Драконье лето

В золотой час заката, когда нежно-жёлтый свет шёл почти ровно сбоку, ритмичные и редкие удары барабанов собрали народ на площадь у пирса. Зеваки и гуляки всё прибывали и прибывали, но сигналы прекратились, как только собрались все организаторы фестиваля, а на пирамиду из ящиков взлетел старый серошёрстый дракон в тёмно-синей мантии: — Силачи, умницы, мастера, ловкачи и крепкие животом друзья! — он улыбнулся, опускаясь на четыре лапы. — Вы проявили себя, а самые разносторонние из вас получат право участвовать в мистерии, пройдя финальное испытание Лунного Грота, как в древние времена. Судьи, кто избран этой ночью Вселенной? То, что для участия в финале нужно было выиграть больше одного конкурса, стало для Лиссы некоторым сюрпризом. Хоррианка была уверена, что финалистов будет больше, и уже гадала, как же организаторы планируют не допустить толкотни на старте. А оказалось всё просто — в финал выходили лишь те, кто отличился более чем в одном соревновании. Чёрный кракалевн из храма отыскал в толпе и вывел к подножию коробок Лиссу. Кроме неё, отличившимися сочли Шарума, Вларину, Аримана и тех двух, кого Лисса видела у лабиринта, мелкую и крупного. Зрители стали переходить и перелетать на пляж, а серый старик повёл финалистов к самому мелкому островку из тех, что лежали у берега: — В самую глубокую пещеру Грота я поместил реплику Дара Урожая, — садясь у узкой пещеры на островке, он показал амулет из золота с изумрудами. — Кто добудет его, тот в этом году и станет олицетворением Добытчика, тому награда и почёт! В небольшой изогнутой полумесяцем каверне было только тёмное озерцо — оно и вело в те самые туннели. Ожидая сигнала на старт, те, кому предстояло погрузиться, нерешительно переглядывались, а далёкие подбадривания толпы с берега, неразличимые, слившиеся друг с другом слова, воспринимались скорее жаждой толпы до гладиаторских игр, чем пожеланиями удачи. Но если даже этот старик смог спрятать там амулет и вернуться невредимым, здоровые и молодые тем более могут? А солнце тем временем село за зубы гор, одновременно поднялась луна из вод, утекавших на восток. Морально готовясь нырнуть в глубину, да ещё и в темноте, Лисса начала «прокачивать» лёгкие несколько более глубоким дыханием, чем обычно. Не гипервентиляция, насыщение крови кислородом проходило более плавно, но всё равно голова слегка закружилась. Главное теперь вернуть ритм дыхания в норму перед самым погружением. «Старик определенно знает все маршруты, а нам придется шариться наугад. Особенно мне и тем, кто впервые добрался до финала. Наверняка ведь в прошлом году было что-то аналогичное, тоже в глубине спрятали, или в самом темном месте. И те, кто раньше участвовал, да и просто местный — все эти пещеры хоть немного, хоть в общих чертах, но помнит. А ещё у старика может быть свой тайный путь. К слову, в каких-то пещерах могут быть «воздушные карманы», где можно вынырнуть, немного продышаться и поплыть дальше. В общем, пора приступать!» Хоррианка подошла ближе к тем драконам, подготовилась сразу по сигналу сделать рывок и нырнуть. После того, как старейшина дал отмашку начинать, другие драконы не сразу решились стартовать. Да, подумала Лисса, соваться в такие каверны — нужна отдельная храбрость! Тем более в Нашаре! Но хоррианка хотя бы имела опыт в исследовании таких закутков на родине, да и если этот старец осилил дорогу, значит, это не смертельно. Так что из всей шестёрки именно Лисса первой зажгла магический огонёк, вдохнула и нырнула. В озерце росло даже больше водорослей, чем в реке — или, может, оно было не настолько глубокое, чтобы листья подводных лиан не могли достать почти до поверхности. Драконица сложила крылья, чтобы не намотать на них тянущего груза и это дало ей преимущество перед широкими — или просто распахнувшими крылья — соперниками. Но вездесущие стебли всё равно наматывались то и дело на тонкие девчоночьи лапы и путались в растрепавшейся гриве. Когда водоросли гладили Лиссу по бокам, бёдрами и тем более в основании хвоста, она не вовремя вспоминала, как сама гладила себя так, заплывая в шагернские выступы под скалистыми