Максималист

Соблазнить прокуроршу оказалось достаточно сложно. Серьёзная, внимательная и совсем не глупая, властная женщина средних лет явно не зря получила свою должность. Ещё при продумывании плана компания Хосока допустила ошибку, решив пойти на риск. Чонгук должен был подкатить к ней со стороны её же сына, с которым он был почти одного возраста. И если внедрение в компанию сына прошло успешно, то с его матерью дела обстояли куда хуже. Женщина развелась со своим мужем около пятнадцати лет назад и за это время у неё были всего одни отношения, да и те слишком недолгие, чтобы оставить отпечаток. Главной заботой её жизни была работа. Госпожа прокурорша любила её, дорожила своей блестящей репутацией и карьерой, так что восемьдесят процентов времени своей жизни она занималась именно делами. Можно только представить, скольким людям за всю жизнь она перешла дорогу в силу рода своей деятельности. Одним из них по воле судьбы являлся некий Мин Юнги, серьёзный бизнесмен и крайне злопамятный тип, по совместительству являющийся одним из спонсоров бизнеса, которым официально заведовал Чон Хосок. Именно поэтому нынешнее задание Чонгука было начато не ради получения прибыли, а ради уничтожения чужой репутации со всеми вытекающими последствиями. Разумеется, Мин Юнги платил хорошо, хоть и не любил излишние траты. Тем не менее в этом случае ему пришлось обещать намного большую сумму, чем планировалось, из-за сложившихся обстоятельств. А обстоятельства складывались так, что Чонгуку никак не удавалось затащить госпожу прокуроршу в отельный номер. Сделать это нужно было для того, чтобы встроенные в нём скрытые камеры могли засвидетельствовать тайную жизнь безупречной женщины, которые можно было в дальнейшем использовать для разрушения её доброго имени. Чонгук опасался продолжать настаивать на свидании в отеле, боясь быть заподозренным своей жертвой в каком-нибудь заговоре. Добиться от неё доверия и без того было крайне сложно. Проницательность женщины устраивала Чону испытания каждый день, и мужчине всё сложнее было скрывать свою злость. Казалось, с каждым разом его раздувало от нетерпения всё больше и больше, что грозило внезапным срывом. На этом задании он не мог использовать липовое имя и документы, так как велика была вероятность, что женщина проверит его личность от и до. Он подставлял себя, рисковал своей настоящей жизнью, которой ещё не успел вдоволь насытиться. Поход за решётку вообще никак не вписывался в его дальнейшие планы! А секс с нежеланной женщиной в кои-то веки сводил его с ума. Чонгук шёл у неё на поводу специально, чтобы дать привыкнуть и потерять бдительность. Но стоило ему решить, будто он наконец-то мог привести их план в исполнение, как со стороны прокурорши начинала поступать уйма вопросов. Уйдя в свои мысли, Чонгук машинально покусывал свою нижнюю губу, смакуя сытость после изысканного завтрака на террасе у госпожи прокурорши. Она баловала его, но по-прежнему оставалась строгой и властной. Она попивала чай из небольшой изящной чашки, параллельно с этим изучала какие-то письма, полученные ещё вчера. Брови её были сведены у переносицы, взгляд сосредоточен, тем не менее, периодически она обращалась к Чонгуку ровным зычным тоном, рассказывая о скором приезде своего сына. Молодой человек слушал в пол уха. Эта информация была ему и так прекрасно известна, поэтому он не собирался задерживаться тут надолго. Допьёт свой кофе и свалит отсюда да поскорее. Госпожа знала о том, что у Чонгука имелась жена. Он умалчивал об этом изначально, желая показаться перед женщиной обычным охотником за юбками, любящим повеселиться на стороне, а потому намеренно скрывавшем свой семейный статус. И пусть Чонгуку пришлось разыграть небольшую сцену со смущением и неловкостью, оно стоило того. Утренние переписки с рыбкой были для Чонгука отдушиной, если это вообще можно было назвать переписками. Его длинные тирады, перетекающие из одного в другое и её односложные ответы. Молодой человек пролистал чат с девушкой, склоняя голову набок. Вздохнул тихо, вспоминая о тех сокровищах, что хранились в его галерее. И пусть Еннэ в упор не желала подкармливать его своими селфи, Чонгуку было, чем себя подпитывать. Открыв галерею, Чонгук пролистал несколько фотографий с Пак и остановился на одной из них — последней, сделанной в тот день, когда он