Оленёнок для Бастарда

Медленный дождик идёт и идёт, Золото мочит кудрей. Девочка тихо стоит у дверей, Девочка ждёт.* Неда читала вслух стихотворение. Она часто читала вслух стихотворения, которые ей нравились. А еще любила петь и смотреть, как капли дождя стекают по стеклу. Неда любила дождь, запах дождя и сырой земли. Яра, она же Ярослава, ее сестра, наоборот, постоянно жаловалась на дождливую погоду. Но Яра не понимала, что именно в дождливую погоду к Неде приходило вдохновение и тогда Неда могла, забравшись с ногами в старое кресло и укрывшись пледом, сидеть с книжкой в руках или рисовать. (Яра, правда, рисовала гораздо лучше). Ну, и мечтать, конечно, о будущем. Например, о далеком и загадочном континенте, названном местными Вестерос. Неда еще никогда не была в Вестеросе, но многое о нем слышала. Чаще всего от отца, известного в научной среде историка-медеевиста. Ее отец расшифровывал древние тексты на валирийском, асшайском и других языках. Иногда он работал дома, подолгу сидел за письменным столом при ярком свете настольной лампы, обложившись какими-то бумагами, свитками и толстыми книгами, а маленькая Неда сидела вместе с отцом и завороженно наблюдала за ним, мечтая тоже, когда вырастет, расшифровывать тексты на неизвестных языках или делать еще что-нибудь сложное и нужное, но обязательно связанное с историей. (История была любимым школьным предметом Неды). Иногда Неда мечтала о том, что ее возьмут в научную экспедицию исследовать Вестерос и она обязательно заведет себе там друга или подругу. Не что чтобы у Неды совсем не было друзей. Конечно были, но они жили в одно с ней время и Неде было бы интересно пообщаться с людьми из других исторических эпох, которые по-другому мыслили, чувствовали и очень отличались от всех знакомых Неде мальчишек и девчонок. Шли годы. Неда выросла, но продолжала мечтать. Вестерос по-прежнему манил ее. Когда-то открытие параллельного мира, в котором существовала человеческая цивилизация, стало научной сенсацией. Об открытии параллельного мира писали во многих газетах, кадры, заснятые спутниками, показывали по телевизору. Маленькая Неда обожала смотреть передачи о жизни в Вестеросе и очень хотела там побывать, увидеть древние замки, крепости, понаблюдать тайком за местными жителями. И вот (спустя двенадцать или даже тринадцать лет) ее мечта сбылась. Неда скоро поедет в научную экспедицию. Правда, контактов с местными не предусматривалось. База была скрыта специальными невидимыми барьерами, а еще охранники базы в случае непредвиденной ситуации имели при себе оружие дистанционного обездвиживания. (Проще говоря, пистолеты с транквилизаторами). Сама же Неда при необходимости надеялась справиться с врагом с помощью электрошокера или перцового баллончика (если она, конечно, научиться им пользоваться). Серые тучи, а думы серей, Дума: «Придёт? Не придёт?» Мальчик, иди же, беги же скорей: Девочка ждёт! — читала Неда. Она полностью погрузилась в чтение, а потому немного испугалась, когда ее неожиданно хлопнули по плечу, а звонкий голос рядом прозвучал: — Хей, сестренка, — Яра, а это была именно она, бесцеремонно забралась в кровать Неды. — Опять ты со своими книжками. Могла бы и отдохнуть после сессии. Мы теперь обе свободны. И я хочу этим летом наделать много классных снимков. — Отстань, ты мешаешь, — Неда, отвернувшись от сестры, хотела продолжить чтение, но Яра захлопнула книгу. — Эй, — возмутилась Неда, раздраженная выходкой сестры. — Я вообще-то читаю. — А я вообще-то хочу нарисовать твой портрет, — парировала Яра. — Ты мешаешь развиваться моему таланту, — пожаловалась Яра, полушутя, полусерьезно. — Твоя сестра, между прочим, будущий известный на весь мир художник. Неда только усмехнулась. Яра всегда была чересчур