Мариэтта

— Я знала! Я знала, черт побери, что ты тоже не лыком шит! — Что значит ты тоже? — усмехнулся Поттер. — То и значит, — препираться и отрицать что-либо было странно, тем более мой визави уже что-то подозревает. — Кажется предчувствие не обмануло меня. — улыбнулся Гарри. — Сколько тебе ты говоришь? Мне было двадцать шесть, когда я оказался в прошлом. — И? — мне были интересны подробности. — Неудачный день, — отмахнулся «Поттер». — Ты ведь тоже не подросток? — Мне двадцать четыре. Меня убила моя подруга и я очнулась в теле Мариэтты. Попаданец кивнул. — Сожалею. — Тебе не кажется что это сюр? Разве это возможно? Два попаданца в одной части вселенной, в разные периоды перенесшиеся, но оказавшиеся здесь и сейчас, женатые нерасторжимым браком. — Я давно принял для себя решение, не вдаваться в меланхолию, пространные размышления, поиски логики — психика спокойнее будет. Так что я это я, Гарри Поттер, мальчик-который-выжил. — Мариэтта Элизабет Эджком. Очень приятно, — фыркнула в ответ. — В какой возраст перенесся? — В тринадцать. Лето перед третьим курсом. — Ты пытался что-то изменить, повлиять на канон? — О, только тем и занимаюсь, — пожал плечами Поттер. — Но оказалось канон такая вязкая и тягучая субстанция, что меняй, что не меняй, а в основной канве событий перемен и не заметишь. Зато со стороны навалит, только разгребай. — Например? — Например, ты. Если память мне не изменяет, то Мариэтта так и отправилась домой на лето с прыщами. Но тут появилась ты и вот мы здесь. — Почему у тебя не пропала руна-предостережение, что магией отметила вас троих? — Забей. — Нет уж, Поттер! — разозлилась я. — Не смей съезжать с темы! Либо мы честны друг с другом и одной семьей пытаемся выбраться из всего этого пиздеца, либо я не знаю в какой спектакль превратится этот будущий брак. — Я все расскажу тебе. — Да черт возьми, кто бы знал, как я устала от этого всего! Постоянно откладывать на завтра то, что можно обсудить сегодня. В текущей реальности это значит лишь то, что навалит проблем сверх крыши! Говори уже! — Я не могу. Мариэтта, — попытался сбить мой настрой. Не на ту напал. Я сложила руки на груди и немигающим взглядом пронзила Поттера. — Да Мерлин! — рыкнул Поттер, — Да я втюрился как подросток! В девушку которая и не смотрит в мою сторону. То что я онемела от шока, понятно, но я признаться вовсе не думала что разговор съедет в эту сторону. — Единственная, кто имел здравый смысл держаться от меня подальше обходила меня стороной. Но это и к лучшему, все же подростки это не мое. Мне оставалось только ждать херову прорву лет, а потом пытаться ее завоевать. Мариэтту. — Что? Э… А как же? Черт. Как же Чанг, Уизли и прочие? — Никогда не любил навязывание. Да и мне всегда нравились блондинки. Шок это по-нашему, черт побери. Здравствуй, когнитивный диссонанс. — А когда все изменилось и ты первый раз оценивающе взглянула на меня, я даже не понял как меня притянуло к тебе канатами. Все это случилось так быстро, но… Просто это был мой шанс. А потом узнал что с тобой происходило это время… и я… Поттер совсем растерялся. Это было до ужаса мило. И странно. Ну и мило. Так, кажется, я повторяюсь. — Поттер, я не она. Я не Мариэтта, — даже сердце сжалось, этот лохматый чертяка каким-то образом уже влез мне в подкорку, что горечь растеклась по языку. — Я не знаю как это объяснить, и поверишь ли ты мне… Но… теперь понимаю, что я, кажется, всегда знал что она, Она-Мариэтта, не моя, но увидев твои, именно твои глаза, я понял чего я все это время ждал. И магия поняла… И думаю, ты меня сейчас поколотишь, но… кажется, магия исполнила мое…желание. Когда соединила нас. — О. — я сглотнула. — Даже не знаю, что сказать… — Что я олень? — совершенно по-мальчишески улыбнулся Поттер. Я не могла не улыбнуться. Ну, какой же обаятельный. Но олень, не поспоришь. Видимо это неизменно. Стук в дверь, что наконец долетел до наших, оглушенных признаниями, ушей заставил очнуться. — Эй, ребятня! Вы, надеюсь, не делаете меня прямо сейчас дедушкой