Запретная любовь

Слова Егора повергли меня в шок. Я не была готова к такой жестокости с его стороны, хоть и знала, что он так просто не сдастся. Как он мог сказать, что любит, а потом наговорить все то, что просто разбило мое сердце вдребезги? Откуда столько злобы, ненависти? Жизнь ничему не учит меня, и я каждый раз поражаюсь людям, на сколько лицемерными они могут быть. Мне казалось, я очень хорошо знаю его, но видимо не знаю совершенно. Сейчас со мной говорил не мой Егор, не мой любимый мужчина, без которого я не представляла своей жизни, с которым мечтала о семье, о детях. Это был чужой человек. Холодный, жестокий, который пытался сделать побольнее. И ему это удалось. Я больше не верю ему. Не верю его словам, не верю в любовь, о которой он говорил. И не поверю, что он не изменял мне с теми двумя девицами. Такой Егор, которого я сейчас слышала, запросто мог провести ночь с красотками, которых целенаправленно подцепил в клубе, на зло мне. Чтоб отомстить и доказать самому себе, что мое отсутствие никак не помешает ему хорошо провести время. Сидя в кресле, я вытирала слёзы, постоянно слыша в голове его слова. «Это вышло незапланированно…» Господи, мы потеряли нашего малыша, а он может говорить о нем, как о чем-то ненужном и неуместном… Зарывшись руками в своих волосах, я сжала пальцы, сдавливая голову, пытаясь унять боль. Я не могла успокоится, глотая слёзы. Когда я готовилась к этому разговору, то знала, что будет сложно и больно, но когда услышала его голос, засомневалась, правильно ли я поступаю? Может все же можно еще все исправить, может быть мы все-таки сможем пережить этот страшный период, и останемся вместе? Но после его слов, не осталось сомнений. Мы не сможем. Не смогли сберечь то, чего так сильно хотели когда-то. Я еще долго сидела на террасе, дав выход своим эмоциях, проплакав до полуночи, пока не стало совсем холодно. И на улице, и внутри… В пятницу утром, через два дня после нашего разговора с Егором, я стояла перед зеркалом, приводя себя в порядок. Строгое, темно-синие платье до колен, с открытыми руками, такие же туфли на шпильке, и волосы, аккуратно собраны в низкий хвост, легкий макияж, и ни следа, от позавчерашних слёз. Ну вот и всё… Поставив точку на последней странице нашего романа, я перевернула её, с готовностью начать новую жизнь. Я знаю, что будет трудно, знаю, как все изменится в моей судьбе, но я была готова к этому. Слишком долго я жила какими-то иллюзиями. Пора возвращаться к реальности, и заниматься делом. Взяв с собой сумку и документы, которые я все же решила обсудить с Соболевым, надев черные очки, вышла из дома, возле которого меня уже ждал Николай. – Отлично выглядите, Юлианна Валериевна. Думаете, после оглашения придется сваливать из страны, подальше от вашего отца? – сев за руль, Коля решил немного поднять мне настроение, заметив, что я слишком напряжена. – Ты главное держи мотор заведенным, и жди меня у входа. – сняв очки, и подмигнув парню, я написала смс Алине, что после офиса Старкова смогу заехать к ней в ресторан, пообедать, на что она с радостью согласилась. – Не волнуйтесь, Юлианна, если что, я вас прикрою. – улыбнулся парень и мы выехали в сторону Москвы. Зайдя в юридическую кантору «Старков и партнеры», я сразу направилась в кабинет Максима Викторовича, где меня уже ждал Алексей, в костюме, который просто идеально на нем сидел. После того, как отец наконец-то соизволил почтить нас своим присутствием, Старков начал всю процедуру, открыв конверт, в котором было завещание Беляева. Папа сидел напротив меня, прожигая взглядом, с нетерпением ожидая, когда же все это закончится, при чем в его пользу. Но после того, как Максим Викторович прочитал документ, его как подменили. Впервые я сидела в кресле, спокойна как удав, слушая вопли и крики своего отца, направлены как в мою сторону, так и в сторону моих адвокатов. С угрозами засудить всех нас, он выбежал из кабинета, громко хлопая дверью, от чего посыпалась штукатурка. Подписав все необходимые документы, чтоб завещание вошло в силу, попрощавшись с Старковым, и договорившись о встрече с Соболевым чуть позже, в ресторане Алины, дабы обсудить еще кое какие дела, в том числе и черную бухгалтерию Беляева, я вышла на улицу, наконец-то выдохнув с облегчением. – В какую страну заказывать самолет? – Коля стоял у машины, упираясь об капот, все так же улыбаясь мне. – Думаю, побег отменяется, Николай. Вези меня в ресторан к Алине, я есть хочу. – Слушаюсь. – парень открыл передо мной дверь, помогая сесть. У меня было чувство какой-то легкости внутри. Я не могла объяснить почему, но оно было приятным, и мне это нравилось. Но оно было не долгим и моментально пропало, как только я начала рассказывать сестре о своем разговоре с Егором. – Юля, все это было сказано от обиды и досады. Он понял, что теряет тебя. – Алина все же пыталась его реабилитировать в моих глазах. – И поэтому он решил напоследок подлить говнеца, да? – съязвила я, делая глоток белого вина. – Ему ведь тоже больно. Как ни крути, дорогая, но вы отличная пара, и мне очень жаль, что ты приняла такое решение. – вздохнув, Аля подлила мне еще вина. – Это решение далось