Подмена

Джон запаниковал. Он смотрел в эти широко распахнутые жёлтые глаза чудовища и судорожно пытался понять, что ему делать, запахиваясь в халат. Ситуация принимала критический оборот, он может тут же проколоться...А потом он потянулся сознанием к сознанию новоприбывшего, такому мягкому, податливому и совершенно открытому. Сначала Джона коснулось странное ощущение, запах ладана и карамельного попкорна, потом ударила яркая вспышка света, а затем она сошла на нет, рассыпаясь разноцветными солнечными зайчиками от церковного витража. А потом была вина, жгучая и пригибающая к земле, а затем радость, восторг, надежда, любовь, отчаянья, страх, сомнения, такие липкие, что Джон с трудом выбрался из них, а затем сделал короткий вздох, чтобы коснуться чего -то, что действительно может ему помочь. Любовь и теплота, спокойное доверие и понимание, груз прошлых битв. Как младший брат. Радость, что видит ее живой, радость, что сам жив, что они могут начать сначала все вместе. Семья. Джон снова сделал короткий выдох. Достаточно, иначе он ощутит. - А ты думаешь, Курт, что от меня хотел этот бдсм-Румпельштильцхен? - покачал головой Джон, и ощутил как напряжение и недоверие исчезает, как опускаются плечи этого синего мутанта. - Если хочешь, я сумею надавить на Совет, чтобы он к тебе больше не приближался, я же Шериф, - Курт с неодобрением бросил взгляд через плечо. Джон с сомнением протянул руку и коснулся мутанта. Снова в точку. Немецкие сказки, трагическая предыстория, потерянное дитя, немного улыбки, и он доверяет. Прости, Джин, за этот обман. Он и правда тебе дорог. - Или потянуть за другие ниточки...- добавил он. Джон сделал мысленную отметку "нарушитель правил". - У нас есть более важные дела, - сказал наугад Джон, и снова попал в точку. - Да, поэтому я и здесь, мне критически нужен твой голос на совете. Мы будем говорить про секс. Джон сделал короткий выдох, и улыбнулся так, будто понимал, что здесь происходит. - Синистер опять будет предлагать свои... неестественные вещи, и нам нужно... - Подожди минутку, я оденусь, Курт, - прервал его Джон, спешно закрывая перед ним дверь. Вроде пока он не прокололся. Но сейчас новый этап испытаний. Одежда. Благо, умничка Джин положила на витое деревянное кресло свой наряд. Джон скептически осмотрел короткое зелёное платье и жёлтые трусы. Ладно, он не школьник, с этим разберётся, а вот с бюстгальтером придется повозиться, и...Джон взял в руки удобный топ без застёжек и внезапно понял, что согласен с Синистером. Это другая эпоха, не викторианство. И тут быть женщиной гораздо, гораздо проще. Джон спешно надел этот нелепый карнавальный наряд, и тут столкнулся с тем, что змейка на спине это то, с чем он встретился впервые. Маленький язычок выскальзывал из пальцев, Джон пыхтел и нервничал, потому что оставленный за дверью Курт уже начинал...думать. Воистину проклятие для всех телепатов эти думающие люди. - Дай помогу, - дверь открылась, и на пороге комнаты застыла высокая темнокожая женщина с белоснежными волосами, что напомнили Джону кучевые облака. Запах озона и пряностей, звон золотых украшений, долг и честь, твердость слоновой кости и красного дерева, тлеющие в железном сердце страхи. - Ороро, - отозвался Джон с каким-то даже облегчением, хотя впервые видел эту женщину. - Да, дорогая, я не могла бросить Лето без своего голоса. Курт сказал, что сегодня мы собираемся уничтожать идеи Эссекса, и оставила на Марсе все свои дела. А ещё я скучала по тебе, - пальцы женщины легко потянули змейку, а затем скользнули по спине и коснулось талии, это можно было бы счесть интимным жестом, но в этом всем была только спокойная любовь. Прикосновения такой женщины в ином теле вызвали бы у Джона...