Сумасшедше беспричинно

Покуда жизнь — это просто процесс, но

Даже когда, казалось бы, дальше никак Я опять просыпаюсь в кошмарном месте

      Возвышающиеся вверх темные волосы развивались на ветру прохладного весеннего ветра. Стёклышко очков плотно прилегало к коже, а взгляд излучал полное спокойствие и беспокойство одновременно. Крепкая рука положила на стол только что вышедший журнал новостных событий на покрытый пылью комод. Тихий вздох и с обречением падающее тело на стоящий стул рядом с радио.        Сквозь щель окна виднелась не лучшая погода, что навевала гнетущие мысли с особой скоростью. Утро предвещало быть не плохим, тогда отчего же так плохо? Безнадежность и беспомощность самого себя вгоняла в угол и не щадила, оставляя глубокие раны на нежной коже души. Голоса в голове звучали поочередно, но, перейдя на новый уровень, стали появляться одновременно. Надежда давно улетучилась, оставляя за собой лишь мерзкое чувство ненависти. Ненависти к себе. Самое худшее, что можно было осознавать — принять тот факт, что отношение Аластора к миру — его порождение самого себя же. Причина его жестокого отношения к миру — он сам же. Прошлые планы на будущую жизнь были стёрты раз и навсегда. Мечты и фантазии все также останутся в подсознании нетронутыми.

Глава IV

       Сейчас занозой в заднице был лишь Люцифер. Кажется, он хотел поговорить. Не сложно догадаться, о чем будет идти речь, осталось только осведомить того о своей компании ближе к вечеру. Вечер — самое удобное время: солнце не пускает теплые лучи в лицо и не заставляет потеть, а ночь не давит мраком.       Несколько растянутых часов в ожидании, и Аластор, который не спеша накидывал на себя свое привычное пальто. Замочная скважина заскрипела, а вошедший ключ не хотел поддаваться. Время подходило к шести часам и восьми минутам. Каждая секунда будто вела отсчёт и потому с медленным темпом переменяла себя на другую. Идти пришлось не долго, считанные пять минут. Скромная башня Аластора находилась прямо под отелем. Его путь держался вниз по лестнице и далее прямиком в сад.        Здешние ароматы цветов приносили сплошное наслаждение. Однако, удовольствие закончилось слишком рано — тень стояла напротив двери, будто застыв. В его стиле скорее подкрадываться внутрь, нежели стучать. Пробравшись через щель оставленную закрепом двери, остановился у слабо освещённого коридора на втором этаже. Каждый был чем-то занят: Энджел неумело вертел отвёрткой и разматывал вещи; Хаск вытирал разлитое вино с половых досок, чья бутылка разбилась вдребезги, разлетаясь по всему бару; Ниффти бегала по диванам, тыкая широким остриём иглы в каких-то букашек. Люцифер же, в свою очередь, пытался хоть как-то оказать помощь — одной рукой прижимал к груди кружку с горячим напитком, а второй пытался удержать большую коробку. Вид его напоминал какого то мальчишку, что вернулся домой после длительных прогулок на улице. Растрёпанные волосы, пряди которых изящно падали на высокие скулы, совсем чуть-чуть затрагивая нежную кожу розовых, пышных губ. Частично вышедшая из-под брюк белоснежная рубашка дорогого материала, а слегка испачканные ладони лишь дополняли образ. — Чего ты ожидал-то? — буркнула что-то под нос Фивв. Ребята занимались распаковкой только что прибывших заказов — декоры для отеля. По словам Чарли, они придают «особый комфорт», и поэтому обязательно будут использованы. — Хрен с ним! — рука ранее пыталась отлепить скотч с пушистых волос, но вскоре забросила эту идею. Хихиканье девушки лишь раззадорило Энджела, отчего и тот присоединился к громкому смеху.       Отец с дочерью, что так старательно склеивали вазу, одновременно повернули головы на хохочущих Фивв и ее собеседника. Сосредоточенные ранее лица переменились на недовольство. — Думаю, нам стоит объявить немедленную паузу, — прошипел Владыка, направляясь вместе с дочкой к труженикам. Красные от смеха щеки стали серьезными, а руки немедленно взялись за недоделанное. — Как насчёт… общего отдыха? — стоя над сидевшими телами знакомых, Люцифер почесывал голову. Действительно, все выглядели до жути уставшими. — Не надолго тебя хватило-то, — сумничав, тихо проговорила Фивв. Несмотря на то, что теплая постель давно кружила в ее мыслях — хотела казаться как можно бодрее. — Смотрю тебя тоже, — синяки под глазами сильно выдавали ее и бессонные ночи. Ответа не последовало. Ангел лишь молча направился на улицу, преследовая цель подышать свежим вечерним воздухом.             