, если бы Юля побыла здесь, пока я не вернусь. – вытащив из холодильника тарелку с тонко нарезанным сыром, я взял два кусочка, и скрутив их в трубочку, отправил в рот. – Сынок, ты не пойми меня неправильно, но… - мама замялась, и отошла от холодильника, смотря в пол. – Что? – Но может лучше тебе одному поехать в Германию? – я поперхнулся, и откашлявшись, посмотрел на женщину. – Не понял? Что значит, одному? – Ну, во-первых, ты сам говорил, что у Юли была угроза, так вот мне кажется не стоит ей лететь так далеко от дома, да и вообще… - голос мамы стал другим, я замечал это каждый раз, когда она начинала говорить о Юлианне, и до сегодняшнего дня я не придавал этому значения. – А во-вторых? – я напрягся, а мама вздохнула, как будто решаясь на разговор. – Послушай, милый, я не хочу поднимать эту тему сейчас, может я ошибаюсь, да и Юля сейчас придет. – она начинала увиливать, а вот я был настроен серьезно. – Юля спит, так что говори, не стесняйся. Ты хочешь мне что-то сказать? – Нет, не хочет. – услышав голос отца, я повернулся к двери. – Коля… - Марина, что ты делаешь? Зачем, объясни мне? – папа посмотрел на маму, подходя ближе. – Да что тут происходит, черт возьми? Мама? – я начинал злится от ощущения того, что от меня что-то скрывают. – Ладно. Раз ты настаиваешь, я скажу. Я не считаю, что Юля та самая девушка, которую ты искал, и которая сделает тебя счастливым, сынок. – ее слова больно полоснули по сердцу, и я даже не сразу нашелся, что ответить. – Ты тоже так считаешь? – я повернулся к отцу, который все так же стоял напротив матери. – Нет, Егор. Я считаю, что это твое личное дело, и мы не вправе вмешиваться. И если ты так решил, значит это твое решение. – отец скрестил руки на груди, переводя взгляд на маму. – Что значит, не вправе вмешиваться, Коля? Он наш сын, и он губит свою жизнь, свое будущее, с этой девушкой! – эмоции захлестывали её, и я понял, что многого не знал о чувствах своей матери по отношению к моей девушке. – Гублю свою жизнь? – я опешил. – Да! Именно губишь! Ты посмотри, что вокруг тебя творится? Где твои концерты, на которые ты еле успевал прилететь с другого города? Где твои поклонники, которые готовы были порвать за тебя? Что с твоим альбомом, Егор? О тебе пишут в газетах всякую гадость, вытаскивая на поверхность все грязное белье этой женщины. Тебе обвиняют черт знает в чем, в употреблении наркотиков, в беспорядочных связях! И все из-за кого? Из-за твоей Юлианны, а точнее из-за её мужа, сынок! Неужели ты не понимаешь? – она повышала голос с каждым сказанным словом, переходя практически на крик. – Ну, видимо, ты мне сейчас объяснишь, чего именно я не понимаю? – спокойно ответив, я посмотрел на отца, который только покачал головой из стороны в сторону. – Она тащит тебя назад, разрушая твою жизнь, Егор! Если бы она была достойной девушкой, неужели она бы позволила себе связь с тобой, за спиной у мужа? – чуть тише сказала мама. – Стой стой. Ты ничего не знаешь о её муже, и что он вытворял, как издевался над ней больше года. Так что не нужно судить о достоинстве Юлианны, не зная, в каком аду она находилась. – выставив руку вперед, я пытался остановить поток негатива в сторону девушки, желая объяснить, почему она так поступила. – В аду? Зато с тобой она попала в рай, судя по всему, да? Молодой, красивый, богатый, перспективный…. – Мама, что ты говоришь? Её муж один из самых богатых людей страны, так же как её отец. Поэтому не нужно приписывать ей меркантильность. Она ни в чем не нуждалась в финансовом плане. Он бил её, ты понимаешь? Он постоянно избивал её! – мои нервы были на пределе, ведь я никак не ожидал, что придется защищать Юлианну от своей матери. – Это еще не известно, это всего лишь ее слова! – выкрикнула мама, и я не выдержал. – Да я сам видел это! Я сам был свидетелем того, как он до полусмерти избил её в туалете ночного клуба, и если бы мы с Темой случайно туда не зашли, он бы убил её нахрен. Этот ублюдок избивал и насиловал её год! А она терпела, и нашла во мне в первую очередь защиту! – не помню, когда в последний раз я кричал на мать, да и вообще, кричал ли, но сейчас во мне бушевал настоящий ураган. – Егор! Сбавь обороты! – строго сказал отец, и я выдохнул. – Извини, мама, но ты говоришь ерунду. Ты ничего не знаешь о ней и судишь за что-то… - За что-то? Егор, сынок, она замужем! Она все еще замужем, какие доказательства моей правоты тебе нужны? – эта женщина была непреклонна, и я хорошо знал, если она что-то вбила себе в голову, то переубедить её будет очень сложно. – Документы на развод уже готовы. – спокойней ответил я. – Сынок, неужели ты не понимаешь, что если она изменила мужу, то и тебе сможет изменить. Сделает тебе больно, и ты опять будешь страдать. – я горько усмехнулся, опуская голову вниз. – Ты совсем её не знаешь, и даже не пытаешься узнать получше, а просто делаешь выводы по тому, что прочитала в газетах. – тяжело вздохнув, я поднял глаза и посмотрел на мать. – Я беспокоюсь о тебе в первую очередь, сынок. – А я беспокоюсь о ней и о своем ребенке, мама. – более резко ответил я. – Почему ты так уверен, что это твой ребенок? – Что? – у меня было чувство, что на меня вылили ведро ледяной воды. – Марина, это уже перебор, что ты говоришь? – папа вмешался, заметив, как я изменился в лице. – Я говорю, то что знаю и вижу! Ты делал тест на отцовство, ты можешь сказать на сто процентов, что это твой ребенок? Ведь она была с тобой, и жила с мужем! Как ты можешь утверждать, что он твой? – мама опять повышала голос, а я не верил своим ушам и не узнавал эту женщину. – Я даже объяснять ничего не буду, это полный бред, и ты в первую очередь должна верить мне. Я знаю, что Юлианна носит моего ребенка и точка! Это понятно?! – громко крикнув, я ударил рукой по столу. – Егор, опомнись, она тебе не пара! У тебя столько проблем из-за этой девушки! – мама почти плакала, но даже не пыталась меня услышать. – Серьезно? А кто мне пара, мама? Может ты скажешь мне, с кем мне жить, или сразу жениться? – я зло улыбался, все еще не понимая, что происходит. – Вы отлично смотрелись с Викторией, и вы выглядели такими счастливыми, когда ты познакомил нас на своей День рождения… - не дав договорить маме, я просто рассмеялся. – Мама, Виктория проститутка, дешевка, которая спала со мной ради денег и пиара, и параллельно водила шашни еще с кем-то. – мне было сложно совладать со своими эмоциями, но я сдерживался до последнего, не желая сорваться на собственную мать. – А кто же тогда твоя Юлианна, если завела отношения с тобой, будучи при этом замужем?! – Хватит! – зарычал я. – Марина! Прекрати немедленно! – папа сделал шаг к ней, поворачивая к себе за плечи, и в этот момент я услышал какую-то возню в коридоре. Посмотрев на родителей, я вышел в открытую дверь и замер. На лестнице стояла Юля, босая, в моей длинной футболке… Слезы ручьем текли из её глаз, и она посмотрела на меня с такой болью и горечью, что у меня сжалось сердце. Девушка одной рукой держалась за живот, а второй вцепилась в перила, тихо всхлипывая… - Вы… так громко кричали… - она посмотрела сквозь меня, и я обернулся, увидел в двери кухни маму. Господи… она все слышала….