Конец Одиума

— Стар? — удивился мужчина, когда увидел на пороге церкви знакомое лицо. — Учитель, мне нужен ваш совет. Мужчина понял по чужому обеспокоенному взгляду, что случилось что-то нехорошее. — Давай пойдем в мою комнату, здесь не место для серьезных разговоров. В свои студенческие годы Стар бывал в комнате священнослужителя, делал там домашнее задание и изучал книги, пылящиеся на полке над столом. Даже спустя годы здесь ничего не поменялось: все такая же разваливающаяся кровать стояла у окна, напротив нее — пошарпанный стол из красного дерева, за которым Август писал какие-то записки. Книжная полка еще больше покрылась пылью, отчего агент сделал вывод, что священнослужитель не набирает учеников. Сам мужчина прочитал эти книги бесчисленное количество раз, что не было необходимости больше к ним прикасаться. Это были как религиозные трактаты, так и научная литература по психологии и эмоциям, которые Август специально купил для парня. Вопреки своей работе, священнослужитель не держал в комнате иконы ни Августины, ни других божеств. Стар никогда не интересовался этой странностью, считая, что в чужие секреты не стоит лезть. Агенту повезло встретить на своем пути такого хорошего человека, как учитель. Это произошло около семи лет назад, когда парень был еще юнцом на третьем году обучения. Пусть Стар и редко контактировал с другими, обучаясь по специальной системе, уже тогда он чувствовал, что однокурсники смотрят на него странно. Калистен сказал, что они еще глупые юнцы, не умеющие уважать старших, но втайне они завидовали способностям парня. Пока третьекурсники учились познавать свои способности, Стар словно знал их до попадания в академию — так ловко и четко парень чувствовал свои внутренние ресурсы и мог контролировать способности. Проблема заключалось в другом, в чем сам агент не видел ничего странного, но именно Калистен заставил его пройти все круги ада в академии. Пока другие с рождения чувствовали эмпатию и могли построить крепкие взаимосвязи, Стару приходилось учиться этому на уроках. Оттачивать мельчайшие невербальные сигналы и техники разговора. Именно в этот тяжелый период он случайно оказался здесь, в церкви святой Августины. Молодой священник заметил все попытки Стара завязать разговор и прямо сказал: «Ты слишком долго думаешь, прежде чем ответить. Расслабься, получай удовольствие от общения, это не минное поле.» — Простите, я… — начал переминаться с ноги на ногу Стар. — Ты же учился в академии, да? В нынешнее время там учат бестолковым вещам, — улыбнулся священник и протянул руку. — Меня зовут Август, меня здесь все знают. Стар посмотрел на чужую ладонь и почувствовал, как в его голове начали крутиться шестеренки. Рукопожатие — приветственный жест, используемый между равными людьми. Ему следовало ответить тем же. — Я Стар, и я там еще учусь, — парень неловко коснулся чужой руки. — О, так ты из поздних, ничего страшного, такое тоже бывает, — на лице Августа сияла неподдельная улыбка. — Ты здесь, чтобы помолиться святой Августине? В академию брали с двенадцати лет и, в лучшем случае, выпускались оттуда уже через пару лет. Еще детьми выпускники становились полноценными агентами, которые рискуют своими жизнями. — Нет, я просто увидел красивое место, — парня, сколько он себя помнил, привлекали красивые постройки, а эта церковь внутри оказалась еще лучше, чем снаружи. Такой ответ вызвал лишь легкий смешок у священника, но лицо его не исказилось не на секунду, что Стар воспринял как простое проявление дружелюбия, не ища в этом моменте других подтекстов. — Если тебе понадобится помощь, не стесняйся обращаться ко мне, я, хотя бы, в силах тебе помочь, — в словах этого мужчины явно что-то было не так, но тон его голоса не позволил парню усомниться в чистых намерениях. Пусть Стар и воспринимал все за чистую монету, никто не в силах причинить ему вред, как физический, так и моральный. С тех пор у них и завязалась крепкая связь ученик-учитель. Август оказался настоящим альтруистом, которого волновала забота о заблудившихся душах. Возможно, мужчина так делал, потому что и сам когда-то был на их месте, и прекрасно понимает, как важен в такой момент сильный