Секрет

Долгожданный отпуск. Сколько времени уже прошло с последнего отдыха? Сынмин всё пытался посчитать, но никак не получалось, хотя это уже было и не так важно. Все мемберы были так рады, когда им сообщили о том, что целую неделю они могут делать всё, что только захотят. Конечно, многие сразу же спланировали разные поездки: Гониль и Джуён решили проведать своих родных, а Чонсу с Джисоком опять отправились в совместное путешествие в ближайшие города. Но вот Од подумал, что можно никуда и не уезжать, тем более Джунхану, который тоже решил остаться в общежитии, наверняка было бы одиноко, хоть сам он и говорил, что любит быть один. Очередной вечер, когда Сынмин готовил ужин, а Хёнджун даже не выходил из комнаты. Вообще мемберы привыкли к его такому поведению, но всё равно порой хотелось как-то пообщаться с главным интровертом группы. Именно поэтому Од часто заглядывал в комнату, в которой был Джунхан. И сегодняшний день — не исключение. Два стука в дверь, а следом опускание ручки и осмотр открытого пространства перед парнем. Все действия были привычными, но вот вид перед ним — нет. Длинноволосый парень стоял около зеркала, фотографируясь. Ничего необычного вроде как, но вот его одежда — это то, что так удивило Сынмина. На парне была чёрная футболка, заправленная в пышную юбку, не доходящую до колен. Юбка состояла из нескольких слоёв: самый нижний — белые кружева, а все остальные были черными. Хоть Хёнджун и надевал переодически юбки, но все они были другими: либо в пол, либо под ними были джинсы или иные штаны. Од стоял, как вкопанный, боясь пошевелиться. Он не знал что ему делать: выйти из комнаты побыстрее или же пройти в глубь. Но парень просто таращился на Джунхана перед собой. — Это…это не то, что ты подумал! — Хан сразу начал в спешке надевать свои домашние штаны и снимать эту юбку. — Я просто… — Лучше не объясняй, — перебил его старший. — Просто верни всё, как было. — В смысле? — теперь уже Джунхан стоял и ничего не понимал. — Надень снова юбку. — Зачем? — Тебе идёт, — оба парня начали немного краснеть, а в особенности Хёнджун. Но не смотря на румянец и небольшую растерянность, он послушал Ода и надел юбку обратно. — А может лучше я всё-таки в домашней одежде останусь? — Хан всё ещё был неуверенным в таком виде перед своим другом. — Нет, будь в ней, — Сынмин повернулся к двери и стал её закрывать, заметив, что на ручке есть замок. — Точно, в этой комнате можно вообще закрыться, но ты же этого не сделал, хотя прекрасно знал, что я дома. Почему? — Каждый смог бы разглядеть ухмылку на лице старшего и его небольшой лисий прищур. — В том-то и проблема, — пробормотал себе под нос Джунхан. — В чём? — Ты дома, — ещё тише сказал младший. Од лишь ещё больше начал улыбаться. — Хотел, чтобы я тебя увидел в таком наряде? — Ну, нет, но просто, я даже и не подумал. Ну ты мог, - Хёнджун запинался через каждое слово, каждый раз пытаясь сглотнуть комок в горле. — В общем, допустим да. — И зачем же ты этого хотел? — Сынмин начал приближаться к парню, проходя в глубь комнаты. — Просто так! Да вообще я ничего не хотел! — С каждым приближающимся шагом Хан сам пытался отдалиться, держа привычную и комфортную для себя дистанцию, но комната не была бесконечной, пришлось остановиться. «В ловушку лисы попал хрупкий кролик», — так можно описать всё происходящее. Сынмин подошёл уже совсем близко и положил свои руки на талию Джуна, как бы измеряя её на ощупь. — Такая тонкая, — полушёпотом сказал Од, перемещая свой взгляд на лицо парня перед ним. В глазах младшего читалась потерянность и наслаждение одновременно. Всем же всегда приятно получать комплименты, да? Вот и Джунхан не исключение, но ситуация пугала его. — Ты правда считаешь, что мне идёт такая одежда? — Да, а что не так? Ты же часто надеваешь юбки. — Но не такие ведь… — Какая разница, если они все тебе подходят? — Лицо Джунхана снова залилось румянцем. Хан положил свои руки на плечи парня напротив, ведь всё это время не знал куда их деть. Сынмин тыльной стороной ладони прошёлся по скуле младшего и пальцами приблизил того за подбородок, прильнув к губам напротив. Он начал нежно сминать их своими, получая взаимность. Од первым отстранился и потянул парня за руку к кровати. Он плюхнулся на неё и притянул к себе Хёнджуна, усаживая того на своих коленях. — Подожди, это всё как-то неправильно, — начал паниковать Хан, но в ответ он получил лишь снова поцелуй, на этот раз более глубокий. Гитарист почувствовал в своём рту чужой язык, исследующий всё там. Буквально через мгновение он понял, что под его футболку лезут мягкие и прохладные руки, пальцы которых блуждали по животу, вырисовывая разные узоры. Одна рука Сынмина снова начала покоиться на тонкой талии, а вторая прикасалась к возбуждённому соску. Каждое прикосновение порождало всё больше и больше бабочек в животе. Несмотря на все свои предупреждения, Джунхан буквально плавился в этих страстях, опустошая голову от лишних мыслей. Он бы соврал, если бы сказал, что никогда не думал и не представлял всего этого, но не хотел, чтобы хоть кто-то