full moon

На улице было очень жарко. Середина лета никого не жалела, особенно обычных школьников и студентов, которые после многочисленных экзаменов хотели развлекаться, но вместо этого им приходится валяться под кондиционером, надеясь, что температура спадёт хоть на чуть-чуть. А ещё хуже было то, что вот-вот должно было быть полнолуние. Ну, это было плохо для необычных школьников и студентов, как Лиам. Ему не нравилось сейчас всё, потому что его главный якорь, Хэйден, уехала ещё полгода назад в другой штат, испугавшись, что её семье будет грозить опасность. Да, её можно понять, но это не исключает того факта, что Данбар теперь ходит хуже грозовой тучи, постоянно срываясь на кого-то. На Тео. В основном на него, потому что парень слишком часто оказывается рядом ровно в тот момент, когда Лиаму хочется сломать кому-то нос. Наверное, Рейкен уже больше десяти раз оставался с разными гематомами, но это не означало, что он прекратил ходить за Данбаром, раздражая этим ещё сильнее. На улице становится душно. В комнате температура тоже высокая. Бета открывает окно. И делает это потому, что на улице очень жарко. Не потому, что кто-то ходит под окнами. Совершенно нет. Через мгновение в комнату вскарабкивается волк. Чёрный волк с голубыми глазами. Данбар закатывает глаза и накрывает себя одеялом. Ему некомфортно, что кто-то ещё может увидеть его в обычных шортах и майке, свисающей на одно плечо, чтобы хоть как-то спастись от жары. Хотя странно, что он так печется о своем внешнем виде, потому что обычно в раздевалке ему плевать. Наверное, потому что перед ним сейчас стоит Тео. Голый Тео. Конечно, он же пришёл сюда в обличии волка. Скорее всего, ему стоило бы дать какой-то халат, а то так открыто пялиться на чужое тело наказуемо чужой ухмылкой и будущими постоянными издёвками. — Что ты здесь делаешь? – шипит Данбар, указывая в сторону ванной комнаты и надеясь, что парень поймет его намёк. Но Рейкен молчит. Его глаза медленно гладят черты лица Лиама, останавливаясь где-то в районе щек и носа. Он несколько секунд молчит, обдумывая. — Твой волк звал меня. Я подумал, что что-то случилось. — Минимум – жара, максимум – полнолуние, но с этим ты ничего не можешь сделать, – всё в той же манере отвечает ему Данбар. Ему определенно не нравится, что Тео стоит сейчас здесь. Рейкен медленно приближается и одним рывком стягивает одеяло, обвязывая его вокруг своей талии. Свежий ветерок всего на мгновение попадает на горячую кожу, но тут же пропадает, когда на неё опускаются руки. — Нет. Тебе было страшно. Ты снова один дома? – большой палец медленно поглаживает бедро. Данбар стискивает губы. Будь он не волком, а каким-то котом, сразу же заурчал от таких прикосновений, но перед Тео нельзя себя вести так покладисто. Он ублюдок, которому нужно найти хоть какой-то повод, чтобы поиздеваться. — Может быть, но тебя это не касается. — Тогда почему же твой волк так отчаянно звал на помощь? – тихо шепчет Рейкен. Но Лиам слышит. Скорее, его волк, которого он сейчас ненавидит за такую слабость. Да, Данбар нервничает, когда остается один дома, потому что обычно в такие дни к нему приходили Мейсон или Хэйден, но сейчас друг с Кори, а девушка, бывшая девушка, – в другом штате. Но он не думал, что о его нервозности узнают. Наверное, сейчас вся комната пропахла одиночеством и страхом. Лиам опускает голову. Его таранят собственные мысли, из-за чего ему хочется проваливаться под землю. В ад. Туда, откуда пришёл этот мудак. Только пусть Данбара не возвращают обратно. — Даже если и звал, то тебе должно быть плевать. Ты же работаешь завтра, – отмахивается парень, пододвигаясь ближе к изголовью кровати, чтобы смахнуть чужую руку. Но Тео не отодвигается. Его взгляд успокаивает, отчего волк внутри начинает выть. Лиам не виноват в этом – это полнолуние, которое ему, как