Прошлое имеет свойство возвращаться
18 марта 2025 г., 22:07
— Ты точно в порядке? — уже, наверное, в сотый раз спрашивает Хайтани.
Риндо вывел Иваду на крышу здания, чтобы подышать. Успокаивал не столько свежий воздух, сколько красивый вид с самого высокого этажа и тепло любимого человека, стоящего рядом. Хэдер понемногу пришла в себя. Осознать, что семь лет мучений, боли, страхов и кошмаров закончились за один миг. Теперь не нужно бояться, прятаться и убегать. Можно жить свободно. Не так то и просто в это поверить. Мыслей было много, все они крутились и мешали принять правду. Была даже такая, что все последние три недели были лишь сном. А потом она проснется и вновь окажется заперта в пределах красной комнаты под каким-нибудь мужчиной за сорок и жизнь снова не будет иметь смысла.
— Да. — старается улыбнуться Ивада. Она совсем расклеилась. Пора смелеть. — Ты знаешь, где я была. А как я туда попала?
— Я узнаю только если ты будешь готова поделиться. Мне не важно прошлое, главное, что сейчас ты рядом. — отвечает беззаботно Риндо, пожимая плечами.
— Мой брат. — решает окончательно прояснить и оставить эту историю в прошлом. Она не хочет, чтобы между ними были недосказанности. Семи лет молчания с головой хватает. — Он проиграл крупную сумму денег в его казино. Для нашей семьи прямо-таки баснословную. А потом просто пропал. Они пришли к нам домой. Слова о том, что мы без понятия где он их не убедили. Родителей убили почти сразу, потому что они возомнили себя героями и угрожали полицией. А меня забрали, сказав, что я отработаю долг за брата, работая в их… Организации. Я до сих пор не знаю, где брат и не уверена, что хочу знать. Мне до сих пор интересно, куда они дели тела родителей. Неужели просто выбросили?..
— Я ничего там не обнаружил. Да и если бы тела нашли, я бы точно сдался. — хмуро отвечает Риндо, сжимая кулаки. Хэдер грустно улыбается.
— До сих пор не знаю, что чувствую. Еще задолго до того дня я уже ощущала, что родители мне не близки. А когда они умерли у меня на глазах я почувствовала только страх за свою жизнь. Наверное это неправильно, не знаю. Сложно понять, что чувствуешь, когда теряешь человека, которого мало знал. — проговаривает Хэдер, глядя на горизонт и садящееся солнце. Теперь действительно полегче. Долго держать в себе та еще пытка, теперь хотя бы она не одна знает обо всем.
— У меня так было с матерью. — отвечает Риндо. — Ран был старше и он ее помнит. Я помню только сигаретный дым, ванную с кровью и пирог, который она готовила. Я тоже не знал, что чувствую. Может потому что был слишком мелким и толком не успел ее узнать. Рану было сложнее.
— Ты ведь помирился с братом, да? — поворачивает на него голову Ивада, чья нежность в зеленых глазах заставляет его немного смутится.
— Можно сказать и так. — усмехается Риндо. — Статус: все сложно. — оба тихо смеются. — Но уже легче. Есть ты, которая мне жизнь спасает. — Ивада краснеет и сдержанно улыбается. — И есть Вада, которая в случае чего даже с духами сговорится. Считай крестная мать. Мне кажется, я до сих пор не дал брату по морде только потому, что она как ангел хранитель сидела на плече и пыталась переубедить.
— Ей нелегко. Столько всего от нее ждут. — чуть хмурит брови темноволосая. — И эта история с покушениями. До сих пор ничего непонятно.
— Ну она не одна. У нее есть Ран. Щит и меч в виде Рэйчел и Вакасы. А еще мы с тобой. Она столько для всех сделала. Одну ее никто не оставит. Так ведь? — улыбается Риндо. Ветер на вершине обдувает его лицо, колышет яркие волосы. Лучи солнца искрят в глазах. Сейчас он выглядит принцем из волшебной сказки. Словно прекрасная иллюстрация из книги.
— Конечно. — не раздумывая соглашается Хэдер. — Кстати! — оживляется Ивада. — Из-за этих… Приключений я совсем забыла спросить!
— М? — вопросительно мычит Риндо, глядя на нее с глупой улыбочкой. Может алкоголь передается все-таки по перегару? Да она вроде зубы чистила…
— Что ты в итоге сделал с Йоко? Рэйчел сказала, что решение выносишь ты. — щурится темноволосая. Будет обидно, если их счастливую идиллию прервет одна блондинистая вредительница. Риндо улыбается еще шире.
— Все-таки ревновать ты умеешь. Ивада, ты просто золотце. — Хэдер округляет глаза толи от смущения, толи от возмущения. Она сама не заметила, как топнула ногой и вызвала заливистый смех парня. — Не переживай. Йоко нас больше не потревожит.
— Нас? — выгибает бровь девушка.
— Да? А мы разве теперь не пара? Не одно целое? У меня лично на тебя большие планы. — продолжает нагло улыбаться сурикат, подпирая щеку кулаком и глядя на нее с весельем.
— Звучит как угроза. — настораживается темноволосая, делая шаг назад. В глазах парня пролетает искра азарта и искушения. — Так что ты сделал с бедняжкой Йоко? Пустил на варежки?
— Намек на то, что она овца? — усмехается громко Хайтани, пока Ивада делает еще один шаг назад, сдерживая свое злорадство. — Я в шоке, Хэдер. Помнишь, что я когда-то говорил тебе про напильник? Вижу, подарок все еще актуален.
— Ты ушел от ответа. — напоминает темноволосая, все больше отдаляясь. Риндо хищно улыбается начиная по одному шагу приближаться к ней.
— Открутил голову. — пожимает плечами Хайтани. Ивада недоверчиво щурит глаза, улыбаясь. — Ах, подожди. Или сломал шею. А может вырвал ей сердце. Хотя у нее нет сердца. Ну тогда я ее задушил и продал на органы. Да точно.
— Со мной ты сделаешь тоже самое, когда я тебе надоем? — опасливо спрашивает Ивада, отходя уже на два шага назад. Хайтани тоже повторяет за ней, делая два шага вперед.
— Ты меня боишься, снежинка? — лукаво тянет змей-искуситель. С таким выражением лица он один в один похож на своего брата. Или это Ран мастер класс ему устраивал по такой ужасающей довольной роже? — По-моему эту стадию мы уже проходили.
— Ну мало ли. Вдруг придет другая Хэдер и ты решишь меня отправить на органы? — продолжает игру Ивада.
Внезапно Риндо срывается с места и летит к ней. Девушка взвизгивает от неожиданности и бросается наутек. Хэдер хохотала, пока парень велел ей остановиться. Ветер развивал длинные волосы, солнце заставляло черные локоны блестеть, а на душе впервые было так легко. Ей хотелось бегать, кричать о своей радости на весь мир, танцевать и резвиться как ребенок. Уходящее за горизонт солнце окрасило небо невообразимо красивыми тонами, придавая сказочности и атмосферы их первому счастливому моменту вместе с тех пор, как они по велению судьбы вновь встретились спустя столько лет. Разбитые, со шрамами и душевными проблемами, но счастливые. Впервые счастливые. Этот момент уносит их в юность. Странно, им ведь не по шестьдесят лет, чтобы ностальгировать о юности, которая была не так давно. Но в тот момент это казалось чем-то нереальным, другой жизнью. Она бежала навстречу уходящему солнцу, пытаясь поймать последние золотые лучи, а он бежал за ней, боясь снова упустить. А сколько таких лучей еще будет в их жизни, никто не знает. Может они завтра умрут, это не им решать. Но в тот момент было главное лишь то, что этот миг они разделяли вдвоем.
Хайтани явно бегает быстрее. Он догнал и поймал Хэдер, когда та потеряла скорость, тратя силы на смех, а внимание на живописную картину. Заключил в свои объятия, спасая от вечерней прохлады, от всех переживаний. Его улыбка дарила теплоту сердцу, его глаза казались несуществующим восьмым чудом света, поражая своим цветом. Ивада никогда раньше таких не видела. Это ее персональный цвет счастья, только для нее, только на нее они смотрят так искренне и по-детски нежно. Горячее сбивчивое дыхание опаляет кожу ее лица, пока глаза следят за ее взглядом. Риндо внезапно быстро целует ее в нос, вызывая щекотку и смущение.
— Такой Хэдер на свете нет. Не родилась еще. — победно заключает Риндо, вызывая радостную теплую улыбку на лице темноволосой. — А ты от меня больше не сбежишь. Даже если решишь сигануть с крыши я и туда за тобой прыгну.
— Какие жертвы. Вот и думай теперь, романтик ты или суицидник. — хохотнула Ивада, поправляя ему челку, упавшую на лицо во время бега. — И вообще, господин Хайтани, вам не солидно бегать в таком дорогом костюме.
— Парадируешь Йоко? — смешно играет бровями Хайтани.
— Момент испорчен.
***
Риндо решил проводить Иваду до ее рабочего кабинета. По его словам теперь он точно не намерен скрываться и дела ему нет до сплетней. А вот Хэдер была не согласна. Все начнут говорить, что свою работу и должность она получила не совсем честно, если вообще не распутно. Но Хайтани-суриката, оказывается, как и семь лет назад не переубедишь. Понятно теперь, как они с Йоко нашли друг друга. Овца и баран — идиллия. И в кабинет они зашли вместе, так еще и под ручку. Чувствовать на себе шокированные любопытные взгляды было ужасно некомфортно. Но руку фиг выдернешь, Риндо держит крепко, да еще и с такой довольной мордой, что хочется проехаться ею по клавиатуре. В кабинете ждал сюрприз. На ее столе разместились Рэйчел и Хаджиме. Они играли в карты! Куда только Хитто смотрит?
— О, Хэд, вернулась. — оборачивается к ней Хара, лучезарно улыбаясь.
Коконой тоже обращает на них внимание и Рэйчел, пользуясь моментом, тянет ноготки к колоде с битой. Однако Хаджиме не проймешь, он даже не глядя в ту сторону хлопает девушку по руке и только потом осуждающе на нее смотрит. Да таким надменным взглядом, так и кричащем что-то в духе «На что ты надеялась, неудачница?» Девушка фыркает и переключает внимание на Риндо. А потом и на их руки, сцепленные вместе. Потом смотрит на остальных, которые тоже застыли в удивлении, словно сомневается, что она не одна это видит.
— А это что такое? Служебный роман? Малыш Хайтани выгнал таки свою Миуру??? — не верит глазами Рэйчел. Риндо лишь закатывает глаза. — Хэд, так ты теперь у нас в почете будешь?
— Отцепись от нее, шибанутая. Тебе же не запрещают с кем попало развлекаться. Я думал ты не ешь себе подобных. — лениво отзывается Хаджиме. Хара вдруг хитро улыбается, переводя взгляд на него и ну с очень уж довольным выражением лица протягивает руку, изящно шевеля пальцами. Коконой смотрит на ее ладонь и раздраженно цокает. Затем лезет в карман, достает бумажник и отсчитав несколько купюр, вручает наставнице. Хэдер ничего не понимает, а Рэйчел довольная как слон.
— Не зря говорят, что не повезет в картах — повезет в любви. Не с собственной, конечно, но так тоже сойдет. — с улыбкой победителя Хара прячет купюры в карман коротких шорт.
— Что-то я ничего не понимаю. — теряется Ивада.
— Что непонятного. Раскололи нас с тобой еще давно. Верно? — усмехается Риндо, глядя на Рэйчел. Та широко улыбается.
— В смысле?
— Мы поспорили на вас. И я оказалась права. — хихикает Рэйчел, а Коконой сделал еще более недовольное лицо, чем обычно.
— Поспорили? На нас? — совершенно ничего не понимает Хэдер.
— Ну боже, Хэд. Поспорили, будете вы вместе или нет. Или ты думала, что ваши взгляды вас не выдавали? Да и Риндо бы в жизни за тебя не заступался, будь ты ему безразлична. — гордится своей сообразительности Хара. Ивада краснеет и желает самоуничтожиться.
— Ладно Рэйчел, но ты то, Коко. Не думал, что ты подобной хренью занимаешься. — выгибает бровь Хайтани.
— А чем еще мне разнообразить скучную бухгалтерскую деятельность? — морщась, фыркает Хаджиме, явно недовольный, что пришлось отдавать деньги. Они еще и на деньги спорили. Детский сад какой-то.
— А где шавка Йоко? Неужто теперь действительно будет чем дышать? — любопытно выгибает бровь Хара. Ей трудно поверить, что главный враг, который на протяжении многих лет ее веселил теперь вот так просто пропал.
— Сменила место работы. — отрешенно отвечает Риндо, вызывая еще больше немого недоумения.
— Ай, надо было мне ее отдать! — досадно размахивает руками наставница. — Я бы…
***
Вакаса, не спавший всю ночь, уставший и раздраженный продолжал работать. Это единственное, чем он может заняться и что хоть как-то отвлекает. Он входит в кабинет главы без стука, словно к себе домой. Ваду он застает одну, стоящую к нему спиной напротив панорамного окна. Мужчина не мог увидеть, какие эмоции сейчас играли на ее лице, но отчего-то был уверен, что грусть и задумчивость более вероятны. Точно. Его проблемы сейчас не имеют никакого смысла. Не сейчас, когда они еще не разобрались с неизвестной угрозой. Вада оттого и напилась вчера, она просто перегрузилась. Девушка слишком много думает, переживает. Имауши ловит миг тоски, думая, что это еще одна черта, которой она схожа с Шиничиро. Друг преследует его во снах, все нашептывает «защищай, не смей оставлять одну, ты обещал». Вакаса часто слышал, что Вада похожа на Майки. Вернее наоборот. Все говорили, что они как близнецы. Светловолосые, темноглазые и улыбчивые, светлые словно ангелы. Но Имауши никогда так не считал. Если изменить цвет волос, связи с Майки у нее не останется ни капли. Она копия старшего брата, не только внешне. Порой мужчине кажется, что после смерти друг завладел душой светловолосой, так сильно они казались ему похожими.
— Сегодня ты позднее обычного. — произносит Вада тихо, складывая руки на груди. Ее взгляд все так же устремлен в окно, задумчивый и печальный. О чем она думает, разглядывая жизнь бурлящего города внизу?
— Ты вроде жаловалась, чтобы я не ходил за тобой хвостом. — холодно отвечает Вакаса, не выражая эмоций. Ему вчерашних эмоций хватило. Вада тихо усмехается.
— Рюсей поведал информацию, которая меня настораживает. — произносит Сано, складывая руки на груди, словно обнимает себя в попытке согреться и закрыться от всего мира. — Вака, я могу тебя кое о чем попросить?
— Глупый вопрос. Что нужно? — с готовностью отвечает Имауши, внутренне напрягаясь. Что там еще наплел ей розовый змей?
— Установи слежку за братом. — ошарашивает его просьбой светловолосая. — Я хочу знать, что он делает, с кем видится, куда выходит. Особенно в ночное время.
— Ты уверена, что это необходимо? Тебе ведь эта идея не нравится, я же вижу. — хмурится Имауши. Пальцы Сано дрогнули и крепче сжались на плечах. Он прав, так с чего эта слежка? Неужели они с Манджиро дошли до окончательной точки невозврата?
— Просто сделай, как я прошу. Если ночью он куда-то выйдет я хочу сразу об этом знать. — голос девушки дрогнул от напряжения. Имауши решил оставить свои мысли и вопросы при себе, обещая выполнить приказ. — Ты отпустил этого инвалида?
— Да. Вывез, пока был без сознания и оставил на дороге. За ним будут вести наблюдение.
— Хорошо. Посмотрим, куда он пойдет. — кивает Сано, наконец поворачиваясь к мужчине лицом. Ее взгляд Вакасе не понравился сразу. Было ощущение, будто она видит его душу, читает мысли и знает все грязные секреты. — Ты уже говорил с Рэйчел?
— А что должен был? — напрягается Имауши. Неужели златовласая что-то знает о прошлой ночи? Смотрит так, словно действительно знает, давит, будто на допросе правду выпытывает.
— Не знаю. Ты вчера так быстро ушел. Мог остаться на ночь. — как ни в чем не бывало отвечает Сано. — Ладно, вы взрослые люди, сами разберетесь. — она точно что-то знает. Неужели Рэйчел рассказала? Вакаса терялся в догадках, ощущая себя слабонервным школьником. — Что насчет начальника охраны? Нашли Мицуе заместителя?
— Я лично занимаюсь этим вопросом. Сейчас доверять кому-то опасно. Найдем в ближайшее время.
— Эта должность очень важна. На ней нам нужен человек, в котором мы будем уверены. Без начальника охраны вся оборонная сила дезориентирована, Мицуя один не справляется. — вздыхает устало Вада. У нее все еще болит голова после похмелья. — На этот случай я приняла решение обратиться за помощью. Нужно быть готовыми ко всему.
— Что еще за помощь?
***
— Ну-ка стоять! — ловит Иваду за руку наставница и тянет за собой к лифтам. Она только выпроводила Риндо из своего отдела и собиралась вернуться к работе, но Рэйчел поймала ее и не позволила войти.
— Рэй, что такое? — удивилась Хэдер. Хара молчала до тех пор, пока они не вошли в лифт и двери за ними не закрылись. А затем наставница резко повернулась и приблизилась к ней вплотную, словно хищница, тыкая длинным ногтей в грудь.
— Я хочу знать все. — щурится опасно Рэйчел, пугая своим взглядом.
— О чем? Я что-то сделала? — начинает волноваться Ивада.
— Как это о чем?! А Риндо? Когда ты успела с ним в отношения вступить?! Я конечно подозревала, что у него есть к тебе интерес, но ты то чего так быстро повелась?! — завелась девушка, размахивая руками от негодования. — А ну рассказывай мне все!
— Ладно ладно… — выдыхает темноволосая и расслабляется. Умеет же Хара ужаса наводить. — Давай только не здесь. — Хэдер жмет на кнопку этажа, где находится ее квартира, чтобы поговорить вне поля камер и лишних ушей. Рэйчел нетерпеливо топает ногой и прожигает ее любопытным взглядом.
На подходе к двери их встретили трое мужчин в форме и Каору. За ними стояли две больших коробки. Хэдер сразу поняла что это такое. Она надеется, что Хитто простит свою бездельницу помощницу за еще один прогул рабочего дня. Но то, что она собирается делать с этими вещами ей кажется куда важнее работы в отделе. Если Ивада смогла справится с событиями на приеме и раскрыть убийство, может ей удастся разобраться и в еще одном вопросе.
— Добрый день, Госпожа Хара, Ивада. — приветственно поклоняется Каору.
Забавно, но с тех пор, как Хэдер повысили до заместителя Какуче, девушка спрятала свои клыки и начала проявлять к ней уважение. А может дело в самой Хэдер, которая с первого дня их встречи на ресепшене стала более уверенной не только внешне, но и внутренне. Ивада ощущает эту силу в себе, она перестает быть безвольной мямлей и зашуганной потерянной жертвой. И ей это нравится.
— Что это за хлам? — спрашивает Рэйчел, разглядывая коробки.
— Это я заказала. — спешит ответить Хэдер и открывает дверь, позволяя курьерам затащить заказ в квартиру. Вещи тяжелые, поэтому вытащить их из коробок и собрать тоже пришлось мужчинам за отдельную доплату. Непонимание на лице Хары отразилось еще сильнее.
— Зачем тебе это в квартире? — задает логичный вопрос Рэйчел, глядя, как рядом с кроватью, где было свободное пространство, ставят маркерную доску, а на стол новый принтер.
— Я тебе все расскажу, но для начала хочу кое о чем попросить. — застенчиво улыбается Хэдер. Уверенность хоть и прибавилась, а вот стыд никуда не делся. Ей ужасно неловко каждый раз о чем-то просить, для нее итак многое делают.
— Мне даже интересно стало. — воодушевляется наставница. — Валяй.
— Вещи Нэо ведь изъяли? Могу я на них взглянуть? — Хара щурится, на миг задумываясь, ее взгляд был прикован исключительно к глазам Хэдер. Затем девушка щелкает пальцами, обращаясь к Каору, стоящей за ее спиной, и даже не оборачиваясь кидает:
— Принести.
— Слушаюсь… — только девушка хочет уйти исполнять просьбу, как Ивада ее останавливает.
— Каору, будь добра, пожалуйста, раздобудь также нитки. — девушка кивает и удаляется вместе с мужчинами, которые закончили свою работу. Ивада же берет в руки свой ноутбук для личного пользования и переключает внимание на него.
— Так. Ты же понимаешь, что у меня к тебе теперь еще больше вопросов? — складывает руки на груди Рэйчел, переводя взгляд с доски на девушку.
— Своей лучшей подруге я расскажу все. — улыбается Ивада, глядя в экран. Хара на миг застывает, словно услышала что-то необычное, а затем хмыкает, усаживаясь на кровать рядом с Хэдер.
— Начни с Риндо. — пальцы, секунду назад щелкающие по клавишам остановились и Хэдер наконец подняла на девушку взгляд.
— Я тебе в тот раз не все рассказала. — начинает Ивада. — С Риндо мы знакомы задолго до того, как я попала в Бонтен. Как и с Вадой. Ты рассказывала про девушку, из-за которой у Риндо случилась беда с… Эта девушка я. — Хара лишь присвистывает. Сильно удивленной она не выглядит, скорее любопытной. — Мы встречались в старшей школе. А потом случились все эти события, он думал, что я от него сбежала. А теперь вот…
— Вот это да. История для настоящего фанфика. «Встреча через года». У вас прям как в сказке. — хохотнула Хара.
— Так себе сказка. — грустно усмехается Ивада.
— Ну хорошо. Пара воссоединилась, любовь, сладкая вата. А эта дребедень тебе зачем? — кивает на доску Рэйчел.
— Хочу провести свое небольшое расследование. — серьезно заявляет Хэдер. — Все последние события не только Ваду беспокоят. Я хочу хоть чем-то помочь. Сегодня Вада избавила меня от кошмара, который мучал меня семь лет. Да и не в первый раз уже она меня спасает. И если кто-то решил ее убрать, то я тоже не хочу сидеть в стороне.
— Вау. Будем клеить на доску фотки, соединять нитками как в детективном сериале? — глаза наставницы загорелись детским озорством и интересом, похоже идея ее воодушевила.
— Что-то вроде того.
— Я в деле! Это лучше, чем расследовать то же самое дело, только бегая по поручениям Вакасы. — закатывает глаза Хара. — Обращайся ко мне, если нужна помощь. Мы теперь с тобой как Тернер и Хуч!
— Ты напоминаешь мне Хуча. — рассмеялась Ивада, за что получила подушкой от Рэйчел.
Для начала Ивада с ноутбука зашла в систему Бонтен и получила доступ к базе данных. Оттуда же она распечатала фотографии на новом принтере и принялась вешать на доску вместе с Рэйчел. Основное звено это Вада, к ней и сходится все. Дальше Риндо и Ран, затем Манджиро, Вакаса, Рэйчел, на которую напали. Затем лица, которых удалось поймать на данный момент. Это Нэо, человек, которого схватили в хранилище, уборщица шпионка. Так же из подозреваемых не исключили и конкурентов из Западного клана. В ход шли маркеры, которыми девушка подписывала даты и ключевые фразы. Происшествие на приеме, убийство главы охраны, нападение на Рэйчел, взорванная машина. Все это совершенно точно связано и все это Хэдер объединила на доске.
Каору принесла вещи, которых не хватало. Сначала девушки воспользовались нитками, связывая все события и людей. Хэдер не хотела раньше времени рассказывать о своем личном расследовании, поэтому рабочим оборудованием решила не пользоваться. В ход пошли подручные средства. Среди вещей Нэо была та самая зажигалка, ее то Ивада и использовала. Хара помогла растолочь в блюдце карандашный графит. Затем воспользовавшись кистью для макияжа, одолженной Рэйчел, они нанесли пыль на зажигалку, благодаря чему получили его отпечаток. Далее сделали фото и пробили по полицейской базе данных. Оказалось, что Нэо совсем не Нэо, а Керо Хига. Двадцать девять лет, отсидел в колонии за убийство в возрасте двадцати лет, вышел 6 лет назад. Эти сведения с фотографией тоже отправились на доску. Неужели полиция не проверила человека, которого принимала на работу даже по собственной базе?
— Знаешь, вот какая странная штука. — смотрит на доску Хара. — Из хранилища слили доки на Тосву и всех ее участников.
— Тосва это ведь группировка Вады? — поднимает взгляд с экрана Ивада. — Но она ведь распалась в 2007 году после смерти Кена Рюгуджи.
— Вот именно. Если это нынешние конкуренты, то зачем им сведения о банде подростков столетней давности? Почему не слили более ценные данные?
— Думаешь, отсюда стоит копать? — хмурится Ивада.
— Я думаю, что ты была права. Это кто-то из прошлого Вады. И убийство этого Кена, кстати, насколько я знаю, так и не раскрыли.
— Считаешь, что это могут быть те же люди, что убили Кена в 2007?
— Все может быть. Нападения еще можно списать на конкурентов, но Токийская Свастика сюда не вписывается. — задумывается Хара.
Хэдер пишет сообщение Риндо с просьбой прислать фото Дракена, если таковая есть. Хайтани присылает фотографию и дату смерти, приправляя сверху кучей вопросов. Ответить Хэдер обещает позже. Фото крепится к доске с подписью даты смерти и очередной ниточкой, ведущей к Сано. Ивада устало вздыхает, глядя на всю информацию, что им удалось собрать. Когда все визуально и в одном месте значительно удобнее, нежели в голове, ибо так маловероятен риск упустить какую-то деталь.
— С кем Вада враждовала в прошлом? Есть люди, которые желали ей зла?
— Как и было упомянуто, все подобные личности давно гниют в могилах. — хмыкает Рэйчел. — Я сама мало что знаю о тех временах. Я тогда еще не была с ней знакома, а остальные ничего толком и не рассказывали. Тебе лучше спросить у Риндо. Я уверена, что он знает больше.
— А что если начать поиск с этого Керо Хига? — вздрогнула внезапно Ивада. — Может он сидел в одной колонии с предполагаемым врагом? Или среди сокамерников будут его сообщники? — Хэдер снова пробралась в базу данных полиции. Среди людей сидевших с Керо в одной колонии и камере в то же время оказалось шесть человек, у двоих из которых не было фото. Идея бредовая. Все они вышли из колонии раньше Хига, а чем они в настоящее время занимаются неизвестно. Он, кстати, освободился незадолго до смерти Дракена. Это тоже заставляет задуматься. Хэдер лишь пробежалась глазами по именам и отбросила эту догадку.
— Моя голова сейчас взорвется. — хнычет Хара, падая на кровать.
— Я все-таки думаю, что дело в Токийской Свастике…
— Вада уж точно знает больше нашего, если бы это было так, она бы уже догадалась. В любом случае, все может решиться гораздо проще. Я слышала, что этого Нэо выкинули на улицу и приставили слежку. Он побежит к своему боссу и его поймают.
— Думаешь, это будет настолько просто? — сомневается Ивада, хмурясь. Ей в это верится с трудом. Они такие схемы проворачивают, уж явно не попадутся так легко.
— Кто знает. Вдруг повезет. — зевает наставница.
— Кто-то еще из верхушки входил в состав Токийской Свастики вместе с Вадой в то время? — спрашивает Хэдер, а Рэйчел задумывается.
— Кажется Мицуя и Мацуно там были. Ну и еще Хайтани.
— Мы пришли намного позже. — слышится посторонний голос за их спинами, заставляющий подпрыгнуть от неожиданности. В дверях стоял Риндо со стаканами кофе в руках и вопросительным выражением лица. Хара произнесла тихое «ой».
— Как ты… — не понимает Ивада, а потом вспоминает, что один раз он уже пробирался в ее комнату. — Значит у тебя все-таки есть ключ от моей комнаты.
— Какая разница. Ты затронула очень странную тему слишком внезапно. Можно узнать, чем вы занимаетесь? — выразительно выгибает бровь Риндо, подходя к ним ближе. Парень тихо присвистывает, замечая доску с их информацией и пару секунд рассматривает ее.
— Мы решили помочь. — отвечает Ивада, ровняясь с ним плечами и тоже смотрит на доску.
— Вот зачем тебе фото Дракена. Думаешь события связаны? — тихо спрашивает Хайтани, с грустью глядя на фотографию погибшего друга. Его грусть передается и Хэдер.
— Возможно. Ты можешь нам помочь. Ты знаешь о Тосве больше нас, может мы сможем что-то узнать. — смотрит на него темноволосая и ловит грусть в тусклых гиацинтовых глазах. Риндо еле заметно смягчается и протягивает ей один из стаканов с кофе. Хэдер улыбается ему самой теплой улыбкой, на которую только способна.
— Голуби, я тоже тут. — ехидно напоминает о себе Рэйчел. — Ринчик, расскажи-ка нам про свои юные годы. Убийцу Кена Рюгуджи ведь так и не нашли верно?
— Нет. — сурово отвечает Хайтани. — Его убили на перекрестке. Убийца выстрелил три раза и скрылся в толпе. Тогда камеры на каждом столбе не висели, поэтому найти его не удалось. Нет даже его примерного описания. Там был Майки в тот момент, но он ничего не помнит.
— Расследование вела полиция? — парень кивает. — Значит есть данные по этому делу. — оживляется Хара. — Отсюда и будем двигаться.
