Новое начало

Стук в дверь нарушил их напряжённое молчание, заставляя обоих обернуться в сторону коридора, который вёл к входной двери. Элай и Миллер ненароком переглянулись, а затем тут же отвернули друг от друга носы: один в свою тарелку, а другой чуть к потолку. Они оба были тревожны. Мальчишка взволнованно бегал глазами по столу, кажется, осознавая, что сейчас может произойти, а мужчина сглотнул, слыша в своих ушах только трепет своего сердца. Они оба знали, кто это был. Они сами его «позвали» по имени. Вновь стук. Каз быстро поднялся со своего места, настолько резко, что столкнулся бедром со столом и заставил всё на нём зазвенеть. Мальчик рядом с ним тоже дёрнулся от этого, однако он прошёл мимо, потому что знал: не откроет сейчас — дверь будет выбита с петель. Щёлкнул дверной замок, отворилась дверь, и перед ним предстал тот, кого они так ждали. — Снейк-,— Несколько обеспокоенно начал Миллер, однако мужчина просто прошёл мимо него, будто бы заранее знал, где искать того, кого хотел видеть. И убить.— Снейк!— Блондин прикрикнул на своего давнего друга. Как только он открыл дверь, он заметил в его глазе этот блеск, который знал слишком хорошо. — Застрелить...— Только и прошипел «демон», однако он не успел дойти до арочного прохода, из которого виднелся свет. Там была кухня, там был мальчишка. — Нет!— Каз удивился, когда сам скололся в возникшей из ниоткуда панике.— Он всего лишь ребёнок! Никаких убийств детей-,— Блондин ухватился рукой за протез Снейка, заставляя того резко обернуться к нему лицом. Было всё это похоже на неприятнейшую семейную склоку. — Он уё- _демон_,— С горячей ненавистью протянул мужчина. На это Миллер нахмурился и сжал свои губы вместе в тонкую полоску, прежде чем ответить: — Ты тоже не ангел,— Его тон был неторопливым и настолько спокойным, насколько мог быть. — Он убил детей, я нет. Но для него исключение бы сделать...— Сквозь сжатые зубы продолжал брюнет. Он низко хмурился, разгорячённо поглядывая на Миллера. На кухне что-то стукнуло, будто бы вилка упала на пол. Каз тут же поменялся со Снейком местами так, чтобы он был между ним и проходом в кухню. Вояка перешёл на полушёпот. — Да, он злой ребёнок, но он не знает, как по-другому! Мы должны его научить!.. Нет! Ты не сделаешь этого сейчас,— Расправляет плечи, будто бы защищает того, кто был за его спиной. — Чёрт, а что помешало ему научиться на базе?!.. Отойди!— Снейк шипит ему в ответ, однако Каз его перебивает. — На базе полной оружия и солдат!.. Конечно, не научился, когда видит тебя и парней всех в крови!.. Нет, не отойду- — Почему другие дети научились, а он нет? Одарённый, блять? Он просто создан убивать, вот и всё! — М-может быть, его научили только этому и жестокости! Ты знаешь, как трудно бывает переучить кого-то… Ты тоже создан убивать, но это не помешало тебе выработать какие-то моральные принципы! — Я никогда не убивал по приколу чтобы спровоцировать реакцию... А он убил Ральфа и почти прикончил других детей, просто потому что ему так захотелось! Это не самозащита! После этих слов Миллер сдавленно мыкнул. У него не было аргументов, но то, что он видел сейчас, было _совсем_ другим. — Я не говорил, что он прав. Я говорю, что его надо научить понимать, что правильно делать, а что нет! — Так мы и учили, мы держали их вдали от оружия и основной базы, от суеты, и учили новому! Элай просто не хотел учиться, в отличие от других детей! — Обстановка на базе предрасполагает к тому, что они на военной базе! Это уже могло давить на него, чтобы выбраться, найти оружие и убивать! Другое дело в обычном городе- — Конечно, сейчас бы в хороших условиях искать оружие чтобы убивать! Мы _реально_ создали для них условия максимально далёкие от войны, другое дело что ты его так рьяно, видимо, не учил тогда, как сейчас, и спихиваешь всё на "обстановку на базе и парней из охраны"?! Да, пускай их расстреляли бы люди Шифра, если бы проникли к нам, да! Им не нужна охрана, которую они видят раз в день, пока они в другое время присматривают за периметром и детьми издали! Миллер сжал свои губы вместе и подавился словами. Он издал какой-то смятый звук, тогда как на него внимательно смотрели не только спереди, но и, кажется, сзади. Мужчина почувствовал, как сердце начинает биться быстрее от волнения, словно он снова был на поле боя. Вот только вместо пуль и ножей — слова, которые не могли убить, но били в несколько раз больнее. — Вот _поэтому_ я и пытаюсь загладить свою вину! Сделав всё, чтобы он перестал быть _таким_. Я знаю, что я виноват в этом тоже, ты мог и не напоминать! А если это всё за чем ты пришёл, то уходи! Я и без тебя знаю все проколы!