уехал сюда. На изображении светило утреннее солнце, рассеянно проникая в комнату даже сквозь рулонные жалюзи. Из-за этого девичья кожа соблазнительно лоснилась от количества впитавшегося в неё масла. Еннэ спала, как всегда, на боку, в своей излюбленной позе, согнув одну ногу и вытянув вторую. Чонгук очень хорошо помнил, как нежно провёл рукой по её бедру, тем самым сдвигая край покрывала, под которым прятались самые приятные части девичьего тела. Тогда Еннэ разнеженно потянулась, сильнее прогибая спину. Её восхитительные губы тронула лёгкая милая улыбка, а с уст сорвалось нежное мурлыканье. — Бля… — шикнул Чонгук тихо и размял шею. — Что такое? — поинтересовалась госпожа, переводя взгляд на Чонгука, оперевшегося ладонями о свои колени, чтобы подняться на ноги. — Мне пора, — отозвался он со вздохом. — Мне нужно вернуться, — оповестил её Чонгук, глядя сверху вниз. Женщина неторопливо обвела его взглядом сверху вниз, не шевеля ни одной мышцой лица. — Хорошо, — наконец, она отмерла и тоже поднялась на ноги. Если Чонгук хотел вопросов о том, вернётся ли он к ней ещё, то госпожа, хоть и жаждала знать это, но всё же не собиралась спрашивать. — Мои контакты у тебя есть, если вдруг… — она отвела взгляд в сторону и подошла ближе к изящной оградке, — …захочешь встречи. Чонгук кивнул и неторопливо приблизился, становясь тем человеком, который был интересен госпоже прокурорше. — Мои контакты у тебя есть тоже… Его взгляд был серьёзен и тёмные глаза не отрываясь буравили лицо женщины. Она сглотнула и как-то нервно моргнула, выдавая свою затравленность перед восхитительной внешностью молодого человека, неизменно подкашивающей её ноги. Чонгук слегка склонился, беря женщину прямо под челюстью. Крепко, но совершенно не больно. Он приложился губами к её губам, после чего отстранился, по-прежнему глядя на женские уста, словно никак не мог оторвать от них взгляда. Лёгкая улыбка коснулась уголков его губ, после чего Чонгук развернулся и ушёл, чувствуя небывалое облегчение в купе с какой-то гадостью на дне своего живота. Ему просто необходим был свежий глоток после такого трудного и затяжного задания. Хотя, не стоило врать… Ему нужна была Пак Еннэ и срочно.

***

О своём приезде Чонгук оповестил Чон Хосока, когда был уже на полпути к его особняку. Мужчина был в шоке от такого решения, из-за чего на пару мгновений утратил возможность связывать звуки в слова. Чонгук буквально ставил его перед фактом. Не предупредил заранее, не согласовал с ним или хотя бы Сокджином… Но окей… Господин Чон отложил свои дела и тоже приехал в особняк, чтобы выяснить, в чём же проблема. — Что за новшества, Чонгук? — спросил он, когда молодой человек вышел из салона машины и направился к нему, разминая на ходу ноги. — Не припомню, чтобы ты когда-то брал отгулы посреди заданий… Хосок выглядел по деловому небрежно. Боковой пробор был слегка зафиксирован лаком, расстёгнутый пиджак, под которым белая мятая блузка с низким вырезом, укороченные брюки, открывающие вид на ярко-жёлтые носки с чёрными мелкими писюнами. Его прикид говорил о том, что именно он создавал атмосферу и не зависел от мнения других. Одним словом — был боссом. — Всё под контролем, Хо. Её нужно помарировать немного. То, что я не на долго уехал — к лучшему, — поспешил успокоить мужчину Чонгук. — Если она на поступит так, как я хочу, нам всем придётся менять общий план. Хосок смерил его долгим и внимательным взглядом, после чего облизал губы и легонько кивнул в сторону дома, будто бы принимая решение молодого человека. — Что, если она «проследит» за тобой? — задал вопрос Хосок, пока они не торопливо передвигались через зеркальный сад. Чонгук фыркнул, словно услышал большую глупость. — Зачем? — его ироничный косой взгляд зацепился за лицо мужчины. — Я от неё ничего не скрываю. Вернее, — Чонгук выделил слово и выразительно продолжил, намекая на особенное значение своих слов, — мне «пришлось» открыть перед ней всю правду, бро. При знакомстве скрыл всё то, что прокурорша могла узнать и без меня. Она сыграла в сыщика, попыталась выяснить мои мотивы, поставила меня перед фактами и я… нехотя признал, что это правда, — растянув губы в улыбке, сказал Чонгук. — Этакий непутёвый недалёкий ловелас. Куда мне до серьёзных игр больших дядей и тётей… — Что ты женат она тоже знает? — задал вопрос Хосок, останавливаясь