человек рядом. Особое внимания он уделял выходцам из Изана, которым пришлось покинуть свой город в те тяжелые времена. Каждый раз Август с содроганием вспоминал ту катастрофу, отчего у Стара появились смутные догадки, что его учитель и сам оказался жертвой этого инцидента. — Вас правда зовут Август? — в один из дней парень читал книгу в комнате у священника и внезапно озвучил. Учитель приподнял свои брови, хотя он часто слышал этот вопрос. Безусловно, священник по имени Август, который служит в церкви святой Августины — звучит как анекдот, а потому дети часто доставали его. — Нет, это имя мне дали в церкви, — мужчина улыбнулся, спокойно отвечая. — И вас не смущает то, что вам пришлось сменить имя? — Стар, казалось, не хотел возвращаться к чтению книги, он закрыл ее и повернулся к своему наставнику. — Никакое имя не сможет сделать меня другим человеком. Я должен нести свой крест, уготованный мне богами, — со стороны Август казался религиозным фанатиком, но он лишь объяснял простые темы таким сложным языком. Стару всегда было интересно, какой крест несет он. Для чего он родился и зачем его наделили способностями? Как парень оказался перед дверью академии и чем занимался до этого? Когда-нибудь он найдет ответы на все эти вопросы. Вот и сейчас двое сидели друг напротив друга на твердых деревянных стульях в этой маленькой богом забытой комнатке. — Рассказывай. — Вчера я заплакал, — Стар посмотрел в пол, не зная, какие слова еще нужно подобрать. Он не понимал, находится он на допросе или на сеансе психотерапии. — Мне тебя поздравить? С рукой-то что? — Август вскинул свои рыжие брови, обратив внимание на перебинтованную руку парня. Стар сжал зубы и слишком громко вдохнул, издавая продолговатый звук «С», намекая, что он не хочет это обсуждать. — Соболезную, — удрученно сказал учитель, разминая свои руки, — ты заплакал, потому что тебе стало невыносимо грустно? — Я не знаю, я даже не заметил, но разрыдался как какой-то школьник. Август серьезно над чем-то задумался и посмотрел в окно, спустя пару минут он произнес: — Ты слишком долго копил эмоции в себе. Стоило только немного тебя задеть, как плотина рухнула, и слезы начали нескончаемый поток. Стар на своей памяти ни разу не плакал, любой человек на его месте уже давно бы сорвался если не на грусть, то на гнев. Парень не являлся роботом, но учителя всегда удивляло, как Калистен натренировал его в академии, уподобив киборгу-убийце. — Что, если я борюсь не за правильные цели? — внезапно спросил агент, поднимая свой взгляд. — Что навело тебя на такие мысли? — Август положил ногу на ногу и приподнял подбородок. Агент задался вопросом: а можно ли доверять учителю? Безусловно, за столько лет мужчина доказал, что не имеет к нему скрытых мотивов. — Кое-кто намекнул, а я теперь не могу выбросить это из головы. — Калистен всецело придерживается великой цели, о чем свидетельствуют его радикальные поступки, но оправдывает ли цель средства — совсем другой вопрос, — учитель, казалось, понимал все людские мотивы и мог заглянуть вглубь души отдельного человека. — Как ты считаешь? — Цель должна оправдывать средства, но то, что произошло вчера, — агент сделал небольшую паузу, чтобы подобрать слова, — за гранью моего понимания. — Зачем вы убили мальчика? Он тоже был жертвой. Калистен натянуто улыбнулся: — Этот мальчик стал бы твоим слабым местом, а я не могу позволить манипулятору иметь над тобой власть. Август задумчиво посмотрел на потолок, словно пытаясь выразить свои мысли без лишних слов. Ему нужно достучаться до своего ученика, открыть давно запертую дверь самосознания и впустить жизнь в его душу. — Ты привык жить по шаблону, и я не виню тебя, агентов с детства учат такому распорядку, но рано или поздно ты начинаешь понимать, что шаблоны работают не во всех ситуациях, — мужчина встал со своего места и начал бродить по комнате, не находя себе места. — Тут уже поднимается вопрос справедливости и человечности. В каждой ситуации есть несколько выходов, и Калистен выбрал самый простой. Стар сжал кулаки и понуро опустил голову. Никогда ранее ему не приходилось думать о правильности своих поступков, а ведь он уничтожил бесчисленное