Сквозь призму прошлого: Погоня за чертовой жизнью

Посреди мрачного кабинета стоит потерянная Сано, сжимая кулаки. Она ненавидит эту комнату. Единственная запретная для нее дверь из всех в принадлежащем ей здании. А все из-за проклятого портрета, от которого ее внутренности выворачивает. Эти улыбки и закрашенные глаза заставляют холод сковать тело и заныть душу. Прошло всего полчаса. Полчаса неразберихи после взрыва. Их только сейчас запустили обратно. Вада устала, измученная переживаниями и просто хочет упасть и не просыпаться пару лет. Но он стоит здесь, в одном из самых страшных для нее мест и сдерживает напряжение в кулаках. Из последних сил выдерживает на себе пронзительный жуткий взгляд и, если честно, ей очень хочется позвать Вакасу, который сейчас стоит за дверью, и спрятаться за его спиной. Более страшного, удушающего и безжизненного взгляда она не видела никогда. И он пугает ее похуже смерти. — Я жду объяснений, сестра. И тебе бы не мешало постараться, чтобы они звучали убедительно. — восседая на кресле и испытывая ее давлением глаз произносит Майки. Нет. Это давно уже не ранимый и милый братишка Майки. Это Манджиро Сано, смертельно опасная холодная и бесчувственная скала. И это ранит сильнее пули. — Забавно слышать от тебя это слово. — грустно усмехается Вада. В ее взгляде нет больше ничего, кроме жалости к брату и обиды. Эта обида каждый день борется с любовью к младшему братишке, который был для нее смыслом жизни. И обе чаши весов тяжелы настолько, что весы уже давно трещат, угрожая сломаться. — Из твоих уст это звучит как оскорбление. — Что ты устроила? — не обращает внимание на ее слова брат. Он внешне спокоен и непреклонен. Хоть бы злобу показал, на лице просто каменное выражение. А ведь когда-то он улыбался, словно солнечный лучик. Тянул к ней ручки, прибегал к ней, когда снились кошмары. Первое слово Манджиро было «Вада». Теперь же оно из его рта звучит устрашающе и обжигает. — Ты ведь видел, что мы не ошиблись. Риндо чуть не… — Санзу. Харучие понимает какой-то неведомый ей приказ без слов. А ведь когда-то она могла прочитать все мысли в родных глазах, увидеть все эмоции. Когда-то они общались одними глазами, а сейчас Сано не видит в них ничего, кроме холодной черноты. Вада напрягается всем телом, когда Санзу усмехается и начинает приближаться к ней. Она чувствует угрозу, но не двигается, продолжая стоять на месте и хмурится. Как она пропустила момент, когда этот ублюдок попал в жизнь ее брата? Как она вообще его подпустила? Он появился в тот момент, когда Майки был как-никогда уязвим и что-то с ним сделал. Отравил сознание или вообще подсадил на наркоту. С тех пор брат с ним не разлучается ни на минуту, словно это чмо способно заменить ему человека с того самого портрета. Ненависть Вады у этому уроду сильна, она каждый день мечтает о его смерти, лишь бы он больше не касался своими грязными руками ее бедного брата. Она вздергивает подбородок, когда Харучие подходит к ней слишком близко и рассекает его взглядом, мечтая, чтобы он превратился в лезвие и рассек ему лицо. — Извиняй. — шепчет Санзу, весело улыбаясь. А дальше происходит то, чего она меньше всего на свете ожидала. На ее лицо приходится сильный удар. Челюсть сводит и адски пульсирует, во рту растекается вкус стали. Голова Сано дергается в сторону от удара, а глаза округляются толи от шока, толи от ярости. Он. Посмел. Ее. Тронуть. Он ударил ее по лицу. Вада сжимает зубами, которые готовы рассыпаться под давлением. Она поднимает полный ненависти и испепеляющей ненависти взгляд на парня, тот лишь пожимает плечами и вновь подходит к Манджиро. До нее доходит. Сам бы этот пес не осмелился поднять на нее руку. Это было желание ее брата. Брата, который смотрит на нее так враждебно, что в душе зарождается страх. В происходящее верится с трудом. Брат никогда не смел ее трогать. И как бы она не хотела прямо сейчас выбросить проклятого Санзу в окно, сделать она этого не может. Из-за брата. Остается лишь молча проглотить обиду, терпеть боль в лице и сжимать кулаки с немыслимой силой. — Мне плевать на жизнь твоего дружка. — выплевывает слова с омерзением Майки. — Если бы он сдох, я бы и бровью не повел. Я считаю, что это справедливо, учитывая, что он убил мою сестру. Но меня взбесил тот переполох, что ты устроила. Жизнь одного человека не стоит той вершины, с которой мы из-за тебя можем упасть. На эту вершину ты нас подняла и в первую очередь это должно волновать тебя. Меня начинают посещать мысли, что ты нарочно сорвала мне встречу с важными клиентами, чтобы испортить мою репутацию. Я больше чем уверен, что ты не довольна тем, что приходится делить власть вместе со мной. Признайся, ты хочешь меня убрать, ведь я доставляю тебе проблемы, так ведь? Эти слова бьют Ваду сильнее, чем удар по лицу секундами ранее. Она столько для него сделала, столько сил на него угробила. Отдала ему свою жизнь, чуть не потеряла свою, закрывая его в тот роковой день от удара ножа, чтобы в ответ получить вот это? Неужели столько лет ее преданности было не достаточно, чтобы его голову не посещали подобные предположения? Чем она это заслужила? Как он может ставить жизнь Риндо рядом со своей репутацией? Когда он стал настолько жестоким? Где ее младший брат? Где тот светловолосый мальчик, который боялся отпускать ее руку? Как жизнь смогла превратить его в чудовище? Вада лишь горько вздыхает, сдерживая жгучие слезы. Черт, ей впервые в жизни так себя жалко. — Думай, как считаешь нужным, брат. И поступай, как знаешь. Я больше не хочу тебе что-то доказывать и отчитываться я не обязана. — бросает Вада, стойко выдерживая это испытание и направляется к выходу, у самой двери бросает напоследок. — Но знай, что этими словами ты разрушил последний хлипкий мост между нами. — Вада не смотрит на него, ей это невыносимо. Хотя разницы особо и нет. Что сказала эти слова в стену, что скажет ей их брату в лицо — результат будет одинаковым. — Я пыталась. С этого момента не рассчитывай на мое покровительство и не смей называть меня сестрой. Мы уже давно не семья. Потому что ты предпочел быть один и тонуть в своей ненависти. В такие моменты я порой жалею, что выбрала не того брата. Изана хотя бы искренне мной дорожил. — горько заключает светловолосая, понимая, что намеренно пытается его задеть побольнее. Но знает, что брату уже давно все равно. Она позволяет одной слезинке скатиться по щеке. Плевать, он все равно не увидит. Она просто уходит, оставляя Майки в своем темном и заледеневшем мире одного. Больше она не будет пытаться его вытащить. Это не значит, что его не любит, не переживает за него или ненавидит. Просто она опускает руки. Если ему нравится жить так и ненавидеть всех в этом мире, то пусть так и будет. Эта тьма рано или поздно его сожрет. А ей нужно думать, как уберечь близких людей. В ней нуждаются по-настоящему другие люди и ради них она будет стараться. На выходе ее покорно ждет Вакаса, взгляд которого сразу темнеет, стоит ему увидеть струйку крови на ее подбородке. Но Вада ничего не говорит, уходя прочь из этой части здания, и он молчит. Имауши лишь бросает испепеляющий взгляд на дверь, откуда она вышла, а после преданно следует за ней. Вада не знает, что по ту сторону двери впервые за пять лет ее брат отразил на лице живую эмоцию. Он болезненно скривился лишь на пару секунд и сжал пальцами подлокотники кресла, на котором его только что будто распяли. *** Обстановка хоть и перестала давить на мозги хаосом и паникой, но была напряженной. Все словно застыли во времени в тревожном ожидании. А все потому, что Вада отправилась к Майки. По словам Рэйчел младший глава никогда не вызывал к себе лично Ваду. Поэтому все волнуются, еще и учитывая переполох, который закончился не так давно. Мацуно обещал не спать всю ночь, но уладить вопрос. Однако Ивада больше, чем уверена что к утру по всей стране разлетится новость о том, что здание Бонтен, самое опасное и охраняемое место заминировали. О том, что хотели убить Риндо и многие другие сплетни. Репутация и правда сильно пошатнется. Хэдер с одной стороны и плевать, ведь для нее главное чтобы Риндо был цел, но с другой ей стыдно перед Вадой. Все-таки это Хэдер забила тревогу и по ее вине собралась просто целая орда из журналистов, но она рада, что по итогу оказалась права. Бомба была, не важно в здании или рядом с ним, но она была. Они уже полчаса сидят в кабинете Сано в напряженной тишине, ожидая толи ее появления, толи хоть каких-то новостей. Ран сидит на диване, не сводя глаз со своего брата, словно он может испариться у него под носом. Вакаса ушел с Вадой. Риндо сидел рядом с Хэдер, продолжая цепочку. Ран смотрит на Риндо, Риндо смотрит на Хэдер, а Хэдер уже не знает в какую точку комнаты ей пялиться, чтобы перестать так сжиматься. Рэйчел, на удивление, тоже мрачно молчит. В ее взгляде гнев, перемешанный с беспокойством. Должно быть, наставница волнуется за Ваду и тоже чувствует свою вину. Они спасли жизнь Риндо, но при этом все равно остались виноваты. Странная логика. Хара восседает на подлокотнике дивана рядом с Ивадой с пачкой пластырей и баночкой перекиси, заботливо обрабатывая ей царапины. Осколки разлетелись и большая часть попала на нее, оставляя мелкие ссадины на лице и руках. Теперь на этих местах куча пластырей. Нэо поймали и заперли в одной из камер, дальше уже будет разбираться Вакаса. Хэдер, признаться, была удивлена таким поворотом событий. Это ведь очень удобно. Все сошлось. Он и стрелять с большого расстояния умеет, учитывая его должность. Мицуя сказал, что в его квартире нашли такую же кепку и фальшивую бороду, как у того, кого они поймали до этого. Хитро. Он специально засветился на камерах в таком виде, чтобы сбить их со следа, а сам же не покидал территорию после убийства, а просто затесался среди полицейских. Человек он расчетливый. Хоть бы удалось выяснить, с какой целью он все это провернул и почему именно Риндо? — Ты точно в порядке? — спрашивает Риндо, обращаясь к Хэдер. Рэйчел приклеивает последний пластырь и Ивада вяло улыбается, кивая в ответ. Могло быть хуже. — Спасибо. — вдруг произносит Ран, переводя взгляд на темноволосую. В его голосе такая боль и усталость, что сердце сжимается. Этим он удивляет не только Хэдер, но и Риндо. На его брата совершили покушения и это просто чудо, что у девчушки Хэдер вовремя сработала соображалка. Ран до сих пор не может поверить. Зажигалка блять. Риндо спасла жизнь чертова зажигалка и эта девочка. Она, а не Ран. Он ведь клялся, что будет защищать брата и всегда так и делал. Всегда лез первым на рожон, решал опасные дела самостоятельно, стараясь огородить брата от лишней опасности, всегда заводил его за спину закрывая собой что бы не случилось. Сегодня его брат мог умереть и он не сделал ничего чтобы это предотвратить. Просто не успел. Не будь рядом Ивады, что бы сейчас было? Хайтани бы сдох там, возле горящей машины, если бы увидел труп брата. Ран в который раз убедился, что Вада всегда права, её решения всегда верны, а планы продуманны на десять шагов вперёд. Она вновь не ошиблась, давая шанс Иваде и в награду за это она спасла дорогого Рану человека. Она, твою мать, подарила им обоим целый мир тем, что спасла жизнь Риндо. Нужно будет потом как следует отблагодарить девочку. Сама она явно испугалась не на шутку. Ран прекрасно читает людей и лишь по одному взгляду на человека может понять кто он такой, его состояние, врёт ли он, что он чувствует и иногда даже может предугадать его действия. Сейчас, глядя на Иваду он видит лишь не до конца спавший шок и волнение. А выпавший из мира взгляд говорит о том, что она судорожно пытается что то отыскать в собственной голове, правда что именно, Ран понятия не имеет. Риндо удивленно смотрит на брата. Он понимает, как трудно дается брату такое простое слово, как «спасибо». Особенно учитывая, что Хэдер ему как мозоль на глазу. Но он искренне ее благодарит, тем самым признавая свое поражение. Понял, что был не прав в моментах на ее счет и Риндо это видит. И это поднимает ему настроение и уважение к Рану. Ей богу, брат сейчас точно заплачет. — Что это у тебя, братец? Седина? — усмехается Риндо, пытаясь разрядить атмосферу. Да, шутить над тем, что Ран испугался за его жизнь это некрасиво, но как тут удержаться, глядя на его страдальческую рожу? — Пошел ты. — вяло улыбается Ран и на сердце становится легче. У обоих. Давно братья Хайтани так друг за друга не переживали. Примерно лет пять. Они не говорили по душам, но это переживание их и без слов вновь сблизило. Хоть что-то хорошее можно извлечь из ситуации. Ран козел, Риндо свои обиды не забывает. Но этот козел — его родной брат. Он его любит, проживает и испытывает на себе все его мучения. Он всегда придет на помощь и полезет за ним даже в ад. Риндо это знает и никакие обиды не способны разрушить его любовь и уважение к старшему брату. Даже если этот брат иногда ведет себя как последнее гавно или, что еще хуже, как гиперактивная душная мамаша. — Это все, конечно, очень интересно. — хмуро тянет Рэйчел. — Но меня интересует другое. — девушка переводит взгляд на Хэдер, будто пытается у нее что-то выведать. — Хэд, что ты забыла в морозилке? Только не говори, что тебе стало жарко и ты решила охладиться. — Что? — тут же мрачнеет Риндо и теперь все уставились на нее. Ран приподнял бровь и склонил голову к плечу, словно ничего не понимающая собака. Ему тоже было любопытно, потому что ситуация звучала забавно. Хэдер отложила этот вопрос, так как была чрезвычайная ситуация, времени не было это обсуждать, когда вот-вот могла взорваться бомба. Ивада уже было хотела рассказать, что какой-то идиот толкнул ее туда и запер, как пищит дверной замок и все напряженно застывают, стоит Сано с Вакасой войти в кабинет. Вид у нее был, мягко говоря, не очень. В карих глазах пылал гнев и что-то такое, будто ее мир только что рухнул. Разбитая и уставшая. Но больше всего внимание привлекла опухшая губа и ранка на ней. Щека с той стороны подозрительно покраснела. Оглянув её с ног до головы все трое напряглись, на языке вертелся немой вопрос, который Вада услышала, заметила по взгляду каждого, но предпочла на него не отвечать. Она как ни в чём не бывало прошла к своему царскому месту и села за стол, окидывая стальным усталым взглядом своих «подчинённых». Глаза ее теплеют, стоит им остановиться на Риндо, который с беспокойством смотрит на нее. Кулаки его сжались, словно он готов прямо сейчас пойти и кого-нибудь убить. — Риндо, ты точно в порядке? — ласково спрашивает Вада, которая, судя по всему, хорошая актриса, ведь свое настроение пытается умело скрыть. — Всё в порядке. — не сводя с девушки брата снисходительного взгляда, выдавил парень, изучая лицо Сано и снова останавливаясь на разбитой губе. — Что с лицом? — прогремел холодный голос Рана, будто он прочел мысли брата. Эта картина больше всего не понравилась явно ему. Он и представить не может, чтобы кто-то поднял руку на главу, никто бы просто не посмел. Если только… — Подарочек от брата. — устало выдохнув произнесла девушка, стараясь натянуть улыбку. Будто это не она сейчас рассыпается от пожирающей печали. Она аккуратно касается чуть припухшей нижней губы, чем подтверждает догадку Рана. Никто не посмеет её тронуть, если только это не её собственный брат. Ран свёл брови к переносице, показывая своё недовольство. Или бешенство, но хорошо контролируемое. Рэйчел переводит вопросительный взгляд на Вакасу. Тот все понимает и хмуро качает головой в ответ. Нет, он не видел, что произошло и понятия не имеет, как дошло до поднятой на Ваду руки. Это новый уровень безумия Майки, раньше он до подобного никогда не опускался. В кроваво-красных глазах загорелась презрительная ярость. Хара бы прямо сейчас пошла и вернула младшему Сано этот удар, но она не глупа. Понимает, что кроме Вады и Вакасы Рэйчел не может одолеть только ее брата. Вада громко выдохнула и скатилась в своём кресле, будто мороженное растекаясь по поверхности кожаной обивки. Она развернулась к окну и о чём то задумалась. Все ждали, пока она что-то скажет, не решаясь нарушить тишину. Напряжение застыло в воздухе, можно брать нож и разрезать его на кусочки. Наконец за спинкой кресла послышался твердый голос главы. — Майки считает, что я пытаюсь его убрать, чтобы заполучить полное главенство в Бонтен. Мол, специально подставляю его. — спокойно произнесла девушка, разглядывая ночной Токио в панорамное окно. Вот бы эти огни могли дать ей совета. Никто не видит за спинкой кресла, как болезненно исказилось ее лицо. Перед ее глазами обрывки из детства, где они с братом были одним целым. — Вада, ты же понимаешь, что… — А я считаю, что кто-то открыто подставляет нас. — продолжает Сано, перебивая Рана. Каждый в этом кабинете уже понял, что не спроста на них свалилось столько неприятностей за столь короткий промежуток времени. — Это кто-то из наших врагов, логично. Только вот я не знаю кто. Как только достану их… — Вада сжала подлокотник с такой силой, что кожаная обивка заскрипела между пальцев. — Разве все твои враги не гниют в могиле? — спрашивает Риндо, все так же обеспокоенно глядя на спинку кресла, мешающее разглядеть лицо главы. Вада усмехается, разворачиваясь наконец-то к ним лицом. — Никто из наших врагов бы не осмелился. Бонтен самая опасная организация и все об этом знают. У наших врагов просто духу не хватит. Да и не особо их много. — констатирует Ран, оперевшись бёдрами о край стола и складывая руки на груди. — Может это кто-то из прошлого, кому ты могла насолить? — наконец подала голос Ивада, тихо излагая своё предположение. Братья синхронно повернули голову в её сторону, и каждый задумался о вероятности подобного. Видимо главу тоже заинтересовала данная версия, так как она соизволила одарить Хэдер заинтересованным взглядом, давая понять что девушка может продолжать. — Я в смысле что… может кто-то из прошлых твоих неприятелей решил таким образом отомстить? Мы смотрим на нынешних недругов, а дело может быть гораздо глубже. — продолжила излагать свои мысли Ивада, в то время как остальные внимательно её слушали, обдумывая эту теорию. Сано считает ее логичной, учитывая, что кому-то слили данные о Тосве, которой уже давно не существует. — Что в прошлом, что в настоящем, у меня нет настолько хитрых врагов. Слишком все идеально. Он действует открыто и рискованно, но поймать не получается. — безразлично произнесла Вада, переплетая пальцы рук в замок и упираясь локтями в столешницу помещает в этот замок свой подбородок. На ее памяти за всю жизнь таких гениальных врагов было лишь двое: Изана и Кисаки. Но оба мертвы. — Может кто-то, кто хочет отомстить за убитого тобой человека? — выдвинул Ран свою теорию на этот счёт. Такое ведь у них уже когда-то случалось. Те мучительные пять месяцев он не забудет никогда. — Думаешь, это может быть кто-то из родственников или знакомых людей, убитых мной? — поинтересовалась Вада, втыкая в столешницу и вспоминая детали того дела. В тот раз Ран тоже не знал, что на голову вдруг свалиться человек, желающий отомстить за дело многолетней давности. Это стоит внимания. — Возможно, кстати… — внёс свою лепту Риндо, подпирая ладонью щеку. Его тоже крайне беспокоит данный расклад. Взять хоть уставший и поникший вид его почти «сестры», который его не на шутку пугает. Никогда еще он не видел, чтобы она казалась такой ослабленной, раздавленной и не имела понятия что делать дальше. Это для него в новинку с тех пор, как в их жизни все наладилось после смерти Дракена. Случай один на миллион, чтобы Сано Вада была в тупике. Кто бы что не говорил, но Вада действительно стала ему старшей сестрой, всегда выручала, поддерживала, была рядом в трудные моменты и возилась с ним, его капризами и загонами. Всегда давала оплеуху, если он оступался, давала дельные советы и прикрывала спину. Даже Ран не знает столько о брате, сколько этот бесценный человек. Это она пять месяцев заботилась о нем. Она тот, на кого можно положиться в трудную минуту. И сейчас видя её такой, понимая что ей грозит опасность, но она все равно как всегда заботится лишь о других, действительно искренне переживает за неё. Риндо кажется, что ей вообще плевать если ей пустят пулю в лоб, главное чтобы это были не её родные. И это бесит обоих братьев. — Я понятия не имею. — вяло пролепетала Сано, потирая лицо ладошками. Слишком ей стало… страшно? Если бы нападали на неё, она бы так не волновалась, но её не трогают, нападают на близких ей людей, которые всегда были её слабым местом, ибо никогда Ваду не покидало чувство ответственности за них. Как всегда заботится о других, не думая о себе. Ее волнует тот факт, что хотят настроить против неё родного брата, с которым итак отношения сейчас натянутые, только тронь эту тоненькую ниточку и она лопнет. И то, что уже двое её близких людей чуть не погибли. От всего этого голова идёт кругом, мысли путаются, нет даже предположений и впервые Вада не знает что ей делать. Как защитить родных людей? И что самое главное, кто это, мать его, делает? Это явно не обычный человек, ведь он смог подобраться так близко, к её людям и самой верхушке Бонтен. И ведь не просто убивает, а играет, смакует момент, переходя к каждой жертве по очереди. Странно, что ее не трогают. Нападают лишь на ее окружение, словно лишить ее близких и есть цель. — Идите. — произносит сухо Вада, уставившись в одну точку. — Выйдите все, я хочу подумать. — вяло приказывает глава, откидываясь на спинку кресла. — На сегодня с вас хватит, идите отдохните. — добавила девушка, сверля глазами дыру в потолке. Риндо с Хэдер отлепились от насиженных мест и направились к двери. Вакаса и Рэйчел направились туда же и покинули кабинет первыми. Уже на выходе голос Вады вынудил Хэдер и Хайтани остановится. — Хэдер, — тихо позвала девушку Сано, заставляя обоих обернуться. — Спасибо. — мягко произнесла светловолосая, слегка приподнимая уголки губ в искренней улыбке. Это Хэдер растрогало, глава впервые искренне благодарит её, хотя и не стоило. Это ее работа, да и сама Ивада бы тоже вряд ли пережила смерть Риндо. Она видит, что сейчас у главы тяжелое время, но та все равно не забывает о банальной моральной нравственности, ведь для нее это важно. Это признак уважения и искренней благодарности. — Не за что. — улыбнулась Ивада в ответ и поспешила вместе с Риндо покинуть кабинет. После такого дня им и правда нужен отдых. — Ты тоже, Ран. — произнесла Вада глядя на возлюбленного, который не сдвинулся с места, все так же стоя облокотившись о столешницу и вытянув скрещенные ноги вперёд. — Иди, я сегодня переночую здесь. Еще раз перепроверю камеры наблюдения и биографию каждого, кто здесь работает. Ощущение, что крыса среди нас была не одна. — добавила девушка не сводя взгляд из-под устало опущенных век, смотря на парня снизу вверх. — Заставь меня. — хмыкнув, пожал плечами мужчина и перевел на нее взгляд, полный нежности и беспокойства. Ран в отличие от других ведь понимает, что в моменты когда она просит оставить её одну, Вада напротив нуждается в чьей-то поддержке. Ибо если будет пытаться решать всё сама, просто не выдержит. И его теория подтверждается следующими действиями девушки: Вада шумно выдохнула, поняв, что спорить бесполезно, да и сил у неё не было. Хотя в любой другой день, они бы снова припирались, выедая друг другу мозг. Она лениво кивнула на кресло, поднимаясь с него и призывая Рана занять её почетное место. Тот так же уныло отлепил пятую точку от стола и устроился в кресле, притягивая за талию и