самоуверенна. Впрочем, и настойчивой тоже. И рисовала она хорошо, насколько могла судить Неда. Во всяком случае людей изображать у Яры получалось достаточно похоже. Хотя, конечно, сестре еще требовалась практика. И Яра активно практиковалась и рисовала все, что попадалось ей на глаза. Недавно Яре взбрело в голову нарисовать портреты членов ее семьи. И мать, и отца Яра уже нарисовала, а вот Неду еще нет. Неда не любила позировать и старалась отделаться обещаниями от чересчур настойчивой сестры. Но Яра не сдавалась. И вот теперь она снова пришла к ней. — Ты же не отстанешь? — обреченно спросила Неда, уже заранее зная ответ. Яра энергично помотала головой. — Не-а, — просто заявила она. — Ты не отделаешься от меня, сестренка. Я собираюсь нарисовать прежде, чем ты уедешь в дурацкую экспедицию. Неда вздохнула. Удивительно, как могли они оказаться с Ярой близняшками с такими непохожими характерами. Иногда Неда смотрела в лицо Яры и видела собственное отражение. Обе сестры были одного роста, светловолосые, сероглазые, даже стрижка у них была одинаковая — классическое каре. Неде очень нравился стиль 20-х годов прошлого века и она давно хотела прическу каре, очень распространенную в то время. Яра не захотела отставать от сестры и тоже подстриглась в парикмахерской. И в детстве, и сейчас сестры были очень похожи внешне, (даже родители их иногда путали), зато характеры их отличались. Неда была более сдержанной и спокойной, а в раннем детстве даже застенчивой, а вот Яра, наоборот, была более неугомонной и жизнерадостной. Она никогда не стеснялась и, в отличие от замкнутой Неды, легко сходилась с новыми людьми. Еще Яра практически не расставалась с фотоаппаратом, стараясь запечатлеть как можно больше моментов из ее жизни. (И рисовать, и фотографировать у Яры получалось одинаково хорошо). Яра мечтала в будущем стать профессиональным фотографом, хотя и художником ей тоже быть очень хотелось. Неда не умела рисовать так красиво, как сестра, зато она лучше пела и была более усидчивой, поэтому добивалась более высоких результатов в учебе, чем Яра, которая в первый раз легкомысленно завалила выпускные экзамены, но успешно сдала их на следующий год. — Дай мне привести себя в порядок, — попросила Неда, неохотно поднимаясь с постели и вдевая ноги в мягкие домашние тапочки розового цвета. — Мне надо умыться и расчесаться. — Не-а, — Яра мотнула головой и показала Неде язык. (Похоже, сегодня Яра решила быть вредной). — Ты всегда была чересчур правильной, сестренка. Я хочу нарисовать тебя так. Только добавлю одну деталь. Яра слетела с постели и метнулась к креслу, стоявшему рядом с платяным шкафом. Яра всегда была подвижной, в отличие от Неды, которая продолжала сидеть на кровати и скучающе смотреть на сестру, ожидая, что та выдумает в очередной раз. — Держи, — довольная Яра протянула Неде белого плюшевого медведя — старую игрушку, подаренную Неде на шестилетие родителями. И хотя прошло с того дня почти семнадцать лет, медведь все еще выглядел прилично. — Моя сладенькая сестренка, — Яра довольно улыбнулась, когда Неда послушно взяла игрушку. — И вот еще, — в ладони Яры, словно по волшебству, появился распустившийся бутон красной розы (и где Яра только прятала этот цветок?). Яра аккуратно закрепила розу в волосах Неды и некоторое время молчала, внимательно разглядывая получившийся результат. Неда послушно сидела на месте, зная, что сестра не отстанет от нее, пока не добьется желаемого. Наконец, Яра удовлетворенно кивнула. — Ты прелесть, — объявила она. — Сиди спокойно. Я только сбегаю за альбомом и карандашами. — Ладно, — Неда равнодушно пожала плечами и снова взяла в руки сборник стихов Цветаевой, надеясь успеть прочитать еще хотя бы одно стихотворение, прежде чем Яра вернется.