— Двенадцатый участок. — произносит Риндо, словно моментально понял, о чем думает Рэйчел. Девушка уверенно улыбается, словно уже раскрыла это дело и бодренько направляется к выходу.
— Ты уверена, что полиция даст тебе доступ к архиву? — сомневается Ивада. Это логично, учитывая, в каких отношениях Бонтен с правоохранительными органами.
— Хэд, ты же видела меня. Мне невозможно отказать. — хитро улыбается Рэйчел и кокетливо помахав пальчиками покидает помещение.
— Вада пять с половиной лет пыталась раскрыть это дело. Какие только способы не перепробовала. Не думаю, что нам удастся его разгадать. — хмуро говорит Риндо.
— Меня вы тоже искали целых семь лет, а оказалось, что я была под носом. — девушка берет его за руку в знак уверенности и поддержки. — Так может и в этот раз мы сможем найти мелкую деталь, которую Вада могла пропустить. Все у нас получится. Я в это верю.
— Ну а я верю тебе. — усмехается Хайтани. Они улыбаются, чокаясь бумажными стаканчиками и отпивают вкусный теплый кофе. — Ну, снежинка… — бодро произносит Риндо, ставит стакан на стол и снимает пиджак, вешая его на спинку стула. Рукава белой рубашки он закатывает, а волосы заплетает в пучок за затылке. — На чем вы там остановились? Спрашивай, расскажу все, что знаю.
— Обязательно. — хихикнула темноволосая, смахивая с его лба фиолетовую прядку. — Ты очень мило выглядишь.
— Стараюсь соответствовать своей женщине. — официальным тоном заявляет Риндо, заставляя Иваду рассмеяться. Ей до сих пор не верится в собственное счастье.
— Значит Мицуя и Мацуно да? — возвращается к делу Хэдер.
С приходом Риндо ее усталость испарилась, появились силы и мотивация продолжать расследование. Девушка распечатывает фото этих двоих и вешает на доску. Еще один кусок пазла подошел. Дело точно в Тосве. Она соединяет нитью фото Мицуи с Вадой и умершим начальником охраны и его заместителем. Мацуно соединяет с Тосвой.
— Мы с братом пришли позже. Можно сказать, что почти перед распадом Тосвы. Вада с Майки ее распустили после смерти Дракена. Но хочу сказать, что вошли в ее состав мы эпично.
— Это в каком смысле?
— Был масштабный бой между Тосвой и Поднебесьем в котором мы раньше с братом состояли. Им руководил брат Вады…
— Манджиро разве не Тосвой руководил? — не поняла Ивада.
— У нее три брата. Один из них Изана, о котором она узнала незадолго до того самого боя. История долгая, но суть в том, что мы перешли на сторону Вады. Изана в тот день умер. Вада тоже чуть к нему не отправилась. До сих пор помню, как я бежал с ней на руках до больницы…
— Тот большой шрам на ее животе с того дня, да? — ужасается Хэдер. Насколько же Вада сильный человек, раз смогла пережить столько страшных событий? Как запутанно у нее все в семье. Риндо кивнул. — Тосва, я так понимаю, победила. Что случилось с Поднебесьем? Может это кто-то из его состава решил ей отомстить за смерть лидера?
— Точно нет. Изану убила не Вада. Мстить тут не за что. И в Поднебесье все знали, что Изана велел ее не трогать. Он на Ваде был просто помешан. Поднебесье просто распалось. Подробности можно узнать у Какуче, он занимался этим…
— Какуче из Поднебесья?! — поражается Хэдер. Хайтани снова кивает, а девушка еще больше запутывается. — Но почему он сейчас с Вадой, если они были врагами?
— Хитто был заместителем и лучшим другом Изаны. Думаю он сейчас с Вадой лишь потому, что Изана перед смертью поручил ему заботится о ней.
— Здесь, оказывается, все друг с другом связаны… — выдыхает удивленно Ивада. Как же все запутанно… — В любом случае, нужно дождаться Рэйчел с документами. Может произошедшее действительно как-то связано.
***
Рэйчел уставшая, но полная решимости преодолевала коридоры, отбивая ритм каблуками по паркету. На улице уже вечер, долго же они с Хэдер просидели за делом. Хара радовалась словно ребенок, ведь благодаря Иваде, которая так открыто и искренне называет ее другом, Рэйчел уже не чувствует себя так одиноко. Ей не давала покоя лишь одна мысль. Алкоголь на нее всегда влиял по разному, но чтобы события просто стерлись из головы, такого еще не было. Она помнит Вакасу, помнит, как он нес ее на руках, а дальше ничего. Они говорили? О чем? Или Рэйчел что-то вытворяла? За весь день она ни разу не пересеклась с Вакасой, что странно. Могла ли она наговорить лишнего? Рабочий день уже закончен, на посту осталась лишь охрана и Каору. Обычно в такое время в коридорах никто не бродит. Только на выходе из лифта, недалеко от главного входа в коридоре она заметила Имауши. На миг ее уверенность потухла, девушка не знала, стоит ли ей подойти. Стоит ли вообще с ним говорить? Потом она быстро поняла, что если Хара пройдет молча, то это будет еще более странно.
— Эй Вака! — в своей манере громко и задорно окликнула его Хара. — Ты чего встал в прохо… — договорить она не успевает. Мужчина резко оборачивается и закрывает ей рот ладонью, пронзая недовольным взглядом. Рэйчел невозмутимо выгибает бровь, а затем решает выкинуть что-то странное и неадекватное. Девушка высунула язык и лизнула его ладонь. В глазах Имауши что-то промелькнуло, еле заметный огонек, но он тут же взял себя в руки. Хара и сама почему-то впервые в жизни смутилась своего поступка.
— Я давно уже думаю, что тебе следует отрезать язык. — злобно шипит Вакаса.
— А ты чего шепчешь? — тоже переходит на шепот темноволосая. — Прячешься от кого-то? — мужчина молча кивает на выход. Оттуда только что вышел Манджиро Сано в компании своего розового гоблина. Двери стеклянные, потому было хорошо видно, что они сели в машину.
— Сано. И что? — до сих пор не поняла Рэйчел.
— Я спешу. Мне велено следить за младшим главой.
— С каких пор это Вада начала за ним следить? Неужели появился повод? — отчего-то погрустнела девушка. Отношения между братом и сестрой всегда казались ей странными, учитывая, как Вада любит своего брата, несмотря на его поступки.
— Все это обсудим позже. А ты… — Вакаса прошелся по ней взглядом с ног до головы. — Опять в какой-нибудь притон?
— Плохо ты меня знаешь, напарник. — усмехается Хара.
— Как раз наоборот, потому и спрашиваю.
— Я по делу. Если ты не забыл, у нас появился тайный недоброжелатель. Не только ты у нас умеешь работать. — отмахивается Рэйчел и собирается пройти мимо него. Странный сосредоточенный на ней взгляд Имауши не дает ей расслабиться.
— У тебя… Все нормально? — вдруг спрашивает Вакаса. Хара удивленно на него оборачивается.
— Со мной все отлично, а чего ты вдруг интересуешься? — мужчина напрягается, опасаясь, что ее хитрый подозрительный взгляд может расколоть его панцирь. Неужели она действительно ничего не помнит? Или претворяется? Или вчерашняя ночь для нее действительно не имела большого значения? — Я уже начинаю думать, что это у тебя что-то не в порядке.
— Нет, все нормально. Мне нужно спешить, пока не упустил его из виду. — быстро произносит Вакаса и спешит как можно скорее от нее убежать. Хара смотрит ему в след, подозревая, что от нее что-то скрывают. Она может и безумная слегка, но не тупая. Может его странное поведение как-то связано с тем, что Вада решила шпионить за братом? Нужно будет спросить у Сано, что у них там произошло.
***
Раньше Вада любила солнце, свет и ощущение жизни. В последнее время ее больше тянет на дождь и серость. Может дело в том, что у нее в душе уже просто не так солнечно, как когда-то? Ран сладко уснул пока они смотрели какой-то глупый комедийный фильм. Глядя на его безмятежность ей хотелось улыбаться. Она вспоминает слова Хэдер и сама удивляется. Как это они столько лет преодолели рука об руку? Видимо, Риндо в свое время был прав, верность Хайтани вечна. Вада не спит, на ее душе не утихает беспокойство. А все потому, что Вакаса отправил сообщение о том, что Майки покинул здание. Ей не хотелось верить, что брат действительно может быть замешан в грязной игре против нее. А если это действительно так? Почему судьба постоянно наказывает ее родными? Ей снова придется противостоять родному брату? Один раз это уже плохо закончилось, как бы она не старалась это предотвратить.
Сано стоит на балконе, вдыхая прохладный ночной воздух и блуждая в дебрях собственных мыслей и догадок. Ее квартира это единственное место в здании, где есть балкон. Специально для нее. Воздух помогает ей очистить голову, а высота позволяет быть ближе к небу и тем, кто оттуда на нее смотрит. Вряд ли эти люди довольны тем, какую жизнь она ведет. А еще ей видно весь город как на ладони. Он полностью принадлежит ей, но это не делает ее счастливой. Где-то там, среди огней и высоких зданий прячется злодей, возомнивший себя способным разрушить ее жизнь. Она его найдет. Нужно просто немного времени. Главное, чтобы этим злодеем не оказался родной брат. Пусть она в нем и разочарована, но от этого он не перестал быть ее братом, она не перестала его любить. Если есть шанс на то, чтобы ему стало легче и солнечный задорный мальчишка вернулся, она ради него и жизни не пожалеет.
Сано не выпускала из рук телефон, ожидая новостей от Вакасы. Искусала губы, кисти рук болят от силы, с которой она сжимала телефон. Ее нервам давно пришел конец, но знает об этом лишь Ран. Только он видит ее настоящую перед сном и ранним утром. Остальным эту слабость показывать нельзя, особенно сейчас. Вада пьет антидепрессанты, чтобы было проще контролировать эмоции. Пьет она их давно, еще со смерти Дракена, а потому в последнее время они не помогают совсем. Но это не мешает ей раз за разом пить таблетки, надеясь, что нужный эффект все-таки будет. Ибо от нервов ее руки периодически накрывает просто бешенная дрожь, что мешает спокойно жить. Сано смотрела на звезды, когда телефон в руке завибрировал. Имауши сообщил, что Манджиро прибыл на место и вышел из машины. А так же адрес того самого места. Вада едва не выронила телефон из рук, когда увидела этот адрес. Сердце больно сжалось и застучало так медленно, словно умирало.
Вада тут же вызвала такси, предпочитая не подрывать водителей среди ночи. А в таком состоянии самой за руль лучше не садится. Она переоделась из пижамы в топ и широкие спортивные штаны. Волосы повязала в высокий хвост, а на ноги надела любимые кроссовки на высокой подошве. Так будет меньше привлекать внимание. Уже на выходе девушка бросила взгляд на зеркало, увидев в отражении перепуганные глаза. Руки, коснувшиеся дверной ручки снова затряслись, словно от дикого мороза. Сано почувствовала раздражение и вернулась в ванную, схватив из шкафчика баночку. Девушка высыпала в рот несколько таблеток сразу и не запивая водой проглотила. Пришло уведомление о том, что машина подъехала и светловолосая покинула квартиру, а затем и здание. По пути к месту назначения в ней не было ни капли уверенности. Зачем она туда сорвалась тоже не знала. Просто вдруг ощутила, что ей нужно быть там.
— Остановите здесь. — просит Вада, увидев знакомую машину.
Девушка покидает теплый салон машины, попадая под ночной холод. Такси уезжает, а Сано подходит к машине. Стекло на водительском месте спускается и оттуда выглядывает лицо Вакасы.
— Он еще там? — спрашивает Сано, ведя плечом он прохлады, которая сейчас раздражала.
— Да. Машина стоит у входа. — отвечает Имауши, хмуро глядя на девушку. — Уверена, что стоит?
Вада молчит, затем делает глубокий вдох и направляется к главному входу, тем самым ответив на вопрос. Эти кованные ворота слишком хорошо ей знакомы. У главного входа действительно стоит машина Санзу. Сано чувствует, как каждый новый шаг отдается стуком ее сердца, которое слишком сильно грохочет по вискам. Даже в ночной тьме она сможет отыскать нужное направление, ведь в этом месте она была уже сотню раз, если не больше. И память ее не подводит, девушка без ошибки находит дорогу, которая приводит ее не только к серому камню, но и к брату. Тот же чертов бездушный камень, от которого Майки перестал отличаться. Имя, высеченное на нем заставляет одну из глубоких ран в душе треснуть и снова закровоточить. Она давно здесь не была. Думала, что если перестанет приходить, то и боль со временем пройдет. Ничерта это не работает. Санзу стоит на расстоянии и внимательно за ней следит. Никто явно не удивлен ее появлению. Девушка ровняется плечами с братом, устремляя свой взгляд на могилу. Они оба стоят в напряженной тишине. Странно, ведь тишина этого места всегда служила ей спокойствием и расслаблением. Почему теперь все иначе?
— Когда ты уже поймешь, сестренка, что мы с тобой оба рождены страдать. И что бы ты не делала тебе этого не изменить. — нарушает тишину Майки, смотря при этом лишь на серый холодный камень. Вместе с Дракеном в тот день в этом месте похоронили и его. Вада сжимает зубы, игнорируя вибрацию наручных часов, сообщающих об уровне ее стресса.
— Ты ведь сюда не приходишь. Чего вдруг решил навестить друга? — задает вопрос Вада, боковым зрением следя и за братом и за Санзу, стоящим за спиной. Ответа на ее вопрос не последовало и девушка сделала вывод сама. — Ты понял.
— Странно, что с твоими мозгами ты додумалась до такого жалкого плана. Неужели думала, что я не замечу Вакасу? — сухо отвечает Манджиро. Светловолосая печально усмехается. Он решил навестить могилу друга впервые за четыре года лишь затем, чтобы сбить ее со следа таким мерзким способом и затащить ее сюда. Словно намеренно хочет ударить ее по больному. Она итак знает, что виновата.
— Тогда скажи мне, что за дела ты проворачиваешь по ночам. Ты действительно решил выступить против меня? — решает спросить прямо Сано.
— А что если и так? — поворачивается к ней лицом парень, замораживая своими холодными пустыми глазами. Вада чувствует этот леденящий взгляд, но сама к нему не оборачивается, продолжая смотреть на камень.
— Я не стану отвечать тебе тем же. Чтобы не произошло, мы все еще семья.
— Семья? — выгибает бровь Сано. — Пройдись по здешним тропинкам и освежи память. Никакой семьи уже давно нет, она вся здесь. Да и мы с тобой уже давно потеряли значение этого слова. — для человека, потерявшего всю семью, он слишком спокойно и безэмоционально это произносит, в то время как Вада каждое слово ощущает ударом ножа в грудную клетку.
— Тогда я лишь хочу знать за что. Если ты всерьез вознамерился меня уничтожить, я хочу знать, что я такого плохого тебе сделала. Разве не я положила на тебя всю свою жизнь? — наконец набирается храбрости Вада, встречаясь глазами с братом. Такие глаза с невидимыми шрамами, словно забывшие, что такое свет. — Разве не я была рядом с тобой с самого рождения? Разве не я закрывала тебя спиной? Я точно знаю, что заслужила хотя бы знать за что получаю нож в эту самую спину. — в карих глазах застыли не сдержанные слезы, они блестели в свете яркой луны словно маленькие звезды.
— Та знаешь за что. — холодно отвечает брат, не тронутый ее болью. — Ты настолько сильно пыталась всех уберечь, что потеряла все. И себя в том числе. Я не верю сестре, которая больше не уверена в себе. Ты слабая и жалкая. Ты потеряла все, загубив не только свою, но и мою жизнь. Ты мне больше не нужна, Вада. Я разберусь со всем сам.
— Интересно как. Воскресишь их? — грустно усмехается Вада. — Ведь ничего больше тебе не поможет. Тебе не нужно ничего, так смысл с чем-то разбираться? Значит ты вынуждаешь меня снова пойти против брата?
— Думай не о том, против кого ты пойдешь. Думай о том, как ты из этого сможешь выпутаться. — произносит Майки, обходя сестру и удаляясь к выходу.
— Что бы сказал Шиничиро, увидев, во что мы превратились. — склоняя голову к плечу, произносит Вада.
— Пройди пару метров и спроси у него. — не оборачиваясь отвечает Майки. Сано сжимает кулачки, вибрация на часах посылает волны от рук по всему телу. Брат садится в машину и уезжает, а светловолосая теряет силу в ногах и падает на землю. Кулаки крепко сжаты на коленках, на них падают горячие слезы.
— Что же мне делать… — отчаянно шепчет Вада, стараясь сдержать рвущийся из груди крик и крепко сжимает зубы. Судя по часам, ее пульс достиг точки предела. Она старается глубоко дышать через нос, но из-за плача может лишь рвано хватать мелкие частички воздуха.
В какой-то момент хрупкие холодные плечи накрывает что-то теплое. Вада поднимает блестящие глаза на Вакасу. Слишком жалостливо он на нее смотрит, для такого хладнокровного человека это необычно. Его появление помогает Сано взять себя в руки. Светловолосая вытирает слезы и поднимается, получше укутываясь в пиджак мужчины. Ее грустный взгляд устремлен на могилу, куда уже давно не приносили свежих цветов. За все четыре года Вада посетила лишь могилу Изаны, и то не больше трех раз. Ее накрыло жестокое чувство стыда, сжирающее изнутри словно огромный червь.
— Он тебя заметил. — тихо произносит Вада. — Специально приехал сюда, чтобы напомнить мне. Впредь он будет осторожнее. — Имауши молчит и теперь эта тишина кажется такой спокойной и умиротворяющей. — Это я виновата…
— Не говори ерунды. Ты не несешь ответственности за чужие жизни. — отвечает Вакаса.
— Но несу за свои обещания. Я не сдержала слово. Он мне больше не верит. — эти слова даются ей тяжело, словно в ее горле кучка гвоздей.
— Тебе пора понять, что каждый из вас должен пройти свой путь и свою боль. Ты не виновата в том, что сломалась. Ты слишком много думала о других в ущерб себе. Ты не спаситель, Вада, и не бог. Ты человек и прежде всего должна не забывать о себе. Перестань подставляться под ножи, предназначенные не тебе и впитывать не свою боль. Все, что должно случится рано или поздно произойдет, как бы ты не старалась. Судьбу не обманешь. Просто прими это и борись за свое будущее. Остальные должны уметь строить свое самостоятельно.
— Что-то похожее говорил мне Ран. — улыбается Вада.
— Порой и он может высрать что-то умное. — закатывает глаза Вакаса, заставляя ее тихо посмеяться.
— А я думала, что смогу сама строить свою судьбу. Как же глупо…
— От вас детей одни проблемы. — ворчит словно старикан Имауши. — Ну иди сюда. — лениво раскрывает руки для объятий мужчина. Вада удивленно на него смотрит, пытаясь понять, не мерещится ли ей это?
— Ты же ненавидишь…
— Я сейчас передумаю. — строго заявляет Вакаса и Сано решает не упускать эту единственную возможность. Она утыкается носом в крепкую грудь и греется о горячее тело. Нужно было накинуть что-то помимо топа, ночью на улице просто холодина. Имауши гладит ее по голове и не сдерживает легкой улыбки. Вада снова убеждается в том, как ей иногда не хватает взрослого, опытного и мудрого человека рядом, который бы подал руку помощи или поделился хорошим советом. Ей нужен авторитет, ибо быть им самостоятельно она уже устала.
— Пройдемся. — вдруг произносит Вакаса.
Когда Имауши развернулся и сделал пару шагов, Вада уже знала по направлению, куда именно он идет. Ей все еще было страшно и стыдно, но рано или поздно ей придется это сделать. Не получится прятаться вечно. А если ты попробуешь убежать от прошлого оно тебя догонит. Сано с Вакасой остановились у одной из могил. Серой, поросшей сорняками, словно ей не одиннадцать лет, а целый век. Точно так же и ее душа посерела и заросла. Вада опускается на корточки, все еще дрожащими руками аккуратно выдергивает пучки сухой травы, откидывая их в сторону. Когда-то эта могила была для нее вторым домом. Местом, где она могла выплеснуть свою печаль слезами и высказать свои переживания. Никто так до сих пор и не знает, что она видела. В тот день, когда оказалась между смертью и жизнью, в день, когда брат ее спас. Вада хранила это в себе, ведь если даже и расскажет, придумают миллион объяснений. Сон, галлюцинация, что там еще человек в коме может увидеть. Она и сама уже сомневается, но упорно продолжает верить, что это было самое настоящее чудо за гранью разумного объяснения. Как же она могла забыть про это место. Почему страх и стыд оказались сильнее. Вада ощущала себя эгоисткой.
— Ты все спрашивала у меня почему я так внезапно пришел и пообещал быть рядом. — нарушает тишину Вакаса. Вада удивленно смотрит на него, в то время как Имауши предпочитает смотреть на монумент. — Это Шиничиро когда-то попросил меня. — Сано приоткрывает рот, чувствуя горячие влажные змейки на своих щеках. Девушка поражена и растрогана, она возвращает взгляд обратно на серый камень с родным именем, словно на том месте стоит он. Живой Шиничиро. Признание Вакасы ее ошарашило. — Тогда я не воспринял это всерьез. Он сказал, что если с ним что-то случится я должен позаботится о тебе. Он словно уже тогда знал, что произойдет. — Сано зажмурила глаза, губы задрожали, вызывая новый поток слез. — Я сбежал. Был трусом и эгоистом, потому что думал, что его смерть больше всех задела меня. Что никому на свете не ведома боль, по силе сравнимая с моей. Кроме него у меня никого не было. Он был больше, чем друг и даже больше, чем семья. А потом я понял, что у него осталась маленькая заноза, которая всю жизнь видела в нем свет и старалась быть похожей на него. Тогда я осознал, что хуже всего было тебе. Не Майки, ни Эмме, а именно тебе. Потому что даже потеряв брата ты не смогла пережить свою боль, тебе пришлось брать на себя младших. У тебя не было времени подумать о себе и о том, что тебе тоже плохо. А я понял, что пусть друга у меня больше нет, но есть его точная копия, та, кого он любил больше жизни, ради которой он был готов на все. Я вспомнил о своем обещании и решил, что если я не смог уберечь его, то обязательно буду оберегать тебя. Чтобы ему там было спокойнее.
Наконец Вакаса переводит взгляд на нее. И Сано впервые видит не холод и отрешенность, а настоящие эмоции. Боль, сожаление, словно в его жизни не было ни одного счастливого момента. Вада всхлипывает, агрессивно вытирая щеки, а Вакаса печально улыбается. Еще никогда она не видела его таким уязвимым и разбитым.
— Не думай о том, что ты виновата, Вада. Какой бы путь ты не выбрала Шиничиро бы тебя поддержал. Ты думаешь, что он бы тебя осудил, но не понимаешь очевидных вещей. Он всегда рядом и всегда будет на твоей стороне и не важно какое решение ты примешь: правильное или нет. Он бы хотел, чтобы ты не теряла себя и ту силу, которая у тебя есть. А у тебя сила намного мощнее физической и я знаю, что даже став главой преступного синдиката и убив множество подонков ты не стала жестокой. Ты наоборот избавила мир от грязи и даже на грани собственного безумия продолжала защищать невинных. Никакая боль этого у тебя не отнимет, потому что это настоящая ты. Так что возьми себя в руки. Я рядом и я обещаю, что больше не поступлю как трус. Я с тобой до конца, малявка, и ты со всем разберешься. Твоя боль делает тебя сильнее, просто не забывай все то, через что прошла и постарайся сделать так, чтобы это не было напрасно.
— Кажется, это самые добрые и приятные слова, которые ты говорил мне за всю жизнь, Вака. — шмыгая носом, произносит Вада, тепло улыбаясь. Так, как может улыбаться только Вада Сано. От ее улыбки на душе всегда светлеет и это ли не показатель того, что она еще не совсем потеряла себя? — Спасибо, что поделился. Я постараюсь оправдать ваше доверие. Вряд ли у меня получиться что-то исправить, но в моих силах создать новое и сохранить то, что уже имеется.
— Это хорошо, потому что я не твой психолог и больше поднимать твою самооценку не буду. — усмехается Имауши и одобрительно кивает головой.
Вада уверенно кивает в ответ и глядя на злосчастный камень чувствует касание прохладного дуновения на своей коже. Черт знает, что это было, может шестое чувство или чья-то невидимая подсказка. Но Сано почему-то неосознанно обернулась, ничего не подозревая. Как оказалось не зря. Девушка тут же улавливает темный силуэт вдалеке, спрятавшийся среди могил и явно смотрящий на них. Светловолосая напрягается, готовясь к непредвиденной обороне и пытается разглядеть силуэт в отдаленном свете фонарей.
— В чем дело? — настороженно спросил Вакаса, тут же принимая обратно свой облик холодного камня.
— Я не знаю… — отвечает Вада, ощущая себя очень странно. Она не видит лица или хотя бы цвета волос этого человека, но почему-то чувствует, что знает его. — Эй! — решается просто напрямую выяснить кто он такой девушка.
Однако после ее крика он, поняв, что его заметили, вдруг бросился на утек. Сано поняла, что он явно следил за ними и бросилась за ним прежде, чем успела об этом подумать.
— Стой!
Ничего не понимающий Имауши рванул за ней, отставая совсем немного. Вада перепрыгивала через невысокие ограждения могил, маневрировала по лабиринту кладбища между монументами, пытаясь не упустить из виду в темноте черный силуэт. Он явно не хотел быть замеченным. Убегал, чтобы его не раскрыли или же просто боялся. Если этот человек имеет отношение к их тайному недоброжелателю, Сано расшибется, но поймает его. Пиджак, одолженный Вакасой давно слетел с плеч, но ее грела бурлящая в венах кровь.
Они уже покинули территорию кладбища, Сано продолжала его преследовать, пробегая по темным дворам и переулкам. Когда он пробегал под первыми появившимся фонарями Вада увидела лишь его спину и цвет волос. Темные лохматые волосы, худощавая фигура и явно мужчина. Сано изо всех сил старалась прибавить скорости, но отсутствие тренировок давали о себе знать. Появилась тяжелая отдышка, легкие горели от бега на холоде, ноги ощущались каменными. Длинные серьги, чей звон оглушал хлестали ее по щекам и шее. Сано невольно вспомнила, как точно так же бежала, боясь опоздать на схватку между Тосвой и Поднебесьем. Тот же адреналин и то же отчаяние, словно она гонится за последней ниточкой надежды. Ее не покидало ощущение, что этот человек ей знаком, но никак не могла вспомнить, где она его видела. Он словно призрак из прошлого или персонаж из сна, ты помнишь лишь его образ, но лицо остается размытым.
Погоня затянулась и Вада начала уставать. В последнее время она упражнялась лишь в стрельбе из лука или огнестрела, на ближний бой и банальную пробежку положила болт. В какой-то момент парень завернул в один из темных неосвещенных переулков. Сано проследовала за ним, едва не упав на резком повороте. В конце коридора между двумя старыми домами был кованный забор с колышками наверху. Под ним стоял мусорный бак, на который неизвестный запрыгнул и перелез через забор. Бак от такого трюка перевернулся, а неизвестный побежал дальше в темноту, так ни разу и не обернувшись. Вада остановилась, стараясь восстановить тяжелое дыхание, со свистом рвущееся из груди. Грудь вздымалась так, словно готова была взорваться от нехватки кислорода. Девушка разъяренно топнула ногой, понимая, что теперь она его уже не догонит. Легкие горели, кожа словно раскаленная от бега и покрытая мурашками от контраста температур. Вакаса догнал ее спустя минуту, находя светловолосую в переулке, смотрящую на забор.
— Что это было? — пыхтит как загнанная лошадь мужчина, сгибаясь пополам и упираясь ладонями в колени. Такие забеги уже за пределами его возрастных возможностей. Они пробежали две улицы, если не больше. — Они уже в открытую за тобой следят?
— Я не знаю. — рассеянно отвечает Вада. — Я его где-то уже видела…
— Если знакомое лицо, значит кто-то из наших. Скорее всего Западный клан.
— Нет. Точно нет. У меня ощущение, что я знаю его очень давно. — Сано сама не может понять, с чего вдруг такое предположение. Просто чувствует и все, а как это объяснить не знает. Но этот человек точно ей знаком. Странно, но она не ощущала от него опасности. Если бы это был кто-то из угрожающих ей личностей, он бы уже убил ее. Возможности лучше больше не представиться. Одна, в безлюдном переулке, не вооружена. Один выстрел и она больше не будет проблемой. Но он убегал до последнего, словно боялся встречи с ней. — Кто же ты такой…
***
— Я до сих пор ничего не понимаю. — протирает лицо ладошками Хэдер. Они уже час сидят с бумажками и жгут глаза от экрана ноутбука. Ничего. Они не нашли ни единой связи, ни единой зацепки. Просто тупик.
— Надеюсь у Рэйчел дела обстоят лучше. — вздыхает устало Хайтани, падая на кровать и прикрывая глаза.