оказалось, придётся пережить с Рейкеном. — Боишься? Надеюсь, тебя не нужно связывать цепями, – ехидно проговаривает он, притягивая Данбара к себе за коленки. Тот от неожиданности вскрикивает, когда чувствует, что его придавливают к матрасу. — Себя свяжи, придурок. Тео на это лишь ухмыляется. Его губы растягиваются в улыбке, а глаза блестят. Наверное, кислород уже перестал попадать в мозг Лиама из-за жары, но он видит, как в них загорается огонь, а рядом пляшут черти. Эти языки пламени мгновенно окольцовывают Данбара, утягивая. Парень приоткрывает рот, чтобы заглотнуть немного воздуха, но ему не позволяют это сделать, врезаясь в рот мокрым поцелуем. Мысли моментально покидают голову. Язык мажет по нижней губе, отодвигает и проникает в рот. Лиам несколько секунд сидит в шоке, а потом резко поддается и углубляет поцелуй. Его руки ложатся на чужой затылок, тянут поближе и погружаются в чужие мягкие волосы. Тео урчит, как настоящий кот, когда Данбар оттягивает немного корни назад. Его лицо покрывается красными пятнами от таких звуков. Рейкен сплетает свой язык с чужим, перехватывает на себя инициативу и кладет ладони на талию, немного сжимая и выбивая ещё один вдох. Лиам скулит под ним. Жмётся сильнее и извивается, когда Тео проводит руками вверх, поднимая и залезая руками под майку. Теплые руки идеально контрастируют с кожей, что Данбар даже стонет в поцелуй, кусая за губу и зализывая кровь. Перед его глазами начинают плясать звёздочки, когда он чувствует, что кислород перестаёт поступать в мозг. Нужно срочно сделать новый вдох, но Рейкен не отодвигается, наоборот, держит так, чтобы парень не убежал от него. Лиам считает себя в этот момент добычей, которую поймали и хотят съесть. Бета протаскивает руку между их телами и пытается надавить на чужую грудь, чтобы Тео отпустил его. Тот сначала не понимает, что от него хотят, но через секунду отстраняется и вглядывается в глаза напротив. Золотой цвет очень идет Лиаму, особенно когда он облизывает свои губы и пьяно смотрит на него, ожидая большего. — Думаю, тебе больше нравится быть связанным, разве нет? – его взгляд скользит по открытой шее, где бьётся венка. Она привлекает к себе, ее хочется укусить. Рейкен пытается избавиться от этого желания, но Лиам, будто специально, отодвигает свою голову в сторону, ухмыляясь реакции. Его тело немного подрагивает в ожидании. — Я же чувствую, что твой волк хочет сделать, – смущенно говорит парень. Его глаза прикрываются, а щеки краснеют. — Только потом не говори, что делал это из-за полнолуния, – Тео скидывает с себя неудобное одеяло и подползает ближе. Данбар пытается не смотреть вниз. Он сосредотачивается на стене. Считает, сколько картин на ней и сколько царапин, оставленных в другие дни, когда было полнолуние. Его сердце бьется слишком громко, и парень знает, что Рейкен слышит это. — Боишься, волчонок? — Тебе нужно было прийти в одежде. Знал же, что родителей нет дома, зачем тогда пришёл через окно? — Так эффектнее, согласись. Притом вряд ли бы ты меня впустил в дом, если бы увидел возле двери. Услышать банальное: «Всё в порядке, не переживай», – было бы очень глупо. Лиам сводит брови к переносице. Он же никогда не говорил такое Тео. Да и Рейкен никогда не появлялся у него на пороге. Ну, до расставания с Хэйден. Мейсон проводил слишком много времени с Кори, а Данбар начинал скучать, и, чтобы хоть как-то разнообразить свои будни, бета приглашал Тео к себе поиграть в видеоигры. — Я никогда не просил тебя об этом. И никогда не говорил так. — Ты прав. Мне – нет, а вот Хэйден – да. Данбар моментально поворачивает голову. То есть Тео хочет сказать, что он подслушивал их? И как часто? — Не парься, вы просто слишком громко ругаетесь, – словно прочитав мысли, ответил он. — Ругались, – поправил его Лиам. — Да, точно, а сейчас ты лежишь подо