количество «злодеев», а теперь сомневался, были ли они настоящей угрозой или так считал только Калистен. — Дам тебе время подумать над этим, — учитель подошел и похлопал парня по плечу, чтобы хоть как-то его взбодрить. — Советую тебе найти человека, который поможет разобраться в этой ситуации со стороны. — Разве вы не этот человек? — Стар поднял свой взгляд на мужчину, сведя брови к переносице. — Ты только в начале своего пути, — Август, казалось, проигнорировал вопрос парня, — естественно, будет казаться, что ничего не получается, но ты уже сделал важный шаг — начал осознавать, — легкая улыбка промелькнула на его лице. Агент молча кивнул и встал, разминая спину. За последние два дня он не мог нормально выспаться и чувствовал, как все тело потяжелело. Не успел парень попрощаться с учителем, как в его кармане раздался телефонный звонок. — Стар, ты где? — раздался в трубке взволнованный голос Виджея. — Я отошел по делам, — спокойно ответил парень в своей привычной манере, — что-то случилось? — Капитан добился переоценки твоего психологического теста. Тебя срочно вызывают в главный штаб. Стар нахмурил брови, его лицо больше не выражало безмятежность. «Козел» — Калистен это одобрил? — Не знаю никаких подробностей, — агент мог поклясться, что человек на другом конце развел руками. — Возвращайся скорее. — Понял, — Стар сбросил вызов и умчался в отдел, оставляя учителя в недоумевании, которое он легко скрывал под маской улыбки. Август не слышал всего разговора, но был уверен, что агенту предстоит тяжелый день.

***

— Капитан Далтон, это необходимая процедура, — мужчина скрестил руки и оперся на спинку своего кожаного кресла, с укором смотря на стоящего Натаниэля. — Я отказываюсь, это все еще один способ нас контролировать, — капитан сжал кулаки, тик часов невероятно раздражал, а еще больше его раздражал голос собеседника. Калистен Клаф, генерал, который содержал в себе все стереотипы о агентах МСС: презрительный взгляд, аристократические манеры, безумные мысли и желание продать родину за место у кормушки. Несмотря на свой относительно молодой возраст, мужчина уже занял такую серьезную должность, чем вызвал негодование у множества агентов. Те, кто были с ним знакомы, хорошо знали, что Калистен получил эту должность из-за своего стойкого характера. Мужчина был готов на все ради мира во всем мире, даже пожертвовать жизнями агентов. Натаниэль же оправданно считал его жестоким и беспринципным человеком. — В таком случае вы станете подозреваемым в соучастии с манипулятором. А, может, — он вытянул небольшую паузу, сузив глаза, — вы и есть манипулятор? Тогда это многое объясняет. Калистен демонстративно открыл папку и начал что-то вычитывать, капитан посчитал это поведение слишком детским, но не смел перечить. Мужчина был способен пойти на любые уловки лишь бы добиться того, чего хочет. В первую встречу со Старом, Натаниэлю казалось, что у того очень хитрые глаза, но эта хитрость не идет ни в какое сравнение с генералом. Этот прищур вызывал у парня отвращение, желание сбежать как можно скорее и никогда не пересекаться с ним вновь. Натаниэлю оставалось только с грохотом закрыть дверь и пойти на чипирование. «Ты у меня еще попляшешь» От накипевшей злости он врезался в человека, идущего ему навстречу. Столкновение было легким, но немного отрезвило парня. — Простите, — на автомате произнеся эту фразу, Натаниэль наткнулся на хмурый взгляд знакомых ему зеленых глаз. — Ничего, — Стар отряхнул складки на рукаве, равнодушно смотря на парня. — Ты… — капитан не привык видеть такое выражение лица на коллеге, ему стало неуютно. Перебинтованная рука придавала Стару жалостливый вид, будто это не он разбил зеркало в туалете. Обиделся на него за психологический тест? Натаниэль сделал это из добрых побуждений, а вовсе не для того, чтобы насолить парню. Его задача, как капитана, заботиться о состоянии подопечных. «Ну вот, он снова делает так, чтобы я чувствовал себя виноватым». — Спасибо за вчерашнее, — мельком сказал Стар, двигаясь дальше, чем заставил капитана смотреть ему вслед. — Удачи, — скорее из вежливости ответил Натаниэль, но его уже никто не услышал. Тук-тук. Калистен отложил бумаги и