Ивада грустно поджимает губы и ложиться на его живот головой. Поворачивается на бок, чтобы было удобно смотреть на его лицо. Парень кладет теплую ладонь на ее голову, поглаживая по волосам и массируя кожу на затылке. Приятный запах парфюма окутывает ее сознание, хорошего качества рубашка парня такая приятная на ощупь. Девушка трется об нее щекой, ощущая себя на мягкой подушке. И это кажется таким правильным, обыденным, словно так было всегда. Словно для них вот так просто лежать рядом это привычное дело. Ивада уже не ощущает той напряженной неловкости, превращающей ее тело в дерево. Ей впервые за долгое время так хорошо и спокойно, а размеренное сердцебиение парня сливается с ее собственным, создавая громкий монотонный звук. Хэдер хочет лишь чтобы этот момент продлился подольше.
— Как Вада справлялась со всем? — тихо спрашивает Хэдер, поднимая глаза на красивое лицо парня. Он словно сошел со страниц журнала. Хотя в ее случае, скорее со страниц волшебной сказки, потому что более сильного и надежного героя в ее жизни не было. — Я в смысле… Я потеряла родителей, потеряла тебя. И мне казалось, что моя жизнь закончена. Я хотела умереть. «Работодатель» не позволил, потому что я еще не отработала долг. И спас меня. Тогда я возненавидела саму мысль о жизни. Я ее презирала и мечтала, что мое сердце остановиться в один из моментов, когда меня… — слова застревают в горле деревянным колом и ранят.
Риндо итак все понял. Рука, поглаживающая голову остановилась и задеревенела. Он явно был разозлен, но давал ей возможность высказаться и внимательно слушай. Рука спустилась с головы на ее запястье, изуродованное шрамами, которые она сама себе нанесла. Большой палец нежно, почти невесомо словно перышко прошелся по каждой бледной линии, даже самой маленькой. Хэдер почувствовала себя спокойнее. Боль и страх вновь утихли, упали в коробку и убрались куда-то очень глубоко, чтобы лишний раз ее не тревожить страшными воспоминаниями. Хайтани переплетает их пальцы и целует тыльную сторону бледной маленькой ладошки. Целует каждую выпирающую косточку, заставляя Иваду рассыпаться на атомы и млеть от приятных волн нежности.
— Я, конечно, намного слабее Вады, но не могу представить, как она, потеряв столько родных, до сих пор способна улыбаться…
— Ты все время спрашиваешь про Ваду. Не хочешь спросить у меня, как я справился с твоей потерей? — мягко улыбается Риндо, глядя на нее глазами полными тоски и нерастраченной нежности.
— Потому что если я начну слушать о том, как тебе было плохо, особенно из-за меня, то мне самой станет плохо. — дарит грустную улыбку Хэдер. Парень тихо усмехнулся и поцеловал ее в лоб.
— Не переживай, я тебя откачаю. — лукаво улыбается Риндо, поддаваясь вперед. Ивада неосознанно тянется к нему. Когда до их губ оставались считанные миллиметры внезапно раздался звук в дверь. Риндо забавно закатил глаза. Хэдер заметила, что это его любимая привычка. — Клянусь, я сломаю руку тому, кто посмел ею постучать в такой момент. — Ивада тихо хихикает, а Хайтани лениво поднимается с кровати.
Перед тем, как открыть дверь, он все же не удержался и оставил мимолётный поцелуй на ее губах, а затем довольный пошел открывать. Заметно приободрился, словно поцелуй послужил ему зарядным устройством и восстановил силы. Риндо открывает дверь и видит перед собой гору из бумаг и папок. Опускает глаза ниже и видит стройные ноги в каблуках. А потом из-за папок выглядывает кудрявая голова. Это Рэйчел вернулась и довольно улыбается. Риндо опять закатывает глаза и забирает у девушки тяжелый груз. Как она вообще дошла, если эта гора ей обзор закрывала?
— Не помешала? — весело спрашивает Хара, проходя в квартиру, как в свою.
— Нет, что ты…
— Да. — Хэдер с Риндо недовольно переглядываются, а Рэйчел смеется.
— Прекрасно. Короче, я притащила все нужные бумаги. Те самые доки по Токийской Свастике. Личное дело каждого, кто состоял в ней из верхушки. На всякий случай вся информация о Западном и Восточном кланах и, собственно, дело Кена Рюгуджи. Тут все подробности, которые выявило следствие. — гордо заявляет наставница, довольная собой. Риндо опускает гору бумаг на маленький компьютерный столик.
— И нам, похоже, сидеть над этим всю ночь. — досадно произносит Хайтани, пока Ивада с интересом разглядывает эту бумажную стопку.
— Тебе все-таки выдали дело из полицейского архива? — восторженно спрашивает Хэдер, хватая эту заветную папку и начиная изучать. Рэйчел гордо кивает.
— Показала татуировку-удостоверение или похлопала глазками? — усмехается Риндо.
— Информация не для детский ушей. — подмигивает Хара, усаживаясь на кровать. — И кстати. Я пересеклась с Вакасой. Оказывается Вада поручила ему следить за братом, который ночью куда-то выходит. — Хэдер с Риндо удивленно переглядываются.
— С чего это вдруг? Майки и раньше был козлом, но следить за ним не приходилось. — хмурится Риндо, будто в комнате находится враг и он напрягается, готовый разорвать его на части. — И почему никто не знает об этом. Ты ведь тоже от Вакасы узнала?
— Да, причем случайно. — надувает пухлые губы Рэйчел. — Без понятия, что Вада там мутит, но я возмущена тем, что Вакаса у нас избранный, а меня ни во что не ставят.
— Может что-то серьезное? — спрашивает Хэдер с ноткой волнения в голосе. С чего бы Сано так внезапно устанавливать слежку за братом?
— Вада вчера виделась с Рюсеем. — вспоминает Хара.
— Это тот, кто управляет Восточным кланом? — уточняет Ивада.
— Да. Мутный тип. Вада была знакома с ним еще до основания Тосвы. — отвечает Риндо. Он прекрасно помнит, кто спас его брата семь лет назад. Но доверия он не внушает, Риндо он совсем не нравится. Слишком мутный, не угадаешь, что может выкинуть. Властолюбивый хитрый мафиози, который везде ищет лишь свою выгоду. И как только Вада с ним дружила, он не похож на ее круг общения. — Что он от нее хотел?
— Без понятия. На встречу она пошла одна. — пожимает плечами Хара. — Может эта змейка что-то ей нашептала? Сано сестру не очень-то уважает, может он как-то замешан в этой внезапной холодной войне?
— Вы думаете, что Манджиро настолько потерял рассудок, что решил избавиться от сестры? — с сомнением спрашивает Ивада. Он конечно жесток и опустошен, но не настолько же обезумел? — Я в это не верю. — но судя по лицам эти двоих, они то как раз предполагают такую возможность. — Давайте сосредоточимся на Тосве. Нам нужно просмотреть все эти документы. Может найдем что-то, что поможет понять, кто желает уничтожить Ваду.
— Это явно похоже на месть больше, чем на желание просто уничтожить. Вы заметили, что ее он не трогает. Если уж до Риндо добрались, высокого по статусу, то и к ней могут подобраться. Но страдает лишь ее окружение. Убирают по одному. — заключает Рэйчел и берется за бумаги.
Все трое с готовностью погружаются в документы, внимательно вчитываясь в текст. Любая мелочь может стать значительной подсказкой, вспомнить хоть зажигалку. Сидят они в тишине, все здание давно спит, а вот они твердо намерены не спать хоть всю ночь, пока не найдут нужные сведения. Рэйчел просматривает информацию о Токийской Свастике, Риндо о двух других кланах Якудза, а Хэдер сосредоточилась на полицейском отчете шестилетней давности. В какой-то момент Хара просматривает личное дело Вады как командира Тосвы в прошлом и натыкается на фотографию молодой светловолосой в форме Свастонов.
— Ахренеть! — восклицает Рэйчел неожиданно и громко, отчего Хэдер вздрагивает и роняет бумаги, а Риндо тихо выругался.
— Что-то нашла?! — обрадовалась Ивада.
— Ты только посмотри! — показывает шокированная темноволосая фотографию молодой Сано в форме Свастонов. Хэдер ничего не понимает. На этом фото есть подсказки? Но все оказалось тривиальнее. — Она вообще стареет?! У нее за восемь лет только волосы длиннее стали! — слишком бурно удивляется девушка. Хэдер вымученно улыбается, возвращаясь к бумагам. Риндо опять выглядит недовольным, вот-вот начнет ворчать.
— И глаза. — добавляет Ивада. — Глаза стали тускнее…
— Но вопрос остается открытым. Она молодильные яблоки где-то берет?! Она же вообще не изменилась! — негодует Хара, словно завидует.
— Рэй, напомни сколько тебе? — по-доброму мягко улыбается Ивада.
— Двадцать пять. — с запинкой отвечает наставница.
— Не пизди. — хмыкает Риндо, сосредоченный на документах в руках.
— Ну с половиной. — закатывает глаза Рэйчел, явно продолжая лукавить.
— Тебе двадцать семь. — с ухмылкой напоминает Хайтани, все-таки соизволив поднять глаза на нее.
— И что? По-твоему я выгляжу на двадцать семь? — обиженно восклицает наставница. Ивада только хочет сделать ей комплимент, как Риндо опять решает посмеяться над бедной девушкой.
— Нет. Если по-моему так вообще на тридцать с половиной. — скалится Хайтани, довольный тем, что ему удается выводить Хару на эмоции. А Рэйчел беснуется сильнее.
— Вообще-то невежливо упрекать девушку в возрасте. — напоминает Хэдер с улыбкой, пытаясь сгладить ситуацию. Но Рэйчел уже не остановить. Девушка топает ногой от возмущения.
— Я такого баклажана невоспитанного на салат сейчас пущу! — злобно цедит Хара.
— Сказала вишенка. — усмехается Риндо, решая напомнить, что не только его прическа дает возможность подколоть.
— Это просто мой фирменный цвет! — оправдывается Рэйчел.
Хэдер мысленно соглашается. Наставнице красный к лицу. Иногда даже кажется, что это она его и создала. Ивада решает не встревать между ними, потому что перепалка больше похожа на безобидную и забавную, чем опасную и продолжает изучать бумаги, улыбаясь.
— Так и у меня тоже. — отвечает Риндо.
— Но у твоего брата такой же. Подражаешь? — ядовито улыбается Рэйчел, думая, что подкол был удачным и она явно довольна собой.
— Превосхожу. — парирует Хайтани, обворожительно улыбаясь. Хара фыркает, явно обиженная, а Хэдер тихо хихикает, прикрывая лицо листом.
— За что ты меня так не любишь, мелочь фиолетовая? — вдруг с наигранной грустью спрашивает Хара. Ивада поднимает глаза, глядя то на нее, то на Риндо. Это уже интересно.
— Это лавандовый. — поправляет ее Хайтани с таким лицом, словно он один на свете умный, а остальные лишь глупая челядь под его ногами.
— Да хоть малиновый в крапинку, не сходи с темы. Мне действительно интересно. — оживляется наставница. — За что ты меня не любишь?
— За длинный язык. Давай отрежем? — улыбается краем губ Риндо, возвращаясь к документам. — Но если тебя это успокоит, то если бы был выбор: спасти от смерти тебя или Вакасу, я бы выбрал тебя.
— Так так, вот это уже лучше. А почему? — в глазах Рэйчел появляется интерес и какая-то детская наивная надежда.
— Потому что лучше уж твой ор, чем его недовольная рожа и ворчание. С тобой хоть не соскучишься. — отвечает парень, пожимая плечами и не отвлекаясь от бумаг. Хэдер одобрительно улыбается, а Хара растроганно.
— Так тоже сойдет. — наставница остается удовлетворена ответом и наконец успокоилась, возвращаясь к работе. Спустя пару минут непривычно звенящей тишины, Риндо вдруг тихо произносит:
— Ты отлично выглядишь для своего возраста. Перестань уже строить из себя шибанутую идиотку и найди мужика. Ему определенно повезет. — Хара смотрит на него шокировано вылупленными глазами, не веря своим ушам.
Ивада улыбается, а затем еще шире, когда Риндо ей подмигивает. Ох уж эти двое. Хоть и собачатся, но скорее ради смеха, чем со зла. Ивада уверенна, что если случиться беда, никто из них друг друга не бросит и поможет. Слишком много их связывает, да и наверняка они за столько лет настолько привыкли друг к другу, что вряд ли уже будут рады, если расстанутся. И такая атмосфера ей нравится. Это действительно семья. И по Риндо с Рэйчел видно, что даже если кто-то кого-то бесит, несмотря на недостатки, все равно придут на помощь. И Ивада счастлива, что смогла стать этому свидетелем. В ее семье такого не было. Если ты сбился с пути, если в тебе есть изъяны ты либо исправляешь свои недостатки, либо тебя выставляют за дверь. Вот так было в ее семье. Как же ей повезло попасть под колеса одного грубого и самодовольного суриката однажды вечером. И что бы не случилось с тех пор, Ивада ни о чем не жалеет. Ведь в конечном итоге она обрела нечто большее, о чем и мечтать не смела, сидя в своей комнате за учебниками, словно в башне с драконом, которым была ее мать.
Хэдер бегает глазами по тексту, глупо улыбаясь и витая в своих мыслях, и не сразу понимает смысл прочитанного. Потом ее словно током бьет и взгляд возвращается на одну из строчек. Ивада даже выпрямляется, отталкиваясь от спинки кресла. Затем начинает судорожно рыскать по столу в поисках нужной папки. Она точно помнит, что где-то уже видела подобный текст. В момент, когда она находит папку, которую искала и уже открывает, в дверь снова стучат. Все трое переглядываются. Кто еще мог ее посетить так поздно, кроме Риндо и Рэйчел. Может Вада? Риндо озадаченно снова идет открывать и сильно удивляется, когда видит на пороге своего брата.
— А ты тут… — произносят они одновременно. Затем Ран понимает, что глупо спрашивать у брата, что он забыл в квартире Хэдер и решает перейти к сути своего визита. — Вада не здесь?
— Что? — спрашивает Хэдер. Рэйчел, чувствуя неладное сразу подрывается с кровати.
— С какого перепугу ей здесь быть, тем более в такое время? — напрягается Риндо, замечая, что Ран слегка запыхался и глаза у него уж слишком напуганные. Насколько это вообще возможно в его случае. — Что такое?
— Без понятия. Засыпали вместе. Проснулся среди ночи, а ее нет. Телефон на столе, Вакаса тоже не отвечает. Все здание уже оббежал. — злобно отвечает Ран. На самом деле он напуган. В связи с последними событиями он тоже на нервах. Ему страшно, что с Вадой могло что-то произойти. Гнев — обычная защитная реакция Рана в таких ситуациях.
— Твою мать. — беспокойно ругается Рэйчел, хватая свой телефон, намереваясь кому-то позвонить. Судя по брани, которая следует через полминуты, Вакаса точно должен начать икать, где бы не находился. Риндо тоже занервничал, Хэдер по-настоящему испугалась и сжала пальцы. Только тогда вспомнила про папку в руках, которую собиралась просмотреть. Пока вокруг нарастала суматоха, темноволосая быстро пробежалась глазами по тексту и нашла связующую улику.
— Она точно сама ушла. Не могли же ее выкрасть из квартиры. — говорит Риндо.
— Я звоню на пост охраны. — отвечает Рэйчел.
— Подними Мицую, пусть выделит людей на… — Ран осекается, только сейчас замечая доску. — Что это?
— Играем в копов. — отвечает Хайтани младший.
— Сейчас не до этого! — напоминает Хара.
— Ребят… — обращает на себя внимание Хэдер. — Пуля, которая была найдена в теле Рюгуджи такого же калибра, что и та, которую нашли в теле заместителя Мицуи… — сообщает о своей находке Ивада и все тут же замолкают. Ран первым отмирает, подходит к девушке и просматривает два отчета об убийствах, совершенных в разный промежуток времени.
— Может это просто совпадение. Использование одного и того же калибра не редкость, не у каждого же авторский. — предполагает Рэйчел.
— Учитывая, что дела связаны и неизвестный копает информацию на Тосву, не думаю… — отвечает Ивада.
— Пули необычные, Рэй, у нас такие хрен достанешь. Ими явно не каждый второй обладает. Даже у нас такого нет среди поставочных. И у Восточного клана тоже. Через нас проходят все поставки. — отвечает Ран, прочитав сведения об орудии убийства в двух делах.
— Это получается, что убийца либо профессиональный наемник из частной военной фирмы, либо…
— У нас такие пули не выпускают уже лет шесть. Мы пользуемся более современными разработками. В Европе они пользуются спросом, но не у нас. — сообщает хмуро Хара, тоже взяв в руки бумаги. Ивада поражается на миг тому, что наставница не только хороша в бою, но еще и в таких вещах разбирается. Не каждый мужчина похвастается таким познанием в оружиях.
— Получается, что тот, кто в прошлом убил Кена Рюгуджи этими пулями, когда они еще выпускались на рынке, убил и заместителя Мицуи. — выносит заключение Ивада. — И это связывает его с информацией о Тосве. Он продолжает то, что начал еще тогда. Он еще тогда нацелился на окружение Вады.
— Бред. Почему он тогда отсиживался шесть лет, а не прикончил всех еще тогда? Почему продолжил лишь спустя столько лет? — не понимает Риндо.
— Может что-то ему помешало? — предполагает Рэйчел. — Кажется, тогда Сано заручилась поддержкой Рюсея и начала создавать Бонтен. Может он обосрался и залег на дно, а теперь набрал достаточно сил, чтобы завершить начатое?
— Тогда в чем смысл ждать, пока Вада станет властной и недосягаемой? Не проще было уничтожить, когда она еще не укрепила настолько влиятельное положение? — опять пытается найти несостыковки Риндо. Пока все высказывали свои предположения, Хэдер внесла новую информацию на доску про эти пули и связала ее с двумя убийствами нитью.
— Это все, конечно, важно, но сейчас важнее найти… — Рана прерывает слабый писк электронного замка, оповещающем, что кто-то открыл дверь с помощью ключ-карты.
В дверях появляется Сано. Вид у нее потрепанный и мрачный, словно из девушки выжали все соки и прокрутили душу через мясорубку. Все затихли, глядя на нее. Вада на миг опешила от такого количества людей, явно ожидая увидеть здесь только Хэдер. Девушка молча проходит в квартиру вместе с Вакасой, который выглядел мрачнее обычного. За Вадой тянется тягучая темная аура, да и сама она слишком вялая. Явно случилось что-то нехорошее. На секунду Хэдер даже пугается мысли, что снова кого-то убили. Сано останавливается у доски, разглядывая ее немигающим уставшим взглядом, пока все смотрят на нее. Рэйчел ловит взгляд Вакасы, незаметно кивая снизу вверх, задавая немой вопрос. Мужчина в ответ лишь качает головой, словно произносит: «Не спрашивай». Вада находит глазами последнюю фразу про пули и следит за нитями, ведущими к другим ключевым фразам и фотографиям.
— Значит он вернулся… — тихо и безжизненно произносит светловолосая. От этой фразы мурашки пробежали по коже, словно самое страшное зло, до этого спящее пробудилось и грядет конец света. — Призрак прошлого. — без тени улыбки усмехается Вада.
Все присутствующие переглядываются. Рану и Риндо физически больно видеть Сано такой раздавленной и высушенной. Словно ее уже одолели и шанса на надежду не остается. Вада выглядит как конец печальной истории, как увядший цветок, серый и измученный без солнечного света. Такая хрупкая, словно прекрасный хрусталь. Только теперь на этом хрустале отчетливо видны черные огромные трещины. Глядя на нее начинаешь терять веру, хочется плакать. Если бы печаль и отчаяние были человеком, они выглядели бы именно так. С золотистыми волосами, потерявшими свой блеск и шоколадными потухшими глазами. Особо впечатлительной и мягкой по своей натуре Хэдер хочется подбежать и обнять девушку, просто потому что на нее больно смотреть. Раньше Вада излучала уверенность, силу, волю и надежду. Рядом с ней ощущал себя в безопасности, словно тебя закрывает толстая непробиваемая стена. Она могла решить любую проблему, казалась невообразимым божеством. Сейчас она напоминает маленькую куклу, из которой вытащили сердце.
— Я знала что рано или поздно он вернется. — снова тихо и хрипло произносит Сано, жалобным щенячьим взглядом глядя на фотографию Кена Рюгуджи. Девушка поднимает руку, желая коснуться пальцами фотографии, но вовремя себя одергивает. — Нужно было поймать его еще тогда, а я не смогла.
Вада берет в руки маркер и пишет что-то на доске, так медленно, словно сама до сих пор не может поверить в эти слова. Затем берет нити, закреплённые мелкими магнитиками и ведет их от своей фразы к фотографии Манджиро, а потом и к своей, соединяя три фрагмента воедино. А затем ведет еще одну нить от Манджиро к вопросительному знаку, которым они отметили неизвестного врага, поисками которого занимаются. Ивада смогла рассмотреть написанные Сано слова и мурашки пробежали по ее коже.
«Манджиро выступил против сестры и возможно является сообщником врага. Или же враг помогает ему избавиться от Вады».
Ивада ужасается, пока все остальные прибывают в шоке. Ран и Риндо сжимают в кулаках нарастающую злость, словно хищники, готовые защищать, а Хэдер в этот момент думает лишь о том, как тяжело было Сано писать эти слова. Хэдер уже делает шаг, чтобы заключить светловолосую в объятия, но Риндо хватает ее за предплечье, отрицательно качая головой. Возможно, сейчас неподходящий момент для сентиментальности. Но Хэдер понимает, что Вада пришла сюда именно к ней, не зная, что здесь соберутся все. Она шла к Хэдер. Зачем? Рэйчел опять смотрит на Вакасу, в ее глазах горит яркий немой вопрос. Имауши кивает, подтверждая написанное Вадой и Хара выпучивает глаза от шока. Все были поражены такому повороту. Получается, что враг, который угрожает Ваде ее собственный брат? Или он просто помогает врагу? Как не меняй формулировку, суть остается одна — предательство. Вада шумно набирает в легкие побольше воздуха и оборачивается ко всем. В ее глазах нет ничего, кроме сожаления и обреченности.
— Я… — девушка опускает голову, глядя в пол и сжимает кулаки. Ей явно тяжело говорить. — Я уже ничего не понимаю. Простите. Я обещала, что каждому из вас подарю счастливую жизнь, без боли, страха и трудностей. И я старалась изо всех сил, правда. Сейчас тот случай, когда я не знаю, куда дальше двигаться. Что мне делать? Я не в состоянии даже себя защитить, не говоря уже о вас. Я не…
— Тормози! — вдруг неожиданно выкрикивает Рэйчел. Все смотрят на нее с разными эмоциями и даже Вада поднимает на нее удивленный взгляд стеклянных глаз.
— Ты говоришь так, будто мы уже откинулись. Вада, посмотри на нас. Мы еще живые, мы рядом и мы не сдаемся. Ты посмотри, даже Хэдер не сидит на месте забившись в угол от страха, а пытается помочь. А ты развесила сопли, говоришь такие речи, которые только на похоронах говорят. Я не собираюсь молча слушать этот бред. Какой-то придурок возомнил себя богом и решил с нами поиграть, а мы уже решили сдаться? Черт, да мы конфликт между странами предотвратили, и теперь опустим руки? Он не бог, Вада, а обычный человек. Его можно найти, можно остановить, он тоже смертен. И когда я его найду, клянусь, он пожалеет, что довел тебя до такого идиотизма. У тебя уже крыша едет! — возмущенно излагает свои мысли Хара.
— Кто бы заикался… — тихо произносит Риндо.
— А если Майки решил всадить тебе нож в спину это не повод сдаваться, а повод задуматься, является ли он тебе после такого братом. Мало ты его ремнем в детстве порола. Я просто в бешенстве! А вы чего языки в жопу засунули? — обращается к остальным темноволосая. — Будем стоять и слушать это или все-таки будем принимать меры? Вы слышали, что она несет? Вада, я тебя уважала за твою силу, за твою справедливость и за то, что ты находишь выход из любой задницы, даже самой узкой. А теперь что? Возьми себя в руки! Нас не нужно защищать, мы не нуждаемся в мамочке.
Вада в немом шоке смотрела на свою помощницу, по ее щеками покатились горячие слезы. Кажется, Сано не ожидала такой бурной реакции. Уж точно не ожидала, что на нее наорут ее же подчиненные. Но Рэйчел абсолютно права. Они уже прошли полпути и почти приблизились к поимке врага, нельзя сейчас опускать руки.
— Вада, мы все здесь и сдаваться никто не собирается. — присоединяется к речи наставницы Риндо, с трепетным теплом смотря на светловолосую. — И мы пойдем с тобой до конца. Посмотри сколько здесь людей. Ты каждому из нас помогла, была твердой опорой много лет и никогда не позволяла опустить руки. Помнишь? Это ты меня вытащила в трудные времена. Ты не дала мне сдохнуть, не дала провалиться в грязь и я тебе не позволю так просто проиграть какому-то куску дерьма. Теперь наша очередь защищать и быть твоей главной силой, систр. Может мы и не так хороши, как ты, но у нас есть желание и вера. Когда-то ты говорила, что если человек во что-то верит всей душой, то пойдет ради этого даже в ад. Так что я с тобой и туда за ручку отправлюсь если нужно. — улыбается Хайтани. Хара гордо хлопает его с размаху по спине, одобряя поступок, но Риндо это не понравилось.
— Ребята… — пораженно шепчет Вада, в чьих глазах за слезной пеленой загорается искра надежды.
— Ну, а в моем случае все просто, цветочек. — произносит Ран, улыбаясь так нежно, что Хэдер на миг засмотрелась. Она еще никогда не видела, чтобы Хайтани старший так улыбался. Он действительно любит Сано. Мужчина подходит к светловолосой девушке, чьи плечи понуро опущены и касается свои лбом ее лба, заглядывая в глаза и обхватывая большими ладонями влажные щеки. — Не в моих интересах допускать смерть девушки, с которой я планирую встретить пенсию, артроз и маразм. — по комнате пролетают тихие смешки. Умеет Хайтани слова подобрать однако. Вада смотрит на него такими жалобными глазами, в которых горит фраза: «Обещаешь?» — Если весь мир против нас, драгоценная моя роза, то давай отбиваться. Мы справимся. Смотри какое ты ОПГ собрала.
— Лично я умирать на собираюсь. — хмыкает уверенно Рэйчел, скрещивая руки на груди.
— Да тебя только серебряные пули возьмут. — смеется Риндо, приобнимая Иваду за плечи. Сано по-прежнему молчит, толи просто отходит от шока, толи просто обессиленная.
— Еще одна такая оригинальная шутка и пуля поздоровается с твоим задом. — посылает ответочку Рэйчел, вызывающе показывая язык. Риндо кривится, а Хара получает слабый толчок в бок от Вакасы.
Вада смотрит на них и вдруг слабо, но тепло улыбается. Им угрожает опасность, в любой момент их могут убить. А ведь виновата в этом Вада. Они стали мишенью, потому что когда-то ее встретили, просто потому, что они являются способом мести ей. А они продолжают улыбаться, смеются, ни о чем не жалеют и полны уверенности в своих силах. Раньше Вада была такой же. Почему она потеряла эту веру, почему стала такой жалкой? Они сказали, что не так хороши, как она. Но Сано видит, что сейчас каждый из них в тысячу раз сильнее ее. И она счастлива. Счастлива, что повстречала каждого из этих по-своему удивительных людей и сплотила в единую крепкую и дружную семью. Каждый из них умрет друг за друга, даже если прямо никогда в этом и не признается. Они единая команда, глядя на них, Сано с тоской и тягучей болью в груди вспоминает Тосву. Пусть она и распалась, но Вада сама и не заметила, как создала точно такую же непобедимую и легендарную команду. Они ее сила. Они не позволяют ей упасть в бездну и разбиться об тьму, они дарят ей надежду и улыбку. Глядя на них, уверенных и остающихся на позитиве, Вада вновь начинает верить, что все у них получиться. Они ее мощные крылья за спиной, ее щит и меч, и с ними она сможет разгромить даже преисподнею.
— О чем задумалась? — шепотом на ушко спрашивает Ран, который успел обойти ее и обнять со спины, согревая от ночного холода и закрывая от всех опасностей, пока на заднем фоне опять развязалась какая-то шумная перепалка. Вада трепетно улыбается своим мыслям и заглядывает в любимые сиреневые глаза. Они не давали ей тонуть, успокаивали своей красотой и завораживали своей глубиной. Хайтани вопросительно выгибает бровь, а Сано лишь оставляет невесомый поцелуй на его губах и тихо произносит:
— С вами я обретаю давно потерянные крылья. Спасибо, что не позволили мне упасть. Я обещаю, что буду бороться до последнего.
— Когда будешь бороться не забывай, что за твоей спиной стою я. — уверенно заявляет Ран, мягко улыбаясь и целуя девушку в лоб, задерживаясь губами на коже. Вада устало прикрывает глаза, растворяясь в тепле сильных рук и старается запечатлить в памяти эти ощущения, чтобы даже в случае проигрыша и смерти знать, что ее жизнь была счастливой несмотря ни на что. Она ни о чем не жалеет.
— Эй, Сано! — обращается к ней Рэйчел, которая искрится от переполняющей ее энергии. — Взбодрилась? — победно улыбается темноволосая.
— Да. Спасибо, Рэй. Твой пинок был очень полезен. — отвечает светловолосая. Хара такая довольная, будто ее словно песика похвалили и погладили по голове.