и тем самым вынуждая остановиться и Чонгука. Молодой человек не надолго завис, перебегая взглядом по лицу друга. Он не особенно то и собирался скрывать тот факт, что женат, но и афишировать не стал, когда это случилось. Даже не думал, что Хосок настолько доверял ему, что несколько лет подряд не проверял его поднаготную. — Это только нам на пользу, — отозвался Чонгук. — Не претендую на её имущество — раз, — он загнул мизинец на одной руке. — Не хочу огласки нашему роману — два. Загнув и безымянный, Чонгук всплеснул ладонью, растопыривая все пальцы разом, словно магическим веером. Хо улыбнулся, криво, но искренне оценивая умение Чонгука извлекать плюсы и изворачиваться. — А что насчёт меня? Женился и даже не познакомил с женой, на свадьбу не пригласил… Да и вообще ничего не сказал. Как же так, дружище? — иронично, с издевательской ухмылкой, хлопнув Чонгука по плечу. Молодой человек отвёл взгляд. Не из-за того, что было стыдно, а из-за того, что «Сунан». Просто «Сунан» и снова «Сунан». — Считай мой брак фиктивным, — посоветовал он, кивнув. — Преследуешь какие-то цели? — Личные, — ответил коротко и поджал губы. — Послушай… это скоро закончится. — Да? — Да, — подтвердил Чонгук. — Я тебя понял, — понимающе покивал Хосок, после чего добавил, возвращаясь к прежней теме. — Не подведи Юнги, Чонгук. Иначе окажешься в одном из его чёрных списков. Вместе со мной. — Разве я подводил хоть раз? — возвращая на лицо радушную улыбку, задал он риторический вопрос. — Ну-у-у… — растянул Хосок со скрипом. — … всегда может быть первый раз, — в итоге заключил, улыбаясь Чонгуку в ответ.

***

Обычно после окончания работы, Чон Чонгук возвращался домой, к Сунан. Может, он делал это не сразу, собираясь переключиться с одного ритма на другой и настроиться на лад своей семейной жизни. Тем не менее, такого нежелания видеть Су, как сейчас, молодой человек ещё ни разу не испытывал. Он снова застанет её в депрессивном состоянии, она снова будет беситься или наоборот вести себя крайне тихо, ему снова придётся проделать ту же работу, что и всегда, лишь бы всё это продолжалось и продолжалось… Он не готов был окунаться в это прямо сейчас снова. Залпом допив остывший американо, Чонгук оттолкнулся руками от перил балкона своей квартиры. Еннэ не отвечала на звонки. Ожидаемо, учёба для неё была в разы важнее, чем болтовня со своим недо парнем… Ожидаемо, Чонгуку придётся вытаскивать девушку клещами из оков её будней, с которыми она уже успела срастись за время его отсутствия. А у него было не так много времени до момента, как ему нужно будет возвращаться к работе. Лёгкое раздражение от затянувшегося дела с прокуроршей подпиливало терпение Чона на заднем фоне его настроения. Он был немного на взводе. Замечал непривычную резкость в своих движениях и жёсткость в выражении лица. Про себя всё твердил: пусть Еннэ только попробует бросить его сегодняшним вечером… На деле же понятия не имел, как собирался повлиять на девушку и склонить к совместной ночи. Чон Чонгук не мог вернуться с пустыми руками. Ему хотелось подарить Еннэ что-то. Не задобрить, а просто сделать приятно, чтобы она улыбнулась, чтобы ей это что-то понравилось. Но вот незадача, типичные подарки для неё не подходили. Цветы? Возможно, Еннэ и не выбросит их, но восхититься ими вряд ли сможет. Фирменный десерт? Чонгук не помнил, чтобы она любила сладкое. Одежда? Раскритикует и забросит в угол шкафа. Единственный вариант, к которому склонялся Чонгук, это украшения. И да, он заметил, что Пак их особо и не носила, но… всё же хотел рискнуть. Быть может, у девушки попросту не было драгоценных побрякушек или она надевала их только в особенные дни. С горем пополам и с большими перерывами в переписке молодой человек узнал, во сколько у Еннэ оканчивается подработка. Поздно, но это не критично, если Чонгук оперативно заберёт её после, а рано утром отвезёт на занятия, предварительно вкусно накормив. Звучало комфортно и соблазнительно. Чонгук искренне не знал, что могло Еннэ не устроить, но как будто бы уже подсознательно понимал, что получит пинок под зад. Приняв душ и приведя себя в порядок, Чонгук позавтракал в ресторане, расположенном поблизости, а затем отправился на поиски подходящего подарка. Несмотря на раннее время, у молодого человека было ещё много дел, которые следовало окончить до ночи.

