Мое безумное желание

      Будильник срабатывает вовремя. Сквозь светлые тюли в комнату проникают первые весенние лучи. Я встаю с кровати и оглядываюсь. Все тот же синий диван, большой телевизор на стене, бежевый высокий шкаф и ультрамодный торшер около кресла. Все, что было вчера не сон, а жестокая реальность. Только в этот раз нашёлся принц на железном коне. К которому я не могу до конца определиться в чувствах, хоть и понимаю, что стадия потребности в нем уже началась.       Еле передвигаю ноги, и противно шаркая по полу плетусь в ванную комнату, хочу посмотреть, что от меня осталось. Не то чтобы я прям жажду встречи с собой, просто хочу оценить урон, нанесённый моему и без того неидеальному лицу. К большому счастью с ним все в порядке, если не считать синяка на виске и немного на скуле. Двигаться мне еще тяжеловато, так как кости ноют при малейшем резком движении, думаю на теле гораздо больше интересного. Задираю ночную рубашку и чуть ли не валюсь с ног от увиденного. Практически весь живот и бока в фиолетовых гематомах, сложно понять сколько их, потому что одни плавно перетекает в другие, образуя большое пятно. Я еще минут пять себя рассматривала и пришла к выводу, что в университете я не могу показаться в таком виде. Мне не к чему лишние вопросы и возможные разбирательства.       В самом удрученном состоянии выхожу из ванной комнаты и набираю номер куратора, предупредить, что меня не будет. Она женщина в возрасте конечно, советских времен, но всегда с большим пониманием относится ко мне, что сейчас только на руку. Я редко о чем-либо кого-то просила в этой жизни, так что моя маленькая ложь о том, что нужно выйти на работу на полный день прокатила без всяких проблем. Мило благодарю ее и еще пару минут слушаю добродушный монолог о жизни. Пока она бормотала слова о ранней самостоятельности большинства подростков, я прокручивала в голове вопрос о том, что с приходом Максима я уже стала врать людям. Что меня ждет с ним впереди? Весьма интересно узнать.       Вызов наконец-таки завершен и я снова ложусь в кровать, кутаясь в одеяло. Солнце светит в окно все сильнее, но теплее от этого не стало. Еле дотягиваюсь до пульта, который все равно падает на пол и включаю телевизор. Как же давно я его не смотрела, кажется, что полжизни мимо меня прошло. Смотрю каждый канал по минут десять, а то и больше, пытаюсь наверстать упущенное, насытиться новой информацией, узнать наконец-то, что в мире происходит.       Каналы новостей сменяли друг друга, а в голове тем временем крутился вчерашний день. Я думала об отце, что с ним сейчас происходит, хочет ли увидеться или просто запил и забил на все. Или мне на самом деле больше не стоит совать домой носа? Как же все сложно. Я вроде и знаю о жизни все и в то же время понятия о ней никакого не имею. Вибрация телефона отвлекает меня, и я теряю нить своих мыслей. На дисплее светится имя «Леся», но я не тороплюсь поднимать, пусть думает, что я на паре. Девушка довольно настойчива и меня начинает это раздражать.       Я окончательно просыпаюсь и встаю с кровати все так же игнорируя ее звонки. Достаю со шкафа аптечку, так заботливо оснащенную всем необходимым и иду обратно в ванну для обработки. Все это дело занимает немного времени и хорошо отвлекает от насущных проблем, о которых мне совсем не хочется думать больше никогда. Но пока получается довольно плохо. Меня все еще беспокоят дальнейшие взаимоотношения с папой. Я его и боюсь, и в тоже время он единственный кто у меня есть. Эти траурные мысли, что я рискую остаться навсегда один на один с собой, стараюсь вытеснить кучей книг и конспектов, с которыми я отправляюсь на кухню.       Громко ставлю на стол пятую кружку с чаем и закрываю очередную тетрадь с выполненным заданием, потираю покрасневшие глаза и решаю, что с учебой на сегодня покончено. Я оборачиваюсь и смотрю на часы, на которых уже двенадцать дня. За книгами время всегда летит незаметно, так что даже не пробую удивиться этому. Едва я сгребла все в кучу, чтобы отнести в комнату, хлопает входная дверь и я слышу, как Максим разговаривает по телефону с другом. — … да все нормально, блять, Мороз ты достал уже. Сказал же скоро все будет. Она уже почти готова, — на этих словах он проходит мимо кухни в комнату, но резко тормозит и отходит на пару шагов назад, встречаясь с моим взглядом. — Мороз, я перезвоню. Нет. Блять, не беси.       