принял свою обычную серьезную позу, прежде чем ответить: — Войдите! Из приоткрытой двери виднелся статный парень, который ровной походкой зашел в кабинет. Он присел на гостевое кресло, ни на минуту не расслабляясь. — Стар, был бы рад тебя видеть, если бы не причина твоего прихода, — улыбнулся мужчина, сложив руки на столе. Его глаза говорили вовсе не о дружелюбии. — Что ты натворил? Все разговоры с Калистеном имели один шаблон: Стар докладывает все, что ему удалось узнать, а мужчина поощряет его добрыми словами. Это длится уже много лет, со времен академии, когда парню приходилось сдавать негативно-настроенных учеников в обмен на дальнейшее обучение. Учеба в академии была бесплатной, чтобы неблагополучные семьи тоже могли позволить себе отправлять детей, но к парню с самого начало у всех было странное отношение. Он не очень много знал, про общую систему образования, но чувствовал, что его однокурсники гораздо свободнее себя вели. Они не вынуждены были тренироваться до изнеможения, отчитываться о своих перемещениях, писать постоянные отчеты. Стар бы так и не узнал о тяжести своего обучения, если бы в один из дней его одногруппник, Акира Окада, не пригласил парня отпраздновать удачное завершение учебного года. — Хей, старикан, пойдешь с нами в местную забегаловку сегодня в шесть? — чужая рука мягко накрыла плечи агента, притягивая ближе к крепкому мужскому телу. — Нет, у меня дополнительная практика, — Стар попытался вывернуться из чужого захвата, но его только сильнее сжали. — Да ладно, ты все лето учиться будешь, даже домой не поедешь? Сколько можно, год уже закончен, можно и расслабиться. Агент не понимал, почему его одногруппника так тянет развлекаться и бездельничать, ведь он сам проводит свободное время за зубрежкой. Парню не хотелось признаваться, что на каникулах не ездит домой, он даже не помнит, где тот находится. Возможно, Стар сирота, это во многом объяснило бы отсутствие родителей в его жизни, иначе почему они не навещают его? Агент и не ждал их, ни разу за все это время у него не возникало чувства одиночества. У него есть Калистен и другие учителя, которые помогут с любыми жизненными вопросами, словно знают его вдоль и поперек. Стара не волновало будущее, если ему суждено погибнуть на миссии — парень примет такой исход, пусть это и прозвучит странно. Без стремлений, без желаний, без надежды, агент тренировался быть лучшим с своей сфере, стал рабом общественности. — Ничего, что нарушило бы мой кодекс, — спокойно ответил парень, не дрогнув даже мускулом. — Допустим. Я когда-нибудь тебя бил? Стар помотал головой. Еще одним важным отличием парня от остальных было в отсутствии телесных наказаний. Калистен только смотрел на него как на ничтожество при любой ошибке, но никогда не акцентировал внимание на ее исправлении. Стар позже сам чудесным образом понимал, что ему следует делать, а что нет. — Мне не нравится то, что ты скрыл факт общения с манипулятором, разбил зеркало, — задумчиво потянул мужчина, подпирая голову рукой. — А еще эта церковь, в которую ты постоянно ходишь… Чип был нужен для безопасности, но, как и говорил Натаниэль, больше использовался как система контроля за агентами. Стоило парню двинуться хоть на сантиметр не в ту сторону, как к нему уже возникали вопросы. — Священнослужитель Август просил ему помочь, — Стар медленно наблюдал, как ухмылка слезла с лица генерала, оставляя за собой нотку раздражения. Парень догадывался, что его начальник и учитель были знакомы, но ему оставалось лишь гадать, какие отношения между ними, раз Калистен дальше этого вопроса не заходит. — Вчера ты повел себя непрофессионально, — спокойно сказал мужчина, но от этого сказанное звучало еще более зловеще. — Если у нас появятся трудности с заданием, я лично достану твой мозг и заменю его на компьютер. Может хоть так ты перестанешь думать о всяких глупостях. «Почему бы тебе самому не попробовать соблазнить этого сухаря?» — промелькнула в голове Стара мысль о несправедливости его собственной судьбы. — Так точно! — Пойдем, — мужчина схватил папку со стола и встал, — мы с капитаном будем наблюдать за твоим тестом. Он намекнул, что тест должен быть пройден на А+.