***

В небольшом закрытом помещении кафе было достаточно душно и жарко, несмотря на работающую вытяжку и старый кондиционер. Внутри находилась одна касса и небольшая витрина, за которой располагалась небольшая кухня. Еннэ занималась приёмом оплаты и выдачей заказов, отвечала за порядок внутри кафе и на небольшой площадке у входа, где находилось несколько пластиковых столов со стульями и навесом. Ближе ко времени ужина в кафе начиналось движение. Люди шли с работы домой и по пути забирали свои заказы, сделанные заранее. Но были и такие, которые делали заказ на дом. В таких случаях Еннэ обращалась в службу доставки и поручала это дело свободным курьерам. Работа кипела, числа, суммы и лица людей мелькали перед глазами Пак. — Приятного аппетита. Приходите ещё, — с дежурной полуулбкой тянула Еннэ вызубренные фразы. Хотелось небольшой передышки и свежего воздуха. Выйти на улицу, покрытую мягкими сумерками, и просто втянуть носом прохладу. Но увы, одни клиенты приходили — другие уходили. И Еннэ могла только представить, каково было её напарнице, уже около двух часов безостановочно заворачивающей кимпабы, при этом умудряясь не путать начинки и соусы. — Приятного аппетита. Приходите ещё, — в очередной раз, протягивая пакет с тщательно упакованной едой. — Добрый вечер! Секундочку, — попросила она мужчину, приблизившегося к прилавку. Взгляд девушки опустился к экрану компьютера, на котором высвечивался список заказов. Приняв оплату, Еннэ улыбнулась мужчине и попросила подождать несколько минут. Взгляд её волей неволей сместился в сторону, туда, где за витражом со стороны улицы кто-то явно подавал ей какие-то знаки. Пак застыла на мгновение, встречаясь глазами с Чон Чонгуком. Ни одна мышца на её лице не дрогнула, пока молодой человек расплывался в широкой обаятельной и довольной улыбке. Бесячей улыбке — однозначно. Брови Еннэ вроде бы и не сдвинулись ни на миллиметр, но Чонгуку показалось, что она неодобрительно нахмурилась. Тем не менее улыбка его стала только ярче. Как же он… скучал по её надутым губкам и сердитому взгляду. Глаза его сияли, отражая вечернюю подсветку вывески. Вытянув губы трубочкой, он приложился ими к стеклу, своеобразно передавая Еннэ свой приветственный поцелуй. Девушка отмерла, отвела взгляд к следующему клиенту, однако продолжала смотреть «сквозь». Вздохнула глубоко, но тихо, после чего строго выморгнула наваждение и наконец-то заметила человека за прилавком. Глаза начали болеть совсем скоро. Всё потому что её манило смотреть вовсе не на экран монитора и не на клиентов кафе, а чуть правее, на тёмную фигуру Чонгука, которую она могла бы без труда узнать даже со спины. У него какая-то особенная постава, крепкие ноги, широкая спина и тонкая талия, которую сегодня он подчеркнул укороченной чёрной мастеркой, сшитой наподобие бомбера. Достаточно широкие штаны удивительным образом облегали его длинные ноги так, чтобы максимизировать их выгодные очертания, а вшитые утяжки в районе колен и щиколоток, подчёркивали общую комплектацию. Какого хрена только припёрся раньше времени, Еннэ никак не могла взять в толк. Отвлечь её, добавить проблем, покрасоваться… Думал, стоило ему лишь появиться, и Пак сразу же бросит всё и кинется ему на шею? Еннэ бросила на него осуждающий злой взгляд из-за которого он загадочно шкодливо улыбнулся, и нехотя отвернулся, собираясь описать пару кругов вокруг одного из столиков. Чонгук просто уже давно освободился и маялся от желания увидеть Еннэ. Думал, что ничего страшного не произойдёт, если он понаблюдает за ней со стороны, как в старые добрые… В течение получаса людей стало значительно меньше и девушки принялись наводить порядок внутри перед закрытием. Чонгук