Почти как Золушка

      На секунду с лица Чанбина сбежала улыбка, обнажив его удивление, но он почти сразу же весело расхохотался.       — Свидание? Ха-ха! Да бросьте, какое свидание? Мы же оба парни.       Девушка недоуменно моргнула, не понимая, всерьез ли это было сказано или над ней просто шутят.       — Действительно, разве такое возможно между двумя парнями? — в тихом голосе Феликса слышался неприкрытый сарказм, хотя меньше минуты назад он боялся, что Чанбин устроит скандал.       — Простите, если ошиблась, — официантка поспешно положила вторую фотографию на стол. — Какую выбираете?              Чанбин с любопытством склонился над снимками. На его лице появилась лёгкая улыбка, когда он ткнул пальцем в последний снимок.       — Мне нравится этот, — он поднял голову и посмотрел на Феликса. — А тебе?       — Никакой.              Ликс постепенно возвращался в свое мрачное настроение, в котором всегда пребывал, когда оказывался рядом с Чанбином. Ему не было никакого дела до глупых фоток, а поведение парня ещё больше сбивало с толку. Разве он не должен был возмутиться тому, что их приняли за парочку? Разве не так должен был вести себя натурал?       Чанбин становился для Феликса загадкой, которую было вовсе не безопасно разгадывать. Он снова принялся корить себя за то, что согласился поехать вместе в кампус, а потом дал себя затащить в кафе. Ведь чувствовал же, что ничем хорошим это не закончится.       — Будем рады видеть вас снова, — повторила девушка и поспешно ушла, унося вторую фотографию.       — Ну что, пойдем? — Чанбин поднялся из-за стола и весело хмыкнул. — Вот уж не думал, что мы похожи на парочку. Смешно, правда?       — Обхохотаться можно, — буркнул Феликс и быстро прошел мимо парня, торопясь выйти на улицу.       — Эй, постой! — Чанбин догнал его на выходе. — Ты куда так торопишься?       — От тебя подальше.       — Ну вот, опять за старое, — Чанбин не отставал от Феликса ни на шаг и выглядел правда расстроенным. — Да чем я тебе так успел насолить? Кажется, мы вполне нормально общались. Ты даже наконец-то засмеялся. Я думал, что ты перестанешь быть таким букой.       — Посмеялись и хватит, — Феликс резко остановился и сердито уставился на парня. — Я передумал с тобой ехать, спасибо за предложение. Доберусь до кампуса сам.       — Что? Но мы же…       — Я, кажется, ясно сказал, — Феликс угрожающе сдвинул брови и наставил на Чанбина палец, направляя его в лицо, — что не собираюсь ехать с…       Парень неожиданно схватил его за палец, потом поудобнее перехватил за руку и повел за собой. Он даже не оглянулся и как ни в чем не бывало заявил:       — Ну и характер у тебя, конечно. Тебе кто-нибудь говорил, что общаясь с тобой надо иметь в запасе железные нервы? — Не дождавшись ответа он продолжил: — Надо поторопиться. Небо совсем потемнело, скоро пойдет дождь.       Феликс молчал. На самом деле на языке вертелось столько всевозможных вариантов ответа, что в итоге все смешалось в кашу, и он понял, что не сможет сказать сейчас хоть что-то внятное. У него никак не укладывалось в голове странное поведение Чанбина. Другой бы на его месте уже давно отстал от Ликса, а парень становился только настойчивее.       Даже это недопонимание в кафе его не вывело из себя. Чанбин и эту очевидную для него неприятность воспринял со смехом. Как такое вообще возможно? Да и сейчас, несмотря на слова Феликса все равно делал по-своему. Что ему на самом деле было надо? За такой настойчивостью обязательно должно что-то скрываться. Неужели надеется вызнать что-то про Фелисию?       Они остановились около мотоцикла, и Чанбин наконец-то выпустил руку Феликса, чтобы взять шлем и протянуть ему.       — Я предупреждал тебя, чтоб ты даже не заикался о Фелисии, — Ликс проигнорировал шлем и сложил руки на груди. — Если надеешься, что разговоришь меня по дороге, то сразу тебя огорчу — ты ничего этим не добьешься. Так что прекращай прикидываться добреньким, я никуда с тобой не поеду.       — Ты меня раскусил, — Чанбин преувеличенно тяжело вздохнул, а потом шагнул к Ликсу и быстро нацепил на него шлем, напоследок постучав три раза костяшками по макушке. — Вот ведь дурья башка, напридумывал себе всякой всячины. Прекращай выпендриваться и усаживайся сзади. Если мы задержимся и попадём под дождь, то ты будешь сам виноват.       — Ты меня не слышал? — начал Ликс не совсем уверенно, наблюдая как Чанбин надевает шлем. — Я же сказал, что не…       — Феликс, — нетерпеливо прервал его парень, — я серьезно. Хватит уже препираться. Я сказал, что довезу тебя до кампуса, значит довезу. Садись.       Было что-то такое в тоне Чанбина от чего спорить с ним внезапно перехотелось. Парень уже сел на мотоцикл и снял его с подножки, красноречиво поглядывая на Феликса.       Делать было нечего. Почему-то у Ликса появилось такое ощущение, что даже если он сейчас развернется и уйдет, то Чанбин все равно его догонит и заставит сесть на этот проклятый мотоцикл.       