Максималист

Солнечный свет мягко ложился на тело Еннэ через лёгкие занавески. Цвет её кожи из-за этого приобретал тёплый оттенок. Как и обещала, она села на Чонгука лицом к лицу в тот момент, когда они были одни. Никто не мешал ей испытать кое-что новое, да и сам мужчина старался быть максимально пассивным, насколько это возможно. Вёл себя нежно, помогал мягким шёпотом и серьёзным покорным взглядом. Всё, лишь бы Еннэ получила удовольствие, чувствуя себя комфортно, встречаясь своими глазами с его. Девушка испробовала несколько наклонов, сперва прижавшись к торсу мужчины грудью, изогнувшись и слегка меняя положение таза, чтобы прощупать собственные ощущения. Затем она выровнялась сильнее, выглядя как настоящая наездница. И под конец отклонилась назад, оперевшись ладонями о колени Чонгука, выгнувшись грудью вверх и раздвинув ноги, полностью открываясь мужскому взгляду и касаниям. Жажда приближающегося оргазма отодвинула на задний план боль в ноющих мышцах. Дорожка к удовольствию была долгой и извилистой, норовящей в любой момент скрыться, если Еннэ остановится хоть на мгновение. Такое тонкое, хрупкое чувство, нежное и обволакивающее. Немного не такое, каким одаривал её Чонгук, действуя по своим слепым ощущениям. Очередное мужское прикосновение к девичьему лобку было пресечено более чем понятным протестом. Еннэ отрицательно замотала головой, с силой прикусывая свою губу и жмурясь. Понял и убрал руки, продолжая придерживать девушку за ноги и наблюдать за тем, как его глянцевый из-за резинки член частично выходил и снова погружался в нежный девичий «треугольник». Слух Чонгука порадовали протяжный усталый стон Еннэ и следом её учащённое дыхание через приоткрытый рот. Она была сосредоточена и напряжена, чувствуя плавное, но стремительное погружение. Выдохнув воздух, Еннэ затаила дыхание, поднялась на носочки и втянула живот. Всё тело девушки словно застыло перед невидимым художником, собирающимся писать с неё натуру. Но в следующий момент Еннэ выдохнула, протяжно и расслабленно, хорошо слыша стук своего сердца в каждой части своего тела. Сладкий шум в ушах заполнил собой все её мысли. Ноющие мышцы Еннэ обмякли, позволяя приятной дрожи контролировать тело и разум. Чонгук приподнялся, аккуратно скользя руками по бокам девушки. Ладони его легли ей на спину. Стоило Еннэ ощутить эту поддержку, как она позволила себе расслабиться сильнее, довериться мужчине. Он осторожно опустил её на спину, пока сам тем временем тоже менял положение, стараясь не разъединяться с Еннэ в этот момент. Нависнув над ней, Чонгук припал к её губам, начиная неторопливо двигаться. Руки девушки обвили его вокруг шеи. Еннэ раздвинула ноги шире и приподняла выше, подстраиваясь. Чонгук не спешил. Его движения оставались медленными и нежными до самой эякуляции. Он гладил её одной рукой по ноге, лаская и даря заботу. Ещё какое-то время они продолжали лежать в этой позе, обнимаясь и периодически целуясь. Чонгук играл кончиком носа с носом девушки, щекотал им её щеки, губы и шею, вызывая улыбку. Пальцы девушки рисовали узоры на мужских лопатках, а ласковое осеннее солнце играло на их телах. Спавшая эрекция вынудила Чонгука быстрее подняться. Презерватив соскальзывал и его содержимое грозилось пролиться наружу. Встав на ноги, мужчина снял его и помог Еннэ подняться. В душ они отправились вместе, однако Чонгук вышел раньше девушки, оставляя её одну сделать свои дела без своего навязчивого присутствия. Он расслабленно разлёгся на кровати, водрузив подушки повыше, и разблокировал телефон, чтобы зайти на сайт местного ресторанчика. Еннэ вышла совсем скоро, прикрываясь полотенцем, прихваченным из ванной комнаты, лишь спереди. Достаточно быстрым сексуальным шагом она приблизилась к кровати, прыгнула на неё, улыбаясь встречающему взгляду молодого мужчины, и улеглась сбоку. Примостилась поближе, закидывая бедро на ногу Чонгука и умащивая подбородок на его плечо, чтобы заглянуть в экран телефона. Она с интересом изучила высвечивающиеся блюда и, облизав губы, проскролила ниже. — Думал заказать пасту в сливочном соусе. Говорят, очень вкусно, — поделился с ней планами Чонгук. — Паста… М-м… Я бы съела только с каким-нибудь мясом, — протянула Еннэ, продолжая клацать указательным пальцем в чужом телефоне. — Конечно, как же без белка? — задал риторический