оттолкнулся от крыла своей рабочей машины и направился к ним, не особо переживая из-за присутствия сотрудницы Еннэ. — Не мог подождать до закрытия? — строго спросила Пак, заметив его сразу, как только он вошёл. Чон открыл было рот, чтобы что-то сказать, но девичья грубость выбила из его головы мысль. — Ну ты чего, рыбка-а… — протянул он мило, в который раз удивляя Еннэ своим умением перевоплощаться из рычащего хищника в мурчащую плюшку. — Неужели совсем по мне не соскучилась? Девушка тихо фыркнула. Милота редко когда трогала её, а в исполнении Чонгука ещё и раздражала, потому Еннэ сверкнула острым взглядом по его лицу и ретировалась в другой конец кафе, лишь бы избежать прикосновения его мягкой ладони к своей щеке. Чонгук посмотрел на сотрудницу Еннэ. Та пожала плечами и поджала губы, молчаливо демонстрируя свою растерянность. — Выйди, — более мягко попросила его Пак, так и не заметив переглядок молодого человека с девушкой. — Давай, я просто помогу, — предложил он. — Занесу столы и стулья внутрь. Пак шумно вздохнула, прикрывая глаза, но в итоге всё же одобрительно кивнула, давая своё разрешение. Под её наблюдением молодой человек аккуратно занёс уличную мебель внутрь и сложил. Девушки переговаривались между собой о рабочих моментах, а Чонгук, стоило ему лишь поймать на себе взгляд Еннэ, сразу улыбался и начинал весь светиться, в совершенно явном ожидании невероятного «чего-то» от неё. Но она сразу хмурилась и занимала себя делом. Тем не менее, уборка вскоре окончилась. Чонгук вышел на улицу и опёрся боком об угол здания, принимаясь наблюдать со стороны за тем, как девушки выключали свет и закрывали двери. И вот наконец-то они попрощались. Напарница Еннэ ушла в противоположную сторону, а Пак медленно развернулась к Чонгуку и, прищурив глаза, подошла ближе. Облизав губы, молодой человек в свою очередь тоже сделал пару шагов навстречу, собираясь поцеловать Еннэ. Но стоило его губам приблизиться, как девушка слегка отвела лицо в сторону, продолжая сверлить радостное мужское лицо своими холодными глазами. Шумно вздохнув, Чонгук отстранился, жуя собственную губу. — Совсем не рада, что я приехал? — наконец спросил он, демонстрируя откровенное расстройство её нежеланием его целовать. — А я старался справиться с делами поскорее, чтобы встретиться с тобой. Раздражение и нетерпение заскреблось внутри него с новой силой. Наверное, Чонгука не было слишком долго, что Еннэ успела от него отвыкнуть и охладеть. А ведь зачастую разлука и расстояние делали с девушками совершенно иную работу. — Ты ведёшь себя так, словно рисковал своей шкурой, шпионя для правительства, — скептично проговорила Еннэ. — И теперь ждёшь заслуженных любви и почестей? — А что?.. — пожал плечами Чонгук. — Не веришь, что моя работа может быть связана с риском?.. Хмурое лицо Еннэ просветлело, а уголки губ растянулись в улыбке. Она засмеялась, сперва тихонько, слегка подрагивая плечами и жмурясь. — С риском подхватить хламидиоз? — с иронией спросила она и тут же, не выдерживая, запрокинула голову и залилась громким мелодичным смехом, раскрыв рот. Выражение лица Чонгука наоборот стало хмурым из-за веселья Еннэ. Он неотрывно наблюдал за ней, ловя её мимолётные взгляды, пока она пошатывалась, словно была подвыпившей и немного неадекватной. Вид Чонгука смешил её ещё сильнее, отчего в перерывах между приступами девушка даже неконтролируемо похрюкивала, из-за чего смех её медленно, но верно перерос чуть ли не в истерику. Дезориентированная внезапным эмоциональным цунами, Еннэ пыталась прикрывать рот и вести себя тише под хмурым взглядом Чонгука, но выходило это из рук вон плохо. Пошатнувшись в очередной раз, Еннэ схватилась рукой