Back to How it Was

Май 2015 Гарри откинулся на спинку кровати и выглянул в панорамное окно. Солнце начинало клониться к горизонту, и небо окрасилось в буйство красок, отражая настроение Гарри. — Найл, я думал, мы договаривались сделать на годик перерыв с турами, чтобы отдохнуть, а потом спокойно записать альбом. Что случилось с этим планом? Гарри услышал в трубке тяжелый вздох Хорана. — Гарри, просто мы все решили, что нам нужен год, что делать все, что душе угодно, — умиротворенным тоном объяснил Найл. Гарри ненавидел, когда в его голосе появлялись такие нотки. — Просто, чтобы у нас был хоть шанс немного передохнуть и осознать все, что происходило последние пять лет, понимаешь? Гарри стиснул зубы и перевел взгляд на высокие потолки в своей спальне. Когда он покупал эту квартиру, именно эта комната понравилась ему сильнее всего. Теперь он чувствовал, что здесь было слишком много пространства для его гнева. — Мы? Все? Значит, вы все решили без меня? На это Найл ничего не ответил. Гарри даже не слышал его шумного дыхание. И молчание — знак согласия, так ведь говорят? Либо это, либо он был слишком занят приготовлением завтрака, чтобы ответить. — Ясно. Понятно. Увидимся на следующей неделе, Ни. — Гарри нажал отбой прежде, чем Найл успел что-либо ответить, и с гневным криком швырнул свой телефон через всю комнату. Он не услышал, как тот обо что-то ударился, значит, ничего страшного. Вообще-то ему хотелось написать Джанел, чтобы попросить сразу новый, потому что он был в ярости. Гарри сделал самый глубокий вдох, на который был сейчас способен, а затем вытолкнул из легких воздух вместе с самым громким воплем, пока его горло не начало саднить. По крайней мере, у них все еще был перерыв в туре, так что никто не мог наорать на него за то, что он посадил голос. Гарри перевернулся на бок и уставился на коробку с солнечными очками от Гуччи, которые ему нужно будет надеть на утреннюю прогулку перед папарацци. Черт, он так не хотел идти. Предполагалось, что ребята не приедут к нему в ЛА еще как минимум неделю, а о группе все также много писали в газетах. Но на самом деле его беспокоило не это. Конечно, нет. Его беспокоил тот факт, что Гарри добивался перерыва так же сильно, как и другие мальчики. Именно из-за него они решили взять двухмесячный перерыв между выступлениями в туре под предлогом того, что им нужно перестроиться из бойз-бенда из пяти человек в группу из четырех. Гарри знал, что все они были на грани срыва, благодаря неустанному темпу, который они поддерживали со времен «Х-Фактор». Но проведя месяц вдали от парней, Гарри понял, что без них он чувствовал себя потерянным. Словно ничего не могло помогать ему держаться на плаву. И это напугало Гарри до чертиков. Если он так себя чувствовал после всего лишь месячного перерыва, то что же с ним будет через год? Как раз в тот момент, когда Гарри был готов провалиться в глубокую, темную яму, из которой самостоятельно выбраться уже не сможет, он услышал звуковой сигнал своего телефона. Очевидно, в полете выключился беззвучный режим. Фантастика. Гарри кое-как скатился с кровати и увидел, что смартфон лежал прямо за дверью спальни. Впечатляюще, учитывая, что бросил он его лежа. Сделав глубокий вдох, Гарри наклонился и поднял телефон с пола. Прежде чем взглянуть на экран, он вернулся в свою спальню и плюхнулся на диван. Он по чистой случайности нашел эту волшебную вещицу в антикварном магазине, а мягкие подушки смогут подарить ему объятия, в которых он так отчаянно сейчас нуждался. Луи: Не сердись на Найла, Эйч. Мы не специально не стали с тобой это обсуждать. Это выяснилось в диалоге один на один. Просто мы все чувствуем, что нам бы не помешал перерыв от всего этого и, возможно, было бы неплохо хоть немного отдохнуть друг от друга. Ты ведь понимаешь это, да? Гарри с минуту тупо пялился на телефон и увидел, что Луи снова что-то печатал. Боже. Как так получилось, что его просто кинули? Луи: Мы любим тебя, Эйч. Мы твои братья. Нам просто нужно немного времени побыть наедине, и я думаю, тебе тоже это нужно. Гарри закатил глаза. Луи был прав. Конечно, он был прав. Он был его лучшим другом, и он знал Гарри лучше, чем Гарри знал себя. Гарри: Знаю. Но я все еще расстроен. На этом он переключил телефон в режим «Не беспокоить» и повернулся на бок. Гарри обычно ложился спать гораздо позже, но после такого дня, ему было плевать. Ему нужно было немного времени, чтобы прийти в себя, и сон бы ему это время с радостью предоставил.