— На будущее. Проявляй уважение и не ори, она все-таки твой босс. — напоминает отстраненно Вакаса. Рэйчел фыркает.
Вада встречается взглядом с Имауши и мужчина незаметно улыбается, кивая. Вада кивает в ответ и оба знают, что эти жесты относятся к их недавнему разговору. Сано поступает правильно. Иногда наступает момент, когда необходимо принять чужую помощь и положиться на своих близких. Может быть, Шиничиро все-таки простит ее и будет оберегать как раньше?
— Так и что делаем дальше? Будем искать ублюдка по пулям? Вряд ли много людей в городе ими располагают. Может они даже запатентованы. — возвращается к насущному вопросу Хара. Вада вновь задумчиво смотрит на информацию на доске.
— Хэдер, это ведь твоя идея? — оборачивается на темноволосую Сано. Ивада неуверенно кивает, все еще сомневаясь, имела ли она вообще право так поступать. — Оригинально. Так действительно проще. В голове всего не удержишь. — одобрительно улыбается Вада.
— У тебя на такой случай есть отдельная голова, которая собирает информацию и хранит каждую мелочь в отдельных полочках. Да, Вака? — лукаво улыбается Рэйчел, стреляя лисьим взглядом на Имауши. Тот предпочитает промолчать.
— Вака, утром перенесите эту доску ко мне в кабинет. — распоряжается Вада.
— Но… — только хочет возразить Хэдер, как Сано мягко ее перебивает.
— Не волнуйся. Это дело теперь общее, раз уж вы за него взялись. Приходи в любое время и вместе будем думать. — такой расклад темноволосую устраивает. — А сейчас все спать. Уже поздно. Завтра будем думать.
— Принято, мамочка. — усмехается Ран. — Буду ждать тебя в кроватке. — ехидно подмигивает эта коронованная Косичка и покидает квартиру.
— Вакаса и Рэйчел, подождите меня снаружи. — заместители покорно кивают, Рэйчел крепко обнимает Иваду и оба тоже удаляются. — Рин-Рин, могу я поговорить с Хэдер наедине? — Ивада больше не пугается таких слов, как раньше. Наоборот ей кажется, что почему-то Вада сейчас нуждается именно в ней. Риндо не возражает, улыбается светловолосой и проходит мимо нее, проведя ладонью по спине в знак поддержки.
— Приму душ. — говорит он Хэдер и скрывается за дверью, ведущей в ванную комнату. Вада и Хэдер остаются одни. Сано сначала молчит и темноволосая терпеливо ждет, давая ей время прийти в себя.
— Ты меня удивляешь, Хэдер. — произносит неожиданную фразу Сано, грустно разглядывая фотографии и записи на доске. — Сначала зажигалка. Теперь пуля. Ты замечаешь такие значимые мелочи и только благодаря тебе мы хоть как-то движемся. Я восхищалась твоими мозгами еще в школе, когда ты делала за меня математику. — обе девушки улыбаются, вспоминая радужное детство, которое сейчас кажется лишь ярким счастливым сном. Иллюзией, которую они выдумали себе сами, чтобы не сойти с ума от хаоса, который творится вокруг них.
— А я восхищаюсь твоей силой и добротой еще с тех пор, как ты спасла меня тогда поздно вечером. Вы со своим другом были еще совсем детьми, а расправились со взрослыми мужчинами так просто. Сколько вспоминаю и понимаю, что ты была моим героем. Поэтому я и хочу сделать что-то для тебя. Порой даже героям требуется помощь тех, кто искренне в них верит.
— Герой. — печально усмехается Вада.
Она совсем не ощущает себя героем. Если только когда-то в юности, когда Тосва дралась за справедливость, защищая слабость. Тогда все они ощущали себя маленькими героями. Сейчас она больше похожа на побежденного забитого злодея, которые сколько бы не старались, какие бы гениальные планы не придумывали и как бы близко не оказывались к победе, все равно проигрывают и остаются валяться в грязи. Потому что какие бы цели злодей не преследовал, конец у них всегда одинаковый.
— Я совсем не похожа на героя. Герой убьет одного, чтобы спасти целый мир, а злодей уничтожит весь мир, чтобы спасти одного. Я всегда поступала как злодей. Убивала каждого, кто угрожал моей семье и готова убить еще сотню раз если потребуется. Убийством я не сделаю мир лучше, и когда-нибудь карма мне сполна вернет все, что я натворила. Я забыла принципы, которым всю жизнь следовала и забыла про советы, которые делали меня живой. Я потеряла себя и то, во что верила. А теперь дорогие мне люди в опасности, потому что кто-то мстит мне за мои грехи. Я вынуждена вновь выбирать между братом и любимыми людьми. Выбирая одну сторону, мне придется предать другую. Это очень страшный выбор. Когда-то я уже отказалась от него, но его сделали за меня. А сейчас я даже не представляю, как поступить правильно.
— Правильных решений невозможно принять. Невозможно угодить каждому и спасти всех. Если кто-то живет, то кто-то обязательно умирает. И наоборот. Не бери все на себя, ты не обязана выбирать. Виновата не ты, а тот, кто решил отомстить таким грязным способом, лишая тебя близких.
— Люди, которых я убила тоже были чьими-то близкими.
— К сожалению, такова жизнь, Вада. Особенно в твоем случае. Порой либо ты убиваешь, либо тебя. Каждый преследует свои цели и это нормально. Уж я точно знаю, что твои цели всегда были благородными. Ты просто защищала любимых. А это уж точно не грех. Ты была права, однажды сказав, что чтобы побороть чудовище, иногда приходиться стать более опасным чудовищем. Это жизнь. Правда у каждого своя и это неизбежно. А еще это нормально. Не вини себя. Просто делай то, во что веришь и не смотри назад. Какая разница, что о тебе подумают, если твои близкие знают, что ты светлый и справедливый человек? И главное ты сама знаешь, что была вынуждена так поступать. За каждым человеком стоит история, которая когда-то не дала им выбора. И твоя именно такая. Никогда себя за это не осуждай.
Сано услышала знакомые слова, которые сама когда-то произносила и твердо в них верила. Они откликнулись в ее душе, разбудили нечто, что давно уснуло в ней. «Главное не потерять себя», вспоминает она фразу, услышанную в прошлом. Сано перестала следовать своим же убеждениям. Осуждает себя, хотя раньше осуждала тех, кто судит людей, не узнав причины их поступков. Кто-то убивает, чтобы защитить. Кто-то ворует, чтобы прокормить, кто-то жертвует собой, давая жизнь другому. Это вечный круговорот жизни и истина у каждого своя. Ивада напомнила ей о том, какой она была раньше и это отозвалось болью. В обожженном сердце горит колдовской костер, а кровь в венах становится тягучей плавленой медью. Сано многое потеряла за эти года и даже саму себя. Может еще не поздно все исправить?
— Я кажусь себе цветком, который сорвали и бросили умирать на грязной дороге. Но я отчаянно хочу жить, ищу счастья, но постоянно его теряю. — тихо произносит Вада с содроганием в голосе. — Моя жизнь это вечная борьба, и что бы я не делала я никак не могу прийти к счастливому финалу. Я хочу спасти всех, но в итоге всех только теряю. Я очень устала. — отчаянно произносит Вада, изливая свою печаль и тяжесть, заливаясь новой порцией слез и сжимая ладошками то место, где бьются разорванные куски ее сердца.
— Ты уже столько прошла, Вада. Столько выдержала. Это и есть твоя сила. Ты стойкая и ты все преодолеешь. Просто продолжай верить и не опускай руки, как всегда до этого делала. И будь уверена, что любящие тебя люди пройдут через все трудности с тобой. Ты никогда не будешь сражаться в одиночку. — хватает ее руки Ивада, отрывает от груди и сжимает в своих ладонях, показывая поддержку.
Она мягко улыбается и Вада видит в необыкновенных зеленых, словно бескрайние полевые просторы из сна глазах и видит в них яркий свет. Свет надежды, доброты и сострадания. Вада видит в них свои собственные глаза много лет назад. Ее словно током бьет, сердце отбивает ритм, напоминая, что все еще живо и будет биться до тех пор, пока окончательно не проиграет и не испустит последний удар. Сано резко вдыхает порцию воздуха, завороженно утопая в яркой зелени и не в силах оторваться. Она в ступоре. Слишком знаком ей этот давно утерянный взгляд, блеск в глазах. Она вдруг поняла, что безумно скучает по старой себе. Она с грустью осознала, что время меняет людей, но люди его менять не в силах. Где-то там глубоко внутри еще осталась прежняя Вада Сано, которая была верна своим принципам и боролась за то светлое и теплое, во что верила? Та, которая шла через штормы, проходила по лавовому полю, но не сдавалась и переживала все беды? Может ее еще можно вернуть?
— Ты так похожа на одного дорогого мне человека из прошлого. — Хэдер такая добрая, невинная, хрупкая, но стойкая, учитывая то, через что ей пришлось пройти. Но она не теряет веру в будущее, в людей, везде пытается видеть свет, ей не чуждо сострадание. — Риндо очень повезло. — искренне улыбается Сано, касаясь теплой ладонью бледной нежной щеки.
— Спасибо. Риндо вообще очень счастливый человек. Рядом с ним столько прекрасных людей. Спасибо, что ты была рядом и заботилась о нем, когда я не могла. Если бы не ты, никто из нас бы не нашел счастье. Ты его уже нам подарила, Вада. Поэтому не говори, что не можешь до него дотянуться. Самое главное счастье в жизни твоих близких, которое ты так отчаянно ищешь — это ты. Каждый из них думает так же. И я тоже бесконечно счастлива, что судьба свела меня с таким удивительным человеком, как ты. Кто знает, где бы я сейчас была. Ты ведь уже дважды меня спасла. — дарит ответную добрую и яркую улыбку Хэдер, решаясь обнять светловолосую покрепче. Вдруг получится забрать у нее хоть немножко той боли, которая скопилась огромной железной плитой и давит ее с каждым днем, высасывая жизненные силы.
— Спасибо. — шепчет в шелковистые темные, как небо в зимнюю ночь волосы Вада.
— И тебе спасибо. — улыбается Хэдер. — За то, что подарила мне жизнь, в которую я уже давно перестала верить.
— Сострадание твоя главная сила. Никогда не теряй этот свет и веру в людей, Хэдер. Какая бы тьма тебя не пугала, никогда не переставай верить в хорошее. Этим ты похожа на одного человека, которого я знала в прошлом. Даже на двух. Поверь, это очень мощная сила. Потому что пока живут такие добрые и светлые люди, как ты, темнота никогда не победит. — произносит напоследок Сано, вытирая слезы и пожелав спокойной ночи направляется к выходу.
— Вада… — останавливает ее у двери темноволосая. Девушка вопросительно оборачивается. — Что это за человек, которого я тебе напомнила?
— Одна девочка, которая так же, как и ты верила в добро, справедливость и тянулась к свету. А потом обожглась об него и упала в темноту. — грустно улыбается Вада и покидает квартиру.
Хэдер не поняла ее слов. Что это за девочка? Почему она обожглась? Что с ней стало? Хэдер так же может обжечься? Так или иначе, она безумно рада, что Сано ей доверилась и обнажила душу. Хотя Ивада увидела лишь часть того, что творится внутри загадочной Вады Сано. Но она точно знает, что ее слова что-то в ней пробудили. Она видела, как в карих глазах, цвета теплого горячего шоколада зажглось что-то неизведанное, яркое и давно угасшее. Может Хэдер все-таки смогла до нее достучаться? А пока что она вспоминает о Риндо, который подозрительно притих в ванной. Ивада, превозмогая неловкость аккуратно приоткрывает дверь в ванную и застает Хайтани в странной позе, которая сразу дает понять, что он подслушивал, приложившись ухом к двери.
Она уже хотела начать возмущаться, но когда парень выпрямился, Хэдер заметила в его глазах кристальные слезы. Он все слышал. Она сочувственно поджимает губы и ластится к нему словно кошка, дарящая тепло и поддержку. Хайтани крепко прижимает ее к себе, одну руку поместив на затылок, а другую на осиную талию. Так они стоят молча, даря друг другу успокоение и разделяя боль каждого из них на двоих. Ивада знает, как много значит Вада для Риндо и понимает, почему услышанный разговор вызвал в нем такие эмоции. Ему жаль Сано. Жаль, как маленькому напуганному ребенку свою болеющую маму. И его слезы ранят темноволосую сильнее любой пули или страха, в котором она жила последние семь лет. Друг в друге они находят исцеление.
— Она справится… Мы справимся. — тихо шепчет Хэдер, но так уверенно, что Риндо безоговорочно ей верит.
***
Сано возвращается в квартиру спустя полчаса после разговора с Хэдер. Чувствовала она себя отвратительно, словно ее засунули в стиралку и несколько часов мучали. Ран не спит, дожидается ее на кровати и улыбается, увидев ее на пороге. Квартира главы Бонтен ничем не отличается от остальных, Вада не кичилась роскошью и своими деньгами никогда. Это такая же однокомнатная квартира-студия, где в одном помещении и огромная кровать, мини кухня и небольшой рабочий стол, а за дверью ванная комната. Сано так устала, что сил не еще один душ к нее уже просто нет. Девушки движется к кровати, по пути сбрасывая с себя одежду. Оставшись в одном топе и трусах, девушка из последних сил залезает на кровать и устраивается у Хайтани под боков, подгибая под себя коленки. Ноги гудят от внеплановой пробежки, а в голове столько мыслей, что хочется ее на время оторвать и поставить на стол до утра. Ран такой большой и теплый, что ее тут же начинает клонить в сон. Сильная мужская рука нежно поглаживает ее по спине и волосам, убаюкивая.
— Не расскажешь, куда ты пропала? Я чуть не поседел за полчаса быстрее, чем за тридцать лет. — нарушает тишину Хайтани, вырывая ее из сонного состояния. — Ты в последнее время слишком многое не рассказываешь, Вада. У тебя постоянно какие-то тайные дела с Вакасой и Сато, пропадаешь среди ночи. Учитывая обстоятельства, не думаешь, что не стоит так пугать?
— Прости, столько всего происходит так быстро, что я уже сама не понимаю, что и в какой последовательности рассказать. — тяжело вздыхает Сано, словно котенок ластясь щекой к твердой груди. Вада водит указательным пальцем по чернильным узорам обожаемой ею татуировки. Это привычка перед сном, помогает отвлечься и заснуть поскорее. — Рюсей кое-что сказал мне про Майки и я велела Вакасе за ним следить. Ночью он мне позвонил и сказал, где находится брат. Я вылетела из квартиры быстрее, чем подумала.
— И где он был?
— На кладбище. Знал, что за ним следят и специально поехал туда, чтобы ударить меня побольнее. — печально усмехается Вада. — А потом сказал такие слова, что я сразу все поняла. Не знаю, стоит ли за этим всем мой брат, но он точно имеет к этому отношение. Многое бывало за столько лет, но я всегда была уверена, что он никогда меня не предаст. А сегодня поняла, что слишком наивна. Мой брат меня покинул уже давно. Эта темнота в нем сидела с рождения. А я ничего не смогла сделать. Как всегда, когда кому-то из родных плохо, я бессильна, как бы не пыталась.
К кровати подходит один из псов. Самый капризный и злой из них. Риндо. Он опускает голову на одеяло и жалобно смотрит Сано прямо в душу, словно чувствуя ее переживания и желая успокоить хозяйку. Вада растроганно улыбается.
— Можно. — услышав это слово, Риндо сразу же запрыгивает к ним на кровать и устраивается у нее под боком, готовый охранять ее от любых кошмаров.
Из собак ближе к Ваде всегда был Дайтан, ибо он был спокойнее и добрее. Но бывали моменты, когда Риндо вел себя по-особенному, показывая, что несмотря на свой характер хозяйку он все же любит и предан ей всей своей собачьей душой. Почти сразу к ним запрыгивает и второй пес, устраиваясь уже у нее в ногах. Глядя на них на сердце Сано теплеет. Черт, она до трогательных слез обожает животных. Всех, кроме Рана. Собаки хотя бы молчат.
— А ты сама как? Ты ведь тоже давно не была у родных. — беспокойно спрашивает Ран и слышит, как рвано дышит Вада.
— Я сама не ожидала, но хорошо. Вакаса дал мне очень хороший совет. А потом и все вы и Хэдер. Я увидела в ней себя, ту себя, которую потеряла. Оказывается, это больно. Вспоминать, что самая большая потеря человека — это потеря собственной души. Все советуют мне избавиться от брата и это решит все проблемы. Но настоящая Вада скорее умрет сама, чем причинит вред брату. Вот, в чем был мой смысл жизни. В нем. И сейчас я точно знаю одно. Что бы не случилось, я не изменю своим принципам. Я ни за что на свете не позволю Майки умереть. Это моя обязанность, это мое желание и мораль, о которых я чуть не забыла. Это настоящая я.
— Вот такой цветок я и полюбил. Я тобой горжусь. — отвечает Ран, улыбаясь сам себе, ведь Сано его улыбки не видит.
— Ты редко мне это говоришь. — вяло ухмыляется Вада.
— Ты и сама это знаешь, мне незачем подражать попугаю. — светловолосая тихо смеется. — Никого не слушай, цветочек. Поступай только так, как считаешь правильным ты сама и шли в жопу этих советчиков. И не важно, какую цену придется за это заплатить. Знай, что попугаем я быть не хочу, но вот от роли рыцаря в этом спектакле я бы не отказался.
— Мне больше понравилось, как ты назвал меня «моя роза». — блаженно улыбается Сано, ощущая приятное расслабление впервые за день.
— А мне кажется, что это слишком официально. Будто я к бабушке обращаюсь. Цветочек тебе подходит больше, да и это уже утвержденная база. — забавным голосом рассуждает мужчина, заставляя девушку все шире улыбаться и тихонько зевать. — Вот будет тебе сорок, тогда уже можно использовать вариант с Розой.
— Знаешь, я как-то вспомнила наше знакомство и задумалась. Ты влюбился меня ведь еще тогда на кладбище, да? — вспоминает Вада время пусть и не самое светлое, но по-своему особенное и теплое.
— Ага, увидел в окружении могилок и обоссался кипятком. Я думал ты ведьма, которая колдует свои обряды на кладбище. — Сано громко смеется, легонько ударяя парня по гладкой коже живота.
— Отличная история знакомства для рассказа детям. Вырастут и будут считать, что это романтично.
— А разве нет? — получая еще один хлопок по животу, Хайтани хрипло хихикает. — Ну хорошо. Тогда на драке. Расскажем, что папа был брутальным самцом, держащем в страхе весь город и его позвали судить драку уличной шпаны, потому что он самый крутой. — светловолосая закатывает глаза, улыбаясь. Эта зараза никогда не перестанет себя восхвалять, будь ему хоть семьдесят. Он будет мочиться в памперсы для стариков и все равно при этом будет заливать о своей «брутальности». — А потом вдруг появилась мать на горе из ржавых тачек и начала раскидывать всех мужиков кулаками, что-то еще вопя про свою победу. И тогда папа понял, что его крутость ущемилась и глядя на эту девушку в пацанских шмотках влюбился в нее с первого взгляда, потому что лучше женщины на свете не существует. — эта история Сано нравится больше. — Потом они пару раз отпиздили друг друга и выяснили, кто сильнее. Батя понял, что мужиком в семье будет мать. — добавил Ран и рассмеялся.
— Отлично, так и расскажем. И упомянем, что если бы мать не пожалела его шкурку и не вернулась к нему, он бы, бедолага, до конца жизни спивался на своем диване. — завершает историю Сано. — Надеюсь, нам удастся дожить до этого времени. Я бы, наверное, хотела девочку. Представляешь, какой бы она была красивой с твоими глазами.
— И какой невыносимой с твоим характером. — усмехается Хайтани. — Мне одной непробиваемой машины с шилом в заднице хватает, еще одну такую же я не потяну.
— А может двое. Девочка может быть похожей на тебя, а мальчик на меня. — предлагает решение Вада.
— Еще хуже! Там хоть девочка, а если пацан в тебя пойдет, то миру звиздец. Такой не только преступную организацию построит, но и межгалактическую войну развяжет! — всерьез пугается Ран под звонкий смех светловолосой. — Только чур Крестной будет не Рэйчел.
— А это не тебе решать. — твердо заявляет девушка. Она вообще-то именно Хару и планировала наградить этой должностью.
— Совсем шарики за ролики?!
— Тогда сам и будешь рожать. — непоколебима Сано. Заснуть они еще долго не смогли. Уже чувствуя, что вот-вот заснет, Вада решает обратиться к Рану с просьбой. — Ран, мне нужна твоя помощь.
— Как приятно это слышать. — улыбается Хайтани. — Что угодно «моей розе»? — специально издевается.
— В тот день меня ударил не Майки. Санзу. — Сано чувствует, как на этих словах окаменело тело под ней, а рука, скользящая по спине замерла. — Сыграешь в рыцаря?
— С большим удовольствием. — коварной жуткой улыбкой усмехается Хайтани. О, он поиграет. Только переживет ли эту игру Санзу?
— Мой герой… — сонно улыбается Вада и сладко зевает в последний раз.
Завтра будет новый день. И она начнет его с полной готовностью идти до конца. И еще один человек, принявший приглашение по старой дружбе ей в этом тоже поможет. Теперь ситуация не кажется ей безвыходной и разрешимой. Сано твердо решает, что если выхода нет, то она пробьет его в стене самостоятельно.
***
На следующий день Рэйчел начинает суетиться, как только открывает. Для нового задания нужно выглядеть сногсшибательно. Она сама по себе итак неотразима, но вряд ли это подкупит Санзу, после того, как она хорошенько по нему прошлась в прошлый раз. Так что в ход идут все, что может помочь ей создать сексуальный образ. Первым делом она принимает душ. Далее тратит время на идеальный вызывающий макияж, рисует длинные стрелки, подчеркивает глаза тенями, прокрашивает от природы длинные ресницы. Матовая помада бордового цвета идеально вписалась. Волосы она трогать не стала, просто высушила и откинула на спину, ибо ее волосы прекрасно вьются и без плойки. Самой важной частью была одежда. Хара откопала короткие кожаные шорты, чтобы выиграть себе время, ибо с ними разбираться он будет дольше, чем с юбкой. На красивые длинные ноги девушка нацепила кружевные чулки. Черный кружевной бюстгальтер, а поверх него красная кружевная майка на тоненьких лямках. Отлично выделяет талию и почти не скрывает грудь. Излюбленные кожаные ботинки на высоком каблуке и любимые духи. Рэйчел смотрит на себя в зеркало с улыбкой и думает, что красивей девушки не существует. Образ идеально подходит для миссии, ибо просто так эту скотину не достать. Хорошо, что Хара любитель открытых вещей, так что создать соблазнительный образ труда не составит.
Темноволосая покидает квартиру и следует по коридору в назначенное место встречи. Вызывает лифт, где ее уже ждет Вакаса. Мужчина проходится по ней взглядом от лица до пят, на секунду задерживаясь на груди, слишком вызывающе выпирающей из-под майки. Хара ловит себя на мысли, что такие вот мужские взгляды ей на себе ловить нравится, особенно от Имауши. Ей показалось, будто он на миг опешил и сглотнул. Хотя, зная Вакасу, может просто показалось. Тем не менее она проходит в лифт с широкой улыбкой и походкой от бедра и нажимает на нужный этаж. Двери закрываются, лифт трогается вверх и лишь тогда Рэйчел спрашивает:
— Нравится?
— Для задания идеально. Как всегда, прекрасно справилась. — сухо отвечает Вакаса.
Хара и раньше носила откровенные наряды, но только сейчас больше похожа на эскортницу в дешевом прокуренном клубе. Самому ему на такую откровенную, лишенную вкуса, с которым девушка обычно подбирает наряды, смотреть противно. Но для Санзу в самый раз, ибо тому не важно, как по моде и стилю будет одета жертва, ему главное то, что под одеждой. Еще и макияж этот вульгарный. Имауши подавляет желание нагнуть девушку лицом в раковину и смыть этот беспредел, и тянется к внутреннему карману пиджака. Достает оттуда шприц, который он заранее добыл в нужном месте и отдает девушке. Та с без интереса крутит ее в руке и усмехается.
— Надеюсь, от этого будет польза.
— Я буду ждать тебя через десять минут. — информирует Имауши, когда они подъезжают к нужному этажу. Девушка опять самодовольно хмыкает и прячет шприц под пояс шорт. Малое количество одежды не только для соблазнения. Это даст сволочи уверенность, что оружие прятать негде. Двери разъезжаются, и перед тем, как выйти Хара с наглой улыбкой отвечает:
— Я справлюсь за пять.
Они напоследок обмениваются взглядами, после чего Имауши жмет на кнопку и смотрит на нее до тех пор, пока его лицо не исчезнет за железными дверцами лифта. Хара пожимает плечами, и тихо напевая веселую мелодию направляется в логово своей жертвы. Охраны, как прежде возле двери не обнаруживается, поэтому темноволосая легко проходит, используя ключ-карту, которую после прошлого раза этот петух не додумался отобрать. Санзу она застает возле шкафа напротив зеркала. Тот поправлял свой галстук, готовясь к рабочему дню. Ублюдские зеленые глаза пронзают ее взглядом через зеркало. Рэйчел натягивает одну из своих похабных улыбочек и походкой от бедра, точно модель, приближается к нему.
— Что такое, Хара? Рука зажила и ты пришла повредить мне вторую? — усмехается Харучие, продолжая насиловать свой бедный галстук. Рэйчел сдерживается, чтобы не задушить его этим галстуком и сохраняет веселое лицо, добавляя соблазнительный блеск глазам.
— Ты же знаешь, Вада не одобряет что я с тобой вожусь. А за руку и лицо прости, не могла же я ослушаться ее приказа. Либо ты, либо я и я сочла, что мое лицо лучше не портить. — сладким голосом растягивает словно мелодию темноволосая подходя к мужчине и глядя на него через отражение в зеркале. — Но я пришла загладить вину. — мурлычет Хара, проходясь ладонями от его груди по животу и ниже. — Давай помогу.
— Что, Вакаса отказался тебя удовлетворять? — мерзко улыбается Санзу, разворачиваясь к девушке и позволяя помочь завязать галстук. В груди Рэйчел что-то болезненно дергается от его слов и она не понимает почему. Откуда это странное ощущение? Она быстро скрывает свою реакцию, сохраняя смазливое выражение лица и колдует пальчиками над его галстуком. — Не удивительно. Для этого зажравшегося ублюдка ты всегда будешь дешевой шлюхой, правда?
— Может быть. — уголок губ дергается, но Хара продолжает держать улыбку, убеждая себя, что это ради Вады.
— Надеюсь теперь ты поняла, что никому до тебя нет дела? Я единственный, кто примет тебя такой, какая ты есть. Использованной, грязной и безумной. — Рэйчел сжимает челюсти, улыбку держать все труднее, а руки начинают подрагивать от желания сжаться в кулак и врезать этому ублюдку по морде. — Мне нравится твое безумие, оно добавляет страсти. Мы этим с тобой так похожи. Именно поэтому никто, кроме меня не сможет тебя понять и доставить удовольствия. Потому что только я знаю, как тебе нравится. — наглая ручонка, на ладони которой теперь красуется шрам благодаря Рэйчел, опускается на ее спину и тянется ниже, сжимая ягодицу а затем пытается пролезть под шорты.
Кроваво-красные глаза горят опасным огнем, только Санзу не хватит мозгов, чтобы понять, что это вовсе не страсть. Его тупость играет ей на руку. Вакаса вот сразу бы ее раскусил, и понял, что это не страсть, а ярость. И почему она вообще вдруг вспомнила о нем в такой момент? Рэйчел выдохнула свои эмоции, для Харучие это звучало как томный нетерпеливый вздох, и продолжила свою работу. Расправившись с галстуком, девушка уподобилась Санзу. Ее руки медленно спускались по груди, следуя по прессу вниз и достигли кромки ремня. Она игриво подцепляет его пальцами, глотая ком отвращения, подкативший к горлу.
— Хорошая девочка, хочешь меня? — нахально улыбается розовый пингвин, вызывая рвотный рефлекс. И как она раньше спокойно с ним трахалась?
— Да. — томно шепчет Хара, приближаясь к его лицу.
Пухлые губы растягиваются в вызывающей улыбке, девушка прикусывает его нижнюю губу, стараясь правильно рассчитать силу, чтобы это было похоже на приглашение, а не на желание оторвать ему эту губу к чертям, словно собаке. Санзу резко разворачивает ее к зеркалу, прижимая к своей груди и заставляя смотреть на свое отражение.
— Так мы с тобой вроде еще пробовали. — противно шепчет парень, впиваясь зубами в бледную кожу на шее, до боли кусая. Хара сдерживает шипение и делает вид, что ей это нравится.
Наглые пальцы, которые она клянется отрезать подцепляют ткань майки и тянуть ее вверх. Майки падает к ногам, а большую упругую грудь в бюстгальтере накрывают большие ладони, с силой сжимая. Рэйчел уже давно заметила, что Санзу фанат грубого секса. Во время близости он будто жаждет больше не наслаждения, а боли и острых ощущений. А потому он никогда не тратил время на прелюдия и не жалел. Когда его рука тянется к молнии на шортах, где лежит шприц Хара понимает, что ее могут раскрыть раньше времени и решает его отвлечь:
— Кстати. Неужели твой босс и правда решил избавиться от Вады? Неужели я скоро буду свободна? — с наигранной надеждой спрашивает Рэйчел, грустно поджимая губы. Харучие останавливается, оставив в покое шею и смотрит ей в глаза через отражение. Хара внутренне напрягается, но продолжает держать невинное лицо. Рука, которая намеревалась расстегнуть молнию шорт резко дернулась выше и яростно сдавила шею.
