Как меня зовут?

Стены, которые мы возводим вокруг себя, чтобы не допустить грусти, также не пропускают радость». — Джим Рон Бум.Бум.Бум. Я чувствую, как бьётся моё сердце, а надо бы наконец составить таблицу по одному предмету, придумать сюжет по другому. Уж со вторым я справляюсь лучше. Преподаватель, сорокалетний мужчина, очень впечатлён кратким созданным мультфильмом с пометкой 18+, правда, прокашлявшись, говорит сбавить обороты, но ставит хорошую оценку. Много крови, я отрубаю голову ведьме, пытавшейся захватить весь мир под свои чёрные волосы, и сюжет там уж не так важен, он стар, как и сам мир, а вот отлетающие уши, пальцы, руки прорисованы очень хорошо. Детально. Биологию я знала хорошо. Сконцентрироваться не получается, хочется лечь и поспать, но голову уже не расположить на парте, ноет спина — от скрюченного сиденья или полулежанья. Демониха — Такси работает? Двенадцатый час дня. Не работает, мне надо ответить на тест — и не наугад тыкая понравившуюся букву, здесь надо подумать. Забываю о полученном сообщении, слишком увлекшись решением. Особенно хорошо получается, когда что-то имеется в голове, и ответы приходится искать, а не сидеть как истукан. Далее — столовая, невкусная еда, просто закинутая в рот. Утро без чая, без куска хлеба подкосило тело. Рядом сидит Лёша с ужаснейшим перегаром и пробует уже пятую жвачку, но запах просто меняется. Отдаёт помидорами. Уже не пивом. Я вспоминаю о Марго уже после всех пар. Радостная, идя домой, не могу ей отказать. Работает. Адрес? Отвечаю, уже и не обижаясь на неё, хотя тот вечер, а особенно состояние, не хочется даже вспоминать — не то что ощутить. Но сегодня, с солнечной погодой, лишний секс не будет лишним. Всё хорошо. Отвечают мне, когда я уже дома. Стояла в душе, на полную катушку поя зарубежную песенку — две недели крутившуюся в топ-чартах. И песня мне не особо понравилась, но мотив прикольный. Смутно знакомый адрес приходит, перекрывая музыку. Мама успевает прокричать НАКАНЕЦТА!, но не проходит и двух секунд, как мой телефон разрывается от музыки. Адрес не знакомый, но улицу знаю. Вбив в навигатор — показывает ресторан с восточной кухней, с хорошими оценками. Радуюсь, что это не улица, на которой сейчас нахожусь я — иначе тот сделанный мультик за пять часов непрерывной работы я бы испробовала на живую. Надеваю белую майку, тёмные джинсы, сандалии — так по-простому, но вид в зеркале всегда мне нравился. И Лёше. Я еду, совсем не думаю ни о чём. Уже успокоилась, и не так сильно хочется придушить зеленоглазую, как когда она выходила из машины. Я ей ничего не говорила, и злиться я даже не имею права. Водитель на месте. Пролистав нашу переписку, слова просто копируются. Даже в школе мы разговаривали и то больше и красноречивей, чем вживую. Её нет уже пятнадцать минут. Устав сидеть и дав спине отдохнуть, я выхожу из машины, делая наклоны, и вижу панорамные окна ресторана. Я бы не зациклила своё внимание на нём, если бы не прекрасная танцующая пара — заставляющая восхищённо смотреть, как они плавно двигаются, как их тела прижаты друг к другу. Не просто друзья. Неотрывно смотрят в лица. Женщина, облачённая в чёрное платье в пол с вырезом по правую ногу — она на высоких каблуках, но даже так мужчина ещё выше. Я не слышу музыку, но их движения без сомнений — попадают в ритм. Музыки или своих собственных. Женщина ярко смеётся, её красная помада видна даже мне. Мужчина рад, что смог её рассмешить, наклоняется к лицу — не целует, но задерживается там. Он не целует её — уважение к окружающим и к даме. А вот целует она его. Отпускаю взгляд. Прекрасный танец закончился. Пара увлечена друг другом. Я нахожу пачку сигарет в машине, когда-то там забыв. Сижу на ступеньках, скрывшись от главного входа, делаю уже сотый вдох. Лёгкие пропахли дымом. Рядом ходят люди, пока я убиваюсь дымом. Я чувствую её запах. Слишком знакомый. Слишком любимый. Марго опускается рядом, не заботясь о платье, протягивает руку и берёт сигарету. Молча