Максим заканчивает вызов и кладет телефон в задний карман джинс. Мы оба смотрим друг на друга и молчим. Я не особо понимаю зачем он пришел, когда я по сути еще на парах должна быть, а он видимо удивлен, что я такая прилежная прогуляла день. — Привет, — замешательство его не скрыть уже ничем, он зачесывает волосы назад и немного тупо косится на пол. Зрелище еще то, конечно. — Привет, — тихо отвечаю ему и избавляю от неловкости обоих.       Собираю учебники и выхожу из кухни, правда не удачно. Максим не дает пройти, загородив собой проход. Мои глаза на уровне его шеи, и я вижу, как он нервно сглатывает. Я стою слишком близко, что невероятно дурманит разум. Поддаюсь своим порывам и утыкаюсь лбом в его плечо. Его рука мягко ложится мне на спину и проходит вдоль позвонков. В его хлипких объятиях я в очередной раз понимаю, что невероятно устала от всего на свете, даже от себя самой, своих мыслей и несбывшихся надежд. Тяжелый вздох ясное тому подтверждение. — Не думай о нем, — его голос как всегда ровный и спокойный. — А о чем мне думать еще? — ведь и правда, я уже привыкла, что мои мысли заняты домом и папой. — Ну, например, обо мне, — отрываюсь от плеча и смотрю в глаза. По-прежнему серьезен и его предложение тоже.       Хмыкаю, не решаясь принять это за правду, отталкиваю его и прохожу в комнату. Максим облокачивается о дверной косяк и наблюдает за мной, что немного заставляет смущаться. Я не привыкла к такому повышенному вниманию со стороны противоположного пола. Стараюсь как можно дольше не поворачиваться к нему, но стоять у раскрытой сумки так долго явно ненормально. — Не хочешь сходить куда-нибудь? — выпрямляюсь и смотрю на него через плечо. — Думаешь я смогу куда-то пойти вот так? — без особого стеснения задираю майку, открывая пятно уже похожее на черную дыру в космосе. Сегодня его предложение мне мало интересно. — Думаю да, — он подходит ближе и холодными пальцами касается теплой кожи, обводя контур синяка, да так, что я даже не чувствую боли, словно он водит по воздуху. Все же движения настолько нежны, что я закрываю глаза отдаваясь этим чувствам. — Я знаю, что тебя взбодрит и отвлечет от проблем, соглашайся, — его рука медленно ползет вверх, едва задевая кромку лифа.       Я пытаюсь отстраниться, но его вторая рука ложится на поясницу, не давая это сделать. Максим в один миг становится так близко, что мы непроизвольно касаемся губами. Он ничего не делает, кроме как испытывает меня. Теплое дыхание разжигает во мне огонь, который я старательно пыталась потушить. Он знает, что я настолько робкая, что ни за что не сделаю первый шаг, но сейчас хочу сломать этот стереотип о себе. Секунда и накрываю его губы своими. Четкий привкус никотина, горчит, но останавливаться не собираюсь. Максим отвечает мне, принимает мой энтузиазм, понемногу перехватывая инициативу. Я прижимаюсь плотнее, руками сжимая его покатые плечи. Поцелуй выходит медленный, даже мучительно медленный и томный. Сладкая нега окутывает мой разум и чувства. Под его влиянием я готова принять любые решение. — Эй, малышка, что это было? — наша близость никогда долго не длилась и эта не стала исключением. Я приоткрываю глаза и вижу насмешливый взгляд Максима. — Ничего, забудь, — все, что я смогла это отвести взгляд и перевести тему. — Так куда ты там предлагал пойти? — На гонки, — отходит на пару шагов назад, присаживаясь на край подлокотника дивана и слаживает руки на груди. — Народ там самый разношерстный, но рекомендую тебе не выделяться особо, надень все чёрное.       Я прокручиваю в голове сказанное им и пытаюсь подобрать наряд. Максим вскакивает с места и оставляет мокрый поцелуй на лбу. — Я по делам, в шесть заеду.       