A Ring for Love

            Лав.       Я помню своего преследователя слишком чётко. Даже через глубокий сон, я ощущаю его шаги покалывающим ощущением своих икр, которые в тот день свело судорогой. Через затылок, которые прожигали его глаза в тени. Нет, не так. Он сам был Тенью.       Как ведьма Пустоши, в «Ходячем замке» Дианы Уинн Джонс, создавала своих теневых клонов, так и он, имеющий возможность отбрасывать свою собственную, заполнял всё пространство одним лишь собой. Мне и шагу лишнего ступить не дано было.        Догнать меня ему не составило бы никого труда даже будь у меня волшебные туфельки Дороти или белый кролик Алисы, прячущий её в своей норе от Королевы Червей. Спасение было лишь в сказках, поэтому своё я искала за сильными мужскими плечами отца.       Проснувшись под утро, я всхлипнула от испуга, ощутив удушье. Мне уже давно не снились липкие, грязные от пота руки, сжимающие мои бёдра и запястья у головы в переулке между площадью Бастилии и районом, в котором я жила. Даже во сне я не могу забыть запахи, объявшие меня той ночью, звуки абсолютной тишины несвойственной Парижу, и себя лежащей на промёрзлой спине. пока чужие мозолистые руки шарились по моему детскому телу. К горлу подступала тошнота, едва ли сдерживая позыв я присела на кровать и зажала рот рукой в попытке успокоиться, отдышаться…       — Этого больше не случиться… Никогда… Всё прошло… — заставила себя произнести в слух, содрогнувшись, чувствуя свободно гуляющий ветерок в своей спальни в жалкой попытке остудить мою влажную кожу прилипшей к сорочке. — Всё прошло…       Я скучала по отцу. По его строгому голосу, прикосновению его тёплой натруженной руки к моей и его внимательности к деталям. Я скучала даже тогда когда злилась на него. Скучала, когда перестала слышать как он работает на кухне. Без него, оставаться в кромешной темноте своей крохотной холодной комнатке ресторана, больше не было смысла, поэтому я сделала то что должна была… Я его продала. И мне не было стыдно, потому что, только так я могла двигаться дальше и жить спокойно. Благодаря этому решению у меня не осталось причин, чтобы ждать его возвращения с рынка, или площади после третьей невинной партии «на интерес» в «Жёлтого карлика», а также с его любимой территории — кухни, чтобы пожелать мне «спокойной ночи».       Я знала, что это было бессмысленно, но всё равно ждала его появления. Хотя временами, мне и правда было очень трудно говорить о своей глубокой привязанности к нему. Не смогла произнести о своей любви без труда даже тогда когда он угасал. Просто мы оба были такими… Глупыми упрямцами, держащими всё в себе.       И даже теперь когда я давно привыкла к тому что я одна, без его наставлений, не могу отпустить мысль, что мне слишком сильно не хватает своего сварливого старика. Особенно тогда, когда я вновь стала мишенью. Под кожей чувствую, что история, в которую я впуталась не сулила ничего хорошего ни для меня, ни для тех кто в этом будет замешан. Именно поэтому я не в силах была заставить себя вновь притронуться к кольцу в своем шкафчике. Могу только вспоминать появление мужчины перевернувшего все с ног на голову. Хотя, возможно, нельзя было винить его в этом. Ведь тот, кто сделал это первым… была я.