вопрос молодой человек. — И без салата тоже… У тебя особые предпочтения или я могу сделать выбор самостоятельно? — М-м… — хрипло протянула Еннэ, потягиваясь и теряя интерес к телефону. — Да… да, выбери сам… Чонгук не смотрел на неё, но сдержанно улыбался, боясь вовсе растечься в лужу у Еннэ на глазах. Хотел вести себя обычно, не выдавая своего воодушевления и не демонстрируя глупого из-за наплыва чувств выражения лица. В этом случае был риск по нему получить и откинуть степень их сближения на несколько шагов назад. Вот такая расслабленная доверчивая и ласковая Еннэ была его целью. Без злых умыслов и прочего. Хотел чтобы она кайфовала от него, а он от неё. Только вот удержать Еннэ в этом состоянии надолго — весьма сложная задача. Однозначно появится то, из-за чего она рассердится, надует свои невероятные губки и посмотрит на него очень недовольно. Хотя… нет, Чонгуку не нужны были какие-то особые условия и состояния Еннэ, чтобы от неё кайфовать. Она приносила ему удовольствие даже будучи колючей и холодной. Выходит, он хотел осчастливить её, а это уже немного выходило за рамки его эгоизма. Еннэ лежала тихо, вперив взгляд в белый потолок, пока молодой мужчина диктовал их заказ по телефону. В какой-то момент его голос размылся и встал на задний план, пропуская вперёд автоматический поток мыслей девушки. Любопытство касательно каких-то деталей жизни Чонгука снова проявило себя, ведь то, о чём знала Еннэ, было недостаточно для какой-либо полной картины. И если нюансы и причины отъездов молодого человека она предпочла бы не знать, то всё остальное, не связанное с компанией Чонгука — очень даже интересовало её. — У тебя есть какая-то цель?.. — внезапно спросила Еннэ, стоило ему лишь отключить вызов и отложить телефон на кровать рядом с собой. Мужчина замер на пару секунд, смотря на расслабленное лицо девушки сверху вниз и пытаясь понять, что сподвигло её задать этот вопрос. — Цель? — переспросил он с затаённой улыбкой, хорошо просачивающейся в его интонацию. — М-м… дай-ка подумать, — разумеется, Чонгук ушёл в шутку, надеясь, что девушка передумает копаться в его голове. — Может, хочу побывать в тебе сегодня ещё как минимум два раза, — заключил он. Плавающий по потолку взгляд Еннэ медленно оживился и перешёл к мужским глазам. — Я серьёзно, Чонгук, — пока ещё достаточно мягко проговорила она, тем самым прося не раздражать постоянным уходом к пошлостям. Она приподнялась, искоса наблюдая за лицом молодого человека. — Мечта, цель… Чего ты достичь хочешь? Если это не та самая месть, конечно. — С чего вдруг такая настойчивость? — Интересно, — Еннэ пожала плечами и неторопливо поднялась. — Нам же нужно о чём-то говорить… Чонгук вздохнул, наблюдая за тем, как она, оставив полотенце на кровати, направилась к шкафу. — Что? — полуобернувшись, спросила Еннэ. — Не хочешь отвечать? Молодой человек улыбнулся и забросил обе руки за голову. — Не хочу тебя разочаровывать, — отозвался он. — О, прошу, не переживай об этом. Я и так не особо очарована, — надев нижнее бельё и свою облегающую майку, живущую вот уже какое-то время в шкафу Чонгука, сказала девушка. Молодой человек тихо засмеялся, но всё равно не торопился отвечать. Прикрыл глаза, оставаясь в прежней позе, и расслабил мышцы лица. — На самом деле — у меня нет планов на будущее, — наконец, открыв глаза и вздёрнув бровями, ответил Чонгук. — Ещё не думал об этом? Или?.. Мужчина сел повыше. — Я не хочу стареть, Еннэ. Вот и всё, — он дёрнул бровями. — Через десяток лет появятся первые звоночки, говорящие о том, что я достиг высшей точки своей зрелости и теперь впереди только спад. Медленный или быстрый, а, может, вообще какой-нибудь болезненный. Чем дальше, тем больше шансов заболеть. Всплывут хронические болячки, начнутся периодические боли в суставах и мышцах. Бессонница, седые волосы, какая-нибудь ещё хрень. Как будто ты не знаешь, как люди стареют! — Чонгук поджал губы, ловя на себе ироничный взгляд Еннэ. — Боюсь я этого страшно, — заключил в итоге. Кто бы мог подумать, что он боялся таких естественных вещей… — Даже со мной не хотел бы состариться? — с нотками издёвки спросила Еннэ, как-то по новому улыбаясь ему. Она села на кровать и забросила на неё одну ногу, таким образом оказываясь рядом с мужчиной. — С тобой так тем более. Девушка сдавленно посмеялась