Ласка, снежинки и пушистые уши.

Зима это превосходное и игривое время для многих. Дети обожают играться со снегом, пускать фонари на «Праздник Фонаря», поедать сладости и просто наблюдать за красотой природы. Для многих животных это время спячки, а для лисов и котов любимое время для легкой охоты на грызунов, но и тяжелое для потомков. Для ёкаев же это такой же обожаемый период для охоты и просто наслаждение «эстетикой». Снег, голые деревья, вкусные души и умиротворение, потому что из-за погоды чужаки не заходят слишком далеко, на их земли. Господин Ли не боялся чужаков на своей территории, он был известным купцом, имел у себя много печатей защиты и охраны, да и сам он не так прост. Мужчина занимался шелками и увлекался лирикой. С радостью вкладывал деньги в армию государства, был горд собой и хитро щурился, что сам император с удовольствием желал прикупить его ткани, но в особенность характера и своей сущности – быстро уставал. Часто уходил в отшельничество и чтение, обновлял печати защиты, охотился и бегал по лесу, но был у него один маленький секрет. Его маленький кот, от общения с которым он ни разу не уставал. Джисон – настоящая активная катастрофа, он синоним к «разрушению» в силу своего еще юного кошачьего возраста в сравнении с ёкаем, но устает еще быстрее от такого эмоционального «бум’а», чем сам господин Ли. Его натура котёнка никак не уходит, как и желание в постоянных играх особенно на улице, отчего старший часто напоминает о том, что у Хана уже давно усы в основной форме отрасли, хвост распушился и шутки пора прекратить, пусть сам и широко улыбался, иногда присоединяясь к веселью и дурости. Господин водит кистью по бумаге, чтобы обновить печати их дома и на некоторые более «торжественные» аккуратно красными нитями украшал низ печати. Сегодня в принципе подустал от свой бухгалтерии и проверки поставок, даже сейчас обнова защиты дома выматывает, ибо каллиграфия точно не его любимое дело. Убирает предпоследнюю печатку в сторону и осознает, что за сегодня ни разу не видел свою мелочь. Уши навострил, чтобы послушать, что происходит вокруг. -Почему так тихо – спрашивает шепотом себя и встает. Длинные волосы поправляет, руки скрещивает и из кабинета выходит, может Джисон на улице? -Куда направляетесь, господин Ли? – спрашивает слуга и кланяется, сразу же вставая за спину Минхо. -Я не видел сегодня Джисона нигде, знаешь, где он? -Днём одевал ему шубку и всё, больше не доводилось встречать, господин. Минхо хмурится, ускоряется и рукой кивает, чтобы его быстрее одели. Хан чудный его мальчик, что умеет и постоять за себя и убежать, верит в него и силы, но не верит в людей. Не верит, что они не додумаются его поймать любыми способами, забить и зарезать, попросту даже ради его милого хвостика, чтобы сделать украшение для дам. Чем дальше шли мысли, тем сильнее тревожились девять хвостов, пока он быстрее накидывал на себя теплую вещь, ушами дергал, а тут... Виновник тревожности ёкая вернулся весь в снегу, с красной рожицей, но довольный. Взгляд поднимает на встревоженного Минхо и уши поджимает, да мнёт мокрый мех пальцами, пока слуга спешно старается раздеть младшего. Он увидел, что любимый места себе не находит, почти доходя до крайней точки, дал быстро себя раздеть и сам начал спешно с него верх снимать. -Любовь моя, почему ты не оставил не даже письма, что ушел, да не взяв даже кого-то с собой. – тяжело вздыхает, руку кладет на голову кота и уводит в сторону столовой. пусть внутри всё колотится от тревоги, но старается виду не подавать и даже просто не шлепнуть по этой шкодной коричневой голове… -Ты чего? – сразу громко реагирует Хан, затылок трёт, а старший довольно улыбается, душа его успокоилась после этого удара по затылку и сердце так нервно не трепещет. -В следующий раз просто будешь умнее. – проводит вперед, держа аккуратно за руку и сразу окликает слугу принести им чаю. – и всё же, ты вернулся к темноте, чем ты занимался? Усаживает его между своих ног, не