Сумасшедше беспричинно

      Новые знакомства с обитателями отеля не заставили ждать. Недавно прибывшая гостья стала приятелем для всех, оставляя довольно неплохое первое впечатление. Уже полусонные Ниффти и Энджел пытались как либо взаимодействовать, однако даже так выглядело это вяло. Чтобы не показаться не культурными, пару раз даже предлагали выпить «сочного» вина, обусловливая это тем, что она точно будет в восторге. Чарли, попутно занимаясь своими последними делами на день, пыталась как можно лучше предоставить комфорт и удобство для новоприбывшей. Лепетала о различных историях, связанных с отелем, рассказывала, какой благородный её отец и, как ни странно, была очень рада такому неожиданному приходу. Люцифер лишь молча наблюдал за происходящим, чуть только кивая на вопросы. Силы правда были на исходе, а в голове гудели мозги. Поставив себе задачу посидеть в их компании ещё немного, поговорить о своём напоследок с Фивв и уйти мирно спать. Кружка со звуком коснулась тарелки, а Чарли негромко начала:       — Пап, как тебе удалось найти такую замечательную девушку? — манерно похлопав в ладоши, продолжила: — Думаю, мы могли бы завтра подробно показать что здесь и как. — Фивв улыбнулась, складывая тонкие руки на колени. Что-то было не так. Возможно, это та же паранойя, которая преследует его не первые года, а, может быть, шестое чувство? Вопросы остались без ответа. Думать сил больше не осталось, да и есть целые… завтрашние дни. Люцифер будет кормить себя самого же завтраками до тех пор, пока плохо не станет, такова уж его истинная натура… Однако долго ли это продлится? Некое чувство опасности взяло своё, превращаясь в причину дальнейших тревожных дум.       Тёплый утренний ветер обволакивал грешные души, заставляя жмуриться от неожиданного прилива потока. Густые тучки наконец-то растворились в небе, а табличка «Добро пожаловать» еле слышно постукивала о дверь.       — Ну сколько можно? — медленно протянул актёр. Розетка вывалилась из рук паука. Ещё одни неприятности от Энджела, от которых бывший Оверлорд не мог не раздражаться снова и снова. Когда он перестанет быть таким неряшливым?       — Дай сюда, — устало выговорил Хаск, заслоняя дыру в стене, из которой торчали тонкие провода разных цветов. — Ничего ты не умеешь. Иди на улицу, отдохни.       — Вот, опять ты меня гонишь! Тебе неприятна моя компания? — скрестив руки, продолжил: — Я вот знал… — Энджел перевел взгляд на любовника, но тот ясно дал понять, что полутора часовые лекции слушать не намерен и, всё, что будет сказано с этих соблазняющих губ — будет неправдой. Уныло вздохнув, зашагал в сторону большого окна. Погода чудесная. Удивительно, но это, в какой-то степени, даже радовало. Такое редко встречается, поэтому каждый шорох листика имел в себе ценность. Даже для такого, ничем не интересующегося, кроме наркотиков и секса Энджела. Несколько мгновений чувственного Энтони и… На этот раз его хватило на несколько секунд больше, чем в прошлый раз. Какие никакие, а результаты. Из мысленного потока прервала его Чарли, что пыталась созвать всех своим громким «Эй!». Принцесса остановилась у перил главной лестницы, держа руку на плече новой знакомой. Кажется, это было что-то вроде собрания, на котором присутствовать были обязаны все. Несколько минут пустых разговоров, бесполезной болтовни, и наконец-то что-то дельное. В разговоре всплывала тема истребления, но никто нужного внимания не уделил. При всём этом, инициативу продолжать держала только Фивв, однако даже при этом все кидались односложными фразами.       