усаживая на свои бёдра девушку. Она опустила голову, устраиваясь щекой на его груди и слушая размеренное сердцебиение, которое действовало для неё лучше любого успокоительного. Поддерживая одной рукой девушку за талию, другой Ран начал массировать ей затылок, иногда пропуская между пальцами пряди пушистых золотистых волос, которые неизменно принципам все так же пахнут цветами. Это заставляло Ваду размякнуть в его руках и чуть ли не мурчать от удовольствия. Так он показывал что рядом, что поддерживает, заставляя расслабиться после загруженного дня через банальный, блин, массаж. Такая, казалось бы, мелочь, но до одури приятная. Лучше любых слов. — Что мне делать? — тихо прошептала Сано, устало прикрывая глаза, наслаждаясь массажем. — Я не знаю. — честно ответил Хайтани, помещая свой подбородок на макушке девушки и начал слегка покачиваться из стороны в сторону, словно убаюкивая маленького ребёнка. Только при Ране Вада может проявлять слабость и позволить себе поплакать, словно ребёнок или пожаловаться на свои проблемы. И он всегда был рядом несмотря ни на что. Даже когда она срывала на нём свой гнев, иногда перебарщивая и заряжая с кулака по лицу, он все равно был рядом. Просто молча обнимал её, успокаивая, и она быстро остывала. За это она его и любит. И будет любить. — Майки и правда предполагает, что я хочу от него избавится. — отчаянно прошептала Вада, прижимаясь ближе к Рану, насколько это было возможно. Она сама до сих пор не может поверить в сказанное. — Мне кажется, кто-то делает это специально, чтобы столкнуть вас лбами. Ведь внутренние разногласия значительно ослабят Бонтен, расколют пополам. И тогда уже будет проще от нас избавится. — тихим, убаюкивающим голосом излагал Ран свои мысли. — Может ты и прав. Такую тактику уже использовали. — с грустью вспоминает Тосву и подонка Кисаки Вада. — Но я ума не приложу кто может быть настолько хитёр. — чуть ли не мыча от безысходности произнесла девушка. Ей хочется выть от безнадёжности и тупиковости ситуации. — Мы узнаем. Я тебе обещаю. — нежно прошептал куда-то в макушку Ран, посылая приятные импульсы по телу от своего горячего дыхания, и поцеловал её в волосы, задерживаясь губами на ароматных золотистых локонах. Он вновь и вновь вдыхал любимый запах. — Я знаю. — прошептала Вада, находя свободную ладонь парня и переплетая их пальцы вместе. Даже смогла улыбнуться. Ран чуть двинулся назад, чтобы взглянуть в лицо любимой. Заглядывал сиреневыми глазами, казалось, словно в душу, пытаясь отыскать что-то неведомое. Затем опустил сожалеющий взгляд на маленькую ранку на нижней губе. — Цветочек мой… — ласково называя девушку полюбившимся ему прозвищем, аккуратно поцеловал ранку, слизывая языком всё ещё влажную алую жидкость. — Всё будет хорошо, мы справимся. Мы пройдем через это вместе, как всегда. До сих пор нам всегда удавалось. — добавил Ран, целуя девушку в висок и прижал к себе ближе, устаиваясь щекой на её макушке. Слишком много лежит на её сильных плечах, он это прекрасно понимает, но так же понимает, что даже самые сильные иногда ломаются. А учитывая, что Вада уже в непривычном для него состоянии, это может произойти очень скоро. Она ведь не железная, долго тащить все на себе, как она привыкла, не получится. Рано или поздно она просто не выдержит, и Ран сделает все что в его силах, чтобы этого не случилось. Он будет рядом во что бы они не ввязались. Он пообещал себе это, когда вернулся спустя пять месяцев домой, где она его ждала. Не ушла, не бросила и не потеряла надежду. Ждала. Он заглянул в ее глаза, полные любви и страха и пообещал себе, что даже смерть не помешает ему быть рядом со своим цветком. *** — Рэй, стоять. — слышится за спиной суровый, как и сам человек, голос. Хара устало закатывает глаза, мечтая быстрее уединиться и хоть как-то снять напряжение. Потом натягивает свою дежурную улыбку и оборачивается к Вакасе, который успел к ней приблизиться. — Есть разговор. — А я думала, что время стоит потратить на придурка, который чуть не поджарил Риндо. Он уже заждался меня в камере. — отвечает темноволосая, складывая руки на груди. Она разворачивается и продолжает свой путь, Вакаса же ровняется с ней, подстраиваясь под шаг девушки. — Ты поверила ей и сразу объявила тревогу. — произносит Имауши. — Почему ты была так уверена в ее словах? — И ведь не прогадала. — усмехается Хара. — Я просто выполняла свою работу. Я не ей доверилась, а проанализировала факты и поняла, что она права. Тебе бы тоже не помешало. Иногда ты забываешь, Вака, что является для тебя самой важной целью. Я поклялась оберегать жизнь Вады и мне срать на репутацию, тупых политиков и долбанные переговоры. Меня не волнует Бонтен, меня волнует Вада. Тебя тоже, насколько я знаю. — Ты пытаешься упрекнуть меня в халатности или в неверности? — грозно нахмурился мужчина, заходя в лифт вслед за Рэйчел. — Ну что вы, уважаемый. Я лишь говорю, что тебе бы лучше перестать переживать за организацию и сосредоточиться за защите Вады. В такое время это наша главная задача. Кто-то явно пытается к ней подобраться. — теперь уже и Хара задумчиво хмурится. — Без тебя знаю. — отстраненно произносит Имауши и выходит на ближайшем этаже, бросив напоследок. — Позаботься об этом самоубийце. И не смей убивать, пока не расскажет все. — Только не говори, что обиделся. — шепчет в пустоту Рэйчел и грустно улыбается. Ей предстоит всю ночь развязывать язык фальшивому детективу. — Ох, ну что за скука смертная… *** — Ивада. — слышит за своей спиной хриплое Хэдер. Как тут контролировать собственное тело, которое застыло мгновенно. Она не успевает и опомниться, как ее хватают за запястье — не больно, бережно, но властно. Девушку прижимают к стене под мелодию стучащего сердца, перед глазами лишь на секунду мелькают яркие знакомые глаза. На талию ложиться горячая ладонь и такие же горячие губы накрывают ее губы. Хэдер застыла от шока, не понимая, ей кричать или растворяться от вспыхнувших чувств? Это было слишком неожиданно, слишком быстро и остро. Ивада округлила глаза, дыхание прервалось. Она чувствует, как чужой язык проходится по нижней губе напоследок. От этого действия плавится мозг и подгибаются колени. Она смотрит на Риндо так, будто он перед ней только что воскрес. А он лишь слабо улыбается, пронзая душу своим выразительным взглядом и тихо произносит: — Благодарность за спасение. Я теперь у тебя в долгу. — Па… Пожалуйста? — только и может выдавить ошалевшая девушка, таращась на него во все глаза. Ей вдруг вспомнился их самый первый поцелуй на крыше его дома. Губы горели, как и щеки. Боже, можно было обойтись простым «спасибо»! Так непонятно все между ними. Они обнимаются, разговаривают, держатся за руки, но при этом ни разу не обсуждали их отношения. Ивада знает, что пока они не разберутся с прошлым, будущее построить не смогут. Рано или поздно она должна будет ему все рассказать. И он должен будет решить, нужен ли ему такой человек в окружении. Он обещал дождаться. Теперь целует. Столько мыслей несвязных в голове носится. Кто они друг другу? Их тянет друг другу, связывает общее болезненное прошлое и работа, но значит ли это, что они снова вместе? Конечно нет, это было бы слишком просто, а Хайтани не похож на дурака, который себя не уважает. Еще ведь и Йоко есть. Все так запутанно, что мозг скоро в узел свернется. — Нужно поговорить. Очень интересно послушать про то, как ты оказалась… Риндо вдруг замолчал и резко повернул голову в сторону. Хэдер последовала его примеру, заметив, как опасно заиграли его жевалки. Из лифта выходил Санзу. Что он забыл на этом этаже? Здесь же кабинеты тех, кто явно ему будет не рад. Может к Рэйчел хотел зайти? Увидев их Харучие нагло заулыбался, словно словил их за преступлением. От его изучающего скользкого взгляда Ивада поежилась и невольно поддалась ближе к Риндо. Почему-то с ним она чувствует безопасность, никакой Санзу не страшен. Ивада давно заметила, что оба Хайтани смотрят на эту розовую голову словно две машины для убийств, готовые руками ему глотку разорвать. Вот и сейчас взгляд Риндо выжал бешенство, а руки сжались в кулаки с такой силой, что вздулись вены. Теперь Ивада начинает его побаиваться. У суриката всегда так страшно блестели глаза, так жутко он улыбался, когда дело доходило до драки. Только сейчас он явно не веселиться, сжимает зубы и напряжен как скала. Главное случайно не назвать его сурикатом. — Подожди тут. — тихо приказывает Хайтани, не сводя глаз с Санзу. Его тон заставляет пальцы заледенеть. Сейчас с ним точно лучше не спорить. Риндо излучая ауру убийцы не иначе, направился к Санзу, который заулыбался еще шире. Ивада сжала в руке телефон, готовая в любой момент поднять тревогу. Не нравится ей это все. Стояли они не так далеко, поэтому она могла их расслышать. — Приветик, малыш Хайтани. Йоко наскучила и ты решил позажимать в коридорах новенькую? — усмехается Харучие бросая похотливый взгляд на Иваду, которая не поняла: она захотела убежать и спрятаться или ударить этому ослу по роже? — Что произошло в кабинете Майки? — цедит Риндо, сдерживая ярость в сжатых кулаках. Санзу делает удивленный вид очень артистично. — А что произошло? — Не строй из себя идиота, не провоцируй меня. — повышает тон парень, рассекая взглядом словно лезвием. — Майки бы не ударил Ваду, он не настолько чокнулся. Это ведь ты? — Что я? Главу ударил? Мне жить хочется пока. — явно веселится Санзу. Риндо выдыхает остатки спокойствия и внезапно ударяет парня по лицу. Да так сильно, что тот свалился с ног и рассмеялся. Хэдер дернулась от неожиданности. Хайтани пинает розового под рёбра, но тот не перестает безумно смеяться, вызывая холодный ужас. Риндо хватает его за волосы, поднимая голову и угрожающе рычит Санзу в лицо: — Еще раз поднимешь на нее руку и лишишься их обеих. Такая тля как ты не достойна даже имени ее произносить. Как же ты посмел ее ударить? — Неужели думаешь, что я испугаюсь? О нет, приятель, я лишь выполнил свою работу. А если рассчитываешь меня напугать лучше позови брата. От него угрозы больше, чем от тебя. — вновь с вызовом улыбнулся Харучие. Риндо сжал зубы и снова ударил его, после чего отпустил и брезгливо вытер ладони об одежду. — Ты прав. В случае со мной у тебя есть шанс остаться живым, пусть и без конечностей. А вот если Ран узнает, тебя и за десять лет по кускам не соберут. Я непременно сообщу ему, что ты горишь желанием с ним пообщаться. — Козел — с усмешкой произносит Харучие, поднимаясь на ноги. — Урод. — отвечает Риндо и разворачиваясь, возвращается к притихшей Хэдер. Санзу решает уйти в другую сторону. — Что? Заслужил. — отвечает на странный взгляд темноволосой. А она что? Она и не против, даже не сомневается, что Санзу заслужил. Ее просто в очередной раз поразило, насколько сильно Риндо дорожит Вадой, вон как заступается. Есть какое-то пособие, чтобы стать Вадой? Ее все так любят. — Хэдер, что за история с морозилкой и почему я не в курсе? — А точно… — вспоминает Ивада. — Только давай не здесь. — обводит взглядом коридор с кучей камер девушка. Ей бы не хотелось, чтобы все знали о ее приключениях в морозильнике. Как вспомнит, так опять холодно становится… — Ладно, иди за мной. — вздыхает Риндо и направляется в сторону своего кабинета, который находится на этом же этаже. Хайтани впускает ее. Как оказалось, в кабинете уже находилась Йоко, которая что-то шаманила с папками на стеллажах. Увидев Риндо она сложили руки в замок и поклонилась. Потом приметила Хэдер и едва сдержалась, чтобы не скорчить рожицу. Ивада же просто смирила ее вежливой улыбкой. Надо же, она так быстро восстановилась. А кровищи то было. — Йоко, тебя ведь отстранили до следующей недели, что ты здесь забыла? — услышав это Ивада чуть не взвизгнула от радости. Отстранили! Получи фашист гранату! А Рэйчел вот наказание отменили. Так и хотелось победно показать этой блонди язык. Ай да Вада, Хэдер теперь еще больше ее зауважала. — Меня не держали в курсе. Я узнала о случившемся полчаса назад. — без тени переживания или тревоги произносит Миура. Что-то по ней не видно, что она волновалась за Хайтани. — Я сожалею, что меня не было рядом. Я считаю, что в целях безопасности я должна быть рядом с вами. Никакое наказание меня не… — Что-то ты не похожа на профессионального накаченного охранника. Как же ты собиралась обезопасить господина? — не сдержалась Хэдер. Лицо светловолосой помрачнело, в глазах читалось желание убить. Риндо же поджал губы, скрывая улыбку. — Советую соблюдать субординацию, я выше тебя по должности. К тому же в присутствии господина Хайтани это… — Разве? — выгибает бровь Хэдер, выражая полную отстраненность. — Спешу сообщить, если тебя не осведомили, что я являюсь заместителем Хитто Какуче. Так что по статусу мы с тобой равны. Не вижу смысла выказывать фальшивое уважение, я с тобой буду общаться как пожелаю. Откуда взялась такая смелость Ивада не знала. Но ее очень бесила Йоко. Она возомнила себя важной личностью и все время намекала на свой статус. Теперь же они на одном уровне и крыть ей нечем. А может дело в том, что она знает, что Риндо будет на ее стороне? Она без понятия, но смотреть, как покрывается пятнами лицо Йоко от злости ей нравилось. Это ее маленькая победа. А на Риндо посмотреть — так он вообще веселиться. Наблюдает за ними с такой смешинкой в глазах. Почему не заткнет свою помощницу? Защищать она его собралась. Интересно как? При встрече с убийцей будет читать ему лекции о своем высоком статусе? — Надо же. Не знала. Кажется, что недавно ты подозревалась в предательстве и шпионаже, разве нет? — метает молнии взглядом Йоко, оставаясь совершенно спокойной внешне. — Будучи отстраненной ты много пропустила. Этот вопрос давно решили. Виновна не я. — отвечает Хэдер, стараясь выглядеть непреклонной. Хотя Миура явно пыталась намекнуть на то, что она не чиста. — Интересно. Нужно будет ознакомиться. Я не могу допустить, чтобы рядом с господином затесались крысы. Это моя работа. — Миура знает, куда давить. Она словно дракон, который оберегает свое золото. А золото это Риндо. Она ревнует и бесится, когда видит конкурента. Впрочем, для Ивады эти слова были обидны. Она ведь и правда не совсем честна с ним и Йоко будто знает об этом. — Кстати, красивый цвет глаз. Решила спасти свою внешность линзами? — прямое попадание. Да неужели так заметно? Обычно люди не обращают внимания на цвет глаз. Хэдер занервничала и Миура это видела. — Долго я буду тратить на это время? — вмешался Риндо, который уже успел расположиться за своим столом. А раньше вмешаться не мог?! — Прошу прощения. — тут же забыла о ее существовании Йоко. Ивада сжала кулаки. Может взломать ее телефон и найти компромат? Будет маленькая месть. Да хоть интимные фото! Что-то она точно должна скрывать. — Йоко, ты отстранена и тебе запрещено появляться здесь до следующей недели. Можешь идти. — сухо произносит Хайтани. Хэдер мысленно хохочет, словно злодей из фильма. Туда ее! Пусть катится. У нее отпуск, нечего себя перенапрягать. Едва заметную улыбку она все же не сдержала. — Господин, я думаю, что в связи с последними… — Я сказал нет. — уже более грубо отвечает Хайтани. Его терпение трещит по швам. Хэдер рассматривает потолок, поджимая губы, словно ей неловко. Ей нравится, что сурикат затыкает Миуру. В этом она чувствует привкус победы и превосходства. — Тебя отстранили. Не знаю, что ты наговорила Рэйчел, но Вада считает, что получила ты заслуженно. А против ее слова я идти не собираюсь. Если она считает это правильным, то и я тоже. Поэтому сделай так, чтобы на рабочем месте до следующей недели я тебя не видел. — Сказал как отрезал. — не удержалась Ивада и словила на себе злобный взгляд Йоко и удивленный Риндо. — Просите, вырвалось. — Иди, Йоко. У меня дела. — кивнул на дверь Хайтани, даже не взглянув на светловолосую. Та сжала челюсти, бросила очередной уничтожающий взгляд на улыбающуюся Хэдер, но покорно покинула кабинет. — Я смотрю ты адаптировалась. — усмехается парень, откидываясь на спинку кресла. — Узнаю снежинку, кусаться ты не разучилась. — Может я просто оборзела. Власть вскружила мне голову. — улыбнулась девушка. — Вы же теперь у меня в долгу. — Да ну? — выгибает бровь Риндо, явно забавляясь. — Да. Я спасла вам жизнь. — Это твоя обязанность, как и каждого здесь. — Да ну? Даже не отблагодарите? На вас не похоже. Я думала, что вы человек чести. — Я уже отблагодарил. Могу напомнить, если забыла. — улыбка тут же тухнет, стоит Хэдер вспомнить недавний поцелуй в коридоре. Да, вот уж благодарность. Увидев ее реакцию, парень тихо посмеялся, но потом его взгляд вновь помрачнел. — Рассказывай, Хэдер, что там за история с морозилкой. — Секунду. — вернула серьезность Хэдер и заглянула в телефон. Она хотела показать Риндо то сообщение, которое пришло якобы от него, но в архиве его не оказалось. Преступник его удалил. Восстановить его труда не составит, но придется возвращаться за рабочий компьютер. Хорошо, что Ивада сразу догадалась, что дело нечисто и сделала скриншот сообщения. Пока этого для доказательства хватит. Она показывает его Хайтани, который явно разозлился. — То есть тебя туда заманили от моего имени? — недобро цедит парень. — Я сразу поняла, что это не ты, но решила проверить. Когда я пришла дверь в морозильную камеру была открыта. Потом кто-то меня туда толкнул и запер. Я не видела лица, не поняла, какого он пола. Просто черная тень, но насколько я заметила не хорошего телосложения. Это явно кто-то из тех, кто в курсе, что мы с тобой… В хороших отношениях. — Таких не много. Вада, Ран и скорее всего Вакаса. Но никто из них не занимался бы такой херней по понятным причинам. — хмуро рассуждает Хайтани. — Главное, что ты не пострадала. Я разберусь с этим и… — Нет. Это меня хотели в мороженное превратить. Я хочу разобраться с этим делом сама. — Хэдер… — Обещаю, что я только вычислю его. Не буду сама к нему соваться. Сообщу Рэйчел или Ваде. — поспешила успокоить его Ивада. Риндо вздохнул и слабо улыбнулся. — Обещай, что придешь ко мне за помощью, если потребуется. — в его глазах тлеет такая нежность. Она обволакивает, словно теплый шоколад и согревает. Хэдер ему улыбается и кивает. — Я пойду? Хочу заняться этим сегодня, пока Хитто не закрыл кабинет. — Хорошо. Сообщи мне сразу, как будут новости. Ивада снова кивнула и направилась к двери. Уже взявшись за ручку она вспомнила, что открыть ее может только Риндо. Девушка уже было повернулась и открыла рот, чтобы ему это напомнить, как он заговорил первым, сверля ее странным, неведомым ей ранее взглядом: — Как ты так быстро разобралась с этим делом? Другие бы минимум неделю гадали. — У меня просто была цель раскрыть его как можно скорее. — тут же ответила Ивада, чье лицо исказила печаль. — Какая? — прищурился Хайтани, стараясь выведать этот ответ в ее глазах. Этого и не требуется, ведь врать она не собиралась. — Твоя жизнь. — отвечает Хэдер и мягко улыбается. — Куда ты туда и я. Если ты умрешь, Рин, я потеряю последнюю надежду. Я ее только обрела и хочу защитить. Если уж мне представился шанс, о котором я и не мечтала, то я его больше не упущу. — Какой еще шанс? — Риндо выглядит пораженным. Эти слова явно отозвались внутри него. — Шанс увидеть тебя снова и заново влюбиться? — отвечает Хэдер, пожимая плечами. Даже не смутилась, что странно для нее самой. Неужели страхи начинают отступать? Уже очень скоро она сможет ему все рассказать. Осталось немного. — К тому же Вада и твой брат. Они бы не пережили твоей потери. — Жалеешь, что забрела в Бонтен? — вдруг спрашивает Хайтани. — Ни капли. Пусть даже здесь есть постоянный риск умереть, я не жалею. Ведь здесь я встретила тебя. И нашла друзей, о которых всю жизнь мечтала. Удивительно. — сама удивляется девушка. Нашла друзей среди преступников. Однако эти преступники, отнимающие жизни отнеслись к ней теплее, чем когда-то относилась родная семья. Жизнь штука странная и непредсказуемая. За спиной щелкает замок. Они обменялись выразительными взглядами, решив, что слов достаточно. Ивада улыбнулась на последок и покинула кабинет. Странный осадок остался от этого разговора. Но на душе так легко, так тепло. Один только взгляд Риндо был красноречивее любых красивых слов о любви. Он не ответил, но показал, что он тоже это чувствует. Что тоже все так же любит ее, только теперь уже не той подростковой и легкомысленной любовью. Взрослой, твердой и сильной. Не как парень одноклассницу, а как мужественный и взрослый прекрасный принц свою принцессу. Эта любовь крепкая, мощная, опасная и притягивающая. Нет больше той детской невинности и забавы. Есть лишь желание, притяжение, такое сильное и обволакивающее, что вокруг техника сходит с ума от такого магнитного напряжения. Нечто неизведанное и манящее. После всего пережитого Ивада только рада прыгнуть в этот омут с головой. Больше никаких опасностей она не боится. Хайтани вселяет ей уверенность и чувство защищенности, открывая дороги к новым неизведанным горизонтам. Как тогда, когда она впервые села на его байк. Есть лишь чувство окрыленности и свободы. Кстати, о его байке… Сурикату: Я тут вспомнила. Как Мико поживает? Он до сих пор с тобой? Сурикат: Он при мне, но я уже очень давно на него не садился. Сурикату: Так ты что же, предатель?! Сурикат: А ты что по нему соскучилась?) Закусывая губу и глупо улыбаясь, Ивада печатает ответ: Сурикату: Может и соскучилась. С ним я ладила лучше, чем с тобой) Ее сердце трепещет, за спиной ощущаются крылья. Черт, она уже очень давно не чувствовала себя так хорошо. И плевать, какие беды сегодня произошли. Они уже позади, а это главное. Хайтани ответил не сразу. Новое сообщение девушка получила уже когда добралась до своего отдела. Сурикат: Он по тебе тоже скучал. Меньше, чем я, так что пересмотри титул своего любимчика. Можем навестить его, если хочешь. Хэдер чуть было не подпрыгнула. Она так давно не каталась на мотоцикле. Не ощущала этой бесконечности и свободы. А кататься с Риндо ей всегда нравилось. Вспоминаются те светлые деньки, когда не было ни забот ни печали. Темноволосая улыбается, с трудом сдерживая в груди волну радости и предвкушения. Сурикату: Хочу) Сурикат: Твое «хочу» всегда побуждало меня на действия. Спасибо, Ивада. Выполняя твои хотелки я всегда чувствую себя настоящим мужчиной. Или каблуком) — Вот же дурачок. — шепчет Ивада, прикладывая телефон к груди, где часто-часто бьется оживленное сердце. Оно словно восстало из пепла в тот день, когда гиацинтовые яркие глаза вновь заглянули в душу и оживили ее. Как раз в этот момент Какуче вышел из кабинета, намереваясь его закрыть и уйти отдыхать. Ивада спохватилась и отбросила прочь розовые мысли. Сначала дело. — Хитто-сан, подождите! — обратилась Хэдер. — Рабочий день закончен. Ты что-то забыла в кабинете? — спрашивает мужчина, чья суровость на лице не меняется, но больше и не пугает. — У меня есть одно дело, которое нужно решить поскорее. Могу я остаться в кабинете? Если нужно, я его закрою, только скажите код. — Это как-то связано с недавним взрывом? — заинтересовался Какуче. — Это связано с моим сегодняшнимх морозным приключением. — смущенно улыбнулась Ивада, почесывая затылок. — Мне бы хотелось узнать, кому я так мешаю. — Помощь нужна? — задает неожиданный для нее вопрос начальник, чем еще больше вгоняет в неловкость. — Да нет, что вы. Разве что… — задумалась девушка. — В подвале есть камеры? — Они есть везде. После недавнего случая их поставили даже в хранилище. Нужны записи? — зачем тратить время на отслеживание неизвестного номера, если можно отследить