соблюдая никакие рамки приличия. Накрывается с ним теплым платком и одной рукой гладит его. Пальцами по косточкам проходится и благодарит за принесённый чайник. Пока старался пригреть эту шкодину, тот же был занят тем, что старался сначала их пиалы кипятком прогреть в привычной спешке после прогулки, укладывает голову назад, носок к носку скрещивает и греется от чая. -Я просто гулял и бесился в снегу, сегодня был такой снегопад! А еще просто случайно забрёл к реке, встал на лёд в своей форме и случайно прямо у берега провалился и все лапы промочил. – его руки сразу же стали быть заключенными в чужие, где оглаживался каждый палец, поднимаясь выше и задирая одеяния до локтей. – поэтому я не уследил и опоздал, не хотел заставить тебя волноваться. -Главное, что всё уже хорошо. В любом случае, я боялся повтора прошлого, чаги. -Я понимаю, хён...- вздыхает, ставит пиалу обратно и кутается в чужих руках с теплым платком сильнее, пригреваясь, а Ли только попросил слугу проверить печь и подкинуть по надобности дров, пол казался недостаточно тёплым. В принципе беспокойство Минхо было оправдано. Он древний ёкай, что видел многие пороки, питался так и наказывал. Так в одном из похождений в своё «легендарное» время на деревню, заметил у богатого купца эту бедолагу. Видел остальных существ, сотрудничал, но кажется никогда не видел котов, а этот. измученный, голодный, худой и не побоится сказать буквальное «при смерти». Это так сыграло по психике кицунэ, что он просто безжалостно разрубил тело с особой жестокостью, а юнца забрал с собой. Мясом накормил, овощами, крови подлил и научил охотиться, думал, что это просто котёнок, а оказался уже взрослый кот, которому просто не повезло. Не повезло попасть при побеге от одних к другим. Джисон случайный ребенок, который при несчастных обстоятельствах лишился прошлого и семьи. Настоящий дикий зверёк, что украл себе оружие, научился красть и просто вёл себя слишком активно. Один раз ему не повезло довериться человеку, отчего в один из дней его просто предали за два мешочка золотых и хороший скот, а он же попал к гадким людям, как украшение и домашний элитный зверь. Мужчина был спасением в его глазах и настоящим богом. Рассказы, легенды, что он помнил и слушал, мечтал стать тоже могучим и жалел, что не родился ёкаем, мечтал погладить хотя бы один хвост, а тут на вид целые девять! Он был в восторге от вида, даже не от спасения, безумно благодарен за всё. Благодарен за жизнь, крышу над головой, уважение его интересов и переживаний, последующую любовь. Джисон долго доказывал, что может и хочет быть рядом, что его чувства это не просто плевок в воду. Минхо боялся и долго не доверял, но вопреки всем страхам и попытке вновь впустить кого-то в свою жизнь. ни разу не пожалел о своем решении. Это что-то духовное и глубокое, обожал этого юношу и сам не знает как в какой-то момент проникся душой и в целом им. Тот оказался нежным, чувственным, довольно скромным и почти аккуратным. Его гиперактивность была исключительно при старшем, потому что знал:» тебя не осудят». Сам старший же был таким же чувственным, поддавался чужой игривости и попросту умилялся с ручного кота. -О чем задумался? – спрашивает младший, улыбается и наблюдает за тем, как фонарь освещает комнату. За время ухода в воспоминания успело окончательно стемнеть, а поход в банную комнату будет отложен на завтра, хотя прогреть Хана в горячей воде звучит отличной идеей. -Вспомнил, как нашёл тебя зимой у того урода. – мягко улыбается, гладит по голове, но потом стукает по бедру, намекая, что пора выползать. – пойдём прогрею тебя в воде, Ло должен был тебе прогреть уже баню. Кажется, одного упоминания про воду хватило, чтобы мелочь встала и спешно убежала. Тяжелый вздох, аккуратно складывает теплый платок, берет фонарь. Через мгновение в одной руке у него все еще покоится освещение, а в другой держит за шкирку рыжего кота, что активно двигался и жалобно мяукал. Джисон не сильно любил банные процедуры, ему