и тут же спросила: — Почему? — Смотреть, как твои сочные формы сдуваются и скукоживаются, будто вяленный финик? — задал он вопрос, выпучив глаза. Чёрт бы его побрал, но он и вправду ужасался такой правды! — Худшей муки в жизни не найдёшь, — выдал Чонгук блекло. Еннэ звонко засмеялась, открыв рот. — Не смешно, — серьёзно заметил мужчина. Тем не менее, девушка смеялась заразно, заставляя Чонгука наконец-то улыбнуться. — Но это же так романтично, нет? — спросила Еннэ. — Найти свою половинку и прожить с ней до конца своих дней, а под конец жалеть, что не прожили дольше. — Нахуй такую романтику, — бросил Чонгук и улыбнулся ещё шире, глядя на то, как Еннэ заливалась очередной порцией смеха. Она завалилась на бок, укладывая голову на мужские бёдра и щекоча их волосами. Чонгук погладил её щёку по хозяйски, радуясь хорошему настроению Еннэ. — Тогда зачем ты лжёшь, что у тебя нет цели? — успокоившись, спросила девушка. — Разве ты не стремишься скончаться раньше времени? Это… тоже можно назвать своеобразным извращённым стремлением. Молодой человек усмехнулся. Эта тема не вызывала в нём такого ужаса, как медленное дряхление, поэтому он поиграл бровями, своеобразно соглашаясь с Еннэ. Она же осталась при своём мнении на этот счёт. Видела несколько примеров из жизней знакомых ей людей, думающих, будто жизнь после сорока уже не имела ни смысла, ни удовольствий. Но со временем эта дурь развеивалась. Человек менялся, что-то осознавал, начинал ценить вещи, которые раньше не имели для него никакого веса. Вкус к жизни только укоренялся с каждым новым прожитым годом. Таким образом, человек без будущего обзаводился более чем устраивающим его настоящим. Было неожиданно узнать о страхах мужчины, тогда как девушка интересовалась целями, поставленными им на будущее, ближайшее и не очень. Однако это кое-что говорило о нём, да и объясняло его поступки, хотя Еннэ была последней, кто хотел бы найти ему оправдание. Чонгук не ждал, не думал лишний раз, а просто брал и делал то, что хотел. Без откладывания на потом, завтра, послезавтра. Жил здесь и сейчас, одним моментом, а оттого не умел быть терпеливым. Ловил возможности, спал с той, что понравилась, не останавливая себя нравственностью или совестью. Добывал деньги противозаконным способом лишь бы было как и чем покрывать расходы на свою короткую, но яркую и вседозволенную жизнь. Еннэ вздохнула. — Твоя очередь, — отвлёк её от мыслей Чонгук, мягко зарываясь пальцами в шёлковые волосы девушки. — Моя? — переспросила она, слегка приподняв брови. — Хм-м… Я всё же нацелена дожить до старости и понаблюдать, как моя грудь станет похожа на вяленный финик, если ты об этом. — Думаешь, мне ничего, кроме твоих сисек не интересно? — задал Чонгук вопрос шутливым тоном. — Ну почему же?.. Мой зад интересен тебе не меньше. Хочешь знать его будущее? Чонгук тихо посмеялся и облизал губы, отрицательно качая головой. Еннэ вздохнула и сказала: — Не скажу тебе ничего конкретного. Хотелось бы построить хорошую карьеру в своей сфере. Здесь, в большом городе. У Чимина такие же планы. Но кто-то из нас двоих должен вернуться к родителям и помогать им с кафе, а потом вообще взять его на себя. — И кто из вас это будет? — поинтересовался Чонгук. — Тот, кому меньше повезёт здесь, после учёбы, — с готовностью ответила Еннэ. — И у Чимина больше шансов. — Почему? — Он старше и раньше меня окончит обучение. — Это не показатель, — отозвался Чонгук хрипловатым голосом. — И всё же… С тех пор, как он повёлся с тобой, начал выглядеть презентабельнее, — заметила девушка. — А это означает, что преимуществ получить хорошую должность стало больше. Оба сдавленно посмеялись. А Чон Чонгук подметил про себя кое-какие моменты. Теперь он знал, чего хотела Еннэ, и в его силах было помочь ей с этим делом. — Вот и наймёшь его управляющим в своё заведение. А я пока поднатаскаю его в речи и поведении, — проговорил он ровным тоном. Еннэ глянула на него, скептично скривившись, и закатила глаза. — Ты помогаешь моему главному конкуренту. Телефон Чонгука ожил, уведомляя о скором прибытии курьера. Молодой человек сполз с кровати на пол, держа путь к напольной вешалке, чтобы одеться. — Пойду заберу доставку, — сказал он, поправляя наскоро надетую футболку. Чмокнув губами в воздухе, Чонгук развернулся и направился к выходу из квартиры.