      ***

      Завтрак на площади Дофина за столиком под открытым небом, пожалуй, неукоснительно лучшее, что есть в моей жизни. Простираясь на западной оконечности острова Ситэ в I округе, вершина треугольника выходит на середину моста Пон-Нёф. Я отработала парочку дней вполне спокойно, без происшествий, и позволила себе отдохнуть, начав день именно от сюда. Я поглощена спокойным утром наступившего дня и рада, что у меня есть возможность подчеркнуть его красоту Шэрон Ван Эттен. В своём сингле «Раздавай» Шэрон поет о том, как тяжело расставаться с тем, что так много значило для нее на протяжении многих лет. Мне это близко. Я пропускаю через себя каждый момент через звук наушников.        Солнце светило так ярко, что пришлось надеть солнцезащитные очки, но я была этому совсем не против. Есть в этом что-то приятное… «Не позволять людям заглядывать тебе в душу» только потому что им любопытно. Им ничего не стоит сделать этого… С этим ничего не поделаешь. Они будут это делать если ты этого не хочешь. Важно то, как ты это воспринимаешь лично для себя. Понимать и принимать это я научилась со своим психотерапевтом, который всеми силами пытался помочь мне совладать с моей негативной рефлексией.       Но я всё ещё думаю об этом, о мыслях, которые возникают в их голове, когда они смотрят на меня. Изучают, оценивают. Пусть это непроизвольно, но, они совершенно тщедушно и нещадно ковыряют всё то, с чем ты приходишь, например, за тем чтобы элементарно попить кофе, посидеть в тишине или пообедать. Им просто любопытно, а тебе опасливо, что тебя раскроют. Во мне вновь заговорила паранойя. Я знаю. Головой я понимаю, что никому до меня и дела-то нет, но, сердцем чувствую себя некомфортно после прошлой ночи. Мне страшно. И этот страх усиливается, когда я думаю, что все на меня смотрят, шепчутся за моей спиной и раздевают своим непрошенным взглядом.       Может, снова вернуться к лечению?       Я вздохнула, развалившись на стуле со спинкой, неторопливо отпивая от своей чашки крепкий напиток. Вслушиваюсь в то как просыпается этот город, как люди переговариваются, занимая соседние столики и сотрудников кафе время от времени смеющихся, чтобы подзарядиться на весь оставшийся рабочий день. Я искренне люблю это. И мне становиться невероятно грустно, когда я понимаю, что не в силах разделить их чувство безопасности. Чтобы так радоваться, я как минимум, должна читать книгу, быть под второй бутылкой «брюта» или хотя бы говорить в этот момент с Джианной.       Кстати говоря о ней…       От кого: Лав.       «Привет, ты сегодня работаешь? Есть планы?»       Ответ: «Ни того, ни другого. Я надеялась, что буду занята тобой» ;)       Я улыбнулась сообщению от подруги, скользнув по недопитой чашки и блинчикам, которые мне только-только принесли.       От кого: Лав.       «Ты как на счёт вина и сыра? У меня, в семь. Есть разговор».       Ответ: «Положительно, ахах. Уже не могу дождаться. До скорого».             Да. Я тоже жду того момента, когда мы усядемся на мой диван, обложившись закусками с бокалами красного вина, припасённого из личного домашнего погреба бабушки Джианны в доме, расположенном на берегу северной бухты Неаполитанского залива, в Италии. И я смогу наконец поделиться с кем-то ещё, помимо своего отражения в зеркале, о встречи с владельцем кольца, ибо он занимал не самое последнее место в моих мыслях. Мне важно поговорить с кем-то настоящим, кто в состоянии высказать своё мнение и подсказать как поступить. Задаюсь целью: потрать свободное время на себя и на покупки.

***

      Я знала, что наведение порядка в доме: это прекрасный способ очистить разум (и мне довольно часто доводилось им пользоваться), но при всей моей сегодняшней лени, не рассчитывала что и в этот раз уборка поспособствует тому, что мне станет лучше. Джианна приехала к семи вечера. И я была несказанно рада её скорому появлению на моём пороге с дополнительными закусками, несмотря на то что я охотно потратила час на то, чтобы приготовить нам ужин.       — Неужели это паста? — удовольственно протянула она, приоткрыв крышку с содержимым, и вдыхая аромат еды.       — Не смогла удержаться, — вынимая пробку из бутылки с вином перед бокалами, ответила я с улыбкой.       — Обалдеть, — радостно отозвалась она и я подмигиваю. — Ты всерьёз взялась, я смотрю.       — Гулять так гулять, — пожимаю плечами и отдаю ей один из двух наполненных бокалов.              — Такая Лав мне нравиться больше, — хихикает и мой хрусталь зазвенел в моменте чоканья. Мы охотно смотрели друг другу в глаза и улыбались.       — Кое-что произошло после того дня как мы виделись в последний раз в баре, — рухнув на кожаный диван, и обняв свободной рукой подушку, сказала я. Джианна поспешно села рядом, поджав под себя ноги.       — Да, я сразу заметила, что ты чем-то очень обеспокоена, — хмурясь, подытожила девушка. — Раньше тебя ничего так сильно не "трогало"... Конечно же, кроме того что случилось с тобой в прошлом… И всё же, последние пару лет всё было в порядке, правда же?       — Конечно, — непроизвольно замотала головой, заверяя:       — Ну то есть, я стала меньше остро реагировать… почти на всё что меня окружает. Чувствовала себя вполне нормально даже при том, что в какой-то момент в моей жизни появился Джером и мы… Вроде как смогли сблизиться. Я ощутила, что могу задержать этого человека подольше в своей жизни, понимаешь?       — Да, но… - она неуверенно замялась. - Почему мне кажется, что ты готова говорить о нём или о чём-либо, кроме того что тебя действительно напрягает, — её непроизвольный поддразнивающий смешок вызывает во мне неприязненный укол. Я раздосадованно прикусываю нижнюю губу, отставляя бокал с вином на журнальный столик. — Нет, ты извини, если это покажется грубо, но… Я не понимаю. Ты словно прикрываешься Джеромом. Это хорошо, что ты в нём видишь поддержку, правда, — почти на одном дыхание произносит она и я нервно перебираю пальцы. — Но если честно, Лав, — наконец-то выдыхает:        — Выглядит это так будто он для тебя не человек, а живой щит от душераздирающих переживаний.       — Я не знаю. Может быть? — говорю, едва ли осознавая, что лукавлю прямо сейчас не только подруге, но и себе тоже.       — Я не пытаюсь тебя осудить, — поспешно поправляет себя. — Это довольно сложно, но я готова выслушать, что ты с таким трудом пытаешься рассказать. Мне кажется, ты очень часто заходишь из далека, — смеётся, дотрагиваясь до моего предплечья в ободряющем манёвре. У меня это тоже вызвало улыбку.       — Наверное, я и правда сейчас предпочла бы, чтобы единственным поводом для моих тревог был этот парень, — признаюсь, неловко рассмеявшись, и Джианна подхватывает его в ответ. — Дело и правда не в нём. Ко мне на работу кое-кто приходил позавчера, — нервно поднявшись, отпиваю от своего бокала. Джианна вопросительно изогнула бровь. — Ума не приложу как он нашёл меня. Было ли это случайностью или нет, но, чем больше мы с ним говорили, тем больше я была убеждена, что всё спланировано.       — О ком ты говоришь?       — Владелец того кольца, — ответила я. — По крайней мере, он как-то вышел на меня и задавал вопросы.       — Да ладно?! — опешила подруга, удивлённо вытаращив глаза. — Погоди-погоди… Но почему он искал тебя? Ты ведь, наверняка, уже отправила то злосчастное кольцо от греха подальше вместе с курьером.       Я стыдливо потупила взгляд, поджав губы.       — Да или нет? — вопрошает она с нажимом.       — Ну, честно говоря, нет. Но я собиралась его отправить… — сдаюсь, захныкав.       — Лав, — перебивает моё бессмысленное оправдание девушка в попытке «достучаться» до моего благоразумия. — Ну ты что…       — Знаю. Да… — виновато протянула, распластавшись на её коленях как кошка жаждущая утешения, а не порки, — Я полная дура…       — И что, этот тип просто взял и объявился на пороге твоего пункта выдачи?       — Да, — принимая ободряющие поглаживания по своей голове от Джианны, ответила я. — Ещё и копа из себя строил.       — Он что правда из полиции? — встревожилась итальянка.       — Да нет. Вряд ли, — отмахиваюсь поспешно. — Такой как он ни за что бы не стал облачаться в форму правоохранительных органов. Его было бы легче увидеть в люксовом костюме…       — Намекаешь, что этот любитель ролевых игр — мажор? — с громкой усмешкой, интересуется, продолжая играть с моими волосами.              — Вполне возможно, — хмыкнула, пытаясь воссоздать в своей голове его нахальный образ. — Вот только среднестатистический заработок простого человека не допускает мысли о покупке «Тиффани». Это же бессмысленная трата. Нет?       — Так-то оно так, милая… Только не забывай, что в этом городе возможно всё.       — О’кей.       — Ты мне вот что скажи, — девушка заставила меня подняться с её колен и посмотреть на неё. — Он ведь внешностью больше чем на «семёрку» тянет, так ведь?       — Ой, да перестань! — раздражённо цокаю языком.       — А что? — проявляет напускное изумление. — Ни за что не поверю, что этот мужчинка на самом деле выглядит как «пузатый пончик» с до отказа набитым кошельком!       — Лишнего веса у него точно нет, — поспешила поправить её представления, чувствуя себя неловко из-за этого. — Высокий…       — Так-так, — заинтригованно произносит она и я закатываю глаза. Зря я начала это… — Этот мистер определённо «твёрдая десятка»… Я права, Лав? Ты покраснела!       — Не неси чушь, — фыркаю, не в силах терпеть поддразнивания. Забираю с кухни бутылку и заполняю бокал вином. Джианна хвостиком следует за мной. — Я больше ничего не скажу.       — Просто признай: ты находишь его привлекательным и бесишься из-за этого, — не успокаивалась подруга, очерчивая в воздухе круг указательным пальцем, и тыкая в меня им.       — Он придурок, — выплёвываю, вспыхнув от недовольства. Моя реакция только подтверждает её теорию. Но я не могу проиграть ей в этом. Выпаливаю:       — Это я могу сказать тебе уже сейчас.       — То есть вы ещё встретитесь? — мечтательно щебечет она и я капризно вздыхаю.       — Может быть, — с заминкой отвечаю, сдерживаясь, чтобы не врезать ей. — За ужином, один раз. И то, я согласилась пойти на него только для того, чтобы вернуть ему его вещь.       — Божечки, Лав. Это же всё выглядит так, будто бы тебе дали шанс выиграть в лотерею, но ты оказываешься… Так ещё и упрямишься, держа кольцо «под залог», на случай, если парень решит от тебя убежать, — она начинает смеяться. Предполагаю, думает, что я доверчивая и ничегошеньки не смыслю в мужской природе. Или, в том как может начаться непредвиденная интрижка (язык у меня не поворачивается назвать подобного рода отношения — «серьёзными»). Вот такие повороты событий мне всегда казались не реалистичными и вписывались больше в сюжеты любовных вычурных романов. Джианна продолжает свою яркую отповедь, от которой мне, к слову, хочется только лезть на стенку:        — Для того, чтобы это сделать необязательно идти на ужин в самом романтичном городе мира. Есть уйма способов это сделать. Сама должна понимать как всё устроено, если работаешь в этой сфере. Он-то знает, что собираешься возвращать его?       — Узнает на самом ужине… — испытывая проигрыш, съязвила я и продолжила пить, но перед этим добавив:       — Когда я опустошу его банковскую карту.        Джианна вновь вспрыснула смехом.       — Ну хорошо... Если не хочешь говорить насколько он сексуален…       — Джианна…       — Как его хоть зовут? — закатывает глаза, ехидно улыбаясь. Я задумалась, вспоминая его блуждающий по мне взгляд, который невольно вызывал едва сдерживаемую во мне улыбку. Длинные пальцы тарабанившие по столешнице и благородство озорных изумрудных глаз. Каштановые волосы в неряшливой, но красивой стрижке, как у Райана Филиппа. Прямолинейный и острый язык. Местами неловкий и забавный… — Лав? Алло? Вернись с алмазного корабля обратно на Землю!       — Маттео, — придя в себя от наваждения ответила я и прячу глупую смущённую улыбку за рукой.       — А фамилия у него «Неотразимый жеребец», я полагаю, — беззлобно смеётся, закончив свой допрос с пристрастием. — В общем, понятно… Бедный малыш-Джером. Он проиграл, ещё даже не вступив в игру.              Весь остаток вечера, мы проверили в беззаботной и расслабленной обстановке: смеясь, вспоминая как я устроилась в закусочной на полставки, в которой на тот момент работала Джианна и помогала мне с моим обучением. В то же время мы только с ней познакомились, но сдружились довольно-таки быстро. Я переживала сложный период в своей жизни после похорон отца, и взяв небольшой тайм-аут в университете, свои будни скрашивала за подачей фастфуда, мороженного и молочных коктейлей. А потом… я каким-то чудом оказалась на диване гостиной студийки из двух комнат и общей кухней, которую снимала Джианна на пару с соседкой.       — В то время ты… словно бы проживала один и тот же кошмарный день. Поэтому всё что я могла сделать, это заставить тебя почувствовать себя чуточку лучше, — сказала она, подпирая рукой голову. Её щеки порозовели от вина, а в глазах застыло сочувствие.       — Если бы ты не делала, то чем обычно занимается семья, — я ностальгически вздохнула, взяв её руку в свою, сжав, — Мне ещё долго пришлось бы собирать себя по кусочкам. Возможно, без тебя, мне бы этого не удалось.       Это правда. Я не могла взять себя в руки чуть больше года. И даже сейчас говорить о прошлом довольно тяжело. Независимо от того, сколько я выпью, как обнажу свою душу, не смогу сейчас раскрыть всё что было. Даже если это Джианна, которая знает и помнит только часть моей трагедии.       В какой-то момент не хотелось больше говорить о грустном. Хотелось пить и танцевать подобно девочкам-подросткам во время пижамной вечеринки. Джианна подначивала меня подняться с дивана своими раскачивающимися бёдрами, плечами и заманиванием указательным пальчиком под «Mi Amor» — «Ванессы Паради». Соблазнительные движения наших тел в такт вступительной части переходят в более игривые, взбалмошные на припеве и мы забываемся в музыке. Из-за этого я не слышу как вибрирует мой телефон, посылая сигналы.       От кого: Неизвестный.       «Здравствуйте, Лав. Это — Маттео. Вы ведь не забыли о нашем ужине в эту пятницу? :) Я настроен серьёзно. P.s: Угостить вас, чтобы решить всё мирно и загладить углы. Ничего не упустил? О, и будьте добры, прихватить колечко с собой. Не упрямьтесь. Я знаю, что оно всё ещё у вас. Понял это, как только посмотрел в ваши глаза ;) Pp.s: Жду вашего звонка».