Место под солнцем

      Длинный, требовательный звонок сменился нетерпеливым стуком в дверь. — Лань Чжань… — Усянь с ужасом уставился на неожиданного гостя.       Ванцзи окинул голодным взглядом любимого и все заранее заготовленные слова застряли в горле.       Вэй Ин похудел, он всегда был изящным, но сейчас явно склонялся к болезненной худобе; волосы висели тусклыми сосульками, но не это вызвало главное удивление Ванцзи: на руках парня сидел маленький ребёнок, который с упоением слюнявил его рукав и часть захваченных с тканью волос и при этом с любопытством глядел на гостя.       Ванцзи сглотнул и сделал шаг назад: — Ты поэтому… У тебя есть семья, ты поэтому мне отказал? — Что? — недоуменно спросил Усянь и посмотрел на малыша в своих руках, как будто только заметил. — А, нет. Это соседки, но… — глаза Вэй Ина стали совсем несчастными. — Лань Чжань, я же просил не искать меня…       Ванцзи встряхнул головой, пытаясь восстановить связь с реальностью, и решительно сделал шаг вперёд, входя в квартиру и закрывая за собой дверь. — А я всё же решил найти! И хочу объяснений! — золотые глаза встретились с серыми, но Вэй Ин первым отвёл взгляд. — Что ж… Может, так и лучше, может быть, ты сможешь… — он посмотрел несчастным взглядом на малыша, который, заскучав, начал ерзать на руках, и перевёл печальный взгляд на Ванцзи. — Что ж, проходи. Только извини, у нас не прибрано, да и… В общем, заходи. — У нас? — нахмурился Лань Чжань. — Эм… Слушай, мне надо накормить а-Юаня и уложить спать, и тогда мы сможем поговорить. Я... я попробую ответить на твои вопросы.       Ванцзи кивнул, соглашаясь с предложенным планом.       Через полчаса они сидели на крошечной кухне и пили чай, вернее, то, что отдалённо было на него похоже. — Извини, ничего лучше тебе предложить не могу, денег мало и в основном они уходят на детское питание... — тусклым голосом произнёс Усянь, не глядя на Ванцзи. — Мгм, ты уволился из школы. — А что мне оставалось делать? — резко произнес Усянь, вскинув голову и посмотрев на собеседника, но тут же снова отвёл глаза. — Я надеялся, что ты не будешь меня искать.       Ванцзи протянул руку и накрыл ею слегка дрожащие руки любимого: — Вэй Ин, посмотри на меня.       Усянь повернулся и встретился с золотистым взглядом, полным любви и непонимания. — Что?.. Что ты хочешь знать? — после непродолжительного переглядывания всё-таки спросил Вэй Ин. — Я обещал, что расскажу тебе всё, что ты захочешь знать. — Вэй Ин больше не любит меня?       Усянь тяжело вздохнул, снова отводя взгляд: — Сразу с тяжёлых вопросов начал. А если я скажу, что не люблю, ты уйдёшь? — серые глаза испытующе посмотрели на Ванцзи. — Нет, — покачал тот головой. — Я так и подумал, — тяжело вздохнул Усянь. — Нет, Лань Чжань, я тебя не разлюбил. Я тебя люблю больше жизни, но именно поэтому мы не можем быть вместе! — Объясни! — потребовал Ванцзи. — Что ж так сложно-то... — взгляд парня заметался по кухне и, наткнувшись на детскую чашку, замер. — А откуда у меня ребёнок, тебя уже не интересует? — кривовато усмехнулся Вэй Ин. — Интересует, — кивнул Ванцзи и, не обращая внимания на небольшое сопротивление, переплёл свои пальцы с чужими. — Расскажешь?       Вэй Ин какое-то время смотрел на их соединённые руки и опять тяжело вздохнул: — Тут нет никакой особой истории, это внук старушки-соседки. Я им помогал периодически, сидел с а-Юанем, продукты приносил. А на днях… На днях соседку забрали, она попала под закон об утилизации. Я успел спрятать а-Юаня и его не забрали вместе с ней. У него больше никого нет, а сиротам… Сиротам не всегда находится место в нашем мире... — Вэй Ин тяжело вздохнул. — Ты поэтому не принял моё предложение? — несмотря на спокойный тон, Ванцзи с силой сжал руку Усяня, демонстрируя, насколько для него важна и болезненна тема. — Нет… — помедлив, ответил Вэй Ин, — не поэтому. Их я встретил уже, когда… — Сбежал? — подсказал Ванцзи.       Усянь поджал губы, не опровергая такую характеристику своего поведения, но и не соглашаясь. — Ладно, раз уж сбежать всё равно не вышло, то… — он коснулся браслета на руке и выдернул из него голографическое окно. — Показать будет проще.       Ванцзи вчитался в строки перед глазами: — Нет! Это не правда!!! У какого врача ты был?       Усянь криво усмехнулся: — Да у каких только я не был! Это правда, Лань Чжань, я смертельно болен, меня нельзя вылечить, а значит, я подлежу утилизации. Именно поэтому я не хотел, чтобы ты связывал свою жизнь с заведомо безнадёжным человеком... — Вэй Ин не безнадёжный! — Ванцзи так сильно сжал руку Усяня, что тот вскрикнул от боли. Хватка сразу ослабла, и длинные, музыкальные пальцы извиняюще прошлись по красным отметинам на кисти. — Наверняка что-то можно придумать, у меня есть деньги! — Нет, Лань Чжань, вылечить меня не могут никакие деньги, а… — он помедлил, — нарушать закон я не хочу. Я считаю, что закон об утилизации справедлив, хоть и жесток. Я бы уже сдался сам, но пока не знаю, что делать с малышом... — Он заглянул в глаза Ванцзи. — Может быть, ты можешь взять его себе?       Лань Ванцзи медленно кивнул, чувствуя, как по щекам текут слезы: — Я подумаю, что можно сделать. Ты теперь не один, просто доверься мне.