В тихой темноте

Дверь приоткрылась, и Питер вздрогнул. — Читаешь еще? — прозвучал какой-то уж слишком добрый голос Мистера Старка. Видимо, настроение у него было хорошее. — Я уже всё… — ответил мальчишка и почувствовал, как рядом прогнулась кровать. — Прекрасно. Давай в ушки закапаем, а потом расскажешь мне, о чем прочитал. Тони уложил Питера рядом с собой, убрав планшет на прикроватную тумбочку. Старк аккуратно повернул голову мальчишки и капнул противовоспалительное лекарство, чтобы снять оставшийся отек и ускорить заживление. Прохладное средство успокаивающе растеклось где-то внутри и совсем быстро перестало ощущаться. — Как ушки? Уже меньше болят? — Меньше… Почти не болят, — тихо проговорил Питер. — Только если что-то громко скрипит на определенной частоте, бывает больно… И если нажимать на уши, болит. Я стараюсь не спать на них, иначе потом ноет сильнее. — Хорошо… — прошептал Тони. — Полежи так, второе ушко позже полечим… А расскажи-ка мне пока, о чем ты прочитал. Питер вздохнул и послушано стал пересказывать первые главы «Приключения Тома Сойера». Про озорного мальчишку с большой фантазией, который почему-то очень напоминал Старку самого Питера, но еще до той аварии. Тогда мальчишка был не обременен ничем, кроме школы и домашнего задания. Тони считал, что Паркер сможет взять у главного героя некоторые уроки для себя, чтобы совершать меньше ошибок. Питер сильно разогнался, стараясь пересказать всё, что запомнил, и начал заплетаться. Дыхание сбилось. Он словно стоял опять в школе перед доской и сдавал стихотворение на оценку. — Молодец, Питер, не нужно так подробно, я вижу, что ты прочитал. — Тони похлопал его по спинке, стараясь хоть немного успокоить. — Повернись-ка на другой бок. Тони сосредоточился на втором ушке и, очень аккуратно оттянув его вверх, капнул лекарство. — На следующем уроке поговорим поподробнее о героях и о произведении. Тебе самому-то нравится читать? — Не очень… — тихо признался мальчишка. — А чего? — Я вообще школьную литературу не люблю. Мне сложно сосредоточиться. Вот если бы я сам захотел это прочитать, мне бы понравилось. А когда просто надо читать, то неинтересно сразу! И я еще не привык читать пальцами. Очень медленно получается, я просто устаю читать и одновременно думать. Тони улыбнулся и взъерошил волосы Питеру на макушке. — Я понимаю, — вздохнул мужчина и потянул мальчика за плечо, аккуратно переворачивая на спинку. — В глазки закапаем? — это было больше на предупреждение, чем вопрос. Выбора у Питера толком не было. — Мм… — промычал мальчик. Питер не мог сопротивляться, просто не было смысла, поэтому он надулся и недовольно запыхтел. — Опять будет больно! — Ну потерпи немного, Питти. Все быстро пройдет, и глазки расслабятся. — Тони мягко прижал мешающиеся ладошки для лучшего доступа и капнул во внутренние уголки глаз. — Открой и закрой глазки, чтобы распределить. — Неа… — промычал мальчишка и зажмурился сильнее. — Ты же все равно их откроешь когда-нибудь. — Тони усмехнулся и полностью освободил парня. Он знал, что у Питера хватит мозгов и не хватит смелости, чтобы попытаться вытереть лекарство руками. — Быстрее потерпишь, быстрее пройдет. Питер вздохнул и все же проморгался. — Терпимо? — Угу… — протянул мальчик, дуя губки прямо как Морган. Как и когда он успел у нее научиться — загадка для всех. Глаза пекло и немного щипало, как будто мыльная вода попала. Неприятно, обидно, но биться головой об стену от боли не хотелось. А через несколько секунд все неприятные ощущения поутихли, и Питер сам не заметил, как ушел в свои мысли. — Мистер Старк… — очень тихо сказал Питер и немного сжался, боясь продолжить. — А если операция не поможет? Я с вами буду