С небольшой опаской Феликс все-таки устроился позади и замер в нерешительности. На мотоцикле он ни разу не ездил, но знал по фильмам, что обычно пассажир держится за водителя. Он неуверенно прикоснулся к куртке Чанбина одной рукой, раздумывая над тем достаточно ли будет этого, чтобы не упасть. И тут парень развернулся и схватил его за руку.       — Держись покрепче. Обними меня посильнее руками, так ты точно не свалишься на повороте и будет совсем не страшно.       Чанбин сам обвил рукой Феликса свою талию, а потом проделал то же самое со второй, и только после этого завел мотор.       Поездка вышла вовсе не такой, как ожидал Ликс. Он ни за что не признался бы Чанбину, но первые несколько минут был на грани паники. Когда мотоцикл начал движение, Феликсу стало казаться, что он вот-вот упадет. Если до этого обнимать Чанбина было неловко, то теперь он со всей силой обхватил его руками и так вжался в широкую спину, что почти составил с парнем одно целое. Только после этого ему стало немного легче.       Правда с трудом обретенное почти призрачное спокойствие было не долгим. Оно оставалось с Феликсом вплоть до первого поворота. Когда мотоцикл начал немного крениться вбок, Феликс занервничал так сильно, что не смог сдержаться и охнул, но почти сразу опомнился и побыстрее сомкнул губы. Ему не хотелось, чтобы Чанбин понял насколько сильно он боится.       Перед следующим поворотом Феликс предусмотрительно решил закрыть глаза, чтобы не видеть приближающегося к нему асфальта. Стало только хуже. Из-за того, что он ничего не видел, а только чувствовал, ему казалось, что они вот-вот разобьются. Сердце испуганно колотилось, болезненно ударяясь о ребра, и он ещё сильнее прижался к Чанбину, инстинктивно ища в нем спасения.       — Постарайся расслабиться!       Сквозь шум мотора до Феликса донесся голос парня.        Его сразу захотелось огреть чем-то тяжёлым. Что за идиотские просьбы? Если бы Ликс знал как, то давно бы уже был спокоен, словно гладь лотосового пруда в безветренный день. Но сейчас ему было слишком страшно для того, чтобы искать в себе силы мыслить рационально и перестать думать о том, как они разобьются.       Видимо Чанбин почувствовал по стальной хватке Феликса, что расслабиться никак не выходит и после этого немного сбавил скорость.       — Я обещаю, что ты не упадешь, — уверенно заявил парень так, чтобы Феликс его услышал. — Просто представь, что мы с мотоциклом одно целое. Почувствуй, как ты проходишь сквозь ветер, как он проносится мимо и напевает свои песни. Попробуй получить удовольствие от этой поездки и доверься мне. Не думай ни о чем, предоставь мне заботиться о дороге. Я тебя не подведу.       В конце концов Феликс и правда внял советам и последние десять минут искренне наслаждался поездкой. Он даже выпросил у Чанбина разрешение снять шлем, чтобы целиком и полностью прочувствовать прикосновения проносящегося мимо ветра. Ему дали добро, только когда впереди замаячили стены кампуса, а дорога стала пустой и без поворотов.       Когда Чанбин подъехал к парковке и остановился, Феликс нехотя слез с мотоцикла и странно посмотрел на парня.       — Только не говори, что снова собираешься на меня ругаться! — Чанбин опустил подножку, снял шлем и подошёл к Ликсу. — Тебе же понравилось, правда?       Феликс вдруг солнечно улыбнулся и передал свой шлем Чанбину. Ему на самом деле все понравилось. Просто первые несколько секунд он заново привыкал стоять на ногах. Его немного потряхивало от пережитых эмоций и выброса адреналина, но он не прекращал улыбаться.       — Это было круто! Спасибо, что подвёз. Я пойду.       — Если захочешь покататься ещё, то только скажи! Я всегда к твоим услугам, дружище.       — Дружище? — Феликс удивлённо поднял брови.       — Друг моих друзей и мой друг тоже, — наставительно произнес Чанбин. — Так что хватит от меня бегать, я не кусаюсь. Если не веришь, спроси у Хенджина и Криса.       — Обязательно спрошу, — Феликс помахал рукой на прощание. — Я пойду, пока!       С этого дня жизнь Ликса снова приобрела яркие краски. В тот вечер он сходил на вечеринку, что устроили друзья, поговорил с Хенджином по душам и взял с него обещание больше не изводить идиотскими шуточками. Друг торжественно пообещал, что такого больше не повторится и очень долго не выпускал из объятий. Феликс даже немного смутился, не понимая, что нашло на Хенджина, но не решился это комментировать, чтобы не портить примирение. К тому же парень в итоге отпустил его, засмеялся и сказал, что соскучился.       На душе сразу же полегчало. Время с друзьями пролетело незаметно и расходиться не хотелось, но теперь Феликс знал, что больше нет нужды их избегать.       Теперь в компании было четверо человек. Первое время Ликс относился к Чанбину с некоторой опаской. Слишком сложно было отбросить свои страхи, с которыми он прожил полтора месяца. Но парень вел себя абсолютно непринужденно, всегда был весёлым и так заразительно смеялся, что Феликс ничего не мог с собой поделать и начинал смеяться вместе с ним.       