не нравилась горячая вода и эти обязательные умывания рисовой водой и прочим. Однако, у него попросту не было выбора, потому что Минхо лично занимался им. Не делай он этого, шкодина вовсе бы не мылась или делала это исключительно в воде из речки, оброс бы грязью, получил всякую заразу. Ли обожал чистоту и её соблюдать, любил порядок и пытался получше обучить любимого помимо того, что уже знал. К счастью, Сони научился, пусть ему это и не нравилось из-за старых привычек. И вот, надутый Хан уже в своей не животной форме сидит, поджав ноги. Уши прижал и показывает свое полное нежелание здесь долго находить. Старший же заботливо намыливал его, подстригал в некоторых местах уши. Пальцами по позвонкам проходился, умилялся такому поведению и только посмеивался иногда. -Душа моя, не сердись ты так на это. – аккуратно поливает голову водой, а после отходит от него за мягким полотенцем. Начинает вытирать голову и тщательно уши, уделяя им должное внимание, потому что боялся случайно залить воды. Оставляет ткань на голове, а сам отходит в сторону для более большого и уже раскрывает, будучи готовым укутать. Хан фыркает от вредности, тихо благодарит и укутывается, уходя в сторону одежды на смену. Хо замечает, что кажется младшего что-то волнует, но не может понять точно, что именно. -Хён, а почему ты ни разу не спал со мной? -Что? – среагировал сразу старший и голову наклонил. – ты о чем именно? -Я случайно увидел пару в окне, они мне дали куска рыбы, а потом мужчина позвал спать с собой девушку, а она обрадовалась и… -И? -И девушка очень громко так кричала… так знаешь типа ах ох… -Та-ак...- навострил уши Минхо и наклонился. – и ты хочешь также? Джисон замялся и взгляд отвёл. Он слышал про «супружеский долг» и про существование такого «особого» сна, но ему было стыдно спросить у возлюбленного напрямую. Минхо же просто не обременял его из-за ненадобности, да и сам справлялся со своими недугами, что проявлялись резко. Пусть тот и ёкай, не хотел даже тянуть силы из мальчишки, потому что может и словить резкий сильный голод и начнет вертеть бедного до утра. -Наверно? Но я не знаю даже почему и как, а еще... а почему ты никогда не намекал? – уши приподнимает и хвостом двигает. – я не привлекаю? -Да что ты! – сразу реагирует, садится на корточки и руки возлюбленного в свои берёт – ты меня очень привлекаешь, маленький, просто не было надобности? Я всё же ёкай, такое для меня имеет странный отсыл и не хочу заиграться случайно. Не хочу резко начать «питаться» тобою, высасывать жизненные силы, ты ведь знаешь, чаги. – ручки его гладит и в замок заключает. – к тому же, не знал как к этому относишься и если хочешь, то завтра схожу к лекарю за необходимым, рецептом для мази видимо тоже. Хан тяжело вздыхает, одежду накидывает и, сев на корточки, утыкается в него, обнимая. Лицом водит, а у второго это вызывает только смех. -Пойдём укладываться, сегодня был странный день, кот. Утро же не отличалось. Старший обновил наконец печати, что начинал делать ещё вчера и делал осмотр дома на случай артефактов с отрицательной энергетикой. Он не был слишком заумным и паникером, просто за свои годы привык к тому, что даже новый персонал может принести беды и отрицательную энергетику. Единственные люди, в которых он был уверен: Джисон и Ло, а новая повариха доверия не внушала, отчего ёкай и часто делал обход и проверял всё. Единственное, его не отпускал ночной диалог... подозревал, что этот разговор когда-то их пару и настигнет, но не думал, что так резко и в таких условиях. Мелочь еще и подумала усомниться в себе, что никаких мыслей, кроме «дурак» не вызывало. В любом случае, у старшего был опыт, печальный и нет, но свою сущность всё же немного побаивался. Вдруг у него переключится что-то в голове и настигнет голод? Иногда наслаждался душой Хана втихую, скорее даже часто подсматривал, чтобы увидеть и понять его настрой, когда только познакомились, но сейчас. Во всяком случае, они оба взрослых существа, им