Запретная любовь

Следующее утро я провела, проходя обследование, и на удивление, была очень рада этому. Не сомкнув глаз ночью, я думала о Егоре и о наших отношениях, которые сейчас превратились непонятно во что, и очень надеялась, что расстояние пойдет на пользу нам обоим. По крайней мере в себе я была уверенна. Он не позвонил, как прилетел в Москву, и вряд ли позвонит, когда будет в Германии. Ему тоже нужно время, чтоб успокоится, и если он не объявиться, то через несколько дней я позвоню ему сама. Мы не должны ссорится, и я знаю, что у нас все наладится. Просто надо немного подождать, и мы справимся. Сдав всевозможные анализы, побывав на осмотре у своего врача, который обещал приготовить на завтра выписку, я наконец-то вернулась в палату. Чемодан одиноко стоял в углу комнаты, опять напоминая, что он уехал… Наконец-то завтра я тоже смогу это сделать. Так хочется вернуться домой, в свои стены. И пусть я проведу эти три недели у мамы, все равно, лучше там, чем здесь, в этом мрачном городе, в этой чертовой больнице. Дверь с шумом открылась, и в ней ворвалась Алина, держа в руках мой утренний кофе и круассаны. – Ты чего несешься, как угорелая? – спокойно спросила я, садясь на край кровати, протягивая руку за стаканчиком. – Да я проспала сегодня все на свете, еще и ты трубку не берешь. – отдышавшись, девушка сняла тонкую куртку, и бросив её на стул, села рядом, вздыхая. – Я на обследовании была, и осмотре. Завтра утром врач отдаст выписку, так что заказывай билеты. – улыбнувшись, я сделала несколько глотков обжигающего напитка, прикрывая глаза от удовольствия. – На когда? Там есть только утренний и вечерний рейс. – спросила Алина, забрав у меня кофе, отпивая из стаканчика. – Ну, думаю, на утренний мы не успеем, неизвестно, сколько врач затянет с этими бумагами. А так, сможем заехать к тебе в отель, я приведу себя в порядок нормально, и вечером улетим домой. – девушка смотрела на меня, спокойно попивая мой кофе. – Слушай, ты как Булаткин. Почему не взять себе отдельный кофе, а обязательно пить мой? – нахмурилась я, пытаясь отобрать у сестры стаканчик. – Ну, теперь я его понимаю. – засмеялась Алина, а я вздохнула. – Ты как? – спросила она, и я только снизала плечами. – Не хочу об этом говорить. – ответив, я достала из пакета круассан, и демонстративно откусила кусочек. – А чего ты проспала то? Поздно ложилась? – решив перевести тему разговора, я с удовольствием завтракала, сидя на кровати. – Ох… Вчера вечером позвонил Кияшко, ну и мы проговорили пол ночи. – как-то смущенно ответила сестра, и я повернулась к ней. – Проговорили? – прищурилась, хитро улыбаясь. – Ну… как… ну да, а что? – она поднялась, опять отбирая у меня кофе. – Вы что по телефону этим занимались? – хихикнула я. – Ну почему по телефону… - мечтательно произнесла девушка. – Есть же скайп, камера… - О Боже, я не хочу подробностей. – крикнула я, поднимая руки, чтоб не дать ей продолжить, и мы обе засмеялись. – Я и не собиралась тебе их рассказывать. – передразнила меня Алина. – Кияшко и камера… мой мир никогда не станет прежним. – улыбаясь, я продолжила с аппетитом поедать свой круассан, на что сестра только мило улыбнулась, закатывая глаза. День тянулся очень долго. Алина все время говорила со мной, рассказывая, как Артем сделал ей предложение, и как они хотят отпраздновать свадьбу, куда планируют свадебное путешествие, всячески отвлекая меня от грустных мыслей. Мы даже вышли в парк прогуляться, поскольку погода была теплой и солнечной. А я все ждала звонка от блондина, не выпуская телефон из рук. Когда мы вернулись в палату, я опять посмотрела на дисплей, но тщетно. Булаткин молчал, и скорее всего уже улетел во Франкфурт. Алина хотела оставить меня, чтоб дать поспать, но я решила этого не делать. Уснуть я все равно не смогу, а от мыслей, которые возникают в голове, как только я остаюсь одна, можно сойти с ума. Немного приоткрыв окно, пуская в комнату свежий воздух, мы сидели друг напротив друга, и говорили о каких-то мелочах, вспоминая детство и смешные истории, как вдруг, мой телефон завибрировал. Схватив мобильный, я увидела незнакомый номер и нахмурилась. – Что такое? – заметив это, Алина подсела ближе. – Неизвестный. Странно, мой новый номер знаешь только ты, мама и Егор. – я сбросила звонок, решив не рисковать. – Может кто-то ошибся. Не заморачивайся. – весело ответила сестра, и потянулась к своей сумке, услышав знакомую мелодию. – Артем звонит, я на минутку. – девушка поднялась с кровати, и ответила на звонок, чуть отойдя, а мой телефон опять завибрировал, но я опять сбросила, и перевела взгляд на девушку, лицо которой моментально изменилось, когда она услышала жениха. – Не может этого быть… - тихо сказала Алина, смотря на меня широко распахнутыми глазами. – Хорошо, я скажу ей. – от её слов и от непонятного предчувствия, в горле моментально пересохло. – Юля, возьми трубку, это важно. – проговорила Аля, садясь на стул. – Что случилось? – спросила я, вновь ощущая вибрацию в руке, бросив мимолетный взгляд на обескураженную Алину, взволнованность которой постепенно начала передаваться и мне. На этот раз, проведя пальцем по дисплею, я поднесла трубку к уху и замерла. – Слушаю. – тихо ответила. – Юлианна Валериевна, это