Феникс

— «Я плохой, уходи.

— Хорошие люди всегда говорят, что они плохие.»

Авторство: Э. М. Ремарк

***

Эндрю Харрис. Этот парень очень странный. Эндрю он точно не нравится. Нил Джостен вызывал вопросы ещё в момент рассмотрения портфолио, он вызывал вопросы в колонии, на свидание и даже когда его привезли в Южную Калифорнию. Вопросов появилось только больше. Он был странный. Начиная от поведения, заканчивая реакциями на разные вещи. Когда коп привел его в комнату для персонала, где они его ждали, Нил был нервным, напряжённым до жути. Он следил за действиями, по—видимому начальника, не отрывая взгляда. Напряжение чуть спало после того, как сняли наручники. Он даже будто выдохнул. Запястья были красными, железяки явно сильно натёрли, Эндрю показалось, что он видел кровь. Нил не обращал внимание на других людей в комнате. Его волновала только сумка. Интересно, там есть что—то важное? Нужно будет проверить. Так что он сказал? Ножи, серьёзно? Вот чего Эндрю не ожидал, так это то, что у него есть ножи и их ещё вернули. Хотя, как у бегунка не будет ножей. Но чтобы их вернули. Это что—то новенькое. Тренер рядом тоже был сконфужен и озадачен. Дэй просто анализировал его и ждал, пока на его «величественную персону» обратят внимание. Коп ушёл, а Нил ринулся проверять сумку. Ага, значит, что—то важное там точно есть. Ваймак пытался завязать разговор. Но не то, чтобы у него это получилось. — Что ты, блять, делаешь? — Спросил Дэй. Даааа, не смог выдержать то, что его, такого великого игрока, игнорировали. — А ты настолько придурок, что не видишь? — Резко бросил Нил. Он как будто сдерживался, чтобы не убить кого—то. — Проверяю содержимое сумки. Копы любят пиздить вещи, а это не очень приятно, — Всё таки сказал Джостен и как маленькому объяснил Кевину. Потом Нил решил, что все недостаточно в ахуе, поэтому начал прокалывать язык, а следом и уши. Эндрю уверен, что на фотографии в момент задержания не было проколов. Зато была татуировка. Сейчас Харрис мог разглядеть её получше. Это небольшая татуировка представляла собой японские иероглифы. Начиналась за ухом и доходила до середины шеи. Хмм, интересно. Дальше больше. Проверяя дальше сумку, Джостен достал кольцо. Тогда произошла какая—то перезагрузка. Он будто в пространстве надел его на палец, так и застыв. Не двигаясь, просто смотрел на руку. Эндрю понял, что с ним. Он погрузился в воспоминания. Они явно не самые весёлые. Лицо было настолько тоскующим и страдающим, что Эндрю даже поёжился. Он словно смотрит на то, что не должен видеть. Ещё мгновение, и он очнулся, тряхнул головой и охрипшим голосом сказал: — Мы идём? Или что—то ещё нужно? — Дальше Нил изучал и подписывал контракт. Эндрю уже не следил за разговорами. Просто смотрел на Джостена и пытался понять, разгадать его. Он был явной проблемой. Но от этого хотелось разгадать его ещё больше. Дальше поездка на машине. Где Нил смотрел за дорогой, он явно устал, но держал лицо. Пустое, без эмоций. Кажется, что он глубоко о чем—то задумался. | Тренер периодически бросал взгляды на Нила. Был взволнован состоянием теперь своего подопечного. Если признаться, Джостен выглядит не важно. Бледная кожа, глаза были немного красными. А синяки выдавали отсутствие сна. Ваймак привез их на его квартиру. Поднявшись на третий этаж , тренер открыл дверь и пропустил Нила вперёд. Тот на секунду застыл, но все—таки зашёл внутрь, рассматривая и анализируя помещение. Джостен кинул сумку на диван и сам на него сел. Поставив руки на колени, сидел и смотрел в одну точку. — Так сейчас ты можешь пока познакомиться только с Ароном, братом Эндрю и их кузеном Ники. Остальные приедут через три дня, — проинформировал Ваймак. — Три дня ты будешь жить здесь, пока не откроется общежитие. Спать будешь на диване. Не против? Это, конечно, не лучшие условия, но всё же. Пока тренер говорил, Нил не сдвинулся ни на сантиметр. Эндрю задумался, а он вообще слушал или нет. Потому что такое впечатление, что нет. — Мне нужно в магазин, — вообще не в тему. Харрис на минуту даже растерялся, что блять? — Мне нужна краска для волос. Кто—то видел моё досье, кроме вас? — Поинтересовался Нил, всё ещё не двигаясь. — Эмм, нет, только мы, —ответил на вопрос Ваймак. Он тоже был немного дезориентирован. Как и все в комнате. Но Эндрю, кажется, попал в точку ещё при просмотре портфолио. Когда сказал, что он бегунок. — Это хорошо. Я прошу вас сделать вид, что моя настоящая внешность это: тёмно—каштановые волосы и голубые глаза. Не говори ничего своим подопечным, ладно? — Спросил Джостен как—то совсем печально. — Хорошоо... — Протянул тренер устало, — Я пойду на уступки. Но ты мне ответь, нет, даже не так. Ты не будешь попадать в неприятности, понял? — Ваймак пытался звучать грозно, но Эндрю понимал, что старик просто беспокоится. — Спасибо, — всё, что сказал Нил. Искренняя благодарность. Парень посмотрел на тренера и легко кивнул ему. Поднялся, взял сумку и пошёл на выход. Джостен ушёл, а Ваймак тяжело вздохнул. — Боже, мне за это недостаточно платят. Кев, пошли, поможешь с составлением плана тренировок. Эндрю ты…? — Я подожду нашего бегунка, — ответил Харрис и пошёл на кухню. Кофе явно не помешает. Да и обдумать всё надо.