Если бы Чанбин то и дело не заикался о Фелисии, все было бы идеально. Но она никак не могла выйти у него из головы, поэтому он продолжал изводить Ликса своими вопросами. Не проходило и дня, чтобы он не попытался узнать хоть что-то или просто упомянуть девушку перед друзьями. Даже Хенджин и Крис стали закатывать глаза, когда слышали, что в разговоре снова всплывает Фелисия.       — Феликс, ты уверен что у тебя нет близкой родственницы в Америке?       — Я уже сто раз тебе отвечал на этот вопрос, — раздражённо вздохнул Ликс. — Нет у меня никого.       На следующий день:       — Жаль мне так и не разрешили посмотреть видео с камер клуба, так у меня хотя бы был шанс ее найти.       Ещё один день спустя:       — Феликс, ты уверен, что не знаешь мою Фелисию? У меня в голове не укладывается то, что вы очень похожи. Как может быть, что вы даже не знакомы?       — Бин, ты даже меня достал уже своей повернутостью, — вместо Феликса ответил Хенджин. — Тебе же сразу сказали, что твою Фелисию никто не знает. Отстань ты уже от Ликса.       — Если продолжишь доставать меня твоей Фелисией, я спущу шины на твоём мотоцикле!       Так прошел ещё месяц. Ноябрь выдался ужасно холодным. Феликс старательно кутался в огромную дутую куртку и обматывался шарфом до самых глаз, но все равно сильно мерз. За два года в Америке, да к тому же в северном штате, он так и не смог привыкнуть к минусовой температуре. Его родная Австралия была щедра на тепло и солнечные дни, а Америка то и дело испытывала его не прочность. Каждый раз, когда он оказывался на улице, то боялся превратиться в ледяную статую. Успокаивал себя он только тем, что в прошлом году он смог пережить холодное время и дождаться прихода теплой весны, значит и на этот раз обязательно справится.       Отношения с Чанбином окончательно наладились. На самом деле они часто зависали где-то вдвоем, отколовшись от остальных. Оказалось, что у них много общих интересов, поэтому каждый их разговор превращался в многочасовую беседу. С Чанбином было уютно и легко, а из-за того, что парень все реже заикался о Фелисии, а в последнюю неделю и вовсе ни разу о ней не спросил, Феликс окончательно расслабился.       Но как только одна проблема стала исчезать на ее место сразу же заявила права другая. Ликс долго не хотел признаваться сам себе, старательно делал вид, что все на самом деле не так, но в итоге вынужден был смириться с неизбежным. Чанбин ему нравился. Нравился не только как друг, но и как парень. Нравился так сильно, что порой находиться с ним близко, когда их разделяли лишь считанные сантиметры, оказывалось настоящим мучением. Хотелось прикоснуться к его лицу, зарыться пальцами в волнистые волосы и поцеловать.       Воспоминания об их единственном поцелуе все чаще преследовали Феликса, особенно во снах. Он с трудом засыпал под традиционную ругань Чонина, но то и дело просыпался посреди ночи с дико колотящимся сердцем, пересохшими губами и болезненным стояком. После такого пробуждения снова заснуть удавалось только после того, как Феликс наведывался в ванную и спускал напряжение рукой, рисуя в фантазиях секс с Чанбином.       Судьба над ним точно решила поиздеваться, сделав так, чтобы он влюбился в натурала. С момента переезда в Америку у Ликса не было отношений, и надо же было такому случиться, что первой его американской любовью станет парень, который ориентирован исключительно на девушек. Пару раз у Феликса даже мелькала грешная мысль, а не вырядиться ли снова в Фелисию. Но он быстро отгонял от себя эту идиотскую затею. Это принесло бы только дополнительные проблемы.       С Чанбином о своих чувствах говорить он, естественно, не собирался. Он прекрасно понимал, что после такого признания парень будет держаться от него подальше. Возможно, это было бы к лучшему, раз взаимность Феликсу точно не светила, но справился бы он с разлукой? Чанбин слишком ему нравился, и Ликс уговаривал себя, что ему достаточно того, что они просто друзья.       А потом Феликс заболел. В одно прекрасное утро он просто не смог подняться с кровати. Тело оказалось слишком тяжёлым, конечности не слушались и даже веки он поднял с большим трудом.       В комнате уже горел свет, болезненно резанувший по глазам — Чонин развернул сборы на пары. Он вихрем носился по комнате, собирая свои вечно разбросанные вещи, которые раскидывал в приступе гнева во время игры. Заметив, что Феликс наконец-то открыл глаза, он остановился и внимательно на него посмотрел:       — Выглядишь так, как будто собрался на тот свет. Ты как себя чувствуешь?       — Как будто меня каток переехал, — с трудом прохрипел Феликс. — Дай мне градусник.       — Секунду, — Чонин быстро обшарил полки в поисках аптечки, которая еще ни разу им не понадобилась, увидел в самом углу белый пластмассовый контейнер, победно вскрикнул и бросился к Феликсу. — Так, градусник. Где же он он? Вот, нашел!       