пляжами, где старые пердуны из службы безопасности точно не ставили камеры… Там она яростно тёрла себя, чтобы успеть довестись за отведённое лёгким время, но сейчас накатившее возбуждение только отвлекало от настоящей задачи. Тем более уж не рядом с местными самцами! Серебристый лунный свет полупрозрачным колеблющимся покрывалом пробивался в затопленное подземелье через щели в потолке — слишком мелкие, чтобы пролезть, но, пожалуй, достаточные, чтобы вдохнуть через них — если над ними поверхность, а не речное дно. Лисса столкнулась с развилкой после первого же поворота и недовольно булькнула. Впрочем, два пути различались — в одном освещение было чуть ярче, чем давала бы Лууна, в другом, наоборот, темнее, чем в основном коридоре. Долго раздумывать времени не было. Более темный тоннель мог вести в тупик, а мог и в глубину. В светлом же подсветку мог давать как сам артефакт, а, точнее, его реплика, так и хитро проникшие лучи света от Лууны, собравшиеся с большой поверхности в небольшое пятно. Тренированные регулярными заплывами лёгкие давали определенное преимущество, но не слишком большое. А ещё в любой момент могли появиться соперники. Лисса, решив не ждать их появления, повернула в более тёмный коридор. Для себя она решила, что вернуться обратно всегда можно, а дальше — продышаться, и, если копию артефакта ещё никто не найдет, пойти на второй заход, уже точно зная, куда соваться бессмысленно. В конце концов, это ещё одно соревнование, а не боевая операция, необходимая для безопасности Клана. Да и возбуждение, успевшее за несколько мигов неподвижности слегка улечься, снова начало подниматься вместе с нарастающим понемногу жаром в легких. Лисса выбралась в продолговатую пещеру, под потолком которой блестела в свете пранического огонька бликующая поверхность воздушного кармана. Девушка выпрямилась и выпрямила хвост вниз, сразу наметив до неё добраться, но не успела она порадоваться возможности перевести дыхание, как пресноводный осьминог, прятавшийся в яме на дне, вытянул щупальца. Одно переплелось с хвостом, обвиваясь почти до основания, и ещё два попытались захватить задние лапы. От неожиданности, мерзости и щекотки Лисса рявкнула в воду, щедро выбулькивая половину запасов лёгких. Рванув когтями задних и сильно дёрнула хвостом, Лисса вырвалась из засады и скрылась от наглого беспозвоночного в первое попавшееся ответвление. Осьминог мог бы за ней пролезть, но то ли сам испугался, то ли поранился — сложно сказать, вытекшая тёмная жижа была кровью или чернилами. «Рыбы с акул размером, осьминоги… Что же тогда у них в море водится?» Лисса осмотрела проход, в который забралась, испугавшись на миг, что он тупиковый. Нет, по счастью, в нём просто очень крутой поворот… Лисса углубилась в туннель, не желая возвращаться к навоподобной твари. Проход был меньше размаха шириной и высотой, единственное освещение исходило от огонька, который пульсировал вместе с сердцебиением Лиссы и спазмами её живота. Драконица начала понимать, что надо было выбирать освещённый туннель, логично же, что старейшина как-то обозначил нужный маршрут. А так — как бы упёртость не довела девушку до гроба, если она уже не в своём каменном, наполненном влагой гробу… Вокруг Лиссы постоянно происходили неприятности, но, как ни странно, многие играли ей на лапу. После поворота туннеля почти на сто восемьдесят градусов крылатая выбралась в тёплую воду освещённой комнаты. Золотистый свет, скорее дневной, чем лунный, исходил из разломов и в потолке, особенно у непрочно выглядевших, изъеденных трещинами естественных колонн. А ещё белым сияла громадная рыба-глот, в боку которой застряло серебристое копьё, а к телу между жабрами и плавниками толстой бечёвкой был примотан тот самый амулет с изумрудом, который по испытанию нужно было вернуть! Выходит, Лисса срезала путь через осьминога, к которому старик лезть не стал, и прибыла сюда раньше всех… Только, судя по духоте в лёгких, прошло полторы или две минуты, а ведь ещё обратно надо возвращаться! Глот заметил Лиссу и враждебно распахнул пасть в её сторону. Драконица зависла в воде на пару секунд. Рыба просто