***

Страшно. Очень страшно умирать. Неду била дрожь. Неда, не глядя высыпала таблетки из баночек на ладонь, не зная толком, какие препараты ей придется принимать. Да теперь это не имело значения. Неда все равно собралась умирать. Это лучше, чем попасть в лапы местных дикарей, которые их обнаружили. И лучше Неде успеть умереть до того момента, как ее обнаружат. А ее обязательно обнаружат. Ей некуда бежать, а враг был жесток и не знал пощады. Неда плакала тихо. Она боялась, а еще жалела тех, кому злой судьбой было предназначено погибнуть здесь, в чужом, враждебном мире, далеком от привычной Земли. — Будьте вы прокляты, будьте вы прокляты, — нервно повторяла Неда, всхлипывая и зажимая рот ладонью, опасаясь случайно привлечь напавших на их базу воинов. Она не знала, кому именно посылала проклятия: агрессивным чужакам в стальных доспехах или людям с Земли, которые должны были следить за их безопасностью, но не справились со своей задачей. И теперь, угодившие в западню ученые, не желавшие никому вреда, должны были погибнуть здесь. Должна была погибнуть и Неда, которая после окончания школы окончила медицинский колледж, и теперь выполняла на базе обязанности мед.сестры. — Я должна решиться, должна, — шептала Неда. — Соберись, тряпка! — Неда с силой шлепнула себя по щеке, надеясь таким образом набраться решительности. Но Неда по-прежнему не желала глотать таблетки, падавшие на чистый керамический пол. Неда сидела, зажавшись в угол, тихая, как мышка. Стараясь быть тихой, хотя это было нелегко. Неду ужасали крики гибнувших людей или нападавших, лошадиное ржание, ругательства, звуки подозрительно похожие, на удары топора по мясу. Неда молилась и сыпала на ладонь горсть таблеток, которые так нелегко было проглотить. Удивительно, но Неда так цеплялась за жизнь сейчас, которая могла бы стать для нее хуже смерти, а несколько лет назад после смерти бабушки она спокойно резала себя, резала довольно глубоко, не боясь при неблагоприятном исходе умереть от заражения крови. Так почему же ей было страшно погибнуть теперь? — Болтоновский бастард это что-то вроде местного Влада Дракулы. Только Дракула врагов сажал на кол, а бастард сдирает с них кожу, — неожиданно вспомнила Неда слова Ксанки. (Что же стало с ней теперь? Неужели изверги ее замучили). — Мне не страшно, не страшно, — Неда зажмурилась и проглотила первую горсть таблеток, затем еще одну и еще, глотать таблетки пришлось насухую, Неда не имела при себе никакой жидкости, чтобы запить их. Да теперь это было неважно.

***

Неда широко распахнула глаза. Она лежала на широкой кровати с балдахином, укрытая меховым одеялом. В родном мире Неда считала такие одеяла варварством. Она даже шубы не носила, предпочитая более привычные ей пуховики. Неда боялась пошевелиться, избитое ее тело болело, а между ног и вовсе горело. Но боялась Неда не боли, она боялась разбудить спящее рядом с ней чудовище, которое заняло большую часть кровати, сильная же рука чудовища по-хозяйски лежала на талии Неды. Чудовище было на вид самым обыкновенным человеком. Оно и было человеком, только очень жестоким. Рядом с Недой спала живая легенда Дредфорта (Неда выучила название этого замка уже когда попала в плен) — Болтоновский бастард, темноволосый, крепкий парень, пожалуй, даже симпатичный. Точнее, Неда могла бы посчитать его симпатичным, если бы он не взял ее силой дважды: сначала в самую их первую встречу, а уже после в эту ночь. Неда не могла посчитать симпатичным изнасиловавшего ее ублюдка. Бастард был опасным врагом, а Неда стала законной добычей бастарда. Точнее, незаконной с точки зрения современного человека. Но кто в Вестеросе разбираться будет в законности? У варваров всегда главным аргументом являлась сила. А Неда считала Рамси Болтона (бастарда, оказывается, звали Рамси) самым настоящим варваром. Неда хотела держаться от Рамси как можно дальше, находиться на безопасном расстоянии от него, желательно на Земле, поэтому она осторожно, стараясь почти не дышать, отодвинулась от врага, но неожиданно рука на ее талии напряглась и Рамси открыл свои жуткие, светло-голубые глаза, словно покрытые тонкой пленкой льда. — Отличная ночка, не правда ли? — произнес он.