*~~***~~*

Гарри сел на кровати, у него чуть сердце из груди не выпрыгнуло из-за громкого стука в дверь. — Гарри, Богом клянусь, если ты проспишь еще одну встречу, Логан тебя убьет! Джемма? А что тут делает Джемма? И, черт, тут холодно. Почему тут так холодно? И что, черт побери, за Логан? — Гарри, ты слышишь? Вставай, засранец! Гарри откашлялся и потер глаза тыльной стороной ладони. — Я встал! — Наконец крикнул он таким голосом, словно у него в горле застряла лягушка. Прогресс. — Отлично. Через двадцать минут уже нужно выходить, если хотим приехать вовремя. Знаешь же, что поезда опаздывают. — Поезда? — Сам себе прошептал Гарри, наконец открыв глаза. Он огляделся, и в животе у него начал скапливаться страх. Эта комната была ему незнакома. Он никогда в жизни здесь не был. Что происходит? Когда Гарри пошевелил ногами, но услышал шуршание бумаги, и тогда он, наконец, оглядел кровать, на которой лежал. На ней лежали фото с парада гордости. Некоторые, похоже, были сделаны в Лондоне, но другие были из других городов. Тем не менее, они были сделаны очень качественно, и человек, который их создал, решил сделать фотографии полностью черно-белыми и только ЛГБТ флаги оставить цветными. Это было впечатляюще красиво, и Гарри недоумевал, почему он уснул среди них. Гарри осторожно встал и уже было направился к окну, чтобы выглянуть на улицу, когда провел рукой по волосам, и они слишком быстро закончились. Где его волосы? Он отращивал их уже пару лет, и, наконец, они достигли почти той длины, к которой он все это время стремился. Как так случилось, что они укоротились за одну ночь? Гарри бросился к зеркалу, висевшему на стене рядом с окном. О черт. Что происходит? Он наклонился ближе и увидел, что его волосы не только короче, чем ему хотелось бы, но и, похоже, у него появились первые морщинки возле глаз. Вчера их точно не было! И что случилось с его татуировками? Да, какие-то все еще были, например, звезда и буквы, которые он сделал для своей мамы и Джеммы, но большинства не было, а какие-то он и вовсе не набивал. Что. За. Хуйня. Гарри схватился за живот, который был слегка дряблым, а не рельефным, как он привык, и чуть не расплакался. Что за черт? Когда руки Гарри снова взметнулись к волосам, он в панике обшарил взглядом комнату и остановился на древнем ноутбуке Apple, который лежал на столе. Гарри подошел, чтобы его включить, но тот был запоролен. Ну конечно. Вот невезуха. Погодите. Наверное, он все же принадлежал ему, так что, возможно, он сможет угадать. Какой у него был пароль, когда их объединили в группу? Гарри стоял, нетерпеливо постукивая ногой, и наклонился, опершись руками о стол. Его кошка! Дасти! Он напечатал «дасти», нажал «Enter», и компьютер разблокировался. Боже, Гарри нужно было сказать самому себе в этом чудном сне — или тому, кто жил в этой реальности, — чтобы он менял пароли каждые несколько лет. Он улыбнулся и уже собирался себя похвалить, когда взгляд остановился на дате на значке календаря. Четырнадцатое ноября? Он проспал шесть месяцев? И перенесся в какую-то квартиру в Лондоне? Гарри щелкнул по календарю и почувствовал, как кровь застыла у него в жилах, потому что это был не его год. Гарри никак не мог проснуться в две тысячи восемнадцатом. — Гарри? Ты готов? Ты сегодня медленнее патоки. Точно. Джемма. — Э-э, еще раз, что за собрание, Джемс? — Крикнул Гарри. Он уже был одет — очевидно, этот Гарри заснул, так и не переодевшись, — но Гарри решил, что для встречи нужно было что-то поприличнее, чем рваные джинсы и старый джемпер. — Наш еженедельный брифинг, идиот. И перестань возиться с одеждой и прической. Ты же знаешь, Логан, считает, что ты и так красивый, и ему все равно, как ты выглядишь. Брифинг? Черт, у этого Гарри был парень? Что ему нужно было делать, если он ничего не помнит? Может, это все-таки был сон. Даже скорее кошмар. Возможно, его подсознание знало, как он был взбешен из-за планов на длительный перерыв, о которых с ним говорили Найл с Луи, и