Запретная любовь

Больше часа я просидела в кабинете врача, отвечая на вопросы полицейских, которых вызвал Лёша, после того, как я рассказала ему, почему Коля не смог остановить машину и мы слетели с дороги. Все это время Егор был со мной, и практически не сводил с меня глаз, как будто я действительно возродилась из мертвых. – Машину уже забрали на штраф-площадку, в ближайшие 2 дня проведем полную экспертизу, и узнаем, почему отказали тормоза. – сказал следователь, записывая что-то в черный блокнот. – Что с водителем? – обратился он к своему помощнику. – Перелом ребер и ноги в двух местах, внутреннее кровотечение, черепно-мозговая. Он практически вылетел через лобовое стекло. – услышав парня, мое сердце сжалось. – Но врач сказал, что состояние стабильное. Чудом остался жив. – ответил молодой человек, увидев, как я занервничала. – Как и вы, Юлианна Валериевна. – следователь внимательно посмотрел на меня, а я вздохнула, посмотрев на Егора. – Я оставлю вам свою визитку, на всякий случай. Ну и… скорее всего, нам придется вызвать вас еще раз. – поднялся мужчина, закрывая черную папку. – Для чего? – откашлявшись, спросил Егор. – Ваш муж погиб в автокатастрофе, и через полгода, в такую же аварию попадаете вы, из-за неисправности тормозов. – он обратился ко мне, поглядывая на Булаткина. – Думаю, я посмотрю материалы дела Марка Беляева, и дождавшись экспертизы, смогу вам что-то ответить. – застегнув пуговицу пиджака, мужчина протянул мне визитку, которую я взяла дрожащими руками. – Вы… вы думаете, это не случайно? – заикаясь, спросила я. – Я не верю в случайности, Юлианна Валериевна. Работа такая. – он улыбнулся. – Всего доброго. – попрощавшись, брюнет вышел за дверь, оставляя нас с Егором наедине. – У меня в голове не укладывается… - проговорил парень, проводя рукой по волосам, и я повернулась к нему. – Милый, едем домой, умоляю. – проныла я, смотря на него щенячьими глазками, на что блондин улыбнулся, и подал мне руку, помогая встать. Выйдя в коридор, мы столкнулись с Лёшей, парень был взволнован, и говорил с помощником следователя, но увидев меня, извинился и подошел ближе. – Все в порядке? Как спина? – забеспокоился он, а Егор демонстративно взял меня за руку. – Вроде не болит, врач дал таблетки. Что с Колей? – я беспокоилась за своего шофера, как за родного человека, ведь за те годы, которые он у нас работал, он стал именно близким, почти членом семьи. – Сегодня в реанимации, понаблюдают за ним, и если все будет нормально, через пару дней переведут в палату. – ответил он, не сводя с меня взгляд. – Лёш, я прошу тебя, проконтролируй, чтоб за ним был лучший уход. Все расходы я беру на себя, только пусть его поставят на ноги. И с женой его поговори, чтоб не волновалась на счет оплаты за лечение и лекарства. Пусть врачи сделают все что нужно. – прижавшись спиной к Егору, чувствуя его руки у себя на плечах, я вздохнула, с тяжестью на душе оставляя Колю здесь. – Не беспокойся, я все сделаю. У него будет все необходимое. – Лёша кивнул, взглянув на Булаткина. – Мне не по себе, от того, что он в реанимации, а я только с ушибленной спиной, еду домой. – я опустила голову, тяжело вздыхая. – Юль, ну что ты говоришь? Ты не виновата ни в чем. Слава Богу, с тобой все в порядке. – проговорил Егор, целуя меня в висок. – Не думаю, что Коле было бы легче, если бы ты лежала в реанимации рядом с ним. Так что не кори себя. Мы поможем ему, он выкарабкается. – поддержал Лёша, сочувственно смотря на меня. – А он что здесь делает? – прошептал блондин и проследив за его взглядом, я повернула голову в сторону длинного коридора, по которому практически бежал Старков. – Я позвонил ему.– снизал плечами Соболев, ничего не подозревая, а меня бросило в жар. Я не была готова видеть его, и тем более говорить, но когда наши глаза встретились, я отчетливо поняла, что он выдохнул с облегчением, замедляя шаг. В этот момент внутри всё сжалось, а сердце начало биться вдвое быстрее. Я всегда замечала его теплое отношение, его поддержку, мудрые советы, ведь Старков Максим Викторович был рядом всю мою жизнь, как адвокат моего отца и его близкий друг, а потом и друг Марка, которому мой муж всецело доверял, абсолютно всё, даже черную бухгалтерию. И теперь, когда я знаю, что Старков мой настоящий отец, чувства, которые я сейчас испытываю, глядя, как он приближается ко мне, не передать словами. Во мне борются две противоречивые эмоции: с одной стороны, мне хочется наконец-то узнать всё, задать кучу вопросов, услышать на них ответы, и просто почувствовать отцовскую любовь, которой я была лишена все эти годы. Но с другой стороны… злоба, и боль окутывали мое сердце. Он столько лет был рядом, знал, что он мой отец, и никогда даже не попытался открыться мне. Скорее всего, у них с мамой была договоренность, и он не смел нарушать её, но черт… Он отдал меня Вознесенскому на воспитание, своего ребенка отдал… Подойдя ближе, он испуганно смотрел мне в глаза, не смея ничего сказать. – Юлианна… - прошептал он, и замер. Слова застряли у него