Дверь за ним захлопывается, а я остаюсь стоять на своём месте. Зачем я согласилась на это все. Там наверняка будет куча его друзей. Все же иду к шкафу и начинаю поиски подходящих вещей. В итоге на диване лежали чёрные рваные джинсы, чёрная майка и чудом оказавшаяся у меня кожаная куртка. Чтобы не прослыть среди его знакомых серой невзрачной мышью пробую накраситься, как учила Леся. Вышло вроде ничего так.       К обещанным шести Максим набрал мой номер и сказал, что ждет внизу. Я хватаю куртку с дивана и спускаюсь. Парень сидит на лавочке и докуривает сигарету, попутно общаясь по телефону, он похоже в настроении. Он видит меня и сразу же завершает вызов, не заботясь о том, что на том конце все еще что-то говорили. — Готова? — заправляет прядь моих волос за ухо и ехидно улыбается. — Возьми, — он протягивает мне пузырек с таблетками. — Что это? — не решаю взять, а глупо смотрю на него. — Обезболивающее, тебе оно нужно, поверь, выпей одну.       Все еще скептически кручу в руках пузырек, но достаю и выпиваю одну таблетку и уже через мгновение чувствую расслабленность в мышцах и как боль покидает тело. — Мы пешком что ли пойдем? — я выглядываю из-за его плеча и не вижу машины. — Нет, идем.       Парень берет меня за два пальца и ведет к дороге, где стоит новый модный мотоцикл. Он протягивает мне шлем, а внутри меня все передернулось от страха. Не уверена, что готова вот так вот резко пуститься во все тяжкие. Максим заметил мою нерешительность и закатил глаза. Он насильно помогает надеть мне шлем и все-таки уговаривает сесть на эту страшную махину. Я делаю все как он сказал, то есть обхватываю за талию и прижимаюсь что есть силы. Мотоцикл резко срывается с места, и мы мчимся по оживленной трассе к выезду из города. Максим ловко объезжает машины, даже проезжает на красный свет. На середине поездки ловлю себя на мысли, что не так все и плохо. Он отличный водитель и держит все под контролем. Я расслабляюсь и отрываюсь от него желая почувствовать скорость. Адреналин в крови увеличивается, я даже готова кричать в голос, но не решаюсь. Я слишком поздно ощутила весь кайф, через минут десять Максим остановился на парковке заброшенной больницы, где уже стояли пара десятков мотоциклов. — Ну ты как, малыш? — парень помогает спуститься и снять шлем, пряча его под сиденье. — Шутишь? Я в полном восторге. Это… это… — он не дает мне сказать, утягивает в поцелуй, от которого я напрочь теряю голову и хочу вытворять черт знает что. — Оторвись сегодня, потом спасибо скажешь.       Он крепко держит за руку и ведет сквозь толпу подвыпивших людей. Максим жмет каждому второму руку, перекидываясь парой слов. Я же смотрю по сторонам, и удивлялась при виде очередной девушки с ног до головы забитой татуировками и кучей пирсингов. Среди таких однотипных людей встречаются девушки на каблуках в довольно ярких и броских нарядах, что было очень нелепо, хорошо, что Максим предупредил. Людей слишком много, все кричат, смеются, спорят, шутят, делают ставки. От всего этого сумбура я сама улыбаюсь всем подряд. По пути на трассу мне даже всунули в руку бутылку пива, которую я пронесла до самого заграждения, не зная куда ее деть.       Мы вышли из месива и стали у железных перил отдельно от всех. Я конечно удивлена, что он предпочел стоять тут со мной нежели присоединиться к многочисленным друзьям. Максим прикуривает сигарету, пересчитывая оставшиеся в пачке, а затем прячет ее в карман поворачиваясь ко мне. — Что это? — парень кивает на бутылку и хмурит брови. — Пиво, какой-то парень сунул в руку, — пожимаю плечами и устремляю взгляд на трассу, где уже готовятся гонщики. — Не бери ни у кого ничего, прошу, — Максим вырывает бутылку и швыряет в кусты. — Это еще почему? — раз уж привел меня в такое место пусть и объясняет, что к чему. — Сомневаюсь, что наркота входит в твои планы по совращению этого мира. Если кто и даст тебе их, то это буду только я. Но сильно сомневаюсь, — он затягивается сигаретой и выдыхает серый дым. — Значит в твоем списке еще и употребление есть, да? — моя серьезность проходит, и я облокачиваюсь, как и Максим на перила, желая быть на одном уровне. — Есть, — я удивленно вскидываю брови, но он только смеется. — Я не зависим, расслабься, сладкая. Начинается, смотри. Три к одному, что Мороз снова всех сделает. — Он участвует? — парень кивает и показывает на красный байк с номером шестьдесят девять. — Хорошая цифра, правда? — я вопросительно смотрю на него, а он только хмыкает. — Да, точно, потом узнаешь, тебе понравится, — предпочитаю пропустить это мимо ушей, отворачиваюсь, снова смотря на гонщиков, которые сорвались со старта.       