Максималист

— Оу… Вполне неплохо, — изогнув брови в удивлении, Сунан рассматривала содержимое мини бара Хосока. Вот только какого рода было её удивление — непонятно. С одной стороны коллекция дорогого бухла впечатляла, но с другой — вызывала лёгкую досаду. А всё потому что Сунан буквально на днях запретила себе выпивать, считая, что последнее время она катастрофически часто злоупотребляла алкоголем. Не помешало бы отрезвить и очистить голову не только от влияния Чонгука, но и от воздействия высокоградусных напитков. — И почему в твоём голосе сто-олько неуверенности? — манерно протянул Хосок, покосившись на неё и дёрнув бровями, чем заставил Сунан сдержанно улыбнуться. Его рука ловко выхватила одну из бутылок с полки. — Вообще-то я собиралась встать на путь исправления… — озвучила девушка, складывая руки под грудью и продолжая наблюдать за действиями Хосока. — С завтрашнего утра и начнёшь, — пожав плечами, сказал мужчина так, будто ничего более простого в жизни не видел. Сунан никак не прокомментировала его слова, лишь закусила губу, улыбаясь. Чон симпатизировал ей. Подкупал какой-то внутренней независимостью и простотой, несмотря на вычурность личного кабинета и эксклюзивную одежду. Ко всему, что его окружало, он относился с какой-то очаровательной небрежностью, словно уже давно вышел за пределы социальных стандартов и одобрения. — Или это один из твоих принципов? — добавил Хосок с фальшивой настороженностью прищурив глаза. — О, нет, — ответила Сунан и вздохнула, проходясь по кабинету и проводя ладонью по поверхности спинки дивана, ощупывая приятную ткань. — Это не принципиально. Можно начать и с завтрашнего дня, а затем снова и снова сдвигать свои планы. — Есть предпочтения? — поинтересовался Хосок, приблизившись к продолговатым бутылкам с сиропами. Сунан пробежалась рассредоточенным взглядом по бару, зацепилась им за расхлябно висевшие манжеты мужчины и вернулась к его лицу. — Хотелось бы остаться при своём уме и памяти, — неторопливо проговорила она свои пожелания, внутренне предвкушая мягкое расслабление от выпивки. — Сделаю на своё усмотрение, — заключил Хосок. — Устраивайся поудобнее, — кивнув в сторону дивана, предложил он. — Так ты уже думала насчёт своих принципов? Или… — Да что тут думать? — задала риторический вопрос Сунан. — Когда позволяешь кому-то топтаться по своим убеждениям, возникает стойкое ощущение, словно кто-то наступил тебе на горло. Просто нужно не допускать этого чувства больше… — И всё же… Пройдись хотя бы по основным пунктам, мне же интересно, — предложил Хосок деловым тоном, приближаясь к девушке и вручая ей стакан с беловатой жидкостью. Сунан взглянула внутрь, но никак не прокомментировала. Уже была знакома со вкусом множества коктейлей в силу отрасли своего бизнеса. И вот такой, мягкий, не крепкий, слегка подслащенный напиток казался ей максимально подходящим для расслабления. — Что ж… принципы, — протянула она, опускаясь на мягкую поверхность дивана и тут же закидывая ногу на ногу изящно-хищным движением. Сунан отпила глоток и размяла губы друг о друга, перекатывая молочно-пряную смесь во рту. — Эгоизм или, как многие говорят, любовь к себе, вот главный принцип. Остальные лишь вытекающие из него или дополняющие… Нужно быть эгоисткой, — подытожила Сунан и тряхнула головой, словно соглашаясь с самой собой. Хосок присоединился к Сунан, держа в руке бокал с кое-чем, явно намного более крепким, чем напиток девушки. Тем не менее пить он не спешил и отставил стакан на деревянный подлокотник кресла. — Слышал, быть эгоистом непросто, — склонив голову набок, с лёгкой издёвкой заметил Хосок. — Значит, мне есть к чему стремиться, — весьма заезженной фразой ответила ему девушка и улыбнулась. — О, это скучно. Что же тогда останется таким паразитам, как Чонгук? — Пофигисты, как Пак Еннэ-э?.. — задала она риторический вопрос, скривившись. — В отношениях всегда кто-то один паразитирует над другим. Или они меняются ролями время от времени. — Как много ты знаешь об отношениях, — заметила с