Школьная газета

Весь класс стоял на улице перед школой, ожидая остальных. Ребята разделились на два лагеря. Одни бурно что-то обсуждали, смеялись и выглядели бодрыми, их звонкий смех наполнял утренний воздух жизнью. Другие же еле стояли на ногах, заваливались на бок и опирались на товарищей, их лица были омрачены усталостью. Илья, что было удивительно, оказался во второй группе. Он привык, что на выходных отсыпается за все 5 дней тяжёлой работы, а тут ему пришлось вставать в 6 ради этой гребенной экскурсии. Когда подошли все и учительница пересчитала ребят, они все дружно зашли в машину и стали рассаживаться по местам. Рыжеволосый выбрал предпоследнее сиденье. Он любил закидывать ногу на колёсную арку, это было для него комфортнее и удобнее. Весь класс разделился на небольшие группки. Одни что-то громко обсуждали и хихикали, другие спали друг на друге, некоторые просто слушали музыку, а в самом конце маршрутки раздавались звуки усердной игры и поднятия уровня, сопровождалось это не лестными комментариями и ругательствами. До галереи надо было ехать часа 2, за это время можно было хоть немного поспать, парень решил не упускать эту маленькую возможность. Мальчишка смотрел в окно, наслаждаясь утренними лучами солнца, которое едва пробивалось сквозь облака, но всё же приятно согревало его лицо. С полузакрытыми глазами он бросил взгляд на своего соседа. Единственное, что запомнил Илья, — мальчик с тёмными, возможно, каштановыми волосами, разговаривающий с девочкой, сидевшей впереди. А затем он погрузился в сладкий сон, которым его обделили сегодня. Илья проснулся от резкого толчка. Его голова скользнула с чьего-то плеча, но этот человек аккуратно придержал его и уложил обратно, незаметно погладив по голове. Этот жест был таким мягким и заботливым, что Илья, снова закрыл глаза и уснул. Будто почувствовав что они скоро приедут, рыжеволосый проснулся вновь, на этот раз окончательно. Он медленно поднялся и потёр сонные глазки и что-то мямлил про себя. Машина остановилась, все стали собирать свои вещи, общаться друг с другом, предвкушая сегодняшний день, кто-то обсуждал планы на вечер, а кто-то ныл что никуда уже не хочет идти. Если в целом, то творился полный хаос. Илья повернул голову на своего соседа и сон сняло как рукой, его глаза расширились. Он подскочил как ошпаренный и ударился о полку сверху. –Черных?! — его возмущенный крик, на фоне прочей какофонии голосов, почти не было слышно. Фил только нежно улыбнулся и слегка помахал ему рукой. –С добрый утром, Илюш. На лице рыжеволосого пылала ярость, он уже хотел что-то высказать и нагрубить парню, но к ним подошла Кира и кивнула в стороны выхода. Только щас Илья понял что почти все вышли и они остались последними. Он стал поспешно собираться, пока Фил уже стоял над ним и терпеливо ждал. –Чёрт, где мой телефон? — парень судорожно смотрел под сиденья и рылся в своё рюкзаке. –Этот? — он протянул ему довольно увесистый телефон с милым чехлом в виде собачки — он почти упал пока ты спал, я вовремя его подхватил. Илья нахмурился, но промолчал. Взяв телефон из рук блондина, они вместе вышли из маршрутки и направились к входу в Галерею. Как и ожидалось, весь класс разделился на свои группы и ходили вместе. Один Илья бегал ко всем как бедный родственник, и снимал небольшие видео как ребята обсуждали или рассматривали картины. Некоторые просили их фотографировать, а Илья просто не в силах был отказать, ибо потом начнут говорить что не хотят чтобы их фотографировали для газеты. Когда рыжеволосый порядок вымотался, он ушёл в самый дальний зал с картинами. Он медленно ходил перед ними, как строгий учитель, а перед некоторыми останавливался и вглядывался в каждую деталь. Его мысли наконец-то были заняты чем-то, кроме школы и прочих хлопот. В комнате стояла спокойная тишина. Казалось даже, что в ней можно услышать даже свои мысли. Илья погружался в изысканное мироздание картины, когда вдруг почувствовал, что