***

Эндрю перебрался на диван, сидел, смотрел второсортное шоу по телеку. Примерно через сорок минут, а точнее сорок семь, вернулся Нил с пакетом. Он посмотрел с приподнятой бровью, явно интересуясь, какого хуя он ещё не ушёл. «Ха, выкуси. Я всё ещё здесь.» И, скопировав его, поднял верх бровь и смотрел в ответ. Их глядели продолжались ещё пару минут, пока Нил не выдал гениальное: — Ладно, хуй с тобой, — какая содержательная беседа получается. Эндрю усмехнулся. Даа будет весело. Делая вид, что вернулся к просмотру шоу, он наблюдал за действиями Нила. Пошёл на кухню, разложил пакет, взял краску, пошёл в ванную. Через пятнадцать минут вышел с составом на голове. Пробубнив что—то вроде: «Пиздец, как тут грязно». Начал убираться. Через двадцать минут опять в туалет и вышел уже с новым составом. Это продолжалось ещё два раза. В итоге он вышел с мокрой головой и тёмно—коричневыми волосами. Тёмный шоколад, наверное. Дааа. Эндрю был разочарован. Рыжим он нравился ему чуть больше, что скрывать. Он мог визуально оценить, что парень был очевидно хорош. Даже с такими волосами. Блять. Это точно будет проблемой. Джостен тем временем пошёл на кухню и начал обыскивать холодильник Ваймака. Эндрю решил, что шоу слишком скучно, и пошёл за Нилом. Сел за стол и просто смотрел на него. Ничего не ожидая, просто обдумывая всё подряд. — Ты долго будешь пялиться? — Спросил Джостен, будничным тоном доставая сандвичи из холодильника. — Я не пялюсь, — ну да, конечно. Не пялится он, придурок, именно этим он и занимается. — Да—да, ты плохой лжец, знаешь. — Зато ты хороший, да? — Кинул в ответ Эндрю. Он начинал раздражаться, но быстро взял себе в руки. Тем временем закипел чайник. Нил налил себе отвратительный чёрный кофе без ничего. Ужасно. — Что ты пьешь? — Повернув голову, спросил Джостен. — Кофе с молоком и тремя ложками сахара, — Эндрю был разочарован его реакцией. Люди всегда удивлялись или не верили в его слова, а этот даже глазом не моргнул, лишь кивнул и начал делать кофе. Нил Джостен особенный во всём, видимо. Сев за стол, Нил принялся есть сандвичи, запивая всё своим ужасным горьким кофе. Эндрю решил, что ему нужны ответы. — Значит, при задержании одна внешность, в тюрьме другая, а сейчас третья. Ты фальшивка, целиком и полностью я прав? — Ему было правда интересно решить эту задачку. Но она похоже со звёздочкой, придется постараться. — Что ты хочешь этим добиться? — Нил не выглядит удивленным, но интерес промелькнул на лице. — Я хочу понять, что в тебе вообще настоящее. Такой ответ тебя устроит? — Ооо, да. Уже неплохо. Другой вопрос, нахуя это тебе? — Джостен забавлялся. Эндрю легко ухмыльнулся. Понятно, такая игра значит. | — А тебя что, не учили вопросом на вопрос отвечать не вежливо. Может слыхал? — Ххм. Да, где—то слышал, но ты прав, этому меня не учили. А тебя? Что про себя скажешь? — Нападал в ответ Нил. — Я тоже, знаешь, задачки люблю. Что насчёт тебя? Тебя не учили, что пялится на людей не этично. Слыхал о таком? — Парировал его же слова. Вот гад. Его ухмылка растягивала шрамы на губах. Один вдоль на левом уголке, второй же поперёк. На губах также маленькие ранки. Он их кусает. Раз даже от ухмылки они лопнули. Шрамы также были на левой стороне лица. Начиная с брови, переходя на глаз и заканчивая на середине щеки. Шрамы явно от ножа. Это тоже было интересно. Но он решил ответить на вопрос. — Знаешь, меня тоже не учили. Не кому было. А тебя было кому учить? — Нил перестал ухмыляться, и вернулось пустое выражение лица. — Было. Но знаешь, как-то до манер не дошли. Не самым главным было в обучении, — закончив фразу, допив кофе и доев третий сандвич, Джостен встал, забрал его чашку, тоже пустую, чтобы помыть. Эндрю же думал над его словами. Что тогда было важнее? Кто его учил? Откуда эти шрамы? Он обязательно позже вернётся к обдумыванию слов Нила. Но позже. Из кабинета как раз вышел Дэй вместе с тренером. — Эмм, Нил, ты убрался? — Спросил Ваймак. — Да, у вас был жуткий бардак и, кажется, миллион не мытых кружек тренер. И столько же пепельниц, — проговорил Джостен, запрыгивая на столешницу позади себя. — Да, ммм. Хорошо. — Эндрю решил спасти тренера от этого разговора. Что—то он сегодня слишком добренький. Рене плохо на него влияет. — Поехали, Дэй. Уже поздно. Я закину тебя к Эбби, а у меня ещё дела. Ваймак зло зыркнул на него: Что ещё за дела? — Тренер, вы мне не доверяете? Я оскорблён, — Эндрю приподнял бровь. Сбоку сидящему Нилу это, видимо, показалось забавно, и он коротко посмеялся. — Мне нужно к Стефани, — всё—таки сказал Эндрю. Да, Рене плохо на него влияет. — Тогда хорошо, — Дэвид вдохнул и пошел к выходу, — Завтра все вместе заедете за Нилом, он познакомиться с остальными, и вы покажите ему корт. Проговорил Ваймак тоном родителя, который даёт задание детям. Боже, он наверняка так и думает. Эндрю на это лишь кивнул и посмотрел в сторону Нила. Тот отсалютовал двумя пальцами от виска и усмехнулся. Эндрю решил, что показать фак это взрослый жест, и решил себе в этом не отказывать. Выходя за дверь, услышал смешок. Нил Джостен уже становится проблемой.