обозначала, что готова атаковать, но первой в атаку не лезла. Надеясь, что какой-то разум в голове рыбы всё-таки есть, Лисса попыталась вступить с ним в контакт — повернула ладонь правой руки в сторону рыбы и послала нечто вроде мысленного сообщения — «я друг». Раньше она так не делала, но отец мысленно общаться умел, а значит — и у неё могло получиться. Убивать рыбу Лисса не хотела. Частично причиной было то, что эта рыба могла отвлечь остальных участников от погони за ней, частично то, что от нехватки кислорода мысли в голове уже начинали немного путаться, и самый простой вариант — продавить копье телекинезом вглубь тела рыбы — казался слишком уж жестоким. Пока ещё держалось понимание, что пару раз дохнуть можно в «воздушном кармане» в зале с осьминогом, ведь он, раненый или напуганный, по сути своей должен был сейчас забиться в какую-нибудь щель и никому на глаза не попадаться. Глот медленно захлопнул пасть и завис, только вяло махая плавниками. Лисса слегка улыбнулась, выпустив мелкий пузырёк из края пасти, и подобралась к массивной рыбе, отрывая амулет с размокшей бечевы. Глот от прикосновения когтей к чешуе дёрнул хвостом и вдарил по одной из колонн — та обвалилась, громыхнув раскатывающимися камнями под драконицей, а трещина расширилась до полноценного прохода наверх, куда-то в сухую часть пещер. Захватив амулет, Лисса поднялась над уровнем воды отдышаться. Только здесь, выбравшись на каменный пандус, она задумалась: очень странное освещение. И от глота, и здесь… Встав и стряхнув воду с гривы, Лисса решилась подняться выше, к источнику жёлто-дневной иллюминации. Возможно, опрометчиво, она и сама это осознавала… Не даром старший брат иногда дразнил Лиссу «А что будет, если нажать на этот рычА-а…» Пещера наверху была открыта ночному небу, в ней даже росли деревья, вытягиваясь к пролому, звёздам и двум лунам — Лууна наливалась полным кругом и затеняла большую часть Лиики, ставшую рыжей с зеленоватой каймой. Бледно-жёлтый свет исходил из полупрозрачного кристалла резного постамента, на котором лежала золотая бляха с цепочкой. Конкурсный амулет выглядел недорогим сувениром, который изображал настоящее сокровище, что находилось на алтаре. Из воды в пролом выбрался взлохмаченный Ариман, выскочил наверх за Лиссой и потянулся было отобрать её приз, снятый с глота, но остановился, увидев всё то же, что и она. Постепенно в зале собралась вся компания финалистов, но никто не решался что-либо сделать, соприкоснувшись с чем-то древним и более глубоким, чем удалые испытания петропного фестиваля. Продышавшаяся и унявшая поднявшееся было от недостатка кислорода возбуждение Лисса первым делом растворила трофей в ауре, и только потом ещё раз осмотрелась. В пещере, помимо резного постамента и бляхи на нем других рукотворных предметов, на первый взгляд, не просматривалось. Деревья, кусты, трава — все это было естественным, природным. При этом света было вполне достаточно, чтобы читать бумажную книгу! Именно благодаря ему были хорошо видны окружающие полянку заросли. — Я не буду спрашивать, что это, — сиплым после глубокого дыхания голосом произнесла Лисса, — Мне другое больше интересно — как это место ещё не нашли какие-нибудь ночные летуны? — Если это тоже не часть зрелища, а сверху не прячется народ… — Шарум задрал криворогую голову. — Но аурозрением никого не видно. — И что они тут рассчитывают увидеть? Оргию, что ли? — нервно хохотнула Лисса, адреналин у которой после экстремального заплыва все еще играл в крови, — Нас тут как раз по трое каждого пола. Но если серьезно говорить… я точно видела, что свод над пещерой естественный, уж поверь — я в этом разбираюсь. И трещины были тоже естественные. Вообще мы не могли далеко уплыть! Две-три сотни шагов, никак не больше, это же совсем рядом с городом! И здесь лежит такой артефакт… кстати, кто-нибудь понимает, что это вообще такое? — Сейчас и проверим, — Вларина потянулась к алтарю. Мешать ей Лисса не собиралась. Во-первых, у нее уже был растворенный в ауре амулет, что нужно было отдать старому дракону. А во-вторых, был немалый шанс при каком-то непонятном событии успеть нырнуть