День выдался нелегким. Все с трудом доживали последние часы дня, а кто-то, например Ниффти, — уснули, так и не сделав совсем ничего.       Открытая дверь пустила лёгкий поток ветра. Каждый разбежался по своим уголкам, оставляя Люцифера наедине со своими мыслями. Тело присело на стул, попутно доставая сигареты с кармана. Бумага внутри зашуршала, а зажигалка не работала. Усталый, он облокотился о спинку, опуская руки по обе стороны. Как же не вовремя!       Аластор следил за всем происходящим, внимательно всматриваясь в детали поведения Владыки. Какие-то движения рук, что невозможно было разобрать, а ноги плелись, будто вот-вот откажут.       Некоторое время спустя, все разошлись по комнатам, лишь Энджелу хватило сил на принятие душа. В отеле царила полная тишина. Непривычная атмосфера лишь придавала ситуации свой вкус. Предстояло явиться перед Люцифером как ни в чем не бывало. Скользкая тень проползла через все преграды из мусора, оставляя после себя жгучий лёгкие дым. Считанные секунды и вот, пока что невидимое очертание тела Аластора стояло напротив Владыки. В горле просохло, когда попытки собрать песчинки смелости вновь и вновь разлетались. Все же переубедив себя, густая черная пыль постепенно растворялась в воздухе, вырисовывая плохо видные контуры туловища, а затем и вовсе весь образ. Целостное проявленние не заставило себя долго долго ждать — Люцифер громко закашлялся, ухватываясь рукой об грудь, крепко сжимая линию пуговиц на своей рубашке. Его лицо выдавало совершенную растерянность, сливаясь в воспламеняющий комок недовольства. Неожиданный визит грешника точно окончательно нанес удар ко всему сегодняшнему дню. — Что ты… — с невероятной скоростью привстал со стула, сжимая кулаки, — здесь делаешь? — двигающиеся брови от нахлынувшей злости и дрожащие губы даже не скрывались, выдавая весь спектр эмоций.       Аластор тихо и безэмоционально выдавил: — Разве не вы хотели ранее сделать тоже самое? — злобный оскал полный ненависти лишь расширялся. — Когда же ты оставишь меня в покое? — снова присев, ладонью небрежно заложил высунувшиеся на лицо пряди блондинистых волос назад. — В этом есть и ваша выгода… — с лёгкой ноткой загадочности и интриги уверовал грешник. — Да-да, так и есть. Продолжай, — сарказм Люцифера сочился с самих уст. — Неужели вам неинтересно послушать о ангелах? — ранее гнусный вид демона встрепенулся. Было заметно, как тело напряглось, а интерес возрастал с каждым словом. — Или вы нашли себе новую куколку? — В голове Люцифера переплеталось множество вариантов дальнейшего развития разговора, но это было строгим исключением. Только посмотрите, до какой степени нахальства дошел Аластор? — О чем идёт речь? — раздражение оказывало дурное влияние на настроение владыки, но, удивительно, отвращения он не испытывал. — А вы не понимаете? — тихое хмыканье грешника окончательно вывело того из себя: — Черт тебя побрал… Просто объясни! — Новая посетительница. Девушка, которой вы беспрекословно доверились. Неужели, вы до такой степени наивны? Не видите, как вами пользуются? — с шумом вдохнув воздух, эмоционально продолжил: — Мне нет никакого дела до вашей личной жизни, но безопасность для проживающих в отеле — моя обязанность. Будьте любезны, не усложняйте и без того сложную работу. — Кажется, Люцифер был в совершенном бешенстве. Мало того, что его прямо сейчас отчитали как непослушного мальчишку, так ещё и указаний понадавали. — Фивв… что же, она неплохая девчонка. Почему бы ей не остаться тут? — рука в спокойном темпе поглаживала мягкую ручку стула. Аластор был недоволен до такой степени, что из-под багровых волос виднелись поступившие черные рога. Почему же его интересует что-то, кроме него самого? Этот нарцисс настолько самовлюблённый, что невольно начинает думать, что все, кто находится тут — под его контролем? Несмотря на неприятный инцидент, произошедший на днях вечером, грешник все также уверен в себе. Нет, это просто безумие! — Вы её знаете сродни полтора дня, — с гордостью буркнул Аластор, выдвигая ногу вперёд. Складывается впечатление, будто он отсчитывал каждые часы после прибытия девушки. — Что в этом плохого? Не понимаю твои претензии, — без интереса кинул Люцифер— Мы отошли от главной темы. — Горячее неизвестное чувство внутри Аластора жгло все его внутренности. — Да. Насчёт ангелов. Я ведь уже упоминал ранее о неизвестной личности, что посмела проникнуть в человеческий мир? Недавно выяснилось, что вина эта была святых тварей сверху. Их планы по поводу истребления слегка…изменились. Адам планирует его в последующие две недели. Предполагаю, это будет весьма неожиданно. — Нет-нет, погоди… — Люцифер задумчиво взглянул в небо. — То есть, у нас в запасе ещё немного времени? — Право. Мы можем спохватиться за это прямо сейчас, чтобы быть готовыми в любой момент, — Аластор без интереса разглядывал свои острые ногти. — Отлично! В твоих словах есть доля правды. — Помните ли вы… о нашем договоре? — резкая смена темы конкретно подавила их обоих. Испуганные глаза забегались в разные стороны.        