— Каз прошипел это болезненно, словно его в действительности ударили. — Я тебе указываю лишь на то, что ты винишь моих бойцов, базу, окружение, оружие, которым мы защищаем жизни детей, всех, но молчишь о том, что сам не занимался этим чертёнком! Да, молодец, что сейчас занимаешься, но чёрта с два я тебе позволю винить нас в том, что мы создавали условия для того, чтобы Элай убивал детей! — Снейк ненавистно заглянул блондину за плечо, укладывая свой взгляд, словно нож у шеи, на мальчишку, который выглянул из-за угла.— Он и сейчас может это сделать, если ему что-то не понравится! — Угх, хорошо, отлично. Мне жаль, что военная база может плохо влиять на детское восприятие! Тебя это устраивает? А теперь, прошу тебя, оставь меня! Нас! Ты сам мне как-то сказал, что пора прекратить ворошить прошлое и жить настоящим или будущим. Я уже не часть Даймонд Догс. Он тоже. Мы справимся без вас!— Он дёрнул чужую руку, чтобы заставить Снейка снова посмотреть на него. Оба мужчин были чертовски хмурыми. — Он и не был частью Даймонд Догс, Даймонд Догс не убивают своих! И единственное, о чём беспокоюсь я, это ты и твоя аморфная мирная жизнь с потенциальным малолетним убийцей, который может прикончить и тебя, если ему что-то не понравится!— Каз кинул в Джека недовольный взгляд. Кажется, его злость потихоньку перегорала. — …Значит такова судьба. Я всё равно ни на что не годен больше, так хотя бы умер, пытаясь сделать что-то чуть лучше. Тебя не должно это так волновать: у тебя целая база псов, за которыми нужен уход и присмотр, и… — И я ещё считаю тебя одним из этих псов, несмотря ни на что. Да, я хотел для тебя иной жизни, раз ты не нашёл смысла после отмщения, но лучше не особо вышло, особенно с этим...— Ему ничего не мешало снова взглянуть на Элая и поморщиться на него. — Вышло настолько хорошо, насколько смогло. Тебе придётся смириться с тем, что я больше не один из вашей стаи. Всё. Дальше я сам по себе,— Он отступил назад, настолько, чтобы мог положить ладонь на голову Элая, настойчиво прижимая его щёку к своему боку, эдак защищая. Снейк молчал, а потом тяжело вздохнул. — Ты невыносимо упёрт, как всегда, и никого не хочешь слушать. Ищешь смысл жизни в перевоспитании? Оно и понятно, когда всё сложилось ТАК, однако иногда изменить ничего нельзя, и поймёшь ты это крайне поздно. Лучше бы отыскал смысл в реализации нашей мечты, но, видно, мечтой она была лишь для меня. Хмф...— Брюнет сделал шаг назад, а потом ещё и ещё. Он отстраняется, бросая на них щурый взгляд с долей тоски. Блондин молчал. Он не мог ничего сказать, а потому, очевидно, ничего не ответил Снейку. Лишь так же, как он ранее, тяжело выдохнул, отворачивая нос в сторону и заметно поникая. Клеймо предателя почти явно вычерчено на лице, он его чувствовал- — Несмотря на всё, Даймонд Догс не забывают героев, даже в отставке. Ты всегда отказывался от помощи, но теперь прими хотя бы это, чтобы достойно _воспитать_ этого... парня. А там посмотрим, к чему это приведёт и какой кровью окончится,— Голос Снейка снова разорвал тишину, как и его стук ранее, после чего он оставил на тумбе у выхода конверт с крупными купюрами в йеннах. Он развернулся, чтобы покинуть дом. Каз лишь провожает его расплывчатую фигуру удивлённым взглядом. Впрочем, через пару мгновений он хмурится самому себе, задумчиво постукивая пальцами по маленькому плечу в своей хватке. За окном слышится, как заводится машина, какое-то время прогреваясь. Если бы блондин выглянул в окно, то увидел бы, как мужчина курит сигару и с досадой оглядывает дом в японском стиле. Ещё миг, и он садится за руль, чтобы укатить прочь.