иронией, заглядывая в бокал с напитком, словно на его дне можно было рассмотреть ответы. — Со стороны всегда виднее, — сказал Хосок, лениво покручивая в руке свой стакан. — Похоже на правду, — отозвалась Сунан, сделав ещё пару глотков. — Что, совсем не было серьёзного опыта? — А что, похоже? — он подтянулся вперёд, собрав пальцами ткань чёрных брюк над коленями. На лице его блистала лукавая улыбка. Сунан взглянула на него с бо́льшей пристальностью, задумчиво разглядывая каждую чёрточку мужского лица и каждую мимическую морщинку. После этого она выпрямилась, уже принимаясь рассматривать Хосока в целом: его ноги, руки, позу, всё тело, облачённое в чёрную одежду… — Ты слишком серьёзна для разговора под бокал лёгкой выпивки, — прокомментировал Чон её прищур. — Вовсе нет, — она улыбнулась и слегка смутилась. — Правда… ты не похож на человека, серьёзно относящегося к каким-либо отношениям. Да и вообще кажешься незаинтересованным в этом. — А так? — Хосок взмахнул кистью одной руки, после чего преобразился в лице, сел по другому, натянул, на удивление, качественную почтительную улыбку. Взгляд изменился, скрывая въевшуюся под кожу расхлябность и лукавство. Девушка захихикала и облизала губы, снова обращая внимание на манжеты. Отставив практически пустой бокал на деревянный подлокотник, уже заметила в своих движениях нетвёрдость и лёгкую дезориентацию. Закусила губу и приблизилась к Хосоку, одновременно с этим опираясь бедром о подлокотник кресла, на котором тот сидел. — Можно? — спросила она, протягивая свои руки к его. Хосок приподнял брови, прямо-таки заинтригованный тем, что именно ей «можно». Не спрашивая, он протянул к Сунан ладонь и проследил за неловкими из-за влияния выпитого алкоголя пальцами девушки. Они не сразу сумели застегнуть пуговку и какое-то время мягко скользили по гладкой ткани мужской рубашки и запястью Хосока в очередной попытке. — Вот, — шёпотом подытожила Сунан, справившись с одной манжетой, после чего её ладони потянулись ко второй руке мужчины. Он молчаливо предоставил ей доступ и к ней, переводя взгляд с лица девушки к её изящным пальцам. Красивые и ухоженные — несмотря на свежие шрамики, о происхождении которых Хосок не имел и малейшего понятия. Могли бы казаться нежными, если бы не угловатость костяшек и заострённость ногтей. — Вот теперь чуть-чуть похож, — пошутила Сунан, поднимаясь на ноги и разглаживая платье в районе бёдер. Хосоку понадобилась пара минут, чтобы восстановить цепочку их диалога. Взяв свой коктейль, Сунан допила его чуть ли не в два глотка и размашисто уселась на диван. Потрусила пустым бокалом в воздухе, глядя на Хосока и тем самым прося ещё. Мужчина забрал у неё посудину, иронично подшучивая над её аппетитами. Быстро выпитый алкоголь резко ударил девушке в голову. Она заметно захмелела, глаза становились рассредоточенными, голос увязал в гласных, жесты плавились, а тело обдавала нега, что влияла на движения, делая их ещё более плавными и сексуальными. Удобно расположившись на диване, Сунан откинула голову назад, предпочтя наблюдать за мужчиной, колдующим над новой порцией коктейля, сверху вниз, не поворачивая головы, не производя лишних телодвижений. Хосок часто оборачивался, уточняя предпочтения девушки, с удовольствием опускал взгляд на разнеженную Сунан, предоставившую ему прекрасный вид на свои плечи, изгибы шеи и впадинку между ключиц. А эти ноги, вытянутые вперёд, слегка согнутые, прижатые друг к другу в коленях… Честное слово, Хосок мог бы поверить, что Сунан вознамерилась соблазнить его здесь и сейчас. Стоило просто взять предложенное. Возбуждение витало в спёртом воздухе кабинета, однако, несмотря на это, Хосок не мог не понимать: она испытывала нужду в мужчине, в удовлетворении, но не хотела конкретно его. Вернее, не рассматривала его, как «мужчину». Разумеется, она целиком и полностью всё ещё в своей травме, в своих ошибках… Но всё это совершенно не являлось препятствием для Хосока. Если захочет, ворвётся в её прекрасную голову и вынудит признать себя мужчиной