обратно в воду, и выбраться по тоннелям. Или своим путем вернуться, немного переждав для верности в «воздушном кармане» в пещере с осьминогом, или тем путем, что прибыли остальные участники — серая драконица отлично запомнила, откуда они выплыли. Вларина сцапала реликвию, и свет погас. Белая потеряла сознание и распласталась у алтаря, выронив амулет. Все остальные, кроме Лиссы, упали следом, не успев испугаться. Хоррианка видела, что их ауры оставались живыми, а глаза еле видно ворочались под веками — и ещё во всём пространстве был разлит магический фон, что-то невнятно шепчущий. За несколько мигов большой диск Лууны стал из серебристого кроваво-блестящим, и теперь в небе раскрасневшимися глазами пырилось сразу две алых луны. Лисса хоть и запоздало, но старательно попыталась воспроизвести щит от всяческих магических воздействий, которому учил несколько лет назад главный клановый маг Харру. Но быстро поняла, что толку от щита уже особо нет, ведь та сила, что свалила остальных финалистов, на нее не подействовала. Однако же, щит хоррианка убирать не спешила. — Вот это действительно неожиданно, — вздохнула она, осторожно подходя ближе к лежащим на траве телам. — И на меня почему-то не подействовало, а значит, я в какой-то мере за них отвечаю, как последняя оставшаяся в сознании. Всё-таки, почему не подействовало? Может, копия амулета Дара урожая какую-то защиту дает? В здешних краях вполне нормальное явление даже из копии сделать хоть простенький, слабый, но артефакт. Или происхождение мое тому причиной? Непонятно. И что делать — тоже не очень понятно. Под водой я их не перетаскаю, они просто захлебнутся. По воздуху — тоже вариант плохой. Нужно разбираться здесь. Сначала попробую эту колонну осмотреть, а если ничего, ситуацию проясняющего, не найду — придется все-таки брать в лапы здешний артефакт… — и хоррианка, волевым усилием запалив светящийся шарик, начала осматривать колонну, на которой до действий Вларины лежал артефакт. Резьба вблизи складывалась в переплетённые руны — частый мотив украшения в Нашаре, но язык, хотя напоминал старый слоговый праговор, так же близок был к тому древнему наречию, на котором написаны таблички на древнейшей хоррианской технике: ЗЬДЕ РАЯЛЪ ТЬРИСЬВЕНЪТЪ МОЛИЛЪ АСЕ МЕМЕЗЕ ДА ОБЬРЕЛЪ ОБЕРЕГЪ ТЬРЕХЪ ВЪ ЛЕТО •Ã• НОЧИ Лууна постепенно вернула прежнюю серебристость. Начали подниматься молодые драконы, что пришли в себя наконец. — Вы его тоже слышали? — спросила мелкая белая. — И видел, но то же ли, что и ты? — Шарум первым поднялся. — Какой магией это на нас накатило? — У того чешуйчатого воина рога были на твои похожи, — крупный кивнул на Шарума. — Он был прилеплен к полу затопленной пещеры чем-то красным и сначала просил луну, а потом меня о помощи. И попросил забрать его оберег. — Это произошло из-за артефакта?.. — Вларина подняла выпавший на пол алтарный амулет. Ариман хмуро оглядел всех, а Лиссу и Вларину — особенно пристально: — Здесь произошло что-то необычное. Это точно не сценарий праздника. Мне за нас беспокойно, но не уверен, что кто-то нам объяснит всю правду… — Добровольно — вряд ли кто будет это делать, — согласилась Лисса. — А вот принудительно… есть предложение — сейчас поплыли обратно, а после завершения состязания ненавязчиво возьмем за бороду того старика, что запрятал кулон в этих подводных лабиринтах, и расспросим его. Вежливо, но настойчиво. — А зачем нам плыть, если мы можем долететь? — слегка воинственно спросила Вларина. — Затем, чтобы никого не наводить на эту пещерку, — спокойно пояснила Лисса, неторопливо, но целеустремленно подходящая к спускающемуся в воду пандусу. — Потому что есть еще один источник информации — здешняя библиотека. Если мы прилетим — то покажем, что есть выходы на поверхность, и кто-нибудь, знающий про эти выходы, наверняка не захочет, чтобы знания попали в чужие лапы. Лисса была готова нырнуть в любой момент, благо успела продышаться после предыдущего заплыва. То, что Шарум явно хотел отнять копию амулета силой, было видно сразу, а сейчас «квестовый предмет» был растворен в ауре хоррианки. И она вовсе не хотела проверять на собственной