***

Совет от Калистена номер 4. Покажи ему свою новую сторону. — Расскажите о ваших родителях, — женщина средних лет в белом халате задавала тон беседы. Прямо напротив нее сидел Стар с умиротворенным лицом. К его голове был прикреплен специальный прибор, являющийся улучшенной версией детектора лжи. — Я вырос в детском приюте, к сожалению, совсем не помню родителей. Снаружи через стекло за ними наблюдали двое. Обычно достаточно одного человека из штаба, но сегодня Натаниэля допустили сюда для того, чтобы он собственными глазами видел процесс. — Вижу, вы беспокоитесь о моем лучшем ученике. Калистен даже не удосужился повернуться к парню, чтобы выразить хоть каплю уважения. Этого не сделал и Натаниэль. — У меня очень много вопросов к тому, кто его обучал, — капитан скрестил руки. — Вас беспокоит эта тема? — продолжила свой тест женщина. — Нисколько, — улыбнулся Стар, — так меня ничто не отвлекает от работы. Психолог сделала несколько пометок в бланке. — У вас есть мечта? Стар поджал губы, размышляя, какой ответ подойдет лучше. Мечтает скорее завершить миссию? Мечтает, чтобы его сослали как можно дальше от этого места? — Мечтаю стать сильнее, чтобы ловить преступников было легче. — Вы хотите сказать, что вам тяжело дается работа? — Тут же спросила психолог, не давая ему время на передышку. — Не бывает легкой работы, — агент меланхолично провел взглядом по бланкам теста. — Вы впервые присоединились к отряду? Что вы скажете о своих сокомандниках? Стар снова посмотрел женщине в глаза, он особо не задумывался над ответом: — Они все хорошие ребята. Стараются, чтобы я не чувствовал себя неуютно, — агент не соврал, просто не уточнил, что все они были специфичны. — Капитан беспокоится обо мне больше всех. Снаружи Натаниэль поднял бровь, понимая, что парень не просто так его упомянул. — Почему вы отправили его к нам? — Капитан обратился к Калистену.        — Прошу простить мою прямолинейность, — генерал закинул ногу на ногу, — но у вас освободилось место, мы же не можем оставить отряд без аналитика. — В академии много достойных выпускников. Уверен, вы не хотели, чтобы ваш лучший ученик прозябал в четвертом отряде. В глазах Калистена промчалась хитрая искра, он посмотрел на капитана боковым зрением. — У вас есть кто-то на примете? — Потянул мужчина, разминая шею. — осмелюсь предположить, что это мальчик по имени Кили. Натаниэль сжал кулаки, услышав имя своего брата из уст этого придурка. Парень надеялся, что эта простая махинация по замене сотрудника пройдет мимо Калистена, но, вопреки всему, мужчина уделил этому приоритетное внимание. «Может и хорошо, что он под опекой дяди. Ты бы никогда не позволил отдать Кили под мое руководство» Проблема заключалась не только в вредности генерала. Кили являлся хилером, которых в стране можно было сосчитать по пальцам, и, естественно, что его послали бы в горячие точки. — Вам не стоит переживать, капитан, — Калистен сделал небольшую паузу. — Ваш брат находится вне зоны моей ответственности. Натаниэль ничего не ответил на это, потому генерал почувствовал необходимость добавить: — Вам лучше заботиться о том, как не упустить нового сотрудника. — Представим ситуацию, — психолог отложила бланки и посмотрела прямо на парня, — Вы заходите в комнату и видите двух человек без сознания: обычный гражданин и агент. Таймер на бомбе оповещает, что у вас осталась минута, кого вы спасете? Стар задумчиво поднял глаза на потолок: — Какой конкретно агент? — Ну допустим…ваш капитан. «Я уверен, одного моего прикосновения хватило бы, чтобы он восстал из мертвых и надрал мне задницу» — про себя улыбнулся Стар, вслух же он ответил: — У меня есть все необходимые навыки, чтобы вернуть его в сознание. Женщина вздохнула: — Его разум под контролем преступника, его уже не спасти. — Тогда к чему этот вопрос, если вы и так знаете, что капитана не спасти? — Агент наклонил голову вбок, вопросительно смотря на психолога. Женщина нахмурилась и посмотрела в большое зеркало на стене — где-то там должен сидеть генерал. Калистен многозначительно постучал пальцем по своему колену. Он был слишком добр к этому парню. — Вижу, он и правда ваш ученик, — Натаниэль прочистил горло, прежде, чем сказать это. — Настолько лучший, что провел в академии столько лет. — Ты прав, — Калистен повернулся к капитану с натянутой улыбкой, — мне следует записать его на еще один курс по поведению. — У вас есть любимое занятие? — женщина сделала еще одну пометку в бланке. — Конечно, каждый выходной я прихожу в церковь, чтобы помочь служителям. — Благое дело. Вы верите в существование бога? Стар неосознанно провел языком по губам. — Я не могу верить в его существование ровно так же, как и в его отсутствие. Парню никогда не доводилось видеть чуда, но он верил, что кто-то смотрит на них с небес. Ему не известны ни мысли, ни мотивы этого наблюдателя. Возможно, он выжидает подходящий момент, а, может, давно устал от человечества. Август, несмотря на свою профессию, всегда говорил, что лучше надеяться на себя, чем на кого-то свыше. — Тогда зачем вы помогаете священнослужителям? Стар сцепил бы руки в замок, только ему мешала травма. — Я даю людям надежду, с ней они могут пережить многое.