в какие-то жалкие две секунды. Если захочет… Он причмокнул губами, неторопливо приближаясь к Сунан, чтобы вручить ещё один коктейль. Девушка потянулась вперёд, приподнялась, протягивая сладостный полувздох-полустон и принимая из мужских рук бокал. — Благодарю… — Не пей так быстро, — без давления в голосе посоветовал Хосок и вернулся к креслу напротив. — Наслаждайся… Сунан помахала на себя ладонью, чувствуя жар во всём теле. Её кожа и правда слегка раскраснелась. Ей стало душно и даже немного поплохело. — Не против, если я сниму жакет? — спросила девушка, уже спустив вышеупомянутую вещь с плеч. Хосок одобрительно кивнул головой, наблюдая за тем, как Сунан избавлялась от жакета, после чего провела ладонями по волосам, убранным в высокий хвост, а затем и по длинному блестящему хвосту. — Ну, и как в твоём понимании должен выглядеть человек, жаждущий найти свою половинку? — спросил Хосок, нехотя возвращаясь к прошлой теме. — Одно знаю точно, — потрясла она пальцем в воздухе. — Не как ты, — шутливо. — Ты не можешь судить адекватно, у тебя глаза, — сказал мужчина и скрестил указательные пальцы между собой, — набекрень. Сунан театрально ахнула и жеманно махнула на Хосока кистью руки, отворачиваясь. — Тогда и не спрашивай, — заключила она, вздёрнув подбородок кверху. На некоторое время в кабинете воцарились относительная тишина и молчание. Сунан не торопливо отпила коктейль, как-то задумчиво разглядывая хорошо виднеющийся отсюда рабочий стол. Чтобы снова вернуть девушку в реальность, Хосок ненавязчиво переместился на диван, сел на некотором расстоянии от Сунан и развернулся к ней всем корпусом. — А я?.. — начала она, снова поднимая замутнённые улыбчивые глаза к Хосоку. — Я похожа на ту, что?.. — Сунан прокрутили кистью руки в воздухе, словно пыталась помочь себе таким образом с подбором слов. Но отказывались складываться в нужные предложения, поэтому девушка отвернула лицо и обаятельно нахмурила брови. Тем не менее, мужчина легко уловил ход мыслей Сунан. — Не-е-ет, — протянул Хосок с издевательской улыбкой, вызывая у девушки лёгкий пьяный смешок. — Ты похожа на породистую, дорогую киску со скверным характером. Брови Сунан сильно взмыли вверх, а глаза расширились, пока с уст срывались очередные неловкие смешки. Хосок с улыбкой дожидался момента, когда удивление схлынет, чтобы добавить: — Прихожу, когда хочу. Ухожу, когда хочу, — начал Хосок мнимый монолог. — А ты, мой раб. Не мешайся под ногами и не занимай мою территорию. Гладь меня, когда я разрешаю. А если не погладишь, то я откушу тебе руку. — Я не такая, — отрицательно качая головой, парировала Сунан, хотя следовало признать, что слова мужчины немного ранили, ведь были очень близки к правде. — Такая, — уверенно спорил мужчина, подтверждая свои слова плавным кивком головы. «Такой» Сунан была до Чонгука. До того, как он умело взялся за дрессировку её своенравности. До того, как она, дикая волевая кошечка, была заключена за решётку собственного самообмана и чужой лжи. — Откуда тебе знать? — вздохнув, задала вопрос Сунан. — Вижу… — Будущую шкалу акций ты тоже видишь? — с лёгким сарказмом отозвалась девушка. Их общение внезапно прервалось звонком телефона Сунан, который девушка положила на деревянную поверхность рядом с мини-баром и прочими принадлежностями для выпивки. Мужчина и девушка одновременно оглянулись на звук. Сунан поднялась с места и торопливо направилась к гаджету, придерживаясь одной рукой то о спинку дивана, то о стену. — Слушаю, — проговорила она, приложив телефон к уху. — Да, Синдже, говори… — разрешила новому администратору и опёрлась ягодицами о стол, собираясь слушать внимательно, ведь голос молодого человека был весьма напряжённым. Пока подчинённый пытался вкратце очертить ситуацию, Сунан тихонько зевнула, прикрыв рот ладонью, затем рассмотрела состояние маникюра. Сперва на одной руке, а после и на второй. — М-м, — понимающе протянула она в трубку, сдвинув брови к переносице. — Угу… Тело Сунан жаждало отдыха, забыв про всё на свете, пользуясь