жить? Тони удивленно раскрыл глаза, а затем усмехнулся. — А где ты еще можешь жить? — Не знаю… — Питер поджал губы и тише предположил: — В том интернате? — Питер, мы не отдадим тебя в интернат, — уверенно сказал Тони. — Может быть, только для учебы, но жить ты будешь с нами. — А если операция поможет, и я опять буду видеть? — Будет просто чудесно. — И я буду жить здесь? — Ты будешь жить здесь при любом раскладе, Питер! Откуда вообще такие мысли? Мы взяли тебя полностью слепым и глухим и не собираемся отказываться. Ты будешь жить с нами, пока не вырастишь, не научишься полностью себя обеспечивать или не женишься. Договорились? Питер нервно хихикнул, рефлекторно сжимая подвернувшуюся ткань. Это оказался рукав Тони. Почему-то возможность жениться казалась такой недоступной. Он не думал о ком-то, кто захочет с ним жить, а девочки в этом возрасте только раздражали. Он рассматривал их только в качестве подруг и никак больше! — Хорошо, мистер Старк… Тони внимательно посмотрел на лицо мальчишки, ища в них хоть какую-то подсказку. Недолго собираясь с мыслями, Тони поднял давно волнующую его тему. Сейчас, казалось, самое время. — Питер, ну какой я тебе мистер Старк, м? Ты же меня папой называл все это время… Паркер прикусил нижнюю губу и отвел взгляд. Питера хотелось обнять и усадить на колени, только чтобы этот разговор не вызывал негативных эмоций. Тони хотел разобраться во всем, рассказывать о своих негодованиях, и он точно не собирался отчитывать ребенка. — Иди ко мне. — Тони аккуратно помог ему подняться и притянул к себе. — Называл ведь? Питер смущённо кивнул, пряча личико непонятно от кого. Тони обнял его и все же плавно пересадил на свои колени. — Никаких мистер Старков здесь, и никаких «вы»… — с искусственной строгостью проговорил мужчина. — Только папа. Питер промолчал, пока не зная, как сможет перестроиться и называть своего учителя папой. Раньше проще было, когда он не знал, с кем общался. В редкие моменты, когда мистер Старк его обнимал и говорил слишком добрым голосом, Питер мог забыть обо всем. Тогда и папой называть было несложно. Но некоторое время, после учебы или замечаний, воспринимать мистера Старка как-то по-другому казалось невозможно! — А то мы сейчас мыться пойдем, может тогда все это пройдет? — наигранно пригрозил Тони. — Нет… — Нет? А кто же тогда тебе помогать будет? Наташа? — Я сам. — Ох… Малыш, но ты ведь только слышать начал, а не видеть. — Немного подумав, мужчина предложил: — Я наберу тебе ванну после ужина. Хорошо? С лавандовой морской солью и пеной. — Питер слабо кивнул… Купание в ванной для Питера оказалось менее травмирующе и намного приятнее. Питер оставался в трусах почти до самого конца, а это сильно снижало уровень стеснения и неловкости. — Давай я помогу помыть голову, а дальше сам будешь купаться. Питер сидел на дне ванной спиной к папе. Старк взял детский шампунь с приятным ароматом вишни. Тони немного намочил кудряшки Питера с помощью маленького розового котелка Морган и стал тщательно намыливать волосы, массируя кожу головы. — Давай аккуратно смоем… Аккуратно с ушками. Старк, придерживая мальчика за голову, очень медленно опустил в воду вспененные кудряшки. Больше всего он переживал за ушки, и боялся травмировать их горячей водой или давлением. — Ушки мочить можно, осторожно только, но нырять нельзя, — предупредил Мистер Старк, когда на волосах не осталось шампуня. И присел на стуле в углу с книгой, предоставляя Питеру свободу действий. Отчего-то оставить слепого подростка полностью одного в ванной он пока боялся. Питер был уже довольно взрослым. Даже пятилетняя Морган оставалась одна и только в самом конце звала родителей, чтобы ее вытащили. Но