за предплечье Чона. Мда, уж… Совсем не такой её реакции на его возвращение он жаждал, так что смотреть на то, как Еннэ продолжала с него смеяться, сдвинув брови домиком из-за боли в прессе, ему не хотелось. Схватив её за бока и слегка встряхнув, Чонгук легко переместил девушку на шаг назад впритык к стене. Еннэ вздрогнула из-за такой резкости, теряя нить всепоглощающего смеха в одну секунду, и ожидаемо напряглась, хватаясь за единственную возможную опору — Чонгука. Он прижал Еннэ к каменной опоре своим телом, просунул ногу между её ног, прижался бедром к её паху, пользуясь девичьим временным смятением и совершенно игнорируя людей, что ходили мимо. Подавляя грудные спазмы после затяжного смеха Пак звонко икнула, глядя в лицо Чонгука снизу вверх с неким испугом. Его губы мгновенно захватили её губы, горячее дыхание обожгло внутри, а настойчивый язык плавно прошёлся по рецепторам Еннэ, вызывая феерический коллапс в структуре девичьих мыслей, прошибая их высоким напряжением и разбрасывая по закоулкам извилин. Пальцы Еннэ с силой сжали ткань мастерки на плечах Чонгука, а ослабевший голос приласкал мужской слух мягким полувозмущённым, полупокорённым стоном. — Эй! — случайный прохожий, ставший свидетелем этой картины, резко одёрнул Чонгука за руку, тем самым прерывая поцелуй. — Он к тебе домогается? Нужна помощь?! — обратился мужчина к Еннэ. Рука Чонгука, которую он удерживал, напряглась до предела, а взгляд демонстрировал готовность врезать тому в морду за непрошенное вмешательство. Все двое застыли, ожидая слов Еннэ, хлопающей ресницами в непонимании. Сердце её колотилось как сумасшедшее, да и дыхание было шумным из-за последствий долгого смеха и неожиданного поцелуя. Пальцы Еннэ, сжимавшие мастерку Чонгука, разжались. Руки опустились по его груди ниже и наконец, обняли. — Не нужно… Всё в порядке, — заверила она мужчину, кивнув. После её слов мужчина перевёл взгляд на Чонгука. По-прежнему неодобрительно окинул его глазами после чего отпустил его руку и пошёл по своим делам. Чонгук и Еннэ ещё пару мгновений смотрели ему в след. Девушка автоматически погладила его по спине пальцами, неосознанно привлекая внимание Чонгука к этому жесту. Он посмотрел на лицо Пак, по-прежнему повёрнутое в сторону ушедшего прохожего. Тем не менее румянец от слишком откровенного смущения и блеск её глаз после затяжного смеха не мог не попасть под внимательный взор Чонгука. Он улыбнулся, кладя ладонь на шею Еннэ и слегка надавливая на челюсть снизу так, чтобы заставить её приподнять голову. Пак мягко послушалась его немых указаний, ответила на взгляд чёрных глаз, подставила губы для поцелуя, приоткрыла их чувственно… Подвижные губы Чонгука мягко прижались к ним, на этот раз действуя неторопливо, нежно и осторожно. Его пальцы бережно поглаживали кожу Еннэ у челюсти, на шее и за ухом. — Я соскучился, — прошептал ей Чонгук прямо в губы. Их глаза встретились в предельной близости. Его — очарованные возможностью рассматривать черты лица девушки. И её — разнеженные, но всё ещё с твёрдыми вкраплениями подозрительности. — За чем? — спросила Еннэ, ожидая услышать чёткое перечисление её особо соблазнительных частей тела и лица. — За тобой, — обобщил Чонгук. Пак по-доброму, со скепсисом усмехнулась, но не стала комментировать. — Едешь со мной? — спросил молодой человек следом. — Нет, — без раздумий ответила Еннэ, наблюдая за тем, как драматично поражённо округлялся рот Чонгука. — Вредина. Вот ты кто, ясно? — в результате сказал он, придушивая собственное нетерпение. — Ясно, — согласилась Пак спокойно, с улыбкой. Кажется, единственный, на кого действовали время и расстояние, это он сам. Желание к Еннэ медленно мутировало в