мной и у тебя встал. Видишь, как быстро всё меняется. Данбар, не веря чужим словам, опустил голову вниз и столкнулся с двумя проблемами. Во-первых, у него и вправду стоял. Стоял на Рейкена. Вот же ублюдок. Во-вторых, у Тео тоже стоял. А ещё он, кажется, огромный. Хотя не кажется, так и есть. Койот внутри от такой реакции виляет хвостом. Тео приближается, сокращая между ними миллиметры, и задевает чужой член. Лиам загнанно выдыхает. Его сердце подпрыгивает куда-то в горло, а потом падает вниз. — Нравится? – облизывает свою губу Рейкен и оставляет между их лицами минимальное расстояние. — Заткнись. — А если так? Рейкен кусает за шею, оставляя яркий засос. Его зубы впиваются в кожу, а по венам течёт черный цвет. Он забирает чужую боль, кайфуя с того, как Лиам под ним дрожит. Данбар выгибается в спине, потираясь о чужой торс. Скорее всего, он сам не замечает, как делает это, но Тео, стараясь помочь ему, в ответ тоже двигает тазом, выбивая искорки из глаз от наслаждения. Его язык оставляет мокрую дорожку до кадыка, облизывая и вырисовывая новые узоры на коже. Температура в комнате и так была невыносимой, а сейчас Лиаму хочется сгореть от того, что он делает. Парень даже и не думал, что его тело может так отвечать на любое действие. Открывая что-то новое, Данбар в шоке раскрывает глаза, ровно в тот момент, когда Тео спускается к соску, покусывая его и засасывая. — Сука… – через зубы выдыхает бета, сжимая губы до синего цвета. Он пытается заткнуться, но предательский стон вырывается изо рта. Хэйден как-то пошутила, что стонет он отвратительно. Конечно, это была шутка. В кругу друзей. Ага. Лиам после этого вообще не произносил никакого звука. Поэтому сейчас, когда его переполняют эмоции, он пытается совладать с тем, чтобы не вылить их все на Рейкена. Тогда койот будет до конца жизни припоминать ему этот позор. Но Тео вместо того, чтобы отстраниться, потянулся к второму соску, прокручивая его в пальцах и немного надавливая ногтем. Его глаза застыли на лице Лиама, который изо всех сил пытался сдерживаться. Рейкен на это укусил его, отчего Данбар вскрикнул. — Можешь не сдерживаться, – спокойно произнес он. — Я отвратительно звучу, – и снова задушенный вдох. Лиаму казалось, что он вот-вот умрет от такого давления. — Прекрасно, – Данбар удивленно посмотрел на него, – ты прекрасно звучишь. Я готов разорвать сейчас человека, который заставил тебя сомневаться в этом. Ага, тогда тебе придется поехать в другой штат. Лиам не хотел, чтобы Тео уезжал. Он слишком сильно прикипел к нему, чтобы так быстро отпустить. Да, в их общении были в основном сломанные носы или разбитые губы, но это не означало, что парню плохо. Рейкен – его якорь. Бета понял это недавно, когда чуть снова не убил сокомандника. Вместо того, чтобы запачкать себя кровью и снова выслушивать от директора, что драки – это плохо, волчонок побежал искать Тео и нашёл его на парковке возле своего пикапа. Тот, видимо, знал, что его ищут. И сейчас, когда злость на свою никчемность переполняет, Тео аккуратно ведет пальцем по торсу, рисует какие-то слова на его теле, успокаивая. Его действия кажутся такими спасающими, что Лиам прикрывает глаза, выпуская новый стон из горла. Парня немного смущает то, как он открыто показывает свое удовольствие, но эти мысли вылетают из головы, когда Рейкен спускается поцелуями к животу и останавливается возле шорт. Его глаза бешено бегают по одежде. Рот приоткрывается. Лиам видит каждое изменение, и от этого хочется заскулить. И он начинает довольно мычать, когда Тео спускает одним рывком шорты до колен, разглядывая вставший член. — Настолько жарко было? – ухмыляется он и на пробу мажет рукой. — Я же не думал, что ты придешь, – шипит Данбар, а потом срывается на громкий стон, потому что Тео очень правильно держит его член. Перед глазами взрываются