вредителя по камерам? — Да. Отдел по безопасности ведь круглосуточно работает?.. — Записи также и на моем компьютере хранятся. Идем. — открывает дверь кабинета, приглашая войти Хитто. Вместе они проходят в его личный кабинет. Какуче садится за стол, включая свой рабочий монитор, а Хэдер пристраивается за его спиной. Мужчина подключается к трансляции и Ивада, глядя на скриншот, говорит ему примерное время когда ее запихнули в камеру. Ракурс хороший, одна из камер висит прямо напротив двери. Вот Хэдер появляется в поле видимости, потом подходит к открытой двери. А потом и тот самый момент, когда подбегает неизвестный в черном, толкает ее внутрь, запирает дверь снаружи и убегает. Хитто на этом моменте присвистнул и остановил запись на неизвестном в кадре вредителе. Весь в черном, с маской на лице и капюшоне. По телосложению напоминает либо женщину, либо хилого парня. Хэдер подозревала, что это Нэо решил от нее избавиться, чтобы убийство Риндо не помешала. Но он крупнее и выше. А еще хорошо знает где висят камеры, ибо большую часть времени он стоит к ней спиной. И уходя тоже скрывает от нее свое лицо. — Давайте проследим за ним, может он снимет маску. — хмуро просит Хэдер, заострив внимание на экране. — Если он вообще ее снимет. Он явно знает, где камеры. — ответил Какуче, включая запись. После того, как неизвестный запер дверь он сразу двинулся по коридору к выходу из подвала. Зашел в лифт и ни разу не поднял головы. В лифте тоже лица не засветил. Хэдер с Хитто шли за ним по пятам, переходя от одной камеры к другой. А потом вредитель решил зайти в то самое хранилище, откуда украли документы на приеме, перед эти оглядевшись по сторонам. Благо, там после случившегося тоже установили камеры и вот тут-то вредитель и попался. Кто бы это ни был, он не знал, что туда поставили камеры. А когда он снял маску с капюшоном, раскидывая по спине светлые локоны Ивада прикрыла глаза, набирая в легкие побольше воздуха. Какуче опять присвистнул и усмехнулся. Вот же подлая… — И что мне с этим делать? — спрашивает Хитто, поворачиваясь к темноволосой. Она хмурит брови, сжимает кулачки от злости. Во взгляде зародилась несвойственная Хэдер ненависть. Она выдохнула и глаза ее мстительно блеснули в полутьме кабинета. Чтож, это был последний раз, когда она позволила этой заразе так с собой обойтись. Видимо, первого и последнего предупреждения ей не хватило. — Отправьте Сано. Это не первый раз, считаю, что нужно принять меры. — отвечает Ивада, коварно приподнимая уголок губ в оскале. — Я сама отчитаюсь главе о ситуации, с вас только видео. — Будет весело. — снова усмехается Какуче и выполняет ее просьбу. Что-то подсказывает Хэдер, что охотник, возомнивший о себе слишком многое теперь станет жертвой собственного тщеславия. В этот раз получит сполна за все сразу. Ивада давала шанс. Может сама она и не способна наказать, но знает того, кто сможет. *** — И как дела? — спрашивает Сано, следующим утром навестив Рэйчел в одной из камер для допроса. На ублюдке живого места нет, но судя по усталому и злобному лицу помощницы — ничего узнать не удалось. — Молчит, сволочь. Я все руки себе сбила. — рычит Хара и плюет полутрупу под ноги. — Не говорит на кого работает. Все, что я от него услышала за ночь это: «Расплата за грехи началась, ваша Сано потеряет все». — Вада сглатывает. Аура беспокойства вокруг нее темнеет и жалит током. — Хрен им в рожу. — цедит Вада. Светловолосая подходит к привязанному мужчине, что выдавал себя за детектива и хватает его за волосы, поднимая голову. На лице смесь крови, синяков и ран, сам он уже на грани если не смерти, то болевого обморока. Жалости к нему ранее светлая и великодушная Вада не испытывает. Лишь желание оторвать эту голову голыми руками и скормить ее любимым псам. Отрезать руки, посмевшие потянуться к ее родным. Ненависть и ярость затуманивают глаза красной пеленой. Внутри бушует пожар, гром и молнии, но внешне Сано само спокойствие и холод. Выдают лишь полные желания крови глаза. — Значит ты ничего не скажешь. — больше похоже, что девушка не спрашивает, а утверждает. Твердый парень. Такие не заговорят даже если сдохнут, бесполезны любые пытки. Но других вариантов нет. Он единственная нить к человеку, который решил добраться до Вады по дорожке из трупов ее родных. До этих пор все обходилось, но рано или поздно может произойти страшное. Глаза парня закрыты, а на лице выступает измученная, но озорная улыбка. Он смеется ей в лицо, чувствует превосходство и будто знает, в каком она отчаянии. Его забавляет безысходность Вады. Без него они ничего не выяснят и он прекрасно это знает. Вада вздрагивает от бурлящей в крови злости и отпускает его волосы, вытирая руки об брюки. На обманчиво ангельском лице появляется отвращение. Это, конечно, внешне. Но это не отвращение, а гримаса боли и отчаяния, что давит в груди, вызывая физическую боль. — Тебе будут отрывать по одному ногтю раз за разом. Будут бить и резать снова, — понижает тон, угрожающе давит своей аурой Сано. Мурашки пробегают даже у Рэйчел, когда она так разговаривает. Это означает, что еще немного и у Вады что-то щелкнет, и умрут все, кто будет находиться рядом в этот момент. Девушка сдерживается. — И снова. И снова. Отрежут хер если потребуется. Есть много способов причинять боль, не убивая. И так будет очень долго, пока ты не скажешь мне имя этого ублюдка. Ты ощутишь на собственной шкуре что значит «ад на земле». — Пошла ты, шалава. — хрипит парень и снова улыбается. Вада прикрывает глаза, раз за разом глубоко вдыхая и выдыхая. Так можно и с катушек слететь. С этим козлом придется возиться долго. Сано вытягивает ладошку за спину, зная, что там неизменно стоит Вакаса. Ему даже говорить ничего не нужно. Уже через секунду на нежную руку ложиться холодная рукоять. Тот самый клинок, который положил начало империи, которую она построила с его помощью. Слышится звон, режущий слух, когда одним ловким движением Вада вынимает клинок из ножен. Лезвие со звоном рассекает воздух, пролетает так быстро, словно тень. Слышится неприятный звук, а затем сдавленный мужской крик. Рэйчел хмуро отводит взгляд в сторону, не выдерживая давления, исходящего от Сано. На пол падает отсеченная рука по тихий звон сережек светловолосой. Так себе зрелище. — Ты же этой рукой нажал на кнопку, намереваясь подорвать Риндо? Начиная с этого дня, будешь лишаться частей тела по очереди. Кровью истечь не успеешь, не бойся. Умереть так просто я тебе не позволю. Но мучиться будешь долго. За своих близких я даже гребанное солнце голыми руками разорву если потребуется. Вы сунулись не к тем людям. — цедит Сано, вытирая окровавленное лезвие об испачканную одежду урода. — Если вы намерены от них избавиться, то сначала пройдите через мой труп. Смелости хватит мне бросить вызов? — других ответов помимо мучительных криков она и не ожидала. Лезвие вернулось в ножны и заняло свое почетное место в стеклянной витрине. Король среди всего имеющегося в здании Бонтен оружия. Сано покинула комнату допроса вместе с двумя заместителями. Выйдя за пределы запаха крови и окружения из предметов для пыток Вада глубоко выдохнула и впечатала кулак в стену. Столько злости внутри, столько эмоций, что сдерживать их в себе становится труднее, они требуют свободы. Костяшки тут же покраснели, от удара по кирпичу появились капли крови, рука заныла. Это хорошо отрезвляет. Бинтов под рукой не было, но в кармане своей рубашки Вакаса всегда носит чистый платок. Он уже научен. Имауши достает белый шелковый платочек и молча повязывает на костяшки девушки, останавливая кровавые росинки. Сделал это так аккуратно и нежно, словно на нее можно просто подуть и Вада рассыплется. Грозная молчаливая забота от Вакасы Имауши. Забавно, что рядом стоит Рэйчел, которая сбивала свои кулаки всю ночь и костяшки ее пострадали гораздо больше. — Когда отрубится вывезите этого урода отсюда и бросьте в городе. Установите за ним наблюдение. Может он выведет нас на своего нанимателя. Так мы можем вечно ждать от него ответов, а они мне нужны немедленно. — помощники кивают, хорошо понимая приказ. Вада вздыхает и прикладывает затылок к холодной стене, прикрывая веки. Так устала. Она так устала. — Вада, что делать с идиотом, которого привезли позавчера из переулка? Всю информацию на твою Хэдер он дал, куда его теперь? — спрашивает Имауши. Сано закатывает глаза к потолку. У нее тут пол Бонтена чуть не передохло, а ей еще с этой проблемой разбираться. — Сейчас мне не до него. — раздраженно рычит светловолосая. В кармане вибрирует телефон и она лениво тянется за гаджетом. — Пусть посидит в камере. Будет неплохо, если к нему подселишь его босса. От пешки толку мало, доставь мне его начальника. Торговля людьми на моей территории чревата наказанием. — Имауши словно робот кивает, пока Вада просматривает входящее сообщение от Хитто. Видео. — Рэй, — злобно обращается Вада, просмотрев видео, любезно предоставленное Какуче. — Приведи ко мне эту шваль Йоко. Разрешаю применить силу. — на лице темноволосой сначала отражается удивление, а потом дьявольская улыбочка. Такой приказ ей определенно по душе. Хара в предвкушении отправилась его исполнять. Да так бодро, что чуть не запрыгала. — Меня решили свести с ума не иначе… *** Когда Вада добралась до своего кабинета получила сообщение от Рана. Рана, который опять ноет, что проснулся в кровати один, а потом так мило желает доброго утра с сердечком. Кто бы мог подумать, что он на такое способен. Вакаса отправился лично, чтобы взять начальника того мерзкого заведения, где держали Хэдер. Ладно, если бы это было просто незаконно. Но на территории Бонтен проворачивать торговлю людьми да еще и за его спиной считается непростительным. Дело не только в Хэдер, лишний раз напомнить о силе своего авторитета не помешает. В последнее время мелкие предприниматели начали слишком много делишек проворачивать на территории ее клана не получая на то разрешения и не выплачивая налог. Скоро дойдет то того, что Бонтен перестанут уважать, а если перестанут и подчиняться начнется хаос в преступной мире. Крови будет море в борьбе за территории. Одно событие другого хуже, голова кругом. Через двадцать минут в ее кабинет буквально вкидывают Миуру. Хара притащила ее за волосы, довольная как кот, обожравшийся сметаны, и толкает на пол так, что девушка падает перед Вадой на колени. Сано уныло потирает ладошкой подбородок и смотрит на Йоко, как на таракана. С такой скукой и пренебрежением, что любой почувствует себя ничтожеством. Вада хорошо пользуется своей аурой, взглядом заставляет подчиняться и бояться. Полезный навык для лидера. Миура тут же поднимается на ноги, уверенная, не опускает глаз. Смотрит свысока, будто ничего не страшится и Вада ей не указ. Стоит Сано вспомнить, куда эта белобрысая тварь пыталась засунуть свои руки Рану, так ручка в руке начинает трещать от силы ее кулака. — Ты знаешь, почему ты здесь? — давит взглядом, спокойно спрашивая Вада. Миура все же не выдерживает и отводит глаза в сторону. На собак, которые сидят в углу на своей царской кожаной лежанке и тихо рычат в ее сторону. Умные псы. Рэйчел подходит и садится на корточки между двумя большими опасными собаками, поглаживая их по головам и торжествующе улыбается. К темноволосой собаки привыкли и даже иногда подчинялись. Бывают времена, когда она их выгуливает и отрабатывает команды. Такому псу стоит лишь сказать «взять» и разорвут неугодного хозяину на части. Хорошие охранники, Ран не прогадал, когда их покупал. А главное — они верные. Рэйчел мечтает, чтобы Вада прямо сейчас велела им загрызть костлявую и бесячую Йоко. — Меня притащили силой и не посвятили в подробности. — равнодушно отвечает Миура. Вада усмехается. — Скажи мне, Йоко. Ты же вроде отстранена. Чем занимаешься в свободное время? — сухо улыбается Сано. — Мне обязательно отчитываться о всех подробностях моей личной жизни? — Конечно, если в нее входит нарушение правил моей организации. Или ты забыла, что главная твоя обязанность это служить мне? — Я не совсем понимаю… — Тогда какого черта ты смеешь устраивать беспорядки в моем офисе? — вмиг вспыхивает гневом Вада, сверкая глазами словно горящими углями. — Если речь о конфликте с Харой на днях, то это не я перешла границы дозволенного и применила силу. — непреклонно отвечает Йоко. Рэйчел злобно хмурится, сдерживаясь из последних сил, чтобы самой не разорвать зубами глотку этой белобрысой вместо псов. — Речь не только об этом случае, хотя он и входит в список твоих сомнительных заслуг. — хмыкает Вада. — Подошла. — девушка послушно приблизилась к столу. Вада развернула к ней экран своего ноутбука и включила видео. Видео с камер наблюдения, которое Хитто любезно склеил и прислал с заметками. На нем видно как Йоко толкает Хэдер в морозильную камеру, затем из кадра в кадр следует до хранилища документов, где снимает маску и показывает свое лицо. Пока Миура смотрит, на ее лице не проявляется ни одной эмоции. Сано тем временем успела встать и обойти стол, приближаясь к блондинке. Видео завершилось и Вада захлопнув крышку ноутбука, подошла к девушке вплотную. Йоко выше всего на пару сантиметров, но даже преимущество в росте не помогает ей справиться с давлением власти и уверенности Сано. — Не заметила, что со стороны ты выглядишь хуже? — улыбается Вада, желая поглумиться над блондинкой. — Ты ведь не успела получить новости о том, что в хранилище повесили камеры после кражи документов. Какой досадный прокол. — словно гипнотизируя тихо растягивает слова светловолосая. — А еще я знаю, что это ты натравила Санзу на Хэдер. Сам бы он не додумался к ней сунуться. Это мне сообщили и предоставили видео с камер, как в тот день ты побывала в его кабинете незадолго до того, как он отравил Хэдер. Возможно крысы у нас и водятся, но вот змею мы поймали удачно. — жутко улыбается Вада. — А теперь… — хмурится светловолосая, чья грудь высоко поднималась от волны гнева. — Я жду ответа на вопрос. Как ты посмела вытворять подобное? Я ведь тебя не раз предупреждала, говорила, что я с тобой сделаю, если пересечешь черту. Живо объясни или я вырву тебе язык. — Попалась. — довольно улыбается Хара, проходясь языком по верхнему ряду зубов. — Я всего лишь делала свою работу. Пыталась избавиться от крысы. — твердо произносит Йоко. — От крысы или от соперницы? — склоняет голову к плечу Сано. — А кто тебя просил? Твоя работа это вести бухгалтерию Риндо и следить за его делами, а не крыс ловить. В этом городе и тем более в этом здании даже муха без моего на то разрешения не пролетит. Как ты посмела вытворять подобное у меня за спиной?! — рычит девушка, ударяя коленом в живот блондинке. Та сгибается, но на ногах держится. Зато предоставляет отличную возможность и Сано достает до ее головы, больно хватая за волосы. — Возомнила себя выше других? Считаешь, что можешь безнаказанно покушаться на моих подчиненных? Ты, так же как и все здесь, зависишь от моего слова. — цедит ей в лицо для лучшего усвоения информации Вада. Взгляд как выстрел, разит почти на смерть. — Я одним этим словом могу тебя прихлопнуть, потому что ценности ты имеешь меньше, чем муха. Что ты там Рэйчел говорила, а? Не ахренела ли ты, Миура? Забыла из какого дерьма тебя вытащили? Так я тебя обратно в него лицом окуну, дешевая мерзость. Вада снова ударяет ее коленом в живот. Упасть на пол не позволяет крепкая хватка на волосах, которые Сано грозиться своей силой вырвать с корнем. У Вады, как и большинства мужчин, есть твердое правило. Не бить девушек. Иначе применение данной тебе силы считается низостью. Этому ее учили мастера боевых искусств, которые она посещала все детство. Но Вада сама девушка, так что на нее это правило не распространяется. К тому же она всю жизнь росла в кругу парней, без подруг, так что женская солидарность ей тоже чужда. А потому она не поскупилась пару раз ударить Йоко по лицу хорошо поставленным ударом кулака. Лай собак окутал кабинет. Они толи беспокоились, что хозяйка ввязалась в драку и рвались защитить, ожидая приказа, толи просто ее подбадривали. Хотя последний вариант можно отнести больше к Рэйчел, которая развалилась задницей на лежанке для собак и наслаждалась долгожданным представлением. — Тебе все сходило с рук потому что Риндо твою задницу защищал. Ему было жалко на тебя, убогую, смотреть. Он у нас личность добрая. Но ты похоже позабыла, дорогая, что власть здесь не Риндо, а Я. И Риндо, прежде всего, будет слушать то, что я ему скажу. А я прибью тебя гадину и Риндо не спасет. Потому что ему на тебя глубоко плевать. Своим примером ты показала, что подобные кучи дерьма не исправимы, сколько шансов им не давай. На этот раз ты исчерпала мое терпение. — шипит Сано, после чего откидывает девушку на пол, брезгливо вытирая руки об штаны. Вид у нее как у разъяренной ведьмы, чего только стоят горящие ненавистью глаза. Вада давно уже мечтает придушить эту заразу. — Вот она! Великая мазер — такая тактичная и деликатная, когда это нужно, и раздающая подсральники, когда всякие наглые вражины суются к ее близким! — гордо ударяет ладошкой по коленке Рэйчел, чем заставила собак дрогнуть от неожиданности. — Давай пустим ее на корм! — весело предлагает Хара, поглаживая милых песиков. — Собачки косточки любят. Как раз в тот момент, когда Вада собиралась озвучить Йоко приговор в дверь настойчиво постучали. Хара закатила глаза и фыркнула, раздосадованная, что шоу прервали на самом интересном моменте. Находящаяся на взводе Вада нервно щелкает по кнопке, не глядя на экран и открывает дверь. В кабинете появляется Риндо, заставляя Рэйчел фыркнуть еще громче. Она с мольбой смотрит на Сано, мысленно упрашивая не слушать доводы Хайтани и прикончить гадюку. Риндо хмуро осматривает помещение, скачет взглядом с побитой Йоко на полу на Ваду и обратно. Как же вовремя он пришел. Но он не задает очевидный и привычный вопрос «Что происходит?» и не кидается защищать Миуру. Он лишь устало вздыхает и смотрит на Сано. — Что она натворила? — Что бы это ни было, больше твои доводы не прокатят. — непреклонно отрезает Вада, скрещивая руки на груди. — На этот раз она от меня не отвертится. — Я и не собирался ничего говорить. — хмыкает Риндо. Впервые за долгое время эти слова провоцируют Йоко на живые эмоции. Ее глаза округлились от удивления. В них затаился страх и непонимание. Такого ответа даже Вада не ожидала, отчего сильнее впилась в парня взглядом. — Каков масштаб ее косяка? Вада кивает на свой стол, подзывая подойти. Потом без слов показывает ему видео, а затем рассказывает подробности, не забывая упомянуть случай с Санзу. Вены на руках Хайтани вздулись, на шее такая же запульсировала. Взгляд стал похож на дикого бешеного зверя. Он взглянул на Йоко, как волк на кусок мяса. Тут то она и испугалась по-настоящему. Риндо лишь кивнул и держал молчание, пока все затихли в напряжении, ожидая его ответа. — Я понял. — выдыхает парень. — Вада, позволишь мне самому определить ее участь? — Риндо… — уже хочет твердо запротестовать Сано, но Хайтани улыбается, перебивая ее: — Она все-таки мой заместитель. Не волнуйся. На этот раз я сделаю то, что положено. — эти слова окончательно поразили Миуру. Да и Рэйчел застыла с открытым от изумления ртом. Даже собаки затихли и уставились на парня так, словно он только что с неба свалился. Вада долго и испытывающее на него смотрела, пытаясь понять, не лукавит ли. Потом гордо ухмыльнулась и дала свое разрешение. Небрежно схватив Йоко за локоть и подняв с пола Рин потащил еек выходу, словно тряпичную куклу. Девушка была так ошарашена, что не смела ни сопротивляться, ни слова выдавить. У самой двери Хайтани обернулся к Сано и усмехаясь, спросил: — Неужели ты настолько дорожишь Хэдер, что не побрезговала даже лицо ей лично разукрасить? — Считай, что это за тот случай с Раном. Я та еще собственница. — улыбается Вада, взглядом давая парню понять, что он поступает правильно. Он и сам знает. Новый дом поверх старого не построишь, поэтому со старым нужно что-то делать. — Вау. — присвистывает Хара, когда Хайтани скрывается за дверью. — Чтож, а мальчик то растет. — Вада лишь гордо улыбается, усаживаясь в свое кресло. Она не станет скрывать, что Риндо это отчасти плод и ее трудных стараний. Надо же, она так молода, а гордиться им, будто собственным сыном. — Но лучше бы на корм пустили. Лишили бедных псов трапезы. — надувает губы темноволосая, обнимая животных по обе стороны от нее за шеи. — Когда-нибудь они тебя укусят. — усмехается Сано. — Да ну, не посмеют. Если ты их мамочка, то я считай что крестная. — смеется Хара, заражая своим позитивом. Зажигалочка, у которой никогда не садятся батарейки. В этом она лучшая. — Так вы с Вакасой под Хэдер копаете? — вдруг меняет тему и принимает серьезный вид Рэйчел. Но ответить Вада не успевает. Ее телефон оживает, звонит Вакаса. — Вада, с тобой хочет встретиться глава Восточного клана. — сразу кидается новостью Имауши. — Что этой розовой змее от меня надо? — вяло спрашивает Вада. Давно Рюсей встреч не назначал, обычно они видятся раз в несколько месяцев на общих мероприятиях. Значит дело важное. — Я тебе почтовый голубь? — рявкает мужчина. Похоже что-то подпортило ему настроение. Ну или его просто все задолбали. — Он мне не докладывал. Мое дело донести до своего начальника информацию о встрече. Сама и спроси, что ему надо. Встреча назначена на семь часов в твоем клубе. — единственное место, не связанное с Бонтен среди всех владений Вады. Сано кажется, или с начальниками обычно так не разговаривают? — Вака, ты чего так бесишься? У тебя месячные? — хихикает Хара, которая благодаря громкой связи слышала разговор. Она уже переместилась из собачьей лежанки к столу Сано. — Рэй, подожди я приеду в офис и надеру твою долбанную… — Ой, достаточно. — нажимает на кнопку завершения вызова Рэйчел, обрывая пламенную речь напарника. Вада не обратила внимания на то, что ее телефон без разрешения взяли. Светловолосой нравится наблюдать за этими двумя. У нее личное камеди шоу каждый день и билет в первом ряду. Через минуту правда Рэйчел приходит сообщение. Вакаса таки не смог сдержать свою истерику и закончил свою угрозу в текстовом формате. Большими буквами и с кучей восклицательных знаков. Был бы еще смайлик, Хара бы взорвалась от смеха. А вот настроение Вады оставляет желать лучшего. Встречи с Рюсеем ее всегда утомляли больше, чем тупые шутки Рана. Точно змея, отравляет своим ядом ее нервы. День с самого утра не задался. *** День Ивады начался рано. Странно, но она чувствовала, как энергия переполняет ее тело. Ей хотелось танцевать, улыбаться солнцу, что желает ей хорошего дня и освещает прекрасный вид из панорамных окон. Она порхала по квартире, напевая выдуманную мелодию и улыбалась, словно ребенок. Возможно дело в том, что Риндо вчера отфутболил Йоко в ее присутствии, показывая, кто ему важнее. Возможно дело в их переписке и обещании прокатиться на его байке. А возможно и в том, что Йоко оказалась виновна в покушении на нее. Хэдер веселит тот факт, что именно Миура решила сделать это и попалась. Ивада чувствовала приятный вкус победы и гордости за себя. Остается надеяться, что ей это с рук не спустят и накажут. Хотя бы за ее слова в сторону Рэйчел. Чувства окрыляют ее, хочется чем-то себя занять. В благодарность за то, что она раскрыла преступление и спасла Риндо, начальник Какуче разрешил ей задержаться и выйти на работу попозже. А Коконой еще и денежное признание начислил, явно не обошлось без Хитто. Ивада решила, а почему бы не пополнить свой