туманом в голове, образовавшемся благодаря выпивке. Хотелось растянуться удобно по какой-нибудь поверхности. Желательно по мягкой и комфортной. Из-за этого девушка откинулась назад, лениво опираясь одной рукой о край столешницы. Хосоку приносило удовольствие наблюдать за её утомлёнными движениями и мимикой. Поймав на себе мужской взгляд, Сунан улыбнулась так, будто просила прощение за внезапный разговор в его присутствии. Сунан даже приблизительно не догадывалась, о чем думал Хосок. Не умела читать по глазам, не замечала намёков, не воспринимала язык жестов. Полная безнадёга. Видимо, раз Хосок всё же заинтересовался, ему следовало быть более прямолинейным. Пусть знает. И Чон Хосок был уверен, что с момента, как он ей покажет… В её голове Чонгук медленно, но верно отправится на заслуженный отдых. Нужно было лишь вложить зародыш новых чувств в нутро Сунан и дать ему время развиться. Шумно выдохнув, Сунан нахмурилась и помассировала пальцами переносицу. — Слушай, Синдже. Я сейчас приеду, — проговорила тихо и спокойно, но без энтузиазма. Явно не хотела сейчас ни во что вникать и срываться с места, но… была обязана. Не могла подвести маму и в очередной раз положить хрен на репутацию бара, который та «выняньчила» с самого открытия. — Да, — закончила она, кивая и убирая руку от лица. И тут же легонько вздрогнула. Когда Хосок успел к ней приблизиться? Сунан замерла, замечая в мужчине странность. Он стоял слишком близко и смотрел слишком пристально. С чего бы это?.. Сунан часто заморгала, глядя на Хосока с близка, стоило ему только мягко забрать из её ладони телефон, чтобы тот случайно не разбился. Словно загипнотизированная, она наблюдала за ним, будто в кадре с замедленной съёмкой. Тепло его ладони огладило её шею снизу вверх и уверенно остановилось на затылке. Его живот прижался к её животу, как нечто запредельное, но шокирующе приятное. Вторая рука легла между лопаток, давая опору. В лице Хосока столько возбуждения и страсти… Когда Сунан успела это пропустить?! Тёмные глаза не отрывались от её приоткрытого рта до тех пор, пока мужские губы не накрыли его. Накрыли с таким рвением, что ноги девушки чуть ли не согнулись, как от мощной хлёсткой волны, бережно заворачивающей в водный поток неосторожную жертву и ласково забирающей её на самое дно. Сунан замерла, чувствуя как внутри неё всё перемешивалось и скручивалось. Ощущения всполошились, будучи потревоженными, заискрили, подстрекаемые чужими действиями, лёгким запахом чужого тела с примесью никотина, руками, привкусом дорогого алкоголя и неугомонным пылом. Хосок был полностью в моменте, откинув мысли и погрузившись в Сунан. Без стеснения показывал ей её силу, вновь и вновь требовательно лаская языком её язык, вовлекая в сумасшедший поцелуй и объятия. Глаза Сунан наконец-то закрылись, знаменуя её падение перед напором Хосока. От чего именно она была в ауте? От мужчины рядом или от самой себя — того, что сделала с едва знакомым человеком. Похоже, Сунан сильно себя недооценивала, ведь результат сбивал с ног даже её. У неё не было возможности оценить Хосока с точки зрения своих вкусов, не было возможности прощупать своё отношение к нему. Но тело отзывалось на зов его тела. Алкоголь усыплял бдительность разума, склонял девушку к принятию ласк без лишних вопросов. Сунан не отдала себе отчёт, почему с готовностью принимала чужие губы своими, почему вцепилась в мужские плечи, почему прижималась к нему с тонким намёком на желание большего. Руки Хосока огладили спину Сунан, ощутимо надавливая пальцамии и тем самым пробуждая её эрогенные зоны по бокам. Губы его скользяще прошлись по девичьей щеке. Уши уловили сбитое взволнованное дыхание Сунан через рот. Дрожь просачилась вместе с дыханием, когда его губы сомкнулись на коже под её ухом… В один момент просто снова раздался звонок на её телефоне, но по ощущениям будто в самой голове Сунан, как последняя соломинка, не давшая ей утонуть. Она распахнула глаза и почти сразу упёрлась руками в мужскую грудь, осознавая, что отодвинуть