Через несколько минут выяснилось, что температура у Феликса приближалась к 102 градусам . Чонин сразу же запаниковал и собрался поставить на уши весь универ, как будто его сосед вот-вот умрет. Однако Ликс упрямо заявил, что ему не нужна ничья помощь и он просто денёк отлежится в постели. Он прекрасно знал свой организм и понимал, что ему достаточно одного дня постельного режима, чтобы болезнь отступила. Завтра ему будет уже намного легче, поэтому нужды обращаться к врачам не было.       Предупредив Чонина, чтобы не смел поднимать панику, Феликс принял жаропонижающее и собрался снова заснуть. Однако перед уходом на пары сосед задал вопрос, который заставил его задуматься:       — А как же твои друзья? Они же, наверное, будут волноваться, если не увидят тебя в универе? Может надо сказать кому-то что ты заболел?       Конечно же, первым делом Феликс подумал о Чанбине. Наверное, парень пришел бы его навестить, всё-таки они хорошо сдружились и тот, скорее всего, заволновался бы. Феликс уже хотел назвать его имя, но вдруг передумал. Он чувствовал себя отвратительно и выглядел явно не лучше. Последнее, чего бы ему хотелось, чтобы объект его тайных воздыханий увидел его в таком неприглядном виде.       Кандидатуру Хенджина он тоже быстро отмел. Друг хоть и будет переживать, но обязательно воспользуется поводом для шуточек. Феликс же был далеко не в том состоянии, чтобы достойно на них ответить, а беспомощно выслушивать подколы друга он не собирался.       Оставался только Крис. На самом деле он был самым серьезным в их небольшой компании, поэтому на него всегда можно было положиться. Если уж и предупреждать кого-то, то только его.       — Ты же знаешь Криса Бана с третьего курса? — дождавшись кивка от Чонина, Феликс продолжил: — Передай ему, что я немного заболел, но серьезного ничего нет, поэтому завтра уже вернусь к учебе. Только самое главное, скажи это, когда он будет один. Не хочу, чтобы остальные знали. Попроси, чтобы он тоже ничего им не говорил.       На раздачу указаний Феликс потратил все свои силы, поэтому как только Чонин ушел, он сразу же погрузился в сон.        Спал он плохо. Ему то и дело снились какие-то кошмары, он просыпался весь в поту, тело горело и не слушалось, в горле пересохло, но он чувствовал такую слабость, что даже не мог дотянуться до стакана с водой, что Чонин предусмотрительно оставил на прикроватном столике. Не в силах что-то сделать он засыпал, чтобы всё снова повторилось.       — Черт, да он весь горит!       Феликс проснулся от прикосновения к своему лбу чьей-то холодной руки. Кровать ощутимо продавилась под тяжестью ещё одного тела, а приятная прохлада скользнула со лба на щеки. В воздухе витал отголосок морозного вечера, такой желанный после духоты комнаты. Феликс инстинктивно потянулся к холодной ладони, но тело до сих пор его не слушалось и ему не удалось даже пошевелиться.       Глаза открыть он тоже не смог, поэтому ему оставалось только прислушиваться к разгорающемуся спору.       — Надо поскорее отвезти его в больницу, — твердо произнес голос, похожий на голос Хенджина.       — Феликс сказал, что ему не нужна помощь врачей, и завтра все пройдет. Может стоит прислушаться к его словам? — а это уже говорил Чонин.       — Ты, блин, серьезно? — услышав негодующие нотки, Феликс удостоверился, что это был Хенджин. — Да мало ли что он говорил! А вдруг он умирает? Мы даже не знаем, какая у него сейчас температура!       Ликс почувствовал прохладу, когда мимо его груди скользнула ладонь и вытащила из-под мышки… градусник?       — Сто градусов.       Голос раздался совсем рядом с Феликсом и принадлежал человеку с холодными руками. А ещё он наконец-то узнал мягкий тембр Чанбина. Феликс снова попытался открыть глаза, чтобы посмотреть на парня, но веки все ещё не поддавались. Пришлось слушать разговор дальше.       — Утром было намного больше, — сообщил Чонин.       — Это хорошо, — облегчено выдохнул Хенджин. — Но все равно, мы не можем оставить все как есть. А вдруг ему станет хуже? И где носит Криса? Он уже должен был вернуться!       Послышался звук открываемой двери и следом голос:       — Да здесь я! Ты так орёшь, что даже в коридоре слышно. Я все принес. Здесь лекарства, вода, фрукты и соки. Медсестра сказала, что если температура не высокая и больше нет никаких симптомов, то Ликсу нужно просто отлежаться. Если завтра ему не станет лучше, значит стоит обратиться к врачу.       — Ладно, — смирился Хенджин, — но мы же не можем просто оставить его и уйти? Кто за ним присмотрит?       — Я? — почему-то немного неуверенно ответил Чонин, но на него тут же рявкнули два сердитых голоса:       — Нет!       Феликс от неожиданности вздрогнул и от этого открыл глаза. Наконец-то он смог увидеть что происходило в комнате.       На его кровати действительно сидел Чанбин и до сих пор прижимал к его щеке ладонь. Рядом со столиком стоял Крис и выкладывал на его поверхность содержимое большого пакета, который принес с собой. Чонин топтался возле своей кровати и выглядел так, как будто неудачно попал в логово хищников, сам при этом будучи беззащитным маленьким зверьком. Хенджин подпирал плечом стену в нескольких шагах от Чонина и выглядел донельзя недовольным.       