***

Flashback Тринадцати летний Эндрю Доу уже давно перестал верить, что он сможет попасть в хорошую семью. Пару недель назад его забрали от очередной семьи. Она, как и все, не была хорошей. Мальчик до сих пор помнил мерзкие прикосновения рук его приемного отца. Он помнил каждого, кто относился к нему плохо. Мальчик был совсем разбит. Хоть и не показывал, что что—то происходит. Эндрю слишком рано потерял надежду на счастье. Уже смирился со своей судьбой. Но он должен стать сильным. Он не позволит больше кому—то причинить ему боль. Поэтому в детском доме он дрался с детьми, которые смеялись над ним. Его лишали еды, ругали, но он не жалел. Он не перестанет драться. Будет защищаться от таких же разбитых детей, которых тоже сломали. Эндрю Доу почти исполнилось четырнадцать, когда в детский дом пришла женщина лет тридцати и захотела усыновить его. Он говорил, что не пойдет. Что не хочет. Но разве кто—то его послушает? Женщина — Стефани. Тридцать два года, детей нет, мужа нет. Когда Эндрю это узнал, был немного растерян, но не показал этого. Нельзя терять бдительность. Так вот. Стефани — британка. Волосы светлые, но не такие, как у Эндрю. Глаза серо — зелёные, красивые.

Она не нравилась Эндрю.

Стефани спустя неделю забрала его к себе. У мальчика была своя комната только после ремонта, как сказала женщина. Эндрю это повергло в шок. У него никогда не было комнаты, в которой для него делали бы ремонт. В других семьях он спал или с другими детьми, или в комнате один, но она всегда была холодной, пустой. Не для ребенка. Стефани не давила на него. Лишь мило улыбалась. Она купила ему одежду, которую он сам выбрал. Такого тоже никогда не было. Он обычно донашивал за кем—то. Стефани никогда не ругалась и не повышала на него голос. Она всегда разговаривала с ним. Это доброта пугала Эндрю. Что—то должно быть плохо. Он не заслужил хорошего обращения. Да и не видел никогда. Целый месяц он шарахался женщины. После школы, в которую его перевела Стефани, после того, как, конечно же, спросила его, он шёл в свою комнату. А выходил только в туалет и когда сильно хотел есть. Вот прошёл месяц, другой, а нечего плохого не случилось. Эндрю не верил, он всё ждал подвоха. Когда он сидел в зале и смотрел какой—то фильм, Стефани села на диван, но ничего не говорила. Только через минут десять она сказала. — Эндрю, тебе нечего бояться. Тут тебя никто не обидит. Я хочу, чтобы это место стало для тебя домом, а не каким—то ужасным воспоминанием. Постарайся поверить мне, хорошо? Она посмотрела на него так по—доброму, что он боялся заплакать. Чего не делал довольно давно. Она встала и ушла на кухню, но вскоре вернулась с двумя кружками чая и коробкой пирожных… Конец Flashback

***

Эндрю встряхнул головой. Непрошенное воспоминание рассеялось, но на этот раз оно было хорошим. Хоть ему уже девятнадцать, он продолжает общаться со Стефани. Она очень много для него сделала. Он и не называл её мамой, но определённо считал Стефани таковой. Женщина, которая обещала ему дом, защиту, свою любовь. Единственная из всех приемных семей, сдержавшая своё слово. Она была для Эндрю семьёй. Такой же, как Аарон и Ники. Может, даже больше.....

***