***

В коридоре его встретила гробовая тишина, прерывающаяся гулом электрических ламп. Кое-где они мигали, затемняя и без того тусклое помещение, что вызывало у агента неприятное чувство где-то на корках подсознания. «Результаты теста мы передадим вашему капитану» — Стар? — в тихом безлюдном коридоре парня неожиданно окликнул женский голос, отчего он даже дернулся. Это была Иера, темноволосая девушка, предпочитавшая лишний раз не говорить. — Ты как? — Хорошо, — Стар приподнял брови, кажется, это был их первый с девушкой разговор. — Ты уверен? — Иера в ответ подняла свои брови, указывая взглядом на перебинтованную руку. Несмотря на странную болтливость, она вела себя так же, как обычно. — Да, я в порядке, — парень поджал уголки губ, показывая ей большой палец здоровой рукой. — Ты не должен скрывать свои настоящие чувства, — серьезно произнесла девушка, — Я уважаю тех, кто может смело расплакаться в объятиях капитана, прямо как ты вчера. «Да откуда вы все узнали об этом?» Агент почувствовал, как у него заболела голова. Не то, что бы он вчера специально разрыдался, пытаясь ее впечатлить. Парень бы даже стер это воспоминание, чтобы все было как и раньше, когда он был обычным агентом, не имеющим ничего за плечами. — Они все такие, просто пытаются казаться сильными. Наш капитан с одной стороны кажется непобедимым, но с другой стороны — он неотесанный дурак, у которого трясутся руки от разговора с девушкой. Стар не знал, что на это сказать. Должен ли он защищать своего капитана? — Виджей, чей рот не затыкается ни на секунду, — Иера закатила глаза, — на самом деле маскирует свои травмы прошлого под маской идиотизма. — Вот оно как, — агент начал с волнением озираться по сторонам. — Айсела просто хочет, чтобы ее любили, ее нельзя винить в этом желании. Да, это было настоящее знакомство с членами отряда. — Ран тот еще деревенщина, не способный сложить два плюс два, но он готов отдать жизнь за товарищей, — не унималась она, совсем не стесняясь, что этот самый Ран сейчас может быть где-то рядом. — А Дейки — инфантильная девочка, которой еще нужно дорасти до своей работы. Стар приподнял брови с ухмылкой: — За что ты их так ненавидишь? — Я? — Удивилась Иера. — Да я в них души не чаю. «Честно, я бы отправил всех вас на повторный психологический тест» — Стар загадочно поднял уголки губ. — Ну а я до чертиков боюсь обжечься. — Способности Рана? — Я вижу, что ты тоже скрываешься под маской идеального солдата. Пытаешься делать вид, что для тебя нет ничего важнее работы, но я знаю, что за этим скрывается нечто большее. Желание угодить человеку, которого ты считаешь авторитетом, — девушка была абсолютно уверена в своих высказываниях, будто немало лет проработала психологом. — А теперь спроси себя, не устал ли ты от всего этого. «Устал ли я…» — на лице Стара не было и намека на игривость, с которой он перевел бы все это в шутку. Все мысли будто испарились у парня из головы, оставляя только белый шум на фоне, отчего он не заметил прилетевший в лоб щелбан. — Ты перегоришь, — Иера не улыбалась, но в голосе были слышны озорные нотки, что контрастировало с ее образом серьезной девушки. — Обращайся, если тебе понадобится помощь. Стар все так же тупо смотрел ей вслед, пытаясь переосмыслить эту информацию. Именно так он выглядит со стороны?