шкуре, может ли его оттуда достать кто-то чужой. Ну и что, если о таком никто еще не слышал? Все когда-нибудь бывает впервые. Обратный путь прошёл спокойнее — народ уже справился со своими испытаниями на прямой дороге, а с водорослями Лисса обращалась ещё аккуратнее на этот раз, зная, что может не спешить. Старейшина продолжал ждать у входа в пещерный комплекс — а вокруг острова собралось взволнованные плотоводы, желая первыми встретить победителей радостным рыком и хлопаньем крыльев. Только вот что делать дальше, Лисса не особо представляла. Требовать каких-то почестей? Так состязание в немалой степени шуточное, хоть местами достаточно опасное. Развернуться и уйти — явное неуважение к собравшимся. И старейшину за бороду не прихватишь при всем народе, это можно сделать только когда он уже будет уходить. Старик увидел оберег у Вларины, сильно задумался, но он старался не выдать этого и поднял лапу Лиссы с тем амулетом, который размещал сам. — Как зовут Петропную Чемпионку этого года? — Мое имя — Лисса Ашеро! — стараясь попасть тоном речи в торжественность момента, ответила хоррианка. Драконы, радостно рявкая, взвились в воздух и обступили Лиссу — те, кому хватило места на небольшом островке, а остальные кружили сверху, запуская множество магических светлячков и для праздничной иллюминации, и чтобы не врезаться друг в друга. Несколько существ посильнее подхватили Лиссу и подкинули в воздух, а там её начали перекидывать друг другу над рекой, хватая по трое-четверо и с частичной помощью телекинеза швыряя в другую компанию. Так Лисса ещё не орала от неожиданности прежде ни разу… Когда драконессу наконец поставили на твёрдую поверхность — это была площадка на крыше трактира, кажется — Лисса от головокружения села на доски веранды. Старейшина успел нагнать Лиссу и, забрав у ослабевшей от впечатлений Лиссы амулет, передал ей кристалл с энергией и памятной геммой в виде растительного узора: — Я, волх Алексей, оплачу твою комнату на эту ночь. Отдыхай, ты заслужила это, весь год ты будешь первой в Населе! Шарум и Вларина помогли Лиссе встать и надели на неё венок из душистых зелёных метёлок пряной травы. К Лиссе, раздвинув крыльями стукавшихся кружками зевак, подбежала удивлённая Зои: — Не поранили? — Нет, но встряхнули знатно! — головокружение Лиссу пока не отпускало, и вставать она даже не пыталась, — Я так ещё никогда не летала! Для привыкшей летать на собственных крыльях Лиссы такой «перенос на руках» был ещё тем экстримом. В курсе общей психологии давалась информация про методики повышения доверия, и вот так ловить падающее тело как раз и было частью одной из методик. Но тело должно было упасть добровольно, довериться другим. А вот так, когда подхватить и отправить в полет — чужая идея, такого ещё не было. Старейшина, видя состояние Лиссы, задержался рядом с ней. Хоррианка этим воспользовалась, и для своего интереса, и чтобы остальные финалисты успели подобраться поближе: — Алексей, пока меня лапы не держат, расскажи, что значит — быть первой в Населе? Какие награды, какие обязанности этот титул за собой влечет? — Из наград — почти гарантированно тебе оплатят выпивку в наших тавернах, — Алексей улыбнулся, не скалясь. — А из обязанностей — наверняка тебя чаще будут вызывать в дружеские хвостомерки, чтобы потом хвастаться. Кстати… Пропрошу и тебя, и остальных финалистов не покидать нас слишком скоро. С утра хочу поговорить с вами кое о чём. — Ты так говоришь, будто тебя этой ночью убьют, — тихо прогудел большой дракон, вытягивая голову через толпу. — Ну, знаешь, как бывает в приключенческих романах… — Не приведи кровавые луны! — Алексей крылом отмахнулся от его башки. — Просто сейчас очень суетно, а поговорить хочется в тишине. — Если это срочно и важно, — Зои, придвинувшись к старосте, прошептала ему, — помимо напитков и комнаты победительнице и её друзьям вполне могут оплатить частную кабинку. — Вы не устали? — он вопросительно глянул на Лиссу. — Так-то народ уже расходится и разлетается… — Устала, — согласилась серая драконица, — но не настолько, чтобы отложить интересный разговор на завтра. Наверняка старейшина