Казалось бы, утро должно быть утром, но не для Люцифера. Его утром был обед, его обед был вечером… В общем — сбитый режим. И нет, это не мешает жить, просто день перевернут сверху вниз. Слабые, от недавнего пробуждения руки, с болью тёрли глазницы, срывая некоторые реснички. Тихое и медленное дыхание, беспредельно лежащее снизу кровати одеяло и полуоткрытые глаза. Снова мучения. Заставлять вставать себя с кровати было тем ещё занятием. Чуть приподнявшись, схватил ручку кружки, отпив немного вчерашней, приготовленной на ночь воды. Тяжёлое тело поднялось с кровати, опрокидывая набитые перьем подушки с себя. Ноги мигом оказались в тёплых тапочках, начиная греть окоченевшие пальцы. Несмотря на одеяло, которым он укрывался, то всё равно его никогда не грело. Температура тела ангелов заметно отличалась от других жителей не то Ада, не то человеческого мира. Такая отличительная черта, казалось бы, не должна приносить никаких неудобств, однако это большая ошибка.       Голова тоже была забита перьями даже после длительного сна. Что-бы хоть как-то удовлетворить свой организм, что не был рад просыпаться так «рано», предпочёл лишь горячее, вкусное кофе, приготовленное в уже привычной кофемашине. Полчаса пролетели быстро. Несмотря на десятиминутную трапезу распития горячего, его всё равно вмешали в делишки отеля, как только он отложил кружку. Установка каких-то комодов была, со слов Чарли, «безусловно обязательной». Объяснять ничего не нужно, ибо даже питьё кофе не принесло никакого удовольствия. Фивв старалась оказывать как можно больше помощи. С Люцифером, казалось бы, она была самым грубым человеком в мире, который получил бы звание греха грубости, но с уже знакомыми приятелями в отеле она неплохо сдружилась. Её поведение сильно отличалось от того, что она демонстрировала на первом знакомстве. Будь они все наблюдателями бывшего инцидента, сразу же закрыли бы свои рты. Её заваливали вопросами, а вчерашний, спланированный разговор перед сном — не произошёл. Его сильно клонило спать и, как ожидалось, он не стерпел. Сегодня он точно не будет бегать как влюблённая девчонка.       Не планированные, огромные шкафы были занесены с помощью Фивв в главную комнату. Сплошное «дерево» с громким стуком ударилось о пол. Несколько секунд спустя с её уст протяжно сорвалось:       — Ну и дела… — вытерев поступающий пот со лба тыльной стороной ладони, обратилась уже к не менее выдохнувшейся Чарли. — Сколько там ещё?       — Сил нет моих… не хочу… — принцесса села на самое близкое к ней кресло, кладя голову на руку. — Спасибо за помощь. Ты ведь знаешь, где находится твоя комната?       — С прошлого раза запомнила, — темнокожая рука опустилась на плечо Чарли. — Ну, как я понимаю, с работёнкой кончено?       — Да-да… Мы хорошо потрудились. Хорошего… эм… отдыха, — с силой выжимая последние слова, облокотилась о спинку кресла.       — Того же. — Тихо постукивая маленьком каблучком, поднималась по красному ковру, что лежал на лестнице. Ему бы не помешала тщательная чистка. Фивв заметила не менее «чистую» картину, на которой пребывал уже не первый слой пыли. Эта девочка, кажется, Ниффти, была уборщицей. По крайней мере все считали её таковой, однако результатов работы совсем не видно. На полу безобразно валялись уже пожелтевшие мелкие кусочки бумаги. Этот дом явно требовал мощной уборки, да поскорее… Немного отвлечённая от размышлений чистоты этого дома, заметила на одном из клочков бумаги знакомый символ. Она остановилась где-то сверху лестницы, чуть входя в тёмный коридор. Руки потянулись вниз, с интересом разглядывая вырванный элемент с какого-то документа. Это просто невозможно! Человеческий…символ? Но зачем он? Чьё это? С опаской оглянувшись, не зашёл кто-либо, принялась собирать остальные кусочки воедино уже на коленях, совсем позабыв о столь грязном состоянии ковра.       «Значит…таков план?» Громкая мысль пронзила своим остриём правды. Зачем владыке Ада делать что-то на Земле? Неужто миссия какая-то? Нет, это просто невероятно интересно! Невольная улыбка прошлась по лицу девушки, а мычание переросло в хихиканье, которое можно было услышать, находясь внизу. Мысли, но не совсем логичные и правдоподобные, лезли в голову. Например, Люцифер хочет продать свою дочь, захватить мир людей, быть может, вообще, истребить всех живущих на Земле? Это, конечно, были не единственные догадки, но остальные чересчур бредовые. Всё ещё с увлечением рассматривая кучку листиков, даже не обратила должного внимания на подходящую сзади тень. Кажется, в намерениях было не попасться на глаза — лишние проблемы не заставили бы себя ждать.       