пора вступать в новый этап, но это настолько волнительно всё же для Минхо, что даже во время работы не может сфокусироваться. Джисон же в это время ушёл по поручению и с запиской к лекарю. Всё-таки, раз он начал диалог о таком желании и знал про работу ёкая, решил взять это на себя. Ловил лицом снежинки, рассматривал их иногда на своих варежках и улыбался. У самого тянущее ощущение предвкушения не покидало, а особенное «а как это будет?» и «неужели я и хён?!». Единственное, задумался диалогом, что был перед сном... решился довериться опыту старшего, поэтому согласился быть «снизу», но как это? В любом случае, пообещал позаботиться о нем и не переживать, поэтому его задача сейчас только купить необходимое и прийти обратно. Младший искренне не понимает зачем ему какая-то мазь, в чем её суть? Раз обязал, значит так будет намного лучше и легче. Представляет очередную баню, что будет вновь мыться, но ещё и подобие клизмы. У Хана прямо шерсть на хвосте встает и ушах от одного только представления. Зато ночью он смог упросить старшего поспать с ним в форме лиса, где наслаждался его хвостами и мягкой шерстью. В принципе, они сильно различаются размерами: Минхо был огромный и очень жилистый лис, выглядит даже устрашающе, что в той форме, что своей обычной. Хан же, что как кот выглядит шкодиной, что в основной форме. Он не Бог и не какая-то могучая сущность, поэтому он буквально как обычный домашний кот. В принципе такая разница умиляла, у Ли же было всегда желание защищать из-за этого, пока он сам не увидел, как его мелочь орудует катаной. Если сравнивать их техники, то старший эстетичный и очень быстрый. Его владение оружием- красота, да и только, а у младшего же это просто военный вариант, где ему буквально важна быстро убить и выжить. В принципе, это отлично показывало разницу в их характере: Минхо делал все «как надо» и это было превосходно и чисто, а Джисон быстро и неуклюже, чтобы быстрее освободиться и прекратить, полностью еще испачкавшись в крови и всякой грязи. У них было много ссор на этой теме, но смогли найти компромисс. Первый помогает второму освоиться немного и просто примет как факт такую черту, потому что сделать с ней что-то по истине тяжело. Все же эта кошачья неловкость осталась поглубже у Сони, что со временем вызывало только улыбку у лиса, хотя в первый моменты их знакомства – раздражало. Вообще, Ли признался в чувствах и одновременно ответил на чужие также зимой. Они вместе решили осмотреть округу, любовались снегом и в принципе наслаждались потом стандартной прогулкой. Смотрели на звезды, луну и восхищались их красотой, пока разговор не начал юноша. Его долго терзали эти непонятные мысли и чувства, которые у него не выходило описать и понять, терзали эти новые эмоции. Возможно, будь у него семья, смог бы сразу же понять и среагировать намного раньше, но у него этого не было. Мужчина же в свою очередь из-за печального старого опыта старался заглушить эти чувства, замечал, что и младший странно себя ведет, поэтому думал, что вдруг ошибается и кажется. Сердце, что каждый раз трепетало при виде мальчишки... постоянно нервно расчесывал свои длинные волосы и курил, пока у них не случился наконец серьезный разговор на снегу. Начал кот и потом даже расплакался под конец своего монолога, потому что боялся «вдруг я сказал что-то не то», отчего и разнылся. Не хотел терять то, что уже построил одним диалогом и сильно испугался. С другой стороны, это вызвало лишь искренний смех и крепкие объятия в снегу, где кажется с облегчением смог высказать все слова, что вертелись на языке и плясали в душе. Одной зимой Господин Ли нашел слабого кота в лапах ужасного человека, в следующей признался в чувствах и ни разу за это время не пожалел, а через несколько (приблизительно две) уже их первая «взрослая» ночь... Будь Хан чуть смелее, то случилась бы намного раньше. Стряхивает снег с головы, осматривает маленькую лачугу, а потом передаёт просьбу и от кого, что у старика вызывает