в горле, и я видела, как ему тяжело справиться со своими эмоциями, сжимая руки в кулаки. – Со мной все в порядке. Не переживайте, Максим Викторович. – я не сводила взгляд с синих глаз мужчины, таких же, как у меня. Сейчас, глядя на него, я видела между нами сходство. Я была похожа на него: такой же цвет волос, нос, глаза… только сейчас, я поняла, почему Вознесенский так бесился, каждый раз глядя на меня. Я была похожа на своего отца, на своего родного отца. – Простите, что выдернул вас среди ночи… - начал Лёша, обращаясь к Старкову, но тот неотрывно смотрел на меня, бегая взглядом по моему лицу. – Все нормально. Спасибо Алексей. – кивнул мужчина, нервно поправляя воротник рубашки, переминаясь с ноги на ногу. Думаю, видеть такое поведение своего старшого партнера, было очень странно для Соболева, ведь Максим Викторович всегда олицетворял волевого, собранного и достаточно сильного человека, а сейчас он был растерян, и… напуган. – Мы едем домой, на сегодня для нас всех хватит потрясений. – наконец Егор разрядил эту неловкую паузу, обнимая меня за плечи. – Да-да, конечно… - проговорил Старков, посмотрев на Лёшу. – Я дам знать, когда позвонит следователь. – ответила я, делая несколько шагов, обходя мужчину, который опустил голову. – Юлианна… - услышав свое имя, я обернулась, встретившись с ним взглядом. – Я бы хотел… поговорить с тобой, если это возможно? – очень тихо сказал Максим Викторович, и я растерялась, не зная, что ответить. – Не сегодня, хорошо? С неё хватит стрессов, одной катастрофы достаточно. – вмешался Булаткин, отвечая двусмысленно, все так же держа мою руку. – Да, вы правы. – ответил Старков, делая шаг в сторону, пропуская нас. – Я сама позвоню. – все таки решилась сказать я, и еще раз взглянув в глаза мужчине, пошла за Егором по коридору, наконец-то покидая стены больницы. Всю ночь я воротилась в кровати, и не могла уснуть. Толи из-за боли в спине, которая не проходила, толи из-за мыслей об отце, которые не покидали ни на минуту, или всего вместе взятого, но, не сомкнув глаз ни на минуту, я уставилась в потолок, переводя взгляд на спящего Егора. Парень, как всегда, мило сопел в подушку, положив на меня руку, обнимая. Аккуратно выбравшись из его объятий, я села на постели, обхватывая голову руками. На душе у меня было неспокойно, и решив больше не мучить себя, поднялась и тихонечко прошла в ванную, прикрыв за собой дверь, дабы не разбудить блондина. Включив холодную воду, я вытащила из ящика свои таблетки, которые дал вечером врач, и выпив одну, уставилась на себя в зеркало. Боже, почему все так сложно? Почему я не могу выбраться из проблем, каждый раз погружаясь в новые, все глубже и глубже. – Ты чего здесь делаешь? – сонное лицо Булаткина показалось в проеме, а через секунду и все его тело. – Ты за мной даже ночью шпионишь? – раздраженно ответила я, отворачиваясь к зеркалу. – Конечно, хрен знает, что тебе в голову взбредет. Я должен всё контролировать. – улыбнулся парень, подходя ко мне сзади. – Не бойся, вены резать не буду. – съязвила я, закрывая кран с водой. – Я спишу грубость на твою усталость, после тяжелого дня, а раздраженность, на стресс после аварии. В любом другом случае, ты бы уже получила по заднице за такую дерзость. – серьезно проговорил парень, обнимая за талию, ложа свою голову мне на плечо. – Ой ой, как страшно. – показав ему язык, я улыбнулась, понимая, что он всего лишь беспокоится обо мне и переживает. – Вот, другое дело. – он улыбнулся в ответ, целуя в шею. – Не спится? – прошептал парень. – Я не могу выбросить из головы его взгляд. – призналась я, тяжело вздыхая. – Что будешь делать? – он убрал мои волосы на одну сторону, прижимаясь к моей щеке. – Я хочу поговорить с ним. – ответив, я ждала реакции парня, чтоб понять, правильно ли я поступаю, но Егор только вздохнул. – Считаешь, не стоит? – Малыш, ты должна принять это решение сама. Прислушаться к своему сердцу, понять, что чувствуешь, и решиться. Если ты хочешь поговорить с Старковым, я поддержу тебя. Если не захочешь, у тебя так же будет моя поддержка. Единственное, что меня беспокоит при обоих вариантах, это твое здоровье, физическое и душевное. Если чувствуешь, что не готова, лучше подожди. – он медленно развернул меня к себе, запуская руки в волосы, оттягивая их назад. – Спасибо тебе. – прошептав, я посмотрела блондину в глаза. – За что? – улыбнулся он. – За то, что ты рядом. – все так же закинув голову назад, я смотрела на него снизу вверх. – Ты же мой Ангел, малышка. И я тебя очень люблю. – его слова, словно бальзам на израненную душу, сглаживали все царапины и затягивали раны. А в глаза было столько нежности, что можно было утонуть. – Я поговорю с ним. Я хочу… - прошептала я. – Хорошо. – Егор едва коснулся моих губ, проводя руками по спине вниз. – Только не сейчас, ладно? 3 часа ночи, мужик уже десятый сон видит, а тут ты с разговорами. – сказал он, и мы засмеялись. – Малыш, тебе нужно поспать. Пойдем. – скомандовал парень и взяв меня за руку, переплетая наши пальцы, повел в спальню.