Никто не заметил, что Феликс больше не спит, поэтому разговор продолжился:       — Поправь меня, если я не прав, — деланно равнодушно начал Чанбин, сверля Чонина взглядом. — Это же ты чокнутый геймер, который до глубокой ночи рубится в дурацкие игры и мешает Феликсу спать своими воплями?       — Ну вообще-то я не чокнутый, — принялся оправдываться Чонин, но под тяжёлым взглядом Чанбина вдруг весь сжался и замолчал.       — Если узнаю, что он снова из-за тебя не высыпается, то самолично выкину твой ноут в окно.       — Но я…       — А я просто откручу тебе голову, — дополнил угрозу Хенджин.       — Вы оба с ума посходили? — рассердился Крис. — Что на вас нашло? Чонин, не обращай на них внимания. Но мой тебе совет, не стоит играть по ночам, если не можешь быть тише. Всё-таки в этой комнате ты живёшь не один.       — Ла-ладно.       — А я ведь давно говорил, что Ликсу надо переехать к нам! — Хенджин переключил свое внимание с Чонина на другую тему. — У Чанбина вообще есть своя квартира, он вполне может съехать туда, а не занимать свободную комнату, в которой мог жить Феликс.       — Я предлагал, он не согласился, — напомнил Крис.       — Это было больше года назад, когда он только-только приехал в Америку и мы даже ещё не дружили. Сейчас —то он прекрасно меня знает.       — И зачем ему жить с вами? — спокойно спросил Чанбин.       — Так будет лучше для всех, — разъяснил Хенджин. — Ладно, вернёмся к этой теме потом. Я останусь с Ликсом на всю ночь. За ним должен кто-то приглядеть, а этому задроту я не доверяю.       — Эй! — Чонин весь ощетинился. — Подбирай выражения!       — Хенджин, кажется, сегодня ты собирался на какую-то встречу, — с кривой улыбкой вмешался Чанбин. — Зачем нарушать свои планы? За Феликсом присмотрю я.       — Уж не думаешь ли ты, что какая-то встреча мне важнее друга? И раз уж на то пошло, тебе точно здесь не место!       — Это ещё почему?       Чанбин поднялся и сжал руки в кулаки. Его вид не предвещал ничего хорошего, но Хенджин лишь усмехнулся. Но сказать ничего не успел.       — Вы совсем что ли перестали дружить с головой? — Крис встал между ними и раздражённо дёрнул шеей. — Думаете сейчас самое время, чтобы ссориться? За Феликсом и правда надо присмотреть. Одного его оставлять нельзя. Чонин, ты смо…       — Я ему не доверяю, — сразу же перебил Криса Хенджин. — С Феликсом останусь я.       — Я тоже остаюсь здесь, — отчеканил Чанбин. — Что хотите делайте, но из комнаты я не выйду до утра.       — Ладно, — Крис устало потёр виски. — Оставайтесь оба, так даже лучше. По крайней мере Феликс будет в надёжных руках. Главное, все свои препирательства оставьте на потом.       — Вы ничего не забыли? — влез в разговор Чонин. — Я вообще-то тоже здесь и не хочу спать в комнате, где находятся два незнакомых парня.       — Пусть они останутся, а ты переночуешь у нас в квартире, — примирительно произнес Крис. — Можешь взять с собой ноут и остальные вещи, которые понадобятся. Я как раз планировал заказать пиццу на ужин, а потом немного поиграть. Ты во что играешь, кстати?       — Да почти во все, — ошарашенно ответил Чонин. — Но…       — Соглашайся. Эти двое все равно останутся здесь, слишком уж упрямые. А ты спокойно проведешь вечер за играми. Даже орать сможешь в свое удовольствие — в комнате очень хорошая звукоизоляция.       Видимо последнее утверждение оказалось решающим фактором, потому что Чонин быстро кивнул, молнией пронесся по комнате, собирая свои вещи и уже через минуту был готов. Крис одобрительно на него посмотрел и направился к двери. Уже у выхода он повернулся к друзьям и предупредил:       — Узнаю, что вы затеяли ссору оторву вам голову. Обоим. Если Феликсу станет хуже, сразу же звоните мне.       — Хорошо, — ответил за двоих Чанбин.       Крис не успел закрыть за собой дверь, а утомленный чужой руганью Феликс снова погрузился в сон.       Проснулся он поздно вечером. В темной комнате горел ночник у кровати Чонина. Мягкий теплый свет падал на две напряжённые фигуры. Хенджин сидел на кровати, а Чанбин стоял рядом с окном и сверлил друга взглядом.       — Я же говорю, давай спать по очереди, — Чанбин говорил тихо, и Феликсу пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова. — Бессмысленно бодрствовать вдвоем. Так что ты ложись первый. Я в курсе что ты толком не спал прошлой ночью, а вместо этого до утра смотрел сериалы. Отдохни, а я разбужу тебя через несколько часов.       — Никак не могу понять, с чего вдруг ты так забеспокоился? Ты все нервы Ликсу истрепал, пока доставал его с этой Фелисией. Разве тебе было на него не плевать? Что вдруг изменилось? Или думаешь втереться в доверие, чтобы потом выудить у него всю информацию?       — Джинни, ты несёшь какую-то херню. Причем тут вообще Фелисия? Феликс мне такой же друг, как и тебе. Почему я не могу за него беспокоиться?              