только широкую улыбку. -Вот ведь молодёжь развлекается. - хихикает, отворачивается, оставляя юношу в непонимании. – держи, да слушай. Масло душистое, чтобы расслабиться, мазь одна на заживление если что-то не так пойдёт, а эта просто для скольжения. – показывает, да необходимое собирает для того. -Для скольжения? – переспрашивает неуверенно, на что получает смешок. -А ты как думал? Тело не женское, разница анатомии и интима. Всё, ступай. Руками машет, да прогоняет, как деньги получает. Считай просто пинком прогоняет незнакомца и закрывается, что вызывает много вопросов у бедного. Ничего не остается, как послушно идти обратно, да шапку поправлять, чтобы уши свои не показать. Задумался только для чего скользить то надо… слишком много вопросов и никаких ответов на них. Пока идёт, размышляет: «интересно, чем занимается хён?». Возможно, сейчас ушел смотреть опять такни и смотреть по записям кто, что желал, уехал точку проверять по продажам и забрать выручку. Может вообще опять раздражается с защиты дома и этой каллиграфии, куда ему вообще не было доступа. Всё пространство бы было в чернилах, а он бы был наказан, как ссаный кот… Через несколько часов возвращается обратно и Ло, что занимался отоплением и проверкой дров в печи, заметил юношу, сразу же встретил. -Вы сегодня быстро, по сравнению с вчерашним днём – кланяется, по-доброму говорит и пропускает вперед, забирая из рук забранное у лекаря – вас раздеть и это в покои? -Да, отнеси, пожалуйста, а я сам разденусь. – снимает шляпу, ушами шевелит и начинает от остаточного снега отряхиваться, да шубку снимать. – Ло, а хён давно уехал? -Сразу же, как вы ушли, надо было что-то передать? -Нет, нет, просто хотел знать и рассчитать время его приезда… А куда? -Решил съездить к точке и посмотреть, как идут продажи, да написать, что нужно еще прикупить. Думаю, то через час уже будет здесь. – останавливается пока слуга и смотрит на того. -Хорошо, подготовишь мне пожалуйста баню? Хочу помыться к его приходу. Смотрит удивленно на юношу, потом заглядывает в покупки и улыбается. Вот оно, что и откуда резкий позыв. -Конечно, пока испейте чаю, а я вас провожу потом. -Спасибо, Ло. Младший с радостью пошёл в другую комнату, чтобы согреться. Ло отлично справлялся с комфортом. Всегда было тепло, готов чайник с наваристым хорошим чаем, теплые полы и баня по расписанию. Услышать от Хана конечно «подготовь мне баню», самое неожиданное, что мог ожидать пожилой мужчина, но такое-то дело юное. Через время, как только Ло сказал, что баня готова, заходит старший. -Так я вовремя? – девятью хвостами машет, чтобы слегка распушить, как только замечает слугу и Джисона. – думал, что появлюсь раньше тебя. Старший сразу подходит обнять любимого, по голове гладит и в голову целует. Одежду уносят, а руки окольцовывают талию покрепче. -Нервничаешь? – шепчет, да ведёт в сторону бани, но явно в этот раз не останется, смущать не хочет, да и тому нужно посидеть одному, обдумать всё и просто принять этот скорый факт... -Немного. Живот тянет от предвкушения… Минхо смеется, хлопает слегка по боку любимого, да пропускает вперед, оставаясь в проходе. С улыбкой смотрит на него, как дворовый кот, что рыбы объелся. Неописуемая старческая нежность блещет, отчего он буквально оторваться взглядом не может. В принципе, часто засматривался по долгу на него, рассматривал, как в первый раз. Иногда не верится, что он вступи в отношения, потому что долго был один, а тут раз-два и мальчишка вскружил ему голову. Джисон смотрит на свои коленки в воде и вздыхает. Самое противное позади, а он может наконец просто утонуть в мыслях. Как это будет? А это больно? Хён предупреждал, что приятного сначала будет мало, он ведь не привык к этому, поэтому надо будет совсем чуть-чуть потерпеть, но если будет «слишком», то может сразу сказать: «Я не хочу» и всё закончится. Хвостом под водой водит, смывает с головы пену с шелухи и соломы. Не знает сколько тут уже сидит, перед «смертью» не надышишься, отчего