сидим, наблюдая, как уходит этот день. Лёгкий ветерок совсем не мешает — он забирает весь дым, оставляя его только во мне. — Не сиди на холодном. — Её хриплый и тихий голос прошёлся дрожью по моему телу. — Хорошо. Встаю, потушив недокуренную сигарету. Попадаю в урну с пяти шагов. Не радуюсь. Протягиваю руку Марго. Она исподлобья смотрит, но кладёт ладонь, сжимая мою. Помогаю ей встать, и мы медленно идём к машине. Я не подхожу ей. Стараюсь идти подальше. Её длинное чёрное платье, её вырез, завораживающая причёска, красные губы, что криво улыбнулись, когда я посмотрела на неё. Я не подхожу ей. Даже Лёхе подхожу — и когда-то нас все считали парой, хотя мы просто жили вместе и двигались в одних компаниях. Я даже Вере подхожу.Даже с её ориентацией. И после школы мы не перестали общаться. Я могу внезапно заявиться к ней в гости. Знаю её парня. Она знает, на что у меня аллергия. Знает моих родителей. Она считает меня другом — это много стоит. А кем считает меня Марго? Открываю для неё дверь. Она так красива, а я просто водитель. В машине становится душно. Опускаю стёкла. Её духи вперемешку с мужскими — это выводит из себя. Духи нравятся. Приятные. Не нравлюсь скорее я себе, чем она или он. Она тихо говорит свой адрес. Мы едем молча, застряв в пробке и собрав несколько красных светофоров. Стучу по рулю. Засматриваюсь на автомобиль впереди — даже не запоминая номер. Не понимаю, что она делает на пассажирском сиденье. Я останавливаюсь в её дворе, подперев несколько автомобилей. Всю дорогу не смотрю на неё. Она учтиво не кладёт свою руку мне на бедро, а я не скидываю её, как от огня. Сидит несколько минут, просто смотрит перед собой, а я немного высовываю голову из окна в надежде больше не чувствовать её и его духи. Пусть лучше в лёгких будет дым, чем духи. — Спасибо. — Тихо. Подорванно. Мне почти жаль... себя. Киваю головой, не смотря в её сторону. Я хорошо помню, во что она одета. Насмотрелась в панорамное окно. Марго продолжает сидеть. Я чувствую, что она шевелится, но не поворачиваю к ней голову. Подперев подбородок, смотрю на голубей. — Пока. — Как-то грустно заключает женщина, давая себе время. Не спеша открывает дверь, не закрывая её. Я знаю, что она смотрит на меня. Знаю, что чего-то ждёт. Но я жду свободного ветра, воздуха и желания больше не чувствовать её запах. Сжимаю челюсть от её нерасторопности, блокируя мыслительные функции. Уже позже замечаю, что всё время сжимала руль, а другой — свою руку, оставляя полумесяцы на коже. Марго уходит. Я не смотрю ей вслед, выезжаю сразу, как только захлопывается дверь. Дома мама говорит, что от меня несёт сигаретами. Я говорю, что точно уже бросила — и не вру ни себе, ни ей. Лежала на кровати в позе звёздочки, чувствуя, как по всему телу растекается тягучая жидкость. Телефон трезвонит. Я обещала прийти в кафе, встретиться с ребятами, но закрываю глаза, так и не засыпая. Позже втягиваюсь в учёбу, налаживая оценки. Уверяю, что точно не вылечу уж в этом году. Мама радуется. Я и сама не горюю. Встречаюсь с ребятами — уже без Лёхи. Тот в паутине с паучихой Валей. Я вновь улыбаюсь, шучу. Прихожу домой, нетвёрдо стоя на ногах. Не сажусь за руль и больше не курю. Всё приходит в норму, в свою колею. Сбитый курс или не та дорога — оставлены. За две недели дна я забываю её запах. Могу свободно дышать. Улыбаюсь, иду по улице домой. Я даже не ушла с пары — нас отпустили. Мама, конечно, не поверит, но ужином накормит. Демониха — Такси свободно? В первый раз она ставит вопросительный знак. А её вопрос кажется мне неприятным. Я кривлюсь, качая головой. Пассажир занят. Ищите другое такси. Я не играю в эти игры. Я уже проиграла, став что-то чувствовать. Надо было не вытаскивать тогда из колеи её машину. Не садиться к ней и не ждать от неё сообщений. Лучше бы она осталась несносной директрисой, а я — ужасной ученицей. Лучше бы было не смеяться над Верой и её парнем. Лежу и плачу, отвечая на последнее от неё сообщение ,проиграв.