Лицо Люцифера стало слегка недовольным: — Ненавижу, когда ты меняешь суть разговора. Конечно, я помню. Желаешь обсудить это прямо сейчас? — вопрос ударил прямо в лицо. — О, да. Неужели не лучше обсудить асе и сразу? — Предпочитаю постепенно, — с ядом отозвался ангел, — думаю, стоит начать с истребления. Каков план действий? — зажигалка заработала, передавая огонёк тонкой сигарете. Дым распространился слишком быстро, отчего Аластор заметно поморщился, хотя и сам нередко баловался такими вещами. — Вы ведь знаете, что ваше присутствие будет обязательным? — кивок со стороны Люцифера подействовал как знак продолжать. — Исхода может быть два: Мы не сопротивляется и остаёмся в отеле, дожидаясь следующего прихода ангелов и качественно подготавливаемся, или идём наперекор препятствиям и отстаиваем права. — Не думаю, что ожидание сможет чем-то помочь. — Тогда… — прокашлявшись в кулак, Аластор продолжил: — что насчёт объединить силы? В плане… участвовать в потасовке будут все. — Хорошо, — склонив голову набок, устроился поудобнее. — А «неизвестная личность»? — Стоящий рядом Аластор не имел возможности присесть, отчего казался до невозможности высоким.       Пару секунд тяжёлой паузы, после чего грешник продолжил: — Через месяц я отправляюсь туда. — Ты идиот? — жалобный стон Люцифера подавляюще прозвучал под ладонью, прикрывающей половину лица. Несколько секунд тяжёлых раздумий и что-то наконец-то вывело Люцифера с мысленного потока. — Я иду с тобой.       Несколько долго тянущихся минут с особой тяжестью сбросились с плеч. Аластор, что так раздражающе стоял над душой также привычно исчез, растворившись в тени. Непонятное чувство наполненности щекотало грудь, приятно отдаваясь в голове. Самодовольная улыбка растянулась, вызывая бурю эмоций.       Упавшие на пол ботинки с маленьким каблучком служили препятствием для Вегги, когда та с усердием уверяла Чарли не наступать на те же грабли, похаживая за ней. — Я думаю… — с неуверенностью начала разъяснять девушка принцесса, активно жестикулируя, пока та надевала свою любимую бабочку. — Нет-нет-нет, — перебив любимую, радостно продолжила: — Мы не можем упустить такой шанс… Не можем! Понимаешь… — перед выходом покрасовавшись перед зеркалом, положила руку на плечо стоящей рядом, — Мой отец не в плохих отношениях с Адамом! Я смогу произвести хорошее впечатление. Мы всего лишь переговорим и, быть может, договоримся! Как мы можем знать, не проверив? — ласково посмотрев на Вегги, улыбнулась, на последок поцеловав ту в щёку. — Не скучай!       Покрытые жёлтым оттенком щёки от смущения были сразу прикрыты ладонью. Как можно было противостоять? Чарли всегда вселяла надежду в то, в чём она была даже неуместна. Это словно засохший цветок — несколько часов разговоров с ним, стараясь ненароком листик не сорвать. Вот, словно магия, он проявил снова привычный цвет нежного зелёного на сломанных и потресканных листочках.       Идея мира между адом и раем казалась чересчур безумной: две вселенные были просто несовместимы. Даже если создадутся определенные условия… будут соблюдать ли их все? Лестно было лишь то, что Чарли не сдавалась. Холод, убивающий все живое вокруг мог стать теплым ветром, но какими жертвами? Бесчеловечное отношение друг к другу вызывало сплошное отвращение. Неужели проявить хоть чуточку добра было настолько сложно? Ведь если в самом темном углу мы ищем безопасность, о каких состраданиях может идти речь? Слишком неестественно. Предельно неуместно.       