Я скучаю по тебе

Возвращаясь под утро, Пат наблюдал живописную картину рассвета: полоса горизонта оранжево-розового оттенка, подсвечиваемая готовым вот-вот показаться солнечным диском, и небо, меняющее свой цвет с тёмно-синего на голубое, — сегодня безоблачное, а значит, ожидается жаркий день. *** Пат загнал машину в гараж и заглушил двигатель. — Отличная работа, — похвалил его высокий парень с волосами, собранными на макушке в забавный хвостик. Он закрыл ворота, погружая помещение в полумрак. Пат кивнул. Больше всего ему нравилось то, что сегодня всё прошло без лишнего шума и по пути его не остановили патрульные. — Я спать. Разбуди меня, если дяде понадобится моя помощь. — Само собой, чувак. — Бывай, Корн, — уходя, Пат бросил парню ключи от машины, и тот ловко поймал их. Пата не потревожили, и он отлично выспался в небольшой комнате отдыха на втором этаже. После бессонной ночи не всегда хотелось возвращаться к себе в общежитие, и Пат часто оставался в ней. Обстановка в комнате была скромной: несколько двухъярусных кроватей, кулер, стол со стульями, навесной шкафчик и небольшой холодильник. Пат проснулся около пяти вечера и понял, что жутко проголодался. Он осмотрел содержимое шкафа и обнаружил запасы быстрорастворимой лапши. Взяв одну из упаковок, Пат вскрыл её. Добавив в пластиковый стаканчик кипяток из кулера, он оставил лапшу завариваться. Прикончив свой ужин за пять минут, Пат решает, что самое время потренироваться и немного побоксировать. Он берёт свои боксерские перчатки и спускается вниз. *** К гаражу примыкал ангар, в котором располагался тренажёрный зал и небольшой ринг. Он принадлежал дяде Тонгу, как и всё здесь. Включая Пата. В спортивном зале было шумно. Кто-то тягал железо, кто-то бил боксёрскую грушу, а Корн и ещё несколько парней толпились у ринга. Они оживлённо что-то обсуждали. Пат как раз шёл к ним, когда его перехватил мужчина невысокого роста и плотного телосложения, с накинутым на плечи красным махровым полотенцем. — Пат, ты как раз вовремя, — добродушно сказал он. — Дядя, — Пат соединил ладони и сделал вай, приветствуя старшего. — Отлично поработал сегодня, — похвалил он, — но у меня есть для тебя ещё одно задание. — Какое? — У нас новенький. Он хочет присоединиться к нам. Я собрал о нём кое-какую информацию, всё чисто. Но я хочу посмотреть, на что он способен. Ты должен испытать его. Проведи с ним показательный бой. Сможешь? — Конечно, дядя. Пат согласился, не раздумывая. Они подошли к рингу, толпа расступилась, и Пат подумал, что у него галлюцинации. Пран. Паракул Середичават стал таким красивым. Пат смотрит на парня перед собой и не может прийти в себя. Пран, похоже, совершенно не удивлён. Дядя сообщает Прану о необходимости продемонстрировать свои боевые навыки, на что Пран с готовностью соглашается. Он снимает свою серую олимпийку и остаётся в белой майке и спортивных штанах. Пат молча наблюдает за ним и до сих пор не понимает, что происходит. Пран надевает боксёрские перчатки. Пат повторяет его действия, находясь в состоянии глубокой задумчивости. Пран приподнимает бровь и с вызовом смотрит на Пата: он готов к поединку. Пат не помнит, как оказывается на ринге. Какое-то время они кружат по центру. Пран решается и нападает первым. Он боксирует, но Пат умело уклоняется от его выпадов. Пран, несомненно, усердно тренировался все эти годы, и в какой-то момент Пат невольно засматривается, замечая, как перекатываются мышцы на его предплечьях, когда он встаёт в стойку, готовясь к новой атаке. Пат отвлекается, разглядывая, как майка плотно обтягивает грудь Прана, не скрывая рельеф сосков, и пропускает удар. Пран попадает в угол челюсти, и Пата отбрасывает назад. Воспользовавшись преимуществом, Пран