Сири, — заорал с той стороны Сириус, — Я слишком молод для этого, предупреждаю! И научу своего внука плохому! Завтрак и школа, детишки! Завтрак и школа, а не супружеские утехи! И заржал. Ну чисто, конь. Я закатила глаза. А потом мы с Поттером взглянув друг на друга негромко и тепло рассмеялись. Напряжение между нами утихло. Честно, мне полегчало. Когда рядом есть тот перед кем ты не должен носить маски, врать и изворачиваться, что-то выдумывать, объяснять, не должен следить за поддерживаемым реноме, а можешь просто быть собой, обсуждать насущные проблемы и вопросы, находить решения сообща. О, с моих плеч будто сняли стотонный груз. Я фыркнула себе под нос. Вот тебе и Поттер Великолепный. Интересно, был бы он таким, не попади в него «подселенец», развивающий магию и тело, познающий искусство чародейства и магическое мироустройство? А сама Мариэтта? Могла бы привлечь внимания «Мальчика-который-выжил»? Все же канон изменился, потому что полотно реальности прошили две новые нити притянутых душ? Завтрак прошел в спешке. Вальбурга никому на глаза не показывалась, и Сириус отбросив всякие приличия созвал всех прямо на кухню и напилил нетривиальных бутербродов. Правда кофе был восхитительный, чему я отдала должное. Волшебник! Наскоро, перебросившись шутками, и уменьшив собранный Кричером багаж в коробочку, что можно спрятать в карман, Сириус выволок нас на площадь. — Сохатик, давайте под мантию. Я зашвырну вас в Визжащую хижину. Вам будет проще зайти в замок с улицы, а если попадетесь кому, наврете, что рано вышли на прогулку. Все легче, чем если бы вы вышли из статуи горбатой одноглазки, прямо под очи студиозусов. — Карта могла бы нам в этом помочь. — В учебное время? — махнул рукой Сириус Блэк. — Когда по школе шествуют толпы школяров? Неудачная идея. Помню один раз мы с Джеем просидели в этом переходе пару часов, пока уроки не закончились. И влетели на отработку за пропущенные занятия. Зайдете в дверь как белые люди. Поттер, не препираясь, укрыл нас мантией невидимкой. — Держи свою жену покрепче! Адью, молодожены! Ответить что-либо мы не успели. Характерный рывок у пупка, рванувшиеся на свободу внутренности и вот мы стоим посреди старой пыльной полуразрушенной хибары, гордо именуемой Визжащей хижиной, главного рассадника жутчайших привидений, самого мерзкого пошиба. А попросту логово одного несовершеннолетнего оборотня времен папани моего мужа. — Миленько, — проговорила я, осмотревшись. На одном креплении шторы висели обрывками, пол тут и там расчерчивали глубокие царапины, и все это было покрыто пылью. — Идем, нам нужно еще попасть в замок, — сказал Гарри. — Ага, и не быть убитыми Гремучей ивой. — Хорошо, что мы знаем как этому препятствовать, верно? — усмехнулся Поттер. — Верно. Все же есть польза в знании канона, не находишь? — О, да. Мы рассмеялись и двинулись в путь. Как ни странно, но в замок мы прошли совершенно обыденно и незаметно. В вестибюле вообще никого не было. Из открытых дверей Большого зала раздавался гул голосов, видимо, завтрак еще не закончился. Мы поднялись на пару этажей, чтобы разделиться. Каждому из нас нужно было в свою башню-гостиную, хотя бы взять сумки и подготовиться к учебному дню. Я лично даже и не в курсе что у меня за расписание, но Поттер подсказал, что вторым занятием у нас общая Травология и что, скорее всего, там он меня и встретит. Толпы блуждающего народа не позволили нам поговорить подольше, на нас и так стали оглядываться все кому не лень. А Джинни Уизли, если бы могла убивать взглядом, оставила бы от меня горстку дымящегося пепла. Девица, влекомая симпатичным гриффиндорцем, замерла прямо посреди коридора и прожигала нашу пару стрелами ненависти и ревности. Ой, вэй. Я лишь закатила глаза. Прости, детка, но ты уже опоздала. Поттер — мой, со всеми потрохами. А магический брак не позволит таким ретивым сорвиголовам как ты что-то изменить, подлив, например, Амортенцию, что часто приписывалась Уизлетте в фиках. Якобы опаивала она Поттера, дабы пробраться в