ведь Питер не позовет. Сам попробует вылезти, а Тони очень не хотел, чтобы подросток вдруг поскользнулся или запнулся о бортик. Нет. Слишком опасно. Питер от души погрелся в горячей ванной, побрызгался, зарылся в гору пены и только после этого всего, когда вода начала остывать, а ему стало скучно, соизволил помыться. — Ты уже всё? — спросил Тони, заметив, что мальчишка встал. — Угу… — Питер кивнул. Старк накинул на его плечи большое полотенце, а на голову — полотенце поменьше, и стал вытирать крупные капли с тела, в первую очередь с ушек. Нельзя было допустить осложнений и дать Питеру замёрзнуть. Старк помог вылезти из ванны на мягкий ковер. Еще на уроке Питер думал, что Мистер Старк окончательно стал учителем и воспринимать как папу он уже никогда не будет. Но уже вечером Питер совершено забыл об этих мыслях. Перед сном Питер, Морган и Тони лежали на диване в небольшой гостиной второго этажа. Дети завернулись в пледы и расположились вокруг Старка. А Тони держал в руках детскую книжку про маленького Тарзана. История о мальчике, родители которого погибли, и заботу о нем взяли на себя гориллы. Питер впервые в жизни почти полноценно мог наслаждаться подобным вечером. Тони читал несколько раз в неделю, но только сейчас Питер мог слышать мягкий теплый голос… Папы… Мальчик невольно улыбался, подмечая, как изменялся голос, пародируя забавных персонажей. Мистер Старк, преподавая физику в школе, не мог показать эту творческую сторону. Питер и не предполагал, каким чудесным учитель мог быть отцом. Он не просто читал детям, потому что так надо, а читал с любовью, потому что ему и самому это нравилось… А еще потому что он запретил им смотреть мультфильмы, а уложить детей как-то надо. Питер невольно заслушался, забывая о своих проблемах. История про Тарзана так запала ему в душу. Он знал ее и раньше, но никогда не было так трогательно о нем читать. Тарзан пытался подружиться со всеми, влиться в коллектив, но его все отвергали, подшучивали и не воспринимали всерьез. Не только ровесники, но приемный отец его не принимал. Все у него не получалось. Он был словно из другого мира, и только мама его любила. Питер ссутулился и, не заметив, зажал папину футболку в кулаке, переживая за главного героя. Тони, продолжая читать, опустил ладонь мальчишке на спинку и мягко потер. Прикосновение было приятно горячим. Как будто прислонился к горячей батарее после долгой прогулки зимой. Морган спокойно не лежалось, особенно в первые минуты чтения. Эта была очень гиперактивная девочка, и обычно успокоить малышку было трудной задачей. Но спустя некоторое время девочка притихла, а вскоре послышалось легкое посапывание. Тони перестал читать, оглядывая детей. Морган заснула, а Питер сонно моргал, борясь со сном. — Я сейчас вернусь, только уложу Морган, — прошептал Тони, аккуратно перекладывая Питера на диван. Старк подхватил спящую девочку, не боясь разбудить, и тихонько унес в соседнюю комнату. Когда Тони вернулся, Питер лежал с закрытыми глазами в том же положении, в котором его оставили. — Ты тоже у меня уже спишь… Пойдем-ка в кровать, — нежным голосом сказал папа, и поднял Питера на руки. Он сам понес его в детскую, чтобы мальчик не напрягался и не растерял весь свой сон по дороге. — Вам разве не тяжело меня поднимать? Я же взрослый… — пробормотал мальчик, крепко держась за чужую шею. — Питер… Ты почти ничего не ешь у меня. За последние несколько месяцев ты очень похудел, как пушинка стал. Вы с Морган в одной весовой категории, — усмехнулся Тони. — Мне не тяжело. Кушай только, пожалуйста. — Тони улыбнулся и поцеловал мальчика в лобик, перед тем как переложить ребенка в кровать и укрыть одеялом. — Спокойной ночи.