фейерверки. Подержав немного в руке, Рейкен делает передышку в несколько секунд, а потом лижет от головки до основания, стараясь обводить каждую венку. Одной рукой он помогает, а вторую тянет к соску, чтобы надавить на него. Его пальцы спускаются вниз, к внутренней стороне бедра, когда Тео обхватывает головку и пытается насадиться на член. В глазах мгновенно появляются слезинки, а глотка начинает сжиматься, но он, словно не слушая свой организм, пытается взять до основания. Лиам в страхе оттягивает его за волосы назад. — Тебе же не нравится. — Это физиология. У некоторых есть рвотный рефлекс, а у некоторых… — Не стоит, – Данбар трогает его за плечо, отстраняя. — Не нужно заставлять себя. — Я не заставляю. Я хочу. Тебя, – на последнем слове он снова опускается и оставляет поцелуй на внутренней стороне бедра. Неужели он может быть таким нежным? Или Лиам окончательно перестал здраво мыслить? Рейкен снова обхватывает член и делает несколько раз движения головой. Старается обводить каждую венку и стонет, когда Данбар впивается своими руками ему в волосы, направляя. Парень держит его слишком долго, отчего по щекам катятся слезы, но Тео продолжает доводить своего волчонка до оргазма. Челюсть начинает болеть, а ноги Лиама заметно дрожат, когда Тео берёт до самого основания. Его палец медленно тянется ко входу, а голова отстраняется ровно в тот момент, когда Данбара вот-вот должна была накрыть волна удовольствия. — Не всё так просто, Лиам, – сладко зовёт его Рейкен, надавливая на живот. — Расслабься. Бета смущённо отводит глаза в сторону. Тео не понимает, почему парень так реагирует, но, когда проталкивает один палец, до него доходит. — Ты… — Замолчи. Мне и так херово, – Лиам прячет своё лицо в изгибе локтя, думая, что так Рейкен перестанет смотреть на него. Но тот пожирает его глазами, облизывая одним лишь взглядом. — Как давно? — Два месяца. — Мне казалось, ты по девочкам. — По тебе тоже не скажешь, что ты любишь сосать чужой член, – Данбар выгибается в спине, когда Тео на такие слова вставляет палец до самого конца. Его грудь поднимается и опускается. Живот напрягается каждый раз, когда Рейкен пытается растянуть. Чтобы не было настолько неприятно, парень целует его, нежно облизывая губы и пытаясь успокоить бешеный пульс. Второй палец заходит с трудом. Лиаму приходится несколько минут привыкать, чтобы потом вильнуть тазом назад, когда Тео задевает простату. Его, кажется, выкручивает, когда он чувствует удовлетворение. И Тео замечает это. Он чертит пальцами что-то на животе, переходит на талию. По коже рассыпаются волны мурашек. Данбар сладко мычит. Третий палец, и дышать невозможно. Лиам никогда не экспериментировал с таким количеством. Парень даже и подумать не мог, что такой размер может существовать. Нет, конечно, у него не маленький член, да и Хэйден никогда не жаловалась, просто, увидев чужой, он был слегка взволнован, что в него, вообще-то, эта махина не должна поместиться. Но Рейкен аккуратно надавливал на влажные стеночки, разминая и раздвигая пальцы в форме ножниц. — Видел бы ты сейчас себя. Такой отзывчивый. Общался бы так, цены бы тебе не было. — Размечтался-я, – в самом конце он срывается на крик, потому что Тео потихоньку начал входить в него. Данбар даже и не заметил, как он вытащил из него пальцы и приставил член. Тео держит его за талию, и Лиам видит, как по его венам течет боль, но Рейкену, как обычно, плевать на это. Он закусывает губу и закатывает глаза, потому что Данбар слишком идеально сжимается вокруг его члена. Парень даже хочет съязвить что-то, но его настолько сильно переполняют эмоции, что ему остается наслаждаться моментом. Бета раздвигает ноги шире. Приглашает? Если честно, он сам не понимает, что делает. Наверное, это его волк. Да, однозначно, иначе Лиам бы сгорел со стыда. Парень громко