гардероб? Если раньше она старалась быть невидимкой и не привлекать лишнего внимания, то сейчас нужда в этом отпала. А смысл? Нужные люди итак ее узнали, а при ее новой должности следует следить за своим внешним видом. Хотя бы чтобы не позорить Хитто. Поэтому Хэдер бодренько собралась, вызвала такси и поехала в торговый центр. Вещи она старалась выбирать ответственно и обдуманно, не тратить крупные суммы просто на бренд, но и красивые. Не хватало Рэйчел и ее профессионализма в этом деле, но Ивада решила наставницу не отвлекать. Ей еще Нэо пытать. Блуждала по магазинам Хэдер долго, все-таки одежду покупать для нее в новинку. Раньше за нее это делала мама, а потом нарядила Хара. Хэдер же старалась выбирать то, что поможет скрыться в толпе и не выделяться, чтобы ее не заметили. Смотря на одежду Ивада думала, а понравилась бы она Риндо. Глупо, но ей хотелось хорошо выглядеть в первую очередь в его глазах. Изъянов в ней достаточно, может хоть одежда выручит. Также она сходила на маникюр. Нет, никаких длинных и ярких ногтей как у Рэйчел, вообще никакого лака. Просто опрятность и ухоженность, этого хватит. Проходя мимо парикмахерской Ивада загрустила, вновь словив тоску по своим длинным шелковым волосам. Они были ее достоинством, единственным, помимо глаз, что ей в себе нравилось. Но жизнь ведь дороже волос, да? Пакетов у нее было не много, но покупками она оставалась довольна. Хара была права, в этом что-то есть. Ивада чувствует самостоятельность и свободу. Каждую вещь она выбирала с душой среди множества, а главное — на деньги, которые заработала своим трудом. Это вызывает гордость за себя и поднимает настроение. Да и кому не хочется или не нравится быть красивой? Баловать себя чертовски приятная штука. Парочка простых вещей и новые кроссовочки. В ювелирный она вообще забрела случайно. Свет ламп слепил, яркие украшения и камни приковывали взгляд и манили к себе. Ивада завороженно разглядывала невероятной красоты изделия. Нет, ей они не нужны. У нее уже есть одно, самое ценное и больше ей не нужно ничего. Оно висит на шее до сих пор и имеет форму звездочки, которую достали с небес специально для нее. Но ее привлекли парные браслеты. Можно было сразу подумать, что в голову ей пришел Риндо, было бы очевидно. Но нет. Она подумала о Рэйчел. — Нравятся парные украшения? — вдруг напугал ее голос за спиной. Хэдер вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял мужчина с загадочной слабой улыбкой. Уверенная властная поза, руки в карманах брюк. В дорогом костюме, идеально сидящем не нем, в круглых очках. Он очень высокий, возможно даже выше Риндо. У него интересная прическа, черные волосы с осветленным миллированием, серьга в ухе. Весь его вид кричит о хорошем достатке, но отчего-то он девушку больше настораживал и даже немного пугал. Было в его взгляде что-то такое, что заставляло сердце сжаться, а тело напряженно сковать. Улыбается вроде приветливо, но аура у него холодная, темная и опасная. Откуда только взялся и почему прицепился? — Просто заинтересовали. — старается не выдавать своего напряжения Ивада и даже выдавливает улыбку. — А вам нравятся? — Предпочитаю что-то в единственном экземпляре. Никогда не любил делить с кем-то вещи. — усмехается мужчина. — Для возлюбленного присматриваете? — Для подруги. — сама не замечает, как хмурится Хэдер. Он вообще ей не нравится. Такие сожрут и не подавятся, еще и на костях твоих потом станцуют. — А вы с какой целью подошли? Вам нужен совет в выборе украшения? — Возможно. — надменно хмыкает незнакомец, проходя по ней внимательным изучающим взглядом. Хэдер непроизвольно тянет концы свитера вниз, желая скрыться от этого взгляда. — Если вы, конечно, никуда не спешите. — Вам для себя? — держит улыбку Хэдер, желая сбежать. Но лучше не злить подобных людей. Вдруг он злопамятный и потом будет преследовать ее? — Это сложно объяснить. — наигранно задумывается мужчина, потирая подбородок. На тыльной стороне ладони красуется татуировка. Иероглиф гласит «Преступление». — Это девушка. Но не близка мне. Скорее это подарок из вежливости, нежели из желания. — Зачем же тогда дарить, если нет желания? Подарки делаются с душой. — О нет, он точно будет с душой. Мне нужно в него вложить свои чувства. Говорю же, сложно. — А какие чувства вы бы хотели вложить? — Ненависть. — взгляд парня заволакивает тьма, но он не меняется в лице и улыбается, отчего улыбка теперь кажется жуткой и немного безумной. По спине пробегает холод, Ивада едва заметно вздрагивает. — Странные у вас желания. Я не слышала еще, чтобы кто-то дарил подарок из ненависти. — мямлит Ивада, ища глазами охрану. Она же тут есть? В ювелирном точно должна быть? — История на самом деле запутанная. Этот человек в свое время отнял у меня близкого человека и наказание не получил. Я его ненавижу и желаю смерти, но, признаться, восхищаюсь. Можно сказать, что своего врага я уважаю. — И вам нужно украшение с намеком на вашу ненависть, которое вы лицемерно преподнесёте ему, чтобы почувствовать превосходство и поглумиться? — буравит его настороженным взглядом Хэдер, улавливая каждое изменение в лице и движения, словно он может наброситься и растерзать ее. — Вы на удивление проницательны. — изображает удивление незнакомец. — Можно сказать, что вы почти угадали. — А почему просто не сказать о своей ненависти словами? Для чего тратиться ради такой цели? — Азарт. Люблю наслаждаться игрой. — вновь улыбается парень. Ивада сглатывает и оборачивается к стендам с украшениями. Нужно поскорее от него отвязаться. Интересно, что бы могло показать ненависть? Здесь собрана такая красота, что точно ему не подойдет. Единственное, что приблизительно подходит… — Может это? Показывает она на подвеску в форме лука с натянутой стрелой. А что, лук же вроде оружие? Оружием можно убить, а он хочет смерти этого человека. Вроде подходит. Но мужчина так не думает. Он усмехается качая головой. — Больше похоже на стрелу купидона. О! — оживился он. — Смотрите! — указывает мужчина на подвеску из черного золота в виде гроба. Ивада округляет глаза, чувствуя уже не просто страх, а нарастающую панику. Он похож на безумного главаря мафии, который убивает всех без разбору. Жуть. — Такой вариант мне подходит. Возьму, пожалуй, его. Упакуйте. — обращается он к продавцу-консультанту, который за ними наблюдал неподалеку. А нельзя было сразу к нему обратиться? — А вам спасибо. — Не стоит, вы выбрали без моей помощи. — нервно улыбается Ивада. — Все равно было приятно поболтать. — он протягивает руку для рукопожатия. Хэдер опасливо ее пожимает, стараясь не выдать своего волнения. — Может быть еще увидимся. Хорошего дня. — прощается он и наконец уходит. Оплачивает покупку и покидает магазин. Темноволосая выдыхает лишь когда он исчезает из поля зрения. Таких жутких личностей стоит обходить стороной. — Вам что-то подсказать? Может вам приглянулось что-то? — появляется из неоткуда консультант. Милая улыбчивая девушка, но Хэдер почему-то разозлилась. Где она раньше была?! Но она не стала грубить и вновь обернулась к парным браслетам. Легкая улыбка коснулась ее лица. — Да, я хочу купить это. — указывает Ивада на коробочку, где лежат золотые парные браслеты с головами змей на концах. Она быстро приобрела подарок и свой браслет надела сразу. Нужно было бы уже возвращаться. Хоть ей и дали время на отдых, но наглеть тоже нельзя. То и дело оглядываясь, опасаясь вновь наткнуться на того странного мужчину, Хэдер направилась к выходу. По пути она начала вызывать такси, как вновь проходила мимо парикмахерской. Ивада остановилась, заколебалась на миг. Потом в ее голове что-то щелкнуло и ноги сами понесли ее внутрь. *** — Всем добрый день! — бодро заявляется в свой отдел Ивада со стаканом кофе в руках и приветливо улыбается. — Привет, Хэ… — отрывает взгляд от монитора Микайо, замолкая. — Воу… — выдыхают, одновременно присвистнув парни Рэн и Фумайо. Они такие забавные. Рэйчел как-то пошутила, что они похожи на парочку. Всегда вдвоем, всегда веселятся и иногда даже одновременно выдают одинаковые фразы или выражения лиц как близнецы в комедиях. Хэдер смущенно улыбнулась под удивленными взглядами коллег, заправляя прядь волос за ухо. Что не скажи, а такие восторженные взгляды любую девушку покорить могут. Ивада сегодня решила прийти не в деловом рабочем виде, а «выгулять» новые вещи. Беленькие кроссовки почти блестят. Пусть она и не высокая, но ноги у нее красивые, которые теперь плотно облипают легинсы с полупрозрачными вырезами. Они идеально сидят, словно вторая кожа и хорошо подчеркивают стройность ног и округлость попы. Она пусть и не таких размеров, как у Рэйчел, но тоже симпатичная. К легинсам девушка надела черную толстовку с капюшоном. Самую обычную, укороченную и оголяющую живот. Вещи хорошо подчеркивали тонкую талию. Образ не столько спортивный, сколько обычный, повседневный и домашний. Зато удобный. И в нем, в отличие от рабочей одежды, она не смахивает на учительницу или бухгалтершу. Ей показалось это стильным. Но главное, пожалуй, что и вызвало дикий восторг коллег была далеко не одежда. Однако Хэдер замечает за своим столом мужчину, которого уже где-то видела и сразу забывает о чужих взглядах. Точно, это же тот детектив, с которым Вада играла в словесный бой на парковке возле трупа. Ивада не помнит его имени и не знает что его сюда привело. Тем более за ее стол уселся, что за дела? Она вопросительно смотрит на парней, ожидая объяснений, но те лишь плечами пожимают, продолжая таращится на нее толи с удивлением, толи с восхищением. Ивада напрягается, состраивая деловое лицо и подходит к своему столу. Ставит стакан с кофе на столешницу, привлекая внимание мужчины, сидящего в телефоне. — Вы ко мне? Я могу вам чем-то помочь? — вежливо спрашивает Хэдер. — Вы Хэдер Ивада? — поднимает на нее глаза детектив. — Да. И это мой стол. — намекает девушка. Мужчина сконфуженно усмехается и поднимает пятую точку со стула. Хэдер усаживается на свое место и складывает руки в замок на коленках. — Итак, вам что-то нужно? — Мне сообщили, что дело об убитом сотруднике Бонтен поручили вам. И у меня к вам пара вопросов. — с интересом разглядывает ее детектив. — Я вас слушаю. — кивает девушка. — Начну, пожалуй, с выражения моего восхищения. Такая молодая и так быстро справились. Я приятно удивлен. — осыпает лестью мистер полицейский, однако глаза его хитрющие, как у лиса. — Спасибо, но вы ведь пришли не чтобы хвалить меня. Давайте к делу. — Я слышал, что преступника поймали и им оказался детектив, которого я отправил вам в помощь. — хмурится мужчина. — Да. Это доказано, мы чудом успели среагировать. Вам же должны были отправить отчет со всей информацией по делу. — Это так, да. Но меня интересует другое. — прищуривается он. — Где он? Почему его до сих пор не передали полиции для суда? — А… — теряется Ивада. Вряд ли можно ему говорить, что этого человека уже отправили на суд. Но далеко не законный. И что ей говорить? Что его пытают в подвале? Не дадут ли ей потом по шапке за длинный язык. — Все ясно. Убили, верно? — сурово спрашивает детектив, сжимая кулаки. — Этот вопрос не ко мне. Мое дело было его вычислить, а дальше уже решаю не я. Вам стоит обратится к вышестоящим лицам. — пытается выкрутится девушка. Почему ей на помощь не выйдет хотя бы Хитто? — Я так и знал. — вздыхает мужчина. Как быстро он меняет настроение. — Оборотень в погонах, значит. Это отчасти и наш прокол. Но даже так самосуд — это незаконно и неприемлемо. Мне все-таки придется обратиться куда нужно по долгу службы. — А не боитесь? — спрашивает Ивада, склонив голову набок. — Это угроза? — Нет, просто вопрос. Я знаю главу Ваду Сано и знаю, что она слов не ветер не бросает. И ей лучше дорогу не переходить. Стоит ли рисковать собой и своими коллегами ради убийцы? — Это моя работа. Не обижайтесь, но ваша глава убийца с куда большим послужным списком. Так что тут еще как посмотреть, где большее зло. — усмехается мужчина, а Хэдер почему-то начала злиться. Захотелось заступиться за Ваду. Ведь она знает, какой Сано человек на самом деле. — Не судите поступки людей не узнав причины и его судьбы. — цедит Хэдер. — Судьба не оправдывает жестокость. — отвечает детектив. — У вас все? — грубовато спрашивает темноволосая, пытаясь намекнуть ему валить. — По остальным вопросам обращайтесь к начальству, я лишь раскрыла дело. — У вас это получилось удивительно быстро. Вы работали в полиции? — заинтересованно задает он вопрос. — Нет, просто хорошая интуиция. — Впечатляюще. Вам бы подошла работа детектива с такой интуицией. — хмыкает мужчина. — У меня уже есть работа и она меня… — Хэдер, ты не поверишь что сейчас произошло!.. — врывается в кабинет Рэйчел, бесцеремонно как всегда. Увидев Иваду в замешательстве и детектива Хара сразу хмурится. — Кто вас сюда пустил? — строго спрашивает темноволосая, сложив руки на груди. — Я пришел сюда по делу и причин не пускать меня не было. — отвечает так же недовольно мужчина. Неприязнь между Бонтен и полицией взаимна. Хэдер выдыхает, слава богу Рэй вовремя прибыла на помощь. — Все вопросы по делу ты должен решать с главой по связям с общественностью. Кабинет Мацуно Чифую этажом выше. И сначала запишись и если тебя захотят принять — то приходи. Проникать сюда как змея без разрешения и приглашения недопустимо. Вали отсюда. Микайо, проводи его на выход. — Хара фальшивой вежливостью предпочла не блистать. Ивада даже завидует ее смелости. Детектив явно хотел возразить, но понимал, что на этой территории он бессилен и просто вышел вместе с Микайо. — Как меня достали эти дегенераты в погонах. — рычит злобно Хара. — Так что случилось? — спрашивает Ивада, вспоминая, с какой фразой наставница ворвалась в кабинет. Девушка щелкает пальцами, тут же воодушевляясь. — Ну для начала. Вау. — одобрительно улыбается Хара. — Прическа класс. Что за метаморфозы? Парня решила себе найти? — играет бровями, вгоняя в краску. У Хэдер уже, вроде как, есть один и на всю жизнь. Она надеется, что он тоже так считает. — Раньше у меня были длинные волосы. Пришлось обрезать… Сама знаешь почему. — Рэйчел понимающе смягчается в лице. — Я соскучилась по своей длине и решила нарастить, пока родные снова не отрастут. Мне хоть идет?.. — Шикарно! С длинными волосами ты стала еще красивее и утончённее. — показывает большой палец вверх наставница, вызывая улыбку. Комплементы приятны. — Подтверждаю! — выкрикивает Фумайо, который мог слышать со своего места разговор. — Умножаю! — отзывается Рэн и тоже показывает одобрительный жест. Эти парни прямо образец позитива, такие милые и смешные. Ивада улыбается еще шире и смущено благодарит. — Ой, захлопни хавальник, калькулятор, блять. — закатывает глаза Хара. Ее, в отличие от Хэдер, эти вечные поддакивалки бесили. По большей части потому что не затыкаются. — Так вот, чего я пришла то! — едва не подпрыгивает Рэйчел. — Ты не поверишь! Противная змеюка была побеждена драконом! Свершился наконец этот долгожданный момент! — Я не понимаю… — выгибает бровь темноволосая. Какие змеи и драконы? Она в зоопарке была? Или фильм какой-то посмотрела и делится впечатлениями? — Вада надрала сучке Йоко задницу! Я дожила до этого дня! — восторженно голосит темноволосая и на этот раз действительно подпрыгивает. Словно девочка, которой купили заветную куклу. Хэдер лишь открывает рот в удивлении. — Неужели сработало? — пораженно тихо произносит Ивада. Рэйчел тут же внимательно на нее смотрит. На лице Хэдер расплылась злорадствующая ухмылка, что ей не свойственно. — Так то видео… — догадывается Хара, забавно выпучивая глаза. — Так это ты Йоко заложила по всем фронтам?! — Ивада лишь пожимает плечами не переставая улыбаться. Хара пораженно усмехается. — А ты опаснее, чем кажешься. — Не преувеличивай. Я ее предупреждала, а она не послушала. Я всего-то нажаловалась, в этом нет ничего сверх крутого. — но как же приятно осознавать, что плохие люди получают по заслугам. Хэдер даже удивляется тому, насколько ее радует чье-то поражение. Обратиться к Ваде было верным решением. — Ну не скажи, ты этим поступком избавила нас от большого геморроя. Тебя весь офис на руках будет носить! — Я уже готов! — отзывается Фумайо. Его друг Рэн стукает его по затылку, призывая помолчать. Он-то уже уяснил, что Рэйчел не в восторге от их комментариев. — Главное, чтобы теперь Риндо все не попортил. — закатывает раздраженно глаза наставница. Сердце тут же реагирует на имя и начинает набирать скорость. Ивада делает вид, что ее Хайтани не волнует и как можно отрешеннее спрашивает: — Риндо? — Да он влетел в самый интересный момент и сказал, мол «я сам с ней разберусь.» — передразнивает смешным голосом парня Хара и кривится. — Хоть бы он опять не прикрыл ее жопу. — Не прикроет. — с улыбкой тут же отвечает Ивада. Да таким уверенным голосом, что Рэйчел вздергивает бровь и вопросительно на нее смотрит. Хэдер тут же опомнилась и сколотило глупое выражение лица. — Ну, то есть… Не думаю, что прикроет. Мне кажется на этот раз Сано не позволит, разве нет? — Ну да, он была злее, чем обычно… — подозрительно щурится Хара, словно видит девушку насквозь и улыбается, будто уже обо всем догадалась. Ивада закусывает губу, ругая себя за несдержанность. — Ну да ладно. Я думаю, как бы мне провести свой выходной? — Тебе дали выходной? — Да. Награда за то, что всю ночь выбивала информацию. — лениво потягивается Хара. — Как бы мне скоротать свободное время?.. — Спать? — пожимает плечами Хэдер. Она бы так и сделала. — Да ну. Выходной на сон тратить? Скукотища. Таких деньков катастрофически мало, поэтому просто проспать тупо. — задумывается Рэйчел. Потом внимательно осматривает Хэдер с ног до головы и улыбается подобно дьяволу искусителю. — Хэдер… — А? *** — Где мы? — с подозрением спрашивает Хэдер, глядя на неоновую вывеску слишком уж подозрительного здания с подозрительным названием «Увядающий Цветок». Время близилось к восьми, что они забыли тут? — Ты же сказала, что у нас здесь есть дело… — Так и есть. — бодро улыбается Хара, подцепляя девушку под руку. — Наше дело отдохнуть и оттянуться по полной. Клуб проверенный гарантирую. — Что?! — ужасается Ивада. Наставница ее в клуб притащила? — У меня работа, Рэй. Какой еще клуб? Мне вообще по клубам нельзя ходить!.. — Восемнадцать тебе вроде есть, ненавижу проблемы. — как ни в чем не бывало пожимает плечами Хара и тащит ее в здание. — Дело не в этом. Алкоголь на меня очень плохо влияет… — Что, вырастает третий глаз? — смеется Рэйчел. — Нет, но… — Тогда все будет хорошо. Не боись, со мной рядом с тобой все будет хорошо. После всех событий нам нужно как следует повеселиться. Задолбали меня эти трупы, пытки и взрывы. Давай освежим голову. — охрана на входе без проблем пропускает их, как только видит Рэйчел. Никаких клубов помимо клуба Хайтани, в котором была раз в жизни, Хэдер не видела. Но этот был не похож на клуб. Тут нет дрыгающихся людей, не воняет кальяном или сигаретами, музыка качает, но не раздражает слух и не взрывает голову. Посетители размещены на диванах и за барной стойкой. Каких тебе криков и драк, словно клуб элитный только для адекватных персон, которые проходили проверку. Сама атмосфера была такой уютной. Приятные тона, стены, пол, мебель, украшения, все сочеталось между собой по цвету. В основном лиловые, фиолетовые и черные цвета. Всюду были неоновые подсветки, гирлянды, придающие уюта. Здесь точно собираются не набухаться в щи, а приятно провести время в компании. Аквариум Иваду поразил больше всего. Здесь не ощущалось паники и напряжения, что кто-то подсыпает тебе сомнительный порошок в бокал и изнасилует в туалете. Охрана стоит как на входе, так и внутри во избежание неприятных ситуаций. Серьезное заведение. Может здесь и отдыхает верхушка Бонтен? Рэйчел сразу повела ее к бару, который был так красиво и уютно оформлен. Подсветка, свисающие гирлянды-лампочки, все настолько ярко и привлекательно. Хара что-то сказала бармену, перекаченному мужчине в татуировках и костюме с бабочкой и тот сразу принялся что-то колдовать. Хэдер вертела головой, ей все было интересно. В таких заведениях она еще не бывала. Но напряжение таки есть, Ивада до ужаса не любит алкоголь. В прошлый и единственный раз такой поход для нее плохо закончился. Алкоголь пробуждает в ней какое-то без башенное похотливое существо, коим Хэдер никогда не была и искренне боялась его. Но, зная Рэйчел, Ивада уже начинает понемногу смирятся и принимать ожидающую ее ужасную участь. Хоть бы это все закончилось благополучно. — Держи. — двигает к ней бокал с какой-то цветной жидкостью Хара и улыбается. В руках у нее такой же стакан. Хэдер смотрит то на него, то на наставницу, взглядом пытаясь в последний раз ее переубедить. Но Рэйчел непреклонна. Она залпом осушает бокал и просит повторить, довольно улыбаясь. И почему вообще Хэдер на это подписалась? Но в одном наставница права. Последние дни это сплошные беды, волнение и хаос. Расслабиться бы не помешало, но Ивада бы лучше отсыпалась. Дабы доказать себе, что она стала сильнее и перестала быть тряпкой Хэдер повторяет за Рэйчел. Осушает стакан залпом. Это было ошибкой, девушка чуть не подавилась и не выпустила эту жидкостью из носа. Хара посмеялась и похлопала ее по спине. Алкоголь обжег язык и горло, оставляя за собой теплый приятный след. Во рту постепенно пропадала горечь, послевкусие было похоже на что-то фруктовое и вовсе не противное. Прислушавшись к себе Ивада поняла, что ее вроде не тошнит, а это уже маленькая победа. Что-то в этом есть. Преисполненная решимостью, девушка просит повторить. Приятная энергичная музыка не давила на голову и придавала настроения. Хотелось расслабить тело, которое окаменело от постоянного напряжения в котором живет, и потанцевать. Рядом с Рэйчел Хэдер чувствовала себя в полной безопасности. Наставница даже пьяная способна ушатать кого угодно. А еще Хара придает уверенности и раскрепощённой. Она точно не осудит ее пьяную личность. *** Вада подъехала к назначенному месту встречи с опозданием. Рядом не было Вакасы, который ходит за ней чуть ли не с будильником в руках, напоминая о каждой встрече. Опоздания он не выносит. Но так как встреча у нее с Рюсеем, Сано вообще ни капли такая шалость не волнует. Вакаса вместо себя оставил надежного человека в качестве сопровождающего и охраны. Вада его впервые видела, но если Имауши ему доверяет, то и она. Вакасе попробуй приглянись еще, так что этот парень везунчик. Вывеска клуба вызывает ностальгическую улыбку и ощущение тоски. Жаль, что тех времен не вернешь. А название будоражит внутри воспоминания, местами теплые, но местами и тяжелые. Вада ловит себя на мысли, что окна она таки не разбила. Девушка проходит внутрь, позади плетется охранник. Давно она здесь не была. Это место как живое напоминание о ее прошлом, единственное, которым официально Бонтен не владеет. Но владеет Вада вместе с Хайтани. Пожалуй только этого заведения не коснулась ее власть, построенная на крови и жестокости. Она остается таким же, каким создавалось, когда сердце Вады еще не было испачкано чернотой. Знакомая обстановка, приятная музыка и щекочущий запах алкоголя с кальяном. Посетители не обращают на нее внимания, развлекаясь в своих компаниях. Долго Сано не осматривается, сразу поднимается на второй этаж. Там помимо вип комнат и ее кабинета находится еще одно помещение. С тонированным стеклом и видом на основной зал. Там то ее и ждет неприятный гость. Охраннику Вада приказывает оставаться у двери. Если Вакасе она и доверяет слушать любые