Старков. – я сразу узнала голос мужчины от чего мгновенно стало не по себе. Максим Викторович личный адвокат Марка, который работает с ним уже много лет. Все наши юридические дела вел именно он, так как Марк ему всецело доверял. – Я узнала, Максим Викторович, но очень удивлена, что вы знаете мой номер. – поставив кофе на тумбочку, я села поудобней, перебирая в голове всевозможные варианты, его звонка. – Новый номер мне дала ваша мама, я только что связался с ней. Юлианна, я должен сказать вам… - он замялся, а у меня внутри все замерло. Мама? Номер дала моя мама? От дурного предчувствия резко засосало под ложечкой. Что такого могло произойти, чтобы она дала ему мой номер? Но не успела я предположить хотя бы один вариант исхода событий, как мужчина продолжил: – Случилась авария… - Авария? – нахмурилась я, все еще не понимая. – Да. Час назад, машина Марка врезалась во внедорожник, и… - Что? – на одном выдохе, тихо спросила я, чувствуя, как пульс отдает где-то в висках.– Юлианна, Марк погиб. Его не довезли до больницы, он умер в машине скорой помощи. Мне очень жаль… - он еще что-то продолжал говорить, но я не слушала, вернее не слышала. Меня словно оглушило. Голова в одночасье стала тяжелой, а тело и вовсе обдало жаром вперемешку с обжигающим холодом, больно коловшим внутри. Этого не может быть… Марк погиб? Это что, еще одна шутка? – Вы… Вы уверенны? Я просто… Как умер? Как такое могло произойти? – я была в шоке от услышанного, и еще не до конца осознавала, что именно случилось. Резко поднявшись с кровати, я принялась блуждать по палате взад-вперед нервно сжимая трубку в руке. – Юлианна, примите мои соболезнования. Но вам срочно нужно вернуться в Москву. Скоро обо всем узнают журналисты, и сами понимаете, что начнется. Что бы между вами не происходило в последнее время, вы все же жена Беляева, и мы должны вас защитить от стервятников, которые набросятся, узнав об аварии и о смерти вашего мужа. – он говорил спокойно, но я чувствовала, что дается ему это не легко, ведь он был не просто адвокатом Марка, но и его другом. – Да, я понимаю… Но… Господи, я не могу поверить… - слёзы наполнили глаза, и я зажала рот рукой, не в силах произнести и слова. – Я тоже, Юлианна. Эта новость выбила почву из-под ног, я не знал, как скажу вам… - мужчина тяжело вздохнул и замолчал. – Вы… видели его? – слова сами собой вырвались из моих уст, тихим эхом отозвавшись в трубке. – Нет еще, но я в больнице, куда его привезли. И… - он опять замолчал, видимо тщательно подбирая слова. – Вам нужно будет опознать тело. – меня вновь бросило в жар от услышанного, и всхлипнув, я постаралась собраться чтоб ответить, но не смогла. Слезы душили изнутри, дикой болью отзываясь где-то в районе груди. Господи, как же так? – Юлианна Валериевна, как скоро вы сможете вернуться в Москву? – наконец, он понял, что не стоит сейчас обсуждать подобное. – Следующий рейс только в… - в замешательстве, я посмотрела на Алину. – В семь вечера. – ответила она, так же прибывая в полном шоке от новости, которую мы только что узнали. – В семь, но я не знаю, успеем ли мы… - на часах было четыре часа, и я понимала, что следующий самолет только завтра утром. – С билетами я все устрою. Собирайтесь и выезжайте в аэропорт. В Москве вас встретят. - мужчина говорил уверенно, и уже более спокойно, а меня наоборот, начинало потряхивать. – Хорошо. Спасибо, Максим Викторович. – положив трубку и отложив телефон, я опустила голову, уставившись на свои дрожащие руки. В голове никак не укладывались эти три несчастных слова. Марк. Авария. Погиб. Как это, погиб? Какая авария? Его шофер всегда был очень осторожным, никогда не превышал скорость, никогда не нарушал. Да и Марк в этом вопросе всегда был категоричным. Как такое могло случится? Отчаянно взглянув на сестру, я вновь перевела взгляд в сторону и наконец дала волю слезам. Удушающий ком в горле не давал возможности вздохнуть. Меня трясло. Слёзы лились по щекам, и вытирая их, я тихо всхлипывала, пока не почувствовала руки сестры на своих плечах. – Юль… - Алина присела рядом, взяв меня за руки. – Я, наверное, должна вздохнуть с облегчением? Но я не могу… – спросив сестру, я подняла на нее глаза. – Не говори ерунды, милая. Он был твоим мужем, вы были вместе больше четырех лет, в конце концов, ты любила его. – девушка слегка сжала мои пальцы, с сочувствием смотря на меня. – Так и есть. И даже после всего, что он сделал… Господи, я не могу поверить… - обняв сестру, я дала волю эмоциям, уткнувшись ей в плечо, чувствуя, как она гладит меня по спине, утешая. – Юля, нам нужно собираться, милая, иначе мы не успеем. – прошептала Алина, отстраняясь от меня. – Да, да… конечно. – я была как будто в прострации, не понимая, что мне делать и как себя вести. – Я пойду к врачу, скажу, что мы уезжаем, и вызову такси. А ты переоденься, и собери вещи. – девушка поднялась, направляясь к двери. – Хорошо. – быстро вытерев слёзы, я поднялась, заметив, что сестра вышла из палаты. Затаив дыхание, я прислушалась, что сейчас ощущаю, какие эмоции наполняют мое сердце, но не нашла и намека на какое-то злорадство или облегчение. Только грусть и сожаление… Подняв телефон с кровати, я решила набрать Егора. Но в трубке звучали только длинные гудки…