— Так вот, зачем ты приперлась. — цедит злобно Санзу. — Думала вытащить из меня информацию своей задницей? Это еще больше делает тебя похожей на шлюху, не находишь? — пальцы на шее давят сильнее, начиная по-настоящему душить. Хара кривится, уже не скрывая своего призрения. — Но нет, дорогуша, ничего ты не получишь. Но и просто так в этот раз ты от меня не уйдешь, не беспокойся.
Он с силой хватает ее так, чтобы у нее было возможности ударить и тащит вглубь своей квартиры. Приподнимает над полом и с особой грубостью швыряет на кровать лицом в матрас. Санзу приближается сзади, намереваясь отыграться на ней за свои недавние унижения и заодно получить удовольствие. Хара не растерялась — напротив, еще больше разозлилась. Девушка поднимает ногу, удачно ударяя тяжелым каблуком в его колено. Это задерживает его лишь на пару секунд, но их хватает, чтобы она успела приподняться и вытащить шприц, спрятав руку под животом. Харучие рассвирепевший пуще прежнего хватает ее за ноги, оттаскивая к краю кровати и уже намеревается навалиться сверху, но Рэйчел резко разворачивается и с особой силой втыкает иглу ему в шею, выдавливая содержимое шприца. Его моментально вырубает и последнее, что он успевает увидеть это коварная улыбка на алых бордовых губах и яркий огонь превосходства в кроваво-красных глазах. Хара успевает отпрянуть прежде, чем он упадет на нее и раздавит.
— Ты опять облажался, милый. До тебя так и не дошло, что со мной тебе тягаться бесполезно. — ядовито цедит темноволосая. Девушка падает на мягкую кровать, восстанавливая дыхание. На душе мерзко и от его слов и от действий, но по крайней мере задание выполнено. Хара поднимается и пытается слезть с кровати. — Подвинься, идиот. — раздраженно бросает Рэйчел, пиная спящее тело ногой и Харучие падает с кровати, освобождая место. Девушка спрыгивает с кровати и подходит к двери, открывая ее изнутри. Там уже стоит Вакаса в компании двух мужчин из охраны.
— Товар готов к переработке. Желательно через шредер. — недовольным тоном сообщает Рэйчел. Вакаса странно смотрит на нее и девушку это начинает еще больше злить. — Что?! — мужчина кивает на ее грудь. Хара опускает голову и видит, что стоит перед ними в одном бюстгальтере. Охранники сразу же отвернулись, воспитанно делая вид, что у Санзу интересный дизайн стен, а вот Имауши беспристрастно смотрит исключительно в ее глаза, словно ничего не видит. Забыла надеть обратно выброшенную майку. — Вот блять. — нет, темноволосая не стыдится и не смущается. Такой грудью можно только гордиться. В купальниках же по пляжу ходят, а в бюстгальтере нельзя? Просто эта мелочь ее окончательно взбесила в добавок ко всему произошедшему. — Ну не смотри, если не нравится! — гневно рычит темноволосая и возвращается в квартиру.
Вакаса проходит следом за ней вместе с охраной и замечает Санзу на полу возле кровати.
— Унесите тихо, чтобы вас не никто не видел и ждите, пока я не приду. — велит он охране и мужчины тут же исполняют приказ. Пока Рэйчел раздраженно ищет, а затем и надевает обратно свою майку, Санзу выносят из его квартиры.
— Надеюсь, что оно того стоило. Мне пришлось столько дерьма выслушать. Теперь еще и заново душ принимать, всю меня перелапал! — злобно ворчит Хара.
Она лишь надеется, что от этого идиота будет хоть какая-то польза для Вады. Потому что она уже мысленно волокла его бездыханное тело в глушь леса для воссоединения с природой. Вакаса решает, что незачем ему больше раздражать свой взор этой откровенно пошлой одеждой, раз уж задание было выполнено. Он снимает с себя пиджак и накидывает на ее плечи.
— Прикройся, смотреть противно. — озвучил он свои мысли, однако даже не подумал, что девушка воспримет их на свой счет и рассвирепеет. Он то имел в виду эту крайне блядскую одежду. Даже для стиля Рэйчел это перебор.
— Чем я еще тебе противна?! — сверкает опасными глазами Рэйчел. — Не смотри тогда, зашей себе глаза. А лучше — рот! Заебали вы меня все! По-твоему тоже я выгляжу как шлюха?!
— Ну да. — опешил Вакаса. Опять же, он имел в виду одежду, которая была на ней исключительно для дела, а не саму Рэйчел. Только, кажется, лучше бы он промолчал.
— Да пошел ты, напарник! — выкрикивает Хара и швыряет ему его же пиджак в лицо. После чего стремительно покидает квартиру этого ублюдского наркомана, по пути проклиная всех на свете.
— Психованная. — пораженно произносит ей в спину Имауши. Он так и не понял, что ее так разозлило, он ведь сказал очевидную вещь. Откуда ж он мог знать, что наговорил ей Санзу, а он еще и подлил масла в огонь. Наверное, нужно было просто ее похвалить за успешно выполненную работу, как он изначально и планировал.
***
Санзу открывает глаза лишь спустя чуть больше часа. Помещение, в котором он находился оказалось ему не только знакомым, но и ставшим уже родным. Та же камера, тот же антураж, то же кресло, к подлокотникам которого ремнями были привязаны его руки. К своему состоянию слегка затуманенного разума он уже давно привык, однако в этот раз вызвал его не самостоятельно. Как только он открывает глаза, где-то с боку слышится словно сквозь толщу воды «Оклемался». Перед глазами картинка наихудшего качества, в ушах вата. Харучие еще не до конца осознает, что происходит вокруг и практически не ощущает своего тела. Перед его глазами появляется лицо, размытое, выражения не уловить, но четко улавливается фиолетовый цвет.
— Врежь ему, итак долго ждем. — просит кто-то посторонний. Значит неизвестных в комнате двое.
Просьба тут же была исполнена и парню прилетело по лицу чем-то тяжелым. Удар действительно начал прояснять голову. Боль в скуле возвращала чувствительность, а последующие искры перед глазами от силы удара послужили улучшению картинки перед глазами. Теперь он видит четче, пусть и не прекрасно, но точно может узнать людей, которые находятся с ним в комнате. Братья Хайтани. Один стоит перед ним, другой в углу комнаты, оперевшись на тумбу, где лежат разные атрибуты для развязывания рта. Санзу улыбнулся, словно пьяный и откинул голову назад, вяло рассмеявшись.
— Просыпайся, мазохист. Иногда мне кажется, что твоя долбанутость врождённая. — произносит Риндо. — Я ведь обещал свести тебя с братом, ты, кажется, хотел его видеть в прошлый раз. Возможность представилась.
— Что, без старшего братика справится не сможешь? Бьешь вроде не слабо. — еле разборчиво мямлит Харучие сквозь смех. Риндо только возвел кулак, чтобы ударить его снова, но голос брата его остановил.
— Со мной разговоры вести будешь, чучело. — лениво поворачивает голову в его сторону Ран и отталкиваясь от тумбы, направляется к нему. Риндо отходит в сторону. Старший склоняется к его лицу, устрашающе обнажая белые зубы в оскале. — Ну что, мой сладкий, скажешь папочке, где болит? — голосом чокнутой мамаши с гиперопекой в заднице спрашивает Хайтани. Риндо это бесит, заставляя скривится. В такие моменты они похожи с Рэйчел. Только если у Рана это проявление гнева, то Хара просто шибанутая. Санзу молчит, нагло улыбаясь. — Здесь? — он хватает парня за копну розовых волос и поднимает свое колено, хорошенько прикладывая розового об него лицом. Хруста вроде не было слышно, так что нос не сломан. Пока что. — Или здесь? — Ран с особым упоением и улыбкой довольного садюги бьет ногой ему в живот, заставляя скрючится и зашипеть от боли. Рядом с креслом находится маленький железный столик с инструментами, для удобства. Ран берет оттуда кастет и надевает на пальцы. — Куда ты там Ваду ударил тогда? Сюда? — Хайтани мощным ударом прикладывает холодный металл к левой стороне лица.
— Ее ушиб был с правой стороны, братец. — усмехается Риндо, перекидывая ногу через стул и усаживаясь на него так, что спинка была спереди, и свешивает с нее руки, наблюдая за приятным представлением. Хайтани наигранно изумляется, состраивая сконфуженное выражение лица.
— Ох, как это я так сглупил. Теперь вспомнил. — новый удар обрушился по правой стороне лица, рассекая губу и оставляя внушительную гематому на щеке. Потекли первые реки крови, а это Ран только брешь в дамбе сделал. Теперь уже выражение лица старшего Хайтани приобрело оттенки злобного безумия и жажды крови. — Я тебе череп разломаю голыми руками. — понижает тон, цедя сквозь зубы Ран в жалких сантиметрах от пострадавшего лица. — Она пиздец какая драгоценная, ты разве не знал?
— Песик решил погавкать в защиту хозяйки? А она хоть косточку тебе за это кинет? — снова смеется Санзу, выставляя на показ окровавленные зубы. — Когда уже мы перестанем так встречаться? Хоть раз бы честно со мной сразились. А то у этого кресла уже есть четкое автозапоминание моей задницы. В вас нет ни капли оригинальности.
В этот самый момент в помещении появляются еще двое. Рэйчел и Вада. Хара не скрывает своего отвращения, глядя на Харучие. Она уже успела переодеться. На ней обычный черный брючный костюм, поверх пиджака белая рубашка с черным галстуком, и лакированные черные туфли на высоком толстом каблуке. Сано же сегодня выглядит непривычно. Светловолосая облачена в кожаные облегающие штаны, подчеркивающие пусть и не длинные, но стройные ноги. На ней интересного кроя кофта с «v» вырезом на пуговицах. Интересна она была тем, что длинна рукава доходила чуть ниже ее колена и тянулась за девушкой шлейфом. Неестественно для Вады было наличие макияжа. Глаза подчеркнуты стрелками, на губах матовая помада цвета дорогого вина. Сано никогда не красила губы, тем более в красный. Золотистые волосы красиво рассыпаны по груди и плечам. Веки слегка опущены, будто девушка смертельно хочет спать, холодный взгляд жалит, на лице выражение абсолютной отстраненности. Ощущение, будто Вакаса провел ей мастер класс по беспристрастной каменной роже. Она была похожа на холодную, неприступную и величественную королеву, чья власть не имела границ. Вокруг нее витала ледяная аура, которая замораживала все вокруг.
— Ох, Рэй шалава. — шипит Санзу, враждебно провожая темноволосую взглядом. — Нож в спину не самое любимое из предпочитаемых мной острых ощущений.
Девушка фыркает и усаживается на кресло, стоящее в дальнем углу комнаты. Откидываясь на спинку и закидывая ногу на ногу, Хара поднимает обе руки и показывает ему средние пальцы. Она радостно при этом улыбается во весь рот, словно только что выиграла либо целую войну либо в лотерею. Собой она явно довольна. Харучие сплевывает, глядя на нее, глазами озвучивая все, что про нее думает и переводит взгляд на Сано.
— Это что, Сано, боевой раскрас? Вчера ты выглядела такой жалкой. Думаешь, если нарисуешь дерзкий макияж станешь сильнее? — начинает хохотать словно полоумный Санзу. Ран скрипит зубами, сжимая кастет в руке до побеления пальцев. Риндо возвел глаза к потолку словно беседуя с кем-то из небесной канцелярии. А Вада даже бровью не дернула, продолжая смотреть на него, словно на предмет мебели.
— Заткнись уже ты, ходячий неудавшийся аборт. — усмехается Рэйчел, дергая ножкой. — Кто бы заикался про макияж. Кто из Хайтани удачно прошел курсы визажиста?
— Что задумал мой брат? — наконец-то подает голос Вада, ровным тоном задавая вопрос. Харучие резко замер.
— Ты серьезно? Думаешь я скажу? — вздергивает разбитую бровь парень. Вада вздыхает, не меняясь в лице.
— Если уж он решил со мной воевать, то и ты теперь для меня перестанешь быть проблемой. Просто сдохнешь здесь, если не будешь полезен.
— Что, тебя злит неизвестность? Ты облажалась, но только сейчас это поняла? Если бы тебе Майки прямым текстом об этом не сказал, сколько бы ты еще пропускала очевидное мимо своего мозга? — хихикает Харучие. Он выводит этим Рана и получает по лицу еще раз. — Для чего ты спрашиваешь? Неужели теперь начнешь действовать? Может даже убьешь брата?
— Кто сказал, что я его убью? — невозмутимо выгибает бровь Сано.
— Потому что без этого, ты его вряд ли остановишь. Поздно спохватилась.
— Ты ведь подсадил его на дрянь, верно? — в карих глазах, покрытых ледяной коркой мелькает огненная искра. Санзу громко хохочет, словно от души веселится.
— Боже, ты просто великолепна. Что с тобой? В последнее время ваше величество туго соображает.
— Ты травил моего брата. Уже этого мне достаточно для того, чтобы отрубить тебе голову. — хмыкает Вада, включаясь в его игру слов. Она бросает взгляд на Рэйчел и та, поняв приказ, грациозно поднимается. Среди кучи оружия и прочих инструментов она выискивает из шкафа одну из катан, которыми любит развлекаться Вада, и подходит к Санзу, касаясь холодным лезвием его шеи. Девушка играется, тренируя замах, пока не звучит голос Сано. — Убить.
Хара весело улыбается и как следует замахивается. Только сейчас Санзу перестал смеяться и крикнул, чудом успев остановить ее за секунду до того, как его голова упадет на пол.
— Стоп! — Хара оружие никуда не убирает, находясь наготове. — Ты, не тычь в меня своей спицей. — рычит он на темноволосую. — А ты, — обращается он уже к Сано. — снова просчиталась. Я не давал ему ни грамма.
— Уже лучше. А кто давал? — медленно подходит ближе Вада.
— Без понятия. — фыркает Санзу.
— Рэй.
— Я ничерта не знаю! Он встречается с кем-то несколько раз в неделю по ночам. После этого всегда ведет себя страннее обычного. — со злобой и явной неохотой отвечает Харучие.
— С кем он видится? — задает новый вопрос Вада.
— Не ебу. — цедит парень.
— Ты врешь. — спокойно отвечает светловолосая.
— Я не знаю! — дергается Санзу, но ремни не позволяют ему подскочить с гребанного кресла.
— Смотри-ка, начинает злиться. Покусает еще. — усмехается Риндо. Ран хмыкает.
— Ты всегда с ним. Думаешь я поверю в твою неосведомленность? — давит Вада, буравя его взглядом, теряющим терпение и самообладание.
— Я всегда жду в машине.
— Так он тебе не доверяет?
— Он даже себе не доверяет. — они пару секунд молча и пристально смотрят друг на друга. Взгляд Санзу говорил о том, что он находился между двух огней, раздумывая, стоит ли говорить. — Он не сам додумался от тебя избавиться. Кто-то нашептывает ему о том, что ты по тихому решила его убрать, чтобы не делить власть в Бонтен. Этот кто-то и шлет тебе «открыточки». Майки ему нужен скорее как щит от тебя, потому что знает, что против брата ты ничего не предпримешь. Я тоже не в восторге, что его кто-то использует. Только вот сам Майки это вряд ли понимает. Если ты поведешься и убьешь его, то ничего не изменишь, потому что главная твоя проблема не он.
— Это все? — чуть хмурится Вада. Она знала. Уже почти перестала верить, но надеялась, что брат может быть не при чем. Кто-то затуманивает его разум и лишает рассудка. Снова используют против нее самое страшное и действенное оружие. Родного брата. Но на этот раз победу она получит не такой тяжелой ценой.
— Больше ничего не знаю. Я его не видел и Майки ничего мне не говорил. Они не связываются, так что не отследишь. У них есть условное время и места, которые они заранее обговорили. Каждый раз разные, так что и это тебе не поможет. А теперь отвали от меня и выпусти отсюда. И мой тебе совет, начинай включать голову. Этот кто-то, похоже, всерьез решил прибить тебя вместе со всей твоей стаей. На моей памяти таких врагов у тебя еще не было. — Вада смотрит в пол, хмурясь и размышляя над его словами. Словно они могли ее напугать и заставить сомневаться. Рану это лицо не понравилось. Не хватало еще, чтобы она опять в себе усомнилась.
— Ты свои умозаключения в письменном виде изложи и голубиной почтой доставь. — с омерзением произносит Ран, отстегивая парня от любимого кресла и швыряет ему в лицо тряпку, чтобы вытереть кровавый потоп. — Все, хуй в ладошку и в путь дорожку. Вали отсюда. И не путайся под ногами, когда взрослые разбираются.
Санзу фыркает, вытирает лицо и поднимается, намереваясь уйти, однако путь ему преграждает длинное лезвие.
— Язык отрезать потребуется или сам примешь верное решение? — ядовито-сладко улыбается Рэйчел. Санзу пронзает ее не самым добрым взглядом, который обещает припомнить ей недавний спектакль.
— Думаю вы и сами понимаете, что Майки об этом разговоре знать не должен. Хуже будет не только мне. Чем больше узнаешь ты, Сано, тем быстрее они действуют. Надеюсь, вы что-то нашли. Мне дико не в кайф то состояние, в котором он находится. Выглядит еще безумнее, чем я. — после этих слов Харучие взмахивает рукой и уходит.
— Майки точно не знает, с кем связался. Если его просто используют, он может не знать, что этот человек убийца Дракена. Иначе бы он с ним не водился. — озвучивает свои мысли Риндо.
— Хуже если он об этом знает и все равно с ним водится. — мрачно отвечает Вада.
— Его цель — лишить тебя близких, а значит твой брат один из пунктов в списке жертв. Причем самый важный. Он настраивает Майки против тебя намеренно. Никакой он не щит. Он оружие. Он движет Майки к тому, чтобы тебя убить. Провоцирует. А ты вряд ли дашься просто так и скорее убьешь его сама, защищаясь. Кроме тебя на это никто не способен. Ты сама убьешь своего брата и этим самым позволишь ему добиться своего. Так что вряд ли Майки понимает, во что его втянули. — излагает Ран.
— Хочет, чтобы я сама себя обрекла на страдания и жила с кровью брата на руках. — соглашается с его мыслью Сано. Если тот, кто вчера следил за ней на кладбище один из людей врага, то почему не убил ее? Идеальная возможность. Факт того, что он убежал означает, что цель не убить ее. А заставить мучаться. — Но он просчитался. Я не сделаю этого, даже если выбор будет стоять между «убить» и «умереть».
— И что теперь? Расскажем обо всем Манджиро? — спрашивает Хара. Вада медленно качает головой.
— Не поверит. Да и доказательств, кроме наших догадок нет. Следуем первоначальному плану. Найти этого ублюдка и раздавить. Рэй, для тебя есть задание. Сегодня к нам приедет гость. Встреть его и позаботься о том, чтобы его заселили в здание. Распорядись насчет пропуска и проведи экскурсию. А потом проводи ко мне.
— Что еще за гость? — вздергивает бровь Риндо.
— Квартира и пропуск? Новый работник? Какая должность? — уточняет Рэйчел.
***
Хэдер с грузом совести наконец явилась на свое рабочее место. Она сотрудник айти-отдела только недели две от силы, но уже настолько привыкла к этому месту. Коллеги ей достались самые лучшие. Два весельчака Рэн и Фумайо поднимают настроение, отвлекая от усталости. Микайо очень милый и всегда готов помочь на правах сотрудника с опытом. Не сдружилась она только с девушкой, имя которой уже и позабыла. Она не контактирует не с кем кроме Хитто, просто молча выполняет свою работу. Вот такими она себе коллег в преступной организации и представляла ранее, а теперь ей кажется это чем-то странным на фоне остальных. О прекрасном начальстве не стоит и заикаться. Какуче вежлив, напоминает про обед, а в случае с Хэдер еще и отпускает ее в любое время. В последнее время на то есть специальное разрешение Вады, ибо расследование проводится в ее кабинете, куда не пролезут никакие посторонние уши. Это не секрет, но о новых новостях по этому делу Сано велела не болтать. Предатели могут быть под носом.
Особой работы не было, Ивада занималась рутиной и скучала. Ей хотелось в кабинет к Ваде, к доске и продолжать докапываться до разгадки. А еще хотелось к Риндо, который утром сбежал из ее квартиры. Спали они этой ночью вдвоем. Хэдер даже удивилась тому, что они просто спали. Обычно мужчины в такой обстановке жаждут большего. Особенно Риндо, который прогнал удобную эскорт-помощь и теперь живет без секса. Хэдер как подумает о том, что Йоко прикасалась к сурикату, так в груди вспыхивает пламя ярости. Но Риндо ее приятно удивил. Просто обнял, согревая своим телом и велел спать, чтобы набираться сил для новых дел. И Хэдер ему за это благодарна. После того, что она пережила ей страшна сама мысль о близости с мужчиной. Дело не в Риндо, напротив — когда-то Ивада мечтала, что ее первый раз случится именно с ним. Возможно он бы и вылечил своими теплыми и нежными прикосновениями ее страх. Но пока что секс ассоциируется у нее лишь с болью, унижением и животным страхом. Она знает, что и Риндо долго отталкивать будет не правильно, но ей нужно время. Они ведь уже не дети. И этой ночью он доказал, что готов ждать и не только секс от нее ему нужен. Они вдвоем как лекарство друг для друга, тепло, которого не хватало. Теперь они восполняют его сполна, просто нежными объятиями и редкими поцелуями. И кажется обоих все устраивает. Пока что…
— Хэдер!
— А, да?! — дергается темноволосая, прогоняя изображение Хайтани из головы. Не дай бог она еще и глупо улыбалась, глядя в стену. Пора прекращать думать о сурикате, он плохо влияет на ее работоспособность. — Слушаю, Хитто-Сан!
— Отнесешь это Коконою? Это анализ денежных данных за последний месяц. Траты немного превысили норму из-за приема, а мне не хочется портить настроение, слушая его нытье. Я бы сбросил ему файлом, но этот пень предпочитает бумажный формат. — устало просит Какуче протягивая ей папку с данными. Ивада бодро подскакивает и выхватывает ее.
— Конечно! Вы не обедали, лучше передохните. — улыбается Хэдер и топает в финансовый отдел. Пусть он через стенку, но размять затекшую пятую точку не помешает. В отделе Коко все по старому. Бедняги трудятся, а начальник раздраженно на них нудит, успевая при это самостоятельно переделать кучу дел. — Добрый день, Хаджиме-Сан! Отчет о денежных данных за последний месяц, прошу!
Коконой поднимает недовольный взгляд и берет папку в руки. Он смотрит самую последнюю страницу с подведенными итогами и выражение его лица становится как у свирепого медведя. Кажется, он даже краснеет. То, что Коко человек крайне экономный Ивада поняла сразу. Или просто жадный. Тут, как на зло, в кабинет влетает еще и Рэйчел, которая сейчас окончательно доведет бедного мужчину.
— Кокошка, приветик! Как денек? Скольких своих подчиненных довел до суицида сегодня?
Хара сверкает бодростью и энергией слишком ярко, что аж глаза режет. Впрочем как всегда. Глядя на Хаджиме можно смело предположить, что он не прочь бросить этой несчастной папкой с отчетом прямо девушке в голову. Ивада даже может увидеть, как у него задергался глаз. Рэйчел добивает его тем, что бесцеремонно падает пятой точкой на его рабочий стол, перемешав все разбросанные на нем бумаги. Мужчина чуть не взвыл.
— Из какого гадюшника тебя притащили, звезданутая?! Отожрала себе задницу! Я тебя посажу на этот стул и ты отсюда не встанешь, пока не соберешь все как было! — злобной змеей шипит Коконой, ударяя ладонями по столу от досады. Хару такая перспектива ни капли не пугает. — И зачем ты только сюда приперлась?!
— Вада велела напомнить, что через неделю нас ждут на благотворительном вечере и просила тебя отложить пару лямчиков на это светлое дело. — невинно хлопает глазками Рэйчел, явно наслаждаясь его эмоциями.
Иногда Хэдер даже кажется, что она энергетический вампир. Наставница стольких выводит из себя, получает в свой адрес столько негатива, но при этом только больше радуется. Челюсть бедного Хаджиме отвисла в немом шоке. Кажется, он на миг даже забыл, как разговаривать. Однако потом быстро вспомнил и прибавил громкости:
— Что?! Вы все сегодня меня добить решили?! Опять? В этом месяце мы итак превысили расходы. Это я еще молчу про убытки на новую машину взаимен той, что взорвали. Какой еще вечер?! У меня по- вашему деньги из задницы вылетают?! С каких пор вообще преступная организация благотворительностью занимается?!
— Коко, мы посещаем их уже четвертый год подряд, а ты каждый раз ворчишь как в первый. — напоминает Хара, громко рассмеявшись. Хэдер лишь сочувственно улыбается. Хаджиме угрюмо замолкает, понимая, что трат не избежать. — Ах да. У нас будет новый сотрудник, ему тоже нужно выделить зарплату. — Коконой вздергивает голову, пронзая ее ненавидящим взглядом. Вот теперь точно добили человека. Как он с такими нервами живет?
— Сколько? — настороженно цедит мужчина. Хара бегает глазами по столу и хватает бумажку с ручкой. Что-то пишет, а потом мило хихикает и показывает ему цену. Удивленные глаза на эту бумажку выпучивает не только Коко, но и Хэдер. — Сколько?! Это что за работник такой?! Какая у него должность?! Дублер Сано?!
— Это Вада столько зарабатывает?! — поражается Ивада и уже сомневается, что многие последовали за ней не исключая корыстные цели.
— Столько зарабатывает Вакаса. Вада побольше. — совершенно спокойно пожимает плечами Хара.
— Что?! Получается, что ты тоже?! — роняет челюсть к полу Хэдер, пока Хаджиме тихонько матерится под нос, пытаясь собрать разбросанные бумаги.
— Я второй помощник, так что поменьше. Вся верхушка столько получает, и ты, Кокошка, в том числе. Делиться просто не любишь. — отвечает Хара. Коконой бегает глазами по столу и останавливает взгляд на бумажке в руках Рэйчел, на которой она записала сумму.
— Ты!.. — задохнулся от возмущения мужчина и вырвал листок из ее рук. — Ты испортила важный документ! Не могла спросить, прежде, чем хватать все, что под руку попадется?! Мне это теперь перепечатывать!
— Конченный перфекционист, как ты живешь вообще с такими нервами? Купить тебе ромашки? — закатывает глаза наставница. Хэдер при виде Хаджиме хочется плакать. Сегодня по нему проехались хорошенько.
— Так что это за работник? Еще один зам Вады, судя по сумме зарплаты? — интересуется Ивада. Хара пожимает плечами.
— Мне пока не сказали. Сегодня мне нужно его встретить. Как будто президент приезжает, честное слово.
— Уж точно должность у него будет высокая. — понимает Хэдер, глядя на Коко. Она вспоминает рассказ Риндо. Все следуют за Вадой по личным причинам и у каждого своя. Даже у Хитто. А какая у Хаджиме, интересно? В Тосве он вроде не состоял. — Хаджиме-Сан, а почему вы решили следовать за Вадой? У вас тоже какой-то личный мотив? — Коко недоуменно на нее смотрит, а со стороны Рэйчел слышится смешок.
— Я просто люблю сильных. Они приносят мне доход. С ее мозгами она подарила мне миллионы. — спокойно отвечает Хаджиме, не отвлекаясь от дела и продолжая приводить свой стол в порядок.
— То есть вы меркантильный? Просто из-за денег? — немного разочаровалась Ивада. Она то ожидала услышать еще одну интересную историю про то, как Вада спасла ему жизнь или вдохновила.
— Нет. Я просто люблю деньги и такие люди, как Сано вызывают у меня уважение.
— Так это одно и тоже. — хохотнула Рэйчел.
— Если бы она просто приносила деньги не заинтересовала бы меня. Я не следую за теми, кто слаб и глуп. Это разные вещи. — шипит в свое оправдание Коконой. — Вали отсюда вообще! Ты мне итак урона нанесла за пять минут больше, чем ядерный апокалипсис! — Хара вскидывает ладони, показывая, что сдается и кинув Хэдер «еще увидимся» убежала. — Понаражают всяких и не топят… — тихо ворчит мужчина. — В старшем брате Вады один мой родной человек видил кумира. — внезапно произносит он. — Даже бога. Мы с ним были вместе в тот день, когда встретились с ней и узнали, кто она такая. Она поразила его, он сразу понял, что Вада копия ее брата, чьего детища ради он очень долго корячился. Он жил этим делом в память об уважении к ее брату. Этот человек во мне разочаровался и наши пути разошлись. А потом она меня нашла. Все знали, что я спец по зарабатыванию денег. Бонтен только создавался и ей нужны были такие люди. И я подумал, что пусть так, но я поступаю правильно. Он бы последовал за ней… — вдруг с несвойственной ему грустью рассказывает Коконой.