иные чувства, но сейчас он испытывал только благодарность и тепло. Он понимал, что не должен был расслабляться, что любят они Джинни, а не его, но почему-то даже дышать стало легче, как после долгожданного дождя. Ороро вышла вместе с Джоном из комнаты, и Курт вскинул голову. Джон понял, что не знает, куда идти, поэтому старался держаться ближе к Ороро, шагая по тропическому странному острову. В голове мысли были разбиты ярким калейдоскопом, но что-то будто шепнуло ему на ухо, что он привыкнет и освоится. Главное не расслабляться. Джон снова поправил юбку, которая стремилась задраться, а потом опустил взгляд. - Ох, у меня небритые ноги, - сказал он, глядя на короткую щетину, а затем прикусил язык. Женщины так не говорят. - Пора бы тебе перестать беспокоиться про Эмму Фрост, - ворчливо отозвалась Шторм, нисколько не удивлённая фразой Джона. -Однажды в пубертате, когда моя мягкая детская шерсть начала меняться на взрослую, - произнес Курт, бодро шагая рядом. -Я попытался сбрить ее. Всю. Матушка нашла меня в бадье для лошадей, плешивого и окровавленного, и сказал "Курт, твоя шерсть это наименьшая из твоих проблем". Курт покачал головой, улыбаясь. - Теперь я все время об этом думаю, если меня тревожат мелочи. - Синистер не мелочь, - Ороро опустила руку на плечо Джин. -Не позволяй этому ублюдку влезеть тебе в голову, - она покачала головой. -Это моя работа влазить в чужие головы, Ороро, - улыбнулся Джон, и внезапно понял, что ничуть не лукавил. Возможно, роль Джин дается ему не так уж и сложно. Но едва они достигли зала совета, который на деле оказался просто опушкой с огромным деревом возле водопада, самоуверенность Джона сползла на нет. Он смотрел в эти разномастные лица, ощущал их могучую силу, скрытую за нарядами цирковой труппы, и понятия не имел, как ему вообще скрывать свою натуру среди...этого. Синистер улыбнулся ей и кокетливо помахал рукой, нисколько не скрывая самовольной улыбки, и Джон преувеличено аккуратно сел на свое место, разглаживая короткую юбку. Теперь он понял, почему люди иногда боятся клоунов. Наверняка потому, что нет ничего страшнее клоуна, который имеет над тобой власть. Джон осторожно скользнул сознанием по присутствующим, ощущая, что может делать это почти свободно. Это шанс узнать где он. И для начала это хватит. - Евгеника- вот основа всего прогресса! - вещал Синистер, который встал со своего места и вышагивал между столами, оставляя после себя вязкое, будто слизь, всеобщее раздражение. - Плодитесь и размножайтесь, как сказал наш синий Иисус, но мы не можем позволить новой нации мутантов стать вырожденцами. Только контроль над размножением...- он бросил взгляд на Джона, будто ожидал, что он его поддержит. Джон молчал. Он пытался осознать информацию, которую получил по крупицам. Этот остров, Кракоа, это убежище для новой нации мутантов. Они выращивают особенные лекарства, которыми делятся с миром взамен на иммунитет и признание мутантов как нации. Исцеление от всех болезней, долголетие они меняют на защиту. А ещё здесь нет смерти. Мутанты ее победили. Таинственная Пятерка умеет создавать тела заново, а Ксавьер или ещё какой-то могучий телепат может пересадить копию сознания в это новое тело. И Джин, черт побери, это уже несколько раз делала. Просто брала бэкапы сознания, будто это какой-то гребанный код и наполняла тело душой. Если бы Джон был бы религиозный, он бы извивался внутри как устрица, на которую капали уксусом. Но почему-то ему было абсолютно нормально. Воскрешение, нация мутантов, живой остров, клоун Синистер. Беспокоила только Эмма Фрост, она скользила взглядом по Джин и едва заметно улыбалась уголками губ. Они подруги? Соперницы? Враги? Он не может думать о глобальных материях, пока не выяснит, как он должен вести себя с ближайшим окружением. Конечно, он мог бы использовать свои могучие силы, чтобы подчинить всех своей воле, построить новую нацию мутантов, краше предыдущей, взять всех под контроль, создать гарем, ибо какой тропический остров без гарема... Джон мотнул головой. Интересно, хоть у кого-то это могло сработать? - Искра подразумевает добровольность во всем, радость и восторг созидания, а не расчет и принуждение - отозвался Курт, выводя Джона из оцепенения, ведь он фактически ощутил как Курт потянулся к нему за поддержкой. Сложно быть телепатом. Ты просто паутина, за которую то и дело дёргают попавшиеся в нее мухи. Можно сойти с ума от вечного ее натянутого звона. -А что говорит Искра про последствия этих радостных действий? - отозвалась синяя женщина напротив, которая вызывающе закинула ногу на ногу и уже какое-то время наблюдала за спектаклем. - Берет ли ответственность Искра за тех, кто так неудачно родился, или придется решать по старинке? Джон ощутил почти физическую боль, и попытался понять, что произошло,и целое мгновение ушло на то, чтобы понять- это не его боль, и она не физическая. - Если тебе захочется кинуть ещё какого-то ребенка в колодец, Рейвен, - отозвался Курт, и эта боль почти не звучала в его голосе. - То лучше отдай его Садам Исцеления. И Искра не подразумевает глупость и необдуманность, - холодно добавил он. "Вот ведь сучка" ,- подумал Джон. Сучка, которая намерено пытается ранить своего сына, который, судя по всему, был нежелательными. Джин бы поддержала друга. Вступилась бы за него. Нашла бы нужные слова... - Держи свои слабые познания в контрацепции при себе, Мистик, - отозвалась Эмма, а затем перевела взгляд на Синистера. - Совет уже достаточно потратил времени на твои глупости про евгенику, людей из пробирок и прочие пустяки, Натаниэль. Смирись, что ты тут часть большего и не отнимай наше время. Эмма почему-то посмотрела прямо на Джин, и взгляд ее был насмешливым. Джон ощутил острую вспышку благодарности от Курта. Всего то пару добрых слов, поддержка от мамочки Эммы, и он готов идти за ней сегодня вечером, если она позовет. Неужели мужчины и правда так предсказуемы и управляемы? Джон отказывался в это верить. Но какое-то странное чувство кольнуло его, когда он смотрел на Эмму Фрост, это улыбчивую и совершенную женщину, разум которой сверкал кристальной защитой. Она не должна узнать. Если для него и есть угроза, так это именно она. В идеально сидящем костюме и с идеально выбритыми ногами. Джон невольно поправил лямку бюстгальтера и получил изучающий насмешливый взгляд. Кажется, он даже начинал догадываться, в чем дело. - Кто за то, чтобы больше не поднимать вопросов Мистера Синистера про евгенику и эксперименты над свободными мутантами Кракоа? - продолжила Эмма, которая сегодня решила быть спасительницей. Джон внимательно наблюдал за Советом, который проголосовал единогласно. Мутант в латексном костюме и шлеме, полностью скрывающим его глаза был Ксавьер. Джон ощущал силу этого телепата, но его единственная надежда была именно на Синистера, как бы это не было печально. Одна ошибка, и этот мягкий с виду человек просто выжжет Джона из головы Джин, будто его и не было. Почему-то в этом Джон не сомневался ни минуты. Сидящим рядом в белом костюме мутант тоже не был образцом морали, но хотя бы играл по правилам. Магнето, Магнус, Эрик, Макс...все эти имена отражались радугой, будто разлитый бензин на поверхности очень, очень темных вод, которых Джон не имел никакого желания касаться. А вот огромного мужчину с серой кожей Джон не то что постигнуть не мог, он не мог его объять сознанием. Нечто настолько древнее, что казалось его мысли высечены иероглифами и пиктограммами. А ещё, самое забавное, что когда Синстер только открыл рот, чтобы возразить что-то обиженное, одного "Эссекс" от этого гиганта хватило, чтобы Синстер плюхнулся на свое место со взглядом обиженного ребенка, которому не дали топить котят. Значит, в Совете все равны, но кто-то все же равнее. И Синистер, несмотря на его браваду, не самая крупная сошка. Джон откинулся на спину стула, ощущая как болит его живот. Все же стоило позавтракать. Ему нужно есть, даже если от волнения крутит желудок. Он телепат, он сумеет вычленить нужные мысли и не проколоться. - Ещё вопрос к Шерифу, -отозвался Магнето. - Раз уж..."легионеры" берут на себя правосудие без уведомления совета, я надеюсь, что недавний инцидент с упавшими с башни молодыми мутантами будет расследован и виновные получат выговор. Падающие на голову тела плохо влияют на состояние новоприбывших. Курт, который уже встал, медленно кивнул. -А вот если не было бы этой гребанный Искры, а был бы мир и порядок имени Эссекса...- буркнул Синистер, но проходящая мимо Эмма просто потрепал его по щеке, отчего бледный учёный стал ещё более бледным и злым. Джон направился на выход, но Синстер чуть поторопился и поравнялся с ним. - Очень жаль, дорогой мой, - шепнул он зло. - Что ты не поддержал меня на Совете. Но не будем обращать внимания на такие мелочи...пока. Приходи завтра в бар Синистера, и я немного помогу тебе разобраться что есть что, и чего именно я от тебя хочу, дорогая Джинни, - он криво улыбнулся, а затем отсалютовал Шторм, которая поспешила к Джин и Курту. - Будешь хорошим мальчиком, и твои маленькие друзья будут в неведении...и целы. Кракоа опасное место...- он улыбнулся и медленно направился прочь, заложив руки за спину. Джон замер. Значит, уже так? Да он впервые этих мутантов видит, а Синистер почему-то решил...но семя тревоги уже было посеяно в его душу. - На пиратскую вечеринку придете? - внезапно спросил Курт, который провожал взглядом Синстера, но уже не задавал вопросов. - Извини, дорогой, дела на Аракко. Передай Логану от меня привет, - Шторм наклонилась, чтобы поцеловать Джона в щёчку и потрепать Курта по волосам, прежде чем горделиво удалиться к вратам. - Я пойду, - внезапно даже для себя согласился Джон. Он испытывал лёгкую вину, но именно Курт Вагнер был его окном в дивный новый мир. Он смотрел на мутантов, и в его мягком беззащитном сознании мелькали яркие образы и воспоминания. Он был очками, костылем, подзорной трубой, он был очень полезным инструментом, и Джон не мог упустить возможность. - А ещё там будет Логан, он принесет виски, довольно неплохой. Виски, а не Логан, хотя Логан тоже очень ничего, - продолжил Курт, шагая куда-то. Джон следовал за ним, ощущая, как кишечник скручивает новой болью. Какая ты нервная девочка, Джин! Джон едва не остановился, когда уловил в сознании Курта яркие картинки Логана и Джин, понимая, что его общая история с этим мутантом такая сложная, что им лучше не встречаться, ведь не зная тонкостей и нюансов он рискует, а этот самый Росомаха любит Джин и не для кого не секрет, что... - Привет, эльф, привет, Джинни, - послышался хриплый голос, и Джон обернулся, глядя на растрёпанного коротышку, при виде которого почему-то тягуче сначала отозвался живот, а затем свернулся узел в промежность. Какого хрена, Джин?