разговоры, то этому парнишке точно нет. Сейчас доверять кому-то чревато потерей жизни. В помещение Сано проходит одна. Ее холодная и непробиваемая маска может напугать почти любого, но Рюсей лишь надменно ухмыляется. Парень расселся на диване, позади которого словно статуи стоят его верные псы. В костюме Сато вполне похож на главу Якудза. А вот Вада предпочла не светится и вырядилась не так роскошно. Всего-то кроп-топ с длинными рукавами, черные рванные джинсы и белые кроссовки, подошва которых прибавляла ей роста. На ушах звенели серьги брата, а на шее висел кулон, которые когда-то подарил ей Риндо. Эти вещи Вада не снимает никогда. — Задержалась. — начинает с претензии вместо приветствия Сато, пока Вада усаживается на диван, что расположен напротив. Их разделяет дубовый стол, на котором уже стоит наполовину пустой стакан виски со льдом. Вада не показывает никакой реакции, кладет ногу на ногу и вопросительно выгибает бровь. — Ближе к делу. — Даже не выпьешь? — улыбается парень. Его улыбка Ваду бесит, она подобна змее на его шее. Смотрит так, словно все про всех знает и считает себя высшим среди всех существом. Забавно, ведь в итоге Вада расширила и укрепила свою организацию. Да так, что перегнала его клан по власти раза в два. А у этой гадюки еще хватает смелости так открыто над ней потешаться. — У меня дел побольше, чем у тебя. Поэтому переходи к сути. — невозмутимо отвечает Сано, взглядом давая понять, что свое время на него тратить не желает. — До меня дошли последние новости. — решает все же отставить пустые беседы Рюсей. Вада сухо усмехается. — Не сомневаюсь. — если уже вся страна трубит об этом по новостям, то партнер то точно уже в курсе. — Думаешь, что эта мелочь сможет подорвать наш авторитет? — Конечно нет. Ты ведь столько лет пускала и отращивала свои корни, что теперь одной лишь подорванной машины мало, чтобы подорвать твой авторитет. — наигранно сладко проговаривает Сато, отпивая из своего стакана напиток. Его фальшивая лесть бесит Ваду еще больше, чем улыбочка. Ведь она прекрасно знает, что за этой лестью скрываются темные мыслишки и желание свернуть ей шею. Он бы давно так поступил, не стой за Сано такая власть и сила. Даже если ее не станет, на него обрушится гнев множества авторитетных и мощных союзников, которых она собрала вокруг себя. В этом случае он лишиться не только своего клана и власти, но и жизни. А Рюсей Сато слишком умен, чтобы так рисковать только потому, что Вада его раздражает. Слишком дорог ему его трон и возможности, которые он дает. — Звучит так, будто ты завидуешь. — коварно улыбается Сано. Может это действительно так. Ведь лишь благодаря поддержки Сато, который стал приемником и занял место главы клана Якудза, которому служил в свое время, Вада смогла создать Бонтен. Только потом она вознесла свой клан настолько, что Сато потерял часть власти и без ее разрешения не может управлять территориями. Сано его переплюнула и тогда-то парень и затаил на нее злобу. Забавно вышло. Рюсей видит в своих кошмарах, как Вада решит и его клан присоединить к Бонтен, убив прошлого главу, как уже сделала это с Южным. И тогда Рюсею настанет конец, а Бонтен станет самой могущественной группировкой в стране и единственной. Он понимает, что если Вада постучится в его двери, то у его клана пусть тоже сила не маленькая, но против Бонтен даже он не выстоит. Поэтому Сато весьма осторожен в своих словах и открыто никогда не показывает неприязни. — Но меня беспокоит, что твой синдикат может погубить внутренняя борьба. — вдруг мрачным тоном заявляет Рюсей. Вада хмурится, понимая, что он имеет в виду. Но не понимая, откуда ему это известно. — Ты отправил своих шпионов следить за мной? — уже недружелюбно и жестко спрашивает Сано. — Не думал, что этот факт тебя удивит. — хитро улыбается парень, довольный собой. — Но я определенно доволен твоей реакцией. Тебя так злит неосведомленность, Сано. Ты бесишься, когда чего-то не знаешь. Привыкла всегда и обо всем быть просвещенной. — Засунь свой психоанализ себе в анус и говори, что тебе известно и что ты от меня хочешь. — поддается вперед Вада, угрожающе, будто готова перепрыгнуть через стол и разодрать ему глотку. Сато такая реакция лишь веселит. Он чувствует себя хозяином положения, владея информацией, которой Вада не знает. — Начнем с того, что я это делаю не из дружеских чувств и желания помочь. Как твой партнер, у меня нет никакого желания тонуть вместе с тобой. Ты очень властна в стране, Сано, крепко стоишь на своем пьедестале и силы у тебя немерено. Извне угрозой тебя не одолеть. А вот внутренние конфликты как раз и могут разрушить твою империю. И мы оба сейчас понимаем, что речь о твоем брате. — Дальше. — болезненно хмурится Вада. Брат всегда был ее слабым местом. Они только вчера окончательно разругались, а эта змея уже обо всем знает. — Будь это кто пониже рангом, проблемы не были бы серьезны. Но твой брат стоит на одной с тобой горе. Он имеет такую же власть и силу, как и ты, и ты сама ему ее вручила. А теперь вы начали толкаться и ситуация осложнилась. Кто-то рано или поздно упадет. — Если ты снова решил предложить мне избавиться от всех проблем убийством брата, то сегодня ты из этой комнаты не выйдешь. — шипит устрашающе Вада, сжимая кулаки. Она хорошо помнит, кто убил Изану, вопреки ее нежеланию решать проблему таким путем. — Увы, я не настолько безумен, чтобы замахнуться на главу Бонтен. — усмехается Рюсей, пока Вада дышит словно огнедышащий дракон и остервенело смотрит на него. — Кстати, толкаешься вовсе не ты. — О чем ты? — на миг опешила Сано. Он намекает, что это брат намеревается от нее избавиться? Но Майки наоборот считает, что это она хочет его убрать. — Ты вообще следишь, чем твой брат занимается, пока ты работаешь на благо процветания организации? — улыбается змей-искуситель, выгибая бровь. Вада застыла. Выражение ее лица оставалось злобным, в то время как в мыслях пронеслось разочарованное удивление. Не знает. Даже не пыталась узнать, ведь ей докладывали, что брат из своего кабинета почти не выходит. — Что ты знаешь? — решает прямо спросить светловолосая. Рюсей довольно хмыкает. — Так значит не знаешь. Забавно. Тогда спешу тебе доложить, что твой брат каждую ночь по вторникам и пятницам куда-то отлучается на полтора часа со своей розовой соплей. — Кто бы говорил. — И даже я не знаю куда он отлучается. — продолжает Рюсей, игнорируя насмешку. — Полагаю, что он с кем-то тайно встречается. А если так хорошо это скрывает, не думаешь, что он планирует сбросить тебя с горы? — С чего бы ему это делать? — Не очевидно? Учитывая его отношение к тебе, думаю, что ты просто стала ему не нужна. — усмехается Рюсей, на удивление, с сожалением. На этот раз не фальшивым. — А еще хоть по статусу вы и равны, власть все равно в твоих руках. Неплохой мотив. Кто не захочет получить влияние над всей страной? Ну или у него просто окончательно поехала крыша. Да и у вас что-то в последнее время проблем приумножилось. Помимо взрыва еще и убийство с нападением. Не кажется, что тебя понемногу лишают защиты, самых верных людей и союзников? Это логично, ведь они будут опасны после твоей смерти и явно помешают Майки занять твое место. — Меня поражает, что ты следишь за мной. — Уверен и ты за мной тоже. Для таких людей как мы это нормально. — хмыкает Сато. Вада задумывается. — И что, значит ты думаешь, что Майки кто-то помогает от меня избавиться? — А может это Майки помогает кому-то. — пожимает плечами Рюсей. — Я пока не знаю кто, но явно поумнее тебя будет, раз ты до сих пор его не поймала. Так ты сдаешь позиции выходит? Сил уже не хватает на удержание собственного брата на поводке? — поддается вперед, довольный своим уколом парень. Вада слабо, но артистично коварно улыбается, прищуриваясь и повторяет за ним, наклоняясь в его сторону. И словно хищный лукавый зверь уверено произносит: — Не беспокойся, моих сил хватит даже на то, чтобы прибрать к рукам и твой клан. — Сато улыбается, наслаждаясь игрой и ее реакцией. Но улыбка кривая, ибо Вада попала куда нужно. — А теперь я пойду. А ты наслаждайся напитками и музыкой. Гарантирую, что в этом заведении тебя хорошо примут. — подмигивает светловолосая и встает из-за стола, надменно улыбаясь на прощание. Рюсей не увидел, но как только девушка повернулась к нему спиной ее лицо исказилось от отвращения и раздражения. Разговоры с этим человеком всегда высасывали из нее все силы. Рюсей змея довольно хитровыебанная, ему очень интересно, что происходит в ее организации и тыкает носом в то, что он бы справился лучше. Вада не удивится, если однажды он наплюет на договор и решит открыто, хотя более вероятно что по тихому, забрать Бонтен под свое командование. Покидая помещение Вада в очередной раз убедилась, что ее вновь втянули в какую-то жестокую игру. Словно прошлое повторяется и спасать ей теперь уже не Тосву, а Бонтен. И враг снова умело прячется. Спускаясь по лестнице, Сано устало вздыхает, кидая идущему позади охраннику: — Езжай в Бонтен. — Но Господин Вакаса мне приказал… — Вада резко обернулась и выразительно строго на него посмотрела, затыкая одним лишь взглядом. — Твой начальник я или Вакаса? — недовольно спрашивает светловолосая, на что парень опускает голову. В последнее время все словно забыли, кто она такая. — Понял. — произносит охранник и спешит к выходу из клуба. Вада смотрит ему вслед, хмурая и уставшая. Как же много проблем. Все ждут от нее решения, ведь она Вада Сано, которая всегда найдет выход. Пока что единственный выход, который ее привлекает — это выйти в окно этажа с двадцатого. Девушка потирает переносицу спускаясь по лестнице, которую сама когда-то и придумала. У нее болит голова, в висках словно маленькие бомбы взрываются, хоть иди и расшиби несчастную голову об стену. Минуя бар, намереваясь набрать Вакасу и попросить усилить охрану каждого из ее приближенных, Вада останавливается. Ее привлек знакомый смех со стороны и девушка повернула голову к барной стойке. Повернула и тут же выгнула бровь, замечая хохочущую Рэйчел и улыбающуюся Иваду. Строгость и недовольство на лице Вады никуда не делось и среагировать она не успела, когда девушки ее заметили. Заметили и тут же замолчали, улыбки тут же исчезли с их лиц. Появились удивление, испуг и неловкость. Еще бы. Быть пойманным начальником в клубе в рабочее время так себе ощущение. Сано внимательно смотрит на них, ожидая, что же такого они придумают в оправдание. И ей кажется, что Хэдер нужно вызывать скорую, девочка совсем побледнела от страха. Сано это даже показалось забавным. — Вада… — первой очнулась Хара и попыталась вернуть на лицо привычную непринужденную улыбочку. Помощница явно была уже пьяна. — А мы тут… Улики проверяем… — Неужели? — скрещивает руки на груди Сано, еще больше выгибая бровь. — Проверяли, в каком количестве нажрался преступник, чтобы совершить такое деяние? — Да?.. — неуверенно отвечает Рэйчел, продолжая натянуто улыбаться. Хэдер притихла и пыталась понемногу прятаться за Хару, глядя на светловолосую оленьими глазами. — И как успехи? — продолжает буравить их взглядом Вада и Рэйчел наконец сдается. — Прости, мазер. Неделя была сумасшедшая. Мы смертельно устали и решили расслабиться только и всего. Больше не повториться. — опускает глаза, словно нашкодивший щенок Хара, а Хэдер недоверчиво выглядывает из-за ее спины. Вада долго смотрит на них, и в конце концов происходит то, чего девушки ожидали меньше всего. На лице Сано расцветает солнечная и интригующая улыбка. *** Хэдер до сих пор с опаской посматривает на Сано, боясь сделать лишнее телодвижение. В голове сейчас у нее полный штиль, окружающий мир слегка плывет, но это ощущение больше приятное. Ужасная личность еще не проснулась, чему девушка рада. Но ее шокирует и настораживает, что Вада не стала их ругать или наказывать. А, внимание, присоединилась к ним! Да не просто присоединилась, а выгнала бармена и сама встала за барную стойку и мешает им коктейли! Да так профессионально, что Хэдер едва поспевает за движением ее рук. Отчасти темноволосая понимает, Что Ваде тоже нужен отдых, ведь она больше всех изматывается и переживает. Но от нее, как от начальника, немного странно такое видеть. Рэйчел вливает в себя неизвестно какой по счету коктейль и убежала в центр зала танцевать. Потому что Вада оккупировала не только бар, но и колонку, включая свои песни. Посетители лишь смотрели косо, но не возражали. Возможно просто знали Ваду в лицо, потому и молчали. А позже Хэдер узнала, что этот клуб принадлежит Ваде и Хайтани. Они владели им еще до основания Бонтена и это единственное заведение, которое по бумагам не относится к организации. Хэдер с завороженным восхищением наблюдает, как Вада наливает в стакан разные, неизвестные ей виды алкоголя, а затем поджигает зажигалкой для эффекта. Сано улыбается, хотя явно внутри ей не весело. Светловолосая двигает недавно горящий коктейль к Хэдер и одаривает очередной улыбкой. — Держи. Ран научил. — гордо сообщает Сано, что не может не вызвать теплоты. Ивада опустошает стакан не столько из желания опьянеть, сколько из уважения. — Я вами восхищаюсь. Такая красивая пара. — вдруг произносит Ивада, водя пальцем по мраморной столешнице барной стойки. Вада замирает внимательно слушая. — Столько лет вместе, а в ваших глазах до сих пор такая любовь горит. Хотела бы и я так. — печально вздыхает темноволосая. — Что мешает? — спрашивает Сано, продолжая работать над новым напитком и меняет трек на более спокойный. Похоже подъехали пьяные разговоры по душам. Хэдер чувствует, что Ваде можно открыться, она уже не раз доказывала, что ей можно верить и не бояться осуждения в глазах. — Не знаю. Все сложно. — выдает банальную фразу Ивада и сама усмехается. Как бы не звучало, но это чистая правда. — Вот как ты Рана вытерпела до сих пор? Я слышала, что он тот еще козел. Прости, но когда я с тобой познакомилась, уж точно не с таким парнем тебя представляла. — Ну… — задумывается Вада и улыбается своим мыслям. — Знаешь, Ран засранец еще похуже Риндо. — выразительно бросает взгляд на девушку Сано, сразу понимая, что Ивада о нем думает. — Он столько раз делал мне больно. — Как же ты его вытерпела? Мне казалось, что быть с человеком, которой причиняет боль неправильно. — выпрямляется Хэдер, явно заинтересованная ее рассказом. Ивада всегда думала так, как и сказала. Потому и не понимает, почему Риндо до сих пор не смотрит на нее с ненавистью. Почему? — Потому что знаю, что любит. — легко отвечает Вада. Ей даже не пришлось размышлять над ответом, что поражает темноволосую. — И я люблю. Любить это значит принимать даже недостатки человека и, закрывая на них глаза быть рядом. Каждый любит по своему. Ран к примеру никогда не скажет эту фразу вслух, но докажет любовь и преданность на деле. Риндо часто вспыхивает, порой бывает клоуном, но когда дело доходит до верности и защиты близких он пойдет на невозможное. Да и внутри он напоминает мне ребенка. Все мы разные и Хайтани проявляют любовь по-своему. Им так проще, они так росли и выживали. Я это увидела и приняла. Ведь в конце концов неважно как, важно, что любят. Безумной нездоровой любви это не касается. — Наверное ты права. — вливает в себя еще один напиток Хэдер. Вада тоже пьет, явно не беспокоясь о работе. — Знаешь, я всегда тобой восхищалась. Хотела стать такой, как ты. — Не думаю, что на самом деле ты этого хочешь. — усмехается горько Вада. — Из меня вынули душу и заставили жить. И если ты все-таки переживешь эту операцию, то дальше жизнь уже не будет иметь смысла. Не будет ни радости, ни красок, ни надежд. Только темнота и безразличие. Так себе жизнь. Да и не нужно тебе на кого-то ровняться. В конце концов Риндо тебя полюбил такой, какая ты есть. И что бы в жизни не случилось, важно не потерять себя. — Вада какое-то время молчит, размышляя над чем-то, а потом уже более подавленно продолжает. — Думаешь я идеальна? «Сильная, умная, добрая.» «Вада никогда не ошибается, Вада всегда знает что делать». Никогда никто не знает, как мне тяжело, никто представить себе не может какая на мне ответственность за жизни всех. Никто не знает, как мне порой хочется кого-то убить или умереть самой. Действительно, я редко ошибаюсь. Только вот когда все-таки ошибаюсь, эта ошибка имеет огромную цену и не только для меня. Все от меня чего-то ждут, надеяться на меня, поэтому я не имею права быть слабой. Не так то это и просто. — Порой мне тебя жалко. — смело выдает Хэдер. Вада лишь усмехается, без злобы, скорее грустно. — Ты столько на себе тащишь. Чуть что, все сразу бегут к тебе, чтобы ты решала проблемы других. Я вот например и свои-то проблемы решить не могу, не говоря уже о чужих. А ты делаешь это каждый день. Все зависит от тебя, все и правда надеяться на тебя. Не представляю, как тебе тяжело. — Это моя задача с рождения. Заботится о близких и оберегать их. — гордо улыбаясь, отвечает светловолосая. — Да, это тяжело. Но я не жалею об этом, ведь в конце концов это делает меня живой и дает смысл жизни. У некоторых его вообще нет и вот это уже и правда тяжело. И Риндо мне тоже близкий человек. Возможно даже ближе Рана, потому что в самый тяжелый момент, когда его не было рядом, Риндо не оставлял меня и вместе со мной проходил через это испытание. — вдруг начинает Вада. Хэдер напрягается под ее взглядом. Ее глаза такие цепкие, словно Сано прочитала всю ее душу и знает самые потаенные мысли, словно видит все, что Ивада прячет. — Мне больно видеть как он мучается. Я слишком многих потеряла. Риндо для меня как младший брат или даже сын. Глупо, но часть его характера заложена мной. Это я давала ему советы и поддерживала, когда он пытался тебя добиться. Это я научила его тому, что мужчина никогда не должен обидеть девушку, и я никогда не перестану за него переживать. Но увы, как бы я не хотела ему помочь, это можешь сделать только ты. — Хэдер сглатывает, опуская глаза, не в силах выдержать хищный взгляд светловолосой. — Поверь, очень больно видеть, что близкому плохо и быть не в силах помочь. Поэтому я тебя прошу, не отталкивай его и доверься. Я вижу, что ты и сама этого хочешь. Я подарю вам целый мир, защищу вас всех от любых проблем, от любой опасности, кроме вас самих. Ибо тут даже я помочь не в силах. Сделай выбор, Хэдер. Я уверена, что судьба не просто так снова привела тебя к нам. К Риндо. И ты точно знаешь, что он все еще любит. — Я не могу переступить через этот с… — Девочки, меня достали ваши кислые рожи! — вдруг подлетает Рэйчел. Запыхавшаяся, растрёпанная, с блестящими глазами, но улыбчивая. — И тухляк какой-то включили. Раз решили отдыхать, так давайте оторвемся так, как могут только такие богини, как мы! — после этой бурной речи Хара вырывает из рук Хэдер стакан с недопитым алкоголем и залпом осушает. — Давайте вытворим что-нибудь безумное, над чем потом посмеемся в старости. — О, я польщена. Ты собралась быть со мной рядом до старости. — мягко улыбается Вада. Рэйчел фыркает. — Я поклялась тебе жизнью и слов назад не забираю. — торжественно произносит Хара. — И что же ты хочешь вытворить? — Не знаю! Да хоть соблазнять сидящих тут мужчин! Я женщина одинокая, мне нужен партнер на ночь. — роняет голову на барную стойку Хара, которой алкоголя на сегодня явно достаточно. — Не такая уж ты и одинокая. Просто слепая. — тихо проговаривает Сано, загадочно улыбаясь. Рэйчел не слышала, а вот Хэдер уловила и тоже хитро улыбнулась. Она помнит, как наставница разглядывала фотки Вакасы и явно поняла намек Вады. — И вообще, я уже заприметила одного красавца с татухами за дальним диваном. — резко поднимает голову Рэйчел, воодушевляясь. — Хорошо, думаешь тебе удастся его соблазнить? — взбадривается Ивада, чья пьяная и шальная личность начинает просыпаться. Потом она будет сгорать со стыда, ну а сейчас ее оставить она не в силах. — Дорогая, я так горяча, что поднимаю экономику. Не говоря уже о мужском хере. — дьявольски скалится Хара, которая явно не страдает заниженной самооценкой. — Спорим? — поддается к ней ближе Хэдер. Наставница хмыкает и подмигивает, плавно удаляясь от барной стойки по направлению к тому самому татуированному мужчине. Вада меняет трек в колонках, включая более энергичный эротический мотив. Хэдер отметила, что вкус в музыке у Сано хороший. *** — Вада не у себя? — удивленно спрашивает Риндо, попадая в ее кабинет и замечая только Рана. Тот хмурый и явно на нервах. — Нет. И на звонки не отвечает. — отвечает Хайтани, пока младший подходит и усаживается напротив него на диван. Собаки настороженно рычат, что Риндо раздражает. — Место. — взвинчено рявкает Ран и псы затихают, укладывая головы на лапы и глядя так, словно нагадили за диваном и их засекли. — В последний раз она писала, что уехала на встречу с Рюсеем, а куда именно не сказала. — Так спроси Вакасу. — Риндо понимает состояние брата. В последнее время столько дерьма вокруг Вады крутится, что в такой ситуации переживать нормально. Да и Рюсею Ран никогда не доверял и относился скорее враждебно, чем нейтрально. — В том и дело, что Вакаса тоже куда-то провалился. — стучит пальцами по подлокотнику кресла старший. Риндо улавливает это движение, но решает промолчать. Пока они сидят в тишине, не зная, какой разговор начать, Рин решает напечатать сообщение Хэдер, чтобы уточнить, когда состоится запланированная поездка на байке. Нужно бы из гаража его вытащить и пропылесосить от пыли, слишком долго он не садился на своего железного друга. Ран каким-то волшебным образом понимает, кому брат пишет и задает странный вопрос: — Почему она? — Почему Вада? — хмыкая, отвечает вопросом на вопрос Риндо. — Глупый вопрос. — ухмыляется старший. — Рад, что ты это понимаешь. — дарит легкую улыбку Хайтани, откидывая телефон на диван и с интересом смотрит на брата. — Нет, серьезно, почему Вада? — Ран только открывает рот, как брат спешит его перебить. — Разумеется, если не брать в расчет ее идеальность и внешность, потому что в этом случае, она тянет не на человека, а на какуе-то нереальное божество. Она ведь трудный человек и постоянно тебя шпыняет. Почему в какой-то очередной момент, когда она дала тебе по роже ты понял «Она та самая, ради которой я сдохну». — Ран сначала тихо смеется такой формулировке. — А что если мне нравится, когда она меня шпыняет? Может я мазохист и теку, когда она дает мне по роже? — широко улыбается Ран, да так похабно, что даже Риндо начало подташнивать. — Слышала бы это Вада, получил бы очередной пинок. — закатывает глаза младший. — Я серьезно. Я понимаю, что это она терпит тебя уже восемь лет, но мне интересно, почему ты до сих пор продержался? Неужели ни разу не надоело или не возникло желание даже разок изменить? — Ну во-первых, мы оба с тобой знаем, что я помру, если изменю. — оба брата усмехаются, понимая, что это правда. — А во-вторых, да, не возникало. Да и с Вадой не соскучишься. Просто я принимаю ее любой. Злой, веселой, раздавленной и втоптанной в грязь. С болью и ее правилами. Что бы она не сделала в моих глазах она не поменяется, будь то даже убийство я судить ее не стану, а помогу спрятать труп. Я полюбил ее такой и это мой выбор, так с чего мне на него жаловаться? Нет, братишка, я только горжусь. Иногда мне хочется подойти и каждому в лицо посмеяться, потому что такая уникальная и необычная девушка досталась именно мне. — Сильно. — задумчиво произносит Риндо, воздавая дань уважения к брату. Поразмыслив над его словами, Хайтани улыбнулся, осознавая для себя важную вещь. — Вот тебе и ответ на твой вопрос. — А ты точно