острую нужду или зависимость. И Чонгук отчётливо это понимал. Лихорадочно пытался продумать ход наперёд, чтобы поменяться с Пак местами. Несмотря на это, молодой человек конечно же замечал, что Еннэ на самом деле хотела поехать с ним, но почему-то отказывала себе в этом. Действительно была занята? Или это всё результат её вредности и отрицания тяги к Чонгуку? — Почему? — Я занята с утра до ночи. — А ночью? — Ночью мне нужно спать, мистер Трах-трах. — Завтра? — спросил, пытливо смотря в глаза Пак, сдвинув брови к переносице. Еннэ отвела взгляд в сторону и отрицательно покачала головой, пробуждая в нём искреннее негодование. — Да брось эту чёртову работу! — воскликнул Чонгук, разводя руками. — Учёбу мне тоже бросить? — недовольно спросила Еннэ, складывая руки под грудью. — И вообще, я могу сама разобраться, что мне делать. Явился впервые за месяц и решил, что можешь указывать, как мне жить? Чонгук замолчал, делая глубокий вдох и выдох с характерным рычанием. — Когда? — грубо выплюнул он вопрос, шлёпнув ладонью о стену у лица Еннэ и нависнув над ней. Девушка наклонила голову, возмущённо приподнимая брови. — Да никогда! — бросила таким же тоном, толкая его руку, что опиралась о стену. Хотела было стремительно уйти, оставляя козла ни с чем, но Чонгук среагировал быстро, перекрывая ей ход рукой и обхватывая под грудью. — Я сейчас как заору!.. — пригрозила Еннэ, но конец её фразы утонул в мужской ладони, закрывшей ей рот. Отклонившись назад и приняв вес тела девушки на себя, Чонгук оторвал её от земли и без особых усилий перенёс к машине. Еннэ пыталась убрать его руку ото рта своими двумя, мыча и щурясь от давления под грудью. Но под ногами внезапно снова появилась почва. Чонгук ослабил свой захват и сместил руку на девичий живот. — Тщ-щ… — прошептал ей в самое ухо. Ощутив жар его ладони через тонкую ткань леггинсов, Еннэ замерла, машинально прижавшись поплотнее к мужскому телу. — Ну, что мне прикажешь, рыбка? Засунуть тебя в машину насильно? — спросил он, шевеля губами у ушной раковины Еннэ. Она глубоко и медленно вздохнула, после чего толкнулась языком в ладонь Чонгука, по-прежнему закрывающую её рот. Улыбнувшись, он убрал руку и потянулся, чтобы поцеловать Пак в щеку. — У тебя не выйдет, — сказала Еннэ спокойно. — Будем проверять? — задал риторический вопрос Чонгук. — А когда какие-то мужики подбегут спасать тебя, скажешь, что всё в порядке. Еннэ тихо посмеялась, повернув голову к лицу Чона. — Нет, если тебе нравятся такие игры, то я не против, — продолжал он шутливо. — Главное, чтобы при этом никто не врезал мне в лицо. Облизав губы, Еннэ развернулась в руках Чонгука к нему передом и опустила свои руки ему на плечи. — Сегодня и правда не могу, — сказала она, изучая губы молодого человека. — А завтра важный день в университете. Если обещаешь, что дашь мне выспаться, могу приехать на целые сутки. — М-м, — Чонгук согласно промычал. — Клянусь, что дам тебе немного отдохнуть, — отозвался он с улыбкой. — Завтра я буду в клубе Хосока, — оповестил он. — Со своими дружками? — С ними, — подтвердил Чонгук, подмечая то, как Еннэ поджала губы и напряглась. — Они тоже будут с подругами, присоединяйся. Повеселимся. Девушка скептично повела бровями. — Позвони мне сразу, как освободишься. Я за тобой приеду. — Ладно, — согласилась Еннэ с явным сомнением во взгляде. Перспектива провести вечер в той компании была не очень. — Не понравится, уедем домой, — замечая потухший взгляд девушки, поспешил её успокоить Чонгук. Она покивала. — Хочу увидеть, как ты танцуешь, — поделился он своим желанием. Если подумать получше, то и сам Чон Чонгук — весьма сомнительная компания тоже, но от неё Еннэ больше не отказывалась.