чьи-то пальцы легко касаются его плеча. Он резко отшатнулся, едва не упав на ограждение, но человек с легкостью подхватил его за талию и притянул к себе, спасая от падения. Рыжеволосый ошарашенно смотрел на блондина, державшего его как какую-то принцессу. Его пугало больше то, как Фил тихо подошёл сзади, нежели в какой позе они стояли. Мальчик сразу же поставил на место парнишу и отпустил, будто нехотя. Илья хотел было что-то сделать, даже уже открыл рот, как Фил заговорил: –Ты знал как можно определить, популярна ли картина у нашего поколения или нет? –Ну…нет. — осторожно ответил тот. Блондин указал на паркетный пол. –Смотри, этот совсем новый, — будто загипнотизированный сказал парень. — а вот у той он стёрт. Филипп нежно взял парня за руку и уверенно повел к другой картине. –Видишь? –Вау, а реально! Илья уже сам водил парня по другим картинам и они оба рассматривали паркет. Наверное, со стороны казалось довольно глупо. Два парня за ручку бегают от картине к картине, смеются и смотрят на пол. Но для них это стало чем-то особенным, будто что-то секретное. Когда парни выдохлись от смеха, они оба сели в мягкие кресла, но их глаза все ещё сверкали радостью, а смех продолжал разноситься по одинокому залу. –И откуда наш Филипп Черных знает такие интересные вещи? — игриво спросил мальчик. –Ещё бы мне не знать, — произнес он с ноткой иронии — представляешь, Илюшенька, у меня даже любимая картина есть. Илья в голос рассмеялся и прикрыл рот рукой. –Серьёзно? Фил чуть заметно кивнул и снова взял того за руку, ведя в другой зал. –А чего это ты со мной возишься? Где остальные? — только щас вспомнил Илья. –Да Арт с Кирой куда-то ушли, а Вик с другими умниками картины обсуждает и их глубочайший смысл. Натюрморты, если что. Илья тихо рассмеялся в ладошку и только щас понял что они, черт возьми, держатся за руки. И держались всё это время. На его лице проступил лёгкий румянец. Хорошо что он шёл чуть позади парня и тот не видел этого. –Ну и вот. У меня не осталось людей по несчастью, а тут я заметил тебя. Рыжеволосый согласно промычал и тут они остановились перед одной из картин. –Ого… — удивлённо протянул Илья. На стене было полотно Франсиско Гойи «Как Сатурн пожирает своего сына». Довольно жуткая картина, что и заметил парень. –Жутко даже как то…– неуверенно пробормотал он, но Фил смотрел на эту картину с восхищением. — не думал что тебе нравиться такое. –Да мне и не нравится такое, просто эта картина какая-то, ну, особенная что-ли. Да, она страшная и жуткая, но мне этим она и нравится. Я не могу объяснить. –Я понял. У меня тоже есть любимая картина, она конечно не жуткая, но- –Веди. — перебил Фил мальчишку. И тут их взгляды пересеклись. Илья, смущённый, впервые почувствовал, что его интересы вызывают у кого-то такой личный интерес. Взгляд Фила был полон воодушевления и искренности, словно он действительно хотел узнать этого рыжеволосого мальчишку, погрузиться в его внутренний мир, понять его увлечения и взгляды на жизнь. Илья ощутил это, и в его сердце что-то дрогнуло, как будто лучик света пытался проникнуть к нему в потёмки души. Рыжеволосый неохотно потянул его в другой зал. Картина, как назло, находилась в людном месте, и мысль о том, чтобы идти туда, держась за руку с другим парнем, вызывала у него смущение. Это чувство странно трепетало в душе, заставляя его щеки окрашиваться легким румянцем. Он решил не брать его за руку, но Фил сам подошёл к нему и зацепился за край его кардигана. Илья никак не ответил на эту выходку, только тихонько усмехнулся. Зал был наполнен голосами, но все присутствующие были поглощены созерцанием картин и экспонатов, не замечая присутствия мальчиков. Оба парня остановились у картины. Пол у неё был лишь слегка стёрт, что означало что она не так популярна. –Серьёзно, Ван Гог? — иронично сказал Фил. –Вот не начинай. — парень сложил руки на груди и обиженно уставился на картину. –Ладно, чем же этот пейзаж тебе