решается уже выходить. Накидывает свою вечернюю легкую накидку, пояс лениво завязывает, считай ткань просто на святом слове держится. Тихо, в своей манере, идет в покои. вдох-выдох. Заходит, да видит, как на их спальном месте аккуратно убраны подголовники, а старший рассматривал на свету фонарика мазь. Пахло приятно благовониями, прямо «тихий» полумрак и приятная расслабляющая атмосфера. У Минхо не завязан пояс, лежит расслабленно и поднимает взгляд на Хана. Улыбается со своим привычным хитро-лисьим взглядом, да аккуратно хлопает по месту рядом. -Присаживайся, не стесняйся. Тот послушно садится, выдыхает и глаза прикрывает. Ощущает, как плечо нежно оголяют, да укладывают мягкую макушку. -Если не готов, то ляжем спать, ты ведь знаешь. -Я готов, просто… волнуюсь, ничего такого. Не знаете словно мой характер. Голову поворачивает в сторону, нежно целует в голову и улыбается. Наблюдает, как рука тянет пояс и тихое хихиканье. Он волнуется, но такие нежные поглаживания на животе успокаивают, а еще и сводит внутри немного. Аккуратно укладывают, а Минхо нависает, смотря на него. Свои волосы за ухо убирает, что спадали на младшего, да лицо рассматривает. Кадык скачет, губы постоянно облизывает, иногда ресницы вздрагивали. Целует его губы, а рукой гладит талию, да на ноги спускается. Даже через поцелуй эту скомканность младшего ощущает и сожалеет, что просто не дал ему выпить перед разом, пусть он и не любил алкоголь. -Выдохни, я не съем тебя, хотя хотел бы. -Что прости?? Кусает чужую губу, а старший смеется, утыкается лбом в грудь и трётся. Зацеловывает ключицы, шею зацеловывает, да урчит, хвостами шевеля. К груди спускается, кусается, на что слышится очередной вздох. Руки в длинных темных волосах оказываются, да сжимаются. Старший спускается поцелуями ниже, на ноги уходит и колени гладит. Выпрямляется, да наблюдает уже за возбужденным любимым. За своим возбуждённым любимым. Улыбку никак сдержать не может очередную за эти несколько минут… аккуратно раскрывает его и довольно хмыкает, пока младший смущается и даже глаза прикрывает. Укладывается на бок рядом, к себе притягивает за талию и руку с глаз убирает. Долго контакт держит, но вновь целует в губы, а одежду снимает с него, как и даёт это сделать с собой. Наблюдает, как Хан теперь сам пробует опуститься поцелуями к шее и ключицам, пока тот оглаживает его живот и спускается ниже. Невесомо пальцами по паху проходится и ощущает, как тот дёрнулся. Пальцами головку накрывает и слегка сжимает, на что слышен тихий краткий стон, а потом и укус в шею. Сам выдыхает, глаза закрывает, да теперь по всей длине двигается. Джисон утыкается лбом в шею, обнимает его, вздрагивает иногда и с каждым движением громче стонет. Приятно, очень, но как слышит открывающуюся крышку, то выпрямляется, а его ловко укладывают так, чтобы было намного проще его растянуть. -Тш, не нервничай. – сразу озвучивает Минхо, ручку его целует, а сам пальцем немного черпает мази. Другой рукой берет за его, скрепляет пальцы, да вновь к губам подносит, успокаивает. – помнишь ведь? Сначала будет немного неприятно, но главное постарайся расслабиться. Вдох-выдох и всё. -Легко сказать, хён. Убирает свои волосы, пока старший аккуратно вводит палец, и жмурится. Неприятно, но старается по совету не думать об этом. Растягивают его тщательно и нежно, иногда давит на стеночки, чтобы точно прошел второй палец и слышит на это каждый раз шипение и постоянно бегающий кончик хвоста. Аккуратно вставляет второй палец, да слышит на это сразу же мычание. Останавливается, костяшки младшего целует и смотрит на него. -Всё в порядке? -Да… продолжай. Укладывает его руку на живот, да накрывает сверху своей, ему уже не очень удобно будет держать его так, но разрывать контакт не хочет. Меняет тактику и теперь чуть пальцы дальше просовывает, давит и слышит первый громкий стон. Гладит ладошку, продолжает и внутри ликует с того, как на его действия реагирует младший. Чуть позже только еще