Байки делают круг за кругом. Толпа народа выкрикивает клички гонщиков, желая им победы. Девушки визжат, когда их друг первым пересекает черту, начиная второй круг. Я же просто смотрю, не разделяя их энтузиазма, как и Максим. Он просто курит и смотрит, иногда перекидываясь фразочками с парнем подошедшим к нам пару минут назад. Атмосфера накаляется, впереди оказывается красный байк Кирилла и еще одного парня с тигром впереди. Кирилл довольно жестко с ним обходится, подрезает и тот теряет управление, влетая в шины. Это ему помогает выиграть, а у меня бешено стучит сердце, когда после финального свистка все срываются с места и бегут к тому парню.       Максим вскидывает руку и совсем скоро около нас тормозит Кирилл, окутывая облаком пыли. Он удивлен, что я тоже здесь, но быстро справляется с этим, превращаясь все в того же идиота, каким был всегда со мной. — Привет, булочка с повидлом, неужели он тебя сюда затащил? — я отмахиваюсь от его слов и снова смотрю на сборище людей у шин. Парни проследили за моим взглядом и фыркнули. — Да не парься, не умер. Получил по заслугам. — Сколько на этот раз, чувак, — Кирилл строит умное лицо и затем выдает свой ответ. — Штуки три не меньше, — затем достает из кармана специального защитного костюма деньги, перевязанные резинкой. Мне в голове сразу лезут непрошенные мысли, и я стараюсь не смотреть на них. — Ладно, мне пора, увидимся. Даме отдельный поклон, — он наигранно кланяется и снова окутывает нас пылью. — Пошли отсюда.       Не успеваю ничего сказать, как Максим уже тянет меня сквозь толпу, которая расходиться, к той самой заброшенной больнице. Мы поднимаемся по бетонным ступенькам, из которых торчит арматура. Я вижу тени пары людей и стоны, понимая, чем они тут занимаются и до меня доходит, что вряд ли он ведет меня на звезды смотреть. Я пытаюсь затормозить и спуститься, на что получаю злостный взгляд парня, который крепко сжимает руку, прямо до боли в костях. Сдаюсь и мы поднимаемся на самый верх, подходим к краю этажа и садимся на бетонный пол. Отсюда вся эта сумасшедшая тусовка, кажется муравейником. Кто-то уезжает, а кто-то продолжает отдыхать. Громко играет музыка, а и желающих уединиться в этом заброшенном здании с каждой секундой увеличивается. — Ты тоже участвуешь в гонках? — Максим откидывается назад, укладывается на пыльный и грязный бетон, таща меня за собой. — Да, но это было давно и то, чтобы пойти против родителей, — приподнимаюсь на локте и заглядываю в его глаза. — Наумова, прекрати, — я кривлю лицо, будто не понимаю, о чем он. Максим закатывает глаза и тянет к себе за шею сжимая волосы в кулаке.       Горячий язык протискивается в мой рот, и я приоткрываю его освобождая от препятствий. Сейчас все по-другому, грубо, но по-своему красиво. Он силой опрокидывает меня на спину и нависает, смотря своими черными глазами в мои. И снова поцелуй, от которого хочется кричать. Рукой забираюсь под его майку и слышу приглушенный поцелуем рык. Губы парня скользят вниз к шее, которую он открывает для себя дернув за волосы. — Думаю ты готова согласиться и на вечеринку скорую, — не перестаю все-таки удивляться. Он оставляет укус на шее и тяжело дыша, садится около меня. — Опять твои манипуляции? — отряхиваюсь и выпрямляюсь. — Прости, малыш, с тобой по-другому никак.       Мы оба усмехнулись этому дурацкому приему, который все же работает и пялились на небо, слушая через-чур громкие стоны этажом ниже. Максим обнял меня за плечо притягивая к себе, а я от усталости положила голову ему на плечо. Все-таки он был прав, я здорово отвлеклась.