стонет, когда Тео начинает набирать темп. Их тела покачиваются в унисон, а кровать предательски скрипит. Кажется, она вот-вот сломается под таким давлением, но им плевать, потому что сейчас самое главное то, что они одни. Без единой души, которая осудит или высмеет. Они делят своё одиночество в эту аномально жаркую ночь, сгорая дотла и собираясь снова во что-то единое целое. Рейкен целует чужие губы до крови, смешивая всё, что только можно. Языки сплетаются который раз, когда они забывают о том, что им жизненно необходим кислород. Сейчас на это всё равно. Лиам кусает его от злости на всё то говно, которое было с ним за эти полгода. Он готов разорвать его плечо, на которое ложится его ладонь, сжимая в те моменты, когда Тео делает глубокие толчки. Данбар злится на всех, а Рейкен позволяет ему это делать: забирает боль и разрешает впиться зубами в свою ключицу. Тео плевать, выпустит ли он клыки. Он готов умереть здесь и сейчас, готов снова отправиться в ад, чтобы потом Лиам достал его оттуда и дал второй шанс. Данбар пытается привести дыхание в норму, но Рейкен, будто специально, меняет угол и потирается о простату. Парень чувствует, что Лиам уже на грани. Он не связанно говорит всякие ругательства, сжимает простынь и слышит, как та трескается под его силой. Говорить про это смысла нет, поэтому бета переводит руку на свой член. Но её перехватывают, заводя за голову. Лиам недовольно скулит, пугаясь своей реакции. Тео нагло улыбается. — Я помогу. Парень делает несколько движений и, не ожидая такой быстрой реакции, чувствует, как его ладонь и пресс становится липкими и мокрыми. Он удивленно поднимает глаза, а затем сам кончает, потому что Данбар слишком идеально сжал его внутри. Звездочки перед глазами проходят только через минуты две, когда Лиам пихает его в плечо и просит слезть, потому что «вообще-то, можешь раздавить». Рейкен смеётся на такое высказывание, переворачивается на бок и жмется поближе к груди. — Ты грязный. — Ты тоже. И я не про то, что тебе нужно в душ. Кто бы мог подумать, что Лиам Данбар, лучший щеночек Скотта, иногда вытворяет с собой… – но он не успевает договорить, так как в него прилетает подушка. А следом полотенце. Тео вытирается, всё ещё улыбаясь и чувствуя, как комната постепенно начинает пахнуть его запахом. Если когда-нибудь кто-то из стаи МакКола решит прийти к Лиаму домой, они всё сразу же поймут. Но койоту всё равно, он специально ерзает на подушках и ложится поудобнее в форме звезды. Данбар приходит только через несколько минут: его лицо какое-то напряженное, а губы поджаты. — Мы же никому… — Не скажем? А ты хотел? — Нет, – ещё тише говорит он, — просто я бы хотел… Продолжить? — Я согласен, но с одним условием: ты больше никогда не будешь вести себя открыто и развратно. Подумай о последствиях. Мне-то насрать, а что будет с тобой, если ты снова будешь пожирать меня взглядом я-бы-с-тобой-в-кладовке-сейчас, твои друзья точно заметят и донесут Скотту. Хуже будет, если Стайлзу, – Тео слезает наполовину с кровати, опуская ноги на мягкий ковёр. — Что? Я никогда так не делал! – Лиам становится между его разведёнными ногами и смотрит на него снизу вверх, угрюмо сводя брови к переносице. Койот мысленно в голове воет, когда видит такую картину. Его ладонь ложится на поясницу, которая, скорее всего, побаливает, и спускается вниз, сжимая ягодицы. — Даже сейчас, Лиам. — Да пошёл ты на… — Приглашаешь? Думаю, придется отказаться, ведь тебе понравилось больше, – на последнем слове Тео тянет его к себе, усаживая на колени. И Данбар снова утопает в Рейкене: в его сильных руках и запахе елового леса. Он не думает о своем постоянном одиночестве, ему не хочется злиться на всё, что окружает. Тео успокаивает его и удерживает на плаву. С ним Лиам не чувствует себя тикающей бомбой. Наверное, якорь так и работает.