каким-то образом во сне он переместился сюда, решив, что так будет лучше. Но лучше не стало. И, видимо, это все же был не сон, когда Гарри ущипнул себя за руку, было больно. Блять. Гарри подбежал к шкафу и увидел большой выбор рубашек. Превосходно. По крайней мере, у этого Гарри все еще был хороший вкус. Он взял простую розовую рубашку в белый горошек и нашел пару черных джинсов, которые были лучше тех, что были сейчас на нем. Он взял ботинки и, наконец, решился открыть дверь своей спальни, чтобы почистить зубы. Он оторвал взгляд от своих рук и увидел в коридоре стену с фотографиями в рамках. Присмотревшись, он понял, что эти места с самых ранних лет были в его списке обязательных мест для посещений, но из-за обстоятельств или проблем с безопасностью он так до них и не добрался. Дер Цвингер в Дрездене, Нотр-Дам в Париже, даже национальный парк Арчес в штате Юта. Фотографии были потрясающими, и желание Гарри посетить все эти места стало еще сильнее. — Хаз. Перестань пялиться на свои фотки, как чертов нарцисс, и собирайся, или я уйду без тебя и скормлю волкам. Гарри указал на фото в Цвингере. — Я правда там был? Джемма поправила свои короткие светлые волосы, и направилась к двери. — Чисти зубы и пошли. У меня нет времени на твои странности. Гарри заморгал и попытался взять себя в руки. Эта версия его самого жила совершенно другой жизнью, и он ничего об этом не знал. Какого черта? Гарри закрылся в туалете и достал свой телефон. По крайней мере, его можно было разблокировать отпечатком пальца. Зато теперь не нужно было подбирать пароль. Он сразу же открыл сообщения и начал искать диалог с Лиамом, Найлом или Луи. Сейчас подошел бы любой. Но проблема была в том, что сколько бы он ни листал, он ничего не нашел. Ни одного сообщения ни от одного из парней. Гарри зашел в свои контакты и сначала поискал Луи. Он был бы в восторге, увидев, что Гарри так переживал. Но у него в контактах не было ни одного Луи Томлинсона. Самое близкое, что Гарри смог найти, — это Логан Томпсон. Дерьмо. Затем он попробовал найти Лиама, результат был тот же, как и с Найлом. — О Боже, — простонал Гарри, обхватив голову руками. — Что мне делать? — Гарри, ты в порядке? У тебя какой-то странный голос. Гарри не в порядке. Очень не в порядке. У него скрутило живот, и он почувствовал головокружение от того факта, что, по-видимому, эта версия его самого никогда не встречалась с тремя людьми, которые, возможно, знали его лучше, чем его собственная семья. — Я не смогу пойти на встречу, Джем, — каким-то образом выдавил из себя Гарри, прежде чем рухнуть на пол как раз вовремя, чтобы его вырвало в унитаз. — О нет, я не знала, что ты заболел, — сказала Джемма, и теперь в ее голосе зазвучали материнские нотки. Гарри всегда думал, что это мило и даже забавно, но сейчас ему было все равно, он просто хотел, чтобы она оставила его в покое, пока он пытался осмыслить происходящее. — Прости, что я на тебя накричала. Ладно, скажу Логану, что ты плохо себя чувствуешь, и все законспектирую. Отдохни немного, ладно? — Спасибо, — простонал Гарри, прижимаясь щекой к холодному фаянсу ванны рядом с ним. Гарри нужно было придумать план. Ему нужно было побольше узнать об этом Гарри и его истории, и выяснить, где его история расходилась с этой. Затем ему нужно было выяснить, где парни. А потом… ладно. Потом он заснет и будет надеяться, что проснется в Лос-Анджелесе, в свое время, в своей жизни. Если не получится, он уедет. Вот и порешили. Гарри поднялся с пола, спустил воду в унитазе и вымыл руки, лицо и прополоскал рот, прежде чем вернуться в свою комнату. Если честно, комната в точности соответствовала его стилю. Она была светлой и воздушной, в ней было столько естественного света, сколько только могло быть в Лондоне, а в качестве акцентов использовались яркие цвета, но в умеренном количестве. В ней чувствовался уют, безопасность. Гарри был очень этому рад. Он сел за стол и снова включил ноутбук. Время провести небольшое исследование.