уверен, что она та самая? — хмурится Ран, заглядывая брату в душу. — Братишка, прошло семь лет, а я до сих пор кроме нее никого не вижу. Как думаешь, я уверен? — Хорошо. Раз ты так считаешь, то я принимаю твой выбор. — вдруг серьезно произносит Ран, чем заставляет брата удивленно вскинуть брови. По его лицу Риндо внезапно понял — он знает. — Вада тебе, значит, уже рассказала. — констатирует младший, чьи кулаки непроизвольно сжались. — Да. — отвечает Хайтани. — И я прошу у тебя прощения. За свои подозрения, за ублюдский характер и за то, что в нужные моменты меня не было рядом. Ты ведь мой брат, а я был слишком зол на эту девочку, забывая, что тебе хреново. — Вау. — выдыхает пораженно Риндо. Таких слов он от брата даже на смертном одре не надеялся услышать. Ран извинился. Да еще и с таким печальным лицом, что захотелось его по голове погладить. За семь лет между братьями выросла пропасть. Не такая, как у Вады с Майки, нет. Они друг другу не безразличны. Как и раньше один другого закроет собой от пули и будет переживать. Но вот душевное доверие было потеряно. Они больше не могли доверить друг другу терзающие мысли или рассказать о чувствах, попросив совета. По большей части в этом виноват Ран, и главную ошибку он уже озвучил. Восстановить это доверие за миг не получится, но они все так же братья, дорожат друг другом и этого не изменить. Да и Риндо устал быть рядом с братом каждый день, но при этом чувствовать, что он далеко от него. Они очень долго таили в себе злобу, невысказанную обиду. Риндо очень рад и ценит, что брат первым решился спасти положение и признать свои ошибки. Нет, Рин тоже не святой, и за ним грехи в их истории имеются. Но сейчас он хотя бы чувствует, что брат по настоящему рядом и на него можно положиться. В этом отчасти есть и заслуга Вады, которая периодически промывала мозги Риндо и смягчала Рана, призывая того быть старше, умнее и засунуть в задницу свою глупую гордость. Забавно, ведь все эти годы именно Сано была солнцем, прочной цепью, которая их связывала и не позволяла окончательно друг друга потерять, давая волю глупой обиде. Риндо поднялся со своего места, подходя к брату. Тот тоже вскочил, напрягаясь оттого, насколько хмурое и серьезное было у Риндо лицо. А младший лишь протянул ему руку, которую Ран неуверенно пожал, после чего притянул брата к себе для крепких объятий и похлопал по спине. В этот момент часть огромного груза, недосказанности и глупых страхов свалилась с плеч обоих. Первые ступени над пропастью появились, что позволило братьям тяжело, но облегченно вздохнуть. — Извинения приняты, я не в обиде. Просто забудем. Ты тоже извини, что вел себя как тупой пацан. — произносит Риндо и Ран молча кивает. Почему-то оба представили, что сейчас где-то хлопает в ладошки, злорадно хихикая один бесенок с рожками по имени Вада. — Что будешь делать? — спрашивает Ран, разрывая объятия. Риндо лишь грустно улыбается. — То, что должен был сделать семь лет назад. Буду рядом и больше не оставлю ее одну. — брат опять молча кивает, понимая его. А какие-тут можно подобрать слова? То, что на самом деле случилось с Хэдер потрясло и заставило сердце с сожалением кольнуть даже у Рана. В этот момент в кабинете появился злобный и уставший Вакаса. — Вада еще не вернулась? — было первым, что он спросил. — Так она и с тобой не связывалась? — тут же окаменел Ран, а за ним и Риндо напрягся. — А где Рэйчел? — Без понятия, где ее носит. Возможно, ей нужно проверить документацию, возможно, запекать в духовке младенцев. — язвит Имауши, скривив недовольную морду. — Она разве не должна была поехать с Вадой? — спрашивает Риндо. Кто-то из двух всегда с ней рядом. И если это не Вакаса, то точно должна быть Хара. — Нет. Я отправил с ней своего человека. — отвечает Вакаса, прикладывая телефон к уху. — Где вы?.. — после ответа неизвестного абонента Имауши вдруг звереет за секунду, бешено выпучивая глаза. — Что ты, блять, сказал? Что значит «велела ехать без нее»?! Я же тебе сказал, чтобы ни на шаг от нее не отходил! Клянусь, я отрежу тебе уши и извлеку мозг без анестезии, ты ими пользоваться не умеешь! — яростно кричит в трубку мужчина, после чего сбрасывает звонок и быстро направляется к выходу. Хайтани ринулись за ним. — Мелкая ходячая проблема! Если ее не будет в клубе, я и ей уши надеру! — по пути Имауши пытался дозвониться до Рэйчел, когда понял, что до Вады бесполезно, но и та не брала трубку. — И этой идиотке тоже уши в жопу вставлю по самые не балуй, коза такая! *** Возле клуба останавливается две тонированные машины. По очереди из них выходят Хайтани с Вакасой. Ран и Риндо какое-то время смотрят на вывеску, ловя ностальгические воспоминания, а Имауши сразу спешит ко входу и врывается. По дороге к клубу ни Рэйчел, ни Вада не ответили ни на один из двадцати звонков, что начинало уже не просто напрягать, но и беспокоить мужчин. Минуя охрану, которая знает их в лицо и пропускает, все трое попадают в главный зал, полутемный, подсвеченный фиолетовым и белым неоном. Им даже не пришлось осматриваться и бегать по этажам, чтобы найти пропажу. Ран, Рин и Вакаса замерли, как пораженные, наблюдая за ошеломительной картиной. Все посетители хлопают и взрываются восторженными криками, пока три удивительные девушки устраивают им настоящее шоу. Рэйчел, Вада и Хэдер оккупировали барную стойку, наплевав на то, что есть танцпол. Пляшут все трое, включая Хэдер, которая разговаривает обычно так, словно к виску ей приставили ствол. Они смеются, подпевают английской песне «Last fridey night», танцуют, прыгают, изворачиваются так плавно и энергично, особенно для пьяных в драбадан девушек. Рэйчел так вообще отрывалась по полной и даже копна спутавшихся волос, закрывающих лицо ей не мешала. Ее танец был похож на стриптиз. Вада умудрялась выполнять невообразимые движения с бутылкой виски в одной руке и телефоном в другой, видимо, чтобы было удобнее переключать музыку. Так красиво выгибалась и динамично прыгала, на лице сияла пьяная, но такая счастливая улыбка. А вот с Хэдер вообще что-то непонятное творилось. Ее танец был и откровенным и энергичным одновременно, она глупо улыбалась, тяжело дышала, но издалека казалась такой раскрепощенной, что стало страшно за мужчин в зале. Иначе, чем безумным женским бедствием это не назовешь. Мужчины отреагировали по разному. Вакаса нахмурился, явно недовольный таким безрассудным шоу в то время, как они уже собирались поднимать тревогу. Риндо ошалело вытаращил глаза и приоткрыл рот от удивления, наблюдая за движениями Хэдер, словно это был совершенно другой человек. Ран же восторженно улыбался и посмеивался, голодным и гордым взглядом смотря лишь на Ваду, излучающую энергию и жизнь. Он еле удержался, чтобы не засвистеть и не захлопать в ладоши, подбадривая свою красивую и лучезарную девушку, он явно был единственным из троих, кто оценил представление. — Лови меня. — бросает Ран брату, восторженно и радостно хохотнув, не сводя глаз с Вады не на секунду. Он был словно ребенок, которому впервые в жизни показали радугу. Чуть ли не облизывался. — Сначала ты меня. — Риндо отреагировал иначе, готовый упасть в обморок от такой картины. Он никак не мог сопоставить образ его Хэдер, скромной и стесняющейся по любому поводу девушки с раскрепощенной и игривой девушкой на танцполе, от танца которой в штанах моментально стало тесно. Его накрыло дежавю, ведь в прошлом он уже раз снимал Иваду с барной стойки. — Отлично, Вада ещё и танцует ахуенно. А я думал, что за восемь лет узнал о ней все. — Пиздец. — Вакаса же был краток, разозлен и явно не одно матное слово хотел бы сказать. Однако смотрел он лишь на двоих: Ваду и Рэйчел, которым хотел открутить голову. Ран первым двинулся к импровизированному танцполу, довольный как черт и с улыбкой до ушей. Риндо все еще старался переварить увиденное, а Вакаса пытался глубоко дышать, чтобы унять гнев. В момент происходит конфуз. Вада закружилась, звонко смеясь и из-за количества выпитого алкоголя мир вокруг закружился сильнее, чем предполагалось. Это заметила Хэдер и попыталась поймать ее за руку, но не успела и Сано полетела вниз с барной стойки. Однако не ударилась вовсе, приземление вышло мягким. А когда светловолосая открыла глаза, то увидела перед собой любимую, завораживающую сирень. В той сирени плясали довольные дьяволята и красивые огоньки. А может там вообще коровы паслись, на пьяную голову Вада могла увидеть что угодно. Девушка тут же расплывается в глупой, пьяной, но такой красивой улыбке, пытаясь уцепиться за шею мужчины. Бутылка выпала из ее рук, а телефон она все же удержала. — Привет. — лукаво улыбаясь, тянет Хайтани, глядя на нее с таким обожанием и нежностью, что захлебнуться можно. — Привет. — отвечает той же улыбкой и тем же взглядом Вада, разглядывая глубину его необычайных глаз. — Ой… — выдает Хэдер, сконфуженно прикрывая рот ладошкой, словно их спалили за чем-то неприличным, вроде просмотра порно под одеялом. Хара, танцующая рядом тоже застывает и удивленно таращится на пожирающую друг друга глазами пару. А потом замечает и Риндо с Вакасой, стоящих чуть дальше. Дергает Иваду за руку, призывая повернуться, что она и делает. Теперь обе девушки были обескуражены вдобавок к тому, что еще и пьяны. Смотрели на парней как перепуганные глупые олени. — Большой нянь пришел наказывать нас ремнем. Бутылкой по голове и валим? — тихо предлагает Рэйчел, склоняя голову в сторону темноволосой, не спуская глаз с Вакасы. Словно он мог в любой момент на нее напрыгнуть и перегрызть глотку. Хэдер часто и испуганно замотала головой, да так, что она еще больше закружилась. Наставнице пришлось ее придерживать, чтобы она не упала следом за Вадой. Сано тем временем успела переключить трек. Зазвучали русские слова, которые никто кроме Рана и Вады не понимал. — «А ты, мальчик мой, ты ещё просто не знаешь, что. Я сочиняю роман, мужчина всей моей жизни. Иду по вечному кругу»… — подпевает Вада, ехидно улыбаясь и гипнотизируя Хайтани взглядом. — Кажется мы с тобой это уже проходили. — продолжает хитро улыбаться Ран, сдерживаясь, чтобы не поцеловать Сано. Она задумчиво поджимает нижнюю губу. Выглядит это так забавно, учитывая пьяное выражение ее лица. — Да, ты поймал меня так же со стола. В тот день ты еще кинул в меня вазой. — прищуривается Вада, кидая ему упрек. — И ударил головой об стену. — Правда? — наигранно задумывается Хайтани, не демонстрируя и тени раскаяния. Эта его довольная улыбка Ваду и бесит и привлекает одновременно. Слишком красиво и брутально он улыбается, она никогда не могла перестать на это смотреть. — А я помню, что в тот день был наш первый поцелуй. — скалится игриво Ран. — Какая удобная у тебя память. — мурлычет Вада, откидываясь назад. Благо Хайтани крепко держал ее в своих руках. — И что же мне теперь делать, цветочек? — состраивает грустную мордашку мужчина. — На тебя пялилось столько уродов. Мне убить всех особей мужского пола в этом клубе? Вырвать глаза? Может каждому оторвать член? — Ты еще пописай на меня, чтобы территорию пометить. — фыркает Вада, на что Хайтани не удержался и громко рассмеялся. — Цветочек, ты нечто! Выходи за меня прямо сейчас, а? — продолжает хихикать Ран. Вада округляет глаза и ударяет его по плечу, обиженно поджимая губы. — Что за ужас, Косичка?! Риндо, ты это слышал?! Твой брат самый настоящий балбес! Он наконец-то додумался, но опять все сделал через жопу! А где кольцо?! Где голуби и шары?! Почему ты не на одном колене в конце концов? Ты представить себе не можешь, как я сейчас возмущена! Я тебя убить готова! Более дебильного предложения еще не одна девушка не получала! — негодует Вада, чей язык начинает заплетаться. Ран же без зазрения совести открыто ржет. — Видишь, какая ты уникальная. Даже тут всех обскакала. — гордо улыбается Хайтани, получая еще парочку ударов по плечу. Повезло, что она пьяная и не вырывается из рук, нето прописала бы ему кроссовком по лицу. — Не переживай, дорогая! Все мужики тупоголовые бараны! Давай я тебе сделаю предложение! — вмешивается разгоряченная Рэйчел, чуть не уронив Хэдер со стойки, которую придерживала под локоть. — Закрой рот и слезай оттуда. — цедит злобно Вакаса, который вместе с Риндо решил присоединиться к ним. Рэйчел заторможено переводит на него круглые глаза, после чего достает телефон, включает видеозапись и направляет камеру на него. — Пристрелиться и не встать! Сам господин Вакаса! Ну-ка, Вака, скажи, кто на свете всех румяней? — открыто дразнит его темноволосая. — Не вынуждай меня дать тебе под зад, Рэй. Немедленно прекращайте этот позор и слезай отсюда, иначе я стащу тебя силой, запихну в машину и отделаю как девчонку так, что неделю на задницу не сядешь. — уже на пределе рычит Имауши, только позднее осознавая, что выбрал неправильную формулировку. Хара пораженно вздыхает, прикладывая ладошку к сердцу. — Уф. Я завелась. — пошло улыбается Рэйчел, убирая телефон. — Учти, я все записала, только попробуй забыть. Ты бы себя видел, Вака. Такое лицо скукурузил. — смеется заливисто девушка, но ее смех резко обрывается вместе с терпением Вакасы. Сейчас в ней говорил алкоголь, а с ним он не хотел договариваться. Он просто хватает ее за ногу и тянет на себя, отчего Хара взвизгивает и летит вниз прямо ему в руки, разъяренно крича: — Ах ты гусь самодовольный! — ее возмущение тут же резко пропадает, стоит ей очутится в крепких руках мужчины, а на смену ему приходит восторженный интерес. — Воу, Вака, а я и не замечала, что у тебя такие крепкие плечи. — завороженно ощупывает его темноволосая, словно впервые видит перед собой особь человеческого пола. Вакаса лишь раздраженно или даже скорее устало закатывает глаза. — Ты ж мой деревянный. — ехидно сюсюкает Хара, похлопывая его по крепкой груди. Вакаса предпочел не отвечать на ее пьяные бредни, которые он и в трезвом состоянии от нее слышит каждый день и с непоколебимым видом понес девушку на выход из клуба. На выходе он приказал охране проверить телефоны посетителей, чтобы видео и фотографии сумасшедшего шоу с Вадой не попало на просторы интернета. Усадил несущую ересь и смеющуюся Рэйчел в машину, а сам остался стоять на улице, дожидаясь остальных. Пока Вада с Раном продолжали о чем-то переговариваться, обмениваясь нежными взглядами, а Рэйчел издевалась над Вакасой, Хэдер просто стояла и пялилась на Риндо, не зная, что ей делать. Впрочем, Хайтани тоже гипнотизировал ее взглядом, словно заново изучая. Потом он просто вздохнул, покачав своим мыслям головой и аккуратно снял девушку со стойки, уверенно поднимая на руки. Ивада словно заглючила, уставившись немигающим взглядом на грудь парня перед глазами. В ее голове не было ни мыслей, ни тревог, лишь расслабляющий шум и легкий туман. — Хэдер, я наверху. — слышится смешок сверху и она медленно поднимает на него расфокусированный взгляд. Его улыбка такая теплая, такая же, какой была семь лет назад. Ивада уверена, что перед ней все тот же Риндо, который не поменялся несмотря на время. Ну или это просто пьяный мозг хочет в это верить. — Хочу домой. — тихо шепчет Хэдер, опуская голову на плечо Хайтани. Риндо перемещает ладонь с ее спины за затылок, приглаживая шелковые волосы. Это первое, что он заметил и обомлел, решив, что свихнулся. Ивада нарастила волосы и теперь ничем не отличалась от той девочки, которая покорила его когда-то давно. Словно и не было этих долгих лет разлуки. Это было так странно и в то же время прекрасно, что он просто не знает, как реагировать и какие эмоции показывать. — Отвезти тебя домой? — так же тихо спрашивает Риндо хриплым голосом. От ее танцев в горле пересохло. — Ты все, что осталось от моего дома. Мой дом там, где ты. — произносит Хэдер невнятно, но парень прекрасно все расслышал даже сквозь громкие басы. Сердце его забилось в бешеном ритме, мешая нормально вдыхать прокуренный воздух вокруг. Она своими словами задевает какие-то невидимые струны его души и отдается покалыванием в груди. — Вези меня куда-угодно, хоть в ад, только не отпускай. — заключает Ивада, прижимаясь к нему как можно сильнее, словно котенок в поисках тепла и защиты. Риндо молча несет ее к машине, куда направился и Ран с Вадой на руках. Сано слушала шепот Хайтани на ухо и лучезарно улыбалась, хихикая. Мужчины решили ехать не в Бонтен, чтобы не портить статус Вады и Рэйчел их пьяным поведением, а в квартиру Хайтани. Конечно же дорога без приключением не обошлась. Рэйчел задолбала Вакасу по самые яйца тем, что он «скучный и угрюмый и вообще рожа у него недовольная» и пересела в машину к Хайтани, устраиваясь на заднем сидении с Вадой и Хэдер. Ивада вроде притихла, а вот другие двое заканчивать внезапный праздник явно не хотели. За рулем ехал Ран, а рядом с ним ехал Риндо. И именно его Вада угрозами заставила включить музыку и дорога проходила под энергичный популярный трек и вой Вады с Рэйчел, которые старались подпевать. Потом Хэдер стало плохо, а голова вообще перестала соображать. Пришлось тормозить и Риндо придерживать ей волосы под подбадривающие крики Сано и Рэйчел из машины, которые морально поддерживали подругу. Ивада почувствовала легкое облегчение и снова уснула, а вот Вада с Харой прыгали так, что тряслась машина. Угомонились они только тогда, когда Вада подобралась сзади к Рану и через сидение издевалась над его лицом, растягивая щеки, сплющивая губы в «уточку» и тянув за волосы. Тогда то водитель, который был сосредоточен на дороге рявкнул и девушки обиженно затихли, продолжая уже «шепотом» обсуждать всех мужиков на свете, называя их козлами. Путь от машины до квартиры для девушек так же продолжался на руках парней. Риндо повезло больше всего, потому что Ивада вела себя тихо, иногда сонно разлепляя на миг глаза. В квартиру компания буквально ввалилась. Девушки уже прибывали на грани сна, что-то бессвязно мямлили и не могли стоять на ногах. Ран на правах хозяина показал Вакасе гостевую комнату, в которую нужно было отвести Рэйчел. На второй этаж Имауши тоже пришлось ее тащить, ибо она чуть не убилась на лестнице на своих каблуках, а как развязать и снять ее адские копыта Вакаса не знал, учитывая, что девушка еще и не могла усидеть на месте. Ран с Вадой, которая была в более ясном сознании, чем остальные сразу скрылись в своей комнате. Риндо же отнес Хэдер в свою. А вот чтобы ее переодеть в чистую одежду нужно было пройти целый квест. Для начала разбудить, потом усадить и следить за тем, чтобы она оставалась в сидячем положении. Потом бороться с мыслью, что увидеть ее в нижнем белье будет для него трудно. А потом Хэдер более менее пришла в себя и сделала все сама, хоть и не без труда. — Да я прямо горжусь тобой, снежинка. — усмехается Хайтани, на что девушка кривится и падает на подушки. Он уже было хотел сам принять душ и лечь спать, как донеслось тихое бурчание; — Мне нужно тебе кое-что рассказать… — Не нужно. Спи. — Нет нужно. Ты заслуживаешь все знать! Рин, я такая мерзкая, такая грязная, ты не представляешь… — голос начинает дрожать, что означает, что Ивада вот-вот расплачется. Хайтани гладит ее по голове успокаивая и горько произносит: — Хэдер, я все знаю. — Да? — уже проваливаясь в сон, спрашивает Хэдер. — Ну и прекрасно. — затем слышится тихое сопение, а запах алкоголя заполняет комнату. Риндо грустно улыбается, целуя ее в лоб и накрывает одеялом. Затем захватив вещи из шкафа, направляется в душ. *** Хуже всего вляпался Вакаса. Дотащить дергающуюся Рэйчел до кровати было очень трудно. Плевать ему было на заботу, на то, что ее может вывернуть на чужую кровать. Девушка была вовсе не тяжелой для него, но таскать ее на руках он задолбался. Причем что спокойно она не висела. Хара дергалась, извивалась, пытаясь танцевать, подпевала неизвестной мелодии в своей голове и глупо смеялась. А еще не переставала дергать самого Вакасу. То за нос потянет, то по щеке похлопает, то не переставая трогает его плечи и грудь. Имауши понимал, что она и в трезвом то состоянии невыносима, а уж пьяная и подавно просто неугомонна. Потому ему оставалось только закатывать глаза и вздыхать. Не ударишь ведь ее, хотя в моменте хотелось. Девушка плохо осознавала, что ей говорят, но почему-то была уверена, что Имауши сейчас либо молчит, либо ворчит, третьего не дано. Решая хоть чуточку развеселить атмосферу, Рэйчел начала специально покачиваться из стороны в сторону, словно на каруселях, при этом напевая под нос какую-то глупую песню, которая засела и всплыла в голове. Что уж врать, на руках Вакасы ей было удобно и она не собиралась с него слезать, по крайней мере, пока не протрезвеет. Сейчас она ощущала некую слабость мужчины перед собой, атмосфера ей нравилась. — Вака, помнишь песенку из мультика? — улыбается Хара, на что мужчина молчит. А вот она явно молчать не собирается. — Ну, Вака! Эй, Вакасик. Вакуша… — Ну что? — следует очередной вздох от парня, пока он пытается понять, в какую из трех комнат на втором этаже ее пристроить. — Ну песенка. «Я чувствую, как сильный океан рождает красоту в душе моей». — напевает девушка, дергая ногами и головой в такт. Вакаса выгибает бровь, глядя на нее, как на больную. — Что не знаешь?! Это грех, Имауши, не знать такую легендарную песню. «Волна меня преображает, сильнее я когда на глубине. Чудеса природы». — продолжает выть Рэйчел, пока Вакаса молится, чтобы этот сюр закончился. — Чудо природы это, блять, ты. Помолчи хоть пять минут. — цедит сквозь зубы мужчина. — «Я чувствую, как сильный океа…» — допеть Харе не дает мужская рука, которая легла на лицо, закрывая рот. У него ощущение, что она специально выводит его на нервы, делая то, что он просит не делать. Но разве простой рукой рот Рэйчел заткнешь? Она лизнула его ладонь, а когда он завис, пытаясь понять, что произошло еще и укусила. Тут то он уже не сдержался и найдя наконец нужную комнату, войдя в нее просто кинул с размаху девушку на кровать. Однако ее это ни капельки не смутило, а развеселило так, что она засмеялась, пьяно хрюкая. Хара развалилась на кровати звездочкой и продолжала что-то напевать. Имауши поймал этот момент спокойствия и принялся развязывать ее туфли. Как бы ему не хотелось уйти и плюнуть не девушку, спать в уличной обуви в чужой кровати как минимум не красиво. Рэйчел ощущала как радость, буквально кипит внутри. Несмотря на комичность и сюрриалестичность момента она была даже счастлива таким вот моментам с Вакасой, проведенных вне работы. Потому что контактирует он с ней только по работе и таких случаев крайне мало. Хара ощущала себя девочкой и алкоголь превращал эту радость в глупые песни, скомканные танцы и звонкий смех. Она раскачивалась все больше и больше, выслушивая очередную стопку тихой ругани от мужчины, который никак не мог справиться с шнуровкой ее ботинок. Когда наконец он победил ее дебильную обувь устало провел ладонью по лицу, наблюдая, как брюнетка радостно каталась по постели, продолжая петь эту гребаную песню из мультика. — Рэй, закрывай глаза, а еще лучше — рот и спи. — вздыхает устало Имауши, глядя на нее уже даже не с гневом, а вымученно, словно все проблемы мира свалились на его плечи. — Зачем? Чтобы упустить момент, когда ты проводишь со мной время помимо рабочего? — вдруг за секунду мрачнеет Рэйчел. Улыбка пропала, глаза засияли печалью и тоской. Вот это уже мужчину действительно удивило. Он склонил голову к плечу, разглядывая девушку, словно никогда раньше не видел и пытался осознать смысл ее слов. — Не понимаешь, да? — вяло усмехается Хара, смотря в потолок. — Мужчины поистине глупые создания. Порой я тебя совершенно