хотел поговорить о втором медальоне, том, который прихватила Вларина. Не зря же он на этот медальон так косился. Впрочем, Алексей вроде как и не нервничал, а это значило, что история с медальоном вряд ли содержала какие-то тайны и даже особо ценную информацию. «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой», как иногда говорил мастер Юрий. Зои проводила компанию по лестнице, по которой спускались после торжества все некрылатые гости, в комнату, которую выделил вчера Брон. Алексей на всякий случай постучал в неё, проверяя, что она не занята, и только потом вошёл. Значит, данные стены, в теории, не пропускали аурозрение, это интересно. За столом, уже заранее сервированный лёгким пивом и масляным хлебом, Алексей убрал всю свою торжественную весёлость и стал смертельно серьёзен: — Пока вы были в гроте, случилось двойное лунное затмение. Уже недобрый знак, который произошёл вопреки астрономическим таблицам. В этот момент я испытал видение: озеро грота стало лужей крови, из него поднялось это украшение, — он показал на Вларину, слишком поздно убравшую в карманное второй амулет. — Из лужи поднялись множество рук, чтобы его схватить, но они толкались и падали, пока не осталась одна. Она принадлежала красивому дракону с крутыми рогами, который сказал мне: «Они должны найти меня. Пятеро из грота». Случилось ли с вами что-то, что помогло бы мне понять видение? И почему пятеро, если вы были там вшестером? — Были вшестером, — согласилась Лисса, — Но когда Вларина сцапала медальон, всех, кроме меня, просто выключило. Получается, что пятеро из грота — это те, кто потерял сознание. Ну, или в нашей шестерке затесалась какая-то сущность, которую тот дракон с витыми рогами вообще за живое существо не признал. Кстати, Шарум, а у тебя же рога тоже закрученные! Алексей, не Шарума ли ты видел в своем видении? Алексей отрицательно мотнул носом: — Тот дракон был чешуйчатый, хотя точный цвет я не разобрал в темноте. — Лиссы не было, возможно, потому, — Ариман облокотился о стол, смотря в её сторону, — что это наша судьба, а не её? — Потому, — Зои высказалась, стоя у стены в уверенной позе, — что её могла скрыть Тьма. — Разные варианты возможны, — согласилась Лисса. — Но к поискам пока подключиться не могу, у меня другая проблема — Каури Инлия, на убийство которого фактически выписана лицензия. Он уже пытался убить меня и Зои, может попытаться еще раз. И, если Тьма меня скрыла от взор этого дракона, то явно неспроста. Ещё одной версией была наследственность отца-щура, но ее Лисса высказывать не хотела. Щуры сами по себе — гости в Нашаре достаточно редкие, а потому загадочные, и объявление себя дочерью щура могло изрядно притормозить разбирательства с новым амулетом и его прежним хозяином. — Вряд ли это трюк современных драконов, — Шарум скрестил пальцы и поиграл когтями задумчиво. — Амулент лежал на очень древнем алтаре. Судя по надписям — времён самого начала Эры Ночи. — Ночи, значит, — Алексей опёр потяжелевшую голову о руки. — Вам стоит отправиться в Алар. Мрачный город в горах на западе, к тому же, там прямо сейчас идут бои с навами, но лучше всего о первых годах их нападения на Нашар помнят там. Судя по всему, вы нашли Оберег Трёх Молитв — то, с чего наш амулет только копия. Если это так, эта вещь когда-то сильно помогла против навов и, если удастся понять, как она работает — может помочь и сейчас. Так или иначе, драконы находят подобное не без причины. — Нашла она, — Вларина расправила крыло в сторону Лиссы. — Так что… как разберёшься с убивцем, можешь нас догнать! — От моих действий только потолок пещеры осыпался, ну и вынырнула я первой, потому что очень уж воздухом подышать хотелось, — уставшая за день Лисса не горела желанием влезать в очередную авантюру. Но и отбрасывать этот вариант не хотелось, ведь он мог принести некое количество личной силы и новые интересные и полезные знакомства. — Ещё неизвестно, чем закончится эта история с Каури, а мне после нее еще к деду попасть нужно. Почему Вларина отказывается от чести первооткрывательницы, хоррианка более-менее представляла. Ответственность — штука такая… одно дело — схватить с алтаря блестящую вещицу, и совсем другое — понимать, что обладателю этой вещицы нужно отправиться в поход, туда, где воюют с навами. А война — такое дело, там и убить могут, и покалечить. Фактически, в самом начале жизненного пути. — Кстати, о Каури… — Зои проговорила тихо, когда они с Лиссой уже поднимались в свою комнату. — Какова вероятность, что он захочет до нас добраться сегодня, пока мы обе устали? — Сложный вопрос, — Лисса с шага не сбилась, но все-таки несколько напряглась, — С одной стороны, здесь сейчас народу много, гуляния же идут. С другой же — в этой толпе легко затеряться, сделать своё черное дело, и сбежать. Твои предложения? У меня, кроме идеи поставить под окном самострел из трофейной винтовки, по этому поводу особых мыслей нет. И то, нужно какой-то шнурок найти, чтобы к спусковому крючку привязать. — А под дверью? — Зои как раз открывала вход в их комнатку. — У тебя как раз две. — Ой как бы уборщик номера не нагрянул… — Лисса взялась крыльевыми ладонями за голову, а ладонями закрыла глаза, и села на свою низко посаженную постель, практически толстый матрас на полу. — Уборщики в Нашаре это души. Ты так и не пошла тогда учиться инструктированию душ, только в библиотеке рылась? — Зои вздохнула, Лисса только отмахнулась пальцами крыла: — Да. И я этому рада, иначе бы не узнала про деда. — Не узнала, как души использовать в качестве автоматизированных стрелков с распознаванием целей, — Зои сняла с шевелюры Лиссы почётный венок и, вырвав из него похожие на маленькие хвощи побеги, отдала подруге скреплявшую его бечёвку. — Хватит? — Целых, не порванных на энергию и перемешанных душ у нас пока всё равно нет, — Лисса критично посмотрела на верёвочку, держа её двумя когтями практически у носа. — Ещё три таких нужно. Зои вытащила из-под платья кулон с перевёрнутой пентаграммой в круге и сняла с него цепочку: — Приспособь медальные. Артефакт от отсутствия ошейника не сломается, ты сможешь его и из ладони использовать. — Эрзац абзац… — Лисса вспомнила присказки кланового техника, произносимую по случаю сборки чего-то из максимально не приспособленных для этого вещей. — Дендрофекальная архитектура… Зои устроилась в своём гнезде, наблюдая, как Лисса изворачивается с установкой винтовочных ловушек. Цепочкой она установила трофейную винтовку на подвинутую возле окна рамке для каминных аксессуаров вроде совка и кочерги. Заодно той же цепочкой закрепила рычаг перезарядки, в этой модели почему-то находившийся снизу, огибая спусковой крючок. К кольцевым бечёвкам Лисса относилась не столь заботливо и разорвала их на шнурки, подвязывая крючки к ручкам двери и окна, да ещё закрепляя второй ствол на крючках «раздевалки»: — Как нас Вселенная избавила, что Каури не полез к нам в первую ночь… А смеху будет, если и в эту не явится… Зои, подай шнурок от мешочка семян и… ещё что-нибудь. Чего я днём не закупила такого, а?.. — Ради эффекта неожиданности, — исполняя просьбу, Зои скорчила примерно ту же хитрость на морде, как при обливании Лиссы из колодца. — Ничего, ты прекрасно справляешься. Лисса едва не попросила подругу хвост пососать, чтобы не рычала ей под руки, но сдержалась и просто шумно выдохнула. — Это ещё в самом деле не самые подлапные компоненты, — Зои тихо рассказывала, когда закончившая возиться Лисса укладывалась. — Наш старейшина-ант травил байку про двух людей из соседнего с Антеей княжества. Ростом мужики с дракона и шириной с троих, но сейчас не про это, а про то, как они поймали посреди леса лазутчика, а связать нечем… ну, кроме ремешков от штанов. Так до лагеря эти детины и шли, нагишом, а для людей это… — Знаю, — Лисса фыркнула, закрывая глаза. — Только ант тебе наврал, это было в каком-то мультике. Рисованном фильме. — Вряд ли, — Зои тоже распласталась в гнезде, расправляя на матрас крылья. — В Антее такое не смотрят. Тем более порнографию. — Это не порнография была и вообще для детей… Ай, ладно, — Лисса зевнула, устав спорить. — Доброй ночи! — Тьма укрывает, — Зои ответила Тёмным аналогом пожелания. Дальше долгое время никто ничего не произносил, просто спали, отрубившись почти мгновенно.