замужи герою всея Магической Британии и Шотландии… Появившись в спальне, оказалась под прицелом трех пар глаз. Чжоу Чанг неискренне, Мерлин пожри, как неискренне, улыбнулась. Палишься, дорогая. Не горишь ты желанием со мной общаться, подружка. Другие две девицы, Бетани Уильямс и Милли Коулз, удивленно взирали на изменившуюся меня. Ну да контраст должно быть разительный. Одно дело бледная моль, с гнездом вьющихся волос на голове, невыразительным и блеклым лицом, а другое — деловая колбаса с непокорным взором. Магия чистым потоком струится под кожей. Волосы блестящими локонами обрамляют выразительное лицо. Глаза сияют, прыщей и след простыл. Спокойно кивнув присутствующим, двинулась к своему сундуку. Вытащив сумку, глянула в расписание занятий, что было прикреплено на обратной стороне крышки сундука. Ага, зельеварение с Хафлпаффом, потом две пары Травологии с грифами, Защита с ними же (здравствуй, Амбридж) и Трансфигурация с барсуками. Быстрый взгляд на часы показал, что время поджимает. Побросав все необходимое в сумку, двинулась за однокурсницами. — Ты почему сегодня не ночевала в общежитии? — пискнула Бетани. — Замуж выходила, — отрезала я на полном серьезе. Эта троица захихикала так, будто я сказало что-то по-настоящему смешное, на что я лишь пожала плечами. Все они отмахнулись от Мариэтты, как от пустого места, смотрели на ее муки, отвергали ее, гадили исподтишка, а девочка буквально погибала у них на глазах. И что, я должна с ними теперь в десны целоваться? Обойдутся и добрососедской отрешенностью. И пусть радуются, что не прокляла по-тихому, или не отравила. Я теперь ведьма, я умею. Хех. Сью нашлась у кабинета Зелий, в одиночестве подпирающей стену в отдалении от основной галдящей толпы. Вот кому я была откровенно рада. И видела, что мое отношение взаимно. Сьюзен расцвела искренней теплой улыбкой. — Ты в порядке? — стоило мне подойти, прошептала она. — В порядке. Чжоу, остановившаяся неподалеку, не могла определиться куда ей идти. То ли к нам, играя в подружек, то ли к основной толпе, что сейчас склонилась над какими-то расчетами. Она выбрала не нас. Весьма показательно. Но и умно, как не крути. Заметить к себе наше отстраненное холодное отношение она оказалась способна. Ну и флаг в булки. Снейп за минуту до гонга открыл кабинет, и летучей мышью пролетел по коридору между парт. В переносном смысле, конечно. Хотя, кто его знает, может он и сам анимаг, повадки уж больно говорящие, а как известно «вторая ипостась» накладывает некоторые черты. — Задание на доске. Приступайте. И помните, что сегодняшнее зелье входит в экзаменационный лист. Вот, собственно и все, что мы услышали, стоило занять свои места. Строго и по существу. Ага. Урок прошел в монотонной спокойной работе. Мы со Сьюзен справились в числе первых, и результат зелья видимо был неплох, если заметить небольшой кивок самому себе от профессора Снейпа, сразу после прищуренного взгляда брошенного в нашу сторону. Всей толпой народ потянулся на улицу в сторону теплиц, стоило Снейпу нарезав огромное эссе на домашку, отпустить нас. Я почувствовала приближение факультета Гриффиндор и буквально на слух и поняла какой у нас тихий факультет по сравнению со львами. Вот вроде тоже «молодежь» и шутки, поддевки и взрывы смеха, но на контрасте грифы кажутся откровенным стадом бабуинов. Поттер шел позади. Стоило моему взгляду остановиться на нем как он обернулся. Чжоу, идущая на пару шагов впереди, даже чуть не споткнулась, тут же поправляя блестящие волосы. Думала, что Поттер на нее пялится. Профессор Спраут отреагировала отчетливым облегчением, стоило мне появиться в теплице. Приятно. Хоть кто-то в этой сраной школе переживал о Мариэтте. Мы собирали какие-то скользкие то ли шипы, то ли иголки у крайне нестабильного дерганного растения, смахивающего на дрожащее желе на гибком каркасе. Этот зеленый «осьминог» от любого грубого движения стрелял в обидчика шипом, и парни практически все уже красовались следами воздействия. На ласковые нежные поглаживающие