не понимаю, Вака. Ты как робот. У тебя одно выражение лица на все случаи жизни и одна лишь мысль — Вада. Ты никого кроме нее не видишь, не о чем не думаешь, никого не подпускаешь. Ты говорил, что я тебе не безразлична и ты знаешь меня лучше всех. А вот я тебя совершенно не знаю. Это притягивает, да, но и раздражает. Как бы я не старалась, ты никогда не… — Рэйчел замолчала, обдумывая что-то и перевела взгляд на остолбеневшего Имауши, который соизволил продемонстрировать удивление и недоумение. — Никогда не назовешь меня даже другом. Я готова вечно слушать твое ворчание, терпеть непробиваемый характер и мерзнуть от твоего холода, только порой думаю, ради чего? Все, что нас связывает это Вада, только работа. Ты никогда и не пытался понять, что у меня на душе, предпочитая, как и все, думать, что я просто больная на голову извращенка. Это обидно. И я все чаще ловлю себя на мысли, что я больше не могу это терпеть. — Ты о чем? — напрягся Вакаса, чувствуя, как на последних словах в груди что-то задрожало, словно от страха. Хара снова грустно улыбается. На ее лице нет ни тени фальши, безумия или озорства, как это обычно бывает. Сейчас она такая искренняя, уязвимая и печальная. — Я думала о том, чтобы начать жизнь заново. Как нормальный человек. Найти нормальную работу, снять обычную квартиру, найти обычного мужчину, который будет любить меня такой, какая я есть. Я никогда не обрету счастья, если останусь в Бонтене. Там все вокруг так и кричит о том, что я ничтожество, которое способно только пить и убивать. Разве я этого не заслужила, Вака? — Вада знает? — только и может произнести Имауши, сраженный ее словами. Ей действительно удалось его шокировать, такого он точно не ожидал. Он знает, что Рэйчел клялась Сано жизнью, не может же она просто взять и уйти. Это невозможно. Что он будет делать без нее? Никому другому он не сможет доверить свою жизнь или жизнь Вады. Никто другой не будет понимать его с одного взгляда. — Нет, но мы с тобой оба знаем, что она меня поймет. — усмехается Рэйчел. — А ты уверена, что эта жизнь для тебя? Думаешь, что такая жизнь сделает тебя счастливой? Рэйчел, ты сама себя обманываешь. — пытается не выдать свое громко стучащее сердце Вакаса, маскируя его словами. — «Я не хочу, чтобы ты уходила». — улыбается Хара. — Такие простые слова, да? Но ты ведь их никогда не произнесешь. Знаешь, я думала, что ты просто так защищаешься, закрываясь от всех за каменной стеной, боишься пораниться. А теперь чаще начинаю думать, что ты такой и есть. Холодный и безразличный, которому плевать на всех, кроме Вады. До сих пор голову ломаю, почему она? Что в ней такого особенного, что это удерживает даже такого робота, как ты? — Ты не поймешь. — Конечно, проще ведь строить догадки, чем попытаться объяснить. Ты просто невыносим Вакаса. Но знаешь, именно это мне в тебе и нравится. — Вакаса, слишком дезориентированный, не успевает опомниться, как девушка резво вскочила, подобралась к нему, хватая за галстук и притягивая к себе. Мужчина по инерции коленями уперся в кровать. Лицо Хары оказалось буквально в нескольких сантиметрах от его и даже если бы он был с закрытыми глазами, все равно почувствовал эти искры в воздухе и ее лукавую улыбку. Яркие красные глаза сейчас резали его скучные, серые. Мужчина сдавленно сглотнул, пытаясь чуть отстраниться, но хватка на одежде была настолько сильной, что у него это попросту не вышло. — Что ты вытворяешь? — почему-то тяжелым шёпотом произносит Имауши, застывая взглядом лишь на ее глазах. Даже через барьер из линз там можно было увидеть столько всего, что можно захлебнуться. — Так и будем стоять? — находится в таком положении было крайне неудобно, потому он оперся одной рукой об кровать, наклоняясь над девушкой. Хара улыбнулась, глубоко вздохнула, будто собиралась вытворить самую безрассудную и опасную глупость в своей жизни. — Ты знал, что у каждого человека не только индивидуальные отпечатки пальцев, но и уникальный отпечаток языка? — серьезно спрашивает Хара, улыбаясь так дьявольски красиво, что Вакаса сначала даже не понял, к чему она это сказала. Потом его бровь тут же взлетела в верх, как бы говоря: «ты серьезно?». Но он уже привык к тому, что Рэйчел серьезной почти не бывает. От его выражения лица девушка громко засмеялась, после чего дернула за галстук еще ближе к себе. В нос парня ударил резкий, но до одури пленяющий аромат вишни, вперемешку с сигаретами и алкоголем. Вакаса никогда не любил резкие запахи, но отчего-то сейчас они сочетались весьма приятно. Кончики носов соприкоснулись, пробуждая щекотку, словно кто-то прошелся холодный перышком. Атмосфера была сумасшедшая, словно вот-вот что-то должно взорваться и разнести их миры на тысячи осколков. Он сделал глубокий вдох, продолжая смотреть в алые глаза. — И что, ты решила получить отпечаток моего? — с нечитаемым лицом спросил Вакаса, всеми силами стараясь сдержать странное нарастающее в груди чувство, будто он готов расплавиться. — Или сейчас я услышу горячее признание в любви и просьбу разделить один гроб на двоих? — хмыкает Имауши, почему-то входя во вкус их маленькой игры, чему сам удивился. Рэйчел улыбнулась шире, гипнотизируя его лукавым взглядом, точно лиса и медленно потянула его за собой, изящно укладываясь спиной на холодные простыни. Вакасе пришлось поддаться и склониться на девушкой, упираясь руками в матрас, заключая ее в ловушку. В комнату проникал лунный свет и огни ночного города сквозь панорамные окна. Имауши казалось, что тысячи этих огней города отражались разом в глубине ее глаз и его это завораживало. — Нет, Вака, все куда банальнее. — шепчет Хара. — Любовь оставим ребятам вроде Вады и Рана, мы ведь с тобой взрослые люди и понимаем, что все это чушь собачья. Нет, мне не нужны эти сопли. Давай просто переспим. Пусть будет служебная интрижка на одну ночь. Нам ведь не нужны обязательства, так почему нет? — Говори проще, Рэй. Ты просто хочешь, чтобы я тебя трахнул? — сухо усмехается Вакаса, сглатывая. Во рту у него пересохло, но он никогда в этом не признается. Тем более ей. Его слова девушку повеселили и завели еще больше. — Умнеешь на глазах, напарник. — проходится языком по верхним зубам Рэйчел. Слишком вызывающе, слишком пошло. Медленно поднимает ногу и закидывает на его спину, демонстрируя хорошую растяжку. — Сколько же ты выжрала? — удивляется Вакаса, но не предпринимает попытки уйти, не двигается и даже почти не дышит. Хара умело его провоцирует и он ругает себя за то, что у нее это получается и за глупую реакцию своего тела. — Ты ведь специально меня так называешь? — Ты сам обозначил эту границу, я лишь следую твоим правилам. — невинно хлопает глазами Рэйчел, но совсем неправдоподобно, учитывая, какие в этих глазах пляшут черти. — Кажется, это я сейчас играю по твоим. — По моим правилам ты бы уже вдавливал меня в кровать, а не тратил время на разговоры. — улыбается темноволосая. И Вакаса, задумавшись, действительно осознал, что тянет время, боясь того, чем все может обернуться. С одной стороны она права, они взрослые и свободные люди, секс на одну ночь ничего не изменит. Но он понимает, что еще как изменит. Для него так точно. Рэйчел для него не та, с кем можно переспать и больше никогда не вспоминать. Он знает, что если эта ночь их свяжет, то засядет в нем так глубоко, что даже вырежи он себе сердце никогда не избавится. Знает, что вести себя как раньше не сможет. Может он и ледяная глыба, но касательно Рэйчел человек в нем все же оживает. Как потом спокойно с ней работать, вспоминая, что между ними было? Хара даже не представляет, по какому тонкому канату и над какой пропастью он балансирует, боясь упасть каждый божий день. Прочитать, что она думает по лицу было невозможно. Рэйчел в принципе такая личность, что легче голову об стенку разбить, чем угадать, что она выкинет в следующий раз. И потому Вакаса, надеясь на лучшее, ждал очередную глупую фразу и уже собирался отстраниться, как девушка, сверкнув глазами, уменьшила расстояние между ними, а после с жаром впилась в чужие губы. Мужчина застыл на мгновение, а его привычно скучающие глаза вспыхнули странным огоньком. Какое-то время он не отвечал на поцелуй, находясь в трансе и обдумывая правильное решение. В голове так и слышался звук работающих шестеренок, мысли кружились вокруг «за» и «против», заглядывали во всевозможные варианты будущего. Но вишневая сладость и мягкость губ Рэйчел всего на секунду заставила его отключиться и всегда расчетливый мужчина понял, что проиграл и махнул на все рукой. Его губы разомкнулись, наконец отвечая, а свободная рука резко съехала с простыней и пробралась под женскую талию. Со стороны Рэйчел послышалось довольное хмыканье, которое утонуло в его рту с новым поцелуем. Имауши не хотел терять хотя бы последнюю каплю своего контроля, отдавая все инициативу Харе, а потому без излишней нежности грубо приподнял девушку и усадил на свои колени. Пальцы мужчины механично поднимались наверх, а когда дошли до затылка, расплылись в темных локонах, грубовато сжимая. Как только Вакаса принял ее игру, поцелуй значительно углубился. Его язык прошелся по пухлой нижней губе, отчего Рэйчел прикрыла глаза, отдаваясь и впитывая в себя каждую крупицу этих ощущений. Все-таки бурная натура Хары проявлялась во всем, даже в поцелуях. Ко всему прочему, она привыкла быть ведущей. Все еще удерживая Вакасу за галстук, она снова резко откинулась назад, утягивая его за собой. В этот момент Имауши словно очнулся, отстранился и ошалело впился взглядом в кроваво-красные глаза. — Хара, ты гребанная ведьма. — тяжело дышит Имауши, не понимая, на кого он злиться — на себя или на нее. Хитрая и довольная улыбочка Рэйчел только сильнее заставляла кровь бурлить в венах, толи от гнева, толи от возбуждения. — Еще скажи, что не понравилось. — шепчет темноволосая, приподнимаясь и приближаясь к его лицу. Мужчина едва не отскочил, как ошпаренный, но сумел вовремя сохранить непоколебимость. Ему не пятнадцать и даже не двадцать лет, чтобы смущаться подобным фокусам. — Ты пьяная. — констатирует факт Имауши, судорожно соображая, какими аргументами ему избежать соблазна и не утратить былой стойкости, которая трещит по швам. — Я да. А ты вроде нет. А раз из нас двоих пьяна только я, тогда откуда у тебя это? — усмехается девушка. Вакаса сначала не понимает, но когда женская рука пролезла между их телами и сжала что-то твердое между его ног, он едва не выплюнул легкие. Хара на нежности тоже не щедрилась, сжала так, что он не смог сдержать резкого вздоха, хотя хотелось вовсе заорать. Грязный, очень грязный прием, от которого у него в голове помутнело, а в глазах опасно заискрило. — Коза. — прошипел Вакаса. — Ты же потом пожалеешь, дура. — пытался воззвать к ее благоразумию мужчина, понимая, что собственное его уже не спасет. Однако где Рэйчел и где благоразумие? Это было провальной тактикой с самого начала. — Может пожалею, а может я мечтала об этом с первого дня, как тебя увидела. При любом раскладе, тебя это не должно беспокоить. Тебе же плевать, верно, Вака? — ему безумно захотелось в лицо ей крикнуть отчаянное «Нет!», но даже здесь собственные эмоциям не удалось пробиться сквозь толщу льда. Вакаса всегда был таким, словно с рождения его обделили чувствами и способностью выражать эмоции. Он предпочитал просто действовать. Ему не плевать. Ему не хочется видеть, как после всего его безразличие будет ее ранить, ведь для девушек это никогда не бывает «просто сексом», что бы там они не говорили. И Рэйчел при всех своей шизанутости тоже прежде всего обычная девушка. Ему не хочется, чтобы потом он окончательно стал для нее сволочью и потерял ту единственную ниточку, которая их связывала. Знала бы она, что сейчас с ним творит. Ее глаза лишили его рассудка, в них было такое желание, такая искренность и еще нечто странное, чего он не смог понять. Словно она действительно давно этого хотела. И он просто не смог устоять, за что потом будет корить себя до конца жизни. В один момент ее руки переместились на мужские плечи, слегка сжимая одежду и у Вакасы от этих действий зародилось небольшое раздражение; он схватил чужие кисти, после чего завел их за голову, крепко удерживая одной рукой. Между ног до сих пор ноет и пульсирует от ее выходки, а потому ее руки он теперь будет держать в зоне видимости. Мало ли, что еще вытворит. Рэйчел палец в рот не клади, откусит по самые яйца. Его вторая рука удобно улеглась на задней стороне тонкой шеи. Они целовались достаточно долго, перед тем как отстраниться. Рэйчел недовольно вырвалась из захвата, начиная стягивать с себя одежду. Вакаса так и замер, никак не двигаясь, он лишь продолжал задумчиво смотреть в чужие глаза. Ничего нового он не увидел. Вакаса привык, что Хара одевается так, что можно рассмотреть все ее достоинства, поэтому обнаженная девушка его не удивила. Его совершенно не интересовало оголенное тело под ним, он лишь продолжал проницательно смотреть на ее лицо, словно запоминая этот момент, запоминая чуть припухшие губы, запоминая небольшую улыбку, запоминая яркие-яркие глаза. И он соврет, если скажет, что у него не возникло желания прямо сейчас убрать эти гребаные линзы. Но он подавил в себе это желание, наконец опуская глаза чуть ниже, на открытую белоснежную шею. Имауши плохо слышал, что ему говорили, но отчетливо ощущал, что с него стянули рубашку. (В какой он одежде?). Невольно по спине поползли мурашки, когда женские ноготки легонько прошлись по открытой коже. Рэйчел продолжала ему что-то пьяно бормотать, но он не слышал, словно уши забили ватой. Лишь опустился ниже, прикасаясь шершавыми губами к изгибу тонкой шеи, раскрашенной татуировками. Вакаса видел почти все, за исключением тех, что не были видны даже через откровенные наряды, которые обычно ничего толком не скрывали. На миг ему захотелось прибить человека, который делал ей татуировки в таких интимных местах. Голос девушки тут же стих. Язык медленно прошелся по сладковатой, пахнущей вишней коже, вызывая волну мурашек, после чего он нагло укусил ее, оставляя багряный след. Своей мести он не мог не порадоваться. Вакаса как быстро примкнул, также быстро и отстранился. Больше к шее он не притронулся, это было исключительно для того, чтобы сделать ей больно в ответ. Все происходило в таком тумане, что Имауши казалось, словно пьяна сейчас не только Рэйчел, но и он сам. Можно ли передать опьянение через поцелуй? В этот момент ему казалось, что да, иначе здравый смысл не мог объяснить, какого черта он творит. Перед ним пылали лишь красные глаза и мягкая улыбка, от которых почему-то приятно щемило в груди, рассыпало мурашки по всему телу. Да, не от прикосновений, не от изящных форм или тихих стонов, а от этой нежной чарующей улыбки, которую он почти и не видел. Где-то в груди гулко колотилось сердце, но он не подавал виду. Мужчина не запомнил момента, как с него стянули всю одежду. По телу распускались горячие волны. Имауши с силой сжал женские волосы в кулак, отстраняя от себя. Он вошел неожиданно, но осторожно, словно боясь причинить боль и это звучит смешно, учитывая, что они оба уже взрослые люди, а Хара так вообще личность развратная порой. От Рэйчел слышался сдавленный стон, она будто старалась сдерживать рвущееся наружу наслаждение. Вакаса сделал первый толчок, вновь примыкая к чужим губам. Он целовал ее так, как не целовался ни с кем прежде; властно, медленно, растягивая и смакуя момент. Нежности почти не ощущалось, но Хара чувствовала ее в поцелуе, в касаниях рук, которые сжимали в порыве страсти, но знали меру, так, чтобы не осталось синяков. И это было так странно, так чуждо. Их дуэт в целом смотрелся очень необычно, но, на удивление, достаточно гармонично. Несмотря на то, что они являлись полными противоположностями друг друга, вместе выглядели как единое целое, словно Инь и Ян. И этот поцелуй совместил в себе все, что только можно: пылающий, жаркий, страстный огонь Рэйчел и непоколебимое спокойствие, строгость и еле заметную лень со стороны Вакасы. Мужчина кусал нижнюю губу, оставляя на ней ранки и продолжая наращивать темп. В какой-то момент для него все остальное просто растворилось. Он слышал лишь собственный стук сердца где-то в глотке и приглушенные стоны Рэйчел. Девушка, словно в агонии, хваталась за простыни, сжимая их в кулаки, царапала его так, будто желала разорвать на части. Ее пылающие розовые щеки контрастно выделялись на бледном лице, завораживая. Крепкие руки ухватились за тонкую талию, когда Имауши вновь прибавил темп. Все тело девушки пылало; ей было настолько жарко, что от этой духоты она буквально задыхалась и лишь леденящие руки на ее теле помогали сделать вдох. В голове оставался только шум, а перед глазами его глаза. Рэйчел смотрела лишь на них, концентрируясь и улавливая и запоминая каждую крупицу эмоций, которых никогда больше не удивит. Ощущение удовлетворения расползалось по всему телу мелкими мурашками, которые сейчас были сравнимы с многочисленными уколами иголочек. Низ живота непроизвольно тянуло, казалось, словно внутри нее все связалось жарким узелком. Дыхание сбилось от постоянных поцелуев, кружащих голову. Ее горло саднило от желания простонать чужое имя, но она, то ли из-за неизвестно откуда появившегося смущения, то ли из-за осознания того, что они в доме не одни, не позволяла и слову сорваться с губ. За свою жизнь Хара много с кем спала, перепробовала разные виды секса, даже самые жесткие. Но не один из них не сравниться с тем, которых происходит с любимым мужчиной, обнажает чувства и душу, а не просто приносит удовлетворение. В этот момент удовольствие получает не только тело, но и душа. И пусть это будет единственный раз, по глупости и пьяни, но это то, чего она желала, то, что она никогда не забудет. Просто потому, что это было с ним. Тем же временем толчки становились резче, глубже и тем приятнее, разливая волны удовольствия по телу. Она ощутила, как чужая рука легла на заднюю сторону шеи, вновь притягивая за очередным поцелуем. Неожиданно, совершенно неожиданно, мужчина прервал поцелуй, но не отстранился; его губы едва касались мочки уха, потому она смогла расслышать низкий гортанный стон. Рэйчел впервые в жизни слышала такие нотки в голосе напарника, отчего на губах блеснула улыбка. Она ощутила свою маленькую победу и насладилась ей. В конце концов он несколько раз грубо вошел в нее, после чего они одновременно закончили. Дыхание все еще оставалось сбитым, когда Рэйчел лениво отстранилась от мужчины, запутываясь в простынях. Все тело утратило какие-либо силы, потому она достаточно быстро уснула, чему помогли усталость и количество алкоголя в крови. Вакаса какое-то время пялился в потолок, приводя дыхание в норму и переваривая произошедшее. Кажется, он никогда не поверит в то, что сделал. Он завидует Рэйчел, которая сладко спит с легкой улыбкой на губах и не о чем не думает. Его словно опустошили и высушили. Он поднялся с кровати, лениво натягивая на себя одежду. Нет, он не останется. Это будет выше его сил. Лишь подойдя к двери и собираясь покинуть злосчастную комнату, он обернулся и посмотрел на умиротворенную девушку, чье лицо в свете луны было самым прекрасным зрелищем в его жизни. В его голове почему-то зазвучал пьяный голос Рэйчел и дебильная песенка из мультика. И как бы глупо это не было, но вызывало в ледяном сердце тепло, а на лице улыбку. Еле заметную, скрытную, словно она могла ее увидеть и поймать его на чувствах. Это было таким милым, светлым воспоминанием, особенно на фоне разврата, который они по своей глупости устроили. И виновата в этом не пьяна Рэйчел, которая ничего не соображала, а он только он. Потому что должен был поступить умнее, как взрослый мужчина. Имауши все же не удержался и подошел к кровати. Накрыл спящую девушку одеялом и пригладил шелковые спутанные волосы, облепившие лицо. Ему вдруг вспомнились ее печальные слова. — Дурочка. — произносит Вакаса то, что никогда бы ей не сказал. Он говорит это лишь потому что уверен, что она его не слышит и никогда не узнает. — Как мне найти время на чувства, когда вокруг маленькой принцессы столько твориться. Она уже давно не просто обещание, она моя семья, я не могу ее бросить. — болезненно кривит лицо мужчина, вспоминая то самое обещание. — Но и ты… Даже не представляешь, что значишь для меня. И теперь я не представляю, как мы с этим справимся. Но я постараюсь справиться за нас двоих, потому что, не поверишь, не хочу, чтобы тебя беспокоило еще и это. Жаль, что ты не видишь себя моими глазами. Ты удивительная, Хара. Но ты совершила огромную ошибку, выбрав меня. Прошу, просто пошли меня. Так я хотя бы буду знать, что ты по-настоящему счастлива. Напоследок мужчина осторожно поцеловал ее в лоб, словно самое хрупкое и дорогое сокровище на свете, а затем так же осторожно и тихо покинул сначала комнату, а потом и квартиру. Эта ночь останется в его памяти навсегда. Этой ночью он снова не спал. Но не из-за работы, а из-за водоворота мыслей, из которых он не смог выбраться и воспоминаний тепла ее кожи, который при соприкосновении создал в его ледяной стене трещину. *** Хэдер с огромным трудом разлепляет глаза, проклиная все на свете. Пять минут она не может двинуться, пытаясь понять где она и вспомнить, как сюда попала. Потерей памяти от похмелья она не страдала, а жаль. Девушка вспомнила, какой позор вчера вытворяла и ей захотелось подавиться воздухом насмерть. Во рту было так сухо и противно, словно ночью прибежали кошки и сделали все свои дела прямо туда. По голове словно целые сутки кирпичом били. Она приложила огромные усилия к тому, чтобы подняться с кровати, которая была ей знакома. Комната Риндо, а значит она точно в доме Хайтани. Ее даже не удивляло, что она не своей одежде. Это совершенно не смущает, особенно на контрасте того, что она вчера вытворяла. Слава богу, на втором этаже была ванная рядом с комнатой и девушка еще минут двадцать принимала душ похолоднее, чтобы хоть немножко облегчить свое состояние. Стало полегче, но голова все никак не хотела давать ей покоя. Девушка спустилась уже по знакомому пути на кухню, где у плиты Риндо готовил что-то умопомрачительно пахнущее, а за столом сидела такая же помятая Рэйчел с чашкой. Кажется, наставница чувствует себя хуже, потому как чуть ли не падает головой на столешницу. Хайтани приковывал взгляд тем, что был в одних спортивных штанах, обнажая подтянутое рельефное тело и татуировки. Ивада на пару минут зависла, наблюдая за ним с лестницы. — Хэдер, не стой, а то замерзнешь. — усмехается Хайтани, замечая ее и улыбаясь. — Хэд, убей меня. Такого похмелья у меня давно не было. — стонет Хара, пока Ивада приближалась к ней и усаживалась рядом. — Я что, вчера падала с крыши? Почему так болит все тело, будто я неделю бежала без остановки… — вздыхает тяжело Рэйчел. — Слышь, дракон, дыши в другую сторону и трави мух. У нее от твоего перегара опять все наружу полезет. — грозно велит Риндо, но наставница лишь отмахивается. — А где остальные? — спрашивает Хэдер. — Вада еще спит, а Ран пошел в магазин за каким-то важным продуктом, без которого, видимо, не обойтись. Неужели там продаются мозги? — задает скорее сам себе вопрос Хайтани, продолжая что-то колдовать на плите. Стоило упомянуть, как из комнаты буквально выползает Вада. Волосы растрепанные, лицо помятое и припухшее. Чувствует она себя явно хуже, чем остальные. В таком виде она похожа на домовенка. Девушка потирая глаза плетется к ним, подходит к раковине и пьет воду прямо оттуда, не потрудившись