узнавал его тайную сторону, о которой всегда молчал. Сейчас он просто наслаждался моментом. Тем временем Сынмин медленно снял с Джуна футболку и принялся за ключицы, расцеловывая теперь их. От таких действий в комнате слышалось тихое мычание младшего, одобряя всё, что происходит. — Хан-и, ты говоришь, что это неправильно, но при этом сам готов уже застонать от обычных прелюдий, — снова эта ухмылка. — Заткнись лучше, — снова этот румянец. — Ты такой милый, когда стесняешься, — Од снял с себя домашний лонгслив и опрокинул Хёнджуна на кровать, снимая с него юбку. Он повис над парнем, снова целуя того в губы, переходя к шее, оставляя на ней красные метки и лёгкие следы укусов. Гитарист решил тоже начать действовать, он развязал шнурок на спортивных штанах Сынмина и снял их. Оба парня оставались в одних боксёрах, через которые легко было заметно возбуждение как у одного, так и у другого. Джунхан встал на полу на колени, усадив перед собой старшего. Он стал снимать с парня последний элемент одежды, после чего осторожно прикоснулся пальцами к обнажённому члену своего парня, из которого уже сочилась естественная смазка. Обхватив обеими руками всю длину, Хёнджун начал ими двигать, но сразу же приподнял голову и посмотрел прямо в глаза напротив, ожидая одобрения. — Мне продолжать? — Хан был действительно не уверен в своих действиях, поэтому готов был задавать самые элементарные вопросы. В ответ он получил кивок. Это послужило зелёным сигналом для продолжения. Длинноволосый приблизился к органу старшего губами, даря лёгкий поцелуйчик прямо в головку. Конечно, он на этом останавливаться не собирался. Раскрывая рот, парень вобрал половину длины, нежно проводя языком по ней. Сынмин запрокинул голову назад, хотя так хотел посмотреть на картину перед собой, но не мог сдержаться. С каждым движением рта Джунхана, О закатывал глаза и вздыхал всё сильнее, желая поскорее кончить, но он же не мог так быстро всё завершить, поэтому, почувствовав приближающуюся разрядку, он убрал младшего от своего члена и снова кинул парня на кровать. — У тебя смазка-то хоть есть? — Есть…в первом ящике в тумбочке, — Хёнджун после своих слов зарылся в ладонях, желая спрятать своё краснеющее лицо от Сынмина, который направился к той тумбочке. Ему было стыдно, очень стыдно. Старший быстро взял всё необходимое и вернулся к ожидающему Джунхану. За этот короткий промежуток времени младший успел и с себя снять последний элемент, который всё ещё был на нём до этого. Это порадовало О, и на его лице опять расползлась ехидная ухмылка. — Не скрывай своё лицо, мне нравится на него смотреть, — тепло проговорил клавишник, приблизившись к Хану. Парень его послушался и убрал руки в сторону. Мин вылил прозрачную жидкость из тюбика на свои пальцы и потянул их к внутренней части бёдер Джуна, осторожно прикасаясь к колечку мышц, размазывая по нему немного смазки. Он медленно и аккуратно вошёл одним пальцем, поглаживая другой рукой ногу Хана, чтобы отвлечь его от боли, которая может возникнуть. В комнате послышался тяжёлый вздох младшего, а после и тихий стон от движений пальцев внутри себя. Сынмин не останавливался и добавил второй палец, набирая обороты. Было видно, что обоим это нравится, они плавились в друг друге, желая большего. — Я думаю, что…готов, — Джунхан тихо стонал почти после каждого своего слова, делая небольшие паузы. Он почувствовал резкую пустоту внутри, но продлилось это не долго. После слов Хана Сынмин сразу распределил лубрикант по своей длине и начал медленно входить в младшего. Сначала проникла головка, а потом и остальная длина. Од старался делать всё аккуратно, чтобы не нанести травм тому, кого любит и любил всё это время, поэтому двигался осторожно. Сделав пару толчков, он ускорил темп. Хёнджун прогибался в спине, постоянно выдыхая весь воздух из лёгких. В его бёдра тяжёлой хваткой вцепились руки Мина, а его губы уже перекрыли чужие, его язык сплетался с языком напротив, делая атмосферу вокруг более страстной и горячей. Старший всё больше набирал темп и сквозь поцелуй кусал губы Хана. Тот стонал в поцелуй, а рукой обхватил свой возбуждённый член, остававшийся всё время без внимания. — Я уже скоро…- попытался промолвить Хёнджун, но его перебивали его же стоны. — Я тоже. Спустя несколько толчков и стимуляции рукой из органа младшего выплеснула белая жидкость ему на живот. Ещё через несколько толчков Сынмин тоже кончил прямо внутрь. Клавишник без сил завалился на тело снизу и поцеловал того в щёку. — Мин-и, ты спрашивал, почему я не закрыл дверь, — начал Джунхан. — Так вот, я ждал именно этого. — Я предполагал, что так и есть, — Сынмин снова улыбнулся, обнимая чужое тело. — Знаешь, я тебе не говорил, но я любил тебя и до сих пор люблю. — И я тоже, но боялся оттолкнуть тебя своими чувствами. — А ты почаще юбку эту надевай, кстати. Тогда я тебе проходу давать не буду, — оба парня посмеялись, а после снова поцеловались. Им было комфортно вот так лежать в обнимку и думать только о друг друге, поэтому они уснули крепким сном с новыми более сильными чувствами.