В комнате разлилось тяжёлое напряжение. Друзья смотрели друг на друга с ощутимой угрозой, как будто одно небрежно оброненное слово могло начать драку. Феликс беспокойно заворочался в кровати, радуясь, что наконец-то может хотя бы немного двигаться и попытался вмешаться в разгорающийся конфликт:       — Чанбин… Хенджин…       Во рту было сухо как в пустыне, язык еле ворочался, а едва слышный голос больше походил на карканье больной вороны. Но тишина в комнате позволила услышать его слова, и друзья сразу же бросились к нему, позабыв про свой спор.       — Ликс, ты как?       — Феликс, тебе что-то нужно?       Парни взволнованно топтались у его кровати, то и дело толкая друг друга локтями. Их волнение и беспокойство были очевидными, и у Феликса стало тепло на душе. Приятно сознавать, что кто-то сильно за тебя переживает.       — Попить.       — Сейчас.       Чанбин опередил Хенджина и первым схватил стакан с водой со стола, чуть не расплескав при этом половину. Он сел на кровать, помог Феликсу приподняться и поддерживал его за спину, пока тот осушал стакан. Как только вода попала в его организм, а горло перестало походить по ощущениям на наждачную бумагу, Ликсу стало лучше. Он откашлялся, снова откинулся на подушки и, выдавив слабую улыбку, поблагодарил Чанбина.       — Ликс, ты нас напугал до усрачки, — Хенджин бесцеремонно забрался к нему на кровать и устроился с левой стороны, как раз возле стены. — Я теперь от тебя даже на сантиметр не отойду, пока не удостоверюсь, что с тобой все в порядке.       — И для этого тебе надо было забираться к нему в постель? — голос Чанбина звучал очень холодно.       — Я же говорю, Ликс должен быть под моим постоянным присмотром, — Хенджин положил ладонь на лоб парня и покачал головой. — Температура еще держится, но ты уже не такой горяченный, как был несколько часов назад. Мы тогда и правда сильно испугались.       — Завтра я буду как огурчик, — поспешил заверить друга Феликс и дёрнул рукой, собираясь поднять ее и показать пальцами, что все окей, но его ладонь наткнулась на прохладную руку Чанбина. Шевелиться сразу же расхотелось. — Обычно я болею только один день.       — Это хорошие новости, — Хенджин вытянулся рядом и подпёр голову кулаком, чтобы удобнее смотреть на парня. — Хочешь ещё воды? Или что-нибудь вкусненькое? Крис ещё днём принес фрукты, может перекусишь?       — Нет, спасибо, — Феликс устало прикрыл глаза — кажется его снова начинало клонить в сон.       Он машинально переплел свои пальцы с пальцами Чанбина. Где-то на краешке сознания появилась мысль, что он поступает неправильно, но ему было приятно касаться горячими пальцами прохладной кожи, и он не мог удержаться от искушения.       — Тогда отдыхай.       Голос Хенджина послышался совсем рядом с ухом, а потом Феликс почувствовал лёгкое прикосновение к своему лбу — друг смахнул прядь волос, упавшую на лицо. Справа раздалось сердитое сопение Чанбина.       С мыслью о том, что эти двое ведут себя очень странно, Феликс снова погрузился в сон.             Проснулся он от холода. Его сильно знобило и тело тряслось так, как будто началось землетрясение.       Феликс открыл глаза. В комнате было темно, но как бы он не напрягал зрение, Чанбина так и не увидел. Зато Хенджина искать не пришлось. Друг посапывал ему на ухо, благополучно стянув на себя одеяло, не оставив Ликсу ни сантиметра. Слабые попытки вернуть себе хотя бы малую часть не увенчались успехом. Феликс только ещё сильнее вспотел и выбился из сил, которых и без того почти не было.       Наверное, он пролежал бы так до утра, если бы не пришел Чанбин. Парень появился почти бесшумно и если бы ни свет фонарика, которым он освещал себе дорогу, то Феликс его вряд ли бы заметил.       Чанбин держал в руке стаканчик с кофе, тихонько прошел к столику у кровати Феликса и только тогда заметил, что тот не спит.       — Давно проснулся? Я решил спуститься за кофе и… Черт, да ты весь дрожишь!       Сердитый взгляд Чанбина остановился на спящем Хенджине, уютно завернутом в отобранное одеяло. Феликс понял, что друга жалеть парень не будет и грубо разбудит, ещё и подзатыльника даст, не иначе, что обязательно приведет к ссоре. Слушать их препирательства он точно не хотел, поэтому быстро, пока Чанбин ничего не успел сделать, проговорил:       — Помоги мне дойти до кровати Чонина. Посплю там, а Хенджин пусть отдыхает.       Феликс тут же попытался подняться, и Чанбин бросился ему на помощь. Поддерживаемый сильными руками, он хоть и с трудом, но всё-таки дошел до кровати соседа и почти рухнул на нее, как только Чанбин его отпустил.       Ликс зарылся в одеяло, но облегчения это не принесло. На кровати никто до него не лежал, поэтому одеяло было холодным, и дрожащий Феликс никак не мог согреться.       — Хочешь кофе? Он ещё горячий.       Перед лицом Ликса замаячил стаканчик, источавший ароматный запах, но кофе ему сейчас точно не хотелось.       — Можно просто воды?       Чанбин быстро наполнил пустой стакан водой и помог Феликсу приподняться, чтобы попить.       — Ты до сих пор дрожишь.       — Ничего, скоро согреюсь, — успокоил парня Ликс.       Чанбин вздохнул, но говорить ничего не стал. Он пододвинул стул к кровати Чонина, взял кофе и медленно его потягивал, глядя на Феликса. Под его задумчивым взглядом было не по себе. Ликс вдруг занервничал, как будто Чанбин пытался проникнуть в самую душу, поэтому плотно сомкнул веки и постарался заснуть, несмотря на дрожь во всем теле. Через несколько минут ему и правда это удалось.       Ему снова снился тот самый сон. Он уже чувствовал под своими ладонями крепкое тело с упругими мышцами, поэтому сразу потянулся к губам Чанбина. В отличие от предыдущих снов, парень ответил на поцелуй не сразу. По началу его губы словно окаменели, и Феликс нахмурился, не понимая, что же не так. Он нетерпеливо прижался всем телом к Чанбину, и тихонько застонал от непреодолимого желания содрать с себя и парня всю одежду, чтобы каждым сантиметром кожи почувствовать друг друга.       Он снова прижался к губам Чанбина и на этот раз ему ответили. Парень поцеловал его с такой силой, что Феликс чуть не задохнулся. Это были совершенно новые, ещё не изведанные ощущения. По телу прокатилась горячая волна наслаждения, грозившая разорвать сознание на мелкие частицы.       Ладони Чанбина обхватили его лицо, и поцелуй еще больше углубился.       Кажется, сны вышли на новый уровень и стали чересчур реалистичными. Ликс ощутил на своих губах лёгкий вкус кофе, ноздри защекотал терпкий запах любимого парфюма Чанбина, которым тот пользовался постоянно, и едва уловимая примесь моторного масла. Даже, когда сезон закончился, и парень перестал кататься на мотоцикле, то частенько ковырялся в нем, как будто боялся, что без его внимания он не доживёт до следующей поездки.       А потом поцелуй резко прекратился. Послышался шумный выдох, больше похожий на глухой рык, и ладони сжимающие лицо Феликса исчезли. Он разочаровано застонал и попытался снова найти губы Чанбина, но на этот раз у него ничего не вышло. Парень уверенно прижал его к себе, уткнулся подбородком в макушку и прошептал всего одно слово: «спи».       И Феликс заснул.       Утро выдалось хорошим. В окно пробивались первые несмелые лучи солнца, и комната была погружена в приятный полумрак, который вот-вот разгонит занимающийся новый день.       Феликс чувствовал слабость и лёгкую жажду, но в остальном от вчерашней болезни не осталось и следа. Он сладко потянулся и только потом осознал, что лежит в кровати Чонина. На стене рядом красовался плакат с персонажами какой-то компьютерной игры, чего никак не могло оказаться на стороне Феликса.       И тут к нему потихоньку начали возвращаться воспоминания. Спор Хенджина и Чанбина, Крис, который увел Чонина к себе, короткое пробуждение и Хенджин, нагло устроившийся на его кровати. Феликс хмыкнул, когда вспомнил, что друг во сне отобрал от него одеяло, и он жутко замёрз. Так он и оказался в кровати Чонина. Благодаря Чанбину. А потом… Феликса бросило в жар и, он быстро прикоснулся к своим губам. Это же был сон? Тот до невозможности реальный, страстный, глубокий поцелуй был просто сном, ведь так?       Ликс бросил осторожный взгляд на свою кровать и сразу же облегчённо улыбнулся. Друзья крепко спали. Хенджин прижался к Чанбину и сладко посапывал, а тот закинул руку за голову и свесил одну ногу с кровати.       Феликс поднялся и подошёл поближе. С любопытством оглядев лицо Чанбина, он пришел к выводу, что ему и правда все приснилось. Он же не мог взаправду целоваться с парнем, который интересовался исключительно девушками? Да и к тому же Чанбин отвечал ему очень даже страстно, а такое могло быть только во сне.       Феликс вздохнул. С одной стороны на него навалилось облегчение. Если бы он и правда приставал ночью к Чанбину, то все пришлось как-то объяснять. А что он мог сказать в свое оправдание? Что ему регулярно снится сон, где они целуются и вообще, Чанбин ему очень нравится? К таким признаниям Феликс готов не был.       С другой стороны его бедному сердцу хотелось, чтобы ночное происшествие оказалось правдой. Вдруг Чанбин и правда отвечал на поцелуй вполне осмысленно? Вдруг существовал мизерный шанс, что            симпатия Феликса взаимна?       Он покачал головой и решил, что такие мысли до добра не доведут. Ему точно приснился сон, так что не о чем жалеть или о чем-то переживать.       Когда полчаса назад Феликс вернулся из душа, парни все ещё спали. Он глянул на них с усмешкой и начал придумывать какой-нибудь интересный способ, чтобы их разбудить.       Но они справились сами.       Хенджин завертелся на кровати, а потом уткнулся носом в щеку Чанбина. Не открывая глаз, он издал довольный звук, похожий на стон и запустил руку в волосы парня. Чанбин начал просыпаться, и ещё не открывая глаз слабо улыбнулся.       Феликс едва сдержал рвущийся наружу смешок. Кажется этим двоим снилось что-то весьма интересное.       