Хосока от себя будет непросто. Он перестал целовать её и слегка отстранил лицо, но руки оставил на месте, пока пальцы успокаивающе поглаживали Сунан через ткань платья. Хосок вцепился в глаза девушки своим немигающим взглядом, пугая своей сосредоточенностью и отсутствием мимики. В нём по-прежнему сквозило возбуждение, сочилось через щели, скапливалось в темноте его карих радужек и расширенных зрачков. Смотрел так, будто собирался то ли убить Сунан, то ли сожрать. Одно из двух. Тем не менее, это было кое-что другое, пугающее Хван своей внезапно проявившейся силой. — Нет. Я не хочу, отпусти меня, — дрожащим напряжённым голосом, сказала Сунан. Давление девичьих рук в его грудную клетку не имело результата. — Но ведь хотела… Что случилось? — ответил чересчур спокойно, наблюдая за беспокойством в глазах Сунан. Возбуждение сильно повлияло на голос Хосока. Он стал более низким, грубым и спокойным. — Здесь в кабинете? — понемногу распаляясь, задала вопрос Сунан. — Конечно нет! Считаешь что у меня совсем нет гордости?! Что разрешу трахнуть себя побыстренькому, нагнув над рабочим столом?! — очередная и более сильная, но не менее бесполезная попытка освободиться сопроводила слова Сунан. — Нет, я так не считаю, — вновь спокойно и размеренно, плотно смотря глаза в глаза, по-прежнему подгибая чёртовы коленки Хван. — Нет! — твёрдо с пылом в голосе и полыхающим огнём в глазах заключила она. — Я больше не стану унижаться, больше никаких эгоистов, пользующихся моим телом! Я не вещь! — кажется, Сунан сейчас кричала не на Хосока. Перед её глазами стоял образ Чонгука. Ей просто нужно было озвучить всё, что осадком осело на корне языка. — Я человек. И я хочу рядом того, кому не плевать на мои нужды, здоровье и состояние. И плевать, что женщине кончить сложнее. Я хочу испытывать столько же оргазмов! — мысли выталкивались из её рта бессвязно и безостановочно, так что Сунан лишь после смогла осознать всю сумбурность своих слов, и ещё позже — накрывающий стыд за их смысл. — Я тебя услышал, — очередной лаконичный ответ Хосока на фоне женской истерики ощущался единственным оплотом адекватности. Сунан сделала резкий вздох. Голос и спокойствие Хосока действовало на неё странным образом. Она заторможенно заморгала, чувствуя, как жар охватывал щёки и шею. Господи, что она только что сказала?.. — Я пойду… — отводя глаза в сторону, проговорила девушка, пытаясь выскользнуть из мужских рук боком. Хосок выпустил её, хоть и продолжал придерживать. — Сунан, — позвал он почти сразу, но не получив отклика, перехватил её руку по пути к двери и вложил в него её гаджет. — И твой жакет всё ещё на диване. — напомнил мужчина, начиная понемногу приходить в себя. Голос становился выше и приобретал привычную интонацию. Мужчина и девушка посмотрели друг на друга внимательно. Подхватив женскую вещь с дивана, Хосок расправил её в руках, тем самым предлагая Сунан помощь. Глубоко вздохнув, девушка всё же приняла помощь, приблизилась, встала спиной к мужчине и аккуратно всунула в рукав сперва одну руку, а затем и другую. Хосок накинул жакет ей на плечи, но руки не убрал. — Я отвезу тебя. — Нет, не стоит, — всё ещё с напряжением, хоть уже без ноток паники в голосе. — Как о тебе заботиться, лапуля? Ты же сама гонишь того, кто её проявляет. — Я-я… вообще не хочу и думать об отношениях и мужчинах. Пока с меня хватит. Мне нужен отдых, — отводя глаза, проговорила Сунан. — А я ничего тебе не предлагал. Можно мне просто поухаживать? Обещаю, что дам отдохнуть. Между ними снова образовался зрительный контакт. — И нагибать над столом тоже не буду. Трахать исподтишка, задрав юбку? — Хосок иронично изогнул брови и скривил губы в улыбке, тем самым смущая Сунан ещё сильнее. — У меня ведь тоже принципы и эта самая… гордость, мать её, да-а. Девушка сложила под грудью руки и плотно сомкнула губы, вздёргивая одной бровью вверх. — Идёт. Мне нужно в бар. Подбросишь меня? — В наилучшем виде, — ответил мужчина, наигранным жестом руки приглашая Сунан проследовать к выходу из кабинета.