даже стакан взять. Рэйчел с Риндо смеются, а Ивада сочувствует. Светловолосая тоже усаживается за стол и к ней тут же двигают горячий зеленый чай. Она благодарно мычит и укладывает голову на столешницу. — Напомните мне больше никогда не слушать Рэйчел. — бубнит Сано, тихо мыча от боли в голове. — Как что, так сразу Рэйчел. — фыркает Хара. — Ты вообще-то босс, могла бы и остановить нас. — Вада предпочитает промолчать. — Что, систр, стариной решила тряхнуть? Как только твоя поясница не сдохла. В твоем-то возрасте так выгибаться… — решает не упускать возможности поиздеваться Риндо. — Рин-Рин, я все еще в отличной форме и запросто могу сломать поясницу тебе. Заткнись пожалуйста, голова трещит. — шипит злобно Сано, на что парень тихо смеется, вручая Хэдер чашку с какао. Она благодарит его улыбкой. — От вчерашней попойки или от ночки с Раном? — по счастливому стечению обстоятельств на столе стояла пластиковая бутылка с водой, которую Вада с удовольствием запустила в парня. Тот снова лишь посмеялся. — Где Вакаса? Мне привиделось или он тоже вчера туда приперся? — вспоминает Рэйчел. — Он вроде ушел почти сразу, как привез тебя сюда. — пожимает плечами Хайтани. Хара заметно мрачнеет. — Ты бы хоть оделся для приличия. — напоминает ему Вада, кивая на обнаженный торс. Хэдер, кстати, тоже такого мнения. — А чего мне бояться? Тебя же только Ран возбуждает. — продолжает язвить Риндо. Жаль, что на этот раз подходящего снаряда рядом с Сано не оказалось. Зато послышался хлопок входной двери. — А вот и он, ставим ставки, в магазине продавали мозги? Хайтани старший с улыбкой и пакетом в руках присоединился к ним на кухне. От него так сияло позитивом, что Рэйчел поморщилась. Такой довольный, будто лотерею выиграл. Он выкладывает на стол покупки, которые состояли из бутылок газировки, таблеток от головы и пары сладостей. Как позже выяснилось, это любимые сладости Сано и он купил их, чтобы поднять девушке настроение. Набор хороший, особенно таблетки, на которые жадно смотрели девушки. — Что, цветочек, головка бо-бо, во рту кака? — смеется Хайтани, подходя к светловолосой, пока та остервенело глотает полпачки таблеток сразу. — Рот прикрой, а то зубы растеряешь. — вяло отвечает Вада. Ран хихикает, приобнимая девушку за плечи и нежно целуя в висок. Сано тает и мягко улыбается. Эта картина Хэдер умиляет и даже Риндо заставляет улыбнуться. Порой Иваде хочется назвать их «зайками». — Я сейчас начну блевать радугой. — кривится Рэйчел, разрушая романтическую атмосферу этих двоих. — Кто-нибудь видел мои туфли? В коридоре их нет. — А разве ты вчера не кидалась ими в какого-то мужчину? — пытается вспомнить Хэдер. — Да ну, бред. Я бы не стала кидаться дизайнерской обувью даже в пьяном угаре. Я за них ползарплаты отвалила. — удивленно и даже напугано отвечает Хара. Ран уже занял стул, на котором сидела Вада, а сама она удобно устроилась у него на коленях, откинув тяжелую голову на плечо и попивая горячий чай. Глядя на это, Ивада вдруг вспомнила, как Рэйчел вчера ей рассказала шокирующий факт. Ей было жутко неловко такое спрашивать, но любопытство взяло верх. Потому что мозг до сих пор не мог принять это за правду. — Господин Хайтани. Можно задать вопрос? — обращается к Рану Ивада. Сано хихикнула от такого официального обращения, а Ран удивленно вскинул брови. — Слушаю. — А это правда, что вы заставили Ваду сделать… Аборт?.. — тихонечко спрашивает Хэдер, желая провалиться сквозь землю и чтобы сверху еще каменной плитой придавило. Что-то булькает, а потом слышится хриплый кашель Вады, которая подавилась чаем. Ран хоть и выпал из мира на мгновенье от шока, но опомнился и похлопывал девушку по спине, не сводя ошалелых глаз с Ивады. Риндо выронил из рук лопатку и резко развернулся, тоже ошеломленный такой новостью и гневно посмотрел на брата. Взгляд был нечто средним между «Что ты, долбаеб, там сделал?!» И «Я чего-то не знаю?» Рэйчел вылупилась на них, закусывая губу. — Че? — только это и произносит Ран, пока Вада продолжает кашлять и сквозь него восклицает: — Прости?! — наконец справившись с першением в горле, Вада снова спросила. — Ты где такой бред откопала? — Какой идиот думает, что ее можно «заставить»? — продолжает недоумевать, но уже не в ту сторону Ран. — Но… — Ивада растерянно смотрит на Рэйчел, которая возвела глаза к потолку, делая вид, что там есть что-то интересное и сложила губки уточкой. Все сразу поняли, откуда поступила такая информация и осуждающе уставились на темноволосую. — Рэйчел… — угрожающе тянет Вада. — Совсем колпак съехал, шибанутая?! — Риндо тоже не оценил шутки, отправляя в раковину упавшую на пол лопатку. Ему бы очень хотелось треснуть этой лопаткой Рэйчел по голове за такую ересь. Он то уже восемь лет племянников ждет, его чуть инфаркт не хватил. Он уже чуть не наплевал на мир с братом и не кинулся на него с ножом. — Да я же просто пошутила. Я ж не думала, что Ивада решит такой вопрос уточнять. — обиженно смотрит на Хэдер наставница и девушка опускает глаза в пол, осознавая ужас ситуации. — Пиздец. — громко смеется Ран, но сразу замолкает, когда ловит осуждающие убийственные взгляды. Вада жалобно мычит, устраивая голову обратно ему на плечо. Такие ультразвуки пока для нее непереносимы. Мужчина извиняется очередным поцелуем в висок, но улыбаться не перестает. — Ой! — подскакивает Хэдер, чуть не упав со стула. — А который час? Нам же на работу нужно! — никто явно не спешил работать. — Можешь не переживать, выговор точно не получишь. — тихо хохотнул Ран, поглаживая Сано по спине, пока она пригрелась на его руках и жалобно мурчала. — У босса сегодня выходной. Или больничный. Да, родная? — Иди ты. — буркает Вада, пряча лицо в изгибе его шеи. — Не знаю, как вам, но мне точно нужно на работу. Хотя бы чтобы переодеться. — без энтузиазма произносит Хара. — Я тоже с тобой поеду. — подключается Ивада. — Никто никуда не поедет, пока не поест. — отрезает Риндо. — Особенно вы, три клуши, похмелье плюс голодный желудок. Я с вас падаю. — ворчит Хайтани, раскладывая приготовленный им завтра по тарелкам. Вада предпочла есть прямо на коленках у Рана, сам же он предпочел обойтись чашкой кофе. Когда с завтраком было покончено, девушкам стало значительно лучше. Ну, всем, кроме Вады. Ее, похоже, спасет только постельный режим и таблетки. Риндо вызвался подвезти Хэдер. — Отлично, и меня подкинете. — вклинивается Хара. Риндо кидает взгляд на брата, который словно что-то понимает и спешит на помощь. — Я тебя отвезу. У этих двоих есть задание по поводу недавнего инцидента. Риндо благодарит брата взглядом, Ивада ничего не понимает. Вада соглашается и нехотя слезает с его колен и следует в свою комнату, пообещав присоединиться к ним позже. Рэйчел находит свои туфли в комнате, в которой ночевала и они выходят из квартиры. Ран вместе с Рэйчел едут на работу, а Риндо решает выполнить договор и прокатить Хэдер на старом друге. Мико, оказывается, неизменно стоял на подземной парковке, покрытый толстым слоем пыли. Риндо пришлось повозиться, чтобы найти от него ключи. Ивада была рада, что они едут на байке. Потому что это во-первых, воспоминания, а во-вторых, в машине ее бы снова укачивало. Хэдер не знала, куда Хайтани ее везет, она просто сидела, прижавшись к нему и наслаждалась ветром, скоростью и теплом Риндо, удобно разместив щеку на его спине. Все проблемы казались такими незначительными, когда мимо тебя пролетала обычная городская жизнь. Девушка даже шлем одевать не стала, ибо этот страх она давно поборола и поняла, почему мотоциклисты говорят, что счастливые. Это непередаваемое чувство. Возможно в будущем, Ивада тоже приобретёт двухколесного друга. Время словно остановилось, поэтому девушка не знала, сколько они ехали. Риндо привез ее в парк Роппонги, в котором они чаще всего гуляли. В этом же парке было бессчётное количество их свиданий. Оба слезли с мотоцикла, похвалив его за то, что несмотря на время он все так же хорош. Хайтани молча взял ее за руку и повел в глубь парка, Хэдер только позже поняла зачем. А когда увидела, куда они пришли, едва сдерживала слезы и улыбалась. Токио 2006 год. — Я кое-что придумал. — оживляется Хайтани, когда они спокойно блуждали по аллеям парка. Парень подходит к одному из деревьев и достает из кармана раскладной нож. — Ты всегда с собой нож таскаешь? — изумилась Хэдер. Это настораживает. — Ну я же гопник. — подмигивает Риндо. Ивада закатывает глаза и улыбается. Ее этот статус давно уже не пугает и не волнует, а парень постоянно ей напоминает о упреках, которые она кидала в его сторону. — Что ты хочешь сделать? — Торжественно запечатлим свои отношения. — голосом тамады на свадьбе сообщает Риндо. — Это как? — не понимает Ивада. — Смотри… Парень поудобнее взяв ножик, принялся вырезать что-то на коре дерева. Спустя время он закончил и увиденному Ивада посмеялась. Это было очень мило. Хайтани вырезал сердце, внутри которого были их инициалы. Оставил, так сказать, память. Хэдер редко ловила моменты, когда парень был настолько романтичным, а потому поцеловала его в щеку и похвалила за работу. Что-то в этом было. *** Теперь же, спустя семь лет они стоят у того же дерева, где сохранился вырезанный Риндо рисунок. Уже не такой четкий, но различаемый. Девушка прикоснулась пальцами к рисунку, очерчивая его линии и грустно улыбнулась, окутанная теплыми воспоминаниями. Она уже и забыла о таком маленьком спонтанном событии, а Хайтани до сих пор помнит. Это тоже многое говорит о его чувствах. Однако момент испортило еще одно воспоминание. И оно уже не такое радужное. Ивада почувствовала, как сердце от страха упало к пяткам, а по спине пробежал холод. — Нет нужно. Ты заслуживаешь все знать! Рин, я такая мерзкая, такая грязная, ты не представляешь… — Хэдер, я все знаю. — Да? Ну и прекрасно. Ивада в пьяном состоянии настолько осмелела, что решила рассказать наконец Риндо обо всем, что с ней произошло. Но напугало даже не это. Ее напугали слова Хайтани в ответ на ее попытку. Девушка резко повернулась к нему, застыв взглядом на его глазах, которые переливались на солнце. В ее же глазах застыл ужас, ладошки вспотели, Хэдер не знала, как себя вести. — Ты знаешь… — только и смогла она выдавить. Риндо не удивился, не выразил недоумения. В его глазах мелькнуло понимание. Он сразу сообразил, о чем она говорит. Ивада чуть не упала, коленки затряслись, как и все тело. — Знаю. — хмуро отвечает Риндо. Темноволосая ощутила, как не хватает воздуха в легких. На яркий вопрос в ее глазах «Откуда?!» он ответил почти сразу. — Вада нашла твоего… Босса. — сквозь зубы рычит Хайтани. — И он дал папку с твоим делом. — Ты видел? — задыхаясь, жалобно спрашивает Ивада. Она знает об этой папке и знает, какое там содержание. Особенно фотографии. Парень молча кивает, не сводя с нее цепкого взгляда. Ивада отворачивается от него, пряча слезы и прерывисто дышит, судорожно соображая, как ей теперь быть. — И давно ты знаешь? — За день до взрыва узнал. — Так вот почему ты на меня так странно смотрел. — нервно усмехается Хэдер, обнимая себя за плечи, ибо она не знает, куда деть дрожащие руки. — И что теперь? Ты больше ко мне не подойдешь, да? — в панике девушка быстро тараторит и удивляется, как слезы до сих пор не покатились по щекам. — Хотя, нет, что это я. Это же очевидно. Я не хотела, чтобы ты знал об этом позоре. Думала, что смогу забыть все и жить заново. А теперь… Договорить девушке не дает тяжелое горячее дыхание на шее. Теплые руки легли на живот, невесомо поглаживая большими пальцами и прижимая к сильному телу. Хэдер давится воздухом и замолкает, беззвучно открывая рот. Ей хотелось сказать столько всего, чтобы хоть как-то спасти то ужасное положение, в которое попала. Прикосновения Риндо еще больше вывели ее из равновесия и запутали. Почему он обнимает ее? Почему ему не противно? Она зажмуривается, словно маленькая напуганная девочка. — Тебе было больно и страшно, а ты называешь это позором? — тихий хриплый шёпот щекочет ухо и вызывает странное ощущение в животе, где горячие пальцы успокаивающе рисуют узоры. — Думаешь, если бы мне было противно, я бы сейчас стоял здесь? — парень осторожно разворачивает девушку к себе лицом за плечи, но та все еще боится открыть глаза. — Посмотри на меня, Хэдер. — его волшебный родной голос действует словно колдовство и девушка опасливо приоткрывает глаза, тут же попадая в водоворот гиацинтовых омутов. — Смотри, я все еще здесь. И был рядом даже после прочтения гребанной папки. Пойми, что я больше никуда не денусь и весь тот ужас позади. Мне плевать на твое прошлое, потому что в этот момент ты рядом. Я тебя так ждал, каждый божий день надеялся, что еще немного и я смогу тебя обнять. Я уже не тот глупый подросток, а ты уже давно не наивная девочка. Но если сейчас мы снова вместе, значит так нужно? Ты можешь ничего мне не рассказывать, если тебе тяжело. Я приму тебя любой, потому что для меня главное, что ты живая и стоишь передо мной. Прости меня. Прости, что я не смог тебе помочь, не смог найти и вытащить. В этом виноват и я. Пусть даже я все знаю, но и представить не могу, какого тебе было. Прости меня, если сможешь. Но знай, что больше я тебя не отпущу. Ивада чувствует, как горячие капли стекают по щекам, одна за другой с бешеной скоростью. Всего две слезинки, но сколько же в них чувств, боли и отчаяния. Хэдер на этот раз первая тянется к Хайтани, в поисках спасительного тепла, цепляется за шею, крепко хватается за волосы, давая волю громким рыданиям, как ребенок плачет о маме. Риндо без слов просто обнимал и давал ей возможность выпустить весь тот груз, который она так долго держала в себе. Слушал ее плачь и чувствовал, как собственные слезы слабости падают на ее плечи. Они оба настрадались сполна. Хэдер, которая испытала самый страшный из своих кошмаров наяву, и Риндо, который целых семь лет отчаянно ее искал, думая, что любимой девушки больше нет в живых. Это их общая боль, общее мучение, которое в итоге их и сблизило еще больше. Это только их мир, разрушенный, но все еще живой. — Я так тебя ждала. Так надеялась, что ты придешь за мной… — отчаянно шепчет Хэдер, сквозь плачь. Риндо болезненно морщится, коря себя за беспомощность. Если бы он только знал, где она, ад закончился бы, не успев начаться. — Знаю. — отвечает Хайтани, крепче прижимая ее к себе так, что кости начали ныть. — Пойдем. — вдруг произносит парень и стирая слезы с бледных щек, нежно берет ее за руку и ведет к байку. Иваде все равно, куда они поедут. Главное, что он крепко держит ее за руку и пообещал никогда не отпускать. *** Приехали они в Бонтен. Без слов дошли до кабинета Риндо, который вытащил из ящика стола ту самую папку. Хэдер смотрела на нее с таким страхом, словно она могла укусить. В руках Хайтани появляется зажигалка, которую он вручает ничего не понимающей Иваде. — Давай отпустим прошлое и будем строить будущее. — предлагает с серьезным Риндо, держа папку в руке. Теперь Ивада поняла, что он хочет сделать и грустно смотрит на зажигалку в руках. Если бы прошлое можно было просто отпустить или сжечь, всем бы жилось проще. — Я буду рядом, Хэдер. Ты больше никогда не останешься одна. Просто верь мне так же, как я верю в тебя. Ты сильнее, чем думаешь. — мягко улыбается парень, вызывая щекотку в животе, который болел от нервов. И становится легче. Ивада чувствует себя невесомым перышком, беззаботно парящим в воздухе. Она хмурится, набираясь храбрости и кивает в знак согласия. Щелчок зажигалки слышится одновременно с громким ударом сердца. Подрагивающей рукой девушка подносит огонек к краю бумажной папке, в которой собран долгие годы ее мучений, страхов и разбитых надежд. Бумага загорается, маленький огонек поднимается выше и вспыхивает ярким пламенем. Риндо бросает папку в железное мусорное ведро возле стола и прижимает девушку к себе за плечи. Оба завороженно смотрят на огонь, который уносит с собой часть их переживаний и боли. Нет, прошлое никуда не делось. Не сгорело и не стерлось. Оно всегда будет частью их жизни, оно делает их сильнее. Но стало легче дышать, недосказанность больше не давит на сердце и оно наконец бьется жизнью. Сегодня они оба поняли, что многое потеряли. За семь лет, которые они упустили. Но приобрели самое главное. То, ради чего стоило жить и бороться. Друг друга. — Хэдер, кажется, я тебя люблю. — вдруг произносит Риндо. Он вчера слушал брата и осознал для себя важную вещь. Хэдер значит для него то же, что и Вада для Рана. Он чувствует тоже самое. Он готов принять ее любой и быть рядом даже под страхом смерти. Теперь он понял, что эти чувства и есть та самая любовь. — Я, тебя, кажется, больше. — отвечает Ивада и оба синхронно поворачиваются друг к другу, глядя в глаза. Ее зеленые и Риндо гиацинтовые так красиво гармонируют и смешиваются. Парень закатывает глаза. — Ты еще поспорь со мной. — усмехается парень. Девушка тихо смеется, прижимаясь к нему ближе. — Надо бы залить водой, а то все здание попадет под дождь. — кивает сначала на мусорку, где горит бумага и на систему пожарной безопасности над головой. Телефон Хайтани звонит и он нехотя отвечает. — Рин-Рин, у меня для тебя сюрприз. — чуть ли поет эти слова Вада. Похоже, ей стало полегче. — Я знаю, что вы в Бонтен. Бери Хэдер и идите в подвал. Сюрприз будет для вас обоих. — Риндо смотрит на темноволосую, на лице которой легкая улыбка, греющая ему душу. Девушка кивает внизу вверх, задавая немой вопрос. Хайтани тоже ей улыбается. — Сейчас будем. — отвечает он Сано и прячет телефон в карман. *** Риндо с Хэдер спускаются на самый последний этаж, попадая в уже знакомый коридор. Здесь Иваде не нравится бывать больше всего. Пока они соображают, куда им дальше идти из одной из камер выходит сияющий довольный Ран, подзывая к себе. Они проходят в одну из многих камеру для пыток и наказаний. Хэдер застывает в проходе, пораженная животным страхом и инстинктивно прячется за спину Риндо. Хайтани ничего не понимает. В центре помещения сидит привязанный к стулу мужчина. Над ним явно успели хорошо поиздеваться. Весь в крови, синяках и ранах. Хайтани понимает, чьих это рук дело, когда видит сбитые костяшки Рана. А еще неизвестный мужчина утыкан стрелами. Одна в ноге, другая в руке, третья в бедре, четвертая в плече. Риндо видит Сано, которая восседает на одной из тумбочек, где хранятся разного рода инструменты для пыток. Светловолосая весело улыбается и болтает ногами, как ребенок. В ее руке тот самый лук, который Риндо подарил ей на одно из дней рождений. — Что происходит? Кто это? — спрашивает Хайтани младший, находя дрожащую руку Хэдер и сжимая. Он не понимает, почему Ивада сжалась в комок за его спиной и смотрит на мужчину со страхом, словно ее вот-вот лишат жизни. — Это один из наших партнёров. Его агентство предоставляло нам танцовщиц для клубов. — информирует Хайтани, который довольно лыбится, как дьявол. — И за что его так? Просрочил дань? — усмехается Хайтани. — Помимо этой работы, он еще, оказывается, и людьми торгует. Девушками. — продолжает Вада, переводя взгляд на Хэдер. — Правда, Хэдер? — Что? — Хайтани напрягается, начиная догадываться, что происходит. Он оборачивается на темноволосую, которая жалобно на него смотрит, заставляя сердце болезненно застучать. Она легонько кивает и снова смотрит на мужчину. — Это он. Риндо, это он… — боязливо шепчет девушка, боясь, как бы «он» ее не услышал. — Это тот самый мужик, от которого она сбежала? — сжимает кулаки Риндо, обращаясь к Ваде. Светловолосая кивает. Хайтани чувствует, как кровь бурлит в венах, как красная пелена ненависти и ярости застилает глаза. — Тренировки не прошли зря, отлично стреляешь сестренка. — безумно усмехается Хайтани. Вада радостно улыбается, словно ее, маленькую девочку похвалил взрослый и сияет, повыше гордо вздергивает подбородок. — Он в вашем распоряжении. Делайте с ним, что захотите. За торговлю людьми на моей территории он уже подписал смертный приговор. Решать тебе, Хэдер. — сочувствующе смотрит на нее Сано. — Я… — Ивада теряется, окутанная страхом. Больше всего на свете она боялась этого мужчину. Он являлся ей в кошмары и утаскивал за ноги обратно в ад. А теперь он сидит перед ней, измученный и считает минуты до конца своей жизни. Смотрит на нее злобно, с лютой ненавистью, готовый сам убить ее тысячу раз. — Я не знаю… — Тогда ты решай, братец. — обращается Ран к Хайтани младшему. А у того ответ очевиден. — Пусть сдохнет. — словно гром гремит голос Риндо, злобный и властный. Хэдер еще больше чувствует беспокойство. — Хочешь сама? — двигает к ней пистолет, лежащий рядом на тумбочке Вада. Темноволосая круглыми глазами смотрит на оружие, боясь сделать вздох. — За все мучения, которые ты испытала по его милости. Это будет честно. — поддерживает идею Сано Ран. Ивада часто замотала головой. Нет. Убивать она точно не станет. Иначе окончательно утонет. Это за гранью ее морали, сама она никогда не сможет убить человека. Даже такого страшного и жестокого, как он. — Соплячка. Нужно было тебя убить еще тогда вместе с твоей ублюдской семейкой. — сплевывает кровь ее персональный мучитель, убивая ее взглядом. Хэдер жмурится, стараясь снова не разрыдаться. — Вада. — просит Риндо, желая побыстрее избавить свою девочку от этого ужаса. А светловолосой повторять и не нужно. Она кивнула, натянута тетиву и выпустила последнюю стрелу точно в сердце. Ивада вздрогнула от громкого звука стрелы, вонзающейся в плоть. Больше мужчина ничего не говорил. — Вот так Бонтен разрывает контракт. — усмехается Ран. — Ну вот и все. — произносит Вада, спрыгивая с тумбочки и отдает Рану свой лук. Она подходит к перепуганной и до сих пор не верящей в происходящее Хэдер и кладет руку на дрожащее плечо, вынуждая открыть безумные глаза. В них застыли слезы страха и облегчения. — Все закончилось, Хэдер. Теперь ты в безопасности и никогда не останешься одна. Мы будем рядом и всегда защитим от любых опасностей. Даю тебе слово Сано. — тепло улыбается Вада, возобновляя поток слез по щекам. Ивада прикрывает рот ладошкой, толи нервно, толи радостно засмеявшись сквозь слезы. Она словно сошла с ума, но смерть человека впервые принесла ей радость и облегчение. Сано с пониманием улыбается шире грустной улыбкой, обнимая темноволосую. Так аккуратно, так нежно и тепло, словно родная мама. Хэдер снова громко плачет и смеется, не понимая, что все действительно закончилось и можно больше не бояться. Успокаивающие объятия Вады, улыбка Риндо, который с такой нежностью смотрел на двух самых дорогих для него женщин дарили поддержку и опору. Ей больше не страшно. — Чтож. Добро пожаловать в семью. — усмехается Ран, одобрительно улыбаясь. Вот это для Хэдер тоже было сюрпризом. — Ты меня тоже извини. Я по жизни тот еще ублюдок, так что советую привыкнуть, раз уж мы теперь одна семья. — смеется Ран, получая строгий подзатыльник Вады. — Спасибо… Если бы не вы, я… — Даже слушать не хочу. — отмахивается Вада. — Главное, что теперь все хорошо. А остальные мелкие проблемы нам нипочём. Мы ведь семейка Хайтани. — улыбается Вада, подмигивая Риндо. Младший Хайтани усмехается, опуская глаза в пол и сдерживая порыв обнять светловолосую. Все-таки она непревзойдённый гений. Без ее помощи, ничего бы не было. — Ага, шизанутая какая-то семейка. — ржет Хайтани. — Пошли отсюда. Праздновать победу возле трупа я не горю желанием. — приобнимает Ваду за плечи Ран и следует к выходу. А за ним и Хэдер, которую Риндо все так же крепко держал за руку. Кошмар закончился. Главное, чтобы новый не начался. А все невзгоды они преодолеют вместе.