*~~***~~*

Гарри в отчаянии захлопнул крышку ноутбука, а затем застонал и стукнулся об него головой. Поиски, конечно, увенчались успехом, но теперь он чувствовал себя намного хуже. Оказалось, что Гарри все еще сходил на прослушивание «Х-Фактор» — как и Луи, Лиам, Зейн и Найл — но Луи и Найл не прошли тренировочный лагерь. Гарри и Зейна выгнали на этапе судейских домов, а Лиама — как только начались живые выступления. После этого Гарри вернулся домой, сдал экзамены и поступил в университет. Сейчас он, по-видимому, вместе со своей сестрой работал в перспективном интернет-издании, где писал статьи и делал фотографии. Что же касалось остальных… Честно говоря, Гарри был в шоке. Погуглив и отыскав их соцсети, он обнаружил, что Луи работал менеджером по связям с общественностью в футбольном клубе «Вест Бромвич Альбион». Его аккаунт в Твиттере был приватным, как и в Фейсбуке, наверное, из-за его должности в клубе Премьер-лиги, но, по крайней мере, он был где-то рядом и, кажется, с ним все было в порядке. У Лиама была своя музыкальная продюсерская компания, располагающаяся в Манчестере. Он работал с самыми разными артистами, от Адель до Stormzy, и даже с Дрейком. Гарри чуть не плакал, так сильно он смеялся, думая о том, как бы отнесся его Лиам к тому, что он помогал продюсировать некоторых из его любимых исполнителей. В его социальных сетях царил беспорядок, но Гарри наслаждался, просматривая селфи и видео в спортзале без рубашки, которые он постоянно публиковал. Найл, конечно же, был вольной птицей. Гарри мог представить его в самых разных профессиях, но Найл, конечно, выбрал профессию промоутера. Он летал по всему миру и писал в Твиттере об открытиях клубов, специальных выступлениях и мероприятиях, а также обо всем остальном, что хотели рекламировать различные компании. Если бы Найл рекламировал все это в своих Твиттере и Инстаграме, это имело бы огромный успех. Из-за этого Гарри так и не понял, где он жил, хотя чаще всего он бывал в Лондоне, Дублине и Майами. Гарри хотел с ними связаться, но что сказать? Как их убедить? В тот момент Гарри даже не представлял, что бы изменилось, если бы он это сделал. Все, что он знал, это то, что что-то внутри него, его совесть, или его собственный Сверчок Джимини, или что бы это ни было, говорило, что мальчики — ключ к возвращению Гарри туда, где ему было самое место. Возможно, ему нужно было собрать всех своих лучших друзей в одной комнате. Или, что еще лучше, вернуться туда, где все началось: в бунгало Робина. Когда в голове Гарри начал складываться план, он понял, что это будет сложнее, чем ему хотелось бы, и, вероятно, займет много времени. Но оно того стоило. Конечно, как иначе. Ему нужно было вернуться домой.