Тихо, чтобы не слышал никто, кроме рядом стоящей Хэдер. Даже в таком нервном и ворчливом человеке есть что-то, что вызывает уважение и сочувствие. Его история тоже интересна и достойна по-своему. Ивада в очередной раз убеждается, что Бонтен удивительное место. Каждый находится здесь не просто так. И в большинстве случаев это слишком трогательные и светлые мотивы для клана самых страшных убийц.
— А где сейчас этот человек? Вы не пробовали с ним связаться? — Коко печально усмехается, качая головой.
— Мы друг другу уже давно никто. Без понятия где он. Может его даже нет в живых.
— Если вы ради него находитесь здесь и до сих пор помните, вряд ли вы никто друг другу. Для вас он точно не никто. Я никогда не понимала, почему людям так тяжело поговорить, но так легко расстаться. Часто люди выбирают убегать, когда внутри кричат «Моя любовь». Иногда бездействие — самая страшная ошибка. Не думаю, что этот человек вас забыл. Если связь крепкая, ее не разорвет не долгая разлука, ни даже смерть. По себе знаю. — мягко улыбается Хэдер. Она склоняется в знак уважения. — С вашего разрешения я вернусь к работе. Хорошего дня. — произносит темноволосая под пристальным взглядом лисьих глаз и покидает кабинет.
Коконой провожает взглядом ее спину до тех пор, пока она не скроется за дверью. Что-то странное он почувствовал в тот момент. Словно невидимая теплая рука коснулась его души. Давно размытый в памяти образ вдруг четко засветился в голове. Перед глазами пронеслись яркие картинки юности, в голове зазвучал его голос. Его имя заиграло на языке, словно заевшая пластинка. Он вдруг впервые осмелился произнести его вслух:
— Сейшу…
Он вновь вспомнил, как звучит некогда родной голос, хриплый смех, невообразимо яркие зеленые глаза и улыбка, как похожая на ту, что будет жить в его сердце вечно. Он весь был похож на нее, как две капли воды. Но его зовут Сейшу. Он не она. Он роднее, пусть Коко и понял это слишком поздно. Пытаясь найти замену, он потерял важный оригинал. Хаджиме так боялся, что забудет это лицо. И уже почти забыл. Если бы не она…
Хэдер вернулась в свой кабинет. Сегодня никаких новостей от Вады пока не было. Будет обидно, если она решит расследовать дело в одиночку. Например под предлогом того, что не хочет подвергать Иваду опасности. Вада любит этот прием. Но Хэдер в любом случае уже вовлечена. Ей все не дает покоя этот новый работник. Статус у него будет большой, судя по тому как его встречают и какую назначают зарплату. Вада лично распорядилась о том, чтобы о нем позаботились. Может кто-то из ее знакомых? От мыслей ее отвлекает Риндо, который посетил ее отдел.
— Как дела? Не устала? — интересуется парень, укладывая руки на спинку ее стула.
— Было бы от чего уставать. Монотонная работа до ужаса скучная. Прошу, скажи что для меня есть интересное дело. — жалобно протягивает темноволосая. Хайтани мягко улыбается, пригладив ее волосы на макушке.
— Тогда я тебя обрадую. Собираемся в кабинете Вады. Будем разбираться в насущном вопросе. Есть новая информация. — Хэдер вмиг просияла и приободрилась. Она тут же подскочила со своего рабочего места и чуть ли не в припрыжку стартанула к выходу. — Какуче, я ее краду.
— Что опять? — не удивляется Хитто. — И зачем мне помощник, которого вечно нет рядом? Может ее перевести в заместители Вады?
— Простите… — чувствует укол совести Хэдер. Хитто беззлобно усмехается, отмахиваясь.
— Иди уже. Там от тебя явно больше пользы будет.
По пути до кабинета Вады Риндо поведал Хэдер информацию, которую удалось выведать из Санзу. Ивада не особо симпатизирует Харучие да и не жалеет, но даже ей кажется, что этого розового уж слишком много колотят. Какой раз подряд он уже получает за две недели? Ситуация с Манджиро еще больше запутывает. Риндо поделился предположениями Рана и Вады на этот счет и темноволосой они показались логичными. Жестоко использовать родного брата, как оружие. Но Хэдер полностью уверена в Сано. Та никогда не убьет близкого человека, даже если он не будет придерживаться такой же позиции. Хотя это и пугает. Кабинет Вады встречает солнечным светом, проникающим сквозь панорамные окна. Собаки, кажется, уже приучены к тому, что Хэдер не враг. Реагируют спокойно и кажутся даже милыми. В кабинете уже находятся Ран и Вада. Вада с маркером в руке вносит какие-то правки на доске, которую перевезли из квартиры Хэдер, а Ран наблюдает за ней нежным довольным взглядом с дивана. Иваду впечатляет интересна кофта Сано. Такие рукава больше подходят к платью в пол в стиле средних веков.
— Привет! — оборачивается к ней Вада и сдержанно улыбается. Она не выглядит такой же подавленной как вчера, но и радостью не сияет. Ивада замечает на ее лице макияж с особо выделяющимися красными губами и удивляется. Вада на ее памяти никогда не красилась.
— Бог мой!
— Ты про «боевой раскрас»? — усмехается Ран, а затем тише добавляет. — Похвали ее, полтора часа на него утром потратила.
— Замолчи или я тебя покусаю. — без тени раздражения произносит Сано, увлеченно работая с доской. Хайтани смеется, заставляя и Хэдер улыбнуться. Ее радует, что несмотря на мрачные новости Ран остается в хорошем настроении, а Вада не падает духом. Они остаются самими собой.
— Любой твой каприз. — хитро тянет Ран. Вада лишь закатывает глаза. Риндо усаживается рядом с братом, тыкая его локтем в бок за глупые шуточки, а Ивада подходит к светловолосой. Информацию о брате Вада уже добавила к остальным сведениям, соединила нитками и нарисовала кучу вопросительных знаков.
— Я велела Вакасе отследить маршрут Майки. Может одного точного места и нет, но кто-то наверняка их видел в одном из заведений и хотя бы сможет описать с кем был мой брат. — произносит Вада. Слишком долгий и сложный путь, но другого пока не остается.
— Что насчет пуль? — вспоминает Хэдер. Вада кивает головой на стол, где в файлике лежит лист. Ивада берет его в руки и изучает. — Рэй была права. У нас их не выпускают с 2006 года. Последний случай использования такого типа был зарегистрирован шесть лет назад. Как раз убийство Кена Рюгуджи.
— Значит это совершенно точно один и тот же человек. Он как будто специально этим намекнул на случай из прошлого. — хмурится Сано.
— И ты совершенно точно его знаешь. Либо не помнишь, либо просто не подозреваешь.
— На моей памяти настолько умный враг был у меня только один. И он уже мертв.
— Ты про Кисаки Тетта? — вспоминает Риндо. Вада замирает.
— Нет. Я имела в виду Изану… — девушка мрачнеет. — Тетта ведь не довезли до больницы, верно?
— Еще скажи, что он мог восстать из мертвых. — фыркает Ран. — Не настолько мы в отчаянном положении, чтобы подозревать тех, кто давно подох.
— Ты его убила? — с подозрением косится Хэдер. На лице Вады появляется выражение отвращения и боли.
— Он сам себя убил. Хреново в догонялки поиграл. Хотелось бы, конечно, самой его прикончить. — цедит Сано, швыряя маркер на стол.
— А у него были близкие? Друзья? Может кто-то может мстить за него? Он же связан с Тосвой?
— Еще как. — присвистывает Риндо, вспоминая армагеддон, который творился в то время. Все задумываются, вспоминая, кто мог быть связан с Кисаки в то время. Изана, на которого он работал. Риндо щелкает пальцами.
— Как того урода с челкой до Египта звали? Который бегал за Кисаки, как псина всюду. Мы с тобой ему еще рожу начистили на причале, когда он на Ваду напал. — обращается к брату Хайтани. — Ты его еще засадить помог после драки.
— Ханма! — вспоминает Вада. — Ханма, а имя…
— Сюджи? Или Шуджи…
— Как вы сказали? — округляет глаза Хэдер.
— Сюджи Ханма, точно. — подтверждает Ран.
— Ты его засадил. На какой срок? — напрягается Вада.
— Лет шесть семь обещали.
— Так он сейчас может быть на свободе? — сжимает кулаки Риндо.
— Бред какой-то. Если он в то время уже сидел в колонии, то как мог убить Дракена через год? — мотает головой Сано.
— Вада, я могу воспользоваться твоим компьютером?! — спохватывается Хэдер, вспоминая, что уже где-то видела это имя. Светловолосая кивает. Ивада быстро щелкает по клавишам, как и вчера вечером попадая в базу данных полиции. Вчера, когда она просматривала сокамерников Нэо, кажется, видела… — Вада…
Светловолосая быстро подходит к монитору и через плечо Хэдер смотрит на экран. В списке сокамерников Нэо числится парень по имени Сюджи Ханма. Поступил в 2005 году, освободился год назад. Нэо, кстати, поступил на четыре года раньше и освободился тоже раньше него. Как раз примерно в то время, когда был убит Кен Рюгуджи. Фотографии этого Ханмы в деле нет, но и без нее стало понятно, откуда ноги растут. Скорее всего они общались с Нэо и Сюджи предложил ему посотрудничать, а когда освободился сам они начали действовать вместе. Кулаки Сано сжимаются и белеют, Ивада слышит, как над ее ухом скрепят зубы.
— Да не может этого быть. И я отпустила этого ублюдка… — шипит Вада, стараясь дышать ровно.
— Вот тебе связь и с Тосвой, и с Дракеном и с тобой. И почему мы сразу не додумались? Можно было догадаться только потому, что он недавно вышел. — хмуро произносит Ран, который вместе с братом тоже подошел к монитору и все понял.
— Зато теперь мы знаем кого конкретно искать. — говорит Риндо.
— Мы даже не знаем, как он выглядит. Кто знает, как эта мразь могла изменить внешность за семь лет. — озвучивает неутешительную, но логичную истину Вада. — Хэдер, при освобождении он должен был оставить адрес, где при случае его можно будет найти.
— Секунду. — понимает к чему клонит Вада, Хэдер вновь колдует над клавиатурой. Адрес действительно есть. Зарегистрирован он в районе Сибуя.
— Вряд ли это было бы так просто. — говорит очевидное Ран. Но проверить лучше все. Пока это единственное, что есть. Но это уже огромный прогресс. Зная личность врага уже можно легко его найти. Вада хватает телефон и кого-то набирает.
— Ты умница. — тихо хвалит ее на ушко Риндо и благодарно улыбается. Ивада готова растаять от прилива нежности и гордости за себя. Хоть где-то она не оказалась бесполезной.
— Рэйчел, бери Мицую, пару ребят из первого подразделения, вооружайтесь и быстро по адресу, который я сброшу. Кажется, мы нашли его. — на том конце провода, видимо, быстро принимают приказ и отключаются. Хара будет учувствовать в операции по задержанию, как круто. Ивада хотела бы это увидеть. И какой идиот придумал, что женщины слабый пол? — Остается ждать.
— Как я это ненавижу. — морщится Ран. Пока Вада молча расхаживает по кабинету, а Хайтани ждут на диване, Хэдер добавляет на доску новые улики. — Как он вообще понял, что именно ты убила Кисаки, если он попал под машину?
— Он был там. — вспоминает Вада. Она тогда еще наивно подумала и пропела ему что-то про карму. Он, видимо, тоже решил поработать в этом направлении. Только вся справедливость свершилась, когда умер Кисаки. Дальше это уже не карма, а месть. — Когда я уходила он прибежал туда и видел аварию. И меня тоже. Возможно, мои слова повлияли на него.
— И что ты ему сказала? «Получите, распишитесь и сходите на хуй?» — выгибает бровь Риндо.
— Я сказала, что это карма за Баджи. Что я отняла у него друга точно так же, как и он у меня. Что-то в этом духе. — печально вздыхает Вада.
— Да это даже не ты его убила! — возмущается Ран.
— Ты ему это скажи. Хотя, если бы была возможность, убила бы собственными руками. — тихо рычит светловолосая. — Вот уж про него бы точно не подумала. Он всегда казался мне тупым долбанутым идиотом с сигаретой в зубах.
— И челкой до Египта. — напоминает Риндо.
— Суть в том, что он не казался настолько умным. Чтобы проворачивать такие планы так виртуозно…
— Может в колонии мастер классы проводят по отмщению после освобождения? — усмехается Хайтани старший. — Твой портрет весел над его кроватью, разрисованный и утыканный ножами, а перед сном он составлял план мести и ржал, как злодей из аниме.
— Да. Смешно только ему. — недовольно глянула на него Сано, и Ран решил, что лучше помолчать.
— Мне больше интересно, почему Майки вообще его слушает. Он же знает, кто такой Ханма и что творил в свое время. Или они разделили кальян на двоих, обсудили дела былые и за все друг друга простили? — недоумевает Риндо.
— Порой общий враг сближает. — печально усмехается Вада. Хэдер гладит ее по плечу, сочувственно улыбаясь. Сано немного расслабляется и тоже устало улыбается.
Они просидели в ожидании еще минут двадцать, после чего у Сано зазвонил телефон. Она казалась слишком взвинченной, вскочила с дивана и схватила его так, словно он был ее шансом на жизнь. Остальные тоже подпрыгнули, сами не зная почему. Звонил Мицуя.
— Настройся на нашу частоту. Я почему-то подумал, что ты захочешь быть в курсе происходящего. Сидеть и ждать тебе не свойственно. — произносит Такаши, явно при этом улыбаясь. Вада оживилась, видимо он хорошо ее знает. Светловолосая прыгнула на свой стул и быстро пощелкала по клавиатуре. Спустя минуту на всю комнату из колонок, подключенных к компьютеру послышался голос Рэйчел.
— Меня хорошо слышно?
— Даже слишком. Можно и потише. — отвечает в динамике голос Мицуи. Хэдер выгибает бровь.
— Рация? — спрашивает она.
— Ты в каком веке, Хэд? Наушник. — смеется Хара. Ивада восхищается. Они будто настоящую военную операцию развернули. Как в фильмах. — Ох, видела бы ты, как мне идут камуфляжные штаны. — мечтательно протягивает наставница.
— По делу, шибанутая. — упрекает ее Риндо. Подле Вады и ее стола столпились все присутствующие.
— Да пожалуйста. — фыркает Хара. — Мы подъезжаем к заданной точке. Брать живым?
— Да. — тут же строго отвечает Сано. — Он мне нужен живым. Но не запрещаю оставить на нем пару вмятин.
— Будет сделано босс. А где Вака прохлаждается? Почему не поехал с нами? — вдруг вспоминает про напарника Рэйчел. А правда, где он? Обычно он всегда рядом с Вадой.
— У него другое задание.
— Ладно. С Мицуей мы вроде тоже неплохо работаем.
— А по-моему я нужен только за тем, чтобы не дать тебе переборщить. — усмехается Такаши. — Вада, это в самом деле тот самый Ханма, которого мы знаем?
— Да.
— Жизнь полна сюрпризов. Приехали. На выход. — на заднем фоне слышатся хлопки дверей машин и мелкие шорохи.
— А я то ожидала квартирный дом. Если он нас заметит, сразу сбежит. — раздраженно шипит наставница.
— Вы трое — зайдите с задней части дома. Мы с Рэйчел и Мито зайдем с главного входа. — командует Мицуя. Вада еще больше нервничает, хоть и старается держаться отстраненно. Ее выдают нервные подрагивая пальцев и плотно сжатые губы.
— Что-то не похоже, что здесь кто-то живет. — делится наблюдением Хара.
— Меньше болтовни. — опять кидает ей упрек Риндо. Рэйчел что-то недовольно бубнит, после чего Хэдер отчетливо слышит звук перезарядки оружия. Это явно не обычный пистолет, что-то помощнее.
— Начинаем. Всем занять позиции. Вы на задний двор. Не светитесь в зоне окон. — Такаши явно профессионал, так четко отдает команды. Он явно хорошо знает свое дело.
— Будьте осторожны. Учитывая, что он всегда на шаг впереди, в доме может ожидать что угодно. — взволнованно предостерегает Вада, закусывая нижнюю губу. Большая ладонь Рана ложится ей на плечо. Хэдер одними губами шепчет «Удачи». В динамике слышатся лишь шорохи, видимо, они приступили к делу. В этот момент в кабинете появляется Вакаса с красивой коробочкой в руках.
— Что происходит? Только не говорите, что вы там мультик смотрите. — выгибает бровь Имауши, глядя на толпу возле монитора.
— О, Вака! — значительно тише произносит в трубке Рэйчел. — Ты вечно пропускаешь самое интересное.
— Рэй, сейчас не время… — напоминает Мицуя. Говорят они почти шепотом.
— Что за… — Вакаса мгновенно хмурится и быстро подходит к столу. — Что такое? Это канал внутренней связи? Где они? — похоже, теперь волнуется даже самый старший и холоднокровный человек среди них.
— Вот-вот, напарник, какого хрена всю работу должна выполнять я? — пытается передразнить его излюбленную фразу Хара. — Между прочим, тебе бы камуфляжная форма тоже подошла. Я бы для тебя ее раздобыла. Были бы как два солдата на поле боя.
— Не отвлекайся от задания! Он может тебя услышать и сбежать! — строже произносит Такаши.
— Где они? Почему меня не оповестили? Какой адрес? — вмиг напрягается Вакаса, готовый рвануть с места.
— Раньше спохватиться не мог? Нам еще и ждать тебя? — ворчит Рэйчел. — Сиди уже на жопе ровно, я сама справлюсь.
— Что значит «сама»? — начинает злится Вакаса, сжимая пальцами край стола, на который облокачивался.
— Напоминаю, что ты не «сама». — встревает Мицуя.
— Что вы устроили?! — не выдерживает Вада. — Така, живо приступить к операции.
— И эту дуру стукни. — добавляет недовольно Риндо.
— Все на позициях? — спрашивает Мицуя. В динамике слышатся посторонние мужские голоса с положительным ответом. — Рэй, готова?
— Как на казнь. — весело произносит Хара.
— Давай без этого. — злобно говорит Имауши.
— Пошли! — командует Такаши. Мгновенно слышится грохот. Рэйчел снесла хлипкую дверь с петель ударом ноги. Бесконечный топот ног, напряженное молчание. — Проверить комнаты. — тихо командует Такаши. Вакаса тяжело дышит, явно сдерживая волнение. Вада барабанит пальцами по столу, остальные молчат в напряжении. Время словно замедлилось. Все ждали хоть какого-то исхода.
— Чисто.
— Ничего.
— У меня тоже. — откликается Мицуя. — Рэй?
— Ничерта. — рычит наставница.
— На заднем дворе что?
— Никого.
— Ушел. — шипит Вада, потирая переносицу.
— Или он изначально дал липовый адрес. Никто не проверяет. — предполагает Ран.
— Дом обыскать, может что-то дельное найдем. — отдает приказ Вада и случайно бросает взгляд на ту самую коробочку, которую принес Вакаса и оставил на столе. — Что это?
— Каору передала. Курьер привез. Сказали, что доставка на твое имя.
— На мое? — хмурится Сано и берет коробочку в руки. Она не большая, бархатная и прямоугольная. В Такие обычно браслеты или подвески упаковывают в ювелирных.
— Очередной подарок от партнеров? — любопытствует Ран. Вада аккуратно ее открывает и лицо ее искажается от отвращения и шока.
— Что это за…
Все смотрят на содержимое коробочки. В глаза сразу бросается… Человеческий палец. Ивада давится воздухом от ужаса, Риндо не удерживается от мата. Вада молча смотрит на содержимое, пока в ее глазах пролетает тысяча и одна эмоция. Какой больной урод мог прислать ей такую мерзость? На пальце была малюсенькая татуировка в виде знака восьмерки.
— Вака, у кого из наших людей есть подобная тату? — с трудом задает вопрос Вада. Она застыла, словно каменная статуя.
— У сотрудника второго подразделения, которого я отправил следить за тем, кого мы выпустили в городе. — отвечает Имауши, сохраняя на лице спокойствие.
— Урод… — цедит сквозь зубы Сано. — И здесь он нас переиграл.
— Там еще что-то. — указывает Риндо. В коробочке помимо пальца, от которого еще и ужасно воняло, лежал маленький листик с запиской, а под ним было какое-то украшение. Светловолосая аккуратно, чтобы не дотронуться до пальца, ноготками вытаскивает листик.
— «Кто будет следующим, уважаемая Сано»? — зачитывает текст вслух Ран.
За секунду в глазах Вады загорается пламя неистовой ярости. Все происходит слишком быстро. Она вдруг резко вскакивает и одним рывком переворачивает свой стол под вскрик Ивады и брань старшего Хайтани. Собаки подпрыгнули и залаяли, напуганные грохотом. Все вещи со стола разлетелись по полу. Рану этот стол чуть на ногу не упал, успел отскочить. Хэдер чувствует, как в испуге бьется сердце и смотрит с шоком на Ваду. Она дышит, как дракон, глаза опасно горят желанием убивать самым страшным способом. Она смотрит в пол, старается глубоко дышать, чтобы контролировать свое разразившееся бешенство. Упавший монитор чудом не разбился и продолжал работать.
— Что у вас там? — настороженно спрашивает Рэйчел.
— Вада, успокойся. Он тебя дразнит. — пытается до нее достучаться Ран. Девушка на него не реагирует, продолжая какую-то внутреннюю борьбу с собой.
— Вада… — Хэдер осмеливается подойти к ней, хотя коленки дрожали от страха. Темноволосая берет ее лицо в ладошки и поднимает голову, заставляя посмотреть в глаза. — Все хорошо. Держи себя в руках. Он тебя провоцирует, смеется над тобой. Ему будет не до смеха, когда ты его найдешь и прижмешь. Он за все ответит. За каждую жизнь. Главное ты не теряй голову. Без тебя все пропадут. — дрожащим голосом произносит Ивада, стараясь улыбнуться, чтобы Сано было спокойней. И это работает. Напряженные плечи светловолосой опускаются, а взгляд фокусируется. Она тяжело вздыхает и кивает.
— Вау, даже я так не умею. — хмыкает Ран.
Ивада обращает внимание на разбросанные вещи. Взгляд натыкается на подвеску, которую она уже где-то видела. Проходит пару секунд, прежде, чем осознание ударяет ее по голове. Она округляет глаза, опускаясь и подцепляя пальцами украшение. Ей же не мерещится? Это действительно та самая вещь. Она хорошо ее запомнила, потому что человек, который ее покупал напугал тогда ее до жути. И вдруг в ее голове проносятся слова, которые все расставляют по местам.
«Это девушка. Но не близка мне.»
«Точно будет с душой. Мне нужно в него вложить свои чувства.» «Ненависть»
«Этот человек в свое время отнял у меня близкого человека и наказание не получил. Я его ненавижу и желаю смерти, но, признаться, восхищаюсь. Можно сказать, что своего врага я уважаю.»
«Люблю наслаждаться игрой»
Ивада все понимает. Это был он. Хэдер встретилась с тем самым человеком, которого они так старательно ищут. И он точно не просто так к ней обратился. Он знал, кто она такая. Все сходится. Он считает, что Вада виновата в смерти Кисаки Тетта, а потому и мстит. Он намекнул, ведь знал, что Ивада сразу узнает это украшение. Господи, она стояла с ним рядом, разговаривала. Он ведь сразу ей показался подозрительным и устрашающим.
— Это было в коробке? — спрашивает Хэдер. Сано кивает. — Я знаю, кто это отправил.
— Мы итак все поняли, от кого этот подарочек. — усмехается сухо старший Хайтани.
— Вы не поняли. Я его видела. Я с ним говорила. Он при мне выбрал это украшение. — дрожащим голосом объясняет Хэдер. Риндо удивленно на нее таращится, как и все в помещении. — Я тогда зашла в ювелирный. Он сам подошел ко мне и попросил помочь с выбором украшения. Сказал, что это подарок из вежливости для врага, которого он уважает. Для девушки, которая лишила его близкого и осталась безнаказанной.
— Как он выглядел? — спрашивает Вакаса.
— Высокий… — вспоминает Ивада. — Темные волосы с светлыми прядями, очки. Еще была серьга в ухе… Татуировка! У него была татуировка вот тут, — показывает она на тыльную сторону своей ладони. — С иероглифом «Преступление».
— Преступление, наказание. Все же помнят эти татуировки? — зловеще хмурится Риндо, глядя на Ваду с Раном. Сано молчит, грозно глядя перед собой. По их лицам понятно, что они догадались.
— Ханма. — произносит Ран. — Значит это точно он.
— Хэдер, сбрось адрес этого магазина Вакасе, укажи день и примерное время. Вака, достань записи с камер оттуда. В ювелирном они точно есть. Я хочу увидеть его. — просит Вада. — Если этот больной ублю…
— Вада, мы ничего не нашли в доме. Я, конечно, отправлю сюда наряд криминалистов, но вряд ли… Рэйчел, замри! — вдруг слышится встревоженный голос Мицуи из динамиков. Все сразу вспомнили про связь с Харой и Такаши. — Не смей двигаться.
— Ты тоже слышал? — звучит напряженный голос Рэйчел. От ее былого веселья не осталось и следа.
— Что такое? — тут же спрашивает Вакаса.
— Плохие новости, напарник. Есть вероятность того, что я стану Франкенштейном. — саркастично и нервозно усмехается наставница. — Под моими ногами что-то щелкнуло. — все тут же переглянулись. Эти слова звучали как громкий взрыв в голове у каждого. Глаза Имауши округлились в немом ужасе, он потерялся.
— Ты уверена? Может половица просто скрипнула? — сомневается Ран.
— Намек на то, что я толстая?! Да нифига подобного! Это четкий щелчок, похожий на планку спускового механизма! Твою мать! — не со страхом, а скорее досадной злостью кричит Хара. Она едва не забылась и чуть не топнула ногой.
— Рэй, не смей шевелиться! Стой на месте! Если это бомба, дернешь ногой — тебе конец! Я выезжаю! — Безапелляционным твердым тоном сказал Вакаса, сразу сорвавшись к выходу.
— Мицуя, срочно вызови саперов! — Сано начинает потряхивать, голос захрипел от волнения, а руки словно током пронизаны. Ее серьезно колбасит и даже объятия Рана не спасают положение.
— А если она с таймером?! — на глазах Хэдер наворачиваются слезы. Хара один из ее самых близких людей. Они так сдружились, она ведь столько для нее сделала. Сама мысль о том, что ее может не стать грозит Иваде обмороком.
— Шибанутая, ты слышишь? Я надеюсь у тебя хватит мозгов просто стоять на месте? — Риндо тоже переживает, просто проявляется это странно. Для него подстёгивать Рэйчел лишний раз было уже не необходимостью, а скорее просто привычкой.
— Я по-твоему совсем идиотка?! — шипит гневно Хара. — Может просто осторожно заменить на что-то похожего веса?
— Нет! — тут же рявкнул Ран. — Просто стой и не шевелись. Не хватало еще твоей самодеятельности. Дернешься и кабздец не только тебе, но и всем, кто находится в доме.
— Такое чувство, что за меня ты переживаешь меньше всего. — укоризненно фыркает наставница.
— Рэйчел, прошу, дождись помощи… — молит Хэдер, стараясь не поддаваться панике.
— Так, Хэд, не кипишуй. В случае чего, позаботься о моих нарядах. Это мое наследство, не смей продавать. Там есть и такие, которые уже нигде не откопаешь. Лучше сама носи.
— В случае чего, Рэй? У тебя жизней как у кошки. Не разводи трагедию. — старается не нагнетать Хайтани младший.
— Вау, я уже не «шибанутая». Это предсмертный подарок? Чтобы тебя потом совесть не так грызла, да? — веселеет наставница. У нее даже есть настрой шутить в такой ситуации.
— Слушай, а подними ногу. — раздраженно просит Риндо, получая неслабый подзатыльник от Сано.
— Мицуя, саперы едут?
— Да. Будут через десять минут.
— Пусть никто в доме не двигается. Она может быть не одна. — старается сохранять бдительность и отдавать четкие указания Сано.
***
Вакаса гнал как мог, нарушая всевозможные правила, что редко делал. Сердце стучало в горле, во рту пересохло от волнения. Кажется, на лбу даже выступил пот. Кажется, будто у него сейчас остановится сердце, а прилившая к голове кровь пойдёт из ушей. Они с Рэйчел во многих передрягах побывали, часто бывали ранены, но чтобы бомба. Ситуация никогда еще не была настолько серьезной. Его тянуло к Харе с неистовой силой. Он четко знал, что сейчас должен быть там, рядом с ней. Ужасные мысли его догоняли, но Имауши уперто от них убегал, вдалбливая педаль газа до упора. Душил их, пока они не успевали сформироваться. Это же Рэйчел. Она даже смерти в лицо смеется, ей никакая бомба не страшна. Он прибыл на пару минут позже команды саперов. Несмотря на все предостережения и свою безопасность он забежал в дом и столкнулся с Харой, которая стояла на месте с недовольным выражением лица, словно перед ее лицом помахали конфетой и не угостили.
— Ты как? — Вакаса не выдает своих эмоций, смотрит непоколебимо, словно могучая скала. Хотя из них двоих на бомбе стоит Рэйчел и она явно нервничает меньше.