Аластор, кажется, сошёл с ума. Руки были испачканы в крови, одежда рваная, но не столь заметная, как ободранные волосы. Уши свисали вниз, не заостряя слух под столь беспомощной, на данный момент, тушкой все ещё сидящей девушки. Его неожиданное появление было очевидным. Прошлая «встреча» в окне с этой незнакомкой не предвещала ничего хорошего. Прогнозы ставились ужасные и, как ожидалось, кровавые. В планах были испепелить, искромсать, расчленить и… Дальше продолжать смысла попросту нет, ибо если и продолжить, то мусорное ведёрко или тазик для рвоты не помешал бы. Жестокое убийство уходило на второй план. Неужели любовница Люцифера? Не-е-ет, он бы мигом всем расхвастался, какая у него девчонка появилась! В его репертуаре сначала рассказать всем, а потом со стыдом смотреть в глаза жителям ада за то, что он расстался спустя три дня отношений. Хотя и то было наглой ложью. Король не был из тех, что интересуется женщинами. Симпатия и влечение. Это все, на что он способен. Возможно, всё это было вроде циркового выступления, драмы, театра. Всё это было лишь наигранной сценкой, чтобы не терять своего статуса, который, на удивление, всё ещё есть.       — Мать твою! — девушка от испуга упала вперёд, обдирая кожу до крови тем самым ненавистным, грязным ковром. Быстрое дыхание. Сердцебиение, что слышалось даже сквозь тело. Сзади что-то точно тронуло её… Нет! Что-то толкнуло её! Это был точно не ветер с окна или невольное движение тела. Тишина окутала по горло напряжённую от страха девушку, которая успела придвинуться к стене и, аккуратно и настороженно вставая, опираться о стену. Руки старались впиться в твёрдую поверхность, сдирая длинными ногтями обои. Чуть заметные следы заставили бы подумать кого угодно, что жертву насильно тащили, а та со страхом вцепилась в стену в попытках спастись. Взгляд прошёлся по самым маленьким уголкам отеля второго этажа. Ничего не обнаружено, но та точно знала, что это ничто иное, как кто-то живой. В действительности, немало прожитая жизнь предоставляла какие никакие трудности, отчего опыт в таких вещах точно был, и не маленький. Совсем не маленький. Уже успокоив обеспокоенное дыхание, с невидимым страхом поплелась по еле знакомому коридору. Именно в этот момент всё казалось до дрожи жутким. Комната с громким звуком захлопнулась. Звук замочной скважины. Напуганное тело скатилось по двери, поднимая голову к потолку. Кулак разжался, а на потной ладони виднелась бумажка с символом. Улыбнувшись, девушка снова сжала кулак и тихо произнесла:       — Что же, Люцифер, ты пойман, — тихое, еле слышимое хихиканье. — Осталось, только, понять в чём.       Лишь одно желание — уничтожить. Уничтожить, скорее. Она была неизвестной для него личностью, загадкой. Другое дело — если бы он знал, или, по крайней мере, слышал о ней, другое — абсолютно не их контингента девушка. Какие у неё намерения? Хочет ли она причинить вред? На самом деле ли она такая, каковой кажется? Он не позволит причинить вред ни отелю, ни в нём живущих, в том числе Люциферу. Какой бы обида не была, как бы сильно он не ненавидел — он всё равно будет за них. Даже если бы его обвинили во всех смертных грехах — он бы помог. Его душа грешна, но не бесчеловечна. Даже если его предали. Даже если выбросили, как былую домашнюю собаку. Его не поняли, не дали договорить. Он отдал самого себя, отдал всё, что имел. Чувств не осталось. А что, собственно, чувства? Они не имели никакого значения даже с самого начала. Им воспользовались самым жестоким способом и убили в нём абсолютно всё. Осталась лишь гнилая, мерзкая ненависть. Ненависть ко всему существующему. Он был подобен кукле — им игрались, манипулировали, издевались, а он терпел. Терпел, потому что любил. Сколько бы боли ему не причиняли, он буквально съедал её на завтрак, обед и ужин, после чего благодарил. Его жизнь была самой лучшей, потому что в ней был он. Частичка надежды и спокойствия. Быть может, если бы он в тот раз не сделал бы чего-то лишнего, всё было бы хорошо? Люцифер лежал бы у него на коленях, тихо посапывая, а на фоне играло глухо звучащее радио, и…       — Проваливай, — в это единственное слово было вложено намного больше смысла, чем когда-либо. Смесь разочарования и ненависти. Всё это смешалось в единую консистенцию и просто вываливалось наружу.       — Постой, нет! Я не хотел, — горячие слезы лились с покрасневшего лица, стекая прямо на губы. Аластор в спешке побежал за Люцифером, что вот-вот собирался выходить из комнаты. — Это не я, я не хо… — руку Аластора, что ранее вцепилась с рукав белоснежного пальто владыки, грубо оттолкнули. Его не дослушали. Беспомощное тело легло на пол, сжимаясь, что есть силы. Руки вцепились в корни волос, пытаясь сорвать их, захлёбываясь в слезах. Когтистая рука прошлась по другой руке, безжалостно царапая ее до поступаюшей крови. Алые бусинки приземлились на деревянный пол дворца Люцифера, в котором Аластору было уже не место. Его выбросили. Та миссия, которую он должен был совершить — была отменена. Радио демон хотел лишь рассказать об этом, показать свои истинные намерения. Хотел, чтобы его поняли…       — Бесполезный кусок дерьма! — Лилит, одетая в свое привычное, облегающее платье, раздражённо шагала вперёд и назад. На фоне было голубое пространство райского неба, чуть прикрытого весенними облаками. Вокруг был не впечатляющий, для Аластора, вид: дорогостоящая обитель, со всякими позолоченными механизмами. Рай имел всего одну отличительную черту — цвета. Там все было…по-белому, по-голубому, по-жёлтому… Никакого чёрного или красного. Это единственное, что отличало Ад от Рая. Несмотря на прекрасную репутацию ангелов, они были теми ещё тварями. В их святых головах было жестокости больше, чем у десяти грешников вместе взятых.       — Королева, я не могу, — чуть хриплый и неуверенный голос подрагивал, будто боясь сказать что-либо лишнее.       — Знаешь, что с тобой будет… — Лилит подошла ближе, вставая лицом к лицу. Тёплый ветер поднимал её блондинистые волосы, заставляя извиваться в воздухе. Этот божественный вид не достоин такого существа. — Если ты не расправишься с ним в ближайшее время?       — Хорошо, — словно прошептав, выдавил из себя Аластор, — Дайте мне ещё немного времени.       — Не более трёх дней. Ах, да, — леденящая улыбка раскрылась во всю длину, — Не забудь вырезать ангельский символ на его груди. Это для…комичности. — Громкий смех разнёсся по всему Раю, пробираясь под ткань тела. Тело женщины растворилось в пустоте, а за ней и Аластор. Он снова оказался в своей привычной, скудной комнатушке. Ранее живые цветы в вазе засохли. Вина сковывала душу, а совесть давила всем своим грузом. Он ведь не сможет так поступить, не станет. Для него убить Люцифера — истребить весь его род и, того хуже — уничтожить всё живое. Сильная привязанность бонусом не давала свободы, невольно расставляя рамки. Сама Лилит, что наняла Аластора как личного киллера, разочаровалась. Неужели он настолько жалкий, что его зацепила никому не нужная душа владыки? Что сподвигло на такое решение? Как теперь поступать и как объяснить, что произошло? Поймут ли его? Примут ли также, как раньше? Куча вопросов и ни одного ответа. Остаётся лишь плыть по течению и, быть может, всё разрешится само. Однако какой ценой? Лилит ведь не наивна. В случае его неудачи — она бы убила его жену. Хорошие манипуляции от Аластора заставили поверить в то, что самое дорогое и ценное — жена. Тут-то она и ошиблась. Конечно, не хотелось, чтобы ребенок оставался без матери, но что поделать? Королева дала слово, что уничтожит «кого-то живого» из его жизни, но промахнулась. До безумия смешна. Знал бы он раньше, преднамеренно не стал бы убивать. Ну ни к чему это, совсем ни к чему!       