немного мази добавляет для скольжения, пока другой ярко реагировал Наблюдать за его лицом в наслаждении, как губы раскрываются при каждом стоне, когда проталкивает пальцы по максимум, что допускает фаланга. Как забавно приподнимается, как стонет, пальцы сжимает. Пробует протолкнуть третий палец, а как замечает, что он отлично проходит, пару толчков делает и видит, как в руку вцепились чужие две. Наблюдает, как младший бурно и кажись впервые в жизни кончает осознанно, пальцы вытаскивает и вновь за руку берет, пока другой гладит его талию, да на испачканный живот сморит. Так много, а сам всё еще дрожит, что вызывает у Минхо хитрое выражение лица и волнующиеся хвосты. Ему нравится, как это выглядит… -Отдохни немного, я пока волосы заколю. Как себя чувствуешь? Хан пока отдышаться старается, глаза открывает и мутно пока смотрит на старшего. Облизывает губы, тихо мычит, думая, что сказать, да мысли приводя в порядок. - Я... Превосходно, это так странно. Понимаю теперь ту девушку… Минхо смеётся, пока завязывает заколкой длинные волосы в быстрый пучок, да опускает взгляд ниже. Тот ногами решил поиграться и трогает теперь старшего, что вызывает только удивленное лицо и бедрами поддается, что вызывает «ой». -И куда вся уверенность пропала? -Испарилась после твоих бровей и ушей… Оба смеются, но Ли вновь берет банку и смазывает аккуратно свой член, да опускается, раздвигая его ноги шире, насколько позволяла растяжка. -Готов? -Готов. – прикусывает губу Джисон, а потом вытягивает руки, чтобы обняться, да просто успокоиться намного сильнее. Минхо аккуратно входит, успокаивает и зацеловывает лицо любимого, что всё же слегка всплакнул. Пусть пальцы и помогли, но не так, как хотел старший и разница всё же заметна. К тому же, младший мог не выдержать в итоге эмоций. -Маленький мой, ну ты чего. – шепчет щеки обнимает, гладит большими пальцами и носом трется аккуратно, зацеловывает дальше и шепчет нежности. -Перенервничал и дискомфорт добил, прости. – шепчет Джисон, носом шмыгает и глаза открывает наконец, сам его угол губ, целуя. -Мой дурной. В любом случае, пока не двигается и аккуратно без лишних движений шею зацеловывает и ключицы, игриво покусывает, да наконец просто смешки, с другой стороны, слышит. Выпрямляется вновь, талию сжимает в руках и пробует медленно двигаться. Почти выходит и обратно входит, наблюдает за эмоциями. Смотрит, как он прижимает ушки, сжимает его руки на талии, да ведёт ими выше. Сам дискомфорт и боль уходят, наконец приходит то же, что он ощущал от пальцев, но намного… Намного приятнее, удивительное чувство заполненности из-за хёна. Минхо начинает чуть-чуть резче, немного совсем ускоряясь, и губу прикусывает. Хан же только и делает, что стонет, не стесняясь бедного Ло и поварихи. Руки его сжимает сильнее, ерзает и выпрямляется периодически. Теперь сам наблюдает за ним. Рассматривает его хвосты, уши, как небрежный пучок немного распустился. Хо ощущает этот взгляд и открывает глаза, да улыбается. Заигрывающий глубокий толчок делает, а как слышит на него такую громкую, даже хныкающую реакцию от наслаждения, то решает продолжать теперь так. Наклоняется, чтобы поцеловать, но выходит слишком жадно, пусть сам акт и был олицетворением заботы, да нежности. Дает опять кончить хану, да и сам через пары толчков изливается в него, удерживая рукой чужие бедра, что ерзали постоянно под ним. Вытирает какой-то тряпкой его живот, да и ягодицы. После приходит и слуга с графином воды, которого Лино сам лично после окончания просил подойти и конечно уведомил того. Дает попить воды Хану, потом отпивает сам и «обливает» его, дает остыть после такого и только потом занимается своей жаждой. Сам морально подустал и поясницу сводит с такого неожиданного похождения, а уж как представит, что ждёт младшего, так зловеще щурится и хвостами шевелит. - Ты чего такой загадочный… -Да вот уже вижу, как ты завтра будешь хныкаться с боли, у меня уже поясницу сводит. Джисон глазами хлопает. -Что прости?!