В этот момент парни одновременно открыли глаза. Хенджин как раз тянулся губами к Чанбину, а тот в свою охрипшим ото сна голосом начал произносить имя:       — Фели… Какого хрена?       Чанбин и Хенджин отпрянули друг от друга одновременно. Хенджин в ужасе уставился на друга, прижимаясь спиной к стене и зачем-то вытирая губы, как будто все-таки успел его поцеловать.       — Фу, Чанбин, это ты! Я думал…       — Что ты думал, идиот? Куда свои губы тянул?       — Да уж точно не о тебе думал, — брезгливо скривив губы, огрызнулся Хенджин. — А сам-то? Очень интересно, чье имя ты собирался назвать. Не хочешь договорить?       — Это тебя никак не касается, — вспылил Чанбин. — А вот ты…       — Очевидно же, что ему снилась его драгоценная Фелисия, — наконец-то вмешался Феликс.       Сначала он думал, что после пробуждения друзья сразу же его заметят, но они были слишком поглощены друг другом. На самом деле это было к лучшему. Пока они ругались, Феликс успел справиться с собой. То, что Чанбин даже во сне шептал имя девушки, в которую был влюблен, неприятно резануло по сердцу. Настроение мгновенно испортилось и почему-то в горле встал ком. Феликс за последнее время отвык слышать это дурацкое имя из уст Чанбина и даже иногда думал, что тот наконец-то забыл про девушку. Оказалось все было совсем не так.       Теперь он смотрел на парня с лёгкой улыбкой и как мог старался спрятать во взгляде осуждение. Но, кажется, Чанбин обо всем догадался.       — Феликс, все совсем не так, как ты дум…       — Ликси! — громкий возглас Хенджина прервал оправдания друга. — Тебе лучше?       Хенджин после небольшой заминки выбрался из одеяла и, по пути злорадно пнув Чанбина по ноге, выскочил из кровати, чтобы сразу же сжать Феликса в объятиях.       — Знаешь, как я за тебя беспокоился? Места себе не мог найти!       — Ага, так беспокоился, что нагло продрых всю ночь, — пробубнил Чанбин позади.       — Можно подумать, ты чем-то лучше, — фыркнул в ответ парень и снова переключился на Феликса, приложил ладонь к его лбу и внимательно осмотрел лицо. — Лоб холодный, значит температуры нет. Но ты бледный, как снег. Как себя чувствуешь?       — Бледный, потому что за вчерашний день не съел ни крошки. Ему надо поскорее позавтракать, пока в обморок не упал, — Чанбин подошёл ближе и дёрнул Хенджина за руку с явным намерением расцепить объятия.       — Без тебя разберемся, — бросил Хенджин и тут же зашипел: — И хватит дергать меня за руки. Ты нам мешаешь.              Феликс чувствовал себя глупо. В перепалке друзей ему не давали возможности вставить даже слово. Да и с каких пор они стали так ругаться? Раньше он никогда не замечал, чтобы у них было такое напряжённое общение. Сейчас же у обоих был такой вид, как будто они собирались устроить драку.       Спас ситуацию появившийся Крис. Он с невозмутимым видом зашёл в комнату и сразу направился к друзьям.       — Только не говорите, что вы всю ночь ругались. Хенджин, отпусти Феликса. Чанбин, хватит смотреть волком и разожми кулаки. Только драки нам здесь не хватало.       После строгих слов Криса парни сделали все, как было сказано. Однако это не помешало им окатить друг друга холодными взглядами. Они встали по обе стороны от Феликса и выжидательно посмотрели на Криса.       — Отлично, — парень удовлетворённо кивнул. — Феликс, тебе, как вижу, уже лучше. Голодный, наверное?       — Кажется, да.       — Собирайся, отвезу тебя в кафе. А вы, — Крис опередил друзей, которые уже собирались что-то сказать, — дуйте домой. Пока не решите все свои разногласия, к Феликсу даже не подходите. Он из-за вас когда-нибудь точно умом тронется.       Как ни странно Криса снова послушались. Парни попрощались с Ликсом и поплелись к выходу, недовольно поглядывая друг на друга. Как только за ними закрылась дверь, Крис улыбнулся и потрепал Ликса по волосам.       — Ты вчера всех на уши поставил своей внезапной болезнью. Все за тебя переживали и, видимо, это плохо сказалось на кое-чьих мозгах, — Крис вздохнул. — Тебе правда лучше? Я уже думал маме твоей позвонить.       — Но не позвонил? — Феликс ещё больше побледнел. — Она же потом будет каждый день требовать трехразовый видео отчёт. Сам же знаешь, с каким трудом она отпустила меня учиться в другую страну.       — Знаю-знаю. Я же обещал ей за тобой присматривать, помнишь? Поэтому и пришел сначала проверить твое самочувствие. Если бы тебе не стало лучше, у меня не было бы выбора. Не могу же я скрывать от миссис Ли, что ее любимый сын серьезно заболел.       — Ты прав. Но со мной правда все в порядке. И Крис… Не знаешь случайно, что это вдруг случилось с Хенджином и Чанбином? Между ними как будто кошка пробежала.       — Ну… — Крис почесал затылок. — Как бы тебе сказать… Они просто придурки. Но если честно, я догадываюсь, что это может быть. Надеюсь, что они сами все расскажут. Особенно тебе. А пока не забивай себе голову. Нам срочно нужно плотно позавтракать.