Сегодня Аластор был сильно вымотан, а вдобавок ещё и истощён. Куча превращений в тень, тщательная слежка за незнакомкой, а в конце так вообще раны. Следовало бы отдохнуть, но голод не дал бы ни единого шанса на спокойный сон. Несколько шей и пару ляжек были бы под стать, но где их взять? В животе неприятно заурчало, а уши невольно спустились вниз. «Чёрт».       Тихое, сосредоточенное дыхание, и медленно двигающиеся, синие зрачки. Фивв держала ниточку, а затем аккуратно вводила по одной из разных видов бусинки. Половина была уже заполнена ярко оранжевыми, круглыми жемчужинами. Узелок завязался, а сосредоточенное внимание сменилось и снова вернуло привычное движение. Громкий выдох, и опустившееся тело на кресле. Удивительно, что из всех возможных вариантов увлечений, она выбрала плетение браслетов. Её личность было сложно понять, ибо что-либо обязательно противоречило чему-то другому. Порой, даже ей самой иногда трудно слышать себя и свои мысли. Иногда бывает, что она попросту сидит в углу, в теплом одеяле, а в другом — разделяет на маленькие части беспомощные тела. Её существование не было для кого-то частью чего-то важного. Она была независима, самостоятельна, но несчастлива. Близких друзей не было, так как каждый второй прыскает ядом и в любой момент подставит нож к горлу. Доверие ушло на самый последний план. Быть может, найдется кто-то, что освободит его? Ах, неважно. Не для её персоны разговоры. Самое интересное то, что она сама не знала откуда родом, только лишь то, что жила в Ботвин-сити. Начиная с двухсот первого года её нанимали в качестве уникального следователя и, впрочем, неплохого слушателя. Слушателя в том плане, что подслушивает особые разговоры важных личностей. Было, порой, скучно, однако то, что она слышала — оправдывало её часовое сидение под столом. Самые популярные и влиятельные существа, с которыми она имела дело — Кармилла и Маммон. Как же она была удивлена! Нет, она, конечно, много чего слышала, но это — удел всего! С Люцифером она встретилась совершенно случайно. На улице в небе виднелся открытый портал, а люди даже не заметили преждевременное нашествие ангелов, и, если бы они просто убивали, вопросов бы не было — они непредсказуемы, но то, что они глотали плоть грешников — вызывало интерес. Так жадно не ели сами каннибалы! Вот так, в попыхах, она забрела к отелю в неизвестном направлении. Реакция владыки была смешной. Какой-то шизофреник, душу на ставку! Взгляды в пустоту, бредовые мычания… Впрочем — неважно. Никаких плохих намерений не было, лишь поднять настроение этим сумасшедшим. Главное, что успела ускользнуть от ангельского копья. Это действительно требовало не малых усилий, но Фивв удалось. Мало того, что убежать успела, так ещё и место для жительства нашла. Временное. Наверное. Тело поднялось с кресла. Стены вокруг успели стать обклеенными различными плакатами с известными певцами. Тумбочка рядом с кроватью привлекла внимание девушки, та протянула руку, чтобы посмотреть фотографию. Её родственники и она рядом. Кто они? Почему обнимаются? Казалось, что половина воспоминаний просто напросто вышла с головы.       — Женщина, тёмноволосая, — чуть повернув картинку, продолжила: — Мужчина, зелёноволосый. Что в моей жизни не так? Почему я ничего не помню? — скрип кровати и лёгкое тело на ней. Одеяло, из-за раздражения Фивв, вовсе отлетело куда-то вниз. Рука взбила подушку в розовой наволочке. Пару секунд, и она будто мёртвая лежала на спине, всматриваясь в потолок. Дыхание пришло в норму, а руки сжимали простынь.       — Я обязательно всё узнаю… — еле слышимо произнесла девушка. Кисти расслабились, а ноги перестали биться в конвульсиях. — Обязательно…узнаю, — сознание погрузилось в сон. Тихое посапывание сменилось громким храпом. Новый день представлял из себя быть очень интересным. Всем, кто находится в отеле — придется лично столкнуться с собственными проблемами и заглянуть в правду. Однако, понравится ли она? Смогут ли они пережить ее?

Продолжение следует...