движения этот недоёж, лишь показывал шипы, и их то и следовало, спокойно удерживая, собирать, не позволяя втягивать их растению обратно. Дело продвигалось медленно и скучно. Парни тут же придумали игру. Дергали растение, и пригибались, позволяя иглам стрелять в соседа или соседку. Мадам Спраут шикала на баловников, и нещадно снимала баллы, совсем не вынося такого «отвратительного отношения к милому трепетному растению». Это цитата если что. Буэ. Поттер стоял неподалеку от нашей со Сьюзен пары, можно сказать грудью прикрывал благоверную от посягательств. Что тут же было срисовано некоторыми присутствующими. Задумчивые взгляды становились еще более задумчивыми. — Палишь контору, — буркнула я Поттеру, когда по окончании занятий он придержал мне дверь теплицы. — Ну, прости. Что я мог еще делать, позволить нашпиговать тебя иголками? Поттер и я отстали от основной толпы, шли, переговаривались. Что привлекло не меньше внимания, чем предупредительно открытая дверь. — У нас с вами сейчас занятия у Амбридж. — Помню, — стиснул зубы гриффиндорец. — Что такое? — Бесит. — Шрам на руке болит? — Болит, Мордред ее пожри, — мельком глянула на воспаленную надпись на левой руке. Красноречивая «Я не должен лгать» красовалась именно там, где и была описана в каноне. — Зачем? Зачем идти на открытую конфронтацию? — Если бы я знал. Видимо, Поттер головного мозга это все же диагноз. Я расхохоталась. — Почему Рон и Гермиона так спокойны? — О чем ты? — Мы идем, шушукаемся на глазах у всей школы, а твои лучшие друзья делают вид будто ничего не происходит. Странно. — Они знают. — О, нет. Не говори, что рассказал им! — Рассказал. Почему нет. — Пф! Ну, не знаю! Может потому что Рон спустит на меня всех собак, узнав, что его друг никогда не женится на его сестре? — Ари, ему пятнадцать. Он даже не думает на тему брака вообще, а моего тем более. Все, что его сейчас занимает это как набраться смелости, чтобы позвать Гермиону в Хогсмид на следующие выходные, раз в предыдущие недели у него это сделать не получилось. Я улыбнулась. — А Гермиона просто кивнула, сказав что она что-то подобное и ожидала. Вот и все. Мы немного помолчали. На сердце было почти спокойно. — Каково это? Жить жизнь книжным персонажем? Все же у тебя опыт, — усмехнулась я. — Пф, — фыркнул парень. — Просто живи. Ты это ты. И все, что вокруг нас наша жизнь, здесь даже единороги какают. Неплохое удобрение, как оказалось. — А как быть с тем, что всем нам предстоит? — Ты о войне? — Угу, — нахмурилась я. — Я не хотела бы испытывать все ее прелести. Даже такие причесанные как описывала матушка Ро, вызывали оторопь, а уж реальные… — Все это время я занимался сбором крестражей. Ну и поиском Петтигрю. Дневника нет еще со второго курса. Медальон уничтожен. Диадема тоже. В разное время, конечно, но я не сидел сложа руки. — Ого, — тихонько прошептала с восхищением. — Чаша в Гринготтсе. И гоблины не идут на контакт. Кольцо сама-знаешь-где. И по мне пусть там и остается. Сам Темная морда шнырится где-то. Его самого придется искать и уничтожать. Со змеей непонятно. Есть ли она уже. — А ты? — с замиранием сердца проговорила, останавливаясь. — Как насчет кусочка, что внутри тебя? Поттер остановился рядом. Обернувшись на втянувшуюся в вестибюль толпу, притянул меня в объятия и проговорил в макушку: — Чего ты там себе придумала? Во мне крестража нет. Успокойся. Он исчез еще на третьем курсе. Облегчение, растекшееся по телу, было таким сильным, что я чуть было не рухнула на подкосившихся коленках. Если бы не Гарри точно бы упала. Обняв его в ответ, уткнулась в его шею и глубоко задышала. Пусть это магия, волшебство или природное притяжение сталкивает нас вместе, тянет нас магнитом друг к другу, мне без разницы. Но я никак не могу отказаться от него. Одна мысль, что я могу потерять Поттера прошила молнией все внутренности, обжигая, будто кипятком. Этот страх был реальным, черт побери. Реальным. И моим. Нет. Не отдам. У самой смерти вырву из лап. Мое! — Кхе-кхе. Молодые люди?