— Как пугало в поле. — фыркает темноволосая. Имауши выдыхает. Она не падает духом, это прекрасно. Рэйчел не глупая девчонка, а тренированный боец, профессиональный наемный убийца. Она бывала в ситуациях и похуже, так что этот случай ее не пугает. — Надеюсь, ты захватил перекус? Я есть хочу.
— Извини, я думал тебя вот-вот разорвет на куски и забыл заскочить в кафе. — закатывает глаза Вакаса, незаметно улыбаясь. Просто бронебойная машина, а не женщина.
— Ну вот какой из тебя напарник? По твоей вине я от голода умру быстрее, чем от взрыва. А если это мой последний обед? — досадно произносит Хара. В комнате появляется мужчина в форме вместе с Мицуей.
— Докладывайте. — хмурится Имауши.
— Хорошая новость в том, что других зарядов в доме нет, поэтому вы можете чувствовать себя в безопасности.
— Других? — щурится Вакаса.
— Да. Это действительно бомба. Мощная, если взорвется взлетит весь дом и заденет пару соседних. Вы стоите на сенсорной пластине подключенной к детонатору. Пластина чувствительна даже к малейшим весовым колебаниям. Попытаетесь перенести вес тела и…
— Бум. Я догадалась. — закатывает глаза Хара. Вакаса задерживает дыхание.
— Немедленно примите меры. Обезвредьте, хоть сожрите ее, но чтобы она смогла выйти из этого дома. — неумолимым тоном приказывает Имауши.
— Мы попытаемся подлезть к ней с помощью оптической камеры. А до тех пор постарайтесь не двигаться лишний раз.
— Почему все вдруг начали считать меня идиоткой? — злится Рэйчел. А то она и без них не поняла, что нужно стоять на месте.
— Размер планки детонатора примерно метр на метр. — сообщает мужчина. Ему приносят баллончик с краской и он начал ходить вокруг девушки, рисуя на полу круг. — Ни в коем случае не пересекайте эту черту. Мы постараемся как можно быстрее разобраться с этой проблемой. — он уходит, и в комнате повисает напряженное молчание.
— «Проблемой». — фыркает Рэйчел. — Как будто я не на бомбе стою, а каблук сломала.
— Имей терпение. Тебя отсюда вытащат. — пытается приободрить ее Имауши. С его каменной рожей сочетается плохо.
— Может хоть перед смертью признаешься? — вдруг произносит темноволосая, глядя на потолок. Вакаса застывает, начиная нервничать. Неужели она вспомнила?..
— В чем? — внешне он остается самим олицетворением спокойствия.
— В любви? — пожимает плечами Хара, а затем тихо хихикает. — Ну а что? Вдруг потом всю жизнь будешь об этом жалеть?
— Не заставляй меня жалеть о том, что я приехал сюда.
— Как-то ты слишком груб с напарницей, которую может разорвать на части.
— Вакаса, мы кое-что нашли. — появляется Мицуя с черным пультиком в руках. — Мы спросили. Это поможет обезвредить бомбу. Нужен код.
— Хороша помощь. Откуда мы должны его высрать? — скептически произносит Хара.
— Это уже хоть что-то. Ты здесь больше не нужен. Возвращайся в Бонтен и помоги Ваде. Нужно получить записи с камер по указанному адресу. Я вышлю. — сообщает Вакаса.
— И тебе бы лучше свалить. Вдруг дерну ногой и тогда уж мы вдвоем отправимся в ад. — напоминает Рэйчел. Имауши ее словно не слышит и садится на диван, который находится в этой же комнате. — Серьезно, Вака. Это так красиво, умереть в один день и разделить один гроб на двоих, но что-то не припомню, чтобы бы ты был поклонником романтики.
— В тебе романтики хватит на нас двоих. — закатывает глаза мужчина, отвлекаясь на телефон.
— И что ты будешь сидеть здесь все время и ждать, когда у меня откажут ноги? — скрещивает руки на груди Хара, стараясь двигаться осторожно и медленно. Она не привыкла к такому ритму, и стоять на месте тоже для нее трудно.
— Если я уйду кто будет твоим бомба другом? — вдруг выдает Вакаса, глядя в экран своего гаджета. Хара округляет глаза в ступоре.
— Что прости?.. — она на миг растерялась.
— Если я уйду, кто будет поддерживать тебя и отвлекать от усталости? Мы не знаем сколько тебе придется вот так простоять. Тем более на твоих копытах. — невозмутимо объясняет Имауши. Как вообще он мог сказануть подобную глупость даже по меркам Рэйчел?
— Я прекрасно справлюсь. Я в каблуках большую часть жизни. И больше не шути. У тебя это плохо получается. Бомба друг? Серьезно? — сдерживает смех темноволосая. Вакаса улыбается. Он и сам от себя немножко в ауте. Но Хара смеется, а значит он все сделал правильно.
***
— Нужно же что-то предпринять. Она так не сможет стоять вечно. — нервничает Хэдер. Вада выравнивает свое дыхание.
— И чем мы поможем? Там саперы. Они знаю свое дело.
— А мы займемся своим. Нужно допросить курьера. Возможно по счету, которым оплатили заказ выйдем на Ханму. — предлагает Риндо.
— Мицуя и Хитто этим займутся. — кивает Сано. Она вышагивает по кабинету, уперев руки в бока и явно лихорадочно ищет всевозможные пути решения глобальной проблемы. — Может Майки что-то все-таки скажет?
— Скорее ангелы начнут вылетать из задницы, чем он тебе поможет. — усмехается Ран. В кабинете Сано царит полный разгром, поэтому Ивада решает предложить перебраться в более удобное место для коммуникации и с целым оборудованием.
— Давайте пойдем к Хитто и оттуда уже будем действовать.
Все соглашаются. Айти-отдел был в легком недоумении, когда к ним лично заявилась глава, да еще и в компании Хэдер с Хайтани. Они закрылись от лишних ушей в кабинете Какуче и ждали новостей от Мицуи, который вот-вот должен был прислать видеозапись из ювелирного магазина. Хитто хоть и не выглядел заинтересованным, но перспектива хоронить Рэйчел по частям его тоже не обрадовала.
— Если твой брат в этом замешан, то почему бы просто силой не выудить у него информацию? — задает вполне логичный вопрос Какуче. Однако же все смотрят на него как на сумасшедшего.
— Как ты себе это представляешь? Он даже говорить не станет, если вообще не решит меня прикончить. — отвечает Сано, стоя лицом к окну.
— А я думал ты сильнее этого сопляка. — с каплей яда в тоне произносит Хитто.
— Вам, Хитто-сан, тоже Манджиро не нравится? — любопытствует Хэдер.
— Он не нравился Изане. Мне этого достаточно. — все затихают. Какуче ловит на себе странный взгляд резко обернувшейся на него Вады. Похоже, что это их личная тема и очень болезненная. — До сих пор считаешь, что сделала правильный выбор?
— Я вообще предпочла не выбирать, если ты забыл. — стреляет испепеляющим взглядом светловолосая.
— Получил запись. Ивада, мне нужно примерное время. — говорит Хитто и все тут же подходят к его столу.
— Примерно между двенадцатью и часом дня. — мужчина ускоряет видеозапись, перематывая на нужный временной промежуток. Запись летит быстро, люди словно мелкие тараканы бегают по магазину. Пять пар глаз внимательно вглядываются в экран, стараясь поймать нужный момент. — Стоп! — просит Хэдер. Какуче останавливает видео и приближает картинку. На экране Хэдер и тот самый жуткий мужчина. — Это он. — Вада смотрит на монитор так, словно ее взгляд может превратиться в лазер и расплавить экран с изображением этого лица.
— Это Ханма. Сомнений не остается. — цедит Вада, чей полный ненависти взгляд разгорается все сильнее.
— И что нам это даст? Рэй это не поможет. Если бомба его рук дело, то нужно его найти и выпытать код.
— В розыск его. Может это что-нибудь и даст. Скажи Мицуе, пусть свяжется с полицией. Из-под земли мне этого черта достанут. — приказывает Сано, которая все не может отвести взгляд от экрана, будто пытаясь запомнить каждую деталь его образа. — Сможешь подобрать нужный код? — обращается она к Хитто.
— Попробую. Для этого мне нужен пульт в руках.
— Я помогу. Комбинаций миллионы, но что еще остается? — отзывается Ивада.
— Давайте дождемся информации от саперов. Пока рано панику разводить. — напоминает очевидную вещь Ран.
— Если пластина чувствительная, к ней не так то и просто подобраться. Вмешательство может спровоцировать взрыв быстрее, чем глупость Хары. — делится знанием Какуче, но от этой новости легче не становится. — Почему-то мне кажется, что таким способом лучше не обходиться.
— Я не собираюсь бездействовать. Рин, сообщи Санзу. Я жду брата в зале совещаний. — решительно произносит Сано.
***
— Что там такого интересного в твоем кирпиче? Как у тебя хватает совести смотреть порно, когда твоя напарница страдает и не может даже ногу переставить? — скучающе растягивает слова Хара, устало вздыхая.
— Ран прислал фото Ханмы. — игнорирует ее сарказм Вакаса и показывает фото. Хара фыркает.
— Ублюдская прическа. При встрече я запихаю ему эту бомбу в задницу. — рычит темноволосая.
— Не думай о бомбе. Тебе нервничать сейчас нельзя.
— Вака, я стою на бомбе, а не беременная. Как ты прикажешь мне об этом не думать, когда жизнь моя стоит на кону? Я еще даже в Париж не слетала! — слезливо хнычет девушка.
— Очень просто. Ты меня вынуждаешь. Хорошо, давай будем разговаривать. — с видом царя, который делает великое одолжение произносит Имауши, откладывая телефон. Хара выгибает бровь, а он не моргая смотрит на нее в упор, сидя на диване.
— Ну давай. — задумывается Рэйчел. — Помнишь, как мы стали напарниками?
— Да. Ты меня жутко бесила.
— Теперь значит не бешу? — улыбается девушка. Имауши заражается. Бывают момент, когда человек тебе улыбается, а ты глядя на него просто физически не можешь не улыбнуться в ответ. С Харой всегда такая ситуация. Невозможно сдержаться, но мужчина все же не выдает себя.
— Нет. Просто я смирился с этим и научился терпеть твое вызывающее поведение.
— А что с моим поведением не так? Меня вполне себе можно вытерпеть. Это ты просто слишком нежный.
— Да ну? Помнишь, когда мы брали главу Западного клана в подпольном казино? — Хара кивает. — И что же ты придумала, чтобы пройти мимо охраны и попасть туда без шума?
— Сняла костюм, надела юбку покороче и они просто не смогли мне отказать. — хлопает кокетливо глазками девушка.
— Вот именно. Ты щеголяла по казино в нижнем белье и короткой юбке. Я до сих пор задаюсь вопросом, куда ты могла спрятать пистолет? — усмехается Вакаса.
— А ты выпей со мной как-нибудь и узнаешь. — хитро улыбается Хара. Имауши хмыкает, про себя отмечая никогда не соглашается на подобные авантюры. Одной пьяной ночи ему хватило. — Зато ты весь из себя такой пафосный и опасный, а в мелочах тот еще неуклюжий мамонт.
— С какого перепугу? — даже выпрямляется мужчина.
— Вот пожалуйста. — стучит пальчиком по губам темноволосая. — Когда нас первый раз пригласили на прием на виллу мэра ты задел башню из бокалов с шампанским и она разбилась. Ты хоть знаешь сколько хорошего алкоголя испоганил?
— Я все возместил и даже с процентами. Это единичный случай. — закатывает глаза Вакаса.
— А когда ты забыл завязать шнурки и на заказной операции по захвату коррупционера бежал за ним с оружием и упал, выстрелив в стекло цветочного магазина? — довольно щурится Рэйчел.
— Я тогда не спал трое суток. — оправдывается Имауши.
— А когда на благотворительном вечере наступил Сано на подол платья и порвал? Мицуя после этого полгода отказывался выезжать с тобой на задания. — уже в открытую ржет Хара, заставляя мужчину краснеть толи от стыда, толи от возмущения.
— А сама то? Что ты сделала, когда нас заперли на заброшке? Ты сказала, что если нас не выпустят ты насрешь им под дверь! — переводит тему на нее Имауши.
— Ну ведь это же сработало! — возмущается Рэйчел.
— А когда думала, что сейф депутата взломал инопланетянин и вместо улик и вора искала место, где припарковано НЛО?
— У меня для этого были основания. — обиженно фыркает темноволосая.
— А якобы взять меня в заложники и обменять на информацию тоже были основания? А изображать пьяную парочку, чтобы нас не раскрыли до прихода подкрепления?
— Нет, тогда я просто хотела над тобой посмеяться. Но признай, это было полезно. А ты, между прочим, лез ко мне в трусы, когда мы сидели связанные в плену. — упрекает его девушка и вот теперь Вакаса вспыхивает от стыда.
— Я искал твой чертов складной нож! У меня руки были связаны, уж прости что в темноте не смог отличить карман от прохода в трусы!
— Весело было. — вдруг с грустной улыбкой произносит темноволосая. — Надеюсь, что мы с тобой еще кучу таких воспоминаний создадим. Если я сегодня не…
— Даже слышать не хочу. — мрачнеет Имауши. — Ты отсюда выйдешь. Живой.
— Вака, я, конечно, оптимистка, но и реалистка. Я стою тут уже два часа и если честно начинаю уставать…
— Усталость можно победить. Не думай об этом. Весь Бонтен на ушах стоит. Да и Вада за тебя переживает. Ты ведь поклялась ей быть рядом. И я здесь. С тобой. И уйду отсюда только с тобой. Мы ведь уже были в похожей ситуации.
— Когда ловили по всему городу идиота на грузовике с ядерной бомбой с таймером? — вспоминает Рэйчел.
— Да. Вспомни, вся страна была на грани вымирания. Мы его догнали, оставалось тридцать секунд, а кода мы не знали. Я до сих пор помню, как уже начал с тобой прощаться, а ты в последнюю секунду схватила все провода, которые там были и выдернула.
— Я не знала какой именно нужен, тогда это было разумной идеей. Да и другого варианта не было. — усмехается Хара. — Постой. Ты разве тогда со мной прощался?
— Мысленно. — поправляет себя Вакаса и оба почему-то друг другу улыбаются. Они действительно многое вместе прошли.
— Думаешь, мы и в этот раз выкрутимся? — толи с сомнением, толи с надеждой спрашивает темноволосая. Ей вдруг до ужаса захотелось, чтобы он заверил ее в том, что все будет хорошо. Отчего-то она уверена, что если он это скажет, то ему она точно безоговорочно поверит. Еще и слово такое. «Мы». Забавно, учитывая, что на бомбе она стоит одна.
— По-другому и быть не может. Рано тебе еще помирать, работы уйма. — отмахивается Вакаса и ей действительно становится легче. Вакасе звонит Какуче. — Слушаю.
— С кодом облом. Допустимое количество попыток — три. И в этом случае мои навыки не помогут. Что говорят саперы?
— Пока новостей нет. — разочарованно отвечает Имауши. Ситуация только ухудшается. — Что насчет этого Ханмы?
— Действуем по плану. Но вряд ли он даст так просто себя найти. Да и разговор Вады с Майки, как я понял, ничего не дал. Нашли курьера, попробуем прошелестеть клиентскую базу. Может что и вычислим.
— Катастрофический армагедец! — выругалась Хара, устало проведя ладонью по лицу.
— Никто не сдается, Рэйчел. От тебя требуется только ждать. — вздыхает Хитто. — Я позвоню, если будут новости. Вада с Раном просматривают данные о «Вальхалле» и «Поднебесье».
— Это еще что?
— Группировки, в которых раньше состоял Ханма. Первую даже возглавлял. Возможно у него есть сообщники среди старых участников. Сано в этом деле знает больше нашего. Мицуя взялся за дело о новом убийстве. Палец то у нас есть, хотелось бы и остальное тело найти. Может и здесь что-то на него укажет.
— Погоди минуту. Я слушаю. — обращается к вошедшему командиру саперной группы.
— Ситуация оказалась еще хуже, чем мы думали. Бомба с таймером…
В груди что-то обрывается. В голове оглушающие раскаты грома. Вакаса едва не роняет телефон, приложенный к уху. Он открывает рот, не зная, что сказать. Страх скрутил его желудок в тугой узел, ему стало холодно. Рэйчел и Имауши одновременно переводят взгляд с мужчины друг на друга. И взгляды их одинаковы — полны шока и ужаса. Впервые в жизни Вакаса был готов поклясться, что увидел, как Хара напугана.
— Вака… — севшим голосом шепчет Хара, с непринятием. Страх, надежда в ее глазах, словно она без слов слезно молит его что-то сделать. Мужчина сжал гаджет в руке, стараясь взять себя в руки. Он должен оставаться рассудительным и спокойным. Он будет сильным за двоих.
— Скорее всего он автоматически активировался, когда она наступила на планку. — продолжает командир. — Проблема в том, что ее запал, детонатор и установочный штифт закрыты стальной пластиной. Мы попытаемся сделать все возможное, но…
— Без «но». Вы обезвредите эту хрень. Иначе я запру вас в этом доме и вас разнесет вместе с ней! — рявкает взвинчено Вакаса. Хара судорожно вздыхает, бегая глазами по комнате. — Сколько?
— Один час, двенадцать минут и тридцать семь секунд. — Имауши устанавливает таймер на своем телефоне, чтобы точно знать, сколько остается времени до самого худшего. Но он уверен, что до этого не дойдет. Он сделает для этого все.
— Я понял. Продолжайте работать. Хитто, — вспоминает он про своего собеседника на другом конце провода. — Шевелитесь. Похоже, потребуется код.
— Всего три попытки. Мы не можем просто взять и угадать. Это на крайний случай, время еще есть. — Рэйчел нервно приглаживает растрепавшуюся прическу. Вакаса смотрит на нее уже без той былой уверенности, словно допускает мысль о том, что придется попрощаться.
— Мне плевать. Сделайте что-нибудь. — сухо произносит он и сбрасывает вызов. — Рэйчел, посмотри на меня.
— Что?! — всплескивает руками темноволосая. — Я абсолютно спокойна! Ты думаешь реально за час найти козла, которого не могут выследить почти месяц?! Час, Вака! Сранный час и три попытки! Как ты себе это представляешь?! Или этот код нам с неба упадет?! — часто и прерывисто дышит Хара, явно находясь на грани истерики. Вот сейчас ей уже не смешно. Ей еще никогда не было так страшно.
— Перестань! — повышает голос мужчина, который сам и без того на взводе. Девушка даже вздрагивает от неожиданности. Не часто Вакасу можно настолько разозлить. — Мы успеем. И я не уйду отсюда без тебя, услышала? Время еще есть.
— Ладно-ладно. — утешает саму себя Рэйчел, стараясь дышать глубже. — Но пообещай мне, что если ничего не получится ты отсюда уйдешь.
— Да ни за…
— Как только твой ебанный таймер дойдет до пяти минут ты отсюда уйдешь, обещай мне, Вака! — гневно требует темноволосая. В кроваво-красных глазах промелькнула отчаянная мольба. На миг Вакаса опешил. Он понимает, чем обоснована просьба, но хрен там плавал.
— Ладно. — сдается Имауши, чтобы не спорить. Но оба поняли, что никуда он уходить не собирается.
— Рэйчел! — слышится взволнованный женский голос. В комнате появляется Хэдер, с пакетом в руках, а за ней и Риндо.
— Ты зачем сюда приперлась?! — не слишком тепло встречает ее Хара. — У вас у всех аборт мозга чтоли? Валите отсюда!
— Кукарекай потише, шибанутая. Твои звуковые волны могут всех нас подорвать. — морщится Хайтани.
— Я приехала к тебе и никуда не уйду! — настойчиво заявляет Ивада. Ее грубость наставницы не обидела. Рэйчел хлопает ладонью по лбу. Ее окружают либо идиоты, либо суицидники. — Ты стоишь тут полдня. Я принесла тебе поесть.
— Отлично. Устроим веселый пикник на бомбе. Ты гений. Может еще пледик расстелем и усядемся все вместе прямо сюда?! — закатывает глаза наставница, указывая руками себе под ноги. — Я стою здесь всего два часа.
— Но я то знаю, что не ела ты гораздо дольше. — отвечает Ивада и вытаскивает из пакета вкусно пахнущий огромный хот-дог. Осторожно, стараясь не пересекать нарисованную черту, она передает его в руки Рэйчел.
— Я еще и толстой умру! — хнычет темноволосая. — Вы совсем меня добить решили.
— Зато сытой умирать спокойнее. — пожимает плечами Риндо, на что получает разочарованный взгляд Ивады.
Хэдер достает еще один такой же хот-дог и смотрит на Вакасу. Выражение лица у него такое, что страшно подходить. Девушка неуверенно улыбается и протягивает ему перекус. Имауши пару секунд смотрит то на хот-дог, то на нее и в итоге кивает, принимая угощение. Его лицо смягчается, превращаясь в усталое и измученное, а Ивада тепло улыбается.
— Есть новости? — спрашивает Риндо, осматривая помещение.
— Да. Хэдер чертовски идет это пальто. Она похожа на киллера. — улыбается весело Хара, осматривая темноволосую в длинном черном пальто с поясом, накинутое поверх темной водолазки.
— Бомба с таймером. Осталось чуть больше часа. — сообщает действительно важные новости Вакаса. Хэдер чуть не поседела от ужаса.
— Что?! — роняет она пакет из рук. — Так мало?! Но нужно же что-то делать! Что сказали саперы?
— Что физическим способом к ней не подобраться. Нужен код. У нас только три попытки.
— Расклад все хуже и хуже. — хмурится Риндо, печатая сообщение с новыми новостями Ваде. — То есть методом проб и ошибок действовать не получится. И это не программа, взломать его не сможем.
— Хэдер, я серьезно. Заберешь себе мою одежду.
— Никто не умрет. — цедит в который раз Вакаса. — Выход есть. Просто время на его поиск сократилось. Манджиро говорить отказался?
— Это было ожидаемо. Нам он ничего не скажет. — фыркает Хайтани. В глазах Вакасы вспыхивает первобытный гнев, он поднимается с дивана. Он все еще сомневается, стоит ли это потраченного времени.
— Иди. Мы побудем тут. — понимает ход его мыслей Риндо. Имауши смотрит на недоумевающую Рэйчел, жующую хот-дог и кивает своим мыслям.
— Скоро вернусь. — твердо обещает Вакаса и покидает дом. А поедет он прямиком к человеку, который решил играть с чужими жизнями.
***
Вакаса вернулся в Бонтен. Он то и дело поглядывал в телефон, следя за ускользающими минутами. Он приехал сюда не для помощи остальным, не за поиском зацепок, а к одному конкретному человеку. Поднимаясь в лифте, он все больше злился, обещая, что будет готов перейти черту, если потребуется. Из лифта он буквально вылетает еще до того, как двери разъезжаются до конца. Его не волнует охрана у входа в кабинет. Она может и предана Сано, но его боится больше. Его пропускают, возможно даже ценой собственной жизни.
— Где Ханма? — врывается он в кабинет, сразу задавая главный вопрос. Не к чему тратить время на разъяснения и вежливость. Его сейчас крайне мало. Человек, сидящий перед ним на диване итак понимает, о чем идет речь.
— Как ты посмел сюда заявиться без моего разрешения? — поднимает на него тяжелый взгляд Сано. Имауши таким не напугать.
— Слушай меня сюда, сопляк поехавший и крайне ахуевший. Я терпел, когда ты выкидывал херню. Я терпел твое скотское отношение к сестре. Я терпел даже когда ты посмел поднять руку на человека, который не дал тебе сдохнуть и всю жизнь тянул тебя, чтобы ты хоть чего-то стоил. Но сейчас, ты перешел очень жирную грань моего терпения. Говори, где Ханма или дай мне код для дезактивации устройства. Почему-то мне кажется, что ты знаешь. — приближается к нему опасно близко мужчина, нависая огромной скалой. Майки поднимает на него взгляд из-подо лба, не капли не тронутый его речью.
— Может я и выжил за счет Вады, но никогда не ни под кого не прогибался. Твоя же роль в этой жизни — постоянная собака на привязи. Сначала за моим братом хвостом бегал, как преданный пес, теперь за сестрицей. А строишь из себя гордого и принципиального. Так что ни тебе меня упрекать.
— Вот поэтому Шиничиро и выбрал ее. — цедит Вакаса, сжимая кулаки. — Потому что знал, насколько ты безнадежен.
Манджиро резко вскакивает и ударяет его ногой. Целился в голову, но Вакаса значительно выше и успел вовремя поставить блок. Имауши ни капли не боится, и в отличие от Вады жалости к этому человеку не испытывает. Майки его порядком достал и сегодняшний случай с Рэйчел дал ему понять, что сколько не закрывай глаза он уже не изменится. Он окончательно утонул и потерял себя. Все бесполезно. Уж лучше бы Вада и правда решила от него избавиться.
— Следи за своим языком, Вакаса. Где же ты раньше был? Приперся, за сестру решил заступиться? Не ты ли сбежал, как трус в тот момент, когда она больше всего в тебе нуждалась? Ты слишком высоко себя ставишь. — бьет по больной мозоли Манджиро, напоминая ему о прошлых ошибках.
Они Вакасу и по сей день не отпускают. Это заставляет его впасть в бешенство. Злость вплетается черными нитями в жилы. В его голове будто звучит сирена, предупреждающая, что его чувства хлещут через край, достигнув опасного предела. Санзу в драку не лезет, понимает, что против Вакасы ему лезть бесполезно. Он старше и опытнее. Он уже был лидером самой опасной группировки, когда они еще пешком под стол ходили. И Вакаса с Майки это тоже знают. Однако несмотря на свой опыт Имауши не одолеет Санзу, но не Сано. Мужчина хватает Майки за грудки, дышит, как разъярённый дракон.
— Послушай, щенок. Я не сестра, не буду жрать все дерьмо, которое из тебя выходит. Да и на тебя мне насрать, можешь хоть в крови захлебнуться. Но на правах старшего могу прописать воспитательный подсральник. На вашей ебанной бомбе стоит моя напарница, благодаря которой ты сейчас сидишь в этом кабинете и пьешь дорогой алкоголь. Это она получала пули и рвала жопу на операциях, чтобы возвысить Бонтен, пока ты сидел на жопе ровно и прятался за спиной сестры. Поэтому ты скажешь мне то, что было озвучено раннее или следующим, кто встанет на эту гребанную планку станешь ты. Говори мне, как обезвредить бомбу?
— А никак. — усмехается Сано, вызывая желание хорошенько врезать ему по зубам. — А если ты такой герой защитник, можешь пойти и подорваться вместе с ней. Хара, серьезно? Этот подарок предназначался куда более важному человеку. Кто будет скучать по этой больной на голову?
— Тебе ли говорить о больной голове, мелкое ничтожество? — рычит Вакаса, вознося кулак для удара.
Однако до лица Сано он так и не долетает. Имауши получает сильный удар в солнечное сплетение и на миг теряет кислород. А когда поднимает голову — тут же встречается с дулом пистолета, который Санзу бросил Майки. Пустота в глазах доказывает, что ему ничего не стоит выстрелить в человека, который когда-то менял ему памперсы и помогал научиться кататься на велосипеде. Как жизнь бывает жестока с людьми. Те, кто когда-то были почти семьей, проводили вместе все праздники и вечера у телевизора, сейчас ненавидят друг друга и готовы поубивать. У каждого своя правда и, увы, другому она никогда не будет понятна. Вакаса даже не сомневается, что сейчас будет убит. В этот момент он думает лишь о Рэйчел, которая сейчас ждет его и надеется на его помощь. О Ваде. Две самые родные в мире женщины, единственные, на кого ему не все равно. Он подведет их обеих? Так и не успеет сказать важные слова? Если Рэйчел все-таки не спасут, он даже рад, что умрет раньше, чем увидит ее смерть. Обычная смерть и рядом не стоит с той, в которой умирает не тело, а душа. Он бы не смог жить с этим грузом. Но он не боится, непоколебимо, с вызовом смотрит в глаза мальчику, которого когда-то знал. Друг был прав. У него нет будущего. Удивительно, но Шин еще тогда это понял.
— Хватит! — неожиданно перед Имауши появляется чужая спина.
Хрупкая, напряженная, с россыпью золотых локонов. Он приоткрывает рот в немом удивлении. Как она сюда попала? Как узнала? Теперь Вада стоит под дулом пистолета, который направляет на нее родной брат. Дежавю. Она уже была в подобной ситуации, только тогда Майки был за ее спиной. Она защищала его, а теперь приходится защищать других от него. Ей страшно и больно, но в глазах горит уверенное пламя, которое уверяет, что она не отступит. Она не позволит брату творить, что вздумается, раскидываясь чужими жизнями. Казалось, что она перестала чувствовать боль, что она застыла, как бабочка в янтаре, но нет — она снова с ней, и она снова крошит ее, и рвет, и терзает своими клыками. Ей так жаль, безумно жаль, и она не знает, где заканчивается одна боль и начинается другая. Ее небо кричит и рвется. Ей самой хочется закричать, но такая роскошь сейчас ей не позволительна.
— Выбрал войну — воюй со мной, а моих людей трогать не смей. Вакаса тебе как старший брат, неужели в тебе не осталось и капли совести?
— Вада, отойди, ты совсем мозг потеряла? — возмущается Имауши. Не хватало еще, чтобы она его защищала. Это он должен закрывать ее собой. Это его обязанность.