мне очень тяжело, поверь. Я долго думала, и до конца сомневалась, стоит ли. Но ты же сама видишь, что все зашло в тупик. И лучше сейчас, чем, когда семья и дети. – официант поставил передо мной салат, и взяв вилку, я принялась с аппетитом есть блюдо, что в последнее время мне удавалось с трудом. – Может быть, ты права. Так что там с завещанием? – Алина тоже принялась за еду, и тут я поняла, что она ничего не знает, что происходит в Холдинге, и что контрольный пакет акций теперь у меня. По мере того, как я рассказывала сестре все подробности, её глаза становились все шире и шире, в итоге, она просто открыла рот, и после того, как я закончила свой монолог, просто не могла ничего сказать. – Погоди, погоди… То есть ты сейчас владеешь 51% акций Холдинга нашего папаши? – Да. – тихо ответила я, и наколов на вилку помидор, отправила его в рот. – Твою мать, Юлька, да ты… А Марк, сученок… Сюрприз, нихрена не скажешь. – я улыбалась, наблюдая, как девушке не хватает слов, чтоб описать свои эмоции, а это бывает очень редко. – Да что мы тут вино пьем? Шампанского нам! – крикнула Аля на весь ресторан, привлекая внимание посетителей. – Тихо ты, какое шампанское? – смеялась я, а официант тут же поспешил выполнить указание хозяйки. – Да за это нажраться надо, Юлька! Ты что, не понимаешь? Холдинг в твоих руках, а папашу удар хватит, если еще не хватил. Но ты не думай, я обеими руками за тебя, и, если тебе нужна какая-то помощь, ты всегда можешь на меня расчитывать. В любом вопросе. Например, как потратить несколько сотен тысяч баксов. – Алина говорила эмоционально, размахивая руками, от чего я заливалась смехом, впервые за столько долгое время, чувствуя неподдельную радость и легкость. Выпив еще по бокалу вина, Алина убежала по делам, а я сидела за тем же столиком дожидаясь Соболева. Когда он пришел, и мы обсудили несколько текущих юридических дел, которые требовали моей подписи, а также, договорившись о разговоре с Александром на понедельник, я вытащила синюю папку и подала её Алексею. Просмотрев несколько документов, он поднял на меня глаза, внимательно изучая. – Вы понимаете, что это? – наконец-то нарушив свое молчание, произнес Соболев. – Определенно. Поэтому и показываю вам, чтоб бы знать, что с ними делать. – я кивнула на папку, чуть наклонившись вперед. – Я польщен таким доверием, Юлианна. Но я должен предупредить вас, что это очень опасная игра, и если учесть, что дело об аварии Марка еще не закрыто… - На что вы намекаете? – я не дала ему закончить. – Есть подозрения, что авария была не случайной. Шофер Марка пришел в себя, и дал показания, о том, что внедорожник целенаправленно выехал на встречную полосу, что привело к столкновению. – Алексей говорил очень тихо, так же наклоняясь вперед. – Вы хотите сказать, что Марка убили? – ушам своим не верю, что за бред? – Я ничего не хочу сказать, это дело следствия. Но после того, как вы показали мне эти бумаги… Юлианна, вы представляете, о каких суммах здесь идет речь? – взяв чашку, он сделал глоток кофе, и посмотрел на меня, постучав пальцем по документам. – Если честно, то не особо. – вздохнула я. – За них можно купить небольшой остров, где-нибудь на Сейшелах, и перевезти туда пол-Москвы. – от услышанного я открыла рот и зависла. Я действительно понятия не имела, о каких деньгах говорилось в документах. – Проблема в том, что все эти деньги теперь на вас, и эти бумаги, если они попадут в руки кому не следует… - он многозначительно поднял бровь, намекая на отца, ну или на ФСБ. - … то это огромнейший компромат. И если его использовать… - То меня можно легко устранить, или засадить, всерьез и надолго… - закончила я. – Вот черт. – только сейчас до меня дошла вся серьезность ситуации. – Ладно. Я думаю, Александр в курсе этого. – указав на папку, я откинулась на спинку кресла. – Я даже не сомневаюсь, если честно. Но… - он пролистал все до конца и нахмурился. - … здесь не все, не хватает еще нескольких документов. – мужчина повернул ко мне бумаги. – Я все забирала с сейфа. – несколько страниц действительно не хватало. – Где вы их прятали? В доме? – Соболев начал собирать документы обратно в папку. – Да. – Нужно проверить. Поехали. – поднявшись, он расплатился за кофе, и мы вышли из ресторана. Отправив Колю домой, Алесей усадил меня в свой Мерседес, и нажав на газ, вырулил на дорогу. Ехали мы быстро, обмениваясь какими -то репликами, но каждый думал об одном и том же, чтоб недостающие бумаги лежали в сейфе. Добравшись до поселка, мы подъехали к воротам, и выйдя из машины, поднялись по ступенькам, но в какой-то момент я ощутила, как меня дернули назад. – Вы всегда забываете закрыть дверь? – я уже хотела возмутится такому жесту, но Алексей указал на входную дверь, которая была приоткрыта. – Я закрывала, я точно помню. – волна мурашек прошлась по телу, и я поежилась. – Отойдите. – мужчина вынул из кармана платок, и взявшись за руку двери, толкнул её, проходя внутрь. Войдя следом за ним, я замерла. Весь дом был перевернут вверх дном, вещи разбросаны, а мебель перевернута. – Где сейф? – мужчина повернулся ко мне, и догадавшись о его мыслях, я быстрым шагом направилась в ванную комнату.