наносит удар ногой. Пат отскакивает и делает подсечку, после чего Пран падает на спину. Он не успевает подняться, как Пат оказывается сверху. Он заносит кулак, готовясь нанести удар, но в последний момент замирает. Он не может причинить Прану боль. Пран тяжело дышит, лежа под ним. Они смотрят друг на друга. До них доносятся голоса и крики парней, наблюдающих за поединком, и Пран, наконец, приходит в себя. Он вспоминает, зачем он здесь. Пран хмурится и зажимает Пата бёдрами. Он обхватывает поясницу Пата и сцепляет лодыжки за его спиной. Пран фиксирует талию Пата в жёсткий замок и делает рывок на себя. Пат ощущает, как искры возбуждения опаляют его позвоночник, когда их пахи соприкасаются, и едва слышно стонет сквозь зубы. Пран снова совсем близко, как в их первый раз. В следующую секунду Пран сбрасывает Пата с себя и совершает переворот, фиксируя его руку в блокирующем захвате. Пат стискивает зубы и мычит от боли, пронизывающей конечность. — Стоп! — громкий голос дяди прерывает их спарринг. Пат бездумно смотрит в потолок и слышит одобрительные хлопки: дяде Тонгу понравилось представление. — Отлично, парень. А теперь отпусти его. Не стоит ломать Пату руку. Думаю, ты достаточно продемонстрировал себя. Ты мне подходишь. Пран выполняет просьбу мужчины, после чего встаёт на ноги. Он снимает перчатки и проводит ладонью по своим тёмным волосам, откидывая чёлку со вспотевшего лба. Пат, погружённый в свои мысли, поднимается следом. Он снимает перчатки и, нырнув под канат, окружающий ринг, спрыгивает на пол. — Оставляю Прана на тебя, Пат. Введи его в курс дела, — командует дядя перед уходом. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, Пат перебрасывается парой фраз с Корном и другими парнями и ждёт, пока все разойдутся по своим делам. В течение всего этого времени Пат ощущает на себе пристальный взгляд Прана. Он, наконец, снова смотрит на него и кивком головы показывает Прану, чтобы он следовал за ним. Пран подчиняется, и вскоре они покидают спортивный зал и оказываются в небольшом подсобном помещении. Пат плотно прикрывает за собой дверь и поворачивается к Прану. — Что ты здесь забыл? — Ты глухой? — склонив голову набок, с иронией интересуется Пран, — меня только что приняли. — Приняли? — переспрашивает Пат, — это тебе не песочница и не детские игры, Пран. Тебя убьют, если узнают, кто ты. — Если ты не будешь болтать об этом, то никто не узнает, — схватив Пата за грудки, шипит Пран. Он тянет Пата на себя, сильнее сжимая в кулаке ткань его серой футболки, — так что лучше заткнись, Напат. Пат, зажатый по бокам предплечьями Прана, поднимает руки ладонями вверх в защитном жесте. Он не пытается сопротивляться или оттолкнуть Прана. — Пран, просто уходи, прошу тебя, — тихо произносит Пат, — это опасное место. Глаза Прана ярко сверкают в полумраке. — С чего такая забота обо мне? — хмыкает Пран, — я уже не тот беспомощный мальчишка, которого нужно защищать, Пат. — Пран, послушай, я не желаю ссориться с тобой, — вздыхает Пат. Пран тут же встряхивает его и с оскалом шипит ему в лицо: — Ссориться? Мы не друзья, чтобы ссориться, Пат. Мы никто друг другу. С этими словами Пран разжимает пальцы и отталкивает Пата от себя. Пат растерянно глядит в ответ. — Я сделаю всё, что от меня зависит, и развалю вашу банду изнутри. Пат внимательно смотрит на Прана, не в силах отвести взгляд. Пран смотрит на него с выражением неприязни, превосходства и гнева. Пат не может поверить, что раньше эти глаза смотрели на него с нежностью. Пат с сожалением признаёт, что между ними — горькая обида и пропасть длиною в шесть лет. Смотря сейчас в полные ненависти глаза Прана, Пат понимает, что того семнадцатилетнего мальчишки, который признавался ему в любви, больше нет.