— И тебе совсем не жалко себя? Готова схватить чужую пулю? — выгибает бровь Майки. — И ради кого? Ради него? Человека, который тебя бросил? Никакие его поступки не перекроют того факта, что он сбежал, как трус и оставил нас. Думаешь, я его пожалею? Он ведь не пожалел детей, которым «как старший брат».
— Ты тоже обещал мне быть рядом, что бы не случилось. Не суй нос в чужие ошибки, игнорируя свои. — злится Сано. — Если у тебя хватит сил — выстрели. Только в меня. Потому что до каждого из них ты доберешься только через мой труп. А если нет — мы уходим. — пару секунд тишины. Напряженные взгляды, Вады — неумолимый и Майки — безразличный. Секунда. Другая. Сано опускает пистолет. Вада тихо выдыхает.
— Может ты и не так безнадежна. — сухо произносит Майки. Вада смотрит на него с жалостью и толкая Вакасу в спину, ведет на выход. — Не уповай на мою совесть. В следующий раз подобного я не прощу.
— Мне нужен код, Вада! Он знает! — негодует Имауши. Девушка вздыхает и протягивает ему тот самый пульт.
— Мы его узнаем. Я тебе обещаю. Сколько у нас времени? — Вакаса смотрит в телефон, мрачнея еще больше.
— Полчаса. Когда я туда доберусь будет десять…
— Мы до последнего будем действовать. Но если решения не найдем… — Сано проглатывает страшные слова и с мольбой смотрит на него. — Ты проследишь на за тем, чтобы в доме никого не осталось. Включая тебя.
— Вада!..
— Это приказ, Вака… — со слезами на глазах категорично отрезает светловолосая. — Я не могу потерять вас обоих. Ты мне нужен. Я не брошу Рэйчел и до последней секунды буду искать выход. Я обещаю. Езжай к ней. И, Вака… — грустно улыбается Сано. — Если выхода не будет, то молчание станет ошибкой, которую ты себе до конца жизни не простишь.
— К чему это? — хмурится Имауши.
— Ты знаешь. Скажи ей. — подмигивает Вада и уходит, ибо время летит, а решения проблемы они так и не нашли. Она не может позволить себе скинуть всю работу на подчиненных и бездействовать. Вакаса понял, что он догадалась. Но он до последнего будет верить, что у него будет другая возможность.
***
Ивада вышагивала по комнате, пытаясь судорожно анализировать ситуацию. Без кода бомбу не обезвредить, но и код за три попытки угадать просто нереально. Это не компьютер, тут она бессильна. Не взломать, не подобрать нужный алгоритм. Самая страшная вещь на свете — бессилие. Когда дорогой человек в опасности, а ты не можешь помочь, хоть и готов на все что угодно. Рэйчел старалась не показывать своего волнения и усталости, твердо стояла на ногах и пыталась шутить. Риндо следил за таймером и периодически связывался то с Мицуей, то с Вадой, то с Хитто. Никакого продвижения не было, ничего. Когда жизненно необходимо — ничего не получается.
— Хэд, походи по прямой. У меня от тебя голова начинает кружится. — усмехается Рэйчел. Девушка останавливается, нервно улыбается и продолжает бегать глазами по комнате. Ее взгляд падает на полку, рядом с которой стоит Хара. Там лежит ноутбук. Она уже замечала его раньше, но только сейчас заподозрила.
— Он здесь уже был или это рабочий? — кивает на ноутбук Ивада.
— Нет. Сюда ничего не приносили. — хмурится Хара. Риндо с Хэдер переглядываются. Хайтани выпрямляется, ранее облокачиваясь на спинку дивана. — И кстати, я могу до него дотянуться.
— Стой ровно, я сама посмотрю. — Хэдер подходит и забирает устройство, садясь с ним на диван. И почему его раньше не заметили? Он в рабочем состоянии и, на удивление, даже без пароля. Первое, что видит девушка после его включения это открытое приложение заметок, где оставлен текст. Ивада зачитывает его в слух. — «Этот подарок предназначался для Вады Сано. Твоя жизнь зависит от твоего ума. Сыграем?». И тут дата. 13.05. 2010…
— Класс. Загадок нам и не хватало. — фыркает Хара.
— Может это код? — предполагает Риндо.
— Это странно. Если послание для Вады, то они предполагали, что на бомбу встанет именно она. Но ведь их целью является не ее убийство. Они бы не стали ее подрывать. Ханма ведь не убить ее хочет, а сделать больно. Но это означает только то, что код может знать только Вада.
— Если бы она его знала, давно бы уже сказала.
— Эта дата… Код тоже состоит из восьми цифр. — замечает Ивада и фотографирует экран с посланием. Она отправляет его Сано и тут же ей звонит. — Вада, тебе пришло фото?
— Да, я увидела. Дата это код?
— Разве все может быть так просто? Может он просто хочет нас запутать? — предполагает Ран, чей голос тоже доносится из динамиков.
— Позвони мы Сано, когда она была в туалете, ты бы тоже там комплектом шел? — смеется Хара.
— Возможно. — довольно отвечает Хайтани.
— Пульт у Вакасы. Он уже едет. Введем код и проверим. — возвращается к теме Вада.
— Вада, тебе знакома эта дата? Может это какое-то важное событие, которое можешь помнить только ты? — спрашивает Хэдер.
— Нет. Она мне ни о чем не говорит. Может это его личное событие?
— Или просто набор цифр. — убивает настрой Риндо.
— Но ведь послание для тебя. Значит был расчёт на то, что ты поймешь. Попытайся вспомнить. — настаивает Ивада.
— Хорошо. Я посмотрю еще в документах. Может эта дата где-то упоминалась. Перезвоню. — Сано отключается. В ноутбуке Хэдер не находит ничего. Никаких сохраненных папок, история браузера, даже почта не привязана. Он абсолютно чист.
— Осталось десять минут. — напоминает Риндо и в комнате резко застыло напряженное чувство тревоги.
— Вакаса успеет?.. — с сомнением спрашивает Рэйчел.
— Успеет. Мы успеем. Рано пока терять надежду. — старается приободрить себя и остальных Ивада. Что уж отрицать, ей и самой ужасно страшно. Но этим наставнице не поможешь, нужно действовать, а не дрожать и истерить.
— Прошу прощения. — появляется руководящий отрядом саперов мужчина. — Мы так и не поняли, как можно избежать взрыва. Мне очень жаль. Код вам так и неизвестен?
— Подотритесь своей жалостью. — ядовито выплевывает Хара.
— Мне правда жаль. Но мы ничего не можем сделать. Осталось девять минут. Все посторонние должны в срочном порядке покинуть здание и отойти на безопасную дистанцию.
— Я никуда не пойду! Мы ждем человека с пультом и код дезактивации! — возражает упрямо Хэдер.
Рэйчел ловит взгляд Риндо. Тот будто сомневается, в его глазах сожаление, словно он с ней уже прощается. Хэдер это сразу кажется подозрительным и настораживает. Потом Рэйчел печально улыбается, словно ей душу на куски разрывают, и кивает Хайтани. Тот еще пару секунд смотрит на нее, выбирая правильный ход действий. Наставница снова кивает, только уже в сторону выхода, намекая быть порасторопнее. Он кивает ей в ответ и подходит к Хэдер.
— Нам пора уходить.
— Нет! — повышает голос и почти пищит темноволосая. Она неосознанно делает от него шаг назад. — Да что с вами? Еще даже Вакаса не приехал! Мы уйдем и оставим ее тут одну?! Нет! Я остаюсь, понятно?! Я…
— Хэд, все. — мягко улыбается Хара. — Вам нужно уходить отсюда. Не хватало еще вас с собой прихватить.
— Ты что говоришь то такое?! — начинает трястись Ивада. — Почему все опускают руки?! Я не пойду! Я тебя тут не оставлю! — на глаза наворачиваются слезы. Ивада вновь ощущает себя в том дне. В своем доме, когда ее забирали от родителей, отнимали надежду и отрывали от тел матери и отца. Рэйчел ее первая настоящая подруга. Она столько для нее сделала, а она даже подойти и обнять ее не может. Ей хочется упасть и разрыдаться, цепляться за ее руки и крепко держать. От ее сердца будто насильно отрывают кусок. Она уже потеряла родителей. Только нашла счастье, а теперь все закончится вот так? Нет! — Вы меня с места не сдвинете, ясно?!
— Успокойся. Сейчас приедет Вакаса с пультом и мы введем код. Просто подожди возле дома, мне так будет спокойнее. Вдруг что. — старается улыбаться Рэйчел, чтобы девушка перестала плакать. Словно говорит с ребенком, который разревелся и затихнуть может только от ласкового тона.
— «Вдруг что» это что?! — округляет в ужасе глаза темноволосая. — Я подожду здесь с тобой. — тихо просит Хэдер, пока по ее щекам катится первая порция слез.
Хара чувствует, как глаза начинают гореть уже у нее, но старается держать улыбку, которая искажается от внутренней боли. Для нее Ивада словно младшая сестренка. Единственный человек, который принял ее с первого дня знакомства. Смотрел на нее по-доброму, несмотря на ее характер и поступки. Хэдер это лучик солнца в ее жизни. Такая милая, с доброй улыбкой. Она первая, кто сказал, что считает ее другом. Друг, о котором она мечтала. Ей жаль, что придется так рано попрощаться, но надежды у нее уже не остается. Время идет, остается уже шесть минут. И Ивада еще слишком молодая и наивная. Она итак настрадалась, ее впереди ждет такая яркая и полная радости жизнь. Хара не позволит, чтобы она сглупила и из-за своей доброты осталась здесь и погибла. Со своей участью она уже смирилась. Рано или поздно, но она знала, что закончит примерно так. С ее работой это было ожидаемо.
— Хэдер, мы же подруги. — улыбается Рэйчел, а у самой в глазах стеклянная пыль. — Так, что будь подругой, поступи разумно ради меня. Уходи отсюда. И носи мою одежду. — тихо смеется Хара. Хэдер прикрывает рот ладошкой и отчаянно мотает головой.
— Шесть минут. — напоминает Риндо, чье лицо тоже не светится спокойствием.
— Нет! Я не уйду! — не унимается Хэдер.
— Обещай, что надерешь Вакасе задницу. — просит Хара и подмигивает. — И не пустишь его сюда.
— Что?.. — на миг затихает Ивада.
— Уводи ее. — грозно говорит она Риндо.
— Что? Нет! Стой! — Ивада пятится назад, но Хайтани резко подхватывает ее под колени и закидывает на плечо. Ивада начинает дергаться, что есть сил, бить его по спине, но бесполезно. — Нет! Поставь меня, Рин! Поставь сейчас же! Ты слышишь! Не смей! — кричит она так громко, что начинает саднить в горле. Она рыдает и пытается достучаться до Хайтани, пока тот выносит ее из комнаты. — Рин, пожалуйста! Умоляю, пусти меня! Я не хочу! Не хочу! Я ее не брошу! Рэйчел, пожалуйста! Не надо!
Отчаянные крики и плачь начинают затихать, пока и вовсе не исчезает за пределами дома. Хара только сейчас, оставшись одна позволяет себе заплакать. Улыбка спадает с ее лица, как только Хэдер исчезает из поля зрения. Ноги ее уже еле держать, хочется просто упасть и разрыдаться, закончив эту историю. Банальные мысли о том, что она столько всего не успела. Да и такая смерть ее совсем не радует. Нет, она точно знала, что умрет примерно вот так. Просто она всегда была уверена, что в этот момент рядом будет Вакаса. Они же всегда вместе. Напарники. Глупо, как же все глупо получилось. Она ведь так и не сможет ему сказать о том, что чувствует. Она никогда не боялась смерти, смеялась ей в лицо. Но теперь ей страшно умирать. В ее жизни только-только появился свет.
— Своей лучшей подруге я расскажу все.
— Ты первая настоящая и близкая мне подруга. Рэйчел, ты мой друг, а не подчиненный и я сделаю для тебя все.
— Ты вовсе не одна, Рэй.
— Мне сказали, что на тебя свалилось много работы и мне захотелось тебе помочь.
— Мы справимся, Рэй. Я никуда без тебя не уйду.
Луч надежды, на то, что она сможет прожить счастливую жизнь. У нее появилась настоящая подруга. У нее классные коллеги, которые до последнего не сдавались и пытались найти способ ее вытащить. У нее замечательный напарник, который, вопреки обещанию, все-таки не успеет с ней даже попрощаться. И Вада. Стыдно, что она так за нее переживает. Стыдно, что Рэйчел ее подвела. Она ведь обещала быть ей верным соратником везде, куда бы она не пошла. Ей больно и страшно. Это чувствовали родители перед смертью? Она их почти не помнит. Интересно, они ждут ее там? Что бы сказали, увидев, какой она стала? Вряд ли бы похвалили.
Она достает телефон из кармана. Осталось четыре минуты. А время поразительно медленно бежит, словно оттягивая момент и этим самым спасая. А может у нее просто часы сбились. Она заходит в диалог с Вакасой. Смеется с последнего гневного сообщения. Слезы капают на экран. Пусть не так, как она себе представляла, но молча уйти это не в ее стиле.
«Вакаса, жаль, что не смогу сказать тебе это лично. Но мне важно донести до тебя свои последние слова. Ты козел. Просто невыносимый, непробиваемый, бесячий козел! Но несмотря на это, знаешь, мне повезло, что именно ты стал моим напарником. Мы столько вместе прошли, но в этот раз не справились. Я тебя люблю, кстати, уже давно. Ну это так, просто чтобы ты знал. Если будешь вспоминать меня плохим словом или найдешь себе другую сексуальную напарницу — я буду являться тебе ночью и кошмарить. Сделаю так, что больше не на одну бабу не встанет. Спасибо, за годы проведенные вместе. Это было то еще приключение. Но я ни о чем не жалею. Мы оба с тобой всегда знали, ради чего живем и ради чего не жалко умереть. Не оставляй Ваду. Теперь ты ее защитник. Так что защищай за двоих. И начни уже улыбаться. Живи теперь с мыслью, что я подохла так и не увидев твоей улыбки. Позор тебе! Ворчливый ты пень. Пусть у тебя все сложится хорошо. Надери им там всем задницу от меня ;)»
Девушка посмеялась своему посланию. Осталось три минуты. Когда стукнет одна — сообщение будет отправлено, а ее жизнь на этом оборвется. Может хоть из ада она сможет помочь? А что? Явится в качестве призрака и подпортит жизнь этому Ханме. Ей можно.
***
— Риндо, отпусти меня! — из последних сил вырывается Ивада. Голос охрип, кричать она уже не может. Но парень не реагирует, вынося ее за территорию дома. Горькие слезы катятся по щекам, сердце разрывается на миллионы кусочков.
— Все уходите за ленту! — командует мужчина. Нужно уйти на безопасную дистанцию, чтобы не накрыло взрывной волной. Это на два дома дальше. И только дойдя до этого места Хайтани наконец ее отпускает.
— Почему мы ушли, почему?! — злится Хэдер, вытирая слезы. — Мы оставили ее там! Это ты! Я же сказала, что не хочу уходить, а ты взял и вынес! Как ты мог?! — бьет его по груди темноволосая. Риндо прижимает ее к себе, держит, пока она вырывается и гладит по голове. Ивада обмякает, теряя силы и просто плачет, смачивая слезами ткань его костюма. — Она там одна. А я ничего не смогла сделать. Рэйчел так помогала мне, была рядом. Мы не можем…
— Мы сделали все, что смогли. Мы просто не успели. — тихо отвечает Хайтани, морщась от противного ощущения в груди.
Хара ему пусть и не особо нравилась, но он настолько к ней привык за годы работы вместе. Ему тоже жаль, что все так получилось. Ивада сует руки в карманы своего пальто и нащупывает коробочку. Это те самые браслеты, которые она покупала в тот день в ювелирном. Она так и не отдала один из них Рэйчел. Это вызывает еще больше боли и новую волну рыданий. Остается три минуты. Сердце словно замирает, ожидая страшного момента. Но вдруг мимо них проезжает машина. Служебная машина Вакасы. Пролетает так быстро, что их едва не сносит ветром. Никакие крики сотрудников не действуют. Он останавливается возле дома и выскакивает из авто. Бежит в здание, словно забыв о том, что вот-вот все взлетит на воздух. В Хэдер загорается надежда. Может в последний миг удастся спасти Хару.
— Рэй! — влетает он в комнату, запыхавшийся и взлохмаченный. Он спешил как мог, даже устроил аварию на дороге, нарушив правила. Девушка роняет челюсть в немом удивлении и смотрит в телефон.
— Ты что тут делаешь?! — кричит задыхаясь в эмоциях темноволосая. — Осталось две минуты, Вака! Ты ведь мне обещал! Решил сдохнуть вместе со мной?! Сейчас же уходи отсюда! — в слезах рвет глотку Хара, боясь теперь уже за его жизнь больше, чем за свою. В его руках тот самый пульт. Одна попытка использована. Вада сбросила ему дату, которая была в ноутбуке, но она не подошла. Мужчина вытворяет просто немыслимую вещь.
— Рэй. Мне нужно тебе сказать… — ищет в себе силы признаться Имауши, сжимая зубы и кулаки. Это труднее, чем кажется, даже в такой момент.
— Что?! Что ты дебил?! Это я уже поняла! — размахивает руками Хара. — Уходи! Быстро! Слышишь?! Все! Мы уже ничего не сделаем! Вали отсюда, ну! — злится девушка, игнорируя собственные ручьи слез. Она едва сдерживается, чтобы не пересечь черту и не выпроводить его за шкирку. А вот Вакаса не может оторвать от нее взгляд. Ему всегда было интересно, какие они? Ее глаза, которые она вечно скрывает под линзами. Он может никогда это и не узнать. Столько важных слов и вопросов, а минута всего одна.
— Минута. Я все равно уже не успею. — печально улыбается Вакаса.
— Ты… — шокировано выдыхает Хара, смотря на него сквозь слезы, сжигающие глаза. Он сумасшедший чтоли?
— И если уж мы оба умрем, я хотя бы напоследок тебе скажу одну вещь…
Вада долго пыталась сообразить, что это за числа. Они не подошли, значит дело в другом. Судя по посланию, нужно использовать ум. Дата ей не знакома и в документах нигде не упоминалась. Но она о ней точно знает, раз загадка была адресована ей. И Ханма тоже знает. И знает, что она может догадаться. Так в чем же дело? Она долго смотрела на цифры, которые записала маркером на доске. Время поджимало. И вдруг ее голову посетила идея. А что если это аббревиатура? Она схватила маркер и начала разбирать дату прямо на доске. Что если поменять цифры местами?
13. 05. 2010
05.13. 2010
15. 03. 2010
10. 05. 2013
10.05.2011
13. 10. 2005
На последнем варианте ее насторожил год, который получился. Именно в этом году произошло два самых громких события в ее жизни. Но под день смерти Кисаки они не подходят, нет нужных цифр. Вада еще раз смотрит на все комбинации и на цифры, только теперь уже меняет только число и месяц, а год не трогает.
10.13. 2005? — бред.
Ее вдруг осеняет. Да так, что маркер выпадает из задеревеневших пальцев. Она поняла что это за дата. И она и Ханма прекрасно знают, что произошло в тот день. Это их лично дело, с чего и началась их война. Почему она сразу не догадалась?! Этот день жирно отпечатался в ее памяти, а она сразу не разглядела! Остается одна минута. Девушка хватает телефон и набирает Вакасу.
— Вака! Код — 31. 10. 2005! — кричит в трубку дрожащим голосом Сано, кусает палец, испытывая просто неимоверный адреналин. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — шепчет она в панике, пока сердце громыхает в горле. Ран обнимает ее, пытаясь успокоить.
Вакаса смотрит на Рэйчел с искрой надежды, она на него — с опасением и сомнением. Он сжимает пульт в руках. Терять все равно уже нечего. Последняя попытка и если больше ничего не остается, то и разницы нет. Остается тридцать секунд, его пальцы подрагивают. Он вводит код, названный Сано и наступает глухая тишина. В это тишине слышно, как в унисон бешено стучат их сердца, готовые взорваться вместе с ними. Они смотрят друг на друга. Десять секунд. Голова начинает кружится от сильного стресса, тело не ощущается. Оба громко дышат, словно пытаясь схватить побольше воздуха перед смертью. Время истекает, момент взрыва.
Риндо с Хэдер смотрят на дом, ожидая грохот. Ивада молится про себя, закусывая губу до крови. Тишина. В комнате, покрытой мрачным напряжением и ощущением смерти раздается щелчок. Имауши и Хара смотрят друг на друга, не осознавая происходящего. Время вышло, но взрыва нет. Тот же самый щелчок. Рэйчел смотрит на него со страхом и осторожно делает шаг на ватных ногах к нему на встречу. Затем второй — пересекая обозначенную черту. Ничего не происходит. Девушка шумно выдыхает, делает последний шаг и падает в его руки, обессиленная. Вакаса крепко держит ее, прижимая к себе. Хара дрожит в его руках, толи смеется, толи плачет, а он судорожно выдыхает через рот и гладит ее по волосам, не зная куда деть подрагивающие руки. Он опускает подбородок на ее макушку, сердце все еще бешено колотится. В голове лишь одна мысль — успели.
— Вака? Я не слышу грохота. У меня тут Вада сейчас в обморок свалится. Отзовись. — доносится из динамика телефона голос Рана.
— Все в порядке. — только на это нашел в себе силы Имауши. — Уходим отсюда.
— Боже, Рэйчел, ты как?! — восклицает Вада.
— Руки ноги на месте. Голова тоже. — смеется облегченно Хара, вытирая слезы. Она до сих пор не может поверить.
— А она у тебя была? — усмехается Ран и сразу шипит. Похоже, кто-то снова получил Вадовский подзатыльник. — Я рад, ребята. Мы выиграли. Ждем вас, это точно нужно отметить. А мне опять краситься. Я уже заметил пару седых прядей. Вада, у тебя, кстати, тоже.
— Да иди ты!
— Ну все. — закатывает глаза Вакаса и сбрасывает вызов. Затем он поднимает девушку на руки и спешит унести ее из этого проклятого дома.
— Вака, ты идиот, ну серьезно! Что еще за парный суицид, а?! — решает отчитать его Рэйчел.
— Я ведь обещал, что никуда не уйду. — отвечает серьезно Имауши, глядя ей в глаза. — Мы ведь напарники. Ты всегда можешь на меня положиться. Ты бы сделала то же самое.
— С чего это ты взял? — усмехается темноволосая.
— Сейчас своими двумя пойдешь.
— Нет, мне и так удобно. — смеется Рэйчел, закидывая руку ему на шею. — Спасибо, напарник. Ты оказался еще безбашенее, чем я.
— Ну, я тоже умею удивлять. — улыбается Вакаса. Хара теряется, застывая взглядом на его лице. Он улыбается. Та самая настоящая искренняя улыбка, которой она никогда не видела. И черт, как же он красиво сейчас выглядит. Это ей подарок свыше за то, что осталась в живых? Блин, бог все-таки есть.
Он выносит ее из дома и Хэдер издалека это видит. Она срывается с места к ним на встречу. Хайтани бежит за ней. Вакаса ставит Хару на ноги, придерживая за спину. Ивада с разбегу налетает на нее с крепкими объятиями, едва не повалив на землю. Одна рыдает, другая смеется, что это, если не победа? Хэдер сама надевает на нее тот самый браслет, который боялась больше не подарить и обнимает снова и снова. Хара в этот миг четко ощущает, что рано ей еще умирать. С такими друзьями и напарником она чувствует себя счастливой больше, чем кто-либо на планете. Ее не бросили, ее вытащили и ее ждали. Это самое волшебное и приятное чувство.
— Едем домой. — улыбается Риндо. Да. Бонтен это не работа, ни страшное место, кишащее преступниками. Это ее дом. И она уже сто раз успела по нему соскучиться, стоя в той злополучной комнате.
— Рэй, тебе нужно отдохнуть. Ты весь день на ногах простояла. А я побуду с тобой. Закажем еду и посмотрим фильм. Можем даже выпить! — светится от радости Ивада, не отлипая от наставницы не на секунду.
— Идея супер! Надо будет у Вады после такого выпросить отпуск. Мне можно! И вечеринку в мою честь!
— Ты сильно то не замахивайся. Спасла то тебя Вада. Это она расшифровала послание. — закатывает глаза Вакаса, но улыбаться не перестает. Хара от него отмахивается, словно от мухи.
— Признайся, Хэд, ты Риндо чуть не прибила, правда же? — смеется Рэйчел вместе с Хэдер и Риндо, не обращая внимания не усталость. Черт, как же ей сейчас хорошо на душе. Оказавшись на грани смерти начинаешь лучше ценить жизнь. Уже в машине она вспоминает слова Вакасы. — Вака, а что ты там хотел мне сказать?
— Ничего, не бери в голову. — не отвлекается от дороги мужчина, крепче сжимая руль. Хара улыбается, стирая так и не отправленное сообщение в телефоне. Теперь у нее точно еще будет время на эти важные слова. А пока, пусть все остается как прежде.
— Ну признайся, ты где-то накосячил! Разбил мои духи? Уже продал мою одежду? Уже заказал мне гроб? Надеюсь, красный???
***
— С возвращением меня! — врывается, радостно восклицая Рэйчел.
В кабинете Сано успели прибраться, идеальная чистота. Будто и не было того всплеска эмоций. Хара сияет позитивом, хотя еще недавно готовилась встретить смерть. Вада хлюпает носом и приветственно обнимает своего заместителя. Так нежно и осторожно, словно Рэйчел может рассыпаться от ее прикосновения. Слезы облегчения являются символом радости и еще одной победы. Вакаса смотрит на них, сдержанно улыбаясь.
— А на твоих волосах ни волоска седого. И кто еще из нас чуть не умер? — по-доброму смеется Ран, тоже обнимая Рэйчел, по-дружески хлопая по спине. Риндо с улыбкой успокаивает расклеившуюся Сано, которая непонятно отчего не может перестать плакать, сквозь смех.
— Да будет тебе, босс. Все закончилось, ты затопишь весь офис. — пытается разрядить обстановку Хара. Лицо Вады вмиг принимает серьезность.
— Ничего еще не закончилось. — печально усмехается она. — Но теперь, когда у нас появилось время и никто не умирает, мы можем вернуться к поискам Ханмы.
— Интересно, почему именно эта дата? — интересуется Ран. — Он мог выбрать день смерти Кисаки, но выбрал день смерти Баджи.
— Баджи, это?.. — уточняет Хэдер.
— Тот самый мальчик, который спас тебя тогда в переулке. Я была с ним. — отвечает Вада.
— Сколько же кошмара в 2005 произошло…
— Еще кое-что. Мацуно не должен пока знать про Ханму. Ему до сих пор нелегко. Мы сами со всем разберемся. — все кивают в знак понимания. — На сегодня хватит с нас загадок. — вздыхает Сано. — Всем нужен отдых. Особенно тебе, Рэйчел…
— Вот блин! — хватается за голову Хара. — Я же забыла про нашего гостя! Я уехала на задержание и не встретила его!
— По-моему, про него все забыли. — подмечает Вакаса.
— Все, кроме меня. Я поручил его Коко. — довольный собой улыбается Ран. — Он определён в квартиру и ждет встречи с тобой. — обращается он к Сано. Светловолосая кивает.
— Уже не сегодня. Все вопросы завтра. Главное, что о нем позаботились.
— Что за интрига? Ты скажешь наконец кто это? — спрашивает Имауши.
— Вот завтра и узнаешь. — улыбается Вада.
— Надеюсь, там какой-нибудь порно актер. — фыркает Рэйчел. Она ловит на себе злобный взгляд Вакасы и поправляет прическу. — Что? Согласитесь, после сегодняшнего я заслужила хотя бы получасовой стриптиз и хороший коктейль. — все собравшиеся смеются, расслабляясь.
— Боже, стыдно признавать, но хорошо, что мы избежали твоей смерти. Ты умеешь разрядить атмосферу, без тебя было бы дико скучно.- фыркает Риндо. Хара хитро щурится и подбегает к нему, обхватывая шею рукой, словно задушить пытается. — Пусти, шибанутая! Это был не комплемент, а намек на твою долбанутость!
— Малыш Рин за меня переживал, я же видела. Признайся, ты бы по мне плакал. Ну признайся же! — смеется Рэйчел, дурачится, натирая кулаком его макушку.
— Не оторви ему голову. Она похожа на мою и нравится мне. — хмыкает Ран.
— Это Риндо так выражает свою радость оттого, что ты в порядке. — хихикает Сано.
— Вада, удар в спину да?! — возмущается Риндо, пытаясь вырваться из захвата наставницы. Его словно маленького пытаются погладить по голове. — Сестра еще называется! Да убери уже от меня свои когти! Как ты вообще живешь с таким маникюром?!
Ивада ловит себя на мысли, что они как самая настоящая семья. И сегодняшний день это доказывает. За Рэйчел переживали даже Хайтани, что ее удивило. В окружении этих людей она чувствует, что никогда не будет одинока. Она попала в удивительное место, созданное удивительный человеком. И если ради того, чтобы оказаться в этом теплом моменте нужно было пройти семь кругов ада, то она с уверенностью прошла бы их еще хоть сотню раз. Такие моменты стоят того, чтобы бороться.
Примечания:
Что-то я разогналась... Как вам такие повороты?