Было неимоверно трудно взяться в руки и проделать путь к вратам Ада, чтобы лишь побеседовать с Адамом. Не факт, что её примут, однако, надежда не опускала руки, и гордо поднятая голова уже направилась к поодаль стоящим дверям. Пару громких стуков. Открывающие дверцы со скрипом и пылью раскрылись. Самодовольная привычная улыбка приглашающего нежно расплылась. — Шарлотта! — руки Адама в умилении расположились на своем лице. Принцесса замялась, прежде чем поприветствовать: — Здравствуйте! Надеюсь, я не побеспокоила вас? — теребя пальцами, нервозно захихикала. — Что ты, что ты… — взяв за плечи Чарли, устроил ее на самом близком стуле. Она невольно сжалась от дискомфорта присутствия практически незнакомого ей человека. — Так зачем же ты пришла? — Я… понимаете… — чашечка кофе была подана блестящей магией, со стуком приземленной на прозрачный маленький столик. — Что насчёт сотрудничества? — уже уверенно провозгласив, начала эмоциональную беседу с Адамом, в конце концов расположив его к себе. Этот мужчина и вправду был неплохим. С юмором. Своеобразным. — Так что вы скажете? — манерно положив руки на колени, сказала принцесса. — Думаю-с, что ты меня уговорила!       Победа была получена. Все, что нужно — в её руках. Ее сообразительность и умение коммуникации с абсолютно разными характерами существ действительно сыграло важную роль, осталось, только, отцу рассказать. Его реакция могла быть абсолютно непредвиденной и непредсказуемой.             Помнится, в детстве Чарли достала яблочко с дерева во дворе, а тот так сильно её наругал, что ещё чуть-чуть, и она навсегда отказалась бы их есть. Страшнее ситуация была вот какая: на новый год она самостоятельно приготовила стишок, немного не соответствующий празднику. — Ну-ну! Чарли, твой выход! — прошептала одна из пожилых женщин огромного дворца, где проживала принцесса. Маленькая бирюзовая ширма раскрылась. Неуверенность окутала с ног до головы, заставляя чувствовать себя в кукольном домике. В зале было совсем не большое количество слушателей, в виде слуг и служанок, которых Люцифер заставил собраться: неизвестная madame в черных балахонах и изящной шляпкой с красным пером; рядом стоящий слегка полноватый мужчина средних лет, на ком одеты были совсем нетипичные вещи: широкие, старомодные штаны и розовая кофточка. Поодаль виднелась фигура, чью Чарли не совсем разобрала, лишь одни волосы — пушистые и... красные, или, возможно — чёрные.       Спустя не громкие аплодисменты, настало её время. Зашуршав листочком с записями, тихо начала: Ночь пробирается сквозь щели души, Мы все так ждём долгожданной ночи Мрак нас окутал и давит слегка: Больно, гнетуще и мерзко тогда Пёрышко лёгким движением махнёт, Подарки под ёлочкой нам принесёт Мы же так ждали прекрасной ночи, Ну же, давайте, снимайте плащи.       Принцесса тихо закончила. В зале наступила гробовая тишина. Все лишь перешептывались, думая, что их не слышит малышка Шарлотта. Отец, в свою очередь, окинул всех строгим взглядом, ведя девочку в свою комнату. Посадив ее на край кровати, бережно поглаживал по головке. — Что же ты, Чарли... — волосы собрались в хвост, заплетаясь в косичку. — Все было великолепно! Однако, откуда ты знаешь такие слова? — принцесса сначала поменялась в лице, а затем по-детски улыбнулась. — В твоей библиотеке сто-о-олько книг! — руками изобразила всю масштабность помещения. — Когда тебя нет, я читаю. Вот, например, сейчас, кажется, я на пятой страничке «Ключ к открытию ключей» Такое забавное название! — тихо хихикнула маленькая Чарли, а затем уже во всю хохотала с отцом.       Удивительно, но за такое её даже не поругали. Сейчас, в осознанном возрасте, понимание нестабильной психики и настроения Люцифера было явно видно. В детстве она не совсем понимала, что это не нормально и не здоро́во.        Её выступление не принесло ничего, кроме как усталости. Отец покинул свою же комнату, укрыв мягким розовым одеялом, на последок ласково поцеловав в лоб. Воспоминания всегда приносили сплошное удовольствие: у нее было все. Игрушки, комната, своя детская кухня, усыпанная утками, красивая и дорогая одежда, вышитая из специального материала. Одного лишь не хватало — внимания. Мало того, что матери в её жизни практически не присутствовало, Люцифер также не стремился развлекать юную Чарли. Это нисколько не огорчало. Она знала, сколько дел и сколького времени они требуют. Бывает, перед сном Шарлотта представляла полноценную семью, что устроилась на траве, расстилая ткань для пикника.       Девочка быстро выросла, формируя собственную личность. Сейчас в планах лишь было правильно преподнести отцу все события, случившиеся сегодня. И, наконец, вспомнить ту самую макушку с глубоко детства.