так понравился? У этой картины было спокойное название, что и описывало её «Пшеничное поле с воронами». –Ты знал что Ван Гог хотел застрелится? –Ну и? –Я когда-то делал презентацию на тему Ван Гога, картина правда не вызвала во мне эмоций, но это было до того как я узнал её предысторию, — начал рассказывать парень — он пошел в поле и приставил ружьё к сердцу. Выстрел. Но его рука дрогнула. С пулевым ранением в груди, он поплёлся домой и доживал там свои дни. Фил удивлённо раскрыл глаза, но перебивать не стал. –На картине грязные дороги и густое тёмное небо, недавно должен был быть дождь. Но мне больше нравится вороны. Все как один взмыли в небо, будто от громкого звука. Например, выстрела. Не считаешь так? –Ого…я даже не заметил. — удивлённо промямлил блондин. И оба парня замолчали. Илья просто о чём-то думал и смотрел на картину, а Фил тщательно вглядывался в её пейзаж, сопоставляя её с только что полученной информацией и той, о какой он знал сам. –Интересно получается. — прервал тишину Фил. –М? — отвлекся от размышлений рыжий и наконец обратил внимания на рядом стоявшего друга. –С виду картина такая обычная и скучная. Обычный пейзаж, как и остальные, но стоит вглядеться и даже эта чертова предыстория не нужна, чтоб разглядеть в ней что-то своё. — он добавил — да я философ, черт побери! –Если ты философ, то я актриса. –Да ну тебя. — буркнул мальчик. Они ещё побродили какое-то время по залам. Фил везде искал скрытый смысл, а Илья всё время его подначивал. В этот раз они не держались за руки, но казалось, будто нашли свой темп и шли в одну ногу, не прекращая свои разговоры. В назначенное время все стояли у выхода. Илья подошёл к кассе и попросил милую девушку сфотографировать их класс. Они перекинулись парой слов о состоянии картин и сломанных стульях в самом последнем зале. В этот момент Илья вновь ощутил пронзающий взгляд в затылок. Резко обернувшись, он попытался найти источник среди небольшой толпы одноклассников, но тщетно — никто не выделялся из общего движения. Видимо снова в сон клонит и снова стали появляться галлюцинации. Илья уселся на своё место, за ним следом сел Фил. Первый казался слишком усталым, чтобы реагировать. Его движения были заторможенными, а веки еле как держались открытыми, он будто бы готов упасть в любую секунду. Солнце полностью скрылось за пеленой серых туч. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя дрожать даже в теплой одежде. В такую погоду кажется, что всем хочется просто укрыться и погрузиться в сонную дрёму. Фил слегка ткнул пальцем в ребра парня, от чего тот резко повернулся, а на лице проступил лёгкий румянец. –Не делай так больше. — грубо кинул мальчик и нахмурился. –Ой, сори. — никакого сожаления в его голосе не чувствовалась, только смотрел он как-то странно, будто изучающе. Но Илья не обратил внимание, потому что вот-вот сляжет или на колени к этому придурку или затылком об стекло. Предугадать было невозможно. Фил протянул ему один беспроводной наушник, но Илья лишь поднял бровь и уставился на блондина. Он лишь дёрнул плечами и сам поставил наушник к себе в ухо. Рыжеволосый, вспыхнул гневом, отвернулся в сторону, снова уставившись в окно, будто не видя знакомых мест, которые он видел уже сотни раз. Его взгляд был потерян в дали, даже не фокусируясь на чем-то одном. Через 5 минут, когда Илья стал засыпать на ходу и вздрагивал каждую минуту, Фил аккуратно положил его голову на своё плечо и убрал его волосы, лезущие в глаза. Он сам не понимал почему ведёт себя так. Может, по доброте душевной? Во что плохо верится. Сегодня Фил стал вовсе по другому смотреть на рыжеволосого, как-то, более по особенному. Будто всмотревшись в детали, увидел историю у картины и скорее всего, даже не всю. Эти два часа все ехали молча, лишь время от времени перешептывались. Фил даже не заметил как всю поездку нежно улыбался, смотрел на Илью и изредка поправлял пряди его волос, даже если они не лезли в глаза.