Запретная любовь

Подъехав к больнице, я еще долго сидел в машине, собираясь с мыслями. Поспать удалось всего несколько часов, но и на этом спасибо. В последние годы сон для меня роскошь, так что пару часов, это даже больше, чем мне нужно. Надо поговорить с врачом и спросить, когда он сможет выписать Юлианну, и все спланировать. Вернемся в Москву, быстро соберем вещи и свалим из этой страны к чертово матери, хотя бы на какое-то время. По словам Артема, в столице все потихоньку возвращается на круги своя. О статьях вспоминают не так часто, хотя о Егоре Криде говорят почти в каждой музыкальной передаче, на каждом музыкальном канале. Шакалы никак не могут насытится, мать их. Так что поездка в Германию пришлась в самый раз, спасибо Павлу и Тимуру, они сдержали свое слово и помогают разгрести все то дерьмо, которое свалилось на меня в последнее время. Дождь монотонно барабанил по лобовому стеклу, а тучи полностью затянули небо. Погода отображала мое внутреннее состояние, лучше, чем когда-либо. И, наверное, я бы сейчас не смог спеть на сцене ни одной песни, если бы у меня были концерты. Но их нет. И черт его знает, когда я опять смогу гастролировать, сколько потребуется времени, чтобы замять все эти скандалы, а люди забыли негатив, который был направлен в мою сторону, и опять начали приглашать в свои города. Чертов Беляев, сука, ни дня не проходит, чтоб я не проклинал его. Носит же земля таких уродов. Артем сказал, что он ищет Юлианну, и не раз видел его горилл возле нашего дома. Но так как девушка сменила номер, заодно и телефон, по которому он мог вычислить её место нахождение, а о нашей поездке не знал никто, кроме Кияшко и Юнусова, то видимо его старания не увенчались успехом. Да и в самолет мы сели ранним утром, так что в этой ситуации радует хотя бы одно, что Беляев не в курсе где мы, и не сможет доставать Юлю своими звонками и визитами. Взяв с сидения два лате и пакет с круассанами, которые девушка обожает, натянув капюшон толстовки, я наконец-то выбрался из машины и направился к зданию больницы. Постучав в дверь, я аккуратно открыл её, и замер. Блондинка стояла у распахнутого настежь окна, и дождь заливал подоконник. Волосы, лицо и верхняя часть пижамы Юли были мокрыми насквозь, а она стояла с закрытыми глазами, как будто и не чувствовала холода. – Что ж ты творишь… - подскочив к девушке, положив кофе и пакет на постель, я за плечи оттащил её от окна. – Ты что делаешь? Тебе воспаления легких ко всему не хватало? Совсем с ума сошла? – закрывая окно, я посматривал на Юлианну, которая молча смотрела на меня без единой эмоции, а вода с её волос и одежды стекала на пол, и меня как будто током прошибло. Что она собиралась сделать? Мы на пятом этаже, нахрена она открыла окно? Мороз прошелся по спине от собственных мыслей, и схватив блондинку на руки, открыв ногой дверь в ванную, я поставил её в душевую и включил горячую воду. Она дрожала, но продолжала молчать, и я не понимал, то ли её лицо мокрое от слез, то ли от дождя, но молчание вводило меня в ступор. Сняв с Юли пижаму и белье, подставляя её тело под струи горячей воды, я закрыл дверцу душевой, и сполз на пол, обхватывая руками голову. Что с ней происходит? И как вытащить её из этого состояния, и самое главное, самому не сойти с ума? Через мгновение, я услышал всхлипы девушки и повернулся, увидел, как она сидит на полу кабинки, прислонившись спиной к стеклу, где сидел я. Получилось, что мы упираемся спинами друг в друга, только нас разделяет стекло. Как то очень символично, как по мне. Поднявшись, я взял большое темно-синее полотенце, и открыв дверцу, укутал в него девушку, поднимая с пола. Она продолжала дрожать и всхлипывать, смотря на меня, пока я вытирал её. – Ты прыгнуть собиралась? – прошептал я, не в силах поднять на нее глаза. – Что? – она как будто только что пришла в себя. – Я спрашиваю, ты хотела прыгнуть? – схватив блондинку за плечи, я с силой сжал их, посмотрев ей прямо в глаза. – Н.. Нет, с чего ты взял? – Если ты… - встряхнув девушку, от чего она охнула, широко распахнув глаза, я опять отвел взгляд. – Если ты задумала что-то, Юля, то я не знаю… - я был зол. Очень. Мне все же казалось, что она не просто так открыла окно. Зачем это делать? В дождь? Черт! – Я ничего не задумала… я не хотела… - девушка испугано смотрела на меня, а потом потянулась руками, и прислонилась к моей груди, тяжело вздыхая. – Хорошо, что не хотела. – выдохнув, я закутал её в полотенце посильнее, обнимая и крепче прижимая к себе. – Я не могу, Егор… - Что не можешь? – куча мыслей за этих пару секунд пронеслись у меня в голове, и ни одной хорошей. – Мне кажется, я с ума схожу. Я постоянно думаю, обо всем, что произошло с нами, не в силах избавиться от этих мыслей. Это просто вытряхивает из меня все силы. – слыша только её голос, и обнимая девушку, я старался подобрать слова, придумать что-то, что сможет её успокоить, и заставить взглянуть на все по-другому, но у меня ничего не получалось. Все слова как будто застряли где-то в горле. – Малыш, я думаю тебе нужно прислушаться к врачу и начать принимать те препараты, которые он прописал. – она только вздохнула, крепче прижимаясь ко мне. - Согрелась? – прошептал я, чувствуя, как она немного расслабилась. – Да, спасибо. Принесешь мне сухую одежду? – отстранившись, девушка посмотрела на меня. – Конечно. – слегка улыбнувшись, я вышел из ванной, оставив её одну. Переодевшись, и выпив кофе, мы сидели на кровати, друг напротив друга, и молча смотрели в глаза, как будто решаясь на что-то. – Скажи мне честно, зачем ты открыла окно? – парень не сдавался, считая, что я собиралась покончить с жизнью. – Хотела подышать воздухом. Меня же на улицу не пускают. – спокойно ответила я. – Подышать. Воздухом. Когда на улице стена дождя, да? – он с подозрением смотрел на меня, прищуривая глаза. – Егор, я не собиралась прыгать вниз, успокойся. – вздохнула я, поправляя еще влажные волосы. – Если бы собиралась, то выбрала бы для этого более подходящее время. – уже тише проговорила я, опуская глаза. – Что? Что ты сказала? – он нахмурился. - Господи, да я шучу. Какого черта мне заканчивать жизнь самоубийством утром, зная, что ты вот-вот появишься? Чисто по логике, я бы взобралась на карниз ночью, чтоб уж наверняка. – вспылила я. – Блять, да ты сумасшедшая! – блондин резко подскочил с кровати и провел рукой по волосам. – Булаткин, я шучу, понимаешь? – улыбаясь, я наблюдала за его реакцией. – Твои шутки нихрена не смешные, учитывая… - он замолчал, и отвернулся. – Что, учитывая? Договаривай. – Учитывая, что ты уже думала об этом. И не раз! – парень повернулся ко мне и опять сел на кровать рядом. – Я не собираюсь убиваться, Егор. Успокойся, ладно? Я не хотела тебя пугать, просто захотелось… Я не знаю, какая разница, я не могу объяснить. – теперь уже злиться начинала я. – Юля, я хочу поговорить с тобой. – а вот это уже настораживало. – О чем? – В общем… - он опять поднялся, и обошел кровать, взялся руками за спинку. – Тимур предложил мне, пока все не затихнет в Москве, дать несколько концертов в Германии. Тем более, что я там не раз выступал, и все эти слухи им не интересны, это не Россия. – я молча слушала его, а внутри как будто все опускалось. – Я собираюсь сегодня поговорить с врачом, и узнать, когда тебя могут выписывать, чтоб мы могли собраться… - Мы? – я сказала это вслух? – Ну да, мы. А ты думала, я оставлю тебя здесь? Или в Москве, с твоим чокнутым муженьком? – парень был напряжен, и я бы очень хотела понять причину этого. – Бывшим муженьком. – уточнила я. – Официально, нет. – Мы опять возвращаемся к этому вопросу? – вздохнув, откинувшись на подушку, я закрыла глаза. – Нет. Но я прошу, когда мы вернемся в Москву, отдай документы адвокату, пусть запустит бракоразводный процесс. – Булаткин смотрел на меня, надеясь, что я не буду возражать в этом вопросе. – Да, конечно. Если ты помнишь, я уже подписала их. – опустив взгляд, я вспомнила тот вечер, когда он заставил меня подписать бумаги на развод, после чего я оказалась в больнице. Еще со своим малышом. – Я хочу услышать твои мысли по поводу Германии, Юля. – когда он понижал голос, это вызывало мурашки по всему телу. – Я… должна подумать, Егор. – тихо проговорила я, поднимая свои глаза, но встретившись с его недоуменным взглядом, мне стало не по себе. – В смысле, подумать? О чем подумать? – парень уставился на меня, хмуря брови, сильнее сжимая руками спинку кровати. – Я не уверенна, что мне стоит ехать с тобой… - мои слова повергли его в шок, и несколько секунд он просто молчал, смотря мне прямо в глаза. Но я не могла врать, не могла согласиться поехать с ним, потому что не была уверенна, что так будет лучше для нас двоих. А скорее, наоборот. – Пожалуйста, позволь мне все обдумать. – нарушив угнетающую тишину, я обратилась к парню. – Хорошо. Думай. – ответил он, отвернувшись к окну. И опять эта тишина, которая просто звенела в